Под двойной защитой Рос Лавли

Глава 23

Через некоторое время Рас подхватывает меня на руки и относит в душ. Он недолго стоит в стороне, но потом понимает, что может присоединиться. Он сбрасывает джинсы, которые накинул на голое тело в спальне, и шагает ко мне в кабинку.

– Я помогу тебе, – заговорчески произносит он.

– Только не крутись, тут тесно.

Не знаю, почему фырчу на него, но мне нравится, как он смотрит на меня в такие моменты. Смесь хитрости и мужского спокойствия. Я частенько подкалывала его, когда мы были парой, на что тот реагировал похожей улыбкой и наглым взглядом.

– Тут полно места. При правильной сноровке и танцевать можно.

Он несет глупости и тут же противоречит сам себе. Наталкивается на меня всем телом, вжимая в кафель, и дает прочувствовать каждый мускул своего молодого напряженного тела. Рас прекрасно сложен и смотреть на него безумно приятно, но еще приятнее чувствовать, как его тугие мышцы впиваются в мое хрупкое тело.

– Рас, я хотела принять душ, – шепчу упрямо. – Мы только что занимались сексом.

– Да, я помню, – он кивает и целует меня в плечо, прикусывая. – Я слишком много думал о тебе последние дни, вот меня и несет… Я пугаю тебя?

– Только если своей ненасытностью.

Он усмехается и отстраняется. Но надавливает на мое плечо в следующее мгновение, из-за чего я поворачиваюсь к нему. Он нажимает на кран и сверху падают теплые массирующие ручьи.

– Просто я дурею, когда ты рядом, – добавляет Рас.

– С этим нужно что-то делать, – я смягчаю тон, когда замечаю, что он сейчас не заигрывает со мной, а честно признается.

– Да, – он коротко кивает. – Главное, не пропадай больше.

– Я не пропадаю…

– Ты сейчас исчезла на несколько дней, а в прошлый раз вообще на годы.

– Давай не будем вспоминать прошлый раз. Мы все наделали тогда ошибок и были слишком молоды, чтобы разобраться в них.

Рас обнимает меня и опускает широкие ладони на мои ягодицы. Он жадно сжимает мою плоть, приподнимая, и надтреснуто выдыхает. Черт, он настолько изголодался по мне за эти дни? Утверждается в правах на мое тело и отгоняет плохие мысли, что едва не потерял меня?

Да?

Я даже не знала, что могу вызывать в мужчине столь мощное желание. Он сильнее меня, крупнее и массивнее, но в это мгновение я отчетливо чувствую свою власть над ним. Власть женскую, замешанную на сексе, вожделении и мужском стремлении обладать.

– Ты задушишь меня, – я почти шепчу и мягко обхватываю его пальцы, чтобы расцепить хватку. – Тише, Рас, тише…

– Я только сейчас начал догонять, что натворил тогда.

Рас увлекает меня в сторону, закрывая мое лицо от потока воды. Он поворачивается ко мне и продолжает говорить глаза в глаза.

– Как это выглядело для тебя, – он кривится, словно получил сильный удар в челюсть. – Я поимел твою подругу и свалил. Бросил тебя самым ублюдским способом.

Я не знаю, что ответить. Ведь всё так. Для меня все его поступки выглядели именно так.

– Ты плакала из-за меня?

– Да, – киваю. – Было очень больно и обидно. И я не понимала почему. Почему ты поступил так, ведь было всё хорошо, я даже пару раз представляла нашу свадьбу.

– Блять…

– А потом раз и холодная стена. Я убедила себя, что ты просто показал свое настоящее лицо, что на самом деле ты такой.

– Мудак?

Я снова киваю, прикрывая глаза.

– Я поверил отцу, – говорит Рас. – Я правда поверил тем фоткам, и он подговорил одного моего приятеля. Тот пару раз бросал мне всякие намеки о вас с Марком. Я тогда лицо ему разбил, но в мозгу отложилось. Поэтому как увидел фотки, всё это всплыло и вспыхнуло, – Рас замолкает подбирая слова. – Короче, я поверил.

