Туннель в небе. Есть скафандр – готов путешествовать (сборник) Хайнлайн Роберт

– Это я и имею в виду.

– Так сразу? Пока ясно только то, что про нас забыли.

– Род, группа из двух человек хороша на несколько недель. Но представь себе, что ожидание растянется на месяцы. Представь, что кто-то из нас сломал ногу. И даже если ничего такого не случится, надолго ли мы, по-твоему, в безопасности с этой сторожевой системой из сухих веток? Нам нужно перегородить тропу, чтобы забираться сюда можно было только по веревочной лестнице, которую будет сбрасывать постоянный дежурный. Нужно найти соль, подумать о том, как выдубить шкуры, и много чего еще, – кстати, этот мой бурдюк уже попахивает. На долгий срок нам нужно как минимум четыре человека.

Род в задумчивости почесал свои выпирающие ребра.

– Знаю. Я об этом еще вчера думал, после того как ты разгромил мою оптимистическую теорию, но я ждал, когда ты сам об этом заговоришь.

– Почему?

– Это твоя пещера. У тебя тут и снаряжение, и ружье, и лекарства, и еще, наверно, много всякого, чего я не видел. У тебя есть соль. А у меня только нож – теперь, благодаря тебе, два ножа. Хорош бы я был, предложив поделить все это на четверых.

– Мы же одна команда, Род.

– Мм… верно. И мы оба считаем, что команда будет сильнее, если мы завербуем парочку рекрутов… Сколько там всего народа, по-твоему? – спросил он, махнув рукой в сторону зеленой стены за рекой.

– В моей группе допущены были семнадцать парней и одиннадцать девчонок. Капитан Бенбоу сказал, что в этой зоне испытаний будет четыре группы.

– Мастер нам даже этого не сказал. Но из нашего класса прошло человек двадцать.

– Значит, тут всего человек сто, – задумчиво произнес Джек.

– Если не учитывать потери.

– Если не учитывать потери. Примерно две трети ребят и одна треть девчонок. Выбор большой, если мы сумеем их отыскать.

– Только давай обойдемся без девчонок, Джек.

– А что ты против них имеешь?

– Я? Ничего. На пикнике им цены нет или, скажем, долгими зимними вечерами. Я обеими руками за прекрасную половину. Но в таких вот переделках они – чистая отрава.

Джек промолчал, и Род продолжил:

– Сам подумай. Ну появится у нас тут такая милашка, и в пещере сразу будет больше проблем, чем там, снаружи, со всеми этими стоборами и прочей нечистью. Ссоры, сцены ревности, а то, глядишь, кто-нибудь из парней еще и соперника из-за нее пырнет. Нам и без того проблем хватает.

– Ну хорошо, – задумчиво произнес Джек, – предположим, мы кого-то встретили, и оказалось, это девчонка. Как ты собираешься поступить? Снять шляпу и сказать: «Прекрасный день, мадам, не правда ли? Но теперь отвалите и не мешайтесь»?

Род вычертил на рассыпанном пепле пятиугольник, поставил в центре еще одну звезду, затем стер рисунок ногой.

– Не знаю, – медленно ответил он. – Будем надеяться, что наберем команду раньше, чем столкнемся с такой проблемой. Может, они сами объединятся.

– По-моему, нам надо продумать свою политику в этом вопросе заранее.

– Я – пас. А то ты опять обвинишь меня в пристрастии к логике. У тебя есть какие-нибудь соображения, как искать остальных?

– Пожалуй. Кто-то еще охотится выше по течению.

– Да? Ты его знаешь?

– Я видел его только издалека, и он не из моего класса. На полголовы ниже тебя, светлые волосы, светлая кожа, но он здорово обгорел на солнце. Кого-нибудь напоминает?

– Трудно сказать, – ответил Род, взволнованно подумав, что описание и в самом деле кого-то напоминает. – Может, пойдем посмотрим, вдруг удастся его выследить?

