Дороже всех побед Резник Юлия
Мэйсон просканировал взглядом трибуны, но разглядеть Кэти среди всей этой беснующейся толпы было невозможно. Ладно… Когда понадобится, ее лицо выведут на экраны. Как же он хотел увидеть ее глаза в этот момент! Как же он хотел увидеть глаза своей малышки.…
- Гарри!
- Да, Мэй?
- Кто-нибудь убедился, что Кэти на месте?
- Конечно. Не волнуйся. Она уже на трибуне.
- А Джон1?
- Все на своих местах. Крисси2 тоже здесь. С тех пор, как ты об этом спрашивал пять минут назад, ничего не поменялось.
Ладно… Может быть, он волновался слишком сильно и чуточку перегибал палку. По крайне мере, на это намекали ироничные взгляды Тома и Джей Ти, которые стали невольными свидетелями его разговора с ассистентом.
- Лучше тебе сосредоточиться на игре, брат, - похлопал его по плечу раннинбэк.
- Ну, надо же! Кто бы мог подумать, - фыркнул Мэйсон, нисколько не сомневаясь, что все у него получится. Он не мог позволить себе ударить лицом в грязь. Ту игру потом назовут одной из лучших в его карьере. Мэйсон отдал пятнадцать передач из шестнадцати на двести двадцать четыре ярда с тремя тачдаунами и заработал идеальный пасовый рейтинг. Шон бы им гордился. И только это имело значение. Мэйсон провел игру на стиле, а его сорокавосьмиярдовый вынос во второй четверти комментаторы окрестили «чудом, которое будут анализировать десятки лет».
После третьего периода результат игры уже был предопределен. Они просто деморализовали соперников. Защита Орлов сыпалась на глазах. Святые лидировали с таким отрывом, что у тех не было ни единого шанса отыграться. Фаны просто сходили с ума, когда они уходили с поля. Вокруг творилось что-то невероятное. Наверное, Мэйсон уже мог бы расслабиться, насладиться победой, но… Он знал, что впереди у него самая главная миссия.
Мэй вытер пот со лба. Несколько технарей вытаскивали на поле фортепиано Джона. А сам он болтал с запасными, столпившимися у скамейки.
- Гарри, Кэти на месте? Она никуда не ушла?
- О, да господи, парень, остынь. Её отвлекает жена Брауна. Все под контролем!
Мэйсон судорожно выдохнул. Когда он это все затевал, то и подумать не мог, как сильно будет волноваться. Джон завидел его в толпе и взмахнул рукой. Мэй затолкал свою панику подальше и двинулся к Ледженду, чтобы лично его поблагодарить за услугу. Придурки из команды, конечно, не упустили случая позубоскалить. А ему было все равно. Особенно «остроумным» он время от времени тыкал фак, словно ему снова было лет десять.
Времени не оставалось. Один из ассистентов принес ему микрофон. Джон тоже приготовился к выходу на поле. И тут совсем рядом Мэйсон увидел Тришу. Сглотнул. Он был одним из самых популярных спортсменов в Штатах, поэтому безумные выходки фанатов его не удивляли. Даже когда те заходили слишком далеко и начинали преследовать своего кумира. Даже когда юристы Мэя, опасаясь за его жизнь и благополучие, рекомендовали ему получить охранный ордер. И даже когда однажды ему пришлось это реально сделать в отношении спятившего парня из Силиконовой долины. Но он совершенно не был готов к тому, что его станет преследовать Триша. За последние три дня она оборвала его телефон. А еще он несколько раз видел ее у дома. И вот теперь она прорвалась на стадион.
- Мэйсон! Нам нужно поговорить, слышишь?!
Мэй остановился. Взмахом руки дал понять охране, что все нормально. И, тяжело вздохнув, запрокинул лицо вверх.
- Ты выбрала не лучшее время. У меня игра и…
- Если бы ты ответил на мои звонки, мне бы не пришлось вылавливать тебя, как… как… - Триша запнулась, и её губы задрожали. Мэй напрягся, потому что еще никогда не видел ее такой.
