Приглашение в рабство, или Требуются девушки для работы в Японии Шилова Юлия

– Послушай, Петр, ты Токио хорошо знаешь?

– Пытаюсь узнать.

– Наверное, связи уже завел, знакомых?

– Это ты к чему клонишь?

– Мне нужна пушка!

– Что?!

– Я хочу, чтобы ты купил для меня ствол. Узнай, сколько он стоит.

Официант выкатил глаза и тяжело задышал.

– Зачем тебе ствол?

– Это тебя не должно интересовать.

– Ты хочешь убить мужа?

– Может быть.

– Ты настоящая женщина.

– Лучше скажи, сможешь ты мне помочь или нет?

– Смогу, но это стоит денег.

– Я понимаю, что стоит. Я хочу знать, сколько это стоит.

– Подожди минутку.

Официант удалился и появился минут через пять. Он был сильно возбужден.

– Узнал, – глаза его сияли.

– Я надеюсь, что ты никому не сказал, что ствол требуется мне?

– Обижаешь…

– Хорошо, говори, что узнал. Кстати, кто тут у вас оружием приторговывает?

– Повар.

– Вот это да, – присвистнула я. – Хороший, наверное, тут повар. Он случайно суп патронами не заправляет?

– Не беспокойся, не заправляет. Просто в Токио много русских моряков. Почти все они приторговывают оружием. Правда, сейчас с этим потяжелее: провозить опасно. Таможня вовсю шмонает, но все равно провозят. Почти на каждом судне из Владивостока есть торговец пушками. Некоторые побросали этот бизнес. В Японии суровые законы. За провоз и продажу оружия – сразу тюрьма. Но и здесь есть своя заморочка. Наказание можно отбывать, не выезжая на родину. А тут в тюрьме, как на курорте. Наш повар готов пойти тебе навстречу. Тысяча баксов, и пушка у тебя в кармане.

– Сколько?

– Штукарь.

– Почему так дорого?

– Это разве дорого. Нормальная цена для пушки. Тем более пушка чистая, а это очень важно при покупке пистолета.

– Как это – чистая?

– Чистая – это значит, что на ней никакого висяка нет.

– Какого еще висяка?

– Обыкновенного. Мокрого дела на ней не висит. Я же тебе говорю, что пушка чистая. Это еще неизвестно, найдешь ли ты где-нибудь такую пушку. Обычно из ствола кого-нибудь грохнут и побыстрее продают его по дешевке. Но в таких делах за дешевкой гнаться нельзя. Себе хуже сделаешь. Восемьсот – повару и двести мне за суету. Смотри сама, если купишь пушку, бывшую в деле, да еще попадешься на своем, то на тебя сразу повесят двойное убийство, и никто не будет разбираться, что ты только одного на тот свет отправила.

– Когда ты сможешь принести пистолет?

– Так ты покупаешь? – обрадовался Петька.

– Покупаю.

– Тогда хоть сейчас.

– Тащи, пока я буду обедать. Сначала накрой мне на стол, а затем утряси вопрос с поваром. Я думаю, что тебе хватит времени утрясти все дела до конца моего обеда.

– Конечно, хватит! Сейчас все организую. Кстати, что тебе принести на обед?

– Тащи, что хочешь, я голодна, только так, чтобы по разумной цене.

– С каких это пор ты стала экономить деньги?

– С некоторых.

– Ты что – с мужем поссорилась?

– Поссорилась.

– Тогда понятно, зачем тебе пушка. Он хочет лишить тебя денежного содержания, так как нашел другую, и ты решила его убить. Нормальная жизненная ситуация. На твоем месте я сделал бы то же самое.

– Послушай, ты лезешь в те дебри, которые тебя не касаются.

– Я просто рассуждал вслух.

– Давай ты будешь рассуждать в мое отсутствие. Тащи побыстрее есть и предупреди повара, чтобы готовил пушку.

Петька убежал на кухню и буквально через минуту вернулся с тарелкой ароматного украинского борща. Поставив тарелку на стол, он наклонился ко мне и прошептал на ухо:

– Обед за счет заведения.

– С чего бы это?