– Я могу отдать его тебе со всеми потрохами. Но я не уверен, что нам нужен именно такой человек.

– Почему? Если он протянул до сих пор, он должен что-то соображать.

– Честно говоря, я не понимаю, как ему это удалось. Движется он так, что за километр слышно, и уже неделю живет на одном и том же дереве.

– В этом тоже есть свой смысл.

– Да, но только если не кидаешь кости и объедки под своим же деревом. Меня именно шакалы на его жилище и навели.

– Мм… да. Но если он нам не понравится, мы можем его и не приглашать.

– Договорились.

Перед выходом Джек порылся в темном углу пещеры и извлек оттуда сложенную веревку.

– Род, может быть, это твоя?

Род внимательно осмотрел веревку.

– Во всяком случае, такая же, как была у меня. А что?

– Я ее нашел там же, где и «Полковника Боуи». Если и не твоя, все равно возьми – пригодится.

Джек достал еще моток веревки и обмотал ее вокруг бронежилета. Род подумал, что он, должно быть, так и спал, но промолчал. Если Джек считает такую защиту важнее подвижности, его дело. Каждому – по его привычкам, как говаривал Мастер.

Дерево стояло на небольшой поляне, но Джек провел Рода через кусты, подходившие близко к стволу, и последние несколько десятков метров они пробирались ползком. Джек пригнул голову Рода поближе и прошептал ему в ухо:

– Если мы пролежим тут часа три или четыре, я готов спорить, он обязательно или слезет с дерева, или появится из леса.

– Ладно. Следи за тылом.

Они пролежали около часа, но ничего не произошло. Род старался не замечать крошечных кусачих мушек, вьющихся вокруг. Он бесшумно поменял позу, чтобы не затекали руки и ноги, и с трудом подавил чих. Наконец он решил позвать Джека.

– Что случилось?

– Вот там из дерева растут две толстые ветки. Это и есть его «гнездо»?

– Может быть.

– Видишь? Рука торчит.

– Где?.. Кажется, да. Но возможно, это просто ветка.

– По-моему, все-таки рука, и я думаю, он мертв. С тех пор как мы пришли, рука ни разу не шевельнулась.

– Спит?

– Спящий человек обычно не лежит так долго в одной позе. Я хочу влезть посмотреть. Ты меня прикроешь. Если рука пошевелится, кричи.

– Может, не стоит так рисковать, Род?

– Смотри в оба! – распорядился Род и пополз вперед.

Как Род и предположил, едва услышав рассказ Джека, рука принадлежала Джимми Трокстону. Он не умер, но был без сознания, и Роду никак не удавалось привести его в чувство.

Джимми лежал в своем наполовину искусственном гнезде, и одна его рука свешивалась вниз. Род заметил, что он срезал мелкие ветки – и между двумя сучьями и стволом дерева получилось что-то наподобие гамака.

Спустить его на землю оказалось не так-то легко: весил Джимми примерно столько же, сколько и Род. Он продел веревку у Джимми под мышками и перекинул ее через сук, чтобы она стравливалась помедленнее, но сложнее всего было вытащить Джимми из его неопрятного гнезда и при этом не уронить.

На полпути вниз живой груз застрял, и Джеку пришлось подняться по стволу, чтобы его высвободить. Но в конце концов, изрядно попотев, они справились, и, оказавшись на земле, Джимми все еще дышал.

Роду пришлось нести своего друга до самой пещеры. Джек предложил делать это по очереди, но Джимми был явно слишком тяжел для него. Род только прикрикнул на Джека, чтобы тот прикрывал их со всех сторон: если бы, не ровен час, появился псевдолев, сам он мало чем мог помочь.

Хуже всего оказалось взбираться к пещере по крутому берегу из осыпающегося сланца. Род и без того уже выдохся – он больше километра тащил на себе обмякшее тяжелое тело по пересеченной местности, – и перед подъемом пришлось немного передохнуть.