– Да…

– Я ненавижу себя за это. Я должен был поговорить с тобой, должен был прийти к тебе, – Рас протяжно выдыхает, сдерживая грязные ругательства. – Но я боялся остаться с тобой наедине.

– Думал, ударишь? Ты мог?

– Мог. Тогда мог.

Мне становится больно от его честности.

– Я с ума по тебе сходил. И доверял тебе больше, чем себе.

– Наверное, этого и испугался твой отец, – я грустно усмехаюсь. – Слишком много власти для одной девчонки над его сыном. Тем более для не самой лучшей партии.

– Не знаю, что было в его голове. Это за гранью моего понимания, – Рас наклоняется и целует меня в макушку. – Прости меня, красотка. Прости, что позволил сделать всё это с тобой. Прости, что был таким мудаком!

Он крепко зажимает меня в руках и я безвольно повисаю, теряя пол под ногами. Я утыкаюсь лбом в его мокрое плечо и слышу, как тяжело он дышит. Странно, я думала, что Рас будет страдать от другого. От ревности или сожалений, что ввязался в тройничок и увидел собственными глазами, как его бывшую девушку трахает бывший лучший друг.

Весь этот бред живет только в моей голове. Рас же переживает за другое.

– Что ты хочешь, чтобы я сделал с ним?

– С ним? – я хмурюсь, не понимая вопроса.

– С отцом, – он сглатывает и я вижу, как ходит его кадык. – Он столько дерьма сделал с твоей семьей…

– Он же потерял деньги? Бизнес?

Рас кивает.

– Его могут посадить еще, – добавляет он. – Он сцепился с отцом Клариссы, тот потерял большие деньги в нашем семейном бизнесе и чертовски зол теперь. А Кларисса, видно, поговорила с своим отцом и вывела меня из-под удара.

– Значит у вас хорошие отношения с ней.

– Да, мы с ней приняли ситуацию в свое время. Это была сделка, а не брак. Я не лез к ней и не делал из нее жену через силу. Вообще не трогал, даже разговорами. Она как-то перебрала в баре и расплакалась у меня на плече, через слово повторяла “спасибо”, она раньше не откровенничала со мной, но оказалось боялась, что я буду груб. Что пойму штамп в паспорте буквально и не откажусь от всего того, что полагается получать от жены.

Рас качает головой.

– Она первое время боялась заснуть рядом со мной. Представляешь?

Я поднимаю ладони и обнимаю его красивое лицо. Рас хмурится, но постепенно выдыхает, реагируя на мою нежную ласку. Я думаю о том, что ему тоже пришлось нелегко. За красивым фасадом успешной жизни скрывалась ложь. Да, мне пришлось сложнее, но я могу понять, как противно узнать, что тебя боится собственная жена. Как она сжимается по вечерам и ждет, что брачные тиски станут еще туже.

– А Кларисса знала твоего отца?

– Да, как раз в этом и дело. Она узнала его раньше меня и успела решить, что я такой же.

– Ты не такой же, – произношу уверенно. – Ничего общего, Рас, я это отчетливо вижу.

Я не хочу решать судьбу отца Раса. Во многом из-за него… Как я могу сказать ему в лицо, что хочу таких и вот таких бед для его отца? И хочу, чтобы он помог мне, пошел против крови, устроив возмездие над самым родным после матери человеком.

Нет.

Пусть отец Клариссы разбирается со всем этим.

Я не хочу воевать.

– Пойдем, – я беру ладонь Раса в свою и тяну. – Нужно что-то приготовить или заказать доставку, здесь много ресторанчиков неподалеку, у меня есть их меню.

– Я голоден, – Рас кивает.

– Кто бы сомневался.

Мы выходим из душевой кабинки и одновременно тянемся к одному полотенцу. Становится смешно, и Рас продолжает шутку, взмахивая ладонью на манер образцового джентльмена, который уступает даме.

– Ох, спасибо, – я морщу носик и беру полотенце, следом протягиваю ему другое.

Только Рас продолжает дурачиться и закутывает меня в него с головой. Он жарко обнимает и водит своими огромными ручищами, собирая махровую ткань. Растирает кожу и не забывает лезть наглыми губами к моему лицу.