– Повар сказал. Все-таки не каждый день такие клиенты встречаются. Тем более что мы земляки.

– Какие же мы земляки, если ты из Владивостока, а я из Самары?

– Здесь это не имеет значения – из каких мы городов. Тут главное, что мы из России. Кстати, на второе котлета по-киевски. Любишь?

– Обожаю. Сегодня что – день украинской кухни?

– Нет. Просто у нас повар по национальности хохол.

– Теперь понятно. Проговорился, значит, повару, что пушка нужна одному из посетителей. Язык у тебя без костей!

Петька сделал обиженное лицо:

– Ничего и не проговорился.

– А почему меня тогда бесплатно кормят?

– Повар свой человек. Он, можно сказать, с душой подошел. Ему приятно, что ты именно к нам обратилась, а не к другим торговцам. Он хочет, чтобы и в будущем ты покупала оружие только у нас.

– Я надеюсь, что в будущем оно мне не понадобится.

– Не зарекайся! Кстати, на десерт торт по-киевски.

– Замечательно. Жаль только, что у тебя в одном месте кое-что не держится.

– Я же хотел как лучше. Сама сказала, что у тебя с деньгами туго, – совсем расстроился Петька. – Тем более что я с тебя двести баксов варю. Я же ничего не скрываю, а говорю все как есть.

– И на том спасибо. Ладно, дай поесть.

Петька убежал на кухню, а я с удовольствием накинулась на борщ. И тут в ресторан пожаловал Марат. Не заметив меня, он сел за столик в углу и подозвал официанта. Следом за ним в зал вошла симпатичная девушка в облегающем белом костюме и села рядом. Я сразу смекнула, что они приехали вместе, просто Марат зашел первым, а девушка предпочла сначала заглянуть в туалетную комнату. Они оживленно беседовали, не замечая никого вокруг. Вскоре официант принес им обед, и они принялись поглощать пищу. У меня же, как назло, пропал аппетит, да какой там аппетит – даже думать о еде не хотелось. В глазах предательски защипало. Еще не хватало разреветься. Нет уж, это никому не нужно. Следует успокоиться и взять себя в руки. Я сильная! Я всегда была сильной! Вот сейчас возьму и доем борщ, не пропадать же добру, в конце концов!

Неожиданно Марат поднял голову, и наши взгляды пересеклись. Он побледнел и опустил ложку. Я быстро кивнула ему в знак приветствия и приложила палец к губам.

Как только Петька принес свою хваленую котлету, я потянула его за рукав и попросила принести газету.

– Газету? – удивился он. – Зачем тебе газета? В туалетной комнате нет бумаги?

– Господи, ну до чего же ты тупой! Мне нужна газета, чтобы читать.

– Зачем?

– Я привыкла читать за едой, иначе у меня пища плохо усваивается.

– Я бы этого не сказал. Ты так быстро умяла борщ, учитывая то, что я положил тебе двойную порцию.

– Я хочу спрятаться за газетой.

– От кого?

– От того типа за столиком в углу. Видишь, как он смотрит на меня?

– Кто?

– Ну, я еще обедала с ним в прошлый раз…

– А что он от тебя хочет?

– Не знаю. Послушай, тащи газету, кому говорят!

Петька моментально принес газету. Я раскрыла ее и стала держать в одной руке. Петька наклонился и быстро затараторил:

– Я знаю этого типа. Он часто у нас обедает.

– Вот как? Знаешь, мне кажется, что он маньяк.

Петька испуганно покосился на Марата и быстро проговорил:

– Вообще-то я ничего особенного за ним не наблюдал. Я обслуживал его пару раз. Обычно он садится не за мои столики. Часто бывает с девушками.

– Как часто?

– Ну, где-то раз в неделю приезжает с какой-нибудь подругой, а иногда и чаще. Вечером несколько раз был. Может, он и в самом деле маньяк?

– Вот гад ползучий! С бабами, говоришь, приезжает?

– Приезжает.

– Ненавижу! – прошептала я.

Петька опять наклонился ко мне:

– Он на тебя в упор смотрит.

– Это хорошо.

– И баба его тоже.

– Это плохо. Петь, иди на кухню, дай поесть спокойно. Смотри, у тебя уже посетители за другими столиками скучают.

Петька нехотя удалился, а я принялась за котлету. Газета лежала передо мной. Я уже не рада была тому, что рассказала Петьке про Марата. Обслуживая посетителей, он не сводил с него глаз. Котлета оказалась очень вкусной, даже аппетит откуда-то появился. Поев, я достала из сумочки пудреницу и стала подкрашивать губы. В эту минуту на соседний стул кто-то сел. Я подняла глаза и увидела Марата.

– Интересная газета? – спросил он меня.

– Очень.

– Не знал, что ты знаешь японский язык…

Я взглянула на газету и побагровела от злости: газета была на японском языке. Ну Петруха, ну придурок! Ну удружил!

– Я и не заметила, – покраснела я. Марат достал сигарету и нервно закурил.

Я посмотрела на его спутницу. Она уныло ковыряла вилкой в тарелке, наблюдая за нами.

– Как дела? – поинтересовался Марат.

– Да так, потихоньку.

– Ты неплохо выглядишь. Новое платье. Григорич подарил?

– Григорич.

– Что ты ему сказала про Толика?

– Что ты его не убивал. Кстати, тебе не кажется, что ты плохо воспитан?

– С чего ты взяла?

– Некрасиво оставлять свою спутницу.

– Моим воспитанием никто не занимался.

– Я бы этого не сказала. В первый день знакомства ты проявил себя настоящим кавалером.

– Да это моя знакомая сутенерша. Работает под моей крышей. Симпатичная, правда?

– Симпатичная.

– Мне она тоже понравилась. Когда я ее увидел, сразу трахнуть захотел до одурения.

– Ну и что, трахнул?

– Конечно. У меня с этим проблем нет. Ты же знаешь, что моей может быть любая.

Я встала из-за стола и направилась на кухню.

– Ирина, ты куда? – крикнул мне вслед Марат.

– Да пошел ты!

Увидев Петруху, я помахала ему рукой и спросила:

– Ну как дела?

– А десерт?

– К черту десерт! Ну что, все готово?

– Готово.

Петька взял меня за руку и повел в подсобку. Буквально через минуту в подсобку зашел небольшого роста коренастый мужичок в белом накрахмаленном колпаке. Я сразу поняла, что это повар.

– Деньги с собой? – спросил он.

– С собой.

Повар развернул полотенце и достал пистолет. Я взяла его в руки и стала внимательно рассматривать. Ствол пах маслом и блестел. Наверное, именно в эту минуту я почувствовала в руках силу и поняла всю прелесть владения оружием. Это ни с чем не сравнимое чувство власти.

– Нравится? – спросил повар.

– Нравится. Я хочу проверить его в действии.

Повар переглянулся с Петрухой и пожал плечами.

– Вообще-то у нас это не практикуется.

– Я хочу знать, как он стреляет, – повторила я.

– Стреляет так же, как и любое другое оружие.

– Ну, если хочет, то пусть попробует, – сказал Петька и открыл дверь в морозильную комнату.

В морозильной комнате висели аккуратно порубленные туши и было чертовски холодно. Мы зашли внутрь и закрыли дверь. Я поежилась и посмотрела на Петьку. Петька зарядил пистолет и протянул мне.

– Куда стрелять? – поинтересовалась я.

– Стреляй в любую тушу, – засмеялся Петька.

– Ребята, я вам, собственно, и не нужен. Мне пора обед готовить. Я уже и так столько времени отсутствовал! – вмешался повар.

Я достала из сумочки тысячу баксов и отсчитала повару восемьсот. Он любезно поклонился и вышел, прикрыв за собой дверь. Двести я протянула Петрухе. Он быстренько скатал их трубочкой и спрятал во внутренний карман.

– Петька, научи меня стрелять.

– Ты что, не умеешь?

– Нет.

– Ну хоть раз пробовала?

– Нет.

– Ну ты даешь! Тогда возьми пистолет в правую руку, вытяни ее и целься в тушу, которая висит справа.

Я вытянула пистолет и уставилась на тушу.

– Сними пистолет с предохранителя.

– Это как?

– Ну, ты даешь! – повторил он.

Сняв пистолет с предохранителя, я и сама не поняла, как прозвучал выстрел. Опустив руку, я подошла к туше и увидела дырку.

– Молодец, – похвалил меня Петька.

– А еще можно?

– Стреляй.

Сделав несколько выстрелов, я чмокнула Петьку в щеку и вышла из морозильной камеры.

– Ты настоящий друг, – сказала я ему.

– Всегда рад.

– Петька, а подхвата по документам у тебя нет?

– В смысле?

– Ты бы смог сделать загранпаспорт с открытой визой?

– Кому – тебе? – расширил глаза Петька.

– Хотя бы и мне.

– Зачем?

– Ты задаешь слишком много лишних вопросов.

– Вообще-то я такими вещами не занимаюсь, да и знакомых у меня таких нет, но я могу поспрашивать, только ты на меня не надейся, я никакой гарантии не даю. Чтобы сделать загранпаспорт, надо хотя бы иметь российский.

– А если нет и ни того, и ни другого?

– Это уже совсем тяжело. Мне кажется, это будет стоить больших денег.

– Ты поспрашивай, Петенька. Мне сейчас не горит, потому что у меня пока баксов нет. Я на нулях. Сегодня ты окончательно опустошил мои карманы. Но удочку ты закинь, может, и выйдешь на нужного человека.

– Хорошо, закину, только ты на меня не надейся.

– Я вообще ни на кого никогда не надеюсь. В последнее время мне приходится рассчитывать только на себя. Ну что, пока. Спасибо тебе за все.

– Да не за что, – пожал плечами Петька. – Заходи. Я работаю через день.

– Зайду.

Мы вышли в зал, и я огляделась. Ни Марата, ни его подруги уже не было. Петька проводил меня до дверей и тихо сказал:

– Извини, но я все понял.

– Что именно?

– Ты хочешь убить мужа и вылететь на родину под чужой фамилией.

– Какой ты догадливый! – засмеялась я. – Мне пора.

– Смотри не потеряй пушку, игрушка ведь дорогая.

– Конечно.

Я похлопала Петьку по плечу и вышла из ресторана. День выдался на редкость теплым. Ласково светило солнышко, на небе – ни одного облачка. Настроение было великолепное, а лежащий в сумочке пистолет согревал душу. У входа в ресторан стояло множество роскошных машин. Я в последний раз взглянула на свою гостиницу и подумала о том, что сказка закончилась: вряд ли мне когда-нибудь удастся пожить в таком шикарном номере. Да и конец у этой сказки не совсем счастливый. Я осталась одна, без документов, денег, подруги, но – с пушкой. Еще раз посмотрев на припаркованные к ресторану машины, я вздрогнула, увидев Марата. Он сидел на капоте темно-синей «Тойоты» и смотрел на меня. Я подошла к нему.

– Ты чего на капот уселся, штанов не жалко?

– У меня все штаны одноразовые, да и носки тоже. Как только запачкаются, я выкидываю и новые покупаю, – усмехнулся Марат.

– Понятно. У богатых свои причуды. А где твоя подружка?

– Поехала на работу. А ты, я смотрю, долго одна не бродишь, с официантом спелась.

– А ты что, ревнуешь?

– Вот еще! Это ты, кажется, приревновала меня к моей спутнице.

– Ерунда. Я вообще не знаю, что такое ревность.

– Я так не думаю. Ты хочешь сказать, что я ошибся?

– Ошибся.

– Кстати, а зачем ты приехала в ресторан?

– Григорич послал.

– Зачем?

– Он желает знать, где ты хранишь свои деньги.

– Вот гад!

– Не могу понять, почему он к тебе так неровно дышит?

– Да это старое дело… Я отвоевал у него одну территорию. Он мне никак не может этого простить. Ты, значит, теперь еще и разведчица.

– Выходит, что так. Ему хочется, чтобы я сняла слепки с ключей от твоей квартиры или открыла дверь его ребятам.

– Вот гад! Почему он так уверен, что я на тебя клюну?