Прощение подлинное и мнимое: Книга гордости и стыда Виилма Лууле

О позитивном и негативном мышлении

Испытываете ли Вы желание нравиться? Когда я задаю этот вопрос человеку, предварительно объяснив ему, что такое желание есть стресс, то в ответ слышу: «Нет-нет, такого желания у меня нет». Когда же я спрашиваю: «Так, значит, Вы не желаете нравиться?» — собеседник оказывается в замешательстве, ибо это не вполне соответствует действительности. Когда я спрашиваю: «Бывает ли, что Вам необходимо кому-то понравиться?» — этот вопрос оказывается самым правильным, поскольку ради собственного благополучия и впрямь нужно нравиться многим, хоть и не очень хочется. Потребность нравиться окружающим и приязненное отношение с их стороны – два разных уровня, а потому они несовместимы. У человека нет нужды нравиться людям, ему нужно быть самим собой, личностью, тогда к нему будут относиться с уважением. Если Вы говорите, что не желаете нравиться, Вы кривите душой. Ведь «не желаю» – это протест против желания.

Если бы люди, рассказывая о себе, были способны ощущать себя духовными существами, то не впадали бы во взаимоисключающие крайности. Первая крайность – материалистическая – имеет место, когда человек отождествляет себя с собственным телом; и вторая – идеалистическая – предполагает отрицание тела. Будучи противоположными по форме, они одинаковы по содержанию: и в том, и в другом случае мы имеем дело с испуганными людьми, которые отождествляют себя с телом и тем самым отрекаются от себя. Если от меня отрекается кто-то из ближних, невелика беда – в худшем случае истребляется мое тело, но дух сохраняется. Вспомните Иисуса Христа, чей дух сопровождает нас до сих пор! Если же я сам от себя отрекаюсь, это подобно самоубийству. Душе выпадают еще более тяжкие терзания.

Человек со страхами не замечает того, что душа отдельно выделяет духовную и физическую стороны. Она говорит нашими устами: «Я и мое тело». Мы говорим: «Я делаю» – и не исправляем себя: «Простите, это мое тело делает, а не я». Это значит, что дух признает своим тело и его действия и отвечает за них, тогда как тело не признает заблуждений души. Допустив ошибку, мы из страха тут же принимаемся себя выгораживать: «Это не я сделал!» — при этом упирая на слово «я». Обозленный от страхов ближний возражает: «Нет, ты!»

Дети (так называемые глупые) не спорят со взрослыми, тогда как со сверстниками они будут досконально выяснять отношения и не успокоятся прежде, чем отыщется виновный. Взрослые (так называемые умные) быстро учиняют над детьми суд на правах большого и сильного. Разбираться же в мелочах со своими ровесниками они считают ниже своего достоинства, несмотря на то, что ясность необходима. Они надеются, что эту неприятную работу за них проделает кто-то другой. Отстаивать свою точку зрения для них унизительно. Готовность молча страдать происходит опять-таки от желания нравиться.

Кому надоедает слащавая угодливость, тот с гиканьем бросается отстаивать чьи угодно права. Когда желание нравиться превращается в нежелание, человеку все равно, что о нем думают окружающие. Особенности поведения человека обусловливаются особенностями его стрессов. Никогда не выходит из себя только тот, кто натаскан в духе предельной интеллигентности, потому что он ничего не вбирает в себя. Он идет напролом, подобно бульдозеру. Человек уравновешенный вбирает все в себя, но тут же выводит все наружу. Он подобен ситу, которому известно, что в любой ситуации есть чему поучиться, иначе он бы в эту ситуацию не попал. Поэтому он пропускает все через себя, чтобы отсеять все ненужное.

Кто страшится быть униженным, тот стремится нравиться людям, так как этот способ кажется наиболее простым способом себя уберечь. Страх вынуждает человека унижаться прежде, чем его унизят другие. А интеллигентность вынуждает скрывать состояние униженности. Вот почему происходящие от скрываемой униженности скрытые болезни способны заходить особенно далеко в своем развитии. Как определить свое отношение к униженности? Таких способов много. Например, как Вы относитесь к работе, которую выполняют, наклонившись вперед? Если Вы предпочитаете мыть пол по старинке, ползая на корточках с тряпкой в руках и если Вы с радостью идете на делянку копать картошку, то страх перед унижением у Вас невелик. Если после 10-часового выкапывания вручную картошки спина Вас нисколько не беспокоит, значит, Вы относитесь к униженности без страха и без злобы. Значит, Вы не боитесь себя принизить и унизить Вас невозможно.

Попытайтесь вспомнить, скольким людям Вы старались понравиться. Матери, отцу, сестре, брату, бабушке, дедушке, тете, дяде, другу, партнеру, родственнику, товарищу, коллеге, знакомому, пациенту, клиенту, продавцу, соседу, воспитателю, учителю, врачу, портному, парикмахеру, начальнику, подчиненному, мужу, жене, мужчинам, женщинам, ребенку, детям. Этот список можно продолжать сколько угодно. Но и он будет неполным. Наверняка Вы желали понравиться также какому-нибудь животному – лошади, корове, быку, свинье, барану, собаке, кошке, петуху, гусю. Кого боитесь, тому и стараетесь понравиться. А все потому, что надеетесь, что тогда Вас не тронут, хоть это и унизительно, и вызывает злость.

А теперь рассмотрим вопрос по существу. Человек с позитивным складом мышления, возможно, действительно видит лишь хорошее, но куда тогда девается плохое? Разве от позитивного отношения плохое становится хорошим? Не становится. Позитивный человек страшится плохого. Он подсознательно чувствует, что плохое способно спровоцировать выплеск его потаенной стороны. Страх перед плохим может сделать человека настолько чувствительным, что плохое он инстинктивно чует еще издалека. Развивается способность избегать плохое, обходить стороной, в нужный момент задать стрекача, держать язык за зубами, когда нужно, подольститься к плохому человеку обворожительной улыбкой, если иной возможности уже нет. Такое умение формирует у человека представление о себе как о хорошем человеке.

Пример из жизни

Ко мне со своей бедой обратилась дама среднего возраста. Читая мою первую книгу, она не могла отделаться от впечатления, что эта Виилма – злой человек и ни о чем, кроме как о страхах и злобе, не говорит. Сама же она в течение всей своей жизни видела только хорошее и соприкасалась только с хорошим.

Страх соприкоснуться со злом вынуждал ее стараться всем понравиться, пренебрегая собственными потребностями, отказываться от полноценной жизни, никого никогда ни о чем не просить, во всем себя ограничивать. Ей казалось, что раз ей не говорят ничего плохого, значит, она – хороший человек. Поэтому и не вышла замуж – кто их знает, этих мужчин. Поэтому и не обзавелась детьми – из-за них тоже могут быть неприятности. Жить, будучи хорошим человеком, в тесной каморке, которую стыдно показать людям, и с вежливой улыбкой отказаться от хорошей квартиры, лишь бы никто не подумал ничего плохого, – на такое действительно способен лишь очень хороший человек, который и сам верит в то, что плохое – это хорошо. Однако подобное лицемерие не может продолжаться вечно. Желание доказать свою положительность ценой подобного самопожертвования однажды достигает критической черты и притягивает к человеку тех, кто вытаскивает истину на свет божий. Так и произошло. Стоило заявившимся к ней молодым щенкам затявкать, как она набросилась на них, точно фурия, хотя намерения у них были вполне мирные. Они пришли подивиться на это странное существо, всю жизнь прожившее в слепоте, однако у женщины сработал инстинкт самозащиты, и ее положительность вывернулась изнанкой наружу. При виде своей истинной сути женщина испытала шок. От отчаяния она заболела.

* * *

«Хочу хорошего» — таков девиз человека с позитивным мышлением. Большинство людей считает себя хорошими только на том основании, что они желают хорошего. Они не воспринимают желание как негативность. Представьте себе человека, с радостным видом загребающего себе обеими руками хорошее: «Желаю хорошего, желаю хорошего, желаю хорошего, желаю хорошего для всех…» Ему радостно, потому что, желая для окружающих материальных благ, он приобретает для себя духовное благо, т. е. душевное спокойствие. Плохим такого человека назвать никак нельзя. Никто ведь не понимает, что людям он раздал богатство, а себе оставил ценность.

Все хорошее скапливается внутри человека. Чтобы уместилось побольше, надо поплотнее утрамбовать. Благое желание само по себе является прессом, уплотняющим стрессы. А кто желает демонстрировать свою положительность, тот и не станет сильно утрамбовывать. Если на складе не оказалось свободного места, его расширяют – человек полнеет. Душевная переполненность материализуется в телесную раздутость. Толстого человека всегда считали хорошим. Так оно и есть, но лишь на физическом уровне. У людей с мало-мальски избыточном весом бросается в глаза их жизнерадостность, что зачастую неестественно и нелогично. Наедине с собой либо с домашними они, как правило, совершенно другие. Это не означает, что люди с приятной внешностью ведут себя иначе. Что это значит? А то, что люди путают душевное спокойствие с душевным покоем либо отождествляют их.

Позитивный образ мыслей дарит душевное спокойствие. Между тем на душе у него может лежать тяжелый камень. Но покуда человек радуется спокойствию чувств, он этого не ощущает. Душевное спокойствие он принимает за душевный покой. Его душевный покой утрачивается из-за дум о ближних, и потому он считает ближних нарушителями своего душевного покоя. Отсюда следует логически и вывод: если окружающие были бы хорошими, то и мне было бы хорошо. И он принимается перевоспитывать ближних, ибо сами они этого не сделают. Его логика такова: хорошее наступит тогда, когда будет уничтожено плохое. Вот он его и уничтожает.

Человек с негативным образом мыслей постоянно против этого протестует: «Не желаю!» То ему одно плохо, то другое и вообще все. Бывают люди, которые ни в чем не видят хорошее, и от них не услышишь доброго слова. Даже оказавшись на торжественном приеме среди разнаряженных гостей и пребывая в приподнятом настроении, они не преминут обратить внимание на то, что у кого-то из присутствующих болтается пуговица, а у кого-то помялось платье. Они никогда не испытывают ни душевного покоя, ни душевного спокойствия. Подобное поведение вызывает у хорошего человека отчаяние, ибо сам он из деликатности постарался бы не заметить изъяна у другого хорошего человека, нашел бы ему какое-нибудь оправдание. Хорошие люди с одобрением относятся к деликатной речи о морали, сопутствующей подготовке к праздничному вечеру, однако на поверку результат оказывается обратным. Хороший человек попросту действует на нервы плохому человеку, и плохой ставит его на место, чем обижает хорошего до глубины души. Наступает день, когда у позитивного человека лопается терпение, и он уходит. Наконец-то и он произносит: «Не желаю!» — и уходит, ибо не желает становиться негативным.

