Вопрос и ответ Несс Патрик
— Вы пытали ее просто так?!
— Сядь, — говорит мэр, и крошечной вспышки его Шума достаточно, чтобы у меня подогнулись колени. — Не просто так, Тодд. Пора бы тебе уже понять, что я ничего не делаю просто так.
Он выпрямляется, снова показывая, что любит ходить и говорить одновременно.
— Я вижу тебя насквозь, Тодд. С нашей первой настоящей встречи в этом самом зале и до сей минуты. Я знал все. Всегда… — Он смотрит на Виолу. — В отличие от твоей драгоценной подруги, которую раскусить было не так просто.
Виола хмурится. Будь у нее Шум, уверен, она бы мысленно влепила ему пощечину.
И тут мне приходит мысль…
— И не пытайся, — перебивает меня мэр. — Ты еще не настолько силен. Даже капитан Хаммар пока этого не освоил. Ты только навредишь себе и ничего не добьешься. — Он снова внимательно смотрит на меня. — Но ты мог бы научиться, Тодд. Ты далеко пойдешь, дальше, чем эти прентисстаунские болваны, вместе взятые. У бедного мистера Коллинза мозгов не больше, чем у лакея, а капитан Хаммар — обыкновенный садист. Но ты, Тодд, ты… — Его глаза вспыхивают. — Ты бы мог вести за собой армии.
— Да не хочу я вести армии! — говорю я.
Мэр улыбается:
— Возможно, у тебя не будет выбора.
— Выбор есть всегда, — неожиданно вставляет Виола.
— О, люди вроде тебя всегда так говорят! Это делает их лучше в собственных глазах. — Мэр подходит ближе и заглядывает мне в глаза: — Но я следил за тобой, Тодд. Ты мальчик, который не умеет убивать. Мальчик, который рисковал собственной жизнью ради возлюбленной Виолы. Мальчик, который из-за мучившего его чувства вины попытался заглушить все свои чувства, но при этом продолжал испытывать боль каждой заклейменной им женщины… — Он наклоняется ко мне вплотную. — Мальчик, который не захотел расстаться с собственной душой.
Я чувствую его. Он залез в мой Шум чуть ли не с ногами, роется там, переворачивает все вверх дном.
— Я делал много плохого, — говорю я против собственной воли.
— Но ты страдал из-за этого, Тодд. — Голос у него теперь тихий, почти ласковый. — Ты — свой самый заклятый враг, и казнишь себя так жестоко, как я не могу и мечтать. Мужчины, которые пытаются управлять Шумом, отчасти убивают в себе чувства, но ты не можешь этого сделать, хотя и очень хочешь. Сильнее чем кто-либо на этой планете, Тодд, ты чувствуешь.
— Заткнитесь! — говорю я и пытаюсь отвернуться, но не могу.
— Это твое преимущество, Тодд Хьюитт. В мире всеобщего онемения и переизбытка информации способность чувствовать — очень редкий дар.
Я закрываю уши руками, но его слова все равно звенят прямо у меня в голове.
— Ты — мальчик, который не сдался, не захотел пасть. Душа твоя чиста, хотя руки испачканы кровью. Ты до сих пор называешь меня мэром в своем Шуме.
— Моя душа не чиста! — ору я, все еще зажимая уши руками.
— Мы могли бы править этим миром вместе. Ты станешь моим первым помощником и заместителем, а когда научишься полностью управлять Шумом, как знать, возможно, ты даже сможешь превзойти меня.
И тут все мое тело сотрясают оглушительные слова:
Я — круг, круг — это я.
— Хватит! — доносится откудато издалека крик Виолы.
Мэр кладет руку мне на плечо.
— Ты мог бы стать моим сыном, Тодд Хьюитт, — говорит он. — Моим единственным и настоящим наследником. Я всегда мечтал о таком, но…
— Па? — Мы все слышим этот вопрос, который прорезает воздух, точно пуля — туман.