– Не урони его в воду! А то уже нечего будет вылавливать. Я видел… – озабоченно произнес Джек.

– Сам знаю. Обойдусь без дурацких советов.

– Извини.

Наконец он пополз вверх. Страшно было и за Джима, и за себя. Род не знал, что за твари живут в реке, но он не сомневался, что сожрут их мгновенно. Когда он добрался до нависающей известняковой глыбы, пришлось совсем согнуться, чтобы попасть на каменный уступ, но даже так Род почувствовал, что его ноша цепляется за край и сползает назад.

Джек помог ему удержаться на месте, затем протолкнул дальше. Оказавшись в безопасности на каменном уступе, они повалились наземь. Род едва дышал и никак не мог унять дрожь в натруженных мышцах.

Они уложили Джимми на спину, и Джек проверил у него пульс.

– Быстрый, но слабый. Наверно, он не выкарабкается.

– Какие у тебя есть лекарства?

– Два вида неосульфатов и вердомицин. Но я не знаю, что ему давать.

– Давай все три и молись.

– А вдруг у него аллергия на какое-нибудь из них?

– У него сейчас аллергия на смерть, а это гораздо серьезнее. Температура поднялась, наверное, за сорок. Так что давай.

Род приподнял Джимми за плечи и ущипнул за мочку уха, а когда тот пришел в сознание, Джек запихал ему в рот таблетки и заставил запить водой. Теперь оставалось только ждать.

Всю ночь они дежурили около больного по очереди. К утру температура спала, Джим очнулся и попросил пить. Род снова приподнял его, а Джек поднес к пересохшим губам бурдюк. Джимми напился воды и опять уснул.

Они решили ни в коем случае не оставлять Джима одного, поэтому Джек оставался ухаживать за больным, а Род каждый день ходил на охоту, стараясь добыть что-нибудь понежнее, чтобы с мясом мог управиться и их ослабевший подопечный. Уже на вторые сутки Джим мог говорить, не засыпая посреди фразы. Во второй половине дня Род вернулся с тушкой небольшого зверька, напоминающего гибрид кошки и кролика. Джек как раз шел ему навстречу с пустым бурдюком.

– Привет.

– Привет. Я вижу, тебе повезло. Слушай, Род, будешь его свежевать, поосторожней со шкурой. Нам нужен новый бурдюк. Там не очень много порезов?

– Совсем нет. Я убил его камнем.

– Отлично!

– Как наш пациент?

– Выздоравливает не по дням, а по часам. Я сейчас вернусь.

– Давай посторожу тебя, пока ты наберешь воды.

– Не надо, я буду осторожен. Иди к Джиму.

Род поднялся наверх, положил добычу на каменный уступ и пролез в пещеру.

– Как ты тут?

– Шикарно. Думаю, что поборю тебя в двух случаях из трех.

– На следующей неделе. Джек заботится?

– Еще как! Слушай, Род, я просто не знаю, как вас благодарить! Если бы не вы…

– Не знаешь, так и не надо. И не за что меня благодарить. А Джек – мой партнер, так что все нормально.

– Джеку цены нет!

– Да, отличный парень. Лучше не бывает. Мы с ним здорово ладим.

Джим посмотрел на него с удивлением, открыл было рот и тут же закрыл.

– В чем дело? – спросил Род. – Тебя укусил кто? Или тебе опять нехорошо?

– Как ты сказал про Джека? – медленно произнес Джим.

– А? Я сказал, что лучше не бывает. Мы с ним теперь – одна команда. Отличный парень.

Джимми Трокстон посмотрел на него с сомнением и спросил:

– Род… Ты от рождения такой дурной? Или после поглупел?

– А что такое?

– Джек – девчонка.

Глава 7

«Надо было хоть пирог испечь»

Молчание тянулось долго.

– Закрой рот, – сказал наконец Джим, – а то кто-нибудь залетит.

