Месть бывшего босса Рокс Лили
Парень остается в спальне, а я закрываю дверь за ним и плетусь на кухню, мне срочно нужно кофе или чего покрепче. Уже совсем скоро моя месть воплотиться в жизнь. Сердце трепещем и делает кульбиты. Я дико нервничаю. Мне сейчас нужен Павел и хороший секс!
– Так, успокойся! Завтра все пройдет, как по маслу. И ты будешь отомщена! Он заплатит за всю твою боль своими мучениями.
Я делаю глубокий вдох и медленно выдыхаю, приводя сердцебиение в нормальное состояние. Ладно, надо идти в постель, завтра будет трудный день и вечер.
Мы довольно скудно “отзанимались” любовью и оба уснули крепким сном.
* * *
Я подорвалась в полвосьмого утра, больше спать мой организм отказывался. Еще с полчасика я повалялась в кровати, еще раз прокручивая картину похищения. Вот он выходит из клуба, вот идет вдоль дороги, вот начинает переходить дорогу, и тут мы на машине, не на очень большой скорости, сбиваем эту тушу с ног. Визг тормозов и мы с Павлом и Иваном заталкиваем его в багажник, надеваем мешок на голову, Паша делает ему укол снотворного и мы едем в наш райский домик.
Дааа, от этих мыслей у меня засосало под ложечкой. Все так и будет. Пройдет легко, как ножом по маслу. Я улыбаюсь и встаю с кровати. Павел еще крепко спит, но я не хочу его будить. Пусть выспится, все-таки, он наш главный мозг операции. А свежесть сознания, ему нужна будет сегодня, как никогда! Еще нам надо будет успеть сгонять на заправку, залить полный бак и канистру двадцатилитровую, на всякий случай. Дел невпроворот!
Захожу на кухню, а там уже сидит скучающий Иван.
– Доброе утро, тоже не спится? – весело спрашивает он меня.
– Ну да… Переживаю, не могу спать! – отзываюсь я и стараюсь не смотреть на него. Мне так неловко, что я вчера пялилась на его ширинку. Что на меня нашло?
– Я тоже почти не спал! Кровь будоражит! Я уже знаю Пашку сто лет, но когда он мне позвонил и предложил встретиться, а потом рассказал, какие дела у вас творятся, я просто опешил!
– Иван, мы тебе очень благодарны, что ты отозвался помочь!
– Конечно же я согласился помочь, потому что меня всегда бесили такие мрази, как этот твой, Сергей! Ты главное, не переживай, все пройдет, как нельзя лучше! Я работаю в органах, я помогу, если что. Прикрою. Довезем “груз” без проблем. Да, и когда его искать начнут, помогу замести его следы, чтобы думали, что уехал навсегда, сбежал в другую страну. – Иван говорит, а у меня словно бальзам медленно по сердце разливается. Я чувствую, что так сильно благодарна ему. Подхожу и целую его в щеку. Обнимаю и глажу.
Иван вздрагивает. Неожидал, что я начну проявлять свою симпатию, с таким жаром.
Мой взгляд снова скользит к его промежности, и я вижу, как его член выпирает из штанов.
Черт, какое-то наваждение! Не могу ничего с собой поделать, чувство скорой мести и чувство восстановления справедливости, так сильно заводят меня, что я постоянно теперь хочу секса!
Моя рука осторожно скользит к его ноге и, привычным движением, ощупывает хозяйство, оценивая размер и полезность.
Иван смотрит на меня ошарашено. Я понимаю, что творю сейчас, какую-то дичь.
– Извини, я не хотела, это вышло случайно… – я опускаю голову и быстро ухожу с кухни.
Боже, опять эта неловкая ситуация. А если он расскажет Павлу? Я же не знаю, как Павел отнесется к моей выходке! Хотя, я вроде не замечала за ним ревность, пока мы жили вместе.
Правда, несколько раз в прошлом, были ситуации, когда я еще жила с покойным мужем, Павел признавался мне в любви и говорил, что ревнует меня к мужу.
Мы этот вопрос тогда втроем решили. Муж объяснил ему правила игры, Павел их принял и в нашей семье на долгое время, снова воцарился мир.
Может быть, мне намекнуть Павлу, что я не против, чтобы мы снова занимались любовью втроем? Возможно, это поможет Павлу раскрыться. Я же вижу, что ему, чего-то не хватает. И мне тоже не хватает кого-то третьего. Мы постоянно чувствуем эту пустоту. Иногда, она просто разрывает нас на части. Но мы никогда не говорим об этом. Мы просто знаем, что она изводит нас и терзает.
Мы ждем, когда это прекратится, но пустота не уходит и продолжает напоминать о себе, время от времени.
Спускаюсь в подвал, где я оставила, сладко спать, моего любимого. Пора ему просыпаться, я больше не могу терпеть, я вся горю! Мне сейчас нужна хорошая встряска!
Осторожно подкрадываюсь к нему и залезаю под одеяло. Начинаю наблюдать за ним. Говорят, что если пристально смотреть на спящего человека, то он обязательно почувствует это и проснется. Интересно, правда это или вымысел?
Жду полминуты и начинаю терять самообладание. Моя больная фантазия уже во всю играет и рисует картинки. Вспоминаю вчерашнюю ночь. Волшебно! Задница до сих пор болит от порки и внезапного вторжения наглого члена Павла, но мне дико хочется повторить сейчас, что-то дикое и дерзкое! Хочу снова испытать на себе его власть!
До встречи моего покойного мужа, никогда в моих сексуальных фантазиях даже не мелькало и намека на порку, грубость, резкое поведение моего партнера. Когда меня били клиенты в притоне, я испытывала дискомфорт и сильное чувство досады, что не могу постоять за себя.
Для меня всегда секс был чем-то невероятно чувственным, нежным, эмоциональным, тем, от чего без ума двое любящих друг друга людей. Но сейчас, меня как будто подменили.
После встречи моего любимого покойного Вениамина, я узнала настоящее удовольствие от боли, которое способно помочь превратить простой оргазм в сверхестественное чувство, сводящее с ума и заставляющее чувствовать себя настоящим животным.
Павел, по приказу бывшего мужа, часто порол меня и насиловал, мне не всегда это нравилось и часто было, чертовски, больно, но затем я всегда получала такое наслаждение, что соглашалась на эти игры снова и снова. Они вдвоем устраивали мне настоящее шоу! Павел был правой рукой Вениамина и просто выполнял его приказы, хотя он и сам, не прочь применить силу. В этом они нашли друг друга и сдружились.
Да, это было удивительное время… Много воды утекло с тех пор. Но мне, по прежнему, не хватает этих игр.
А после того, как я потеряла Вениамина, сына и любимого свекра, мое восприятие сексуального удовольствия преобразилось.
Я внезапно стала снова получать наслаждение от порки во время сексуальных игр с Павлом. Я ощущаю боль от шлепка в первый момент, а потом, боль превращается в приятное тепло, которое так сильно начинает меня возбуждать, что я больше ни о чем другом думать не могу, лишь бы скорее заняться сексом с ним.
Я теряю голову от его грубости, когда мы вдвоем. Когда он грубо щипает и кусает мою грудь и тело, шлепает изо всех сил рукой по ягодицам, и звук от шлепков заводит меня еще больше. Я мечтаю, чтобы он связал мне сзади руки, и я стала, полностью, беспомощной.
В эти моменты он может со мной делать все что угодно, проявляя свою власть надо мной. Ведь он мужчина, и я хочу ощущать полный контроль за моими действиями и за мной. Он доминирует надо мной, потому что я женщина и я должна подчиняться ему.
Своими действиями он способен перевернуть мой мир, мои представления о сексе. И этот опыт может быть настолько необычным, что каждый раз, когда я представляю наши игры с плеткой и наручниками, я чувствую, что начинаю терять голову и хочу, как можно скорее снова заняться этим с ним.
Пробираюсь к его члену и начинаю ласкать его. Конечно же, Павел от такого проснется гораздо быстрее, чем от идиотской попытки разбудить его пристальным взглядом. Какой идиот это придумал? Надо бы ему сказать, что я нашла более действенный метод.
– Милый, у меня к тебе внезапное предложение… – начинаю я осторожно, чтобы не напугать его, пока он только еще просыпается.
– Да, котенок, ты опять хочешь с утра какой-нибудь жести? – шутит он и улыбается.
– Я хотела поговорить о том, что мы могли бы разнообразить нашу сексуальную жизнь, – начинаю намекать, заходя издалека.
– Куда еще то разнообразить? Извини, у меня не так хорошо работает фантазия… Вроде мы и так неплохо развлекаемся… – он привычно наматывает мои волосы на руку и возвращает мой рот к своему члену, явно намекая, что разговоры его, сейчас, не особо интересуют.
Ласкаю его язычком и вижу, как он заводиться. Это интересное устройство на члене, называемое струной, почему мужчины сходят с ума, если начинаешь работать с ним вплотную? Я вижу, что тело Павла начинает ходить ходуном, стоит только моему языку пробежаться несколько раз и задеть его тетиву.
– Милый, – решаю я брать быка за рога, – А как ты смотришь на то, если к нам присоединиться кто-нибудь третий?
Произношу и снова берусь за его инструмент. Пока он думает, я смогу как следует, наиграться. Во время минета он довольно долго думает. Переживаю, как он отреагирует… А вдруг, мое предложение выбесит его? Вдруг, он подумает, что плохо меня удовлетворяет и я захотела разнообразия? Надо было раньше об этом думать…
Пауза затянулась и я страшно нервничаю…
– Хорошо, – отвечает он, словно проснувшись от долгого сна. – Кого ты хочешь привлечь к этому ответственному делу?
– Да, хоть Ивана! – быстро говорю я и полностью заглатываю член, чтобы не дать Павлу ни единого шанса отказать мне.
– Да! Да, детка, вот так! – стонет он, – Можешь слегка покусать его зубками? Нежнее, как ты умеешь…
Я осторожно покусываю член и, перодически, ласкаю его языком. Паше нравятся такие игры, он говорит, что это придает остроту ощущений.
– Давай! Я поговорю с ним! Только не останавливайся, так хорошо! Что же ты творишь со мной, чертовка! С утра такой треш тут устроила! – я осторожно смотрю на него, он закусил нижнюю губу и скривил лицо так, словно я его пытаю. Неужели, его так мои зубки заводят?
Начинаю двигаться все быстрее, и Павел уже весь изнемогает от нетерпения. Он грубо хватает меня за волосы и разворачивает к себе мою голову, заставляет смотреть ему в глаза. Затем сдавливает рукой шею, заставляя меня показать ему мой животный страх.
– Чертовка, опять плохо сосешь?! – рычит он и снова насаживает мою голову на свой член, помогая себе рукой и одновременно, ускоряя темп.
– Я стараюсь… Хочу чтоб ты кончил, – пытаюсь оторваться от его члена и произнести эти слова, но губы меня не слушаются.
Он вновь силой возвращает мою голову и держит ее руками, сам начинает судорожно подпрыгивать на месте, вгоняя в меня свой ствол. Одна рука снова хватает мою шею и он начинает щупать то место, где его член раздвигает мою гортань.
Мне трудно дышать от его сильной ладони на шее, но от этого наслаждение еще ярче. Он всегда безошибочно понимает, от чего я возбуждаюсь, хотя я никогда в этом не признаюсь.
Он спускается на пол и встает на ноги, затем подтягивает меня, лежащую на спине, к краю кровати, так, чтоб свесилась голова.
Его мужское достоинство снова входит, как по маслу в мое горло. Я выгнулась в спине, держу его за ягодицы, направляя все глубже к себе в горло.
А Павел уверенно возвышаясь надо мной, ползет руками по моему телу, касается живота, и уже дотягивается до самого сокровенного места. Его нежные, но властные пальчики двигаются все резче и глубже, он практически разрывает меня ими. Я хриплю от настигающих меня волн, от огромного члена, перекрывающего кислород, и от того, как он толчками кончает в меня.
Павел тяжело дышит и осторожно вытаскивает из меня свой член. Я быстро переворачиваюсь на живот и мои руки проскальзывают по его, все еще, напряженному инструменту вверх и вниз, я захлебываюсь слюной, посасывая его головку, и чувствую, что он вновь задает все более быстрый темп рукой на моем затылке. Ничего себе, он же почти не отдыхал, а его член снова приобретает богатырскую силу! Любой молодой парень позавидовал бы такому потенциалу.
В подвале нет солнечного света и кажется, что сейчас поздняя ночь. Тут всегда поздняя ночь, может быть поэтому, мне нравится заниматься любовью именно в этом месте?
Павел прекрасно знает, что я еще горю от желания. Мой пожар не потушен, и все тело просит прикосновений. Я возбуждаюсь от каждого движения в мою сторону, от каждого его прикосновения и настойчиво жду, что он сделает что-то такое, о чем я потом буду вспоминать с мурашками по коже.
Он бережно укладывает меня на кровать, проходится руками по груди, животу. Скользит снова и снова, позволяя мне растворяться в его сильных руках.
Павел сводит с ума своей близостью.
– Войди в меня! – шепчу ему на ухо, – Я хочу кончить, пожалуйста, сделай это так, как я люблю!
Павел прекрасно осведомлен, о чем я мечтаю. Его руки настойчивы и опытны. Он вставляет в меня своего ожившего монстра и начинает двигать телом – резко и быстро. От каждого поступательного движения, мои кулаки сильнее сминают простыни, а зубы кусают губы в кровь.
Я кричу, как сумасшедшая. Скольжу под ним своим горящим телом, и каждое прикосновение, отзывается во мне дрожью.
Полностью теряю контроль над собой, я просто как оголенные провода. В ушах звенит, голова кружится. Реальность ускользает, с очередным движением его изящного тела, все внутри вдруг пронзает током. Дальше все как в тумане. Помню, что хрипну от крика. Помню, как он удовлетворенно шепчет:
– Да, моя дьяволица, кончай!
Он дожидается, когда мое тело закочнит сотрясаться от нахлынувшего оргазма и затем быстро выходит из меня и быстро хватает за плечи. Поднимает.
– Становись на колени, соси, живо! – приказывает он, и взяв меня рукой за волосы, все глубже насаживает меня губками. Я заглатываю его полностью, слезы текут по лицу, я знаю, что он вот-вот кончит.
Момент, когда мой Паша кончает, каждый раз, словно первый. Он всегда уникален и я жду его, с нетерпением и благоговением.
Еще пару резких движений, и он вынимает член, брызгая мне на лицо горячими струями. Он сладостно стонет, и мое сердце умиляется от трепета. Он такой милый и беззащитный, когда кончает. Именно в этот момент я чувствую, как из сильного и властного мужчины, он становиться на миг потерянным мальчиком. Словно я обнажила все его маски и он открыл мне, еще один свой лик.
Сперма стекает по подбородку, капает на грудь, Павел наклоняется, и целует меня. Мое тело лихорадит от накала страстей, и продолжаю постанывать от удовольствия. Чувствую, что хочу еще кончить, мне мало!
Вечер перед похищением
Время близится к восьми вечера, я уже не нахожу себе места от волнения. Я выпила весь кофе, что был дома, да еще и энергетиков, которые накупила, на всякий случай.
Мы с нетерпением ждем Ивана, он утром уехал на работу и к девяти должен приехать. Я хожу по дому, не могу сидеть спокойно на месте и ждать. Смотрю на часы. Время без пяти девять. Раздается стук в дверь, и я мчусь во весь опор к входной двери. На пороге Иван, весь в черном, выжидающе смотрит на меня:
– Готовы?
– Давно! – киваю я, зову Пашу и мы выходим с ним на улицу. – Ну что, ребята, с богом?
– Да, у нас все получится! – улыбается Иван, и мы садимся в машину.
Паша садится за руль, я сама не смогу вести машину, у меня пока нет прав, но парни обещали “дать порулить”, когда нужно будет нажать на педаль и сбить Сергея.
Паша сегодня выглядит, как никогда, спокойным. Это успокаивает мои, сильно расшатанные, нервы. Иван как профессиональный навигатор указывает Паше дорогу.
Всего час и мы на месте, для меня это новый район, я никогда не была в Люберцах. Это один из подмосковных городов, но мне никогда не доводилось бывать здесь.
Паша припарковывает машину напротив заведения, на которое указывает Иван. Хм, с виду просто здание, ничем не примечательное, я-то думала, будет какой-то напыщенный клуб.
– Это закрытая вечеринка, проводится на квартире одного мажора. – Отвечает Иван на мой негласный вопрос, словно читая мои мысли.
– Понятно. И сколько нам ждать? И ты уверен, что он еще там? – спрашиваю я.
– Да там он. Это сто процентов. Когда он покидал вечеринку первым? – вступает в разговор Павел.
– И, правда, он скорее последний уползет с нее. Он никогда не откажется развлечься – вздыхаю я, вспоминая, как много времени он проводил со мной, когда пытал мое тело, – Ждать-то сколько?
– Да потерпи ты. Скоро уже. Часа два-три, я думаю. – снова голос Ивана.
– Ладно. – ворчу я, насупившись. Я скрещиваю руки на груди, и устраиваюсь поудобнее на сиденье и продолжаю ждать. Я не отвожу взгляда от двери. И на каждого выходящего из нее, я смотрю с особым пристальным вниманием.
Не знаю почему, может быть, я смогу увидеть тут кого-то из своих бывших клиентов-садистов?
Время тянется мучительно долго, но я не сдаюсь, я дождусь его и собью к чертям собачьим! Я сделаю это сегодня! Я отомщу этому ублюдку и ничто не остановит меня! Меня уже посадили за руль. Водить я умею, Паша много раз учил меня этому. Я даже водила несколько раз автомобиль за Мкадом, правда по ночам.
Павел и Иван тоже сидят и терпеливо ждут появления нашей жертвы. На часах уже полвторого ночи. Другой бы, на моем месте, уже отключился от усталости, но во мне было слишком много кофе. Неожиданно, для нас троих, входная дверь открывается, и на пороге дома появляется он, Сергей. Мое сердце пропускает удар и начинает колотиться с бешеной скоростью, я тянусь к ключам от машины.
– Стой! – останавливает мою руку Иван. – Спугнешь. Пусть идет, как ни в чем не бывало.
– Черт, – рычу я сквозь зубы. – Ладно.
Сергей, тем временем выходит из дома и идет вдоль дороги. Он плетется довольно медленно… даже слишком медленно. Мне хочется посигналить и сказать, чтоб быстрее шевелил булками! Но я себя останавливаю, нужно строго держаться плана. Вот он уже доходит до конца дома и собирается переходить пустынную дорогу.
Я с тревогой смотрю на Ивана. Он кивает, и я с радостью быстро завожу машину и жму на газ до упора…
Все произошло очень быстро и не так как я себе воображала. Я быстро набрала скорость и догнала паршивца, он успел только повернуть голову на звук приближающейся машины, и я, на всем ходу, сбила его кенгурятником. Он подлетел вверх, как тряпичная кукла, и рухнул на асфальт.
Павел с Иваном, как метеоры выбегают из машины, сгребают в охапку Сергея и заталкивают в багажник. А потом, так же быстро, садятся в машину.
Павел садится за руль и выжимает газ на полную, и автомобиль, со свистом покрышек, срывается с места. Мы гоним, как сумасшедшие по городу, пытаясь быстрее выехать за его черту. И только на трассе, где не нет освещения, мы облегченно вздыхаем и Павел слегка успокаивается.
– Паш, не гони, ну что ты делаешь! – цедит сквозь зубы Иван. Нам не хватало еще, чтобы остановили!
– А ты на кой черт с нами? Покажешь свое удостоверение, нас сразу же и отпустят, – нервно шутит Паша, пытаясь унять нервозностью.
Но скорость, все-таки, снижает. Нас никто не преследует, никто не заметил то, что мы сделали. Никто не вызвал полицию. Фух, от души отлегло. Паша съезжает с трассы в лесную посадку и останавливает машину. Он открывает багажник и что-то там возиться.
– Я сейчас. – кричит он.
Я тоже подхожу к багажнику и заглядываю в него. Этот урод валяется там без сознания, в неестественной позе. Я ненароком начинаю думать, что мы убили его. Щупаю пульс. Нет, живой гад. Паша быстро делает ему укол снотворной дури, надевает на голову мешок и связывает крепко руки и ноги. Этого должно хватить до тех пор, пока мы не приедем в дом.
Мы возвращаемся в машину, и уже спокойно едем в наш “новый дом”. Я теперь спокойна, как удав. Я предвкушаю приближающуюся расправу. Меня трясет от возбуждения, мне хочется безумно секса. Не понимаю, что за чертовщина со мной твориться. Каждый раз, когда я думаю о расправе над Сергеем, мое тело колбасит, не по-детски.
Спустя пару часов мы, все-таки, добрались до домика. Всю дорогу, никто из нас, не проронил ни единого слова. Похоже, все мы находимся в шоке, до сих пор, от происходящего.
– Вань! – слышу крик Паши, который уже вышел из машины.
– А. – дернулся Иван. – Что?
– Приехали, помоги мне его в дом затащить.
Ваня кивает и выходит из машины. Они вдвоем затаскивают тушу в дом. Самое сложное было спустить его в подвал.
– Кидайте его на матрас. – командую я.
Ребята складируют Сергея на новеньком матрасе, который мы специально купили для нашего “драгоценного” гостя. Конечно, он не заслуживает такого подарка, я бы ему лучше постелили какой-нибудь старый и задрипанный матрасик. Типа того, что были у меня, когда я жила у него в подвалах.
– Ванек, спасибо тебе за помощь. Может останешься сегодня еще раз? – слышу голос Павла. Только бы Ваня остался! Мне так хочется, чтобы он тоже был сейчас рядом с нами. Он тоже посвящен в нашу тайну, без него, чего-то уже не будет хватать.
– Сегодня не могу, надо домой, а завтра, после работы, могу заехать, без проблем, – также тихо отвечает Иван. – Подбросишь до дома или мне вызвать такси?
– Подброшу конечно! О чем разговор! Верун, я Ваньку доброшу и вернусь, ты тут, давай, не шали. Дождись меня, ок? – Пашка озабоченно смотрит на меня. Переживает, как бы я тут дел не натворила без него.
– Не переживай, любимый. Я его только подготовлю, а как ты вернешься, мы приступим к допросу. – Я говорю четко и медленно, голос без эмоций. Я сейчас холодна как лед.
Мне самой страшно от того, насколько я злая и сконцентрированная в данный момент. Хочу приступить к пытке, хочу знать, где мой сын! А потом, хочу медленно уничтожать этого подонка! Хочу, чтобы он ответил за все, что сделал!
Чувствую, как слезы наворачиваются на глаза.
– Малыш, с тобой все будет в порядке? Ты уверена? – тихо спрашивает Паша. Хочешь, я отправлю Ваньку на такси?
– Нет, все в порядке, езжай, я справлюсь. Дождусь тебя! – подхожу и целую его, затем подхожу и обнимаю Ивана.
– Вань, спасибо тебе еще раз, огромное! Ты даже не представляешь, что для меня сделал! Завтра обязательно ждем тебя в гости!
– Договорились. – кивает Иван и они вместе выходят из дома.
За окном уже начинается рассвет. Я быстро подхожу к матрасу и начинаю раздевать Сергея. Закончив с одеждой, я беру уже приготовленную веревку и крепко привязываю его руки к приготовленным балкам в стене. Ноги ему ребята уже успели неплохо связать.
Да, пошевелиться он точно не сможет. Я отхожу от него и включаю электрический камин, отец Павла купил сюда этот полезный предмет интерьера и он смотриться, словно настоящий. Словно его можно разжигать настоящими дровами. Топит он, также хорошо, как и камин наверху.
Начинаю суетиться, Паша приедет, где-то, через часа два-три. Он не будет засиживаться и сразу же поедет обратно. А это значит, мне нужно заранее подготовить инструменты, иначе потом будет уже некогда.
Раскочегарив электрокамин, и закидываю туда металлические ножи, кочергу и большой железный черенок. Смотрю на пленного. Он еще без сознания. Иду наверх ставить чайник. Нужно выпить кофе, этот урод проспит еще, наверное, довольно долго. А вот когда очнется, тогда начнется веселье. Я ехидно улыбнулась, спускаюсь вниз и устраиваюсь в кресле прямо напротив кровати и начинаю ждать.
Месть раскаленной кочергой
– Мммм… где я?
Я открываю глаза, сама не понимаю, как уснула. Павла до сих пор нет, сколько же сейчас время.
Смотрю на Сергея и сразу же все быстро вспоминаю. О, очнулся, наконец-то. Я медленно поднимаюсь с кресла и подхожу к распятому Сергею.
– Ну привет, Сережа!
Он дергает головой, и, увидев меня, бледнеет на глазах.
– Ты? – шепчет он. – Но как? Где я блин? И почему я голый и привязанный? – Он начинает дергать руками и ногами, пытаясь освободиться.
– Не дергайся, ты так только хуже себе сделаешь. – улыбаюсь я, смотря, как он все еще кривляется, пытаясь освободиться.
– Да где я? И чего тебе надо? Что все это значит? – он начинает злиться.
– Ты здесь, чтобы отплатить мне своей болью за мою боль. Я сделаю с тобой все то, что делали со мной, по твоей вине! – я говорю достаточно медленно и холодно.
– Ты не посмеешь! Дрянь! Развяжи меня живо! Я тебе голову откручу! – Сергей переходит на крик и угрозы.
Я лишь усмехаюсь. И подхожу ближе к нему, сжимая в руках кляп из интимного магазина.
– Это чтобы ты мне барабанные перепонки не порвал своим визгом. – с этими словами я умело вставляю кляп в его рот и туго затягиваю ремешок на затылке. – Будет весело, дорогой и очень приятно.
Я смеюсь и направляюсь к уже достаточно горячему электрокамину. Все инструменты раскалились докрасна. Отлично! Я беру кочергу и возвращаюсь к Сергею.
Наверное, мне стоит дождаться Павла, я обещала, что ничего не буду предпринимать, пока он не вернется… Но, черт, как же я хочу начать! Мне не терпиться воплощать план мести, я так долго ждала этого момента!
Не в силах ждать ни минуты, решаю, что Паша не обидеться, если я слегка пошалю без него. Кочерга меня пугает саму. Не дай бог, если этот раскаленный кончик коснется кожи! Пожалуй, такое даже Сергей не додумался со мной делать. Оказывается, у меня гораздо изощреннее фантазия.
У Сергея округляются глаза, он начинает истерично мотать головой из стороны в сторону, изо рта слышатся приглушенные крики.
Боится скотина! Ну что ж, это хорошо. Я хочу, чтобы этот кусок дерьма почувствовал все то, что чувствовала я, когда его дружки измывались надо мной.
Я встаю над ним раздвинув ноги и заставляя его извиваться подо мной в диком ужасе. Кочергу я обхватываю двумя руками и медленно опускаю вниз, к его груди.
Сергей замирает, на его лбу выступает испарина, он становиться бледный, как грязная простынь. Именно такого эффекта я и хотела! Я начинаю медленно приближать раскаленную кочергу к его правому соску. Одно быстрое движение и горячий металл прожигает его нежную плоть.
Я отрываю кочергу от кожи вместе с мясом, вижу, как волоски вокруг соска оплавились, и от них поднимается дымок. Сергей визжит через кляп и дергается, тем самым прикасаясь к горячей кочерге множество раз, нанося сам себе ожоги. Я только через несколько минут догадываюсь поднять кочергу наверх и отойти от него.
Сергей лежит на матрасе и плачет, из ожогов сочится кровь, а кожа вокруг ран, уже вздулась огромными пузырями. Я кладу кочергу обратно в камин и беру большой нож для мяса.
– Продолжим? А, “Милый”? – я улыбаюсь словно мясник. Каждая рана, нанесенная ему, доставляет мне неописуемое удовольствие.
Сергей белее призрака, а увидев в моей руке раскаленный нож, начинает визжать, как девчонка. Я, не раздумывая, провожу красным ножом по внутренней части его бедра. Он орет и дергается, срывая кожу с рук и ног в местах креплений веревок.
Наблюдаю за этой дивной картиной и смеюсь. Душа, словно заново оживает! С кровожадностью маньяка, провожу ножом по другой ноге. На ляжках Сергей образовались две равные кровавые борозды. И тут, он начинает мочиться. Фу, боже. Как это противно! Я двумя пальцами беру его член и направляю на порезы. Струя мочи попадает на рану, и Сергей трясется всем телом, при этом, не переставая визжать.
– Отлично! Мучайся, мучайся урод, как я! – слезаю с кровати и беру плеть. Длинная палка, обмотанная кожей, а к ее концу привязано пять кожаных косичек с большими узлами на концах. При сильном ударе, такая игрушка, рвет кожу в клочья!
Я возвращаюсь к скулящему Сергею и без разговоров начинаю методично, со всей своей силы бить его по телу плетью. С каждым ударом он изгибается всем телом и орет в кляп. А я бью, наношу удары без жалости. По груди, по прожженному соску, по животу, по члену и внутренней части бедер. Кожа от ударов рвется, а обожженные места становятся похожи на раскуроченный, окровавленный кусок мяса. С тела Сергея стекает кровь толстыми струйками и впитывается в матрас.
Я смотрю на него, и мне сейчас, так хорошо! Он мучается, так же как я! Испытывает ту же боль, что и я когда-то испытала. Так ему и нужно! Нечего было врываться в мою жизнь. Не нужно было продавать меня своим клиентам-уродам! Ладно, теперь мы сделаем то же самое, что сделали тогда с моим телом. А именно, я изнасилую этого засранца.
Черт, как же меня заводит эта мысль! Сколько раз Сергей насиловал меня, против моей воли? Сколько раз избивал? А что со мной вытворял последний его клиент?
При воспоминании о том подонке, который пытался вывернуть меня на изнанку и, после которого, врачи собирали меня изнутри “по кусочкам”, меня передергивает.
– Ублюдок! Ты сломал мою жизнь! Ты убил моего мужа! Его отца! Украл моего ребенка! Ненавижу тебя, мразь! – снова хватаю плеть и отчаянно бью его. Слезы льются из моих глаз.
Я думала, что мне сразу же станет легче, как только он окажется в моей власти. Но нет, не стало. Воспоминания снова налетели на меня, как коршуны. Мне стало снова страшно и одиноко. Я не понимаю, почему из-за одного жалкого человека, так изменилась моя жизнь и так сильно пострадало мое окружение? Кто ему дал право распоряжаться чужими судьбами? Почему, этот пижон, позволяет себе играть в бога?!
– Ты никогда не выйдешь отсюда, мразь! Я буду мучать тебя – вечно! Ты узнаешь, что такое настоящая боль! Ты будешь умолять меня о смерти!
С этими словами я направляюсь к огроменному фалоимитатору. Я беру его в руку, тяжелый! Он еле умещается в моей маленькой ладошке. Мы с Павлом специально ездили за ним в секс-шоп. Женщина-продавец довольно странно на нас косилась, когда мы попросили выдать нам самый большой размер. Паша не отговаривал меня, и я ему благодарна за это.
Другой рукой я беру вазелин и смачно смазываю им кончик этого резинового гиганта. Разворачиваюсь к Сергею и хищно улыбаюсь.
– Сереженька, тебе понравится моя задумка!
Я подхожу к матрасу со стороны ног Сергея. Мне нужно его сейчас перевернуть, но я не могу его развязывать. Придется ждать, когда вернется Паша… Или не придется? Смотри внимательно и выискиваю самые оптимальные варианты, как мне с ним справиться без посторонней помощи.
Двигаю тяжеленное кресло, оно с трудом поддается, но я сильная. Когда мне что-то надо, я добиваюсь своего любой ценой. Беру его ноги и начинаю одну из них привязывать веревками к этому креслу. У меня получается не очень умело, но зато, ни один человек не сможет развязать мое творчество, даже если очень захочет. Теперь я могу разделить его ноги не боясь, что он начнет брыкаться.
Вторую ногу я задираю ему высоко, насколько позволяет его гибкость и скрепляю веревку на тот же штырь, где я приковала его левую руку. Да уж, поза, что надо!
Девственный анус сутенера
Мой бывший сутенер, сейчас выглядит, не лучшим образом. Зато, теперь его ноги широко расставлены и крепко привязаны. Я подкладываю по его задницу подушку, чтобы можно было лучше видеть анальное кольцо. Да, вот оно, отлично!
– Расслабься, милый! Сейчас ты испытаешь истинное наслаждение! – я резкими движениями начинаю вгонять в его анус огромный фаллос.
Оказывается, это не так-то и просто, я много раз прокручивала себе этот момент, когда держала этот агрегат в руках, думала, подойду к нему и с силой вгоню, чтобы у него искры из глаз посыпались! А на деле, оказалось, что его не так просто затолкать… Меня это слегка расстраивает, но я упертая, я сделаю все, что запланировала.
Через пару минут борьбы с девственным анусом Сергея, головка моего резинового члена прорвалась сквозь узкое колечко и оказалась внутри жаркого нутра мерзавца. Как раз в этот время, я смотрю на лицо Сергея. В момент прорыва члена, он резко поднимает голову, и в его расширившихся, казалось, до предела глазах, отражается боль и шок. Он протяжно воет сквозь кляп.
– Есть, пробила! – гордо констатирую факт. – Держись, это еще не все, сейчас я тебе засажу этого красавца по корень.
Сергей, умоляюще смотрит на меня, видимо, надеется, что его обаяние снова пробьет меня. Напрасно, я излечилась от этой болезни.
Начинаю глубже вбиваться в бывший, еще совсем недавно, девственным зад Сергея.
Содомирую мерзавца несколько минут, все это время он рыдает сквозь кляп и болезненно воет. Веревки крепко держат его, не давая никакой возможности, прекратить этот болезненный, для него, акт.
Я несколько раз полностью вынимаю чудо-агрегат из лишенного девственности зада и, полюбовавшись немного страданиями этого напыщенного пижона, вновь вбиваю искусственный член до основания в горячую кишку мерзавца.
Изнасилование Сергея фалоимитатором в зад возбуждает меня. Я больше не могу терпеть, так хочется секса! Одной рукой насилую Сергея, а второй начинаю себя ласкать.
После второго анального вторжения моя жертва перестала рыдать и вырываться. Я видимо, увлеклась, потому что пока меня накрывала волна оргазма, прошла целая вечность.
К моменту, когда я кончила, сфинктер Сергея уже не закрывался и растянутый анус уже более свободно принимал в себя ненавистную ему игрушку
Черт, как же хорошо! Смотрю на Сергея, он такой несчастный, что-то этот кусок дерьма не смеется, не улыбается. Ему всегда было весело, когда он издевался надо мной, что же сейчас не радостен?
– Ну что, ублюдок? Нравится тебе, когда тебя используют? Как тебе это? Что скажешь? Теперь у тебя каждый день будет веселая жизнь! Я тебе ее обеспечу! – шепчу я ему, склонившись прямо над ухом. Он смотрит на меня испуганными глазами и я чувствую, как от него, буквально пахнет страхом.
Так вот что чувствуют хищники, когда загоняют свою жертву в угол! Меня снова заводит эта ситуация, мне мало собственных ласк, я хочу чего-то большего! Смотрю на его спящий член. И этот жалкий отросток я каждое утро ему сосала, когда мы жили вместе? А еще этот козел заставлял меня пить его мочу! Бил, если не слушалась. От воспоминания снова захлестнула ярость. Размахиваюсь и бью его ногой в бок. Он замирает и начинает кашлять.
Нет, если я буду кидаться на него и пинать каждый раз, когда буду вспоминать что-то, то его надолго не хватит.
Брезгливо беру окрававленный фалоимитатор, да, не кисло я раздербанила ему тоннель. Я снова просовываю игрушку ему в анус и начинаю интенсивно шуровать, этим искусственным органом, в заднем проходе пленника.
С силой вгоняю предмет до упора. Он орет в кляп, как резанный и пытается вжать свой зад в подушку, тем самым, помогая фаллосу, активнее двигаться в своей прямой кишке. Из его глаз льются слезы, лицо багрово-красное, как у вареного рака, а вены вздулись так, что у меня складывается впечатление, что они сейчас разорвутся на части!
Как же мне нравится этот вид! Пусть так и лежит, а я поиграю в дартс. Как тогда, эти уроды сделали из меня мишень! С этими мыслями я надеваю жаропрочные перчатки и беру из электрокамина метательные звездочки.
И, стоя прямо у камина, начинаю запускать эти звездочки в Сергея. Я не очень хороший стрелок. Многие звездочки летят в стену и отлетают от нее, не причинив вреда Сергею. Но процентов тридцать летят точно в цель