– Я скучала по этому, – я поднимаю голову и говорю то, что бьется в моем сердце.

– По моим глупостям?

– Да, – я киваю. – По твоей заботе. Защите. Я, наверное, не современная девушка, и мне было страшно одной. Я чувствовала себя такой беспомощной иногда…

– Все прошло, Мира, – Рас произносит каждое слово с четкой уверенностью. – Теперь я рядом. И Марк тоже.

Я сжимаю пальцами полотенце, когда слышу имя Марка из его уст.

– Удивлена? – Рас замечает, как я реагирую, и первым затрагивает эту тему. – Я сам удивлен, если честно. Но до меня дошло, что это он нашел тебя. Я бы мог до сих пор не знать, что с тобой, жил бы в придуманном папашей мирке и иногда бы вспоминал, какой все-таки сукой оказалась любимая девушка.

Я стучу его кулачком по груди, и Рас кивает, прикусывая язык.

– И ты тянешься к нему, это видно, – добавляет он.

Мы одеваемся и выходим из ванной комнаты. Марк с кем-то разговаривает по сотовому и бросает в нашу сторону настороженный взгляд. Я совсем потеряла счет времени, но благодарна Марку, что он не стал вмешиваться и показывать, что умеет быть еще тем альфа-самцом. Я смотрю ему прямо в глаза, показывая, что мне нечего скрывать, и вижу, как его отпускает тревога. Он вновь переключается на разговор, а я иду к ящику, в котором храню меню.

Их оказывается шесть штук. Я кладу их на стол и киваю Расу, вскоре к нему подходит Марк и бросает на стол свой телефон.

– Мы выбираем обед, – говорю Марку. – Ты голоден?

Доставка занимает полчаса, потом Рас идет к курьеру, а я достаю тарелки, чтобы переложить еду и хоть так намекнуть, что я умею быть хозяйкой. Я решаю, что реабилитируюсь потом и приготовлю им отличный ужин. Хотя мужчинам откровенно плевать, Марк так вовсе недоуменно смотрит, как я заменяю пластиковые тарелки на стеклянные.

Они не стали выбирать и ухватились за меню, которое оказалось верхним. Так что у нас день итальянской кухни – паста, ризотто, чиабатта и панна-котта. Хотя вру, лазанья тоже есть! Они заказали все подряд и я уже прикидываю, сколько полок в холодильнике придется занять тем, что мы не осилим.

– Что у вас с планами? – я первой заговариваю, когда мы садимся за стол. – Вы останетесь в городе или никак?

– Я без проблем, – говорит Марк. – Если тебе здесь нравится, то я не против.

– Но?

Я буквально чувствую это “но” в его голосе.

– Пенсионерский город, – Марк пожимает плечами. – Я отвык бывать в таких, тут, наверное, три кинотеатра и один бар на все население.

– Не угадал, – я качаю головой.

– Два?

Я отказываюсь играть в эту игру дальше, доказывая, что перебралась в прекрасное место, и смотрю на Раса. Я понимаю, что его ситуация сложнее. Он потерял свой бизнес и остался на осколках семьи… В каком-то смысле он сейчас проходит то, что мы уже прошли с Марком.

– У меня сейчас тоже суды, – отвечает Рас и тут же поднимает ладони, успокаивая меня. – Один бракоразводный, а второй с компанией Марка.

– Что?

– Это обычная практика, – продолжает Рас. – Так легче провернуть ту сделку…

– Сделки не проворачиваются в судах!

– Черт, Мира, ты наивная, – смеется Марк. – Мы сами разберемся с Расом в юридических делах.

У него открытое спокойное лицо, но во мне поселяется сомнение. Я отгоняю его, но не могу отделаться от мысли, что Рас в каком-то смысле теперь в руках Марка. Рас ослаблен и разорен, он сейчас открыт для любого удара.

Но Марк же не посмеет?

Он сам сказал мне, что они с Расом всё обсудили и пришли к решению. Они даже выглядят как закадычные друзья – именно так, как они выглядели раньше. И Марк же не подонок. Он уже доказал это, когда был со мной, он больше хочется казаться ублюдком, чем есть на самом деле.

