Усмиряем тревогу

Сегодня день сборов. Завтра лечу в Нью-Йорк, там у меня будут встречи и возможность увидеться с друзьями. Оттуда я отправлюсь в Лондон, где буду два дня проводить обучение: интенсив по «Пути художника». Я уже много раз вела этот курс, но всегда нервничаю. Каждое занятие уникально. Я надеюсь на лучшее: студенты будут рьяные энтузиасты с хорошим чувством юмора. В прошлом в Лондоне была именно такая группа, но нельзя ничего предугадать заранее, пока я их не увижу. По своему опыту знаю – одно гнилое яблоко способно испортить сотню хороших и существенно затруднить преподавание. Вместо этого я надеюсь заполучить активных учеников, достаточно искушенных, чтобы противостоять собственному сопротивлению. Такой класс очень увлекательно обучать – мы можем освоить четырехдневный план за пару дней. Стоя у доски, я наблюдаю, как загорается свет в лицах, когда инструменты начинают творить свое волшебство.

КОГДА ВАМ КАЖЕТСЯ, ЧТО В ТРУДНОЙ СИТУАЦИИ ЧИСТО ПО-ЧЕЛОВЕЧЕСКИ НЕВОЗМОЖНО СДЕЛАТЬ БОЛЬШЕГО, ПОДДАЙТЕСЬ ВНУТРЕННЕЙ ТИШИНЕ, ЧТО ЗВУЧИТ ВНУТРИ ВАС, И ДОЖДИТЕСЬ ЗНАКА, КОТОРЫЙ ЧЕТКО ЗАДАСТ НАПРАВЛЕНИЕ, ИЛИ ОБНОВЛЕНИЯ ВНУТРЕННЕЙ СИЛЫ.

– ПОЛ БРАНТОН

Но сейчас время понервничать, а не порадоваться. Сборы всегда приносят тревожность; я беру с собой вещи, которые будут моими единственными пожитками на ближайшие две с половиной недели. Волнуюсь, что могу забыть нечто важное. Умом я понимаю, что собираюсь в крупный город (Нью-Йорк), а за ним в еще один не меньшего размера (Лондон), где почти наверняка смогу найти все, что понадобится в случае чего. И, конечно, такое уже бывало, и я находила нужные вещи: они были не просто практичные, они были особенные.

Мне часто делают комплименты из-за черного пальто с узорами, которое я отхватила в Лондоне в неожиданно дождливый день.

«Оно из Лондона», – делюсь я.

«О, неудивительно», – кивает восторгающийся.

Слушая Высшие силы, я успокаиваюсь и восхищаюсь предстоящей поездкой. Мне напоминают о поддержке – меня поддерживают места, куда я собираюсь, и мое высшее Я. Сперва составляю длинный список, что взять с собой, начиная с паспорта и налички и заканчивая всем прочим. Довольная, что упаковалась, закрываю чемодан.

День, когда я еду из Санта-Фе в Нью-Йорк, очень долог – дольше, чем день перелета из Нью-Йорка в Лондон. Жизнь в горах – это потрясающие виды и пение птиц, саманные постройки и зеленый чили, ясные тихие солнечные дни и грохочущие драматичные бури. Еще это значит, что при моем плотном графике поездки и с учетом редких прямых вылетов из Санта-Фе мне придется ехать в аэропорт Далласа/Форт Уорт – мою постоянную перевалочную базу, – а это неплохо.

Некоторые мои друзья часто путешествуют; например, Скотти не просто ездит по миру, у нее есть множество домов в разных частях страны, и она с легкостью ездит из дома в дом. Другие предпочитают сидеть на месте, выбрав для себя Нью-Йорк, или Нью-Мексико, или Лос-Анджелес. Я отмечаю, что, хотя путешествия вызывают у меня привычную тревожность, все равно езжу. Сейчас я составляю график поездок в Нью-Йорк, Чикаго, Лондон, Париж, Рим, Эдинбург и Санторини. Я про себя думаю, что тот, кто путешествия не любит, явно так не поступает. А поэтому слушаю высший голос, который говорит: «Все будет хорошо. Ты можешь многое дать, и студенты будут тебе благодарны». Успокоившись и ощутив приятную взбудораженность – мне действительно нравится бывать в Лондоне, – я завожу будильник и направляюсь встречать машину до аэропорта.

Стоя у выхода на взлетно-посадочную полосу, я звоню своему другу Жерарду Хэкетту, чтобы подтвердить планы на завтра пообедать вместе в Нью-Йорке. Выйдя на связь с Жерардом, я чувствую приступ оптимизма. Жерард оптимист, и его настроение заразно. Жерард спрашивает, как у меня дела, и терпеливо выслушивает мой ответ.

«В Лондоне все пройдет хорошо», – подбадривает он.

«Да», – я беру себя в руки.

«Раньше всегда так было», – настаивает Жерард.

«Да, точно», – соглашаюсь я.

«Как будешь проводить досуг?»

Я говорю, что с удовольствием прогуляюсь по окрестностям Лондона.

«Ну, я завтра жду тебя с нетерпением», – откланивается Жерард.

ЕСЛИ СЛУШАТЬ СЕБЯ, ТО НИКТО ДРУГОЙ ТАК НАС НЕ НАПРАВИТ, КАК МЫ САМИ.