- Что-то случилось? – уточнил он, взмахом руки останавливая двинувшегося ему навстречу Ти Джея.
- Я беременна, Мэй.
- Поздравляю. – Мэйсон не слишком вслушивался в слова, пристально наблюдая за ассистентом, от которого ждал отмашку.
- Я беременна от тебя.
- Что?
- Я беременна от тебя.
Микрофон чуть было не выпал из рук. И только отточенные годами безжалостных тренировок рефлексы позволили ему поймать тот в последний момент. Мэй выпрямился. Жадно втянул в легкие воздух, но отдышаться не получалось. Кислорода отчаянно не хватало. В груди расцветала боль. Как будто кто-то лягнул его под дых, с треском ломая ребра. Мэй растерянно оглянулся на стоящих у него за спиной ребят. Его жизнь летела к чертям, и, наверное, было бы правильно, если бы и все кругом превратилось в руины. Но ничего подобного не случилось. Крыша стадиона не рухнула им на головы, из динамиков лилась музыка, а на трибунах туда-сюда сновали люди.
- Что? – прохрипел он.
- Я беременна. Срок совсем маленький. Всего четыре недели. Не знаю, как так произошло. Я очень растеряна.
Мэйсон кивнул. Огромное кольцо с бриллиантом, которое ему минутой ранее отдал один из помощников тренера, жгло руку, а ассистент жестами показывал, что пора начинать.
- Я не знаю, что сказать, Триш…
- Я подумываю об аборте.
Она приложила к слезящимся глазам бумажную салфетку, а когда и это не помогло, запрокинула голову к небу и часто-часто заморгала. Сейчас Триша мало походила на ту самоуверенную женщину, которую он знал. Она выглядела несчастной и абсолютно разбитой. Боль в области сердца стала сильней. Он растер грудь пятерней, провел по стриженой мокрой после игры макушке.
В голове звучал истеричный хохот приемной матери. Сквозь который доносились её слова:
- Соглашайся, выродок! Чего еще ждать от такого дерьма, как ты?
Мэйсон зажмурился. Кем он будет, если позволит ей убить ребенка? Его ребенка… Сына или дочь? Кем он тогда будет?
- Все нормально, брат?
Мэй оглянулся. Джей Ти стоял чуть в стороне, подпирая задницей огражденье, и внимательно наблюдал за происходящим. В двух шагах от него топтались Крис и Том Браун.
- Да, - Мэй облизал губы и попятился назад. – Да.
- Тогда тебе пора. Джон уже вышел! Мэйсон, ты слышишь?!
- Ты даже ничего мне не скажешь?
- Я свяжусь с тобой, после игры. Завтра. Ладно? До этих пор ничего не предпринимай.
Триша слабо кивнула. Ее губы вновь дрожали. Когда-то Мэйсон по ошибке решил, что Триша – это то, что ему действительно нужно. Но прямо сейчас он бы отдал полжизни, чтобы между ними никогда... и ничего не было. Он бы все на свете за это отдал.
- Как она сюда попала, а главное, какого хрена ей от тебя нужно? – поинтересовался Джей Ти.
- Говорит, что беременна. Твою ж мать… - Мэйсон пригнулся и в панике обхватил голову. Он не представлял, что ему делать дальше. Как все объяснять Кэти? Мэй обещал, что не причинит ей боли, но забыл, что в этой жизни далеко не все зависит от его желаний. – Что мне делать, Джей Ти? Том… Крис… Что мне, мать его, делать?
Мэй обвел паническим взглядом трибуны, скользнул по полю и увидел, что Джон уселся за фортепиано. Его выход привлек внимание толпы, и кое-где послышались робкие аплодисменты. Стадион гудел, как улей.
- Ты собираешься ради этого расстаться с Кэти?
- Ты спятил?
- Тогда делай то, что запланировал. А с этим, - Крис неопределенно мотнул головой, разберешься после.