Если бы хороший человек любил плохое, то догадался бы спросить: «Чего же он не желает?» Негативно мыслящий человек не желает плохого. «Желаю хорошего» и «не желаю плохого» – это ведь по сути одно и то же. Различаются лишь слова, т. е. форма выражения. Оттого-то позитивно мыслящий человек становится толстым, а негативно мыслящий – худым. Скажите, каким образом можно сделать топ-модель из позитивно мыслящего человека? Только путем отчаянного самоистязания, голодания, труда до седьмого пота. Если топ-модель говорит, что не испытывает проблем с соблюдением диеты, значит, это просто человек с негативным образом мыслей, который на работе носит маску приятного человека. Негативно мыслящий человек может быть вполне миролюбивым и произносить свои негативные суждения вполголоса либо вовсе о них умалчивать, однако окружающим он неизменно действует на нервы. В Эстонии множество таких людей – серьезных, мрачных, замкнутых, потому я и постаралась понять, отчего они такие. Поглядела я на мир глазами негативно мыслящего человека и удивилась – хорошего он вообще не видит, ибо хорошее для него настолько естественно, что не бросается в глаза. Ведь это естественно, что на бал приходят в бальном наряде и с радостным настроением. На балу болтающаяся пуговица – разве нет? – выглядит неестественно. Зато плохое он видит словно через лупу либо под микроскопом. Плохое подвигает негативно мыслящего человека на благие дела. Ему кажется естественным, что плохое должно быть обращено в хорошее.

Позитивно мыслящий человек говорит. О чем? Разумеется, о хорошем.

Негативно мыслящий человек делает. Что делает? Переделывает плохое в хорошее.

Если бы мы потихоньку уменьшили свою позитивность и так же помаленьку негативность, то в сумме получилась бы вполне нормальная нормальность. Поскольку сами мы пока не умеем исправлять качество своей жизни, то за нас это делает жизнь. Позитивность, накапливаясь сверх меры, превращается в негативность. Для кого быть хорошим – вопрос жизненно важный, тот принимается скрывать свое плохое и заболевает. Заболевает также плохой человек, который уже не надеется стать хорошим, хотя и хочется.

Так у супругов, один из которых толстый, а другой худой, могут быть совершенно одинаковые внутренние болезни. Глядя на одну и ту же вещь, один говорит – хорошая, другой – плохая. Оба суждения являют собой оценку, которая остается у человека внутри. Хорошая, залежавшись, делается плохой, плохая уже и без того плохая. Оттого и развивается одинаковая болезнь. Если у таких супругов есть ребенок, желающий нравиться в равной степени обоим родителям, то он растет худым безо всяких диет, однако вероятно, что болезнь будет у него аналогичной.

Человек с хорошей фигурой может не бояться избыточных калорий в случае, если его желание нравиться людям приятным и нежелание нравиться людям неприятным более-менее между собой уравновешены. Теоретически это возможно. На практике же человек льнет либо к хорошим, либо к плохим, отчего нарушается обмен веществ. У кого позитивное мышление регулярно чередуется с негативным, тот стройный, но не здоровый. Если у него пока еще не успели развиться физические болезни, то наверняка уже имеются психические отклонения.

У толстых болезни пищеварительного тракта происходят оттого, что толстые заставляют себя быть хорошими. У худых болезни те же, так как они заставляют себя переделывать плохое в хорошее.

Ребенок, который вырастает в семье с негативным складом мышления, наверняка не желает быть похожим на своих родителей. Он способен очень болезненно реагировать на плохое, тогда как окружающие причисляют его к людям с позитивным мышлением. Чем больше его хвалят за успехи, тем толще он становится. Ребенок, который вырастает в семье с позитивным складом мышления, наверняка боится оказаться хуже своих родителей. Чем сильнее страх, тем беспощаднее он ведет свою подрывную работу, и ребенок вырастает тщедушным и хворым. У позитивных родителей не должно быть плохого ребенка, поэтому такой ребенок отчаянно старается скрыть свою негативность. Его худоба может стать болезненной. Таковы, например, больные анорексией. Желание быть хорошим заставляет человека налегать на еду, а отвращение к подобной жизни вызывает рвоту.

Бытует мнение, что с негативно мыслящим человеком невозможно ужиться. Я же утверждаю, что такого человека можно даже любить, только его нужно принимать таким, каков он есть. И чем искренней Вы его любите, тем лучше понимаете его и тем явственней видите, насколько он облегчает Вашу жизнь. Но переделать его по своей мерке невозможно. Если будете пытаться, Вам же будет хуже. Если хотите ему понравиться, он не заметит Ваших ухищрений, и Вы опять обожжетесь. У таких людей есть еще одно качество – они по своей натуре верные и преданные.

Негативность и позитивность являются оценочными суждениями материального уровня. Если позитивно мыслящий человек преимущественно витает в облаках, то негативно мыслящий человек в первую очередь видит мелкие проблемы материальной жизни. В старину о позитивно мыслящем человеке говорили, что языком он способен выстроить целый город, а руками – ничегошеньки. Теперь это объявляется единственно правильным складом мышления, поэтому позитивные люди как бы имеют право навязывать свою позитивность людям негативным. В итоге негативный человек перестает выискивать недостатки в материальной жизни и принимается выискивать недостатки в душевной жизни позитивно мыслящего человека. Равновесия нет ни в том, ни в другом. В народе принято делить людей на два вида: на тех, кто мелет языком, и на тех, кто горбатит спину. Не все работники умственного труда относятся к первым, и не все работники физического труда – ко вторым. Человек наблюдательный понимает, кто есть кто. И вообще у нас у всех имеются в наличии обе грани.

Позитивное мышление необходимо тогда, когда человек попадает в беду. Например, когда необходимо поднять настроение человеку, внезапно попавшему в больницу и находящемуся в состоянии депрессии, иначе он может не выкарабкаться. Когда страхи рассеяны, у человека крепнет надежда, и он мобилизует волю, чтобы выздороветь. И лишь когда человек избавляется от жалости к себе, с ним можно вести разговор о его ошибках. Не важно, какого ранга человек, попавший в беду, – высокого или низкого, в беде все мы одинаковы. Повседневная жизнь доказывает, что люди не верят в болезни тех, кто всем миром признан виновным, и не жалеют их. Никто не верит в их душевное страдание, все жаждут одного лишь возмездия, не понимая того, что эти люди уже наказаны. В такой ситуации крайне необходима позитивная настроенность.

Если в беду попадает человек, мыслящий позитивно, его легко вновь настроить на позитивность. Если же ему говорят, что ситуация для него безнадежна, позитивность может вывернуться наизнанку и задать жару всем сопричастным. Иными словами, берегитесь все, кто имеет привычку себя успокаивать и перебарщивать! Обиженность позитивного человека всегда опасна.

Мужчина является творцом материального уровня, поэтому у мужчин чаще встречается негативное мышление. Мужчина – это дух, в сознании которого живет потребность в духовности, однако он не может оторваться от земли, не укрепив до этого материальный уровень. Бог дал мужчине способность делать работу разумно. Мужчина думает и делает, делает и думает. Знания и чувства, т. е. мозг и сердце, находятся у мужчины в такой прямой связи, что если работа ладится, то развивается и духовность. Поэтому не стоит стыдиться негативного мышления мужа и не стоит беспокоиться, потому что это постепенно пройдет. Как и всякая плохая болезнь.

Душа мужчины чувствует, когда мудрые знания начинают теснить разумные знания, и исправляет свою ошибку, если это позволяют ей сделать. Если тело мужчины обращает все знания на созидание физического уровня, то это и есть проверка его знаний и восприятия. Все, что воздвигнуто мужчиной, будет стоять, если мужчине позволяют быть мужчиной. Помешать ему быть мужчиной может только женщина либо по-женски корыстолюбивый образ мыслей, присущий кое-кому из мужчин, поэтому не следует надеяться на милосердие ближних. Нужно быть самим собой.

Негативно мыслящий мужчина замечает любую вещь, требующую хоть малейшего исправления, и сразу принимается устранять неполадки. Он даже чует наперед, что вещь скоро сломается. Но если женщина со свойственной ей умелостью искусно маскирует возникший у вещи дефект, ей может не поздоровиться.

Эстонский народ смог уцелеть благодаря негативно мыслящим людям, особенно мужчинам, ибо суровая внешняя форма не означает отсутствия душевного содержания. За последние годы видимой свободы, за годы позитивности численность населения заметно сократилась, поскольку мы перестаем быть эстонцами. Мы все больше становимся чуждыми для себя европейцами либо американцами, не осознавая того, что эстонская земля дала нам язык, которым определяется своеобразие национальной души. Американец не может быть счастлив в Эстонии, если он не сливается воедино с душой страны, или, иначе говоря, если он не начинает думать на этом языке. Испытывать радость возможно, но не счастье.

В нашей стране много людей, не говорящих на ее языке. Они, вероятно, родились здесь и выросли, учились в школе и работают, однако не сумели выучить эстонский язык. Почему? Если Вы скажете, что они ленятся, то ошибетесь. Причина заключается в страхе. Малые народы охотно изучают языки больших народов, поскольку малому нравится ощущать себя большим. В большом сидит страх оказаться малым. Особенно если численность не так давно позволяла относиться к малому народу с высокомерием и горделивостью. Это – проблема для всего мира, и было бы глупо винить в этом ближайших соседей.

Бог дал мужчине способность правильно выстраивать по времени и по ранжиру свои земные работы. Это значит, что мужчина может быть занят десятью делами, а тут жена вдруг подбрасывает еще одно, чрезвычайно срочное. А вслед за ней и соседка. Настоящий мужчина, для которого незавершенная работа является негативностью, не позволит себе отвлекаться на просьбы. «Да сделаю я», — говорят обычно такие мужчины. И, может быть, добавляют: «Куда спешить?» Женщин это злит.

Мужчина размышляет и осиливает первую работу. Если женщина видит это, то наверняка сетует: «Он никогда не делает то, что я говорю. Какое бы дельное предложение я ни сделала, он притворяется, будто не слышит. Столько важных дел накопилось, а он возится с мелочами». Женщины воспринимают свои желания как мудрые и важные, а мужчины как бы напрочь лишены разума. И лишь когда ситуация накаляется до состояния войны и жена начинает одерживать верх, муж бросает за борт и жену, и ее дела. Когда именно мужчина отвергнет женщину, зависит не только от мужчины.

Итак, чем больше жена причитает, тем вероятнее, что мужчина и не станет доводить начатое дело до конца. А отправится, например, в кабак. Либо на поиски менее требовательной женщины. Будь у женщин терпение понаблюдать за выполнением одной работы от начала до конца, они бы увидели, что благодаря этой пустяковой работе проделывается добрая половина другой работы. А другой работой проделывается 2/3 следующей. А третьей проделывается 3/4 четвертой. Четвертой – 4/5 пятой; пятой – 5/6 женских желаний. И желанием женщины выполняется 6/7 следующей мужской работы. А там и 7/8, 8/9, 9/10 и так до конца. Ведь ремонт автомобильного двигателя не начинают с помыва машины, как это норовят делать женщины, убирая квартиру.