– ДЖЕЙН ОСТИН

Когда я поднимаюсь на борт самолета, меня накрывает волна благодарности: «Мне повезло, что я могу посмотреть мир и регулярно посещаю друзей, которые живут далеко», – думаю я про себя. Вот прилечу в Нью-Йорк и заселюсь в знакомый мне отель. Встану позже обычного и закажу себе в номер завтрак: овсянку и кофе. Напишу Утренние страницы и затем поеду в деловой центр, чтобы довольно поздно пообедать с Жерардом. Я замечаю, как мои мысли смещаются с тревоги на благодарность, даже радостное возбуждение. Это потому, что я послушала свое высшее Я, и услышанное меня вдохновило? Полагаю, так и есть.

Попробуйте сделать

Выберите тему, которая часто вызывает у вас тревожность. Попытайтесь, если получится, выбрать сферу, в которой вы исторически боретесь за обретение мира. Теперь попросите свое высшее Я направить вас по этому предмету. Выслушайте то, что вам «скажут». Вы можете захотеть записать эту рекомендацию. Звучит ли она мягче, вдохновеннее и оптимистичнее того, что могли вам предложить собственные встревоженные мысли? Вы чувствуете, как перешли с боязни на благодарность, спокойствие или оптимизм во время «прослушивания» поощрения?

Ощущение прихода весны в Санта-Фе

Я вернулась в Санта-Фе после – да – гладко прошедшей, продуктивной и приятной поездки в Лондон. Мои студенты и правда оказались остроумными и энергичными. Их юмор заражал, энтузиазм вдохновлял. Принимающая сторона в Британии была восхитительной, нас окружили классической британской роскошью и угощали парадными обедами и устраивали увеселительные поездки по городу. Я вернулась, полная оптимизма, вобрав в себя свежие виды и звуки, чувство удовлетворения оттого, что мои студенты уехали, получив на выходных инструменты и радость.

Когда я вернулась домой, вершины гор позолотило закатное солнце. День был теплый, и снег на пиках уже в основном растаял. С внешней стороны моих ворот, ведущих во внутренний двор, обильно цветет сирень. Когда я вывожу Лили на прогулку, путь нам пересекает пухлая ящерица. Она полосатая, а не «вкусная» серая, поэтому Лили ее игнорирует. Мы карабкаемся по ступенькам на грязную дорогу. Я слышу урчание приближающегося автомобиля и подтягиваю Лили за поводок поближе к своему плечу. Водитель весело нам машет. Я люблю Санта-Фе. Перед тем как я уехала в Лондон, деревья стояли по-зимнему обнаженными. За две с половиной недели моего отсутствия они выпустили ярко-зеленые листья, невзирая на снег. Цветущие деревья, пострадавшие от града, торопятся сбросить цветы и вернуться к проблеме создания листвы. Я тоже стремлюсь к лету. Розы и лилии создадут в саду праздничное настроение. Я буду сидеть в сумерках уходящего жаркого дня. Светлячки будут мерцать до самой ночи.

ВНУТРЕННИЙ ГОЛОС СЛЫШИТСЯ КАК МЯГКАЯ МУЗЫКА В НОЧИ, И СЛЫШИТ ЕГО ТОТ, КТО ПРИВЫК СЛУШАТЬ.

– ВЕРНОН ХОВАРД

Именно сегодня сумерки затянулись. До восьми часов светло. Проходя через центральную площадь Санта-Фе, я здороваюсь с другом. Он укутан в теплую одежду.

«Теперь позже темнеет, – приветствует он меня. – Стало на десять градусов теплее, и я могу снять верхнюю одежду».

«Да, и правда», – говорю я, тоже кутаясь.

Вернувшись домой, пристраиваю пальто на вешалку-стойку. Выставляю на обогревателе температуру на несколько градусов выше. Без пальто в доме прохладно. Звонит телефон. Это Скотти, которой недавно сделали стоматологическую операцию. Ее голос звучит лучше и сильнее, чем несколько дней назад.

«Я выздоравливаю, – объявляет она. – День ото дня мне все лучше. Я чувствую».

«Ты реально звучишь как раньше».

«Мне нельзя много говорить».

«У тебя голос окреп».

«Сегодня днем мне позвонил хирург и предупредил, чтобы я не перестаралась. Мне просто хотелось послушать, как у тебя дела».

«Я в порядке. У меня был счастливый день – я писала».

«Тебя это всегда бодрит».

«Да. Да, так и есть. И мы долго гуляли с Лили. Ящерицы повыползали».

«Уже?»

«Да – уже».

«У меня голос начинает пропадать. Я лучше отключусь».

«Я тебе завтра позвоню».

«Отлично».

Мы вешаем трубки.

Я восхищаюсь жизнестойкостью Скотти. Она встречает жизненные трудности с отвагой и чувством юмора. Хирург сказал ей прикладывать лед к щеке каждые двадцать минут. У меня бы такая инструкция вызвала негодование и протест, но Скотти все безропотно выполняет.

Она говорит мне: «У меня все в синяках и распухло, но я благодарна, что ни разу не была жертвой насилия».

Оставим Скотти искать – и находить – положительные стороны.