- Ты хоть уверен, что ребенок твой? – сощурился Том.
Джон взмахнул руками и взял первые аккорды мелодии.
- Нет… Нет, я не уверен!
У них с Тришей был секс, и не один раз. Но, черт возьми, он был ответственным парнем. И всегда предохранялся. А зная то, как легко она прыгнула в койку… Волна облегчения ударила под колени. Джон запел слова мега-популярной баллады, которую Мэйсон выбрал для своего признания.
- Тогда иди! Иди, Мэйсон, слышишь? Вас с Кэти уже вывели на экраны!
Колени Мэя подкашивались. Он кивнул. Вцепился в микрофон так, что побелели пальцы. Фаны, которые уже поняли, что сейчас будет что-то интересное, вскочили с мест, но Мэйсон будто этого не замечал. Он шел.Шел, с трудом переставляя ноги… Впившись взглядом в лицо той единственной, с которой он хотел быть, и с жадностью наблюдая за сменой эмоций на ее лице. Поначалу Кэти, как все вокруг, просто заинтересованно вертела головой, чтобы понять, что же всех так возбудило. Потом к ней наклонилась Айрин – жена Тома, и указала на экраны пальцем. Губы Кэти потрясенно округлились. Глаза расширились… И стало непонятно, то ли она расплачется прямо сейчас, то ли засмеется. Она что-то сказала. Повторила еще, и еще… И, если Мэй все правильно понял – Кэти назвала его сумасшедшим. А он, наверное, и был таким, шагая к ней через все поле… Немного спятивший от своей любви. И слова песни Джона: «Ты сумасшедшая, и я не в своем уме…» - были сейчас очень в тему. Мэйсону казалось, что эти строчки рвутся из его души, когда он, подбадриваемый свистом и дикими воплями толпы, взбирался на трибуну с противоположной стороны поля.
«Потому что я всем своим существом
Люблю все в тебе:
Люблю каждый изгиб твоего тела и каждую угловатость,
Все твои идеальные несовершенства.
Отдай мне всю себя,
И я отдам всего себя тебе.
Ты – мой конец и мое начало.
И, даже проиграв, я побеждаю,
Потому что я отдаю тебе всего себя.
А ты отдаешь мне всю себя»3
По лицу Кэти катились слезы. Они заливали все её лицо, стекали по искусанным едва не до крови губам и капали с подбородка. Мэй застыл у последней отделяющей их ступеньки. Он думал, это будет неким хулиганством с его стороны, а на деле… Черт. Он задыхался от чувств. Происходящее содрало с него кожу, оголило нервы и его обнажённое огромное от переполняющей его любви сердце. Мэйсон заготовил целую речь, но когда пришло время что-то сказать, не мог выдавить из себя ни звука.
- Дыши… - шепнула Кэти, первой протягивая руку и переплетая его пальцы со своими. Мэй кивнул. Сглотнул собравшийся в горле ком и, наконец, вспомнив, что хотел, вытянул перед собой руку, разжал кулак, в котором все это время сжимал кольцо с огромным бриллиантом.
- Знаешь, малышка… Всю жизнь, сколько я себя помню, я гонял мяч и мечтал о победах… Но если бы сейчас мне пришлось выбирать между всем этим, - Мэй кивнул в сторону поля, - и любовью к тебе… Ты знаешь, что бы я выбрал. Без тебя это все не имеет значения. Ты… дороже. Дороже всех побед… Я очень люблю тебя. Безумно. Ты… станешь моей женой?
Толпа окончательно слетелас катушек. Над стадионом поднялся рев. Кэти зажала ладонью рот, медленно кивнула и, упав ему в объятья, разревелась.
Джон1 – речь идет о Джоне Ледженде - американском певце и авторе песен. Джон является обладателем премий Грэмми, Оскар, Тони и Эмми.
Крисси2 – речь идет о Крисси Тайген – американской супермодели и телеведущей, жене Джона Ледженда.