Я кручу эти мысли в голове, но на душе все равно неспокойно. Легкая тень ложится и тревожит, тревожит…

– Тебе нужно будет уехать? – я задаю вопрос Расу.

– Да, через пару дней.

Пару дней.

Значит у меня есть пара дней, чтобы во всем разобраться.

Глава 24

Я отправляю Раса и Марка по своим делам, потому что подходит время моих занятий. Мы договариваемся встретиться попозже и сходить куда-нибудь, хотя Марк кивает и одновременно скептически улыбается. Он явно думает, что ближайшее время нам надо проводить наедине, а не смотреть фильмы в кинотеатрах или оценивать местные рестораны.

– Я позвоню, – киваю им, когда к подъезду подъезжает такси, чтобы забрать мужчин.

– Может, подбросить? – отзывается Марк, когда Рас уже забирается в салон.

– Нет, мне тут рядом. И я люблю дорожку через парк, там красиво.

– В этом городе нет ничего красивого.

– Тебе не надоело? – я закатываю глаза, не веря, что он опять взялся ругать мой город.

– А я специально. Ты очаровательная, когда злишься. И так ты будешь думать обо мне.

– Плохое думать, – я фырчу на него. – Не пробовал по-другому?

– Надо будет прикинуть, – Марк нагло усмехается и делает движение, заныривая в салон, но в последний момент зависает и бросает на меня взгляд. – Я кстати неправильно выразился. В этом городе нет ничего красивого, кроме тебя.

Он садится в машину, и та тут же трогается. Я остаюсь одна, а в голове стоит эхо его хрипловатого баритона. И красивая фраза, которую он успел бросить на прощание. Черт, Марк умеет производить впечатление! Мне порой кажется, что мне достается безумная доза его мужского обаяния, которое он почти не тратил на других. Я догадываюсь, какой огромный выбор у него был и как много девушек он успел… скажем так, попробовать, но Марк точно не специалист в чувствах. В нормальных отношениях, когда пара живет вместе и строит тесную доверительную связь.

Я с легкостью могу представить Марка в ночном клубе или элитном баре, а вот с домашними вечерами проблема. Интересно, у него вообще были отношения?

Я захожу в школу искусств, куда хожу на курсы живописи, и отключаюсь от внешнего мира. Мне удается позабыть обо всем, погрузившись в любимое хобби. Оно меня чертовски успокаивает, мне нравится плавная речь учителя, легкие шутки других девочек, а у нас исключительно женских коллектив и то, как хорошо у меня получается. Я оказываюсь очень даже способной, хотя ужасно переживала на первом уроке. Это вообще моя вечная беда, которая мешает начать новое дело. Я почему-то издалека решаю, что мне не по плечу и могу потерять уйму времени, пока уговорю себя хотя бы попробовать.

И, если раньше у меня была стопроцентная причина – нехватка времени и денег, то сейчас сам бог велел.

– Плавнее, – учитель заходит ко мне за спину и произносит вполголоса. – Можно добавить воды, чтобы получился эффект мрамора.

– Боюсь, переборщить.

– Всегда можно сделать вид, что так и было задумано, – подшучивает мужчина. – Шаблона же нет.

Он прав.

Вообще, кто придумал, что во всем должен быть шаблон?

Пример, по которому должны жить все до единого и радоваться только тому, что разделяет и понимает большинство?

– Это проявление тебя, – продолжает учитель. – Только тебе решать, как ляжет каждая линия.

После урока я болтаю с девчонками, мы обмениваемся найденными в сети ссылками с крутыми иллюстрациями и подумываем вместе сходить на лекцию в планетарий. На купол обещают вывести картины Босха и Дали. Меня смешит, как бы закатил глаза Марк, если бы я предложила ему вместе с Расом составить компанию. Это намного хуже кинотеатра, на его взгляд.

Я выхожу из школы вместе с Леной, которая младше меня на два года и совсем недавно вышла замуж. Она любит делиться фотографиями со свадьбы и то и дело переводит тему на свое свадебное путешествие, которое они с мужем провели на Филиппинах. Я никогда не была на островах, но слушать ее интересно. Видно, что у человека сбылась заветная мечта и он не может долго держать в сердце детский восторг.

– А какое там море! Боже, я так хочу как-нибудь вернуться, – Лена прижимает папку с эскизами к груди и мечтательно вздыхает. – Я ведь никогда не любила путешествовать, а это увидела фотки в сети, потом нарыла сотню форумов и пошло-поехало. Сначала влюбилась в Филиппины заочно, потом уже всем сердцем!

– Взаимно?

– О, да! Филиппины отлюбили меня лучше мужа.

Она смеется и следом рассказывает смешную историю, как они купались на маленьком острове, который можно за две минуты обойти полностью. Я слушаю ее и думаю о том, что вот она – нормальная жизнь. Обычные разговоры с подругами, приятная работа, мелочи и сплетни, любимые увлечения, на которые получается найти время.

Хороший секс.

Да, это тоже немаловажно.

Даже отличный секс, если быть до конца честной. И ведь я чувствую, что между нами троими происходит что-то большее. Мы только ступаем на эту дорожку, но это совершенно точно не только похоть. Или желание испытать острые запретные эмоции.

Нет.

Для меня так точно нет.

Я слишком глубоко и давно впустила Раса и Марка в сердце, чтобы думать об одном телесном удовольствии. Мне бы теперь научиться жить с этим и понять, что мы вообще будем делать дальше. Я знаю, что я тревожная и проблемная, прошлая жизнь сделала из меня девушку, которая во всем ищет подвох и второе дно. И я не представляю, как уничтожить свою недоверчивость. Или это как раз задачка для моих мужчин? Пусть они занимаются моим доверием… На губы наползает глупая улыбка, потому что я давно потеряла нить собственных размышлений, но меня веселит их итог.

– До завтра, – Ленка тянется ко мне, чтобы поцеловать в щеку.

– Насчет завтра не уверена, но в понедельник буду.

– Пропускаешь? Как не стыдно, Мира, а еще любимица учителя.

– Я не любимица, – отмахиваюсь. – У меня дел будет много, вряд ли, получится вырваться.

– Ладно, тогда до понедельника.

Лена делает взмах ладонью и направляется к светофору, чтобы перейти дорогу. Я же достаю сотовый и думаю кого набрать. Марка или Раса… Вот еще дилемма! Я отдаю право выбора алфавиту и просто-напросто набираю тот номер, который встречается первым в списке.

– Я освободилась, – сообщаю Марку, когда он берет трубку. – Точно, как обещала.

– Молодец, – Марк берет паузу, а у меня перед глазами становится картинка, как он поднимает руку и смотрит на наручные часы. – Кинь адрес, тебя Рас заберет. А я попозже подскочу.

– Дела?

– Да, есть пара моментов. Я скоро буду.

– Отлично.

– Вы только меня не обсуждайте.

– И в мыслях не было.

– А о чем говорили утром? – неожиданно спрашивает Марк. – В душе?

Я теряюсь, уже позабыв, что Марк ждал нас, пока мы выясняли тайны прошлого.

– О наших “изменах”, – отвечаю честно. – О том, что Рас как дурак повелся на фотомонтаж отца и пошел изменять с моей подругой, чтобы выплеснуть злость.

– Понял.

– Марк, всё хорошо? Только ответь честно, как я тебе.

– Хитрая, – он усмехается, но становится серьезным через мгновение. – Я, наверное, пока нервничаю, когда вы остаетесь наедине. Всё шатко еще…

– Нет, не шатко, – я надавливаю уверенным голосом. – Но я могу подождать, приезжайте с Расом вместе. И не надо никакого кино, можем остаться дома.

– Да? Ну тогда я знаю, чем мы займемся.

Конечно, он знает. Я бы удивилась, если бы Марк сказал что-то другое или вовсе промолчал. Он бросает напоследок, что ему нужно полтора, а то и два часа, чтобы утрясти все дела. Вот они деловые люди! Даже в другом городе и на отдыхе их не отпускают важные вопросы. Юристы вместе с партнерами достанут в любой точке света, а если зазеваться, то и самолет пришлют, чтобы увидеться лично. Ведь срочно же, котировки меняются каждый час, а другие игроки рынка не спят.

Но мне это на руку сейчас. Я поворачиваю к кофейне, чтобы помочь Ритке. Я уже договорилась с ней в чате, что она завтра меня подменит, так что хочу заранее поблагодарить. Как раз наступают обеденные часы, клиентов будет много и лишние руки не помешают. Я захочу через заднюю дверь, которая отдается переливом колокольчика, снимаю пиджак и меняю его на фирменный фартук. Потом собираю длинные волосы в пучок и выхожу к стойке.

Время пролетает незаметно и я пишу Расу, чтобы они с Марком забрали меня прямо из кофейни. Они приезжают на черном кроссовере, который уже взяли в аренду, чтобы не вызывать постоянно такси.

– Видишь, этот город не обречен, – подкалываю Марка, который сидит за рулем. – Тут есть аренда автомобилей.

– Это лучший вариант, что у них есть, – Марк по-прежнему настроен скептически.

– И что? Он не заводится? – я чуть наклоняюсь и делаю вид, что прислушиваюсь к шуму мотора, хотя и дураку ясно, что авто заведено. – Смотри-ка, всё ок. Не пойму, что тебя не устраивает.

Я поворачиваюсь к Расу.

– Когда он стал таким избалованным? Я помню совсем другого парня.

– Да, Марк мне фору даст, – кивает Рас. – Как прошли занятия?

– Отлично, я потом покажу вам свои эскизы.

– Покажи сейчас, – Рас указывает на мою сумку.

– Нет, – я уверенно отсекаю такую возможность. – Я хочу показать удачные, а то Марк начнет подшучивать еще и над моим хобби.

– Я? Подшучивать? – лениво отзывается Марк. – Никогда.

Я сижу на заднем рядом с Расом и беру его широкую ладонь, на что он тут же реагирует и заплетает наши пальцы в надежный замок. От него исходит приятное тепло, я перебираю пальцами и наталкиваюсь на его костяшки. У Раса сильные сухие руки, чувствуется мужская сила и в то же время аристократическая утонченность. Марк грубее, во всем, во внешности в том числе. Он брутальнее от кончиков коротко стриженных волос до черных ботинков из нелакированной кожи.

Еще я замечаю, что Рас любит костюмы. Он даже в повседневной жизни предпочитает деловой покрой, только выбирает просторные силуэты и пренебрегает галстуками. Марк же тяготеет к спортивной небрежности – поло, футболки, джинсы и хулиганы.

Я отмечаю мелочи, которые разделяют их, но в моем восприятии делают их только ближе и роднее.

– Что это значит?

Я замечаю татуировку на ладони Раса, которая запала мне в память еще в прошлый раз. Черный четкий штрих.

– У тебя в девятнадцать не было его, – добавляю, замечая, как Рас задумывается о чем-то своем.

– Это после нашего расставания.

– Прям сразу?

– Да, сделал засечку, – Рас коротко улыбается, а глаза все равно грустнеют. – Я надрался в баре, проснулся у какого-то приятеля и долго пытался воткнуть, где я вообще.

– Наверное, еще и голова болела?

– Болела, – Рас реагирует усмешкой на мой подкол. – В доме у приятеля на первом этаже был тату-салон. Меня случайно занесло, а потом решил… бред, конечно, но подумал, что как черту проведу. Правда, вышла не черта, а засечка на память.

– Смотрится стильно.

Я не знаю, что добавить. Я понимаю, что черный след на его коже сделан в мою честь. Он оставил напоминание о том дне, когда я “предала” его и все нашли планы на будущее рухнули и оказались всего лишь иллюзией, под которой скрывалась моя связь с его лучшим другом.

– К черту ее, – бросает Рас и обнимает мою ладонь так, что тату становится не видно. – Перекрою, когда придумаю чем.

– Ой, а куда мы едем?

Я вдруг замечаю, что мы проехали мой перекресток, и направляемся в самый центр.

– Не в кино, не бойся, – произносит Марк, бросая взгляд через зеркало заднего вида. – Я нашел в этой дыре нормальный отель…