Шум в моей голове утихает, мэр делает шаг назад, и я наконец могу перевести дух.
За нами стоит Дейви с винтовкой в руке. Он подвел Урагана прямо к ступеням, спешился и смотрит на нас.
— Что стряслось? Почему эти солдаты лежат на земле?
— Ты что тут делаешь?! — вопрошает его отец. — Вы уже разбили «Ответ»?
— Нет, па. — Дейви пробирается к нам через обломки. — Они нас обманули. — Он встает рядом с моим стулом. — Привет, Тодд, — говорит он, кивая, а потом украдкой бросает взгляд на Виолу.
— Что значит «обманули»? — спрашивает мэр, но вид у него уже не на шутку раздосадованный.
— На юге их нет, — объсняет Дейви. — Мы долго шли по лесу, но там никого, ни единой души.
Виола радостно охает, не в силах сдержаться.
Мэр резко поворачивается к ней, в глазах ярость, на лице — работа мысли.
Он наводит на нее винтовку:
— Ты что-то хотела нам рассказать, Виола?
40
НИЧТО НЕ МЕНЯЕТСЯ, МЕНЯЕТСЯ ВСЕ
[Виола]
Тодд мгновенно вскакивает со стула и встает между мной и мэром. Его Шум полыхает красным и белым — так громко и яростно, что мэр невольно пятится.
— Почувствовал в себе силу, мой мальчик? — спрашивает он. — Вот зачем я заставил тебя смотреть, как ее допрашивают. Страдания делают тебя сильнее. Я научу тебя управлять этой мощью, и вместе мы…
— Тронешь ее хоть пальцем, — медленно и четко произносит Тодд, — я тебя на куски порву.
Мэр улыбается:
— Верю, верю. — Он поднимает винтовку. — И тем не менее.
— Тодд… — говорю я.
Он оборачивается:
— Опять он с нами играет. Использует нас против друг друга, как ты и говорила! Что ж, с меня хва…
— Тодд… — Я пытаюсь встать. Щиколотки тут же простреливает боль, я оступаюсь, Тодд тянется ко мне…
Но не он, а Дейви…
…Дейви хватает меня под руку и помогает сесть обратно. Смотреть мне в глаза он боится, да и на Тодда с отцом не глядит. Его Шум вспыхивает желтым от стыда, он отпускает меня и торопливо отходит.
— Ну надо же, спасибо, Дэвид! — говорит мэр, не скрывая свое удивление. — А теперь, — он вновь поворачивается ко мне, — будь так любезна, Виола, расскажи нам об истинных планах «Ответа».
— Ничего им не говори, — отрезает Тодд.
— Да я ничего и не знаю! Ли, похоже, успел…
— Времени было слишком мало, и ты это знаешь, — перебивает меня мэр. — Все прекрасно понимают, что произошло, Виола. Твоя госпожа снова тебя обманула. Если бы бомба взорвалась вовремя, ты бы все равно умерла — и я тоже, — так зачем тебе знать правду? Но если бы тебя поймали раньше, тогда… Лучше всех врет тот, кто свято верит в свою ложь.
Я молчу. Как же госпожа Койл могла меня обмануть, если Ли случайно подслушал ее разговор…
И тут до меня доходит…
Она нарочно дала ему подслушать…
Она знала, что Ли не сможет утаить от меня правду.
— Ее план сработал как нельзя лучше, верно, Виола? — Солнце заходит за горизонт, и на лицо мэра падают черные тени. — Вранье на вранье и враньем погоняет. Она сыграла с тобой очень злую шутку…
Я бросаю на него испепеляющий взгляд.
— Она вас разобьет! Она такая же беспощадная и жестокая, как вы!
Он ухмыляется:
— О нет, куда беспощадней.
— Па? — снова подает голос Дейви.
Мэр удивленно моргает, словно забыл о его существовании:
— Что, Дэвид?