Теперь пришла пора проветрить помещение перед сном. Я раньше ложусь и раньше встаю, потому что хочу, чтобы день был полноценным. В шесть утра я наслаждаюсь ранней серенадой певчих птах. Когда днем поднимается ветер, я не забываю сказать себе: «Он скоро пройдет». И, когда он стихает, в доме воцаряется полная тишина. Только часы тикают на кухне. Я наслаждаюсь этой относительной тишиной.

В Лондоне я считала сирены. Город звучал для меня слишком громко. Я поймала себя на том, что очень скучала по Санта-Фе и звукам природы. Теперь, вернувшись домой, я скучаю по какофонии города. Мой слух привык к городской жизни. Умение слушать выдает один звук за один раз.

На нас может одновременно снизойти вдохновение, когда мы куда-то идем пешком, когда прочувствовали конкретный день или момент или прониклись предложением.

Попробуйте сделать

Выберите необычную локацию. Необязательно в деревне – вы просто можете отправиться в место, где обычно не бываете. Изучите звуковой ландшафт и отметьте, насколько он отличается от привычного вам. Как вы себя чувствуете в этом звуковом ландшафте? Какие озарения он вам даровал?

Художник в роли слушателя

Я беру трубку и набираю Памелу Маркоя, художницу из Санта-Фе, с которой мы знакомы уже несколько лет. Я знаю, что она подходит к искусству через умение слушать, и приглашаю ее отобедать вместе. Я полагаю, что, работая, она активно прислушивается к своему высшему Я. Когда мы позже встречаемся в японском ресторане, она это подтверждает.

Памела подает себя с грацией модели. Облаченная в черные джинсы и малиновый топ, она подчеркивает достоинства потрясающей фигуры. Она красотка с шелковистыми волосами и бледной кожей. Когда она проходит к столику, все следуют взглядами за ней.

«Привет, рада тебя видеть, – приветствует она владельца ресторана, невысокого импозантного японца. – Как дела?»

«Рад тебя видеть», – отвечает хозяин.

Памела присаживается и объясняет: «Я здесь все время ем. Все вкусное. Свежее. Суши фантастические, а коробка обенто великолепна – как и терияки».

Я вожу пальцем по меню, которое для меня выглядит как азиатская вязь. У меня будет простой заказ: суп мисо и калифорнийские роллы. У Памелы все сложнее. Она знает меню наизусть. Откинув на одну сторону копну каштановых волос, она заказывает. Я прошу ее поговорить со мной о ее практике и роли, которую умение слушать в ней играет. Памела бодро погружается в тему.

«Моя практика: сижу, дышу, слушаю, – начинает она. – Выбранное мной искусство имеет такую форму, что им нужно делиться. Я пишу любовные письма своему возлюбленному, зная, что они будут прочтены. Буквально письмо ради письма. Я приставляю ручку к бумаге, слушаю слова – и записываю то, что слышу. Будто мое ухо соединено с чернилами. Я могу – а часто и на деле – удивиться написанному. – Памела потягивает чай и собирается с мыслями. Она продолжает: Когда я ничего не слышу, я прекращаю писать. Голос отчетливо открывает слово за словом. У него есть интонация, распевность и оттенок. Часто мелькает юмор, и я действительно „слышу“ буквы с искрой юмора и неуместной веселостью».

Нам приносят мисо. Как и обещали, свежий и вкусный. Памела зачерпывает ложку, затем кладет ее и продолжает мысль.

«Когда я пишу картины, – говорит она, – я легонько на все дую. Хотя это визуальный вид искусства, где опираются на увиденное, я слушаю свою кисть и четко следую заданному ею направлению. Штрихуя, я редко что-либо меняю. Я слушаю язык штриховки. – Памела смеется и, не задумываясь, продолжает: – Да, я хороший слушатель. Думаю, слушая, мы влюбляемся. Мы резонируем с другой энергией, слушая голос, сокрытый за словами, – Купидон любит ушами. Любовь требует, чтобы мы слушали: слова, паузы между слов, тишину. Мы должны выйти за пределы зоны комфорта, внимать неизведанному, обнажая душу. Я черпаю силы, стремление и смелость в умении слушать. Оно – танец любви, соль искусства».

КОГДА ПРИХОДИТ ЧЕРЕД ГОВОРИТЬ ПРОИЗВЕДЕНИЮ ИСКУССТВА, ХУДОЖНИК ОТХОДИТ В СТОРОНУ, НЕ ВМЕШИВАЕТСЯ. КОГДА ПОЛОТНО БЕРЕТ БРАЗДЫ ПРАВЛЕНИЯ, ХУДОЖНИК ЗАМОЛКАЕТ И СЛУШАЕТ.

– МАДЛЕН Л’ЭНГЛ

Приносят два блюда с суши. Несколько минут мы едим в тишине. Затем Памела продолжает: «Не умеешь слушать – не умеешь любить. Умение слушать дарует мне духовную связь с людьми во время творчества. Да, не слушаешь – значит, нет любви и нет связи».

Мы жадно поглощаем суши. Нам не хватило, поэтому заказываем по второму кругу. Памела воспользовалась паузой.

«Мне вещает Вселенная, – говорит она. – Сразу после развода я была на грани эмоциональной катастрофы и не понимала, как мне было нужно позаботиться о себе. Я начала замечать сирены – полицейские, пожарные, скорые. Сирена предупреждала, что я должна остановиться, вдохнуть, прислушаться к своему телу – ощутить себя здесь и сейчас. Сегодня, спустя десять лет, я продолжаю эту практику. Я слушаю и понимаю, что это интерактивное общение со Вселенной. Когда я слышу перезвон церковных колоколов, я останавливаюсь и молюсь. Вселенная меня учит через звуки».

Памела переходит к заключительной мысли: «У умения слушать древние истоки. Мифы, ангелы, духи, мистика. Оно вне времени. Есть пословица: верь глазам своим. Я говорю: верь ушам своим».

Попробуйте сделать

Умение слушать дарует нам связь с Высшими сферами. Взяв ручку, задайте себе вопрос: «Что мне нужно знать?» Запишите ответ. Голос мудрейшего Я. Серьезно отнеситесь к этому вопросу.

Министр в роли слушателя

«Я упорно думала, что мы договаривались на двенадцать тридцать, не на двенадцать», – извиняется министр Брендалин Бэтчелор, опоздав на запланированный обед в кафе «Love Yourself». На ней яркий полосатый топ и бирюзовые женские шаровары. Светлые волосы ниспадают шелковистой вуалью. Брендалин с трудом можно представить министром. Двадцатипятилетний опыт работы по специальности дает ей право на некоторую небрежность.

«Мне нравятся ваши волосы», – говорю я ей, но она отклоняет комплимент:

«Я их завтра собираюсь обрезать».

«А, ладно».

Брендалин подкладывает на банкетку толстую подушку.

Она просматривает меню, уже определившись с выбором: веганские блюда, основное – батат, листовая капуста, лук, грибы и авокадо. Она делает заказ. Я выбираю чашку овсянки с фруктами.

Пока мы ждем еду, я атакую Брендалин вопросами:

«Насколько важно уметь слушать для вашего духовного пути?»

Вопрос разжигает интерес Брендалин.

«Думаю, важно, – отвечает она. – Я всегда слушаю свой внутренний голос». И похлопывает по груди, будто выбивая ответ.

«Как вы слушаете?» – спрашиваю я, воображая Брендалин во время молитвы.

«Ну, – говорит она, – я медитирую два раза в день, по часу. Я умолкаю и обращаюсь к ощущениям своего тела. Ничего особенного не делаю, просто примечаю, что происходит».

Приносят еду, и Брендалин переключается на нее.

Я терпеливо жду продолжения. Между закусками Брендалин говорит: «Я слушаю тишину и получаю информацию. Мне указывают последующие шаги».

Я делаю паузу и погружаю ложку в овсянку. Затем спрашиваю: «Итак, вы сосредоточиваетесь на слушании и ваше внимание окупается?»

«Да, – говорит Брендалин, – точно. Недавно я услышала фразу, которой можно описать мой опыт. Оратор сказал, что духовное слушание – это „умение слушать вовне“. Я услышала это и подумала: „А ведь точно“».

«Вы молитесь, чтобы вас направили?»

Брендалин кладет вилку и объясняет: «Я слушаю внутренний голос. Я не верю в классического Бога». Она продолжает есть, откусывая поочередно то кусочек батата, то авокадо. Брендалин практикует осознанное питание, как рекомендует Тхить Нят Хань.

Она поясняет подробнее: «Я – частица Бога, а часть Бога во мне». Ее шелковистый боб взмахивает в такт сказанному.

«Я верю во внемлющего Бога», – говорю я ей.

«А я всегда верю в умение слушать», – отвечает Брендалин.

Она вонзает зубы в последний кусочек батата, давая мне возможность порассуждать о ее концепции внутренней богини, которую она всегда слушает.

ДА ПРЕБУДЕТ С ВАМИ ГЛАС ИНТУИЦИИ, И ПУСТЬ ВАША ИНТУИЦИЯ ПОЕТ.

– ДЖОДИ ЛИВОН

«Итак, я верю во внемлющего Бога, а вы в гласящего Бога?»

«Типа того. Ко мне приходит практическая информация – я слышу, какие шаги надо предпринять». – Брендалин описывает так называемую духовную радиоантенну.

Как она утверждает, ее дело – «остаться включенной».

«Я не верю в Бога за пределами себя, – объясняет Брендалин. – Вместо этого я верю во внутреннюю богиню».

«Итак, когда вы молитесь, вы молитесь себе?»

«Вроде того. Я не верю в волю чужого Бога».

«Но есть ли у вашей внутренней богини план?»

«Я верю, что, слушая, получаю план. Как я упоминала ранее, я – частица Бога и часть Бога живет во мне. Умение слушать – ключевой навык».

Попробуйте сделать

Составьте список из пяти качеств, которые, как вам внушили в детстве, есть у Бога. Просмотрите свой список. Какие качества, если таковые имеются, вы бы хотели сохранить? Теперь выпишите пять качеств, которые вам бы хотелось видеть у Бога. Ваш идеальный Бог был бы… добрый, забавный, мудрый, нежный, щедрый?..

Слушаем состояние физического тела

Мишель Ворсо, тренер по физической культуре, полагает, что «это все – ключевой момент в моей работе». Тонкая, звонкая, красивая. Она – ходячая реклама собственной теории. «Я слушаю, чтобы не допустить травмирование клиентов. Они говорят мне, когда начинают испытывать дискомфорт. Я слушаю и корректирую их рутинные действия. Конечно, все хотят стать стройнее, но для этого нужно время и систематическая забота о себе. Я иду медленным шагом, результаты того стоят».