Мужская работа конкретна и четко разграничена, как и материальный уровень. Нарушение очередности запороло бы всю работу. Женская работа безгранична, как духовный уровень. Женщина создана для любви. Не важно, в какой очередности ты любишь, любовь всегда остается любовью. Причем любовь эта вмещает в себя все женские работы. Всем нам следовало бы знать различия между противоположными полами и их учитывать, тогда каждому стало бы легче жить. Тогда женщина смогла бы порадоваться: «Ой, ты уже сделал! Когда же ты все успел ?»

Подобный приятный сюрприз выпадает женщинам лишь тогда, когда они настолько заматываются своими делами, что у них не остается времени командовать мужьями. Если бы женщины умели сделать из этого вывод! Вместо того они только и знают, что повторяют типично женскую фразу: «А я ничего еще не успела сделать». Эта фраза означает, что то, что женщинам нужно сделать, действительно не сделано, а то, что должно сделать – сделано. Если что-то делается без любви, оно все равно как бы не сделано. «Мне некогда любить, мне нужно кормить семью», — желаете возразить Вы. Если бы Вы только уяснили, что для любви не нужно времени. Нужно относиться к работе с любовью, и все сделается быстро и легко. Еще и ближние предложат свою помощь. Если Вы надрываетесь, ненавидя ближнего, то Вы автоматически переносите ненависть и на работу, и Вам не имеет смысла говорить, что работу Вы любите. На деле же Вы цепляетесь за работу, как за спасательный круг, и используете ее как отдушину для своей ненависти, иначе стали бы бросаться на людей.

Мужчины! Возблагодарите Бога и будьте к женам хоть чуточку снисходительнее. Не обзывайте их постоянно дурами, слабоумными и другими оскорбительными словами. Запомните – у Вашей жены ровно столько здравомыслия, сколько нужно ее мужу, т. е. Вам. Если Вы уважаете себя, то уважайте и жену, и тогда рассудительность жены получит возможность проявиться. Ведь женская рассудительность является, по существу, основой для мужской рассудительности.

Человек, желающий понравиться, хочет, чтобы объект его внимания заметил и оценил его старания. На самом деле далеко не все так гладко, как хотелось бы, и человека вскоре охватывает неудовлетворенность. Неудовлетворенность я стала подразделять на позитивную и негативную, лишь когда обратила внимание на то, что неудовлетворенность способна сделать одного и того же человека естественным либо неестественным, а то и чужим. Я стала замечать, что неудовлетворенный человек в беседе со мной может оставаться самим собой, но как только поблизости оказывается супруг или ребенок, он преображается до неузнаваемости. Человека словно подменили. Эту особенность я заметила у многих и начала разбираться, что она означает.

Поначалу я думала, что, возможно, собственной неудовлетворенностью я провоцирую неудовлетворенность пациентки, но это оказалось не так. Затем я подумала, что пациентка хочет мне понравиться и потому критически отзывается о супруге и детях, хотя своего мнения я не выражала. Когда я вгляделась, то поняла, что это – не только желание понравиться мне или со мной соглашаться. Налицо было типичное стремление сверх-критически настроенной женщины казаться совершенной по сравнению с мужем. Чтобы понравиться кому-то третьему.

Чем больше людей вокруг, тем чаще человек становится чужим для своих, покуда не утрачивает свое естество. «Ты стал какой-то чужой», — говорят такому человеку, и тот обычно обижается, так как подсознательно каждый желает оставаться самим собой, то есть человеком. Собственное отчуждение человеком не ощущается и не признается, поскольку он успел перенять у окружающих их склад мыслей, перенял из благих намерений. Отсюда частые обиды и ссоры.

Позитивная, она же естественная, неудовлетворенность являет собой отношение к неусвоенным урокам из своих предыдущих жизней, для усвоения которых человек выбирает родителей с теми же стрессами, что и у него. Покуда они не помогут обрести ясность, человек будет искренне неудовлетворен своими незавершенными делами. Когда такой человек выражает недовольство чем-либо, ему не говорят, мол, не суй свой нос в чужие дела.

Негативная, или неестественная, неудовлетворенность имеет место, когда человек перенимает чужое отношение, чужие суждения, поскольку желает нравиться ближним. Отношение к кому-либо, имея подобную неестественную мешанину стрессов, делает человека неестественным. Домочадцы, друзья и знакомые чувствуют, что родной человек становится чужим. Это чувство может возникнуть в середине разговора. При более тесном знакомстве с этим человеком можно даже определить, кто на него влияет, кто для него авторитет.

Так, если жена часто меняет подруг, ее муж может ощущать себя женатым на подругах жены. Он отмечает это и делает верный вывод, но если у жены одна-единственная подруга, то трудно понять, отчего происходит отчуждение. Из желания нравиться подруге жена и с мужем начинает вести себя как с приятелем, эдакой подружкой, и он чувствует, что жена уже не та, что раньше. Муж приходит к выводу, что ошибся в жене. Мужчина, ставящий жену перед выбором: либо я, либо подруга, частенько оказывается в проигрыше.

О том, как воздействует желание понравиться на мужчин, известно меньше, поскольку мужчины более четко разделяют дом и работу. Также у мужчин отсутствует природное желание похваляться домом и семьей. Они воспринимают дом скорее как место проживания, хотя в конце века мужчины несколько феминизировались. Так, жене может казаться, что она живет под одной крышей с претенциозными друзьями мужа даже тогда, когда их нет в гостях. Куда подевался тот славный, доверчивый паренек, за которого она выходила замуж, покоренная именно этой милой доверчивостью? Его нет. Вместо него какой-то чужой прожектер.

Мужчина становится ощутимо чужим, когда желает понравиться другой женщине. Никто не знает, никто ничего не видел и не слышал, но о появлении соперницы собственная жена знает наверняка, ибо мужа как будто подменили. Сам муж этого не замечает и потому считает, что и жена тоже этого не видит.

Пример из жизни

Была у меня в прошлом знакомая, сильно желавшая мне понравиться, потому что считала, что я могу поспособствовать ее повышению по службе. Она стала зазывать меня в гости. Как-то раз я собралась и пошла. Посидела в гостях минут пятнадцать, как пришел ее муж. Я привыкла называть мужа хозяином, женщина же зацепилась за это слово: «Тоже мне хозяин, никакой он не хозяин!» В этой семье верховодила жена, о чем я прежде не знала.

Муж явился слегка навеселе, смиренно принеся кулечек конфет, чтобы нас порадовать. Он подмигнул заговорщически, желая поднять настроение. Это было действительно кстати, поскольку я ощущала себя достаточно неуютно. Тут такое началось. «Ах ты, старый алкаш, вечно ты где-то шляешься!» И так далее. Положим, до старика ему было еще далеко. Я спросила у женщины: «Он что, куда-то опоздал?» – «Конечно, его рабочий день закончился в пять!»

Было четверть шестого, тогда как место работы мужчины находилось в 15 километрах от дома. Я спросила: «Он у тебя самолетом добирается туда и обратно?» — стараясь обратить все в шутку, ибо не слишком приятно оказаться свидетелем семейной ссоры. Женщина шутку не оценила, а муж укрылся в своем убежище – на кухне. Последовал монолог жены, который я неожиданно для себя прервала словами: «Знаешь, если бы я вела себя так, мой муж давно допился бы до смерти». И я ушла.

* * *

Женщина созидает духовный мир, поэтому негативно мыслящая женщина плохое видит прежде всего в человеке. Мужчина может обругать тебя последними словами за то, что ты сделал, а женщина ругает за то, что ты – плохой человек. Дальше слов дело не доходит, так как разгорается жуткая ссора. Реакция на женскую оценку бывает болезненная потому, что ни один человек, ни одно духовное существо не бывает ни хорошим, ни плохим. Оценивание человека означает его уничтожение. Есть такие, кто позволяет себя уничтожить, а есть и такие, кто не позволяет.

Позитивно настроенные люди делятся на две категории:

1. Те, кто подавляет свои желания во имя душевного покоя.

В приведенном выше примере речь шла о человеке, подавившем в себе не только желания, но и потребности. Его образ мыслей, покорность и нетребовательность сформировались под воздействием страха «плохой я никому не нужен». Активная часть позитивно мыслящих людей провоцируется страхом «меня разлюбят, если я буду плохим». О себе они считают, что творят добро и что без их понуканий ничто не сдвинется с места. Они относятся критически ко всем, на кого взирают свысока. Они не думают о том, что люди, записанные ими в негативные, должны давать им то, что желают они, хорошие люди.

Они бывают чрезвычайно приятными людьми, если имеют все, чего желают. Поскольку впечатление от материального благополучия создают люди позитивные, то человек, который попадает на время из своего земного ада в земной рай, может от восторга сойти с ума. Вы, вероятно, помните, что переизбыток негативной энергии вызывает физические болезни, тогда как переизбыток позитивной энергии вызывает болезни душевные. Человеку, цепляющемуся за позитивность, невдомек, что то, что он делает, не приносит счастья. А приносит лишь радость.

Желание и нежелание связаны между собой. Если кто-то кричит: «Не желаю!» — мы в этом крике слышим и ощущаем злость. Если те же слова человек произносит очень спокойным голосом, при этом объясняя и обосновывая вредность обратного желания, мы не воспринимаем это как злость. Тем не менее желание – это злость, а отрицание желания – злость еще большая, ибо она являет собой сокрытие злобы. Крикун выплескивает злобу из себя, а «утайщик» прячет ее в себе, культивирует и тем самым притягивает то, на что злится. В какой-то миг переполняется и его чаша терпения.

Если крикун изо дня в день плюет своими словами в лицо ближним, то владеющий собой интеллигент плюет ближнему в сердце в минуты кризиса. Ни тот, ни другой не осознают, что в ближнем они видят себя и оскорбляют опять-таки себя. Первый из-за своего поступка зарабатывает головную боль, а второй – инсульт и паралич.

Предельно скрытая злоба норовит дать о себе знать в виде назойливых наставлений, в виде стремления поучать. Умный человек знает все, но не умеет употребить свои знания в повседневной жизни. Больные любят посудачить о том, чего делать нельзя и не следует, и о том, как бывает плохо, когда люди все же поступают по-своему. Сами они болеют, ибо поступают точно так же, но не сознают этого. В ближнем они видят себя, но не узнают. И только сторонний наблюдатель говорит: один бранит другого, а рыльце в пушку у обоих. Поэтому следует научиться видеть себя со стороны.

По роду своей деятельности я изучаю и выслушиваю больных, и если их стрессы не вызывают во мне особых эмоций, то они не прилипают ко мне и тотчас стираются из памяти, когда человек покидает приемную. Это значит, что я свободна от данного стресса. Не отрицая наличия у себя ни одного из стрессов, наблюдаемых у ближних, я освобождаю их, одновременно наставляя пациентов. Мне повезло в том отношении, что учебный материал сам является ко мне домой.

Бывают дни, когда я ни разу не высказываю оценок ни людям, ни их поступкам. Это значит, что во мне нет тех стрессов, что присутствуют у пациентов, посетивших меня в этот день. Приятно сознавать, что в данный момент я не притягиваю к себе те болезни, что были у сегодняшних пациентов. Вероятно, Вы заметили, что я не случайно сказала «в данный момент». Это не означает, что я не притяну их никогда. Оттенки либо нюансы принципиально того же стресса я начинаю ощущать, когда вновь соприкасаюсь с этой энергией уже на более высоком уровне развития. А это значит, что нужно постоянно контролировать свои чувства, мысли и слова, иначе совершишь неправильный поступок. Если работа над собой превращается в образ жизни, это не вызывает напряжения, т. е. это не трудно.

Этот факт еще раз подтверждает истину, а именно: все, что человек делает, он делает для себя. При написании первой книги мне не нужно было напрягать память, слова сами собой ложились на бумагу, будто я описывала свою любимую мозоль. Перед тем как приступить ко второй, я время от времени записывала вертящиеся в голове мысли. При написании третьей я в конце рабочего дня частенько делала пометки, которые затем либо включала в книгу, либо отметала. Сейчас иногда случается, что в присутствии пациента я обрываю себя на полуслове и записываю ключевое слово. Да, правильно говорят, что, если человек все еще учит, у него есть чему поучиться самому. Христос не написал ничего, ибо учил любви и прощению. Сократ – отец философии также не написал ни строчки, за него это сделали другие, ибо это было им потребно. Да и у нас в этом есть потребность.

Это длинное вступление я написала для того, чтобы обратить внимание на невидимую подоплеку нежелания. Есть жены, которые не желают понукать мужем, поскольку не хотят его унижать. Либо уже не желают, так как осознали свои ошибки. Однако, вопреки ожиданиям, их жизнь не становится от этого моментально легче. Почему? Потому что, если люди не раскрывают друг другу душу, не рассказывают словами о переменах в своих взглядах, проходит много времени, прежде чем ближний уловит эту перемену и с ней свыкнется. Это все равно что свыкнуться с новым супругом. Следует учитывать и то, что ослепший и отупевший от страхов человек не видит произошедшей с ближним перемены, если не меняется сам – ведь в ближнем он, как и прежде, видит только себя. С человеком обязательно нужно поговорить.

Поскольку большинство эстонцев не раскрывают свою душу, особенно если ближний ранее причинил боль, приходится очень долго ждать, пока люди почувствуют произошедшую в человеке благодатную перемену. Хватит ли у Вас терпения этого дождаться? Если Вы торопитесь, то не хватит. У спешащего никогда не хватает долготерпения, поэтому разумнее было бы заговорить самому и словами выразить свои потребности. Если Вы высвободили достаточно много желаний, то с уст как бы само собой слетит чудодейственное: «Мне нужно». Если человеку действительно что-то нужно, ему идут навстречу. Если же Вы желаете этой фразой обмануть ближнего, то Вы оскверняете священную потребность и получаете особенно болезненный ответный удар.

Например, Вам нужно повесить что-то на стену и Вы желаете вбить в стену гвоздь. Элементарно вбить, а не высверлить в бетонной стене дырку. Вы уже подыскали славный маленький сверкающий гвоздик, достали молоток и просите мужа загнать гвоздь в стену. Муж начинает ворчать – типа того, что опять этой женщине невтерпеж, только отвлекает мужа от важных дел. Вы бы и сами справились с этой работой, однако решили уважить мужа, и вот тебе на. Вы обижены до глубины души, особенно потому, что давно позабылось то время, когда муж делал что-либо по Вашей просьбе либо когда Вы последний раз ему мешали.

Вы стоите, испытывая бессильную жалость к себе. Руки повисают плетьми, на глаза наворачиваются слезы, но даже заплакать нету сил. Вас охватывают необъяснимое оцепенение и апатия, о гвозде и не вспоминаете. Муж берется за молоток, чтобы поскорее спихнуть докучливое дело. Почему он так себя повел? Если бы Вы знали, с какой властной женщиной ему пришлось недавно столкнуться и насколько она вывела его из себя, Вы бы не стали об этом спрашивать. Была ли это его мать, которая насела на своего мужа либо сына со своими желаниями? Или соседка, которая обошлась точно так же со своим мужем? Либо сотрудница или начальница? В любом случае, мужчина повел себя на манер испуганного человека: запротестовал против желаний женского пола. Да, он ударился в обобщения и перегнул палку, но если Вы уясните себе, что протестовал не он сам, а его страх, и протестовал не против Вас, а против Вашего желания, Ваша обида улетучится.

Если Вам бросается в глаза дурное настроение ближнего, неприятная ворчливость, странное угловатое поведение и Вы спрашиваете себя: «Что с ним происходит? Что терзает его душу? Какой в этом подтекст для меня? Вдруг я смогу ему помочь?» — то Вы чувствуете ответ. Человек этот не задевает Вас, не пугает, не злит, не раздражает, не вызывает желания ему насолить, не рождает у Вас огульного обобщения, что он и есть такой. Тем самым Вы делаете хорошо себе, да и ему становится немного лучше.

Если забивание гвоздя составляло бы Вашу истинную потребность, муж не стал бы протестовать. Мужской протест может быть столь великим, что перерастает в желание делать все наперекор женским желаниям. В этом случае муж идет и заменяет принесенный Вами славный маленький сверкающий гвоздик на некрасивый большой черный шуруп. Да, этот шуруп непригляден, ему место в стене сарая либо бани. Да, он не выполняет того предназначения, которое Вы ему уготовили, и теперь придется как-то замаскировать его от посторонних взоров. Он постоянно лезет Вам на глаза, и Вы считаете, что другим и подавно.

При повторении аналогичных ситуаций испытываемая Вами печаль бессилия и обида унижения может однажды достичь критической черты, и Вы заболеете. Вы можете сказать, что всему виной проклятый гвоздь, однако злитесь все же на мужа. Если в своей положительности Вы так не думаете, то подсознательно все же ощетиниваетесь против мужа, и он не станет появляться по своему почину возле постели, куда Вас уложила болезнь. Если попросить его об услуге, он ее выполнит, но тут же поспешит удалиться по важному делу. Почему? Потому что Вы его вините, и он это чувствует. Он не желает быть виноватым — он боится оказаться виноватым.

Почему не заболел муж? Потому что выплеснул наружу свой протест. Сперва интонацией и словами, а когда это не помогло, весь свой гнев обрушил на шуруп. Муж добился, чего желал – возможности излить обиду, вызванную самоуправством женского пола, на конкретного его представителя. Что с того, что это была его собственная жена, в данный момент не виноватая ни в чем. Вы же ничего не добились. Хотели по-женски создать красоту, а результат непригляден, хотя шуруп – вот он, в стене.

Многовековая униженность женского пола верховенством мужчин по праву более сильного вылилась в виде воспаления. Вполне естественно, что воспаление это гинекологическое. Не важно, как долго продлится Ваша болезнь. Если один из вас не осознает своей ошибки, то не осознает и другой, и через некоторое время эти стрессы снова накопятся у вас обоих, и все повторится вновь из-за очередного пустякового инцидента, либо эти стрессы будут копить силу для болезни посерьезнее.

«Что же делать? Сидеть сложа руки и смотреть, как дом зарастает грязью? Жить в пещере и радоваться, что над головой крыша, что стены не падают и что сами, слава Богу, еще живы?» — спросите Вы. Нет, этого не надо. Высвободите свое желание наводить в доме красоту, и тогда Вы не будете стоять перед мужем с виновато-пристыженным видом, ощущая унижение за то, что приходится его беспокоить, и не будете тем самым унижать мужа. И уж тем более не станете с горделивостью отстаивать свои права. И, что было бы еще хуже, не станете забивать этот гвоздь сами. Любой мужчина со стрессами впадает в ярость при виде того, как женщина забивает гвоздь, либо при виде уже вбитого гвоздя. Если Вы беретесь за молоток, муж может вырвать из Ваших рук гвоздь и вбить его наперекор Вашему желанию не туда и не так, как Вы желали.

Мужчины часто любят красоту, покуда она не поблекнет. Покуда женщина не становится их собственностью. Собственническое отношение не позволяет осознать, что красота составляет также и потребность. Если человек получает то, что желал, то вскоре его тянет на новое. Так женщина превращается в вещь, которая на фоне любой формы мужского самоутверждения становится безделушкой. Еще никогда прежде, даже тогда, когда многоженство было делом обычным, замужние женщины не ведали со стороны мужей такого пренебрежения, какое им выпало в нашу эпоху, когда мужчины больше всего желают доказать, что являются мужчинами.

Потребность быть человеком под воздействием страха превращается в желание быть мужчиной. У такого мужчины жена обязана держаться в его тени серой мышкой, чтобы не потревожить мужа, пока тот становится мужчиной. С такими мыслями муж до самой смерти не станет мужчиной. Вместе с тем подсознательные попытки жены дать мужу недостающее отвергаются им, покуда она не уходит. Тогда он обычно пробуждается. К сожалению, все повторяется снова, как только мужчина обращает в свою собственность новую красоту, т. е. новую женщину. Гибнет как красота, так и создатель красоты – женщина.

Женщины любят только внешнюю красоту, покуда не расплачиваются за это самым суровым образом. Поклонение женщин перед внешним блеском приобрело в современную эпоху критические масштабы и носит крайний характер. Столь крайний, что превращает мужчину в женщину – в того, кто гоняется за материальной красотой. Вот почему у мужчин возникает в качестве противовеса потребность доказать, что он – мужчина. Кто является настоящим мужчиной, у того такой потребности нет. Кто не является таковым, тот ничего не сможет доказать.

Мозг мужчины не помнит, что в предыдущей жизни он сам был такой женщиной, которой пришлось под конец жизни проливать слезы, осознав, что жизнь прожита впустую. Внешняя положительность не принесла счастья. Дух-то помнит, но измученный страхами мозг не способен исправить ошибку, он способен ее лишь усилить. Будь муж человеком, он спрашивал бы у жены: «Тебе это нужно? Для чего нужно? С какой целью нужно? Когда нужно?» И женщина отвечала бы по-человечески, как положено. Не было бы ссор и обид, а были бы и жизнь, и красота. Ибо так потребно.

Свободная женщина созидает духовный мир посредством Свободного мужчины.

Свободный мужчина созидает физический мир посредством свободной женщины.

О жалости к себе и утрате жизненных сил

Жизнь начинается с человека, а человек берет начало со среды, имя которой – семья. Или, точнее, – родители. Не умея быть самими собой, мы зависим от родителей и тогда, когда становимся взрослыми. Вернее, от их характера, а значит, стрессов. Не отдавая себе в том отчета, мы обрекаем себя на жалкое положение. Перестаем жить собственной жизнью и начинаем жить в мире родительских стрессов.

Неумение и неспособность растолковать родителям собственные потребности оборачиваются неумением и неспособностью растолковать их и всему остальному миру. Вот и получается, что мы являемся на свет усваивать те энергии, сущность которых не сумели понять в предыдущей жизни, а на практике лишь взращиваем их. Раздавленные под их грузом, мы отправляемся на тот свет, и в следующей жизни нам приходится заниматься тем же самым, чтобы довести до конца незавершенное дело. Если и на сей раз не удается, мы будем приходить снова и снова, покуда не поймем смысла жизни, покуда не поймем, что наша жизнь определяется не окружающей средой (она может быть какой угодно), а нашим отношением к этой среде. Когда человек осознает, что в ближних он видит лишь себя, то у них учится и благодарит Бога, что они есть. Видя их пороки, он счастлив, что ему указывают на его же пороки, и избавляется от них. Он начинает лучше в себе разбираться. Перестает считать себя хорошим или плохим и относится к себе просто как к человеку со своими маленькими недостатками, без которых жизнь не имела бы смысла.

Покуда нами это не осознается, мы, словно ненормальные, несемся все быстрее, выше и дальше и не понимаем, отчего результат оказывается противоположным. Если и добиваемся желаемого, то счастья не испытываем. Что-то приобретая, мы что-то теряем, словно платим пошлину. Зачастую такой пошлиной оказывается здоровье. Стоим в беспомощности перед разбитым корытом, и на глаза невольно наворачиваются слезы. Нет сил двигаться дальше. Нет сил бороться с жизнью. Мы беспомощны и опечалены.

Напрягая силу воли, мы истощаем свои жизненные силы, но и, несмотря на это, не добиваемся желаемого. Мы оказываемся в жалком положении. Как иначе назвать положение, когда ребенок борется с родителями, а родители борются с ребенком, не понимая того, что это – борьба против себя. Борьба во имя того, чтобы доказать, что виноват не я, а виноват ближний, усиливает чувство вины. Попадая в положение обвиняемого, ребенок вынужден бороться за свободу.

Кто хоть раз выходил из сражения победителем, тому ведом сладкий вкус победы. Он убедился в собственном превосходстве и желает вновь и вновь испытать это ощущение. Одно сражение с родителями, а за ним второе и третье, а там, глядишь, и сформировался борец за свободу. Борцы за свободу могут бороться за свободу, поскольку их ничто не связывает. Они уже добились свободы от дома и семьи. Поскольку же счастья от этого не обрели, то борются дальше. Борются с жизнью, но не сознают того, что если одержат победу, то это будет означать смерть. Свобода, во имя которой ведется борьба, и есть смерть, но борцы не знают этого и не хотят знать.

Любая жизненная борьба на деле является борьбой человека с собой, покуда не истребляется жизнь. После каждого сражения борец оплакивает свое жалкое положение и вновь бросается в бой, чтобы его положение усугубилось еще больше.

После пролитых слез на душе как будто становится легче, вот только нет желания встать и идти дальше. А может, нет сил? Сразу и не разберешь. Тело теряет в весе столько, сколько выплакано жидкости. Логично, не так ли? Поскольку тело – зеркало души, то на какое-то время легче делается и на душе. Почему же нет сил двигаться? Потому что не усвоен урок жалости к себе, отчего моментально накатывает былая тяжесть, только усилившаяся во сто крат.

ПОРАЖЕНИЕ ТКАНЕЙ, ОРГАНОВ ЛИБО НАРУШЕНИЕ ФУНКЦИЙ ВСЕГО ОРГАНИЗМА.

Сперва поражается функция, т. е. работоспособность одной клетки, затем ткани. Например, мышца утрачивает способность быстро и легко напрягаться и расслабляться. При сохранении ситуации, достойной жалости, ее работоспособность полностью утрачивается. По своему строению и функции человеческие ткани подразделяются на четыре типа: Жалость к другим также оказывает разрушительное воздействие, поскольку является частью жалости к себе.

Поскольку все ткани функционально неразрывно между собой связаны, то нарушение одной из них быстро ведет к нарушению функции одного органа либо участка тела. Далее следует ослабление либо прекращение функции. При распространении проблемы на все тело человек смертельно заболевает. Это значит, что сожаление из-за мелкой проблемы ослабляет, делает немощным и нежизнеспособным один участок тела. При чрезмерном обобщении той же проблемы ослабляется, затем делается немощным и наконец нежизнеспособным все тело. Человек либо определенная его функция словно пребывают в летаргическом сне и ждут того часа, когда их вновь пробудят к жизни.

В повседневной жизни для образного описания подобного состояния используются такие понятия, как «поникший», «увядший», «подавленный». Часть из этих понятий применяется для описания растений. Растение – это дух. Человеческий дух есть дух более высокого уровня развития. Если человек духовно поник, увял, раздавлен, это непременно выражается и в его теле. Когда дух не может развиваться, расти, возноситься, его именуют падшим. Причиной служит жалость к себе, что истребляет жизненную силу, а значит, любовь.

Если некий орган имеется, но не функционирует, тело продолжает жить. Человек может быть слепым, глухим, лишенным обоняния, неспособным мыслить, бесплодным, бесполым, обезрученным, обезноженным и т. п., но без сердца ему не обойтись. Пониженная функция жизненно важных органов означает уже начало смерти. Прекращение работоспособности этих органов и есть смерть.

Без сердца не выжить.

Жить бессердечно, т. е. уподобляясь вещи либо автомату, способен тот, кто защищает свои чувства бесчувственностью. Кто начинает себя жалеть из-за своей бесчувственности, тот обессилевает точно так же, как и человек, жалеющий себя из-за своей чрезмерной чувствительности. Жалеть себя можно из-за одной вещи, другой или третьей. Можно жалеть вообще. Это – жалость ради жалости, что может превратиться в стиль жизни, губительный как для плачущего, так и для страдающего от его слез окружения. Желание однажды все же выплакаться, чтобы полегчало на душе, превращает человека в борца с жизнью, у которого на душе делается все тяжелее.

Себя можно жалеть чуть-чуть, а можно очень сильно. Можно жалеть конкретно и вообще. Постоянное проливание слез по некоей конкретной причине повреждает конкретную ткань, орган либо участок тела. Немного слез – легкое поражение. Много слез – тяжелое поражение. Жутко много слез – полная утрата работоспособности данной ткани, органа либо участка тела, однако из-за этого человек еще не умирает.

Плаксивому человеку больше всего на свете хочется доказать, что его положение действительно достойно жалости. Испуганный, а потому беспомощный человек рассчитывает таким образом на людскую помощь и поддержку. Во имя этого он способен терпеть какие угодно физические страдания. Нередко человек, терзающийся душевными муками, требует: «Разрежьте меня, тогда убедитесь, что я болен». Поскольку у человека, страдающего от душевных мук, высок порог болевой чувствительности, он может вообще не ощущать физической боли и здорово напугать ухаживающего за ним ближнего, ибо ведет себя так, словно огромной физической раны и не существует. Человек, испытывающий душевные терзания, продолжает терзаться и тогда, когда наличие у него серьезной болезни доказано и ближние поверили этому. Сам же человек считает, что ему все же не верят.

Жалость к себе, вызывающая нарушение функции глаз, оказывает как местное, так и общее воздействие.

1. Ухудшение зрения является местным последствием жалости к себе, которое возникает оттого, что из слона Вы делаете муху. Чем больше Вы воспринимаете общее как личное, тем больше это занозит Вам глаза и тем меньше Ваши глаза видят дальше Вашего носа. 2. Общим последствием жалости к себе является уменьшение жизненной силы, которое возникает оттого, что из мухи Вы делаете слона. Чем с большим трагизмом Вы относитесь к мелочам, тем меньше у Вас жизненных сил, которые нужны для того, чтобы чего-то добиться.

Ухудшение зрения может протекать либо само по себе, либо в сочетании с другими глазными болезнями. Кому принципиально не нравится плакать, у того после плача глаза заметно краснеют и опухают. Глаза – зеркало души. Чем больше Вам не нравятся жалеющие себя люди, тем сильнее у Вас краснеют глаза от одного лишь созерцания чужих слез, стенаний и сетований. Если Вы являетесь жертвой жалеющего себя человека, то каждая слезинка Вас унижает, и от нескольких пролитых слезинок глаза могут воспалиться. Воспаление происходит от унижения. Чем больше Вы ненавидите свою униженность и чем больше не желаете ее видеть, тем быстрее воспаление перерастает в иную, более тяжелую болезнь, которая лишает Вас зрения, согласно Вашему же желанию. Если Вы вынуждены либо сами вынуждаете себя глядеть на жалеющих себя людей и переносить это зрелище со счастливой миной, то это то же самое, что прессовать находящуюся в глазах влагу до плотности дерева. Дерево в человеке символизирует доброту душевного уровня, т. е. душевную черствость. Стерпеть зло можно, обладая бесчувственностью хорошего человека. Сами Вы себя бесчувственными не считаете, поскольку постоянно занимаетесь тем, что доказываете свою положительность, однако тело знает истину.

Если Вас до слез расстраивают недоделанные мелочи, но Вы не желаете затевать из-за них ссору, то есть не желаете прослыть плохим человеком, то у Вас нарушается зрение. Уменьшается острота видения мелочей, и человек надевает при чтении и занятии рукоделием плюсовые очки. Ухудшается зрение на близком расстоянии, что именуется дальнозоркостью — словно для того, чтобы пощадить психику этих людей. Подумайте, насколько впечатляюще быть дальнозорким и насколько унизительно и постыдно быть человеком, который видит только у себя под носом.

Прямой противоположностью является близорукость. Это нарушение зрения характерно для молодых. Если кому-то говорят, что он не видит дальше собственного носа, то подразумевают его эгоизм, и это воспринимается особенно обидно. Чем лучше желает быть молодой человек, тем меньше он признается в том, что не обладает дальнозоркостью в житейском ее понимании, и тем меньше у него надежды на сокращение числа минусов в его минусовых очках. Минусы не возрастают у тех, кто развивает свою дальновидность. Воспитание в себе чувства долга производит обратное действие. Когда молодой человек записывается в старики, к очкам с минусом прибавляются очки с плюсом. Плюсовые очки характерны для стариков.

Женщине свойственна

неопределенная дальновидность, т. е.

духовная дальнозоркость.

Мужчине свойственна

конкретность выводов и

Жалость матери к самой себе и жалость ребенка к матери вызывают у ребенка близорукость, т. е. нарушение зрения на далекое расстояние. Если мать строит из себя мученицу, страдающую из-за отца, и ребенок принимает это за чистую монету, то он не желает видеть мужской мир и в итоге не видит ни далеко, ни близко. К аналогичному последствию приводит во взрослом возрасте женская жалость к себе и жалость к женщинам. Зрение у таких людей портится еще и потому, что, жалея женщин и объявляя мужчин виновниками женских слез, они желают доказать свою материальную мудрость и мужскую дальновидность.

Душевный покой и жизнерадостность беременной женщины обеспечивают рождение здорового ребенка. Кто жалеет себя во время беременности и родов, тот причиняет ребенку близорукость, которая в дальнейшем будет лишь усиливаться при виде материнских слез. Если у матери глаза на мокром месте, однако мужа она в этом не винит, то у ребенка складываются хорошие отношения с отцом и сохраняется способность видеть хотя бы вблизи. Итак, жалость к матери и женщинам вообще превращает духовную дальновидность в земную близорукость.

Жизнь начинается с мелочей, не постигнув которые невозможно приступать к большим делам. Чем больше вокруг ребенка людей, сетующих из-за мелочей, тем больше он ощущает себя обязанным привести все эти мелочи в порядок и тем больше у него причин стать по отношению к ним невосприимчивым, т. е. слепым. В противном случае у него могут не дойти руки до мелочей собственной жизни. Новорожденный с подобными стрессами глядит как будто куда-то далеко-далеко, и, так как не обращает внимания на близкие предметы, его считают незрячим. Никто не догадывается о том, что, быть может, он прекрасно видит на большое расстояние.

Для новорожденного важнее видеть вблизи, поскольку при созерцании мелких вещей и приучении обращению с ними у ребенка развивается мозг. Из мелких вещей складываются большие, и ребенок, знакомый с мелкими вещами, способен постичь и большие. О зрении ребенка на близком расстоянии следует позаботиться еще до его зачатия. Это значит, что как матери, так и отцу нужно вывести отца из жалкого состояния, и сделать это по-человечески, помогая друг другу. Следует помнить, что мужчину никогда нельзя жалеть. Человеку нужно посочувствовать.

Если родители ничего этого не знают и ребенок рождается с нарушениями зрения, то последние касаются преимущественно, если не исключительно, зрения на близком расстоянии. Это значит, что родителям следует воздержаться от жалости к себе и ребенку. Высвобождая жалость к себе, а также жалкое положение, в какое попал ребенок, родители способствуют тому, что детское зрение непременно улучшается. Сразу после рождения способны видеть те из новорожденных, с которыми в течение всей беременности родители общались как с равным и долгожданным членом семьи. У таких детей вряд ли возможны какие-либо нарушения.

Человек, недовольный своей же жалостью к себе, желающий и находящий в себе силы быть выше слез, превращает свои слезы в холодный твердый камень. Благодаря этому он способен противостоять слезам. Т. е. способен не плакать при виде чужих слез. Но отчего плачущие являются лить слезы у него на глазах, понять это он не способен, даже превратившись в камень.

Зрительная функция зависит от:

1. Нервной чувствительности глазных мышц.

2. Нервной чувствительности других тканей глаза.

Чувствительность глазных мышц уменьшается, когда человек волевым усилием становится бесчувственным в отношении того, чего видеть не желает либо стыдится видеть. В результате большое уже не кажется большим, а малое вообще перестает восприниматься. Далекое не кажется далеким, а близкое и вовсе не существует. Полнейшее нежелание видеть своих близких не позволяет человеку видеть на близком расстоянии. Это нежелание видеть милых сердцу близких не рождается само по себе. Оно возникает, лишь когда любимые близкие ухитряются испытывать Ваше терпение по максимуму. Если Вы любите своих родителей, супруга либо детей, но не желаете этого, поскольку не в силах больше видеть их жалкого положения, то Вы перестаете видеть вблизи. Эта проблема в первую очередь всегда связана с родителями. В этом случае аналогичная ситуация с чужими людьми наносит зрению урон, как если бы она была личной.

Другие понятия низводятся до земных понятий и, в соответствии со степенью ухудшения зрения, перестают восприниматься глазами настолько, насколько человек не желает их видеть. Не желает видеть, ибо не в состоянии эти проблемы решить. Он не понимает, что решать духовные проблемы за ближнего, во-первых, не нужно, а во-вторых, невозможно. Их нужно и возможно для себя уяснить.

Очками человек увеличивает проблему, которую перестает видеть без очков.

Вместе с тем резко возрастает нежелание это видеть. Теперь уже не только глаза, но и голова, и шея оказываются подверженными сильнейшему напряжению, что уже значительно опаснее для жизни. Тело знает, что и в каком объеме предстоит еще совершить его другу – Человеку, а также, насколько для этого требуется задействовать мозг, и оно выручает человека из создавшейся ситуации. Оно посылает человеку болезнь, которая не мешает жить и усваивать уроки собственной жизни. Другое дело, что сам человек не просил о подобной помощи. Кто же задумывается глубоко о сути дела, тот сознает, что данная болезнь была для него жизненно необходима. Благодаря ей он сумел остаться человеком, сумел не превратиться в животное.

Например, если Вам с утра до вечера изо дня в день приходится видеть вечно плачущую мать, у которой, кроме жалости к себе, иных проблем нет, так как все ее земные проблемы Вами решены, то у Вас может случиться паралич мышц правого глаза. Веко нависает над глазом, точно занавеска, и очки тут не помогут. Желание быть хорошим ребенком – ведь как знать, сколько еще мать протянет – подавляет в Вас желание злобно выкрикнуть матери правду в лицо, чтобы она прекратила наконец терзать Вам душу своими слезами, прекратила свои абсурдные обвинения, и вот он, результат. Интеллигентная злоба, которую следовало бы высвободить, действует, словно яд, вызывая паралич глазных мышц. Если желание не расходится с делом, из-за чего Вы испытываете жгучий стыд, то болезнь поселяется окончательно и никуда не исчезнет, покуда Вы не высвободите чувство стыда.

Проблема, которая тянется из Вашей предыдущей жизни, разрастается благодаря стараниям матери, а далее жены, дочери, женского пола вообще. Не важно, из-за кого именно переполняется Ваша чаша терпения. Важно, чтобы Вы поняли, что речь идет об уроке, который Вами пока еще не усвоен. Аналогичная проблема с отцом, мужем, сыном, мужским полом вызывает паралич мышц левого глаза. Паралич мышц всегда являет собой поражение нервов либо нервных центров. Нервы неизменно связаны с обменом минеральных веществ. По количеству выводимых из тела минеральных веществ слезы уступают только поту. Умеренное количество слез нормализует содержание минеральных солей в глазах. Чрезмерные слезы выкачивают все минеральные вещества.

Чувствительность мышц зависит от количества и текучести содержащейся в них жидкости. Текучесть нарушается, если количество жидкости не соответствует норме. О проблеме участия в обмене веществ жидкости и минералов я расскажу подробнее в следующей книге. Не будь нарушений в обмене веществ, не было бы и болезней. Зрительная функция обязательно связана с нервами. В следующей книге нервной системе будет посвящена отдельная глава.

Подобно тому как один стресс является частью другого либо перерастает в другой, так и болезнь является частью другой болезни либо перерастает в другую. В настоящей главе речь идет об особенностях воздействия жалости человека к себе.

Количество минералов находится в зависимости от текучести жидкости. У постоянно плачущего человека в глазах постоянно содержится больше влаги, чем нужно. Влаги там больше на всякий случай, ибо кто знает, когда понадобятся снова слезы. Минералов меньше, поскольку они вымываются влагой. Поскольку всякий кристалл обладает энергией соответствующей житейской истины, то недостаточное количество кристаллов соответствующего минерала свидетельствует о том, что человек не нуждается в данной житейской истине, ибо желает слезами доказать, что он несчастен. Чтобы остальные участки тела не испытывали недостатка в минералах, тело ограничивает их приток к глазам. Привычка плакать функционирует на уровне рефлексов. Поэтому если плакса в настоящий момент не плачет, у него в глазах и затем уже в голове возникает ощущение опухлости, что вынуждает его снова заплакать.

Электрический провод является хорошим проводником электрического тока. Вода также является проводником электрического тока, но не хорошим. Она проводит электричество, но ею нельзя управлять электричеством. Она не вызывает ни веры, ни надежды. Это означает, что если в человеке нет веры и надежды, то ему нельзя верить и на него нельзя надеяться, поскольку все сущее видится им не так, как оно есть в действительности. В минуту жалости он видит все то, что не нужно, но не видит того, что нужно.

На первых порах у такого человека в поле зрения возникают небольшие блуждающие пустоты, от которых зрение становится туманным и неотчетливым. Со временем, в зависимости от культивируемых человеком навязчивых идей, пустоты постепенно фиксируются по определенным местам. Это значит, что если человек поначалу упускает что-то из виду, то впоследствии увидеть это он не сможет. Для него этого просто нет, и все тут. Духовное упрямое отрицание оборачивается физическим нарушением зрения. Духовная слепота оборачивается физической слепотой. Поначалу выборочно, местами, время от времени, а потом и сплошной.

Кто желает быть выше слез, чего бы это ни стоило, у того в глазах словно находится невидимый пресс, который выжимает воду, оставляя после себя постепенно твердеющий камень. Речь идет о склеротических изменениях в глазах, которые со временем уплотняются, что ведет к потере зрения. Ощущение трения в глазах означает незаметно возникшее чрезмерное высыхание. Высыхание глаз являет собой стыд видеть. Если этот симптом не осмысляется, а заглушается лекарствами либо заменителями, то он распространяется в глубь глаза. Заменителями являются, например, мази, масла, искусственные слезы, быстродействующие глазные капли, содержащие гормоны.

В превращении глазных болезней в хронические, и особенно в процессах окаменения, существенную роль играет чувство стыда, о котором еще не раз пойдет речь ниже. Стыд за слезы возникает у ребенка, если мать у него, а то и отец, из числа плаксивых. Плакать – это значит быть похожим на мать. Ребенок, который отчаянно желает быть противоположностью матери, впадает в отчаяние всякий раз, когда оказывается свидетелем чьих-то слез, однако сам при этом не плачет. Ему становится невыразимо стыдно при одной мысли, что люди могут увидеть его слезы.

Жалость выражается в виде беспомощного хныканья, брюзжания, сетований, всевозможных преувеличенных суждений с трагическим оттенком. Кому такое поведение не по душе, тот запрещает себе вести себя подобным образом. Он подавляет свою жалость и обрастает жиром. Так молча выражается детская беспомощная самозащита. Кто не позволяет себе также и толстеть, ибо ожирения стыдится хуже смерти, то истребляет свой лишний вес прежде, чем тот успевает возникнуть. Стыд уплотняет энергии до плотности смерти.

Вода гасит огонь. Постыдная печаль гасит огонь жизни.

Склеротические изменения, т. е. окаменение, могут происходить в передней части глаза, в том числе в хрусталике, на дне глазного яблока, а также и во всем глазе. Когда человек желает быть выше огорчительных мелочей, в которых видит житейскую накипь, у него происходит известкование хрусталика, помутнение роговицы. Чем больше человек уверен в правильности своего видения мира, тем безнадежнее прогноз насчет его помутневшей роговицы. Если дно глазного яблока в порядке, то хирургическое удаление хрусталика значительно улучшит зрение, однако ухудшит работу тех тканей, что отражают мелочи жизни. Например, тонкая кишка, стопы ног, руки и соответствующие центры мозга. Во всех тканях есть что-то похожее. После удаления хрусталика пациенту становится физически легче управляться с собой, однако духовно, т. е. в общении с людьми, ему становится труднее. Все чаще возникают разногласия и непримиримость.

Глаза – это зеркало человеческой жизни как в прямом, так и в переносном смысле. Изменения в глазах отражают изменения во всем теле задолго до того, как сами глаза заболевают. Диагностика состояния тела человека по состоянию радужной оболочки глаз именуется иридодиагностикой. Этот метод известен альтернативной медицине не первый год, однако традиционной медициной он не признается. Иридодиагностика учитывает каждыйкрошечный штришок в радужной оболочке и способна диагностировать болезни, которые были, есть и будут. Человек, усвоивший иридодиагностику, может раз в день внимательно смотреть в глаза себе либо членам семьи и определять, не заболевает ли кто. В настоящее время существует немало возможностей выучиться иридодиагностике, и для этого не обязательно быть врачом. Хорошо, если врач заглядывает хотя бы на миг Вам в глаза проникновенным дружеским взглядом и говорит, что с Вами такое. Если диагноз врача подтверждается целенаправленными исследованиями, не требующими ощутимых денежных затрат, то Вы удивляетесь, мол, какой умный врач. Когда еще не было современной медицинской техники, таких врачей было много. Хоть они и не называли внимательное выслушивание и осмотр больных иридодиагностикой, однако говорили: «По глазам видно, что человек болен». Не надо огорчаться, что таких врачей больше нет. Настала пора самому становиться таким врачом. Это значит, что пора человеку заботиться о себе самому. Наблюдение за собственным состоянием должно стать делом само собой разумеющимся, таким же как утренний туалет.

Известкование глазного дна, оно же склероз, возникает, когда человек опечален из-за крайне существенных, основополагающих вещей своей жизни, которые существенны и есть, однако человек желает мужественно превозмочь эту печаль. Это значит, что нежнейшая и чувствительнейшая филигранная ткань глазного дна становится грубым неотесанным камнем. Становится такой же, как мировоззрение человека, такой же как сам материальный человек. Известкование глаз происходит оттого, что человек посредством глаз похваляется, считает себя лучше остальных, постоянно указывает ближним на их видимые недостатки и стыдит за них.

Ощущая свою слабость и страшась ее, такой человек желает, чтобы рядом с ним находились люди сильные. При виде слабости ближнего он может разозлиться настолько, что глаза его вспыхнут огнем. Таким людям свойствен истерический гнев, который должен бы заставить их задуматься, но этого не происходит. Привычка подмечать мелкие промашки у ближних, но не замечать больших у себя не позволяет усомниться в собственной правоте. Чем уравновешеннее такой человек старается казаться внешне, тем он взрывоопаснее внутри и тем опаснее для него состояние злости. Желая нравиться всему свету, человек себя подавляет и копит по капле стресс, а дома его прорывает. Будь взаимоотношения с домочадцами в порядке, супруг, дети или родители не становились бы мишенью для мести. Поскольку все всегда начинается дома, то дома и заканчивается. Именно домашние оказываются виноватыми в неудачах на стороне, и гнев, который от длительного подавления перерос в жестокость, вызывает желание побольнее проучить виновного.

Энергия мести вызывает кровотечение. Кровотечение, возникающее вследствие разрыва кровеносного сосуда сетчатой оболочки (ретины) глаза, может привести к слепоте. Современная глазная хирургия хоть и творит чудеса, однако жизнь показывает, что у кого случился один разрыв, у того случается и второй. Ведь редко кто из первого раза делает правильный вывод.

Жажда мести – не просто злоба, а ненависть. Ненависть посредством глаз ослепляет.

Ложиться спать в состоянии злобы вообще опасно для здоровья. И тем опаснее, чем человек старше или болезненнее. Если человек, едва не лопающийся от злости, высказывает на сон грядущий пожелание света белого не видеть – иными словами, он желает умереть, – то от пожелания самому себе плохого его сердце успокаивается настолько, что пожелание сбывается не полностью, но приблизительно в этом духе. Например, происходит разрыв сетчатки. Одним глазом света белого ему уже не видать. Кровеносный сосуд может лопнуть также в голове, что вызывает паралич. У парализованного человека зрение тоже весьма расплывчатое. Видите, к каким последствиям приводит неумеренное пожелание плохого, идущее от души. Если попавший в подобное положение человек начал бы с утра сразу размышлять о том, что им сделано не так, то недуг тут же пошел бы на убыль. Врачи сделали бы свое дело, и человек полностью излечился бы и уже никогда не попадал бы в подобную ситуацию. Обычно же поступают наоборот. Принимаются лить слезы – и им, бывает, нет конца. А если дело обходится без слез, без печали уж точно не обходится. Вмешательство же доброхотов и вовсе запутывает все дело.

...

Общим следствием жалости к себе является общий упадок жизненных сил – утрата жизнеспособности. Проще говоря – слабость.

Человек, говорящий, что у него нет сил, является жертвой жалости к себе.

Научите его высвобождать жалость к себе. Ни в коем случае не принуждайте его к этому.

Постоянное злорадство, которое человек испытывает при виде страданий плохих людей, и печаль по поводу того, что собственные страдания от этого не уменьшаются, способствуют развитию рака глаза.

Человеку со стрессами свойственно брать на себя роль страдальца. Собственной вины он не замечает – виноватыми в его глазах оказываются окружающие и вообще жизнь как таковая. При виде чужих слез к его глазам также подступают слезы. И он ощущает слабость в ногах. Однако эти вещи он между собой не связывает. Если же находится кто-то, на кого чужие слезы не действуют, его моментально записывают в плохие, называют человеком, лишенным чувства жалости. От сердитой оценки сам оценщик вновь чувствует силу в ногах, оттого и не удосуживается сделать вывод.

Жалость к себе бывает:

• острая и кратковременная,

• менее острая, но постоянная, хроническая,

А. Острая жалость к себе выражается в виде резких приступов слабости, вплоть до обморока. От одной лишь мысли, что у всех все прекрасно, а у меня хуже некуда, человек может свалиться с ног. Вынужденное стояние в душном помещении может вызвать обморок от одной лишь мысли, что здесь придется стоять долго. У иного человека настолько велик комплекс страха замкнутого пространства, что от одной мысли ему становится дурно. Вместе с тем этот же человек будет с таким восторгом стоять в очереди за неким вожделенным товаром, что начисто забудет про душное замкнутое пространство, в котором приходится находиться. Важно не напоминать ему об этом. От одного лишь пугающего знания можно упасть в обморок.

Б. Хроническая жалость к себе делает человека слабым, разуверившимся, немощным. У него нет ни желаний, ни сил, ни возможностей. Но стоит ему очень захотеть, как все у него получается. Чаще всего встречается такой вид хронической жалости к себе, при котором человек утверждает, что ни желаний у него нет, ни сил, ни возможностей, однако своими действиями противоречит своим же словам. Это – исступленная жалость к себе, которая притягивает людей такого же склада и из-за которой происходят ожесточенные ссоры. Именно это и нужно жалеющему себя, ибо он получает возможность какое-то время снова честно плакать – появляется для этого повод. едь его обидели. Жалеющий себя человек видит все сквозь призму жалости к себе и потому никогда не признает, что его слова и дела противоречат друг другу. Своими слезами он провоцирует ближнего на жалость и выкачивает из него всю энергию, словно вакуумом. Ближний согласен на все – главное, чтобы плачущий перестал плакать. Хронически жалеющий себя способен, подобно пауку, опутать паутиной жалости всех своих близких и, словно вампир, высосать из них все жизненные соки. Сам он этого не делает – ни осознанно, ни намеренно. Это делает его жалость к себе. Те, кто поддались на провокацию, вынуждены по незнанию страдать, подобно мухам.

В. Комбинированная жалость к себе состоит из острой и хронической. Хроническая жалость к себе время от времени перемежается приступами острой жалости, вызывающими у ближних испуг. В этот миг жалеющий себя добивается желаемого. Это может быть внимание к себе, участие, порицание обидчика, а также материальные вещи, которыми ближние искупают свое чувство вины. Страх перед жалеющим себя человеком может настолько подчинить себе человека большого и сильного, что стоит первому произнести: «Ой, мне плохо», как второй уже летит на всех парах – спешит что-то принести, подать, купить, подарить, не сознавая того, что он усиливает жалость к себе ближнего как оружие и собственную зависимость от этого оружия.

Жалеющий себя вечно плачет о том, что ни в ком нет чувства сострадания, ибо в других он видит себя. Жалость к себе не ведает сострадания. В жизни двух событий разом не происходит, все идет своим чередом. Плачущий только льет слезы и не в состоянии одновременно ощущать что-либо еще. Чем чаще человек льет слезы, тем безжалостнее становится, поскольку истребляет в себе сострадание. Зато чужие недостатки, в том числе отсутствие сострадания, видятся ему теперь гораздо отчетливее. Те, кто не плачет, воспринимаются им как страшные люди. О плачущих он говорит: чего они хнычут, у них же все хорошо. Жалеющий себя человек считает себя самым великим страдальцем.

Жалостливые люди жалеют себя и требуют сочувствия от окружающих.

...

Плаксивая женщина желает активно , т. е. обвиняя других , демонстрировать окружающим свое несчастье. Ожиревший человек желает высказать свое несчастье, пассивно ощущая себя виноватым .

Фактически они оба всего лишь обороняются, поскольку из-за стрессов сделались беспомощными. Они стараются выторговать у жизни наказание полегче.

Нежалостливые сочувствуют другим, но не сочувствуют себе.

Запомните, что в минуту жалости мы все жалельщики, а в минуту безжалостности мы все безжалостны. Эти энергии имеются в каждом из нас. Последствие определяется величиной конкретного стресса. Поэтому всегда спрашивайте у себя: «Что означает для меня этот стресс?» Делайте вывод и отпускайте стресс на волю. Жалость к себе чрезвычайно велика у плаксивых женщин. А также у ожиревших людей.

Короче говоря, у жалеющих себя людей меньше застоявшейся энергии жалости к себе, нежели у тех, кто себя не жалеет. Подавление печали может быть столь чрезмерным, что человек страдает из-за неспособности плакать. Иной раз бывает жизненно необходимо выплакаться, выкричаться, поголосить, но нет слез. У такого человека печаль обернулась жестокостью. Если Вы из числа подобных людей, то, возможно, желаете возразить мне, дескать, никогда не испытывали жестокости к кому бы то ни было. Даже букашки не обидели. Да, других Вы не обижаете. Зато обижаете себя. Толстый человек способен абсолютно по-садистски подавлять себя и свои потребности – главное, чтобы было хорошо окружающим.

Постоянно принося себя в жертву, Вы проявляете жестокость по отношению к себе. Боитесь слез и не выносите их, потому и стараетесь предугадать, кто именно пожелает поплакать у Вас на груди и использовать Вас в своих интересах. Вы из кожи лезете, чтобы с видимым спокойствием и легкостью удовлетворить в зачатке его желание. А в итоге? В итоге он не просит Вас об услуге – ее Вы уже оказали. Он требует от Вас новую услугу. Причем непременно тогда, когда Вы думаете, что уж теперь-то у него все должно быть в порядке. Если он немедленно не получает желаемого, то считает себя вправе плюнуть Вам в душу. А душа у Вас хрупкая.

Человек, опустошающийся беготней и суетой, чувствует себя больным. Он нуждается в отдыхе и тишине, чтобы заняться собой, но если он трудоголик, то такая мысль и в голову ему не приходит. А если даже и придет, он не осмелится позволить себе отдохнуть. Этого не допускает чувство вины. Испытываемый им смертельный страх, который он подавляет в зародыше, чтобы казаться всем, и самому себе, смелым, вынуждает его действовать. Если он еще не полностью отрицает свой смертельный страх, то не исключает полностью вероятность заболевания и отправляется к врачу. Врач осматривает его и назначает обследование. В лучшем случае обследование будет всесторонним. В наше время это не проблема.

Обследование показывает, что человек здоров. Об этом больному сообщают бесстрастно и без эмоций, либо радостно и ободряюще, либо сурово и требовательно – в зависимости от отношения врача к жалобам больного. Отношение врача определяет сам больной. Поскольку проблема связана с трудоспособностью, то врач успокаивает: «Не волнуйтесь. Со здоровьем у Вас все в порядке. Продолжайте спокойно работать». О том же, что человек истощен духовно, умолчал и сам пациент, и врач. На другой день или немного позже пациент умирает. Почему? Ведь он был здоров.

Потому что человек ждал сочувствия и понимания.

Ждал, что люди заметят его доброе расположение.

Ждал, что другие проявят о нем такую же заботу, какую он проявлял о них.

Даже самый сильный и волевой человек, сам раздающий ближним подобные советы, является при всем при том маленьким, беспомощным ребенком, который нуждается в решительном конкретном и бескорыстном приказе, исходящем от другого человека. Острый приступ жалости к себе, вызванный тем, что такого приказа не последовало, способен, точно порывом ветра, задуть свечу его жизни. Иными словами, когда в минуту кризиса надежда на то, что ты небезразличен, что тебя любят, что тебя во что-то ставят, терпит полный крах, тогда уже не имеют значения ни слава, ни позор. Тогда приходит конец. Тоскующее, страдальческое ожидание являет собой желание.

Для иллюстрации подобной жалости к себе я обычно привожу в качестве примера молодых активных бизнесменов, которые валятся с ног, словно чахлые деревца, и отправляются в загробный мир. Не стыдись они собственных слез, смерть обошла бы их на сей раз стороной. Не будь виной дерева его трухлявость, от порыва ветра ничего бы с ним не случилось. Страх опозориться сделал его трухлявым и стал причиной его гибели. Во все более убыстряющемся потоке времени все мы вскоре превратимся в таких бизнесменов, в трухлявые, ломкие деревья. Поэтому не ждите, чтобы Вашу жизнь за Вас наладили другие. Если станете ждать, так и прождете. Особенно же подумайте о своих детях и найдите способ втолковать им принципы выживания таким образом, чтобы Ваши наставления были ими приняты. Но никогда не просите детей, чтобы они Вас не огорчали. Вынуждая их слушаться из жалости к Вам, Вы добьетесь обратного результата.

ЖАЛОСТЬ К СЕБЕ ВЫЗЫВАЕТ БЕССИЛИЕ.

ЧУВСТВО ВИНЫ ВЫЗЫВАЕТ УСТАЛОСТЬ.

Жалость к себе воздействует через сердце. Если сердце ослабло от усталости, жизнь уже не мила. Сердце – средоточие нашей жизни и источник любви. Мы могли бы быть счастливы от того лишь, что сердце работает, а значит, в нас есть любовь, есть движение. Могли бы, однако счастья не испытываем, потому что нам подавай все больше и больше счастья и любви. Желаем, чтобы ближние доказали нам свою любовь, и отчаянно стараемся доказать свою любовь окружающим, не сознавая того, что это невозможно. Почему? Потому что любовь – это духовная ценность, тогда как доказывание – это земная деятельность, она же работа. От созданного самими же парадокса мы и становимся беспомощными. Мы не знаем, что выбрать. Хотелось бы и того, и другого, но не получается. Мы не способны понять, что если выбираем любовь, то ничего доказывать и не нужно. Работа от этого не пострадает.

О болезни из-за ближнего

Людей учат защищаться от духовных нападок, от плохих и больных людей. Возможно, я Вас разочарую, если скажу, что все это напрасный труд и ненужная трата душевных сил.

Какая польза Вам от самозащиты, если Вы притягиваете к себе соответствующее плохое? Чем больше боитесь, тем сильнее притягиваете. Хуже всего в этом деле то, что притягиваете оттуда, откуда, казалось, нечего и бояться. Защищаетесь от одного, а притягиваете к себе точно такую же энергию от другого. То, чего Вы боитесь, есть повсюду. Нет такого абсолютно непогрешимого ясновидящего, который бы предсказал Вам, откуда Вы притянете к себе ту или иную энергию.

Фактом является то, что она, эта энергия, существует в Вас, что Вы страдаете и что «виновен» тот, кого Вы подозреваете. На самом деле он ни в чем не виноват. Если ясновидящий подтверждает, что он видит того же человека, о ком Вы думаете, то не исключено, что он видит созданный Вами мысленный образ, фантом. Так Вы притянули к себе и будете притягивать и впредь те энергии, которые остаются неусвоенными, но усвоить которые необходимо.

В ходе практики, связанной с лечением мыслями, мне не раз приходилось иметь дело со случаями, когда у добрых друзей, коллег или просто хороших людей наблюдалась энергетически точно такая же картина болезни, как и у их знакомого. Все они безумно желали помочь этому страдальцу. Иные осознанно желали взять на себя частично чужую болезнь. Человек получает все, что желает, если ему это нужно. Дело как будто было ясное, но что-то не сходилось. Когда я чувствую, что чего-то недопонимаю, то говорю себе, мол, значит, еще не время, понимание придет, когда я буду к нему готова.

Живя в ожидании нового знания, я занимаюсь высвобождением имеющихся стрессов, т. е. познаю самое себя. Оно приходит, когда я оказываюсь в достаточной мере созревшей для его восприятия. Приходит так, что возникает ясное узнавание, и система знаний о человеческой природе обогащается неким новым звеном.

Я уже давно поняла, что жалеющие себя люди сами навлекают на себя беду, но как именно это происходит – это мне предстояло испытать на собственной шкуре. Передача энергии от человека, которого жалеют, человеку, который жалеет, происходит просто. Для этого нужно лишь быть хорошим человеком, который жалеет страждущего от всего сердца.

Пример из жизни

Когда мы переехали на новое место жительства, нашим соседом оказался молодой мужчина, с которым мы сроднились с первых же минут. Подобное родство душ указывало на близость отношений в предыдущей жизни. Почувствовав, что его судьба мне не безразлична, я углубилась в изучение наших прошлых взаимоотношений. Оказалось, что лет 600 тому назад он был моим сыном, убитым в годовалом возрасте вследствие распрей за право унаследовать огромное состояние и из страха изобличения в чудовищном подлоге. Это значит, что я носила в себе подсознательное чувство вины перед ним, чувство 600-летней давности, а также много других стрессов, связанных с ним. Сама я не люблю предаваться жалости и не хочу, чтобы кто-нибудь жалел меня. Поэтому я считала, что никого не жалею. Напомню, что отрицание всегда ошибочно. Кто говорит, что данного стресса у него нет, у того данный стресс подавлен до состояния нечувствительности.

Мне казалось, что к соседу я отношусь без жалости, ибо ни разу не испытывала ее за все то время, что помогала ему разобраться в проблемах со здоровьем, связанных исключительно с материальными вопросами. Как-то вечером приходит домой мой муж и сообщает, что сосед лишился работы. Я разом обмякла, поскольку, зная его стрессы, этого следовало ожидать. Хоть я его и вразумляла, он не удосужился поработать над собой в достаточной мере и стал жертвой собственной излишней прямолинейности. В тот миг я не почувствовала к нему никакой жалости, а лишь раздражение. «Почему ты мне не поверил? Почему не занимался своими стрессами?» — промелькнуло у меня в голове.

Утром я вышла на улицу, и первым, с кем столкнулась, был сосед. Человек, которому всегда море было по колено и с лица которого не сходила улыбка, был подавлен. В лице ни кровинки, нос распух от насморка. Он был в таком отчаянии, что и не старался скрыть обиды. Я сказала: «Тебя сильно обидели». – «Точно», — ответил он с тяжким вздохом столетнего старца и безнадежно махнул рукой. «Как знать, может, нет худа без добра», — произнесла я, надеясь его приободрить, но это мне не удалось. Смертельно серьезный человек не понимал шуток, а смертельно серьезными временами бываем все мы.

Внезапно я явственно ощутила такую всепоглощающую жалость, что можно было сказать, что я – сама жалость. В тот же миг я ощутила всеми чувствами – зрением, слухом, обонянием и едва ли не осязанием, – как в мое сердце, точно скорый поезд, влетающий в туннель, ворвалось все то, что терзает его душу. Бац – и готово. Я ощутила это как физический толчок. Услышала звуки, которыми сопровождается подобное несчастье. Почуяла запах металла и железной дороги. В ту же минуту я поняла, что вобрала в себя болезнь соседа. Поняла, но не поверила.

Спустя три часа мне стало совсем худо, и я ушла с работы домой, чтобы отлежаться и поразмыслить над случившимся. Меня знобило, болела голова, из носа текло в три ручья. Общее плохое самочувствие говорило о том, что в сегодняшнем происшествии я чувствую себя неуверенно. Иными словами, во мне есть некая часть, которая мною не познана и которую нужно познать. Перед входом в дом я вновь встретилась с соседом. Глаза его искрились, и хвори как не бывало. Я не стала ничего ему рассказывать. Не хотелось, чтобы он почувствовал себя виноватым. То, что я заболела, – не его проблема, это моя проблема. И переварить эту проблему нужно было мне самой. Было над чем подумать.