Быстрые деньги, или Я жду, когда ты нарисуешь сказку Шилова Юлия

Девушки поднялись с недовольными лицами и стали медленно раздеваться, явно не понимая, зачем их заказали, если в доме две женщины. Мы с Мартой переглянулись и направились в свою комнату.

– Стойте! – крикнул Тигран. – А вас никто не выгонял. Вы можете остаться ужинать.

– Мы уже наелись, – улыбнулась Марта и посмотрела на меня. – Вот только мы бы не отказались чего-нибудь выпить. Можно, мы прихватим с собой бутылочку красного вина, что стоит в баре?

– Правильно, – поддержала я Марту. – Вы гуляйте, отдыхайте, а мы сами посидим.

Я подошла к бару, достала пару фужеров и бутылку красного вина.

– А с нами выпить?! – крикнул Тигран.

– Мы не хотим вам мешать.

– А нам никто и не мешает.

– Тигран, расслабься и получи удовольствие. Ты же так этого хотел, – сказала я и вышла, громко хлопнув дверью.

– Как мы тут будем ночевать! – возмутилась Марта. – На двери щеколды нет.

– Ты думаешь, они к нам ночью могут прийти? – испугалась я.

– А почему бы и нет?

– Они же проституток заказали!

– Кто знает, что взбредет им в голову?

Из большой комнаты послышался женский смех и громкая музыка. Мы выключили свет, открыли окно, залезли на кровать и откупорили бутылку.

– А знаешь, какое вино я пила с Вадимом? – вздохнула я. – Пятидесятилетней выдержки.

– А такое разве бывает?

– Да, оно считается антиквариатом и стоит целое состояние.

Я допила фужер и подошла к окну, упершись лбом в прочную решетку. Ротвейлер лежал у будки и громко храпел.

– У, противная псина, чтобы ты чумкой заболел!

– Такой заболеет, жди! Жрет, как слон. Я сама видела!

– Может, отравить его чем-нибудь?

– Чем? – Марта задумалась. – Жалко, что клофелина нет.

– Тигран сказал, что эта псина клофелин по нюху определит. Мол, она сильно умная.

– Ерунда, собаку всегда можно провести. На то она и собака.

Словно услышав наш разговор, ротвейлер поднял голову и громко зарычал. От этого рычания у меня перехватило дыхание.

– Вот видишь, что творит. А еще говорят, что собака друг человека. Хороший друг, если эта тварь только и смотрит, чтобы полноги оттяпать. Чертова кобелина!

Марта растянулась на кровати и тихо сказала:

– Я не могу дождаться того момента, когда мы выйдем на работу.

– Что так?

– Из отеля проще сбежать, в крайнем случае, к телефону прорвемся, Славке позвоним. Господи, как я по нему соскучилась, одному богу известно. Все бы на свете отдала, только бы к его щетине прижаться!

Ротвейлер, продолжая глухо рычать, подошел и попробовал просунуть морду за решетку. Мы прекрасно понимали, что ему это не удастся, и начали дразнить пса. Марта, помахав фужером перед носом собаки, сказала:

– Эй ты, людоед, давай с тобой подружимся. Как тебя зовут? Мухтар?

– Еще скажи Шарик, – засмеялась я.

Ротвейлер залаял и бросился на решетку. Я не на шутку испугалась и крикнула:

– Марта, прекрати. Он сейчас решетку сломает и нас сожрет!

– Подавится, – усмехнулась она и ударила псину по носу пустой бутылкой.

Ротвейлер громко завизжал и отскочил от окна.

– Если бы не было этой чертовой собаки, можно было бы спокойно сбежать, – принялась рассуждать Марта.

– Да уж, с этим зверем не сбежишь. Эта дрянь не кусает, а сразу перекусывает горло.

– Ладно, давай спать, что ли.

– Уснешь тут! У них музыка ревет так, что вся деревня слышит. Да и страшно, вдруг этим скотам девок не хватит.

– Может, по очереди будем спать? – предложила Марта.

– Да тут что по очереди, что без очереди – по-любому не уснешь.

– Таня! – послышался голос Тиграна.

Вздрогнув, я посмотрела на дверь.

– Таня! – Голос не предвещал ничего хорошего.

– Ты бы лучше вышла к нему, а то он сейчас сюда припрется, – жалобно попросила Марта.

Я встала, завязала потуже халат и пошла в гостиную. То, что там творилось, не поддается описанию. Совершенно голый Тигран, увидев меня, пьяно усмехнулся.

– Я тебя сейчас, беззубая, за презервативами пошлю, у нас все закончились. Сама небось знаешь, сейчас время страшное, СПИД ходит. Не хочется заразу цеплять, а то, может, встречу девушку, полюблю, а болезнь все опошлит.

– Господи, да кого ты полюбишь… – покачала я головой.

– Ты что, резинками не пользуешься?

– Я случайных связей не имею.

– Ты хочешь сказать, что твоя связь с Дроздом была не случайной?

– Ты сначала дорасти до его уровня, а затем называй его Дроздом. Такому дерьму, как ты, полагается называть его по имени-отчеству.

Тигран побагровел.

– Заткнись и запомни: в криминальном мире нет имен, здесь есть только клички.

Я резко повернулась и ушла в комнатку. Марта сидела на кровати и смотрела на меня безумными глазами.

– Таня, что ему надо?

– Разве может этот придурок что-нибудь умное сказать. Хотел отправить меня за презервативами.

Марта облегченно вздохнула. Мы поболтали еще с полчасика и все-таки уснули.

Часов в семь утра я проснулась от шума подъехавшего к дому автомобиля. Выглянув в окно, увидела, что это приехал сутенер за своими подопечными. Девчонки прыгнули в машину, Тигран выпустил пса и зашел в дом. Минут через десять я спустилась в гостиную. Там было тихо. Тигран и Леха спали на диване, двое других отдыхали после бурной ночи в соседней комнате. Я растолкала Марту.

– Вставай, в доме все спят. Они всю ночь гуляли. Долго не проснутся.

– А псина?

– Давай попробуем, попытка не пытка.

Мы на цыпочках прошли мимо спящих мужчин и приоткрыли входную дверь. Собака лежала, уткнувшись мордой в передние лапы.

– Вроде спит, – сказала Марта.

– Давай я пойду первая, – предложила я.

– Иди, а то я за оставшуюся руку боюсь, – согласилась Марта.

Я вышла на крыльцо и потихоньку стала двигаться к калитке. Марта шла следом. Вдруг собака повела носом, приподнялась и угрожающе зарычала. Мы бросились в дом. Захлопнув дверь, мы услышали, как огромная псина всей своей массой кидается на нее.

– Вы что по дому носитесь? – спросил сонный Тигран.

– Да сбежать хотели, а собачка не дала, – объяснил ему Леша. – Я за ними уже давно наблюдаю.

Тигран моментально проснулся и зло посмотрел на меня.

– Бежать надумали, курвы! Я вам покажу небо в алмазах! В следующий раз привезу пацанов и устроим субботник!

Мы зашли в комнату, и Марта сказала:

– Нужно было по-другому действовать. Давай выкрадем у Тиграна мобильный и позвоним Славке.

– Марта, ты гений! Только когда теперь такой случай представится…

– А зачем ждать? Все равно эти козлы до обеда отсыпаться будут. Тань, ты не волнуйся, я сама все сделаю.

Марта надела халат, взяла полотенце и направилась в душевую. Через несколько минут она вернулась, держа в руке сотовый телефон. Я схватила его и дрожавшей рукой набрала Славкин номер. Он моментально ответил:

– Таня, это ты?

– Да. – Я обливалась слезами.

– Марта с тобой?

– Со мной.

– Где вы находитесь?

– Мы не знаем.

– Как это не знаете? – выдохнул брат.

– Где-то в Подмосковье, но где именно, не знаем.

– Таня, попробуй назвать какие-нибудь ориентиры. Иначе как же я вас найду.

– Тут бревенчатый дом, кругом лес.

– Это мне ни о чем не говорит. В Подмосковье все дома бревенчатые.

Я смахнула слезы и протянула трубку Марте.

– Слава, милый, слушай внимательно. Нам нельзя звонить. Мы потихоньку взяли телефон, и нужно вернуть его, пока пропажа не обнаружилась. Мы у Тиграна. Он вынуждает нас чистить московские отели.

– Как вас можно найти?

– Завтра нас повезут на работу. Пусть твои люди проедутся по всем крупным отелям, вернее, по их ресторанам. Другого способа нет.

– А если я вас не найду?

– Тогда жди звонка. Мы постараемся выйти на связь. Нас держат в частном доме. Во дворе торчит огромная псина – ротвейлер. Сегодня Тигран везет Таньку вставлять зубы.

– Зачем?

– Чтобы работать могла. Ни один иностранец на беззубую не клюнет.

– А где Саня? Его похитили вместе с вами? Вадим тоже там?

– Сани нет. Танька его убила.

Выхватив у Марты трубку, я быстро затараторила:

– Он предатель, он продался Юсупу. Я его застрелила, а Юсуп сбросил в воду.

– Таня, что ты несешь?!

– У нас нет времени. Слушай, что я тебе скажу. Вадим находится на катере. Он в трюме, ему нужна помощь. Срочно свяжись с его людьми.

– Танюша, сестричка, я все сделаю. Скажи мне честно, как там Марта?

– Не волнуйся, она у тебя молодец! Я сейчас дам ей трубку.

Марта громко прокричала:

– Слава, я тебя люблю! Ты слышишь?! Мне без тебя плохо!

– Что ты орешь? Сейчас весь дом разбудишь! – не выдержала я.

Марта заревела в голос. Отобрав у нее трубку, я сказала:

– Славка, не обращай внимания, у нее истерика. С ней все в порядке. Ее никто и пальцем не трогал. Она и в самом деле тебя ужасно любит. Мы обязательно выберемся из этого дерьма, можешь не сомневаться. Саня – гад ползучий! Я его грохнула и нисколько не жалею. Умоляю тебя, свяжись с людьми Вадима, иначе будет поздно.

– Таня, скажи, кто-нибудь видел, как ты убила Саню?

– Юсуп и его люди, но они по ментовкам не бегают. Ты же знаешь.

– Таня, прошу тебя, поддерживай Марту. Береги ее. Смотри, чтобы ее не обижали.

– Да твоя Марта сама кого хочешь обидит! Она за словом в карман не лезет!

Вдруг дверь распахнулась, и на пороге появился Тигран. Я замерла с телефоном в руке. Он подошел ко мне и, размахнувшись, ударил в челюсть. Я отлетела к стене. По губам потекла кровь.

– Ты что, сука, вытворяешь! – Тигран высветил номер, по которому я звонила. – Чей это номер?

– Моего брата.

– Что ты ему сказала?

– Что мы живы, – ответила я, глотая кровь.

– За такую самодеятельность будете работать бесплатно до тех пор, пока я вас не убью. Если кто-нибудь еще раз вздумает приблизиться к моему телефону, то я перережу вам глотки. Шепнули братцу, чтобы он вас в Москве искал?! Ну ничего, я переиграю. На работу пойдете через неделю. Пусть он покрутится по московским гостиницам и поищет вас. А Юсупу я скажу, чтобы он немедленно грохнул Дрозда.

– Нет! – закричала я.

– Ведь ты уже успела сообщить братцу, где находится твой любимый?

– Не успела. Я только хотела, а тут ты зашел.

– Дрозда по-любому надо убить. Так будет спокойнее.

Тигран вышел из комнаты, а я, закрыв лицо руками, зарыдала в голос.

– Не надо было так долго говорить. Я думала, ты перебросишься парой фраз, и все, – глухо произнесла Марта.

– Ты сама не лучше. Начала трубку целовать, плакать…

– Просто услышала Славкин голос и расслабилась.

– В общем, получилось, что своим звонком мы только подписали Вадиму смертный приговор.

Дверь вновь открылась. Это опять был Тигран.

– Вставай, поехали зубы вставлять, – сказал он мне. – А ты, – обратился он к Марте, – в мое отсутствие приготовь что-нибудь поесть.

– Я не повариха, – фыркнула Марта.

– Хочешь, я сделаю так, что ты вмиг ею станешь?

– Нет уж, не надо. Я лучше приготовлю.

Мы сели в машину. Я потрогала распухшую губу и попыталась оттереть запекшуюся кровь.

– Болит?

– Болит.

– На хрен звонить куда не надо.

Я промолчала и уставилась в окно. Тигран закурил и ласково спросил:

– Может, свернем в лесок, пока зубы не вставили?

– Если хочешь получить в ухо, как в прошлый раз, то заезжай.

Тигран грязно выругался, но больше ко мне не приставал.

Дантист сделал свою работу на совесть.

– Нравится? – поинтересовался Тигран, когда мы вышли из клиники.

– Мог бы и на керамику раскошелиться. Это же самая обычная дешевая пластмасса.

– На керамику еще заработать надо. Ты мне и за эти должна.

– Мне кажется, ты уже получил от нас хороший аванс.

– Что ты несешь?

– Помнишь ту десятку, которую ты нашел в сумочке Марты?

– Так это не ваша десятка. Вы ее у француза свистнули.

– А Мартину квартиру кто обчистил?

– Я к этой квартире не имею никакого отношения.

– Конечно, учитывая то, что в сумочке были ключи.

– Хватит рассуждать! – разозлился Тигран. – Давай садись в машину.

Всю дорогу я думала о Вадиме. Найти катер Юсупа не так уж сложно. Пацаны, наверное, уже знают, где он. А что, если Вадима уже нет в живых? От этой мысли мне захотелось кричать, но я сдержалась, казаться слабой рядом с этим ублюдком – непозволительная роскошь.

Мы вернулись в дом. Марта на кухне читала газету. Рядом сидел Лешка и пытался с ней заговорить.

– Какие вкусные запахи! – повела я носом.

– В духовке курица с картошкой.

– Здорово. Я так хочу есть!

– Руки сначала помой. Ну-ка, покажи, что тебе сделали.

Я широко улыбнулась.

– Вот жмот, что, трудно было керамику сделать? А вообще ничего!

– А это что? – Я посмотрела на небольшую железную мисочку, стоящую на плите. От нее исходил неприятный запах.

– Это Леша себе какую-то наркоту варит, – ответила Марта.

Запах становился все сильнее, завоняло ацетоном. Вскоре Леша набил папиросу дурью и закурил. Еще через какое-то время стало ясно, что курицу есть нельзя: ацетоном пахла не только она, но и стены, мебель, одежда – словом, все, что было в доме. Марта, зажав рот, выскочила в туалет. Ее рвало.

– Вот что, пошли отсуда, – решительно сказала я Тиграну. – Давай вези нас в ресторан. Мы хотим нормально поужинать.

– Куда тебе с такой губой в ресторан? Она опухла. Это еще хуже, чем без зубов. Теперь ты похожа на Мальвину, – засмеялся Тиран и вышел из кухни.

Я подошла к окну и открыла створку. Ротвейлер тут же подбежал к решетке, просунул пасть между прутьями и жалобно заскулил. Оторвав куриную ногу, я сунула ее псу. Он проглотил ногу целиком и довольно облизнулся.

– А Тигран говорил, что ты с чужих рук не ешь, – удивилась я. – Все ты ешь, только подавай.

Увидев, что я скармливаю курицу собаке, Леша вскрикнул:

– Ты что делаешь?!

– Песика кормлю.

– А мы что будем есть?

– Тигран всех в ресторан повезет. Он угощает.

– Он что, так сказал?

– Конечно.

Леша затянулся папиросой и закатил глаза.

– Кайф. Будешь?

– Не увлекаюсь.

Через несколько минут ему не было до меня никакого дела, и я скормила псу не только курицу, но и всю картошку. Высунув руку в окно, я хотела было почесать ротвейлера за ухом, но он оскалил зубы и глухо зарычал.

– А где курица? Сгорела, что ли? – раздался за спиной голос Марты.

Я показала на ротвейлера и грустно произнесла:

– Этот гребаный кобель смел все подчистую. Интересно, сколько в него влезает? У этой псины желудок с ведро.

– Ты хочешь сказать, что ротвейлер умял нашу курицу?

– Точно.

– Ты же говорила, что он у чужих не возьмет!

– Мечет все подряд.

– Вот здорово! Жалко, что клофелина нет, – покосившись на Лешу, Марта замолчала.

– Да ладно, говори, – сказала я и посмотрела на кайфующего братка. – Он сейчас не с нами, а где-то там, далеко.

– Ну и правильно, что ты курицу скормила. От нее ацетоном за версту несло. Только вот что теперь есть будем? Бутерброды сделаем, и все?

– Какие, к черту, бутерброды! Пусть Тигран нас в ресторан везет.

– Да никуда он нас не повезет. Послушай, а может, ты с собакой подружилась.

– С ней контакта нет. Жрать жрет, а дружить не хочет.

– Вот проклятый кабыздох! Уже должен был к нам привыкнуть.

Через минуту на кухне появился Тигран и радостно спросил:

– Будем ужинать?

– Чем? – в один голос ответили мы.

– Как чем? Курицей с картошкой.

– Опоздал, дорогой, – улыбнулась я. – Твоя милая собачка все подмела, о тебе даже не подумала.

– Ты что, хочешь сказать, что скормила наш ужин псу?