Страстная поборница прогулок, Ворсо ходит гулять ежедневно и вдохновляет клиентов делать то же самое. «Ходьба хорошо влияет на спину, – утверждает она. – Даже пятиминутная прогулка даст ощутимый результат». Ворсо продолжает мысль: «Любая нагрузка полезна – пять минут, десять минут. Здесь дело в частоте.

Не думайте, что вам нужна именно долгая прогулка. Шаг за шагом вы придете к результату».

Получасовая тренировка с Ворсо начинается с кардио: десять минут на велотренажере, пять минут на беговой дорожке. Далее работаем на мате с утяжелителями. После этого выполняем упражнения на баланс и заканчиваем растяжкой. Всю тренировку Ворсо сохраняет выраженный оптимизм. Она отмечает даже самые мелкие достижения.

Слушать – значит читать между строк, улавливая несказанное, нечто такое, о чем ваш собеседник вещает бессознательно.

Уже полгода я тренируюсь с Ворсо три раза в неделю. Сначала стандартные упражнения казались мне сложными, потом стало проще. Утяжелителей стало больше, интервал сократился. Ворсо отмечает, что я, хотя и не снизила вес, заметно подтянулась. Зеркало это подтверждает. Я рвусь увеличить нагрузку, но Ворсо не хочет перегружать меня. Прислушиваясь к сигналам моего тела, она оставляет полчаса, считая, что тише едешь – дальше будешь.

«Как спина?» – спрашивает она. Я с радостью докладываю, что спина не болит.

РАДУГА ДУШИ ИМЕЕТ БОЛЬШЕ ОТТЕНКОВ, ЧЕМ НЕБЕСНЫЕ ЗВЕЗДЫ.

– МАТШОНА ДЛИВАЙО

До того, как мы начали работать, я страдала хроническими болями в спине. Мышцы на правой стороне были сильнее напряжены, чем на левой. При помощи растяжки Ворсо смогла их выровнять. «Теперь, если у вас снова начнет болеть спина, делайте растяжку, – инструктирует она меня. – И сообщите мне. Я умею хорошо слушать, но не умею читать мысли».

«А я могла бы запросто в это поверить». За время нашей работы Ворсо часто интуитивно понимала, что мне больно, до того, как я это проговаривала. Меня мог выдать вздох или стон. Ворсо обращает внимание на малейший звук. Как выразилась Брендалин, она слушает «двойным рядом ушей».

Для нее совершенствование тела равно духовному пути. Сначала она настраивается на Высшую силу, а уже потом на клиента. Ее ведут вперед поэтапно. Она – целитель от Бога, чувствует сострадание к клиентам и их проблемным местам. Невероятная красавица, Ворсо трудится над тем, чтобы раскрыть внутреннюю красоту других людей. Терпеливая, толерантная, нежная – она делает свою работу не спеша и аккуратно. Она задает вопросы и внимательно выслушивает ответы клиента.

ИНТУИЦИЯ – УМЕНИЕ ВИДЕТЬ ДУШОЙ.

– ДИН КУНТЦ

Мягко и эффективно Ворсо помогает вам встать на путь восстановления здоровья. Прислушиваясь к малейшим знакам, исходящим от клиентов, она складывает мозаику их прогресса. Ее оптимизм заражает тех, кто с ней работает. Я благодарю ее за заботу, но она не признает свою заслугу. «Мне не все равно», – объясняет она. Ее небезразличие очевидно – и целительно.

Попробуйте сделать

Замедлите шаг и обратите внимание на то, что вы внезапно начали замечать вокруг. Давайте признаем: суета порождает тревожность, а неторопливость можно приравнять к знанию.

Риелтор в роли слушателя

Риелтор из Манхэттена, Сьюзан Сили, звонит мне «узнать, как дела». Мы подружились десять лет назад, когда я жила в Нью-Йорке, и наша связь сохранилась, несмотря на расстояния. Сьюзан – ветеран духовного пути. Она занимается этим уже тридцать восемь лет и входит в топ лучших риелторов Манхэттена. Ее опыт идет рука об руку со скромностью – выигрышное сочетание, – и она списывает свою головокружительную карьеру на умение слушать. Сьюзан соотносит свои предложения с высказанными и невысказанными потребностями и желаниями клиентов.

«Я слушаю их реакцию и смотрю на язык тела. По знакам и намекам можно угадать их предпочтения. Возьмем, к примеру, сегодняшний случай. На Лексингтон-авеню проходила уличная ярмарка, а я показывала апартаменты с окнами во двор на четвертом этаже по адресу Лексингтон, д. 92. Окна квартиры выходили на городские сады. Там царила спокойная и тихая атмосфера. Паре, которой я показала апартаменты, импонировала тишина. Я слушала их, а они слушали роскошное безмолвие квартиры в шумном городе. Жена ходила из комнаты в комнату, мысленно расставляя мебель. Муж стоял неподвижно и вбирал в себя тишину. Я позволила квартире говорить за себя. Окна были распахнуты, но из них не доносилось ни звука, можно было наслаждаться покоем».

О ЧЕМ Я СЕЙЧАС: НАМ НУЖНО ЗАХОТЕТЬ ПОЗВОЛИТЬ ИНТУИЦИИ НАПРАВЛЯТЬ НАС, А ЗАТЕМ НЕУКОСНИТЕЛЬНО И БЕССТРАШНО ВЫПОЛНЯТЬ ЕЕ УКАЗАНИЯ.

– ШАКТИ ГАВЕЙН

Сьюзан делает паузу, а затем задумчиво продолжает: «Слушать – значит полностью посвятить чему-то свое внимание. Никогда не спешите закончить разговор. Умение разговорить клиента – целое искусство, и нужно терпение, чтобы выслушать его пространную речь. – Сьюзан вновь берет паузу. Ей хочется выразиться максимально точно. Она говорит: – Умение слушать помогает завести новых друзей. И это самое лучшее, что я знаю о нем. Задайте вопрос, выслушайте ответ, затем уточните. Тогда ваш собеседник поймет, что вы реально его слушаете. Слушать – значит читать между строк, улавливая несказанное, нечто такое, о чем ваш собеседник вещает бессознательно. – Сьюзан снова умокает и продолжает: – Очень важно уметь слушать, если вы работаете в сфере недвижимости. Иногда приходится слушать не ушами, а глазами. Ведь о многом говорит язык тела – открытые или закрытые позы. Львиная доля моего успеха зависит от умения слушать».

Пока Сьюзан говорит, я подмечаю ее обостренную способность воспринимать целостную картину мира клиента и интуитивно ее интерпретировать. Выбор дома сугубо индивидуален, и когда Сьюзан «сводит» людей и дома, в игру вступает лучшая комбинация карт – назовите это вдохновением, прозорливостью или планидой. Да, количество солнечного света и спален должно соответствовать ожиданиям. Да, цена, расположение и стиль дома, безусловно, важны. Но чувство «как дома» гораздо более иллюзорно, и умение Сьюзан улавливать эту химию – ощущать пространство человека – это ее личный незаурядный талант.

Попробуйте сделать

Вспомните ситуацию, когда вас направляли. Вы ощущали себя мудрее, чем обычно, и переживали чувство, будто вам дают указания. Как и Сьюзан, вы слушали и чувствовали, что вас ведут.

Текущая проверка

Вы не забросили Утренние страницы, Даты творчества и Прогулки?

Что вы открыли, слушая осознанно тихий внутренний голос?

Вы находите, что стали ближе самому(ой) себе?

Вы испытывали сопротивление? Получилось его преодолеть?

Назовите один запоминающийся опыт, связанный со слушанием. Какого рода озарение к вам пришло?

Неделя 4
Слушаем потусторонний мир

На этой неделе мы будем вслушиваться еще глубже и научимся устанавливать связь с усопшими. Поскольку у нас уже выработалась привычка слушать – окружающий мир, людей и высшее Я, – следующий этап дастся нам легче, чем кажется. Ушедшие в мир иной могут оказаться ближе, чем мы ожидали, и если мы сумеем преодолеть собственное сопротивление, их голоса зазвучат обыденно и мягко.

Четвертый инструмент – умение слушать требует от нас внимать потустороннему миру. Для этого вы должны быть открыты духовно.

Вразрез многочисленным сообществам, где к предкам обращаются за помощью и напутствием, в нашем обществе принято считать, что усопшие не могут с нами связаться. «Не совсем так», – возражает умение слушать. Если мы открыты этому опыту, мы можем услышать голоса умерших. Всего-то нужно захотеть поставить эксперимент. Когда мы обращаемся к ушедшим в мир иной любимым, они отвечают нам. Нередко они говорят с нами так же, как говорили при жизни. Вам просто надо открыть эту дверь. Итак, мы пишем: «Я могу поговорить с X?» Ответ приходит легко и быстро. Мы «слышим» голос любимого, иногда он звучит так четко, что мы сомневаемся, а не реальность ли это. Но что, если и правда реальность? «Не сомневайся, между нами есть связь». И поэтому нужно отставить скептицизм и быть незащищенными, открытыми детьми. Если мы начнем сотрудничать, наградой станет общение.

НЕВИДИМЫЕ НИТИ САМЫЕ КРЕПКИЕ.

– ФРИДРИХ НИЦШЕ

Я ежедневно общаюсь с умершими. Они слышат меня и отвечают. Сперва я обращаюсь к подруге Джейн Сесил, при жизни мы были близки, и я часто прибегала к ее советам. Каждый день я говорила с ней и благодарила за мудрые напутствия.

«Я могу поговорить с Джейн?» – спрашиваю я и немедленно слышу ответ:

«Джулия, я уже здесь. – Она продолжает: – Ты идешь по верному пути. Я не вижу ошибок».

Поприветствовав и успокоив меня, Джейн готова говорить более детально. Она обращает свое внимание на актуальный вопрос. «Книга хорошо продвигается, – говорит она мне. – Не теряй темп. Не критикуй себя».

Джейн говорит прямо и кратко. Ее слова успокаивают, со сверхъестественной точностью обращаясь к моим злободневным проблемам. Иногда Джейн обозначает проблему до того, как я ее определила. Джейн может сказать: «Ты чиста и трезва. Ты не поддашься, не начнешь пить». До того, как Джейн заговорила, я неосознанно бранила себя за выпивку. Но вот проблема и обозначена. Мудрость Джейн превзошла мою собственную.

Реально вслушиваясь в сказанное людьми, вы проявляете к ним уважение.

После «разговора» с Джейн я обращаюсь к другой подруге, Эльберте Хонщтейн, заводчице лошадей породы Моргана, которых использовали в чемпионатах. Дух Эльберты сохранил любовь к скачкам. «Джулия, ты чемпион, – может сказать мне она. – Никакое препятствие тебя не остановит. Ты сильная. Я дам тебе выносливость и благость».

Слова Эльберты, как и слова Джейн, подбадривают меня. Они касаются моих «скрытых страхов». Мне тревожно, что я недотягиваю, но Эльберта уверяет, что я даже перевыполняю план. Она называет меня чемпионом – на сленге конных заводчиков это «отлично».

Как и Джейн, Эльберта заставляет меня поверить в реальность нашей связи. «Ты обращаешься ко мне, а я к тебе», – уверяет меня подруга.

«Ты говоришь со мной, а я с тобой, – настаивает она. – У нас все как обычно было. Наша связь вечна».

СМЕРТЬ ЗАВЕРШАЕТ ЖИЗНЬ, НО НЕ ОТНОШЕНИЯ.

– МИТЧ АЛБОМ

Ее уверенность заставляет меня верить. Когда я записываю «услышанное», то думаю, что многим людям стоит попробовать этот простой инструмент.

Спросите, чтобы «услышать», и слушайте. Меня заставила необходимость обратиться к подругам. При жизни мы разговаривали каждый день. После их смерти привычка осталась. Были темы, которые я могла поднять только с Джейн, только с Эльбертой. Моя потребность в них привела к тому, что я слушаю. Я спрашиваю: «Могу я поговорить с Джейн об X?» – а затем слушаю, будто она находится со мной в одной комнате. Я выяснила, что так и есть. Взяв ручку в ручку, я начала писать, что Джейн диктует «об X».

То же самое с Эльбертой. При жизни я часто просила ее за меня молиться. Нервничая из-за своего преподавания, я звонила и просила: «Включи меня в свой молебный список». Молитвы Эльберты давали мне уверенность в себе. Я чувствовала их непоколебимый эффект. Когда наступила ее внезапная и неожиданная смерть, я отправляла просьбы в тонкий мир: «Эльберта, пожалуйста, помоги мне». Взяв ручку, я слушала ответы.

«Ты отлично справишься, – пообещала Эльберта из эфира. – Я наделю тебя мудростью, стойкостью и благостью».

Записывая «услышанное», я поймала себя на том, что восхищаюсь уравновешенностью и чувством собственного достоинства Эльберты – после смерти таким же, как и при жизни.

И Джейн, и Эльберта сохранили свои качества. Они остались заметно «все теми же». Когда я обращаюсь к ним, они отвечают, являя горячее желание выйти со мной на связь. Их послания всегда вдохновляли.

После контакта с ними я чувствую, что они меня видели. Складывается впечатление, будто я при жизни пригласила их в гости и насладилась их обществом. У меня возникает чувство, что они не ушли от меня насовсем. Какое-то время я не разглашала их «визиты». Наш контакт ощущался настолько реальным, что я не хотела услышать в его адрес сомнения или скептицизм от третьих лиц. Со временем вера в то, что мы реально контактируем, крепла, а не слабела. Я доверилась нескольким избранным подругам, рассказала о нашей связи.

«Джейн сказала», говорила я или «Эльберта упомянула…». К облегчению, подруги не осмеяли мою откровенность. Я боялась, что со стороны это прозвучит так, будто я слегка тронулась.

Когда я высказала этот страх, к нему отнеслись с пониманием. Как отметила одна моя подруга: «Джулия, суеверия – это нормально».

«Повезло тебе, что ты можешь контактировать напрямую», – говорит мне Скотти Пирс. Но я думаю, везение почти не имеет к этому отношения. Это вопрос непредубежденности. Если все больше людей начнет экспериментировать, беседуя с усопшими любимыми людьми, общение с ними станет обычным делом.

«Но, Джулия, что, если ответы из загробного мира – это просто принятие желаемого за действительность?»

Если и так, то «принятие желаемого за действительность» ведет меня в верном направлении. В позитиве вреда быть не может. Контакт повышает нашу самоценность.

ОСОЗНАЙТЕ, ЧТО ВСЕ ВЗАИМОСВЯЗАНО.

– ЛЕОНАРДО ДА ВИНЧИ

Страстно желая соответствовать сказанному, мы становимся лучше, сильнее. «Выдача желаемого за действительность» продвигает нас вперед. Со дня смерти Джейн прошло три года, а со дня смерти Эльберты – два. Я сразу начала им писать, и теперь у меня накопились сообщения за несколько лет. Пролистывая дневники, я вижу, что сообщения в целом примерно одинаковые. Они звучат жизнеутверждающе и оптимистично. Они побуждают меня верить, что я не сбилась с пути, что меня бережно направляют. Ко мне не приходят страшные предзнаменования. Возможно, подруги держат проблемы под контролем.

«Джулия, – слышу я Эльберту, – с твоими творческими способностями ничего не случилось».

«Джулия, – вторит Джейн, – ты, как всегда, сильна».

Иногда я читаю эти диктовки Скотти Пирс. Когда я делюсь с ней тем или иным жизненным вопросом, она спрашивает: «Ты просила дать тебе направление? Что сказали Джейн и Эльберта?» За эти годы Скотти, как и я, начала доверять таким советам. Со своей стороны, я теперь могу обсуждать с ней эти сообщения. Она слушает меня внимательно и никогда не говорит, что у меня поехала крыша.

Еще один кандидат на доверие – мое зеркало правды Соня Шокетт. Когда я рассказываю ей об ответах почивших подруг, она настаивает, чтобы я отнеслась к этой информации с доверием. Когда признаюсь, что контакт с ними дается мне легко – так легко, что я порой сомневаюсь, а не в реальности ли он происходит, – Соня, парапсихолог в третьем поколении, бранит меня: «Не думай, что это должно быть трудно. Общение с духами должно быть легким и естественным. Не думай, что тебе для этого нужно обучение». Итак, необученная, но широкая во взглядах, я продолжаю контактировать. Спрашиваю: «Могу я услышать Джейн? Могу я услышать Эльберту?» Я слушаю их ответы. Они – неотъемлемая часть моего умения слушать. Я научилась верить, что их слова реальны.

У УТРАЧЕННОГО НАМИ ЕСТЬ СПОСОБНОСТЬ ВОЗВРАЩАТЬСЯ К НАМ В КОНЦЕ, ИНОГДА НЕОЖИДАННЫМИ ПУТЯМИ.

– ДЖ. К. РОУЛИНГ

В начале исследование этого контакта может возникнуть соблазн не считаться с потусторонними посланиями. «Разве может получиться так просто? – удивляемся мы. – Разве не стоит приложить усилия, чтобы „услышать“ загробный мир?»

Соня Шокетт настаивает, что это не так.

Здесь важно четко ожидать, что мы можем услышать и услышим голоса любимых людей. Мост в иной мир можно выстроить чисто на остром стремлении контактировать. Мы молимся, чтобы услышать, и действительно слышим голоса любимых, откликающихся на наш призыв.

МИР ПОКАЖЕТСЯ ПУСТЫМ, ЕСЛИ ДУМАТЬ ТОЛЬКО О ГОРАХ, РЕКАХ И ГОРОДАХ. В ЦВЕТУЩИЙ САД НАШ МИР ПРЕВРАЩАЮТ МЫСЛИ О ТОМ, ЧТО КТО-ТО ЧУВСТВУЕТ И ДУМАЕТ ВМЕСТЕ С НАМИ, ТЕ, КТО, НЕСМОТРЯ НА НЕВОЗМОЖНОСТЬ БЫТЬ РЯДОМ, БЛИЗКИ НАМ ПО ДУХУ.

– ИОГАНН ВОЛЬФГАНГ ФОН ГЁТЕ

Их слова вселяют в нас оптимизм. «Не сомневайся, что мы на связи», – говорят они. Итак, мы должны научиться отвергать свои сомнения. Мы должны поверить, что слова приходят в наше сознание из тонкого мира. Мы слушаем и записываем «услышанное». Любимые люди говорят с нами так нежно и спокойно. В отличие от нас, они не сомневаются в этой связи. Наоборот, они ей рады – и нам тоже. Их слова звучат ясно. Мы записываем информацию и находим в ней утешение. Намерения любимых людей осязаемы. К нам приходит ощущение благополучия. Когда мы выходим в тонкий мир к своим любимым, они отвечают нам. Нас любят, и мы чувствуем эту любовь даже после ухода близких «в мир иной». «Я могу поговорить с X?» – отправляем мы запрос, будто звоним по телефону. X отвечает нам. «Ты под моей опекой, в безопасности, под защитой», – говорят нам. Мы водим ручкой по странице, записывая диктант, любимые отправляют нам послания через мир письма. Вот он, контакт в черно-белых тонах!

Попробуйте сделать

Я предлагаю вам немного свихнуться. Выберите друга или члена семьи, с которым были особо близки при жизни. Задайте простой вопрос: «Могу я услышать X?» Будьте готовы к тому, что вам быстро ответят «да». Выслушайте, что расскажет вам X.

Очень часто процесс будет вас вдохновлять, будто вы подхватываете нить заветной беседы. Информация может быть краткой, но всегда однозначной. Вероятнее всего, она даст вам ощущение, что вы любимы. Поблагодарите собеседника за то, что он(а) вышел(ла) на связь. По желанию можете пообещать вскоре снова установить контакт.

Слушая потусторонний мир

Сьюзан Лэндер – большеглазая шатенка с короткой стрижкой. Она выглядит приземленной и такова и есть. Сьюзан зарабатывает на жизнь в роли медиума и парапсихолога. Она общается с ушедшими. Лэндер – мое зеркало правды. С ней я делюсь опытом связи с потусторонним миром, и меня заражает ее спокойная уверенность в этой теме. Сьюзан верит, что жизнь после смерти, вопреки общепринятому мнению, так же реальна, как и жизнь на земле. Разговоры с Лэндер приятно будоражат. Я беру телефон и звоню ей во Флориду. Прошу поговорить о жизни после смерти, и мы радостно щебечем.

«Для меня существует умение слушать в разных измерениях, – поясняет Сьюзан. – Можно слушать, участвуя в общем разговоре. Здесь я стараюсь не быть слишком поверхностной, но часто ловлю себя на том, что не вслушиваюсь глубоко, скорее слушаю ради того, чтобы ответить. Это сложно, ведь я люблю делиться опытом.