— Э-э… так что с армией-то делать? — Шум Дейви полон смятения и отчаяния — он пытается понять, что задумал его отец, но не находит ответа. — Куда нам идти? Капитан Хаммар ждет приказов.
Вокруг нас, из-за закрытых ставен и дверей сочится испуганный РЁВ Нью-Прентисстауна, но в окнах по-прежнему ни одного лица, а с южного холма начинает доноситься черный, едва уловимый гул армии. Ее по-прежнему видно на склоне холма: она похожа на вереницу черных блестящих жуков.
А мы сидим среди руин собора с мэром и его сыном, точно последние живые люди на планете.
Мэр вновь переводит взгляд на меня:
— Да, Виола, скажи нам. Что теперь делать?
— Терпеть поражение, — говорю я, не мигая глядя ему в глаза. — Проигрывать.
Он улыбается:
— Откуда они ударят, Виола? Ты ведь умная девочка, наверняка что-нибудь слышала и теперь догадываешься о ее истинных намерениях.
— Она ничего вам не скажет! — заявляет Тодд.
— Я не могу, потому что не знаю…
А сама думаю: ведь я в самом деле ничего не знаю…
Если не считать тех напутственных слов про восточную дорогу…
— Я жду, Виола, — говорит мэр и приставляет дуло к голове Тодда. — От тебя зависит его жизнь.
— Па? — Шум Дейви потрясенно вскидывается. — Ты чего делаешь?
— Не твое дело. Быстро в седло, ты должен передать капитану Хаммару мой приказ.
— Но ты угрожаешь Тодду, па.
Тодд удивленно поворачивается к нему. Я тоже. И мэр.
— Ты его не застрелишь, — говорит Дейви. — Так нельзя. — Щеки у него стали такими пунцовыми, что это видно даже в красных лучах заходящего солнца. — Он же тебе как сын, ты сам говорил!
Наступает неловкая тишина, и Дейви пытается спрятать свой Шум.
— Видишь, что я имел в виду под силой, Тодд? — спрашивает мэр. — Смотри, как ты повлиял на моего сына. У тебя появился сторонник.
Дейви оборачивается ко мне:
— Да скажи ты ему, где они! — В его голосе неприкрытая тревога и страх: он боится, чем все может закончиться. — Пожалуйста!
Я смотрю на Тодда.
Он смотрит на винтовку Дейви.
— Вот именно, Виола, скажи, — кивает мэр. — Поделись с нами своими соображениями. «Ответ» пойдет с запада? — Он поднимает глаза на водопад, самую высокую точку на горизонте: солнце садится за холм, по которому спускается зигзаг дороги. Мэр поворачивается: — Или с севера? Может, они придумали, как перейти реку? А может, с холма на востоке? Да-да, с того самого, на котором госпожа Койл взорвала радиобашню, раз и навсегда лишив тебя возможности связаться со своими.
Я стискиваю зубы.
— По-прежнему хранишь ей верность?
Молчу.
— Давай пошлем разведчиков, па, — предлагает Дейви. — В разные стороны. Должны же они прийти откуда-нибудь…
Мэр выжидает, сверля нас пристальным взглядом, а потом наконец поворачивается к Дейви и отдает приказ:
— Передай капитану Хаммару…
Тут вдалеке раздается БУМ.
— Это на востоке, — говорит Дейви, и мы все дружно поворачиваем головы на восток, хотя эта стена собора цела.
Стало быть, «Ответ» в самом деле ударит с востока.
Госпожа Койл сказала правду.
Но сделала так, чтобы я приняла ее за ложь, а ложь — за правду.
Если я все-таки выживу, нам с ней предстоит очень серьезный разговор.
— Министерство Вопросов, ну конечно, — говорит мэр. — Это же так оче…
Он умолкает и склоняет голову набок, прислушиваясь. Спустя несколько секунд мы тоже это слышим: Шум человека, бегущего к собору со всех ног — по дороге, по которой мы сюда пришли. Наконец он взлетает по ступеням и подбегает к нам, задыхаясь.