– Джимми, ты, похоже, еще не в себе.

– Может, я еще болен, но не настолько, чтобы не отличить девчонку от парня. Когда со мной такое случится, я буду уже не болен, а мертв.

– Но…

– Спроси ее сам. – Джимми пожал плечами.

На пол упала тень. Род обернулся и увидел, что Джек уже на каменном уступе.

– Свежая вода, Джим!

– Спасибо, – ответил Джим и посмотрел на Рода. – Давай, спроси.

Джек перевел взгляд с одного на другого:

– Что за безмолвная сцена? Что ты на меня так смотришь, Род?

– Джек… – медленно произнес Род. – Как тебя зовут?

– А? Джек Доде. Я же тебе говорил.

– Нет. Полное, настоящее имя.

Джек снова перевел взгляд с Рода на ухмыляющуюся физиономию Джимми, потом обратно.

– Мое полное имя… Жаклин Мари Доде. Если тебе это так важно. А что?

Род сделал глубокий вдох.

– Жаклин, – произнес он, словно оценивая имя на слух. – Я не знал…

– Так и было задумано.

– Я… Слушай, если я сказал что-нибудь такое… в общем, тебя обидел – так я не имел в виду ничего плохого…

– Успокойся, ты ничего обидного не говорил, медведь ты этакий. Разве что про свой нож.

– Я не хотел.

– Или ты имеешь в виду, что «все девчонки – чистая отрава»? А тебе не приходило в голову, что про парней можно сказать то же самое? Нет, конечно, не приходило. Но раз ты теперь все знаешь, то, может, оно и к лучшему. Теперь нас уже трое.

– Но Жаклин…

– И пожалуйста, зови меня Джекки. – Она передернула плечами. – Теперь, когда вы оба знаете, мне не нужно будет носить этот чертов панцирь. Отвернитесь.

– Э-э-э… – Род отвернулся.

Джимми перекатился на бок, лицом к стене.

– Хорошо, – послышалось через минуту.

Род обернулся. В рубашке, без бронежилета, ее плечи были гораздо уже, а сама она изящнее и очень неплохо сложена. Жаклин сидела на полу и отчаянно чесала грудь и спину.

– С тех пор как я тебя встретила, Род Уокер, я даже не могла по-человечески почесаться, – сказала она с упреком. – Иногда я просто умирала.

– Никто не заставлял тебя носить эту штуковину.

– А представь, если бы я ее не носила. Ты бы захотел быть со мной в одной команде?

– Э-э-э… ну я… в общем-то… – Род умолк.

– Вот видишь. – Неожиданно на ее лице отразилось беспокойство. – Мы все еще партнеры?

– Что? Разумеется!

– Тогда давай снова пожмем друг другу руки. И Джиму тоже. Ты согласен, Джим?

– Спрашиваешь!

Три правые руки сошлись в рукопожатии, Джекки накрыла их левой рукой и торжественным тоном произнесла:

– Все за одного!

Род достал левой рукой «Полковника Боуи» и положил плашмя на сцепленные руки.

– И один за всех!

– Налоги делим на троих, – добавил Джимми. – У нотариуса заверять будем?

Глаза у Жаклин заблестели от слез.

– Джимми Трокстон, – произнесла она многообещающим тоном, – когда-нибудь я заставлю тебя воспринимать жизнь всерьез!

– Я и так воспринимаю ее всерьез, – возразил он. – Не хочется только, чтобы и она воспринимала меня так же. Когда рождаешься заново, грех не порадоваться.

– Мы все, считай, родились по второму разу, – сказал Род. – Но сейчас помолчи. Ты и так слишком много болтаешь.

– Смотри, как заговорил! А сам-то что?

– Во всяком случае, не стоит смеяться над тем, что говорит Жаклин. Она для тебя очень много сделала.

– Кто же спорит!

– Тогда…

– Никаких «тогда»! – резко сказала Жаклин. – Меня зовут Джекки, Род. Забудь о Жаклин. Если вы начнете сейчас проявлять галантность, у нас будет полный набор всех тех проблем, о которых ты меня предупреждал. Если я правильно помню, ты сказал «чистая отрава».

– Но было бы только логично…

– Опять ты со своей логикой! Давай займемся практической стороной дела. Помог бы мне лучше сделать новый бурдюк.

На следующий день Джим уже взял на себя заботы по «дому», а Джекки и Род ушли на охоту вместе. Джим тоже хотел пойти, но наткнулся на двойной запрет. Охота втроем давала не бог весть сколько преимуществ, зато вдвоем у них получалось отлично: теперь им не приходилось выжидать в засаде по нескольку часов, и дело было лишь за тем, чтобы найти добычу. Джекки загоняла зверя, а Род его приканчивал. Они выбирали животное где-нибудь на краю стада, Джекки подкрадывалась с другой стороны и спугивала его, обычно прямо на Рода.

Охотились они по-прежнему с ножами, хотя Джекки выбрала хорошее оружие для выживания в примитивных условиях – пневматическое ружье, стреляющее ядовитыми стрелками. Поскольку стрелки можно было находить и снова заряжать ядом, ружье могло служить практически вечно. Именно по этой причине Джекки выбрала его, а не огнестрельное или энергетическое оружие.

Роду оно очень понравилось, но тем не менее он решил не брать ружье на охоту.

– Давление может упасть, и в нужный момент оно вдруг подведет.

– Такого ни разу не случалось. Да и перезарядить его – одна секунда.

– Хорошо… Но если мы начнем пользоваться ружьем, рано или поздно мы потеряем последнюю стрелку, и может так случиться, что именно тогда оно нам особенно понадобится. Возможно, мы здесь надолго, так что давай оставим его про запас, а?

– Как скажешь, Род.

– Почему это? У нас у всех равное право голоса.

– Нет. Мы с Джимми уже говорили об этом, и он согласен: кто-то должен быть главным.

Охота занимала у них около часа каждый второй день. Остальное время уходило на поиски новых партнеров: они поделили местность на квадраты и прочесывали их очень старательно. Однажды им удалось спугнуть стервятников с добычи, которую, похоже, кто-то разделывал ножом. Род и Джимми шли по следу – по человеческому следу, как они убедились, – но из-за темноты им пришлось вернуться в пещеру. Наутро они попытались отыскать след снова, но безуспешно: ночью прошел сильный дождь.

В другой раз они нашли остатки костра, но Род решил, что им по крайней мере дней десять.

Как-то через неделю, которая прошла в бесплодных поисках, они вернулись домой не так поздно. Джимми оторвал взгляд от костра:

– Как успехи в переписи населения?

– И не спрашивай. – Род устало опустился на каменный пол. – Что у нас на обед?

– Сырое мясо, жареное мясо и горелое мясо. Я пытался запечь немного в мокрой глине, но получилась только отлично обожженная глина.

– И на том спасибо.

– Джим, – сказала Джекки, – нужно попробовать сделать глиняные горшки.

– Я уже пробовал. С первой попытки получил огромную трещину. Но я еще научусь. Послушайте-ка, дети мои, – продолжил он, – а вам не кажется, что вы ищете людей не тем способом?

– Почему не тем? – спросил Род.

– Ну, если вам хочется физических упражнений, то все нормально. Вы носитесь по всей округе, потеете, но результатов никаких. Может, лучше будет, если они сами нас разыщут?

– Каким образом?

– Можно подать дымовой сигнал.

– Мы уже думали об этом. Но нам не нужен кто угодно, и сообщать всем подряд, где мы живем, тоже ни к чему. Нам нужны люди, с которыми мы станем сильнее.

– Вот это как раз и есть то, что инженеры называют «ошибочным критерием». Если вы задумали поймать в лесу человека, для которого лес что дом родной, то, сколько б вы ни гонялись по тропам, вам его никогда не найти. А он вас найдет запросто, пока вы ломитесь через кустарник, расшвыривая камни, ломая ветки и распугивая птиц. Он может даже проследить за вами и понять, что вам нужно, но, если ему не захочется самому, вы его никогда не найдете.

– Род, в этом что-то есть, – сказала Джекки.

– Тебя мы нашли достаточно легко, – заметил Род Джиму. – Может, ты сам не тот тип, что нам нужен.

– Я просто был не в форме, – ответил Джимми спокойно. – Вот подожди, я наберусь сил и покажу свою истинную природу! Ург, пещерный человек, – перед вами! Наполовину неандерталец, наполовину гибкий черный леопард. – Он постучал себя в грудь и закашлялся.

– Это не очень похоже на истинную пропорцию. Неандерталец тут явно доминирует.

– Не дерзи. И помни, что ты мой должник.

– Я думаю, ты просто жульничаешь. Наверно, наизусть уже выучил, как каждая карта выглядит с другой стороны. Они у тебя скоро в лохмотья превратятся.

Когда Джимми спасли, при нем обнаружились игральные карты, и позже он объяснил, что это тоже снаряжение для выживания.

– Прежде всего, – сказал Джим, – если бы я потерялся, я всегда мог сесть и разложить пасьянс. Рано или поздно кто-нибудь меня нашел бы и…

– И посоветовал положить черную десятку на красного валета. Это мы уже слышали.

– Тихо, Род. Во-вторых, Джекки, я планировал объединиться здесь с этим вот «каменнолицым». Мне ничего не стоит обыграть его в криббедж, но он все время пытается отыграться. Я решил, что за время испытания сумею выудить у него все карманные деньги на будущий год. Тактика выживания!

Как бы то ни было, но карты имелись, и каждый вечер они втроем играли в тихие семейные игры по миллиону плутонов за кон. Жаклин шла более-менее ровно, зато Род задолжал Джиму уже несколько сот миллионов. В тот вечер они продолжили дискуссию за игрой. Род по-прежнему не хотел раскрывать местонахождение их убежища.

– Мы можем подавать дымовой сигнал где-нибудь в другом месте, – предложил он задумчиво. – И дежурить в безопасном укрытии. Сними, Джим.

– Да, но тут тоже риск… Пятерка, как раз то, что нужно! Если вы устроите костер достаточно далеко отсюда, чтобы никто не знал про эту пещеру, вам придется мотаться туда и обратно по крайней мере дважды в день. Я думаю, очень скоро удача вам изменит и в один прекрасный день вы просто не вернетесь. Не то чтобы я стал сильно горевать, но играть будет не с кем.

– Чья игра?

– Джекки. Но если мы разожжем костер близко, на виду, тогда нам останется только сидеть и ждать. Я сяду спиной к стене с этой пукалкой на коленях, и если покажется враг, шлеп – и готово! Длинная свинья на обед. Но если они нам понравятся, тогда мы возьмем их в игру.

– Считай.

– Пятнадцать-шесть, пятнадцать-двенадцать, пара, шестерка за валетов… Это будет стоить тебе еще один миллион, мой друг.

– По-моему, один из этих валетов – дама, – с угрозой произнес Род.

– В самом деле? Знаешь, уже темно. Сдаешься?

В конце концов они согласились с планом Джима. Времени для игры в карты стало больше, и долг Рода вырос за миллиард. Сигнальный костер горел на каменном уступе ниже по течению, и обычно ветер дул так, что дым сносило в сторону. Когда же его задувало в пещеру, это было просто невыносимо, и они пулей вылетали оттуда, размазывая слезы по щекам.

За четыре дня такое случалось три раза. Их реклама ни у кого пока не вызвала интереса, и они здорово устали таскать сухие дрова для костра и собирать зеленые ветки, которые давали дым. После третьего раза Джимми не выдержал: