Далекие звезды Свободина Виктория

Я, конечно, приукрасила. Большинство лекций в военных академиях шли под грифом секретно, и достать удавалось лишь крохи. Так что сейчас не могла не воспользоваться шансом, заполучить так необходимую мне информацию.

— По рукам! — Шаял больше ни на кого не смотрел. В глазах его горел азарт и возбуждение. На мое счастье, нейсег решил проигнорировать запрет академии на распространение закрытых данных. Неужели настолько мне доверяет?

Протянула руку для скрепления договора рукопожатием. Моя ладонь утонула в огромной горячей лапище нейсега. Шаял, мою конечность бережно сжал, и с явной неохотой отпустил.

— Ну что, Миа, — это уже Тэо включился в разговор. — Давай решай, мы все очень заинтригованы.

По лицам вижу, никто не верит, что я сама что-то решу. Особенно примеры, которые они сами пока с трудом понимают. Надо мной все столпились, с любопытством заглядывая через плечо. Взяла бумагу с ручкой, и углубилась в предложенное задание. Быстро увлеклась. Учиться я любила. Особенно, если знания в той или иной степени касались малых скоростных космических кораблей. Полеты — это вообще моя страсть и мечта, которая, для женщины в нашем союзе абсолютно не осуществима. Справедливости ради, женщинам вообще любые значимые, высокоинтеллектуальные и руководящие профессии ныне не доступны. Официально, конечно, запрета нет, и иногда порой, те, у кого есть связи и деньги прорываются, но это скорее исключение из правил. Так что, стать хотя бы просто рядовым помощником помощника летчика на самом захудалом корыте, для меня не судьба. Но мне и самой не хотелось обучаться, и в последствие служить на консервных банках, которые гордо в союзе именуются космическим флотом.

Примеры вскоре были мной решены, а ребята выпали в осадок. Бедные, возможно в данный момент у них происходит переоценка мира. Стереотипы — это наше все. А тут настоящий культурный шок. Женщина, которая умеет пользоваться данными ей мозгами, это же нереально.

— Невероятно! — вторил моим мыслям изумленный голос Тэо.

Ребята зашумели. Листочки с моим решением кочевали из рук в руки.

— Миа, — обратился ко мне Патрик, парень с темными вьющимися волосами, почти до плеч, теплыми карими глазами и смуглой кожей. — А как ты решала в пятом пункте?

Дальше на меня посыпался град вопросов. Я отвечала, мне не жалко. Нет, готового решения больше не давала, иначе какой смысл в учебе, но подсказывала с какой стороны лучше браться за задачу, объясняла неясные моменты. Где-то за полтора часа мы управились со всеми проблемными вопросами. Парни были очень воодушевлены. На меня смотрели с восхищением и недоверием. Приятно, если честно. В приюте стоило только чуть показать, что ты хоть немного умнее других, и сразу начинались проблемы и выяснения отношений. Поэтому свои знания до сего момента, я не афишировала. Ни к чему. А в ребятах я не ошиблась.

— Шаял, теперь ты исполняй одно из условий.

Нейсег хитро улыбнулся.

— Ты сейчас уже хочешь пойти на площадку?

— Нет! — как можно более грозно нахмурилась.

— Все, испугался! — развеселился Шаял. — Понимаешь, Миа…

— Мы подслушали твой разговор с мужем вчера, — решительно вклинился Тэо, поскольку нейсег медлил.

— И?

— В разговоре ты обращалась к нему на Вы, и не иначе, как мистер Блэквуд.

— Не понимаю, ну и что в этом такого?

Тэо прищурился.

— А то, что так не разговаривают муж и жена. По идее, у вас сейчас чуть ли не медовый месяц должен быть. Я, конечно, все понимаю, но… Признавайся, вы ведь только живете вместе? Каких-то любовных и интимных взаимоотношений у вас нет.

Я фыркнула. Признаваться. Да какое ему дело вообще?

— Ну, у вас и логика, ребят. Как только в академии держат.

— Хочешь сказать, мы ошибаемся?

— Я только хочу сказать, что это не ваше дело. И все, тема закрыта. Мои отношения с мужем вас не должны никак касаться.

— Миа, но в этом же нет ничего такого. По данным статистики семьдесят процентов пар после отбора не складываются, и даже находят себе, по обоюдному согласию, возлюбленных на стороне. Какой смысл тебе скрывать, что и у вас пара не сложилась? Если хочешь, мы даже можем тебе к концу года подыскать жениха…

Я разозлилась.

— Не надо мне никого искать. Все у нас сложилось с мужем, понятно?

— Тогда как ты объяснишь разговор?

— Игры у нас такие! Интимные. Все?

По лицу Тэо вижу, не поверил. И, похоже, тоже обиделся. Пожал плечами.

— Как знаешь.

Тренировка прошла как обычно. Домой идти вообще не хотелось, тем более ребята предложили сходить вместе в кино. К нам должен был, как я понимаю, присоединиться кто-то из девушек, и лично мне было интересно взглянуть на избранниц парней. Вряд ли бы они стали встречаться с полными стервами, а значит, возможно, и я могла бы с кем-то подружиться, нужно же и в женской среде знакомства заводить.

Но только Тэо дал отбой занятию, как завибрировал мой спикер, отражая на экране номер мужа. Какая точность. Неужели прямо сейчас за мной следит? Нажала на кнопку соединения.

— Возвращайся домой, — без всяких вступлений прохладно произнес Рикер. Отметила, что выглядел он как-то слишком бледно и устало.

— Что, прямо сейчас? Просто у меня тут дела…

— Я сказал, домой, что неясного? — рявкнул муж, и отключился.

Что-то он совсем не в духе. Да и еще и дома так рано. Не нравится мне это.

Коротко попрощавшись с парнями, которые вновь смотрели на меня если не с подозрением, то с сочувствием, видимо рык Рикера услышали многие, отправилась к себе. Придя домой нашла мужа в гостиной. Тот полулежал на диване, закрыв глаза. Вновь отметила его довольно бледный и усталый вид. Стоило мне подойти, и муж открыл глаза. Произнес вполне спокойно, с нотками усталости в голосе.

— Готовы результаты твоего обследования.

— И? — осторожно поинтересовалась.

— И ничего. Все в порядке. Ты абсолютно здорова.

— Ну, так это же хорошо, — почему в устах Рикера сообщение о моем здоровье звучит как обвинение?

— Хорошо. Но объясни мне, как человек может в принципе быть абсолютно здоров? Ты большую часть жизни провела в приюте, который располагался в месте, с самым низким уровнем экологии. На земле почти поголовно все в той или иной степени облучены. Ты работала здесь в не лучших санитарных условиях. Да, в конце концов, тебя нашли на грязной помойке. И за всю жизнь, ты болела только единожды на корабле, и то очень вовремя, когда пропустила первый отбор, подхватив откуда-то редкий вид инфекции. Но при всем притом, сейчас при полной и доскональной проверке, в твоем организме все прекрасно. Будто ты всю жизнь жила на экологически чистой планете. И никаких хотя бы малейших отклонений или патологий. У тебя просто невероятный иммунитет. Такого не бывает.

Пожала плечами, изобразив полнейшее недоумение. Ну, правда, чего меня пытать? Пусть врачам эти вопросы задает. А мне только и остается, что полную дурочку изображать. Я знаю, почему так, но Рикеру сообщать не собираюсь. Пусть голову ломает.

Муж опасно прищурился. Видимо моя актерская игра его не впечатлила.

— Миа, я не люблю, когда от меня что-либо скрывают.

— Вы можете все. Выбейте из меня ответы. Настройте браслет так, чтобы я отвечала на любые вопросы.

Теперь Рикер смотрит обвиняюще.

— В твоем представлении я монстр? — усмехнулся. Устало откинувшись на спинку дивана. — Впрочем, почти все в моем окружении так думают.

— Я не считаю Вас монстром. Более того, испытываю некоторую симпатию.

Брови мужа удивленно взлетели вверх.

— Да ну? С чего такая честь?

— Вы кажетесь вполне адекватным и разумным. Не смотря на угрозы и запугивание, не сделали мне ничего плохого, — в принципе, еще и много чего хорошего. Золотая карточка, лучшие условия жизни. Опять же меня не насилуют, не обижают, и не смотрят как на грязь под ногтями. Я бы даже сказала, что Рикер общается со мной почти как с равной. В социальном плане. А вот в общечеловеческом, почему-то такое ощущение, что воспринимает не иначе как ребенка. Другой дело, что мне не нужно конкретно те блага, что он дает. — Вы ведь знаете, что я занимаюсь эйрбордом. Почему не запретили?

— А почему я должен тебе это запрещать? Я не против подобного досуга. Если тебе это действительно нравится, я рад. Меня раздражают ничем не заинтересованные, кроме собственного маникюра куклы, которые только и могут, что ныть, как им скучно и требовать деньги. Но если ты это делаешь, только чтобы общаться с парнями…

— Нет, — категорично и твердо. — В этом плане меня парни абсолютно не интересуют.

Брови Рикера взлетели на недосягаемую высоту.

— Ты предпочитаешь девушек?

Хмыкнула.

— Нет. Я вообще никого не предпочитаю.

Муж от меня отмахнулся, насмешливо улыбнувшись.

— Ну, это пока не попробовала. Потом втянешься.

— Сомневаюсь.

Лукаво прищурился.

— Спорим?

Отрицательно покачала головой.

— Ладно, иди и переоденься в платье, в котором собираешься идти на прием.

Опа. Неожиданная смена темы слегка ошарашила. И что, он только ради этого явился с работы раньше?

Дальше начался какой-то кошмар. Я только и успевала, что менять купленные мной наряды, которых было не так уж мало. И Рикер, вальяжно валяясь на диване, забраковывал все платья. То слишком открытое, то наоборот чересчур закрытое. Это мне не идет. Это слишком вызывающее. А это только уборщица и могла купить. Я тихо зверела. Ну не мог же дизайнер все платья выбрать плохие? Мне нравиться, как смотрится на мне одежда. По-моему у кого-то отчего-то просто плохое настроение, вот и отыгрывается на мне. Когда мне надоело бегать туда-сюда, стала переодеваться нарочито медленно, и тогда из гостиной донесся голос Рикера.

— Если не поторопишься, я сам приду и помогу тебе одеться, — и задумчиво. — А потом, может, и раздеться.

Издевается, тиран.

Спас, тем самым одновременно сдав меня, Персиваль. Когда я вышла в очередной раз в одном из нарядов, зашел в гостиную, и поинтересовался. Я как раз вышла в очередном наряде, платье сверху шло корсетом, а юбка пышная, воздушная, и довольно короткая. Рикер не реагировал. Он зарылся в свой компьютер.

— Я вышла!

Отклик пришел не сразу. Примерно через полминуты. Я медленно закипала. Муж с неохотой оторвался от своей работы, критически оглядел.

— Повернись.

Исполнила.

— Ну, не знаю. Покружись. — дышать, нужно глубоко дышать и успокоиться.

Я быстро завертелась вокруг своей оси, так что юбки взметнулись, оголив ноги. Остановилась. Посмотрела на мужа. Глаза Рикера как-то странно блестели.

— Нет, не годится. В этом наряде я запрещаю тебе выходить из дома.

А с этим платьем что не так?! Я уже собиралась высказать, все что думаю, этому диктатору, нагло улыбающемуся мне в лицо, как в гостиную вошел Перси.

— Прошу прощения, что отвлекаю. Миа, время ужина. Вы будете сегодня готовить, или мне заказать для всех еду?

Надо было видеть лицо Рикера в этот момент. Смесь удивления, неверия, и кажется, что совсем невероятно, восторга. Судя по реакции, в ресторанах сейчас кормят не очень.

— Нет, Персиваль. Я занята сегодня. Так что в другой раз.

— Почему же? Можешь идти готовить что собиралась, мы уже закончили, — вмешался Рикер.

— А как же выбор платья?

— Я уже решил. Наденешь то бирюзовое.

— Так я его первым надела!

— Да, молодец. Хорошо выбрала.

— Вы издеваетесь? Зачем тогда я остальное мерила?

— Мне было интересно, что ты купила еще. В принципе неплохо, но чтобы за порог выйти не смела в тех платьях которые я запретил. Я не шучу.

Он нарочно меня бесит! И улыбается так нагло и самодовольно.

— Миа, не надо делать такое лицо, будто хочешь меня задушить. В твоем исполнении это смотрится неправдоподобно, — теперь Рикер в открытую смеялся.

Не буду ему ничего отвечать, он, по всей видимости, только этого и добивается. Резко развернулась и ушла переодеваться в повседневную одежду. Когда шла, хотелось отчего-то почесать спину.

На кухне меня встретил радостный Персиваль.

— Миа, ты не против, если сегодня я тебе немного помогу? Так будет быстрее, к тому же давно хотел научиться готовить хоть что-нибудь.

— Ладно. Персиваль, а чего ты такой веселый?

— Я обрадован тем, что мистер Рикер сегодня дома. Это такая редкость. Он очень много работает, я бы сказал на износ. И чаще всего, если и приходит домой, то только поздно ночью. Я переживаю из-за того, что мальчик совсем не отдыхает.

Мальчик? Ну-ну. Возможно, для Персиваля так и есть. Сколько сейчас Рикеру? Если не ошибаюсь, то где-то тридцать с лишним лет. А Перси? Пятьдесят, шестьдесят? Интересоваться я отчего-то стеснялась.

— Персиваль, а что лучше приготовить?

— Ты так вкусно готовишь, что, думаю, твоему мужу понравится любое блюдо.

А мне все равно, понравится ему или нет. Просто любопытно.

С Персивалем на подхвате, которому я доверяла мыть и резать продукты, дело пошло довольно споро. Прошло не так много времени, как по кухне поплыли вкусные запахи.

— Возможно, будет лучше сегодня накрыть в столовой?

— Персиваль, ты не у меня об этом спрашивай, не надо делать вид, будто я здесь хозяйка и что-то могу решать. Думаю, ты не хуже меня все понимаешь.

Перси хотел что-то сказать, но потом передумал, и отправился узнавать данный вопрос у Рикера. Когда вернулся, на лице помощника отражалось недоумение.

— Мистер Рикер сказал накрывать на кухне.

Меня реакция Перси позабавила.

— Как же так? Такой важный мистер Рикер, и на кухне?

— Когда я спросил, он поинтересовался, где мы до этого ужинали. А когда получил ответ, сказал, что предпочтет кухню. Еще спрашивал, как часто ты устраивала подобные ужины.

— И?

— Я ответил, как есть. Мне нечего скрывать.

Ну да, что же ты раньше, тогда, ни словом не обмолвился Рикеру о наших посиделках?

Когда все было практически готово, и запахи достигли наибольшей концентрации, открыла дверь кухни, выпуская их на волю, а мы с Перси начали сервировать стол. Попросила помощника не звать мужа сразу. Мне было интересно, будет ждать, или, не утерпев, придет сам.

Ответ не заставил себя долго ждать. Сам. Рикер с любопытством оглядел кухню. Будто в первый раз видел. Прошел, и по-хозяйски уселся во главе совсем небольшого кухонного стола. Хотя чего это я. Он ведь тут и есть хозяин. Имеет право. Поймала себя на мысли, что невольно украдкой им любуюсь. Такой вальяжный, словно огромный кот. Поспешно отвернулась.

— Миа, — голос вкрадчивый, бархатный. — А что я тебе говорил, по поводу любых изменений в доме?

Ах, да. Его запрет, что-либо менять, переставлять и покупать, где бы то ни было помимо моей комнаты. Я тут не хозяйка. Сейчас, буду получать нагоняй, ведь изменения на кухне произошли. И разительные. Раньше здесь не было ничего, кроме голых стен, стола, и пустующих кухонных шкафов с плитой и холодильником. Зато теперь помещение словно наполнилось жизнью. Я купила сюда множество последних моделей приборов, облегчающих и ускоряющих приготовление пищи. Не удержалась и от приобретения кофемашины, соковыжималки и домашней мини-печи. Свой свежеиспеченный хлеб — это просто восхитительно. Ко всему прочему, теперь каждый шкафчик был забит разнообразной снедью и посудой. Запасов бы хватило, наверное, на пару лет. Вся кухня была усеяна разнообразными мелочами. Полотенца, ножи, какие-то статуэтки, поваренные книги. Я даже несколько картинок, подаренных горничными, умудрилась прикрепить к стенам. В итоге, лично мне здесь было очень комфортно и приятно находиться. Но вот указание мужа проигнорировала, получается, напрочь.

Ответить не успела.

— Мистер Рикер, это я одобрил и разрешил инициативу Мии. Прошу прощения, что не известил Вас об этом ранее.

Вот так. Я оценила. Персиваль, решил взять мою вину на себя. Неожиданно и приятно. Он ведь мог сказать, что ничего не знал о запрете, и полагаю, действительно понятия не имел. А вот ведь. Быстро сориентировался.

Рикер вздернул бровь и этак озорно на меня посмотрел. Мне кажется, или все-таки вправду развлекается за наш счет?

— Ну что же. Раз это Вы, Персиваль, разрешили, — муж говорит, а сам не сводит взгляда с меня. И выражение глаз у него такое, будто лично мне он обещает, что мы еще поговорим на эту тему. — То тогда, да. Миа, а где ты научилась готовить? В твоем деле об этом твоем навыке не говорится ни слова.

Там о многом не сказано.

Ужин прошел вполне мирно. Я пыталась сидеть, как можно тише, и быть незаметной. Но не получалось. Взгляд Рикера обжигал. Все его внимание было направлено на меня. Ну и на еду. Ей муж отдал должное, с удовольствием съев подчистую практически все. Даже похвалил. И под конец совсем стал похож на довольного жизнью обманчиво-медлительного кота.

Поначалу Персиваль еще пытался создавать видимость беседы, и что-то рассказывал. Я делала вид, будто молча слушаю, хотя в обычно время, будь мы с Перси один, активно бы его поддержала, развив дискуссию. Но длился монолог Перси не долго. Рикер наблюдал, а потом завалил вопросами. Меня. Причем тон, был такой, что отказ отвечать не принимается.

Какие еще у меня есть увлечения и хобби, что нравится, как жила в приюте. Было еще много других вопросов, и все лично обо мне. Перси молчал, но уходить не торопился, ему, видимо, тоже было интересно. Я отвечала кратко, и по возможности правдиво. Не хочу, чтобы меня потом уличили во лжи. По виду, Рикер был не слишком доволен моими односложными ответами. А чего еще он ожидал, устраивая подобный допрос? Я не расслаблялась, ни на секунду не забывая, о том, что муж мне достался слишком умный, сообразительный, и в некоторых вопросах весьма жесткий. Вряд ли ему понравятся мои взгляды и планы на дальнейшую жизнь. Нельзя, чтобы он догадался и сумел мне помешать.

Под внимательным пронизывающим взглядом мужа, кусок горло не лез, еще и постоянно отвлекали расспросами. Несмотря на данные обстоятельства, сейчас, сидя в этой небольшой компании, мне было как-то странно уютно и спокойно. Отчего-то здесь я ощущала себя в безопасности. Подобные ощущения были меня в новинку. Ужин закончился довольно поздно. Только под конец, я смогла вздохнуть более свободно. Перси как всегда вызвался все убрать, за что ему весьма благодарна. Поспешила уйти. Боюсь, сегодня для меня, и моего терпения, Рикера была слишком много.

Уже выйдя из кухни, в коридоре меня поймал голос мужа.

— Миа. Погоди.

Остановилась. Поравнявшись со мной, Рикер произнес.

— Идем в гостиную.

Чуть не застонала в голос. Ну что еще ему от меня нужно? Хорошо, что не в спальню. Может ведь и туда позвать. Кто его знает. Сегодня Рикер говорит одно, а завтра вдруг возьмет, да и передумает. Правда, у нас есть негласный договор, и я верю слову мужа, но мало ли как дело повернется. Рикер хитер, и этого не отнять, при большом желании, все равно все сделает, именно так, как хочется ему.

Пришлось идти в гостиную. Муж опять предпочел облюбованный ранее диван, а я села в кресло напротив. На самый кончик сидения, напряженно выпрямив спину, приготовилась внимать.

Окинув меня насмешливым взглядом, Рикер произнес.

— Дорогая, не стоит так напрягаться. Я тебя не съем.

Правильно, потому что и так сыт. Сегодня вечером я сей момент имела возможность проконтролировать. Для вида чуть углубилась в свое кресло, но напряжение не ушло. В любой момент готовая вскочить и убежать. Не знаю, правда, куда, но тем не менее. Разговоры на ночь грядущую мне категорически не нравятся. По виду, муж вымотан и устал, а после довольно сытного ужина наверняка должно клонить в сон. Может, не станет долго меня тут пытать?

— Миа, я хотел бы с тобой поговорить вот о чем. Я заметил, что, несмотря на улучшение твоего уровня жизни, ты все равно осталась, чем-то недовольна. Это проскальзывает во всем. В твоей речи, реакции, разговорах. Другая бы на твоем месте пищала от радости, и пребывала в экстазе. Ты же… Сдержанная благодарность. В тебе чувствуется какой-то скрытый бунт. Возможно, конечно, это все юношеский максимализм. Но тем не менее. Поделись со мной, что тебя не устраивает?

— Раньше Вас это не интересовало.

— Теперь интересует. Я приятно удивлен тобой. Ты не обычна. Не вписываешься в привычные стандарты поведения девушек, нижнего и верхнего слоя общества.

Любопытно.

— А средний уровень? Большинство девушек среднего достатка имеют самые разнообразные увлечения и работают.

Рикер кивнул.

— Да это так. Но все равно в общую картину относительно тебя не вписывается. Там много всего, можешь даже не спорить. К тому же ты жила и воспитывалась на нижнем уровне.

Ну, не спорить, значит не спорить. Молчу.

— Так что? Я задал вопрос. Чем ты недовольна? Скажи, вдруг у меня получится дать тебе, то чего не хватает?

С чего это такая щедрость? Подобным милостям я не верю и не доверяю.

— Мне все нравится. Я счастлива, что мне довелось здесь оказаться, — говорить о том, что меня не устраивает, не собиралась, все равно, того, что я действительно хочу, Рикер мне дать не сможет. Поэтому постараюсь сама получить желаемое.

Мужу, мой ответ не понравился. Сощурился недовольно, прожигая взглядом. Наверное, подобная демонстрация хорошо действует на его подчиненных, но меня не пугает. Мне и бояться то нечего. Все самое страшное, что со мной могло произойти, уже произошло. К тому же реальных рычагов давления не меня, Рикер не имеет. Родственников и близких, за кого можно переживать, у меня нет. Что он сделает? Карточку отнимет? Запрет? Переживу. Тронуть, в нарушение своего же договора, он, конечно, тоже может, но не станет. Я так полагаю. Добиваться чего-то грубой силой — не его уровень.

— Ладно, пока оставим этот вопрос. Но мы еще обязательно к нему вернемся, — ха, даже не сомневаюсь. — Мне вот что еще интересно.

Замолчал, поскольку в гостиную вошел Персиваль, причем не с пустыми руками. Он нес поднос, на котором были две изящные чашечки, небольшой чайник, и вазочка с разнообразными сластями.

— Чай, как вы и просили мистер Рикер. На кухне я закончил. Разрешите отправится к себе?

— Да, Персиваль, иди. Спасибо. И доброй ночи.

Я тоже попрощалась с Перси и вопросительно посмотрела на мужа. Чего еще он хотел узнать? Но Рикер, видимо, никуда не спешил. Взял чайник и разлил темную исходящую паром жидкость по чашкам. Нет, это конечно, очень мило с его стороны, но неужели не нужно поинтересоваться, хочу ли я вообще чай?

Муж взял одну из чашек, и кивнул мне на вторую. Нет, не нужно. Почему-то вместо того чтобы злиться, захотелось улыбнуться. Не терплю, когда мне навязывают свою волю. В приюте, порой, часто за это получала, поскольку могла упереться, и ни в какую с чем-то не соглашаться, даже в мелочах. Жизнь в этом плане меня, конечно, со временем, сильно обтесала. Пришлось стать… Более гибкой. Но с моей стороны это скорее притворство. Я очень хорошо научилась скрывать свои чувства, и дурной нрав. До времени.

Взяла чашку. Не знаю, почему, но самоуправство Рикера мне, как ни странно, наоборот, понравилось. Возможно, это из-за того, что до этого ни один мужчина самолично не наливал для меня чая.

— Что ты думаешь по поводу предложения Шаяла? — вопрос застал, расслабившуюся и смакующую чай меня, врасплох. Поперхнулась. Откашлялась.

— Какого предложения?

— Не надо строить из себя дурочку. Ты поняла, о чем идет речь.

— А что я могу по этому поводу думать? Ничего. Пока.

Рикер нахмурился.

— Пока?

— Год нашего брака только начался. Неизвестно, как все повернется. Я, думаю, Шаял, скорее всего, спустя какое-то время охладеет, и успеет множество раз передумать.

— А если нет? Если к концу года, его намерения останутся прежними?

Пожала плечами.

— Не знаю. В случае, нашего с Вами развода, возможно, и приму его предложение.

То, что будет в конце этого года, меня пока вообще не волнует. Ситуация для меня все равно вскоре должна в корне изменится. В лучшую или худшую сторону. И я сознательно иду на риск.

Муж недовольно сверкает на меня глазами. Сейчас он напряжен, и стал походить на готовящегося к прыжку за дичью кота. Это я что ли дичь? Перехватила, на всякий случай, чашку удобнее. Вода в ней еще не остыла. При случае, можно использовать жидкость в качестве, оружия защиты.

Секунда, другая. Время будто бы замедлилось. Я готовилась к любой возможной реакции, но Рикер удивил. Цинично усмехнувшись, расслабился, и из положения сидя, перекатился в полулежащее, с комфортом развалившись на диване. По-моему этот диван мужу нравится гораздо больше, чем широкая удобная кровать, потому как, несмотря на позднее время, старательно игнорирует ее существование. А я бы сейчас с удовольствием отправилась бы на встречу со своим спальным ложем.

— Если узнаю, что, помимо общения, между вами было что-то еще, твой контакт с этими эйрбордистами будет прекращен, — произнесено жестко и непреклонно.

— А можно обозначить более четкие рамки? — а то мало ли, что Рикер имеет в виду под этим «помимо общения». Ведь возможность иметь интимные отношения у меня и так ограничена.

— Поцелуи, длительные объятия, и тому подобное.

— А разве это все не контролирует браслет?

Муж посмотрел на меня осуждающе.

— Нет. Изначально, хоть и припугнул тебя подобными возможностями твоего украшения, чтобы ты не расслаблялась, но я не зверь. Боль не самый лучший стимул. Так что оставляю за тобой возможность самой принять решение, как поступать.

Да, не богатый у меня выбор.

— Миа, а как тебе мой дом? — такая резкая смена темы, меня вновь ошарашила. К чему вообще этот вопрос?

Осторожно ответила. И вновь посыпался град других вопросов, похожих на те, что Рикер ранее задавал за ужином. Только теперь он выспрашивал не о моем прошлом и увлечениях, а хотел знать мой взгляд на тот или иной вопрос. Казалось, ничего криминального он не спрашивал. Я старалась придерживаться лояльной линии. Как можно более просто и односложно, чтобы не запутаться. Однако вопросов было много, стала замечать, что некоторые из них, чуть меняя свою форму, повторяются, к тому же усталость брала свое, спать уже хотелось очень сильно, и кажется, где-то я начала путаться, а где-то отвечать более резко и правдиво, чем мне бы того хотелось.

Допрос закончился только когда я начала клевать носом. Глаза слипались неимоверно. Мне тоже уже не нужна была кровать. Рикера я начала игнорировать, кивая в такт его речи и невнятно что-то бурчать в ответ. Может, его просто мучает бессонница? И чтобы было не так скучно, измывается надо мной. Приготовилась к тому, что сегодня буду спать в не приспособленном для этого месте. И тут наступила долгожданная тишина. Наконец-то.

Неожиданно почувствовала, как меня обхватывают большие теплые руки. На меня уже напала завеса дремы, то состояние, когда все еще пребываешь в этом мире, но выбраться из объятий сна уже нет ни сил, ни желания. Чужие руки я почти бессознательно отталкиваю. Но мое сопротивление игнорируется. Чувствую, как меня куда-то несут, а потом укладывают на что-то мягкое. Последнее воспоминание — легкие невесомые и очень горячие касания по моему телу, а потом я окончательно засыпаю.

Проснулась от настойчиво вибрировавшего компьютера. Обычно я просыпаюсь до того, как сработает будильник. Но не сегодня. Взглянув на часы, поняла, что, ко всему прочему, еще и долго игнорировала, настойчивый компьютер. Я опаздывала на тренировку. Слетев с постели, впала в ступор. Разом вспомнилось, где я вчера засыпала. К тому же, я прекрасно помню, что в постель меня отнесли. Огляделась. Хорошо, что в свою.

А вот то, что на мне не было ничего, кроме нижнего белья и вчерашней футболки, напрягло. В голову стали лезть всякие мысли. Воображение у меня богатое. От разыгравшихся в голове картинок начала мучительно краснеть.

Да как он посмел!?

Глубоко дышу, пытаясь успокоиться. Надо поскорее завершать план. Послала сообщение Алексу с предложением встретиться днем. Почти тут же пришло ответное согласие офицера. Это немного восстановило мое душевное равновесие. Проявившийся ко мне интерес Рикера мне категорически не нравится. У него слишком большая власть надо мной. Что это за странная показательная акция «заботы». Я не давала разрешения себя трогать, и тем более раздевать. Он мне муж? Только формально. У нас фикция, он сам это заявлял и хотел. А чего теперь добивается? Не понимаю, как вообще я потеряла бдительность, и даже не проснулась? Хоть на Рикера, если вспомнить, у меня и тогда была нестандартная реакция. Улыбнулась воспоминаниям. Все, не думать о плохом.

Свою вчерашнюю одежду я нашла аккуратно сложенной на стуле. Очень мило.

На занятие по эйрборду я все-таки немного опоздала. Парни уже начали заниматься. Сцеживая зевки, было еще довольно рано, а спать уложили меня поздно, влилась в ряды своей группы.

На меня опять смотрели как-то подозрительно. Шаял был хмур. Ну что опять?

После занятия нейсег быстро улетел, ни с кем не прощаясь. А ко мне подошел Тэо, дружески хлопнув по плечу.

— Ты делаешь невероятные успехи. Такое ощущение, будто уже родилась с эйрбордом, а не тренировалась всего несколько занятий.

— Что с Шаялом?

— А, не обращай внимания, — отмахнулся Тэо. — Покипит немного, да отойдет. Я смотрю, ты сегодня не выспалась, еще и опоздала. Случилось чего?

Мрачно усмехнулась.

— Нет. Просто мне полночи спать не давали.

— Ясно, я так и подумал. Вот и Шаял сделал похожие выводы.

Хм. Мне кажется, или мы друг друга как-то недопоняли? Ну да ладно. Мне это не так важно.

— Миа, включи на компьютере передачу данных, я тебе все наши лекции скину. Спор, есть спор.

— Давай! — я очень обрадовалась. Вот что мне сейчас особо необходимо.

Загрузилось все молниеносно.

— Скажи, а для чего тебе все это нужно? — Тэо старательно изображал на лице невинное любопытство, но меня не обмануть.

Парень умен и умеет задавать правильные вопросы. Я уже не раз замечала, что от его цепкого взгляда ничего не ускользает. Нужно придумать что-то правдоподобное, иначе не отстанет, пока не докопается до истины. И чего он лезет ко мне? Все время пытается вызнать хоть что-либо. Это начинает напрягать. За маской беззаботного интереса скрывались какие-то его собственные цели. Ну, может, конечно, он как командир нашей команды, беспокоится. Не знаю. Время покажет.

— Я собираюсь попробовать поступить в академию на летчика, — ха, и не важно, что девочек туда еще ни разу не приняли. Пытаться мне никто не мешает.

Тэо оживился.