Слова песни3 – вольный перевод композиции Джона Ледженда All of me. На эту песню снят очень красивый клип, где мы можем увидеть не только самого Джона, но и его жену.
Глава 21
После игры творилось форменное безумие. Но, несмотря на кучу дел, которые Мэйсону еще предстояли, он никак не мог оторваться от Кэти.
- Девочка моя, сладкая…
- Мэй, перестань... На нас же все смотрят! – вяло отбивалась та, целуя его в ответ с видимым удовольствием. Наплевав совершенно на то, что он еще даже в душе не был.
- Ну и пусть. Пусть все видят, как я тебя люблю.
Кэти рассмеялась, уткнувшись носом в его мокрую от пота футболку.
- Как думаешь, это все надолго затянется?
- Наверняка. Но, знаешь что? Я постарюсь отделаться от прессы побыстрей.
- После того, что ты сделал, у тебя это вряд ли получится.
Кэти закусила губу и скользнула ладонью вверх по его груди. Неприлично крупный бриллиант сверкнул на ее пальце.
- Хилл! Тренер ждет, - выглянул из гудящей раздевалки Джей Ти.
- Уже иду. Подождешь меня?
- Угу…
- Я люблю тебя, детка.
- Я люблю тебя, чемпион.
Мэйсон улыбнулся и пошел к раздевалке. Кэти осмотрелась. Чуть в стороне парочка охочих до сенсаций репортеров только и ждали, когда она останется одна, чтобы, очевидно, выпытать у неё какие-нибудь подробности. А ей не хотелось ими делиться категорически. Перехватив свой рюкзачок повыше, Кэти развернулась и зашагала прочь. Подождать Мэя она могла и в машине.
Стадион постепенно пустел. Люди расходились, но до сих пор то тут, то там слышались взрывы смеха и возбужденные голоса. Кэти натянула пониже козырек бейсболки, очень надеясь, что её не узнают, но не тут-то было. Когда она шла через проход, на неё отовсюду сыпались поздравления. Кэти смущенно улыбалась, бормотала «спасибо» и шагала дальше еще быстрей. Она решила, что подождет Мэйсона в небольшом парке, окружающем стадион.
- А вот и настоящая звезда сегодняшнего вечера, - раздался голос из темноты.
Кэти шарахнулась в сторону. На скамье, в желтом пятне света, льющегося от фонаря, сидела Триша. Выглядела она паршиво, и, если честно, Кэти совершенно не хотелось с ней говорить. Она знала, что между Тришей с Мэйсоном все давно закончено, но её напрягало то, что эта женщина никак не оставит его в покое.
- Привет, Триш… Тоже была на игре?
- Нет. Я тут с другой целью.
- Правда?
- Я приезжала поговорить с Мэйсоном.
Если Триша и ждала от Кэти какой-то реакции, она ее не получила. Та просто не знала, что на это ответить. Мэй был взрослым мужчиной и вопросы со своими бывшими он обязан был решать сам. Они вообще не должны были касаться Кэти, но почему-то коснулись…
- Я беременна. Он тебе сказал перед тем, как сделал то предложение?
- Ч-что?
Во рту Кэти вмиг пересохло. Ужас собрался в горле колючим комом, прокатился по пищеводу и камнем упал в желудок. Её затошнило.
- Вижу, нет. Все они такие – мужики. Сбегают в самый ответственный момент, а ты расхлебывай за ними дерьмо.
Неправда! Мэйсон никогда бы так не поступил. Кто угодно, но только не Мэйсон. Кэти воинственно распрямила плечи:
- Ты врешь.
- Зачем мне это?
Триша равнодушно пожала плечами, не торопясь разубеждать Кэти. И это напугало её еще сильней. Равнодушие… Так себя обычно ведут люди, которым незачем что-то доказывать. Так ведут себя люди, зная, что правда на их стороне…
- Мэй – сирота. Он никогда бы не бросил своего ребенка.
- Может быть. Но я беременна – это факт. А Хилл, узнав о том, что скоро станет счастливым папочкой, сделал предложение другой. В смысле тебе… Ну, кто бы мог подумать, что ему нравятся вчерашние школьницы?
Кэти отошла на шаг. Это не могло быть правдой. Это слишком жестоко, чтобы быть ей… Он бы ей все сказал, ведь так? Он бы не стал от неё скрывать такие важные вещи… Кэти сильней запахнула куртку. Ей казалось, что так она сможет сохранить остатки тепла, закрыть образовавшуюся в груди брешь… Мысли разбегались, страх удавкой затягивал горло. Предложение Мэйсона вознесло ее на вершину блаженства, а сейчас… сейчас она летела вниз. На самое дно отчаяния. Ей хотелось верить, что Триша врет. Но почему-то не верилось…
- Чего ты хочешь, Триша?
- Не знаю. Наверное, чтобы он разделил со мной ответственность. Решение… может быть любым, но я… не хочу брать на себя это бремя.
По спине Кэти прошелся холодок.
- О чем это ты? Ты же не думаешь об аборте?
- Господи, Кэти… Ты такая идеалистка… Как ты вообще живешь в этом мире?
Она не знала… Ей казалось, что она уже и не живет. Тело закоченело, будто у покойника, утратило чувствительность. Кэти не ощущала ни рук, ни ног. И только в области сердца болело так, словно в нем проворачивали кинжалы. В последний раз она чувствовала себя такой потерянной и несчастной, когда ей сообщили о гибели отца и брата. Оставаться здесь было невыносимо… Кэти повернулась к Трише спиной и, ничего перед собой не видя, пошла к стоянке. Вокруг шумели, смеялись люди. Ветер шелестел в кронах деревьях, и шелестела трава. Все было по-прежнему. И не было…
- Кэти, это было круто! Тебе повезло, держи крепче этого парня!
- Поздравляем, Кэти…
- Когда свадьба?
Кэти не знала, что отвечать на летящие ей в спину вопросы фанов. Она накинула капюшон и сделала вид, что не слышит их. Дорога к машине казалась ей невыносимо долгой. А дорога домой – напротив. Она думала, что сумеет взять себя в руки, но ничего не получалось. Мэйсон, очевидно, освободился и теперь обрывал ей телефон, а Кэти не могла себя заставить взять трубку.
«Я говорила с Тришей. Это правда, что она беременна от тебя?»
Вместо ответа на сообщение, телефон вновь зазвонил. Кэти сбросила. Перед глазами плыло. И было хорошо, что она успела добраться до дома, прежде чем ее вновь накрыло.
«Кэти, возьми трубку, детка. Слышишь? Я очень волнуюсь».
«Да или нет?»
«Это не имеет значения. Я даже не знаю, мой ли это ребенок. Это очень сомнительно».
«Ты с ней спал».
«Детка, просто возьми трубку, и мы поговорим. Возьми трубку, Кэти, пожалуйста!»
«Прости. Мне нужно немного времени, чтобы принять этот факт».
«Здесь нечего принимать! Между нами это ничего не меняет».
«Если она беременна твоим ребенком, это меняет многое».
«Но мы не знаем этого наверняка! А если и так? Я не потеряю тебя! Ни за что!»
«Мне нужно все обдумать».
«Где ты сейчас, малышка? Я ужасно волнуюсь!»
«Я дома. Дай мне немного времени».
Кэти стряхнула слезы и выбралась из машины. Было уже достаточно поздно, и все наверняка спали, но она все же встала на цыпочки, когда шла мимо гостиной.
- Кэти!
- Бабуля… Дедуль… А вы почему не спите? Поздно ведь…
- Как мы могли уснуть, после всего?! Господи, Кэти! Это было так красиво!
- Что именно?
- Предложение, которое тебе сделал Мэйсон! Его транслировали на всю страну, представляешь?!
Кэти сжала кулаки, так что длинные ногти пребольно впились в кожу. Кивнула. Она очень старалась не разреветься, и от этого ее дыхание сопровождалось странным свистящим звуком. Рейчел прищурилась.
- Эй, котенок, у тебя все хорошо? Где Мэй?
- Он немного занят. Ну, знаешь, как это бывает… Интервью, и все такое… Я, пожалуй, пойду к себе.
- Никуда ты не пойдешь, пока не расскажешь, что случилось! Я же вижу – ты сама не своя, правда, Дэн?!
- Он обидел тебя?
Дед Кэти, кряхтя, выбрался из глубоко кресла и грозно навис над внучкой, уперев руки в бока.
- Нет. Нет… Он… Вы же видели…
Кэти запнулась. Ей хотелось кричать от боли и несправедливости. Этот день не должен был закончиться так! Это был особенный… такой особенный день… Конечно, можно было притвориться, будто ничего не случилось, но Кэти никогда не занималась самообманом. Ей следовало подумать, как с этим быть. Как жить, как двигаться дальше… Смогут ли они сохранить отношения с Мэйсоном, если ребенок Триши действительно от него?
- Ну, что ты… Котенок, не плачь! Не плачь, милая, слышишь?
Кэти растерянно провела ладонями по щекам. Неужели она и в правду плакала?
- Я пойду к себе…
Дэн открыл было рот, чтобы возразить, но Рейчел осадила его, покачав головой. Кэти была благодарна бабушке, что та встала на её сторону. Она поднялась к себе, упала на кровать и, свернувшись комком, заплакала. Дверь открылась и закрылась следом. Свет скользнул по темному полу и так же быстро рассеялся. Кто-то сел рядом с Кэти а кровать и осторожно коснулся ее волос. По стойкому аромату духов Кэти поняла, что это была Рейчел.
- Я не хочу настаивать, Кэти, но, может быть, если ты выговоришься, тебе станет легче?
Спустя время Кэти часто будет думать о том, как бы сложились их с Мэйсоном отношения, если бы не тот ее разговор с бабушкой. Нашла бы она в себе силы его отпустить? Сумела бы поступить правильно, и… было ли это правильно в принципе? Иногда, когда тоска по Мэю становилась особенно острой, она начинала в том сомневаться. На неё так сильно давили… Рейчел с Дэном, предрассудки, чувство вины… И долбанная пресса, которая, пронюхав о ситуации, в которой они все оказались, смешала с грязью все то светлое, что между ними было… Кэти не понимала, как вообще пережила тот период. Мэйсон спасался работой, а её… ничего, абсолютно ничего не спасало.
Расставание было болезненным… А точкой в их отношениях стала новость о том, что у малышки Мэя и Триши обнаружили синдром Дауна.
- Ты же понимаешь, что… должен… обязан быть… с ней, правда?
Мэй сидел на диване в костюме от Хугго Босс и тупо пялился на носки своих дорогущих мокасин. Он примчался домой сразу из аэропорта. Сброшенный им галстук валялся на ковре, который они купили. Ветер трепал выбранные ею гардины… Кэти старалась не смотреть по сторонам – все вокруг будто вопило о том, что у них могло бы быть. Все кругом напоминало о том, чего теперь уже наверняка не будет.
- Так не должно быть. Это неправильно. Почему я должен отказываться от тебя только из-за ребенка?
- Наверное, потому, что так правильно.
- Дерьмо собачье! Дерьмо собачье это все… - Мэй вскочил. В отчаянии схватился за голову. – Я не смогу без тебя! Не смогу…
- Ты привыкнешь… Мы все рано или поздно привыкнем. – Кэти так сильно измучалась за последнее время, что у неё даже слез не осталось. Только в горле першило, а в груди жгло. – А сейчас… ты должен поступить правильно. Быть с Тришей и своей дочкой… Я… уже забрала свои вещи.
- Кэти! Нет, пожалуйста, малышка… Не делай этого с нами.
- Я не могу…
- Это все Дэн! Я знал, что так будет! Они настраивают тебя против меня… Признайся. Это они прочистили тебе мозги?!
- Что ты такое говоришь? - Кэти подошла к Мэю вплотную, зная, что это в последний раз… Дрожащими пальцами коснулась его щеки: - Здесь нет виноватых, правда… Никто не виноват.
Кому она это говорила? Ему? Себе? Кого она пыталась в этом убедить?
- Ты же любишь меня.
Его губы дрожали. А она дрожала, кажется, вся.
- Именно поэтому я и ухожу.
- Нет… Нет, Кэти! Пожалуйста, мы что-нибудь придумаем…
Кэти покачала головой и отступила. Мэйсон, как привязанный, шагнул за ней. В его больших миндалевидных глазах стояли слезы отчаяния. А еще в них бушевал гнев такой силы, что если бы в ней осталось место для каких-нибудь чувств, кроме оглушающей боли, Кэти бы испугалась.
- Это конец, Мэйсон… Прощай… Очень жаль, что так вышло. Правда…
Слезы душили. Кэти выскочила за дверь. И в тот же миг в дверное полотно что-то с силой ударило. Потом еще… и еще. С губ Кэти сорвался тоненький всхлип. Она закрыла рот ладонью, без сил прислонилась к двери. Из квартиры Мэя доносились звуки погрома. Кэти скатилась на пол, уткнулась лбом в колени и тихо-тихо заплакала.
- Эй, Кэти… Вставай…
- Кип?
- Вставай! Ну же! Здесь холодно…
- Как ты тут очутился?
- А ты думала, я оставлю тебя одну?
- Нет, но…
- Слушай, давай, мы потом поговорим, ага? Ты не передумала перебираться в Эл Эй?
Кэти шмыгнула носом и, опираясь на руку Кипа, встала со ступенек.
- Я не могу больше оставаться в этом городе, Кип… Здесь все напоминает… - она не договорила, да этого и не требовалось. Здесь все напоминало о нем… Об отце и Томи… О тех, кого она потеряла. И чтобы не сойти с ума, Кэти планировала начать все заново на новом месте.
Глава 22
Пять лет спустя
Бар, у которого Киперу пришлось припарковаться, был настоящей дырой. Кип не знал, чем он так приглянулся Мэйсону, но когда тому нужно было надраться, он приходил сюда. А поскольку надирался Мэй с завидной регулярностью, можно было смело сказать, что капитан Святых был завсегдатаем этого места.
Кип обвел взглядом полутемный переулок, выбрался из машины и захлопнул за собой дверь авто. Чуть в стороне оборвался громкий смех. Бандитского вида парни прервали свой треп и во все глаза уставились на Кипера.
- Ну, ни хрена себе! Кипер Кокс…
- А я говорил, что он тусуется у Джони…
Кип невесело усмехнулся.
- Хэй. Как сами? Приглянете за моей тачкой? Мне нужно отлучиться на пару минут.
- Не вопрос, бро.
- Да хоть на час!
- Вот спасибо!
Кипер хлопнул по плечу главаря и толкнул засаленную дверь. В нос ударил тошнотворный запах прокисшего пива, дешевых духов и сигарет. Стараясь не делать глубоких вдохов, Кип пошел прямиком к барной стойке, украшенной мигающей рождественской гирляндой. Учитывая, что с Рождества прошло уже почти полгода, в этом заведении явно не заморачивались по поводу таких пустяков, как декор.
Мэй сидел в самом углу, склонив бритую голову. Рядом с ним стоял стакан с каким-то пойлом, который, очевидно, не был для него первым.
- Тебе не хватит? - устало вздохнул Кипер. Мэйсон оторвался от разглядывания столешницы и поднял на него мутный взгляд.
- Отвали, мамочка.
- Не дури… Поднимай свою черную задницу и…
- А в морду?
- А в морду ты сейчас не попадешь. Поедем, Мэй. Я устал, как скотина, и мечтаю только о том, как бы завалиться спать.
- Тогда почему ты здесь?
Читать бесплатно другие книги:
