Далекие звезды Свободина Виктория

— Нашла на одном закрытом хакерском форуме завуалированное предложение. Обратилась и купила.

— Продавала организация или индивидуал?

Как раз с тех пор мне и давалось несколько больше программного минимума. По словам Крайтона, через год другой я, при большом желании, и активной подготовке, смогу даже разбираться в настройках своего ограничителя. И не только своего. Тем самым он специально дал мне мощный стимул познавать углубленно не только все то что, что связано с кораблями, но и его предмет.

Время пролетело слишком быстро. Я волнуюсь, что не достаточно успела подготовиться. Как говориться, нет предела совершенству. Рикер пока так и не вернулся. Не звонил и не писал, что, по моему мнению, к лучшему. Не факт, что смогла бы удержаться, и не проговориться. Слишком велик мой страх перед тем наказанием, которое может последовать за подобный проступок.

— Успокойся. Все будет хорошо, — Тэо ободряюще похлопал по спине. — Я в этом уверен. Мои предчувствия меня редко подводят.

— Хорошо, если так, — улыбнулась, наверное, все-таки другу, хотя я и боюсь пускать кого-то к себе в душу.

Сегодня основной, самый большой зал для тренировок по эйрборду был переполнен народом. Меня начало потряхивать от волнения. Не столько от самих соревнований, сколько от количества наблюдателей. В основном здесь были кадеты нашей академии, студенты других учреждений, и прочая молодежь, не обязательно где-то обучающаяся. Девушек пришло много. Видимо, подобные мероприятия входят в сферу их интересов. Еще бы. Столько мальчиков здесь. Помимо юных любителей спорта, присутствовали и взрослые. В судейский состав входили в основном преподаватели нашей академии, что логично — эйрбордом увлекались почему-то исключительно кадеты.

Сегодня мы с ребятами оделись в одной цветовой гамме. Одежда шилась на заказ. Удобная спортивная форма глубокого синева цвета. На спине у каждого из нас оскалил свою пасть звездный волк — картинка мифического создания. По легенде, это существо способно перемещаться в пространстве с невиданной скоростью и считается, что помогает тем, кому в скором времени предстоит какое-то трудное рисковое мероприятие. Для меня сейчас этот волк самый подходящий покровитель.

Первый этап, отборочный — обязательная программа, где команда показывает все отработанные элементы. Очки присуждаются только за точность и безупречность исполнения всех воздушных элементов. По его итогам остается десять команд, которые могут показать себя во втором этапе. Это уже скорее творческий конкурс. Судей стараются поразить слаженностью команды, сложностью и виртуозностью элементов, ну и общей артистической составляющей. Тут имеет значение все. Подобранная под выступление музыка, костюмы, даже выражения лиц. После отсеивается еще шесть команд и наступает последний, самый интересный этап. Батл. Четыре команды по результатам жеребьевки делятся на пары и устраивают друг с другом сражения. По итогам остается соответственно только две команды — и последнее сражение, в котором выявляется победитель. Команда в батле считается проигравшей, когда все ее участники «повержены», то есть потеряли управление — упали на сетку или на пол. Бывало такое, что в пылу битвы сражающиеся вылетали за пределы зала, это правилами не запрещено, и наоборот в чем-то поощряется, так как повышает зрелищность и накал страстей — толпе нравится видеть настоящие травмы и чувствовать реальную опасность. Кстати далеко не всегда упавший участник считается выбывшим из игры. Если он, упав, сумел вновь подняться в воздух, и в течении пятнадцать секунд сбросить сразу двух противников, то может вернуться к игре.

— В этом году набралось почти сорок команд! — возбужденно воскликнул Кевин, находящийся по правую руку от меня. — Эйрборд становится все более популярным.

Хохотнула. Ну, еще бы. Такие страсти творятся вокруг соревнований. Кадеты устроили тотализатор, делая ставки на то, кто сегодня победит. Соревнования разделялись по уровню на новичков, собственно нас, первокурсников, и продвинутых — учеников старших курсов, у которых турнир пройдет только завтра. Наша команда считается одним из основных фаворитов тотализатора, но команда Райена все равно лидирует. Во всяком случае, по ставкам. Мы с ребятами не удержались, и через посредников поставили на кон кое-какие деньги. Если выиграем, надо же будет на что-то отпраздновать данное событие, и закупить новое усовершенствованное оборудование и экипировку, продлить аренду зала. Мы, конечно, можем воспользоваться и деньгами семей на подобные нужды, но самостоятельно все купить — это особый шик и гордость для победителей.

Кстати, лично мне не обязательно было стремиться именно в финалисты. Условия пари таково, что нужно обыграть только команду Райена, которая может выбыть гораздо раньше. Эх, мечты.

В первом этапе, по результатам жребия, наше выступление оказалось четырнадцатым по счету. Когда подошла наша очередь, в моей крови вскипел адреналин. Уши будто заложило. Я не слышала приветственных криков ожидающих наш выход людей. Сосредоточилась. Пришло время показать все, на что способна.

Первое испытание прошло, как в тумане. Двигалась на автомате, отрешившись от всего. Но зато выполнила все движения четко и без ошибок. Странное состояние. Больше походит на транс. Парни тоже вроде бы выполнили все четко. Признаюсь, не следила. Закончив программу, и пройдя все воздушные дорожки с препятствиями, мы спустились вниз. Результаты объявят, только когда все команды окончат первый этап, тем не менее, Тэо был очень доволен, сказав, что мы все выполнили на высшем уровне и точно войдем в десятку.

Потянулось тревожное ожидание. Развлекали себя тем, что наблюдали за выступлениями других команд, и обсуждениями их ошибок и удач. Райен ходил павлином, победно смотря в мою сторону. Отчего-то он предпочитал все время крутиться поблизости от нас.

Спустя примерно час на специальном электронном табло показали результаты. Ну, что могу сказать. Да, мы в десятке, и это хорошо, а вот то, что на третьем месте, когда Райена занимает лидирующую позицию — не очень. На втором месте шла команда парней, с которыми я раньше сталкивалась в зале. Тоже такие же фанаты эйрборда. Почти не вылезают из тренировочного зала, да и команда у них давно слаженная и устоявшаяся. Их капитана звали, кажется, Теренс. Утешила себе тем, что выставляемые оценки хоть и опираются на продемонстрированную технику полета, но тоже во многом субъективны. У всех есть свои симпатии и антипатии. Будто в доказательство моих мыслей, мне незаметно подмигнул учитель Крайтон, который тоже сидел сегодня в судьях. Главное, пройти в третий этап, и уж батл покажет кто действительно сильнее.

Потом был небольшой пятнадцатиминутный перерыв перед творческим конкурсом. Давали командам немного отдохнуть и подготовиться морально к следующему этапу. Вернулся Тэо с жеребьевки.

— Не поверите. Мы выступаем последними.

Ну почему не поверим? Команд осталось не так много, так что подобная вероятность существует.

Для творческого конкурса переодеваться было нельзя. Точнее можно, но вид формы для выступлений должен быть тот же. Почему так, не понимаю. Ведь гораздо интереснее, на мой взгляд, если бы была возможность менять костюмы, ну да что поделаешь.

В этот раз я с большим интересом смотрела за выступлениями. Все же программа вольная, определенно канона нет. Как успела заметить, все команды предпочли сделать упор на технической стороне программы. От исполняемых трюков захватывало дыхание. Ребята в воздухе вытворяли немыслимые пируэты на грани человеческих возможностей. Вот уж точно, короли воздуха. Тот, кто способен так владеть своим телом в пространстве, и корабль сумеет лучше прочувствовать. Правда, не обошлось без казусов. Задуманное удавалось не всегда. Уже как минимум две команды, по моим расчетам точно должны выбыть.

Что мне не понравилось во всех выступлениях. Да, техническая сторона на уровне, но вот творческая как-то не очень. Музыка не отличалась разнообразием. В основном выбирались либо тяжелые ударные агрессивные композиции или безликие электронные. Про какую-то постановку речи вообще не шло. По большому счету, от первого этапа выступления отличались только сложностью исполнения, даже примерная последовательность каждого нового элемента была та же.

Настала наша очередь. Последние. Большинство уже выступивших команд смотрели на нас с легкой насмешкой и превосходством. Они уже отлетали, и как минимум восемь команд отчего-то были полностью уверены, что уж они точно пройдут.

Мы с парнями разделились, разлетевшись по разным углам зала, чем вызвали у всех здоровое недоумение. Еще бы. Принято выступать, вылетая из одного угла зала, который ближе к входу. Да, и полосу препятствий мы выставили не стандартно — в центре, не стройными параллельными рядами, как все до этого.

Во время ночных тренировок, когда мы часто просто танцевали и дурачились в воздухе под музыку, нам и пришла такая идея. Мы решили делать то, что нравится гораздо больше. А именно играть. Обязательные программы уже все видели, а вот такое вряд ли. Конечно, мы рисковали, но, на мой взгляд, всегда нужно стараться привносить что-то новое в уже такое любимое и привычное.

Зазвучала музыка. Не такая, как раньше. Веселая, бесшабашная. Под нее так и тянуло танцевать и хулиганить. Настроение в разы поднялось. Вот, казалось бы, сколько раз уже слушала ее, готовясь к выступлению, а каждый раз тот же эффект. Парни рядом со мной тоже заулыбались, и мы рванули к центру зала. У нас не было строгого четкого ряда. Наши движения со стороны, наверное, смотрелись очень хаотично, но это было не так. Все продумано и много раз отрепетировано. При этом мы не откатывали программу, а просто наслаждались процессом, играли и дурачились, как бы соревнуясь между собой, кто лучше сделает тот или иной трюк, на самом деле зеркально повторяя, действия друг друга. А иногда будто бросали вызов сами себе, демонстрируя другим, как круто можно летать. Со стороны наше выступление было больше похоже на разудалую эйр вечеринку, а не на программное выступление. Краем глаза заметила, что многие зрители внизу стали танцевать, и что-то весело кричать, только громкая музыка заглушала слова.

Закончили наш выход тем, что когда музыка оборвалась, мы вместо того чтобы чинно стройно улететь дружно повалились, якобы в усталости, на защитную сеть внизу. Кстати те, кто был без оборудования для эйрборда, сетку, при активации, только видели обычные лучи примерно на уровне своей груди, но никак не ощущали.

Внизу нас ждала довольно теплая встреча. Восхищенные аплодисменты и свистки. Даже наши конкуренты не скрыли своего восторга. Кроме команды Райена. Их лица наоборот стали кислыми.

Поскольку выступали последними, да и команд стало меньше, результаты на табло появились гораздо быстрее. Радостно закричала и запрыгала. В едином порыве наша команда крепко дружно обнялась. Я чуть не задохнулась, но мало обратила на это внимание. Мы были первыми! Следующими стояли Райен, затем Теренс. Четвертое место заняла малознакомая мне команда, имя капитана которой я не знала. На их спинах были эмблемы академии и еще какая-то фигура. Не поняла, что она значит.

Сейчас получасовой перерыв на обед, и остается только батл. Как правило, на эту часть выступлений подтягивается наибольшее количества народа. Хорошо хоть телевизионную трансляцию не устраивают.

Собравшись в небольшом кафе, неподалеку от тренировочного зала, наша команда в полном составе, возбужденно галдела, делясь впечатлениями. Каждому не терпелось поделиться своими наблюдениями. Заняв первое место, мы ощущали небывалый эмоциональный подъем. Но радоваться еще рано. Во всяком случае, я, пока команда Райена не будет одолена, не смогу до конца расслабиться и в полной мере насладиться победой.

Когда мы вернулись, повторилась жеребьевка. Нам выпало сразиться с командой Теренса, а Райену с той командой, что выступала под символикой академии. Я немного расстроилась.

— Миа, в чем дело? Что тебе не нравится? — поинтересовался Тэо, заметив, видимо, мое недовольство.

— То, что Райену досталась в противники команда слабее, чем нам.

Тэо отчего-то засмеялся.

— Можешь не переживать по этому поводу. Нашим главным соперникам достались «ботаники». Да, они возможно не такие фанаты эйрборда, как мы, но они, как правило, перфекционисты во всем. Особенно в учебе. Это отдельный клуб, в котором все мнят себя, чуть ли не гениями, элитой общества. Эйрборд для них не увлечение, а способ показать себя. Так что они из кожи вон вылезут, чтобы победить. И сильно потреплют конкурентов. Я только удивлен, что Райен до сих пор не присоединился к их клубу.

Хмыкнула.

— Райен, слишком большой индивидуалист, и лидер по натуре. Наверняка мнит себе, что гораздо круче этих зазнаек.

— Возможно ты права.

Итак, батл. По мне, так это самое напряженное испытание. Меня дрожь берет, когда смотрю на команду блондина. Все как на подбор качки. Придется трудно.

Наш батл назначен вторым, так что сейчас мы наблюдатели. Каждый участник взял себе по одной энергетической цепи — приспособление, чем-то сродни защитной сетке в зале для эйрборда и моего ограничителя. Выглядит как толстая цепь, длиной примерно с метр, только на вид, как мой браслет — чуть светящаяся, полупрозрачная, синего цвета. У цепи есть интересный эффект. По тактильным ощущениям, все очень реально. Когда тебя ударяют ей — получаешь довольно болезненные ощущения. Если берут ею в захват и тянут — тоже самое. Будто реально схватили. При всем притом, никакого фактического вреда телу этот гаджет не приносит. Все на уровне ощущений. Не люблю это приспособление. Уже не раз опробовала его на себе во время тренировок. Ничего хорошего. Зато в разы повышается зрелищность батла.

Первое сражение оказалось не слишком интересным. Никто даже из зала в пылу битвы не вылетел. Райен быстро и жестко разгромили соперников. Пожалуй, слишком быстро. У меня по позвоночнику мурашки побежали.

Настал наш черед. Поднимаюсь в воздух, раскручивая свою цепь. Тэо дает позывные, проверяя связь. Рядом со мной несколько «защитников». Мы предполагаем, что меня посчитают самым слабым звеном, и нападут в первую очередь, чтобы как можно быстрее завоевать численное преимущество.

Кровь стучит в висках. Гудок. Начинаем.

Победа не далась легко. Ошибка наших соперников была в том, что нас недооценили. И если по силам мы были примерно равны, то мы взяли тактикой. Систематически сваливали одного игрока за другим. Пара бордеров попыталась сбежать из зала. Это повлекло бы за собой затягивание игры, ведь пришлось бы долго их отлавливать по коридорам, но повезло, на выходе караулил один из наших, и ценой своей игровой жизни, задержал соперников, до прихода наших основных сил. Герой.

Краткий отдых, беглый осмотр дежурящими врачами на предмет повреждений и финал.

Взлетели. Соперники угрожающе скалятся. Какие самоуверенные.

С самого начала все пошло не так. Нас уверенно теснят. Ни одной операции нападения провести не удалось, что очень странно. Они как будто предугадывают все наши действия. Тэо принял решение уходить из зала, чтобы затянуть бой. Нужно время, чтобы немного обдумать ситуацию.

Нам фактически выстроили коридор к выходу. Пролететь никто не помешал. Напоследок Райен самодовольно кинул нам в спину: «Бегите, все равно догоним».

Меня одолела злость. Начались наши маневры в коридорах. Зрителям, чтобы не пропустить красочного зрелища, приходилось буквально бежать за нами. Попутно к толпе присоединялось все больше праздных зевак, заинтересовавшихся необычной активностью. Мы значительно уступали нашим противникам. Возникла мысль проверить, не подслушивает ли нас Райен. Помнится, парни уже как-то говорили, что подобные эпизоды нечестной игры уже бывали, но на менее значимых соревнованиях. Надо бы как-то проверить. Компьютер и знания данные учителем Крайтоном имеются, вот только времени совсем нет. Проверка и блокировка займет как минимум пару-тройку минут, за которые нас успеют разгромить.

Переломный момент был, когда завалили Тэо. Упав, он, кажется, сломал себе руку. Вместо того чтобы, в своей последней команде передать управление своему «заместителю», парню по имени Дэрек, он назначил новым капитаном меня. Глупо. Мы не тренировали взаимодействие с лидером в моем лице. Зачем в последний момент все переигрывать? Только из-за того что я больше всех заинтересована в победе? Пользы все равно от этого не будет.

Нас осталось шестеро. Я, нейсег, Дэрек, Патрик, Фабио и Кевин. А их десять. Не самый лучший расклад. Мы уже порядком устали. В какой-то момент залетели в просторный круглый зал с высоким потолком. Внизу были установлены полукругом длинные столы, за которыми сидело множество мужчин в костюмах. Привлек внимание вывешенный на стене огромный флаг с символикой нашего корабля. Наверное, своим появлением мы прервали чье-то заседание. Сейчас я не особо обратила на это внимание. Пожалуй, здесь будет удобно закончить неудавшийся бой.

По спине с силой ударила чья-то цепь, и я полетела вниз. Боль от падения была невыносимой. Кажется, повредила ногу. Надеюсь, это только вывих. Но так просто сдаваться нельзя. Есть пятнадцать секунд. Делаю вид, что судорожно пытаюсь подняться.

Поскольку я сейчас капитан, и если не успею в отведенное время передать управление другому игроку, мы будем считаться досрочно проигравшими. Краем глаза замечаю, как двое парней из вражеской команды летят ко мне с глумливыми улыбками. Они держат одну цепь, растянув ее на двоих. Неужели хотят «снести» мне голову? Жестоко. После такого я точно не смогу и слова сказать. Замерла, приготовившись к прыжку. Стала отсчитывать секунды до их приближения.

Десять, девять… Ну же, давайте быстрее. Восемь… Они уже около меня. Летят очень низко. Цепь нацелена на шею. Они думают, я дезориентирована и стану легкой жертвой. Семь! Резко высоко подпрыгиваю, задействовав свой эйрбор, и в головокружительном пируэте перелетаю через цепь, при этом, перехватываю ее посередине, и с силой, рывком, тяну ее в другую сторону. Парни падают на пол, но зачем-то продолжают удерживать цепь. Я какое-то время еще тащу их «паровозом», и тут неожиданное препятствие в виде массивного стола. Взлетаю с трофейной цепью вверх, а они остаются внизу, мощно приложившись головами о стол.

Первая победа! Я снова в игре, при этом вывела из нее двоих соперников. Только у меня почему-то хлещет кровь из ноги, не от удара же об пол? Значит, это произошло раньше, но когда, не заметила. Все тело пульсирует болью. Необходимо быстро остановить кровь, иначе быстро ослабну. Лечу над столами очень возмущенных данной ситуацией мужчин в деловых костюмах. Наконец, нашла то, что подойдет. Схватила клейкую ленту с чьего-то стола. С невероятной скоростью обматываю место, где кровь буквально фонтанирует. Сильно пережала места чуть выше и ниже раны, и ценная жидкость перестает из меня вытекать столь интенсивно. Главное, лента прочная. Сойдет пока, потом врачи залечат. За то, что попачкала важным людям столы и костюмы, я со всей вероятностью еще получу.

Ладно. Поднимаюсь вверх. Мои парни отвлекли временно весь пыл схватки на себя, давая мне возможность залатать раны и вернуться в строй. Расклад улучшился. Нас все также шестеро, а их уже восемь. Тут у меня возникла одна очень интересная мысль. По общей связи распределяю задание. Жаль, остальные так и не удосужились выучить команды на тожутском или разработать шифр. Думали, большие соревнования. Благородная игра, судейство. А ведь я только сейчас поняла в чем суть. Мы пожалуемся комиссии, их осудят, пожурят, и снимут баллы. Но мне уже от этого будет не легче. Райен выиграет в нашей личной схватке. Сделает он это честно или нет, уже не так важно. Мы не обговаривали с ним в пари, можно использовать запрещенные приемы или нет. Так что негласно, чтобы не решили судьи, все признают победителем его.

Моя команда для участников такова. Дэрек, Патрик, Фабио и Кевин берут на себя четырех человек вражеской команды, и просто обязаны их повалить. А вот мы с Шаялом занимаемся Райеном и оставшимися. Почему такой странный расклад? Потому что только нейсегу я могу сказать свой план так, чтобы соперники не поняли.

Райен улыбается и делит свою команду соответственно моей команде. Подслушивает все-таки, и даже этого не скрывает. Четверо на четверо, и неравная сила против нас с Шаялом. Ему это выгодно. Завалить капитана и самого физически сильно участника большинством, а потом разобраться с остальными. По связи отдаю команду нейсегу. Он смотрит на меня с удивлением. Я же дарю другу озорную улыбку. Блондин хмурится, видя наше с Шаялом немое общение, но видимо, не предает этому значения.

Начинается новое сражение. Я не обращаю внимания ни на кого, кроме подобранных для поединка противников. Мы с нейсегом носимся по залу, как угорелые, незаметно подводя противников ближе к одной из стен, и не давая тем разделиться. Когда они подлетают к нужному месту, даю короткую команду на тожутском, и мы с нейсегом тут же быстро подбираемся к висящему на стене огромному флагу. Срываем его, накрывая сверху Райена с его друзьями. Дезориентированные и запутавшиеся в ткани, соперники, подгоняемые нашими с другом тычками, падают на пол. Мы с Шаялом сверху в течение пятнадцати секунд следим за тем, чтобы никто не смог выбраться и подняться в воздух, охлаждая самых ретивых ударами цепей. Вот так улов попался нам в сети. К сожалению, Райен, похоже, передал кому-то власть, так как по передатчикам не было объявления о конце батла.

Это еще одна победа. Остались только четверо. А, нет, уже трое. Дэрек постарался. Пятнадцать минут, и мы завершаем бой. Крики и овация толпы. За это время в зал, не смотря ни на какие запреты, набилось множество народа. Вспышки фотоаппаратов ослепляют. До этого, чтобы не отвлекать участников, использовать их было нельзя.

С наслаждением стаскиваю себя оборудование для эйрборда. Радостная, хромаю к Тэо. Одна его рука висит плетью, но он этого будто и не замечает. Его глаза блестят восторгом. Нам с ним сегодня досталось прилично. Мы обнимаемся, к нам со всех сторон налетают наши мальчишки, образуя кучу малу. Кажется, я плачу. Толпа вокруг что-то громко весело скандирует и порывается потащить победителей обратно в зал для тренировок на руках. Осталась только приятная церемония награждения.

Уже на выходе из помещения, почувствовала чей-то тяжелый взгляд, буквально прожигающий мне спину. Оборачиваюсь, и чувствую, что готова потерять сознание. Меня буквально передергивает от страха. Но как? Почему он здесь? И когда успел прилететь?

На меня многообещающе смотрит Рикер. И сразу видно, что он в ярости. Супруг сидит во главе стола с теми важными дядечками, которым мы так не вовремя помешали.

Быстро отвернулась. Глубоко вздохнула. Я знала, что Рикер все узнает. Готовилась к этому. И даже действительно почти готова к последствиям. Ключевое слово — почти.

Радость победы была омрачена, но я все равно последовала за всеми на церемонию награждения. Во время небольшого перерыва врачи быстро подлатали мое поврежденное в нескольких местах тело. Как только появилась возможность, как можно более незаметно скользнула к своему преподавателю по программированию и шепнула пару слов. Все же те, кто вел нечестную игру, должны понести свое заслуженное наказание. Учитель Крайтон сумеет разобраться.

За каждый этап награждали отдельно. Здорово быть призером во всех конкурсах. За первые два этапа давали медали, а за третий, помимо прочего, мы должны получить кубок. Так приятно. Никогда ничего раньше не выигрывала, да и вообще сильно подозревала, что по жизни я еще та неудачница. По размышлении, когда спросили номер счета, куда перевести деньги, выбрала счет карточки, выданной мужем. Сейчас мне деньги, ни для каких особых целей не нужны, и в чем-то я буду испытывать гордость, что не убавила, а наоборот только прибавила тот капитал, что выделил супруг.

И вот, наконец, последняя часть награждения. За первое место дают не только деньги, но и различные бонусы. В основном их выделяет академия. Это, к примеру, возможность раньше выйти на практику с пилотами, автомат за экзамены по физическим дисциплинам и так далее. Но есть и другие. Несколько магазинов спортивной одежды станут нашими спонсорами, и в течение года, до следующих подобных соревнований, будут бесплатно снабжать нас фирменной одеждой и обувью.

Первыми отчего-то объявляют нас. Просто обычно начинают с провозглашения третьего места. Аплодисменты, вручение подарков, и прочий приятный антураж. Счастливые и довольные, мы уходим с небольшой, специально установленной для этой церемонии небольшой сцены.

Затем объявляют команду, занявшую второе место, и в зале устанавливается ошеломленная тишина, поскольку это не Райен со своими друзьями, а капитан Теренс и его парни. Третьими идут «ботаники», кадеты выбравшие для участия символику академии. Толпа возмущена, требует ответа, почему такой произвол, и тогда один из судей по громкоговорителю сообщает, что команда Райена дисквалифицирована, из-за использования в третьем этапе запрещенных технических устройств.

Вот так. Справедливость восторжествовала, и наши соперники с позором спешно покидают зал под свистки и улюлюканье. Эй, а как же наши пари? Ладно, спрошу у Райена завтра в академии. Если он «забудет» или «заболеет», дело его, нисколечко не обижусь. Но как это воспримут кадеты, другой вопрос.

Все-таки когда твой обидчик наказан, причем твоими же стараниями, и при посильной поддержке верных друзей — это ни с чем несравнимое удовольствие.

С ребятами отмечать победу не пошла, как они меня не уговаривали. Пора домой к Рикеру. Буду сидеть там, и ожидать своей участи.

Меня встречал Персиваль. Помощник поохал и порадовался моим сувенирам. Кубок забрала себе академия, где выставит новый экспонат в стеклянном шкафу в главном холле на всеобщее обозрение, а все три мои медальки забрал Перси, заявив, что сделает стенд, и повесит награды на видное место. Ну, раз ему так хочется, пускай.

Еще мужчина счастливо заявил, что сегодня днем вернулся мистер Блэквуд, вечером уже будет дома, и тоже очень обрадуется моим достижениям. Ну-ну. Я уже видела, каким он был радостным.

Потянулись долгие часы ожидания. У меня были самые дурные предчувствия. Чтобы как-то себя отвлечь, приготовила шикарный ужин. Возможно, еда сумеет немного задобрить Рикера, хотя сильно в этом сомневаюсь.

Поздним вечером мое ожидание закончилось. В это время я сидела на кухне с чашкой кофе и зубрила лекции. Обитала я здесь не зря. Стратегически удобное место. Это условно моя территория, да еще и наполненная вкусными ароматами.

Он зашел, окинул меня внимательным тяжелым взглядом. Мысленно уговариваю себя, что бояться мне нечего. Все самое страшное, что могло произойти уже, собственно и произошло.

Сел напротив.

— С возвращением, — неуверенно протянула я.

— Спасибо.

Помолчали. Рикер тоже налил себе кофе и продолжил на меня этак задумчиво оценивающе смотреть. Меня нервировала тишина, поэтому вновь неуверенно заговорила.

— Ну, про намечающееся соревнование тебе наверняка было известно.

Прищурился, но продолжил молча попивать кофе.

Не знаю, стоит ли выдавать себя сразу, но как показывает опыт, с таким мужчиной как мой муж лучше разговаривать напрямую.

— Про пари было поздно говорить.

— Да что ты. Почему же ты так решила?

— Ты уезжал. Был сильно занят.

Опять молчим. На этот раз первым тишину разорвал Рикер.

— Миа, я тебе поражаюсь. Вроде бы умная девушка, но совершаешь такие поступки, которые в раз перечеркивают все мое хорошее отношение к тебе. Для чего ты согласилась на это пари?

— Я не просто согласилась, а сама назначила условия. Райен — мой главный оппонент, и самый сильный в стае тех, кто ко мне ближе, и кому я не нравлюсь. Выбрала самого активного, и «победила» его. Я долго жила в приюте, и знаю, как обычно завоевывают себе авторитет. Не будь на мне ограничителя, все было бы гораздо проще. А так… Почему такие условия пари? Мне нужно было, чтобы приманка оказалась достаточно вкусной, и Райен, практически не раздумывая, повелся.

— А то, что мой авторитет был бы разрушен, ты не подумала? Про свою репутацию? Даже то, что ты позволяешь себе пари на подобных условиях, уже говорит другим о том, что ты меня не уважаешь, и ни во что не ставишь. А если бы вы проиграли?

— Главное, мы все же выиграли. Моя репутация в глазах высшего общества и так не высока. Мне никто и никогда не забудет, что я работала уборщицей. Приношу извинения за подпорченный мною авторитет. Однако хочу напомнить, что после случая с попыткой моего побега, ты сам разорвал наш прежний устный договор, по условиям которого я должна была блюсти свою честь и, соответственно твой «престиж».

— Ну-ну. Почему тогда ты не сказала мне, что у тебя проблемы в академии? Я ведь спрашивал.

— Потому что мне бы это никак не помогло. Что бы ты сделал? Запугал бы всю академию? попытался что-то внушить мальчишкам?

— При необходимости. Поверь, мне это не трудно.

— Верю. Но этим бы ты только понизил так важный тебе авторитет. Всем рот не закроешь. Кадеты бы боялись, но исподтишка смеялись, а я бы стала еще большим изгоем, ведь со мной вообще бы перестали хоть как-то общаться.

Вздохнула. Разговор давался мне тяжело.

— Я на самом деле нисколько не умаляю своей вины. И готова принять любое твое наказание.

Вот, сказала.

Рикер, сложив на груди руки, откинулся на спинку сидения. Сейчас, я не могу понять по его виду, сильно он сердится или не очень.

— Миа, ты все-таки не дура, хотя пытаешься часто доказать обратное, поэтому, считай, два раза ты уже провинилась. Если будет третий раз…

Он медлил.

— То что?

— Тебе лучше не знать.

— А если я сама не сразу пойму что мои действия приведут к третьему проступку? Бывает же такое. Мне что-то предложат, я соглашусь по незнанию, а это окажется в итоге тем, что тебе не нравится.

Рикер поддался вперед.

— Дорогая, так ты, прежде чем что-то делать, сначала со мной советуйся. Ты ведь молчишь, предпочитая свои проблемы решать самостоятельно.

— Хорошо, — да, я умею при необходимости быть покладистой и идти на компромиссы, тем более, осознаю, что опять подставила собственного мужа.

— По поводу твоего наказания, — затаила дыхание. — Миа, ты уже взрослая девушка. Прошлый раз тебя, по всей видимости, ничему не научил, раз ты решила вновь идти против, поэтому я не знаю, как тебя наказывать, и чем пугать, чтобы ты, наконец, поняла, как надо поступать, а как нет. Поэтому наказание для себя ты придумаешь сама.

— Сама? Как так?

— А вот так. Реши сама для себя, что считаешь достойным наказанием своего поступка, и исполни.

— Но… Если я смухлюю?

Супруг наклонился ко мне еще ближе, при этом глаза его загадочно блестели.

— Это будет только на твоей совести, — сказав это, он встал и ушел.

Во внезапном порыве мне захотелось взять, и садануть чашкой, которую держу в руках, со всей дури об стену. Но я сдержалась.

Из всех наказаний, которые мог придумать для меня Рикер, это, пожалуй, самое плохое. Как он додумался? Неужели успел так хорошо меня изучить? Я имею собственный кодекс чести, правила, которым следую. В разговоре признала свою вину, и сказала, что готова к наказанию. И я бы приняла его. Любое. Раз сказала, значит, сделаю. Но так. Избрать для себя, то, что посчитаю самым эффективным и исполнить?

Просидела на кухне не меньше часа. Все обдумывала состоявшийся разговор. Я, даже особо и не задумываясь, поняла, что для меня будет наибольшим и самым запоминающимся наказанием, поэтому скорее пыталась просто решиться. Наконец, встала с неохотой, и пошла переодеваться. Все-таки купленное когда-то вместе со стилистом красивое белье мне пригодиться.

В спальне, мужа не обнаружила, что к лучшему. Залезла в шкаф, и надела то что первое попало под руку. Критически оглядела себя в зеркало. М-да, не очень. Нет, сам черный кружевной комплект нижнего белья сидел очень хорошо. Тем более что моя фигура больше не напоминала скелет, и обзавелась аппетитными округлостями. Проблема была в другом. Почти все тело покрыто ссадинами и гематомами. На ноги вообще смотреть страшно. Медики сделали все необходимые процедуры, и сбитые в кровь коленки скрывали специальные заживляющие пластыри, но все равно выглядело это не слишком привлекательно. Такой же пластырь, только более широкий и длинный — в месте пореза. Довершал картину отек на лодыжке. День, в крайнем случае, два, и ускоряющие регенерацию пластыри можно снимать, а пока, что есть, то есть.

Решила не отступать, и надела сверху легкий халат, доходящий почти до пят. Если повезет, будет темно и не видно проблемных зон. Отправилась на поиски Рикера. Отчего-то вся ситуация не казалась сейчас мне печальной, наоборот, пробивало на нервный смех. Словно ролями с мужем поменялась, и сейчас именно я иду брать у него свое. Сегодняшняя победа в батле положительно сказалась на моей уверенности в себе, и, назначив себе наказание, я планировала как можно быстрее его исполнить, и забыть. Надетое белье было призвано отвлечь мужа от негатива и ускорить процесс. А то я опасалась, что будет, как тогда когда я попыталась поцеловать его самостоятельно — смех один.

Супруга нашла в гостиной на его любимом диване в обнимку с не менее любимым компьютером. Зашла смело, но на полпути замялась. Как-то плохо представляла себе, что конкретно делать в подобных ситуациях.

Муж меня заметил. Брови его стремительно взлетели вверх. Смотрит удивленно. Я же чувствую, как начинаю заливаться краской, руки при этом нерешительно теребят завязки халата. Ситуация ухудшается еще и тем, что я замечаю, как уголки губ Рикера начинают подрагивать, будто он едва сдерживается, чтобы не засмеяться, а в глазах блестит веселье. Еще чуть-чуть, я развернусь и убегу.

Меня останавливает властный голос мужа.

— То есть, я так понимаю, ты выбрала для себя наказание? Обычно, даже спать ты ложишься в спортивном костюме, а тут нечто новое.

Все шло в не самом удачном для меня сценарии. И, похоже, Рикер решил «растянуть удовольствие». Просто кивнула в ответ на его вопрос.

— Значит, самым эффективным для себя наказанием ты посчитала ночь со мной. Ну-ну.

Наступила неловкая тишина. Сейчас лицо мужа было непроницаемым. Я же не решалась сократить разделяющее нас расстояние.

— Сними халат, — сказано холодным приказным тоном.

Вот так мне совсем не нравится. Тем более, что здесь светло. Но делать нечего, Рикер меня и так уже видел без одежды, стесняться, смысла нет. Неспешно развязываю халат, и тяну его вниз. Ткань мягко соскальзывает с плеч. Такой реакции я от супруга точно не ожидала. Рикер изменился в лице, и тут же ко мне подскочил, беря на руки и бережно укладывая на диван.

— Это что такое?! Ты у врачей была?

— Да, — я не совсем поняла причины поднятого мужем переполоха. Ну да, ссадины, пластыри, и прочие украшения, но ведь ничего серьезного.

— На тебе живого места нет! Какие врачи тебя лечили? Я вызываю бригаду. — и супруг на полном серьезе встал, и взял свой компьютер, набирая вызов.

— Рикер, успокойся! У меня нет ничего серьезного. Только синяки и порезы. Помощь мне оказали. Завтра пойду в салон и сведу все следы. Мне просто сегодня было как-то не до этого. Все нормально!

Дотянулась до штанины мужа и усиленно ее дергаю, пытаясь дозваться до здравого смысла мужчины. Кажется, получилось. Супруг сбросил вызов, и присел ко мне на диван. Вот как чувствовала, что моя попытка спровоцировать переход в горизонтальную плоскость превратиться в фарс.

Муж взял за подбородок, заставив посмотреть на него.

— Я вот сейчас думаю, что лучше вообще запретить тебе эйрборд. Я видел сегодня, как ты рисковала. Какая глупость. Есть же залы с защитной сеткой. Зачем вылетать из них. Ты могла себе при падении шею сломать.

Поморщилась.

— Не сломала бы. Мы учимся правильно группироваться при падении, и падать преимущественно на ноги.

— Все равно, такая возможность есть. Стукнули бы тебя по голове, и полетела бы как придется. На такой высоте, все опасно. Вы — глупые дети. Придется проконтролировать, чтобы больше подобных ситуаций на соревнованиях не допускалось. Куда ваши учителя смотрят?

Не знаю, куда они смотрят. Вообще я заметила, что руководство академии вольно смотрит на многие вопросы, и периодически закрывает глаза на разного рода инциденты. Взять хотя бы тот случай у туалета, когда я вынужденно заключила пари. Никто не вынес Райену даже какого-нибудь захудалого взыскания за нападение на товарища, и ведь благодаря камерам наблюдения наверняка все знали.

— Будешь еще так рисковать на эйрборде, запрещу его. Отныне летаешь только в специально оборудованных для этого залах.

— Но…

— Никаких но.

Похоже, с этим условием придется смириться, сейчас Рикер не играет.

— Кстати хотела спросить, мы очень помешали вашему собранию? Очень сердились? И как прошла твоя поездка?

Муж, кажется, немного расслабился. Подобрал мой халат с пола, и им же укрыл. Видимо мое самонаказание на какое-то время откладывается.

— Естественно, ваше появление всех очень возмутило. Совещание сорвалось. Но это официальная сторона. Что касаемо подводных течений. Твое выступление многих очень поразило. Представляешь, какой общественный резонанс? Девушка поступила в академию, принята в мужскую команду по экстремальному виду спорта, так еще эта команда, при ее посильном участии, побеждает в соревнованиях. Особенно всех впечатлило, когда ты упала. Большинство уже хотело позлорадствовать, и тут ты, мало того, что завалила двоих, но и вернулась в игру, при этом, будучи ранена. Никто не ожидал, что слабая глупая женщина способна на такие подвиги. Это заставило многих задуматься и даже, возможно пересмотреть уже сложившееся мнения о своих женщинах. К тому же ваше внезапное появление немало развлекло, и разнообразило скучные будни наших глав ведомств.

Хмыкнула.

— То есть я могу собой гордиться?

— В каком-то смысле. Но официально ты достойна лишь самого строго порицания за непристойное поведение.

— Понятно.

— Что касаемо поездки. Почти напрасно. Нам очень солидно урезают бюджет и поставки. Мне удалось лишь немного затормозить этот процесс, но вероятно, снабжение будет понижаться. В Союзе неспокойно, участились нападения старков. Правительству пока нет дела до сравнительно небольшой колонии, тем более что экспедицию изначально организовал и практически всем снабдил мой отец, то есть мы получаемся не столько государственным проектом, сколько частным. Соотношение примерно сорок на шестьдесят процентов. И то, по большей части у правительства сорок процентов, за счет того, что планета, которую мы летим осваивать, официально принадлежит Союзу, ну и за организацию поставок продовольствия с разных планет.

Рикер никогда еще не разговаривал со мной столь откровенно на подобные темы. Что же изменилось, если он позволяет себе рассказывать мне такое?

— И чем это нам грозит?

— В ближайшие годы ничем. У нас солидные запасы. Да и сейчас нам не перекрывают кислород окончательно. Но лететь нам еще не меньше восьмидесяти лет, если ничего не случится. И прогноз неутешительный. У меня есть предположение, что Союз нас хочет «кинуть» совсем.

— Но почему?! Это же, наверное, не выгодно.

— Понимаешь, лететь нам долго. Часто подобные экспедиции до места не долетают, подвергаясь атакам враждебно настроенных рас, желающих поживиться, да и вообще в космосе существует немало опасностей помимо нападений «пиратов». Метеоритный поток только чего стоит. Поэтому, на столь рискованное мероприятие, как экспедиция, правительство тратится неохотно. Пока долетим, пока вложения хоть как-то окупятся, пройдет немало лет. И тоже, еще неизвестно, окупятся ли.

— И чем нам грозит перекрытие потока поставок?

— У нас мало собственных средств на закупку, к тому же немалая часть уйдет не столько на провиант, сколько на доставку, когда для Союза это мелочь, для частного сектора цены значительно завышают. Один проход через транспортировочный портал чего стоит.

— Может начаться голод?

— При плохом раскладе, да. Однако, время, чтобы найти выход из ситуации еще есть. Возможно, мой прогноз неверен, и правительство Союза возобновит поставки через какое-то время в прежнем объеме.

— Не понимаю, как можно оставлять на голодную смерть своих граждан.

— Смерти не будет, — твердо произнес Рикер. — Если понадобиться, мы продадим корабль другой расе, в обмен на поддержку и позволение приземлиться и жить на чужой планете. Такая возможность будет, поскольку путь корабля пролегает по свободной территории, не принадлежащей Союзу.

— Тогда всех кто на корабле заклеймят предателями и врагами Союза, подлежащими истреблению.

— Пусть так. Главное, все останутся живы, если, конечно, не захотят вернуться в Союз.

— Все равно не самый лучший вариант. У кого-то остались родственники. Их истребят, как близких людей предателей.

— Мой вариант — крайний случай. К тому же, набором экспедиции заведовал я лично, и суда брали преимущественно сирот, или семьи в полном составе. Пока я, надеюсь, у нас получится подстраховаться, и найти еще спонсоров для экспедиции.

Кажется, мои глаза удивленно округлились.

— Это кого? Кроме правительства вряд ли кто-то возьмется за снабжение экспедиции.

— Я не про Союз сейчас. Есть тожуты.

Усмехнулась.

— Вряд ли они станут сотрудничать, это не в их правилах.

— Если им это будет выгодно — станут. Во всяком случае, топливо от них точно можно будет получить.

— Выгодно? А что мы можем им предложить?

— Тоже, что и Союзу. Новую обжитую планету — базу для стоянки кораблей и не только. Планируется разработка на планете одного очень полезного ресурса, я не имею тебе право говорить, какого, патент на его обработку имеют только люди.

Скептично посмотрела на Рикера.

— А что, Союз не будет против, что мы помимо него будем снабжать этим ресурсом тожутов? Эта планета, и соответственно ресурс, тебе лично не принадлежат.

— У моей семьи выкуплено право на его разработку и реализацию на этой планете.

Кажется, у меня отвалилась челюсть и я потеряла дар речи. Это же какие, должны быть деньги? Мало того что снабжение и организация экспедиции — сумма колоссальная, так еще, оказывается куплен патент на какой-то секретный, и видимо очень ценный ресурс. Откуда у Блэквудов такие деньги?

В глазах мужа блестит смех. Видимо мой ошарашенный вид его очень позабавил.

— Ладно, милая, не забивай себе голову моими проблемами. Идем спать. — Рикер взял меня на руки и понес к себе в спальню. — Чтобы завтра все равно зашла к врачам. Поняла?

— Да.

Супруг вместе со мной лег на кровать.

— Рикер, я тут хотела… — замялась, не зная как продолжить.

— Реализовать с помощью меня свое наказание? — улыбнулся супруг.

Кивнула. Он сразу понял, что я пришла к нему не просто так.

— Завтра. Только ты не совсем удачно выбрала себе наказание. Близость со мной у тебя будет на постоянной основе, я тебе уже это говорил. Приходишь ты ко мне сама или нет. Да и вообще ты моя жена, и это скорее твой долг, нежели кара. Чем быстрее ты это поймешь, тем лучше.

— То есть мне лучше выбрать себе иное наказание? — неуверенно уточнила я.

На лице Рикера заиграла поистине дьявольская улыбка.

— Нет.

Утром, вместо тренировки, по настоянию мужа все-таки отправилась в медотсек, где меня залечили до состояния «почти ничего и не было». Кожа вновь стала чистой и нежной как у младенца, про раны и ссадины напоминали лишь тонкие розовые линии зажившей новой кожи, которые через день-другой должны исчезнуть. Вот что может делать современная медицина и солидная сумма денег.

В академии царил переполох. Причем веселый. Все куда-то со смехом мчались и что-то обсуждали. Академия буквально бурлила. Больше всего удивило количество гражданских — было много молодых людей без формы, но это еще можно как-то понять, а вот то, что среди них были еще и девушки, вообще очень поразило. Невольно пошла за потоком людей. Интересно же было, почему они сюда пришли, и как их вообще пропустили в академию. Ведь данное учебное учреждение является режимным объектом, где вход только по пропускам и с сопровождающими. А тут явно ни о каком организованном посещении речь не идет.

Толпа вывела в один из широких холлов, под завязку сейчас наполненный народом. Ближе к центру человеческая масса достигла наибольшей плотности, оставив, однако в своей сердцевине пустоту. Пробраться и посмотреть что там, не было никакой возможности. Неожиданно я взмыла в воздух. Не сразу осознала, что сижу на мощных плечах Шаяла, который своим мощным телом прокладывает дорогу себе и идущей позади него командой. Обернулась, встретившись взглядом с Тэо. Наш командир мне подмигнул. На его лице сияла довольная улыбка.

Мы подошли к оставленному пустым небольшому кругу, который едва удавалось сдерживать в границах парням из команды Райена. Сам же командир, угрюмо, ни на кого не оглядываясь под вспышками множества камер, сосредоточенно драил обычной шваброй пол. Чистоты от этого, в связи с количеством находящегося здесь народа, прибавлялось не очень много, но зато как эффектно смотрится. Гордый блондин, в облегающей белой майке, эффектно поигрывая мускулами, занимался столь непривычным для него делом. И это не смотрелось как-то позорно, скорее наоборот, прорвавшиеся в первые ряды девушки просто млели от открывшегося зрелища. Ну, ничего, когда туалеты начнет чистить, вся эстетика пропадет. Будто почувствовав из множества других именно мой сочащийся злорадством взгляд, Райен резко вскинул голову, и посмотрел прямо мне в глаза. Его губы медленно растянулись в ленивой кривой усмешке, и парень отсалютовал. Все внимание окружающих людей тут же перекинулось на меня. Ничего не оставалось, как отсалютовать блондину в ответ. Толпа разразилась громкими приветственными криками и аплодисментами. Не знаю, то ли так поприветствовали, узнав победителей прошедшего накануне соревнования, то ли им так понравился наш с Райеном обмен любезностями.

Мой соперник на занятия сегодня не явился. Видимо, чтобы успеть все перемыть в назначенный мной недельный срок, пришлось отпроситься. Впервые мой учебный день, без назойливого внимания блондина, прошел совершенно спокойно. Среди кадетов начался раскол. Если раньше ко мне большинство учащихся относились плохо, то теперь мнения разделились. Кто-то стал ненавидеть меня еще больше. За то, что девушка, за то, что унизила парня, за то, что живу и дышу, за то, что из низов, за то, что выскочка и посмела быть лучше других. Причин еще можно перечислить множество. Я знала, что привлекая внимание, порождаю к себе злость, зависть и другие не самые возвышенные чувства. Но тут уж ничего не поделаешь, всем нравится все равно невозможно. Главное, для большей части кадетов, я все-таки стала «своей» и меня теперь принимают как равную даже враги и прежние недруги.

Академия еще долго сегодня бурлила. Посетителей, оказывается, ненавязчиво контролировали, но, тем не менее, не прогоняли. Я так поняла, администрация учебного учреждения сделала сегодня день открытых дверей. Иначе, подобный наплыв гостей объяснить не могу.

Несколько раз за день парни вытягивали меня посмотреть на шоу «блондин драит полы», а к вечеру, когда из академии выгнали гражданских, еще и притащили в мужской туалет, где уже только среди кадетов можно было понаблюдать, как Райен чистит унитазы. Старшекурсники свистели и давали блондину советы, как лучше мыть сортиры. Я оказалась права, и налет величественности с нашего короля немного слетел, и мне было парня нисколько не жаль. Заключая пари, я рисковала большим.

На ужин сегодня, после долгого перерыва, пришли друзья Рикера. Сэм с Натой, Роберт Грим и Григорий Лепски. Побыстрее все приготовить помог Персиваль. Компания на удивление оказалась теплой, и посидели мы хорошо. Мужчины обсудили соревнования по эйрборду, восторгаясь моей смелостью, при этом каких-то щекотливых тем никто не касался. Однако гораздо больше чем мои подвиги, мужчин волновала ситуация с уменьшением количества поставок на «Титан». Это стало основной темой вечера. Завтра у меня у меня был выходной, и мы с Натой договорились утром встретиться в парке и погулять вместе с ее ребенком.

Когда все гости, включая Персиваля, разошлись по домам, и мы с Рикером остались вдвоем, муж поманил в свою спальню. Со вздохом направилась на встречу с неизбежным. Хочу я этого или нет, но с данным аспектом своей жизни придется пока смириться.