Это рыжий стражник, которому удалось скрыться. Пробираясь через завалы, он явно почти не понимает, кого видит вокруг.
— Они идут! — выкрикивает он. — «Ответ» близко!
Шумовой удар от мэра укладывает его на лопатки.
— Успокойся, рядовой, — говорит мэр ехидным, змеиным голосом. — Доложи как следует.
Стражник никак не может отдышаться.
— Они захватили министерство Вопросов! — Он смотрит на мэра и попадает в плен его взгляда. — Убили всю стражу!
— Разумеется. — Мэр не сводит с него глаз. — Сколько их?
— Двести человек! — Рыжий смотрит на мэра немигающим взглядом. — Но они освобождают узников.
— Оружие?
— Винтовки. Трассирующие бомбы. Гранатометы. Осадные орудия. — Все тот же пустой немигающий взгляд.
— Как проходит сражение?
— Они свирепы и беспощадны.
Мэр вскидывает бровь, но глаз с рыжего не сводит.
— Свирепы и беспощадны, сэр, — добавляет рыжий, по-прежнему не мигая и не в силах оторвать взгляд от мэра. Вдалеке раздается еще один БУМ, и все, кроме мэра, морщатся. — Они пришли воевать, сэр.
Мэр все смотрит.
— Разве ты не должен был попытаться их остановить?
— Сэр?
— Ты должен был взять винтовку и помешать «Ответу» рушить твой город.
На лице рыжего смятение, но он по-прежнему не мигает.
— Я должен…
— Ты должен быть на передовой, солдат. Город в опасности.
— Город в опасности, — бормочет рыжий, словно не слыша самого себя.
— Па? — подает голос Дейви, но мэр не обращает на него внимания.
— Чего ты ждешь, солдат? — вопрошает мэр. — Пора в бой.
— Пора в бой, — повторяет за ним рыжий.
— Вперед! — внезапно рявкает мэр, и стражник в тот же миг бросается обратно по дороге, которой прибежал сюда.
Мы ошалело смотрим ему вслед.
Мэр замечает на себе потрясенный взгляд Тодда:
— Да, мальчик мой, ты и в этом меня превзойдешь.
— Вы же отправили его на верную смерть! — говорю я. — Зачем…
— Я всего лишь напомнил солдату о его прямом долге, — перебивает меня мэр. — Не больше и не меньше. А теперь, как ни увлекательна наша беседа, я вынужден ее прекратить. Боюсь, Дейви придется вас связать.
— Па?! — испуганно переспрашивает Дейви.
Мэр обращает на него взгляд:
— Затем ты поедешь к капитану Хаммару и велишь ему как можно быстрее привести сюда армию. — Мэр бросает взгляд на склон южного холма, на котором стоит в ожидании приказов его армия. — Пора положить этому конец.
— Я не могу его связать, па, это же Тодд!
Мэр на него даже не смотрит:
— Хватит, Дэвид, мне надоело. Когда тебе отдают приказ…
Бум!
Он умолкает, и мы все поднимаем головы к небу.
Потому что звук на этот раз совсем другой. Мы слышим низкий свист, и воздух начинает наполняться рокотом, который становится громче с каждой секундой.
Тодд растерянно смотрит на меня.
Я пожимаю плечами:
— Первый раз такое слышу!
Рокот наполняет темнеющее небо.
— Не похоже на бомбу, — говорит Дейви.
Мэр переводит взгляд на меня:
— Виола, у них…
Он умолкает и резко разворачивается.
И тут до всех доходит…
Что звук доносится не с востока.
— Вон там! — Дейви показывает пальцем на водопад, где небо залито розовым закатным светом.
— Трассирующая бомба так не ревет. — Мэр снова оборачивается ко мне, лицо его каменеет. — У них что, есть ракеты? — Он делает большой шаг в мою сторону — еще чуть-чуть, и он на меня наступит. — У них есть ракеты?!
— А ну назад! — орет Тодд, пытаясь встать между нами.
— Я все равно узнаю, что это такое, Виола! Ты мне скажешь!
— Да я понятия не имею!
Тодд не унимается, грозит мэру:
— Попробуй только пальцем ее…
— Да мы тут все оглохнем! — кричит Дейви, зажимая уши ладонями. Мы все поворачиваем головы на запад и видим, как из-за водопада поднимается черная точка, ненадолго теряется в лучах заходящего солнца и снова возникает — чем ближе к нам, тем больше она становится.
Точка летит прямо к городу.
— Виола! — кричит мэр сквозь стиснутые зубы и швыряет в меня Шум, но никакой боли я не чувствую.
— Я НИЧЕГО НЕ ЗНАЮ!!! — ору я.
А потом Дейви, который все это время наблюдал за точкой, выкрикивает:
— Это корабль!
41
СУДЬБА ДЕЙВИ ПРЕНТИССА
[Тодд]
Это корабль.
Клятый корабль, ей-богу.
— Твои люди, — говорю я Виоле.
Она качает головой — не возражая мне, а просто не веря своим глазам.
— Маловат для переселенцев, — замечает Дейви.
— И слишком рано прибыл, — говорит мэр, прицеливаясь, словно хочет подбить корабль издалека. — Им еще восемь недель лететь.
Но Виола, не слушая, смотрит на корабль, и лицо ее так озаряется надеждой, что смотреть больно.
— Это разведчики, — шепчет она тихо-тихо. Слышу ее только я. — Они прилетели за мной.
Я поднимаю глаза.
Корабль парит над рекой и водопадом.
Разведывательный корабль — точь-в-точь как тот, что миллион лет назад упал на болоте, убив ее родителей. Он размером с дом, и крылья кажутся слишком короткими, чтобы удержать такую махину в воздухе. Из хвоста вырываются языки пламени, и он все летит летит летит над рекой, как по дороге.
А мы молча смотрим.
— Дэвид, — говорит мэр, не сводя глаз с корабля. — Приведи моего коня.
Но Дейви смотрит на небо; его Шум полон удивления и восторга.
Я разделяю его чувства.
На Новом свете летают только птицы. У нас есть мопеды и несколько машин, но в основном лошади, быки, телеги и собственные ноги.
Крыльев у нас нет.
Корабль, не останавливаясь, летит к нам, затем проносится прямо над нашими головами, так что мы видим огоньки на дне и дрожащий от жара воздух… и устремляется на восток.
На восток, к «Ответу».
— Дэвид! — рявкает мэр.
— Помоги мне, — говорит Виола. — Мне надо к ним, слышишь? Надо!
Глаза у нее чуть не лезут из орбит, дыхание тяжелое и частое, и она смотрит на меня так пристально, что ее взгляд почти можно потрогать.
— О, Тодд тебе поможет, — говорит мэр, наводя на меня дуло винтовки. — Потомушто ты едешь со мной.
— Что?! — вскрикивает Виола.
— Это же твои люди. Они захотят узнать, что с тобой. Или я сразу покажу им тебя, или с прискорбием сообщу, что ты погибла в аварии. Какой вариант тебя больше устраивает?
— Никуда я с вами не поеду, — говорит Виола. — Мерзкий лгун и убийца!..
Мэр не дает ей договорить.
— Дэвид, ты останешься сторожить Тодда, а мы с Виолой отправимся навстречу ее людям. — Он переводит взгляд обратно на Виолу: — Думаю, ты лучше других знаешь, как он любит стрелять в непослушных.
Виола в ярости смотрит на Дейви. Я тоже. Он стоит с винтовкой в руке и переводит взгляд с меня на отца и обратно.
Читать бесплатно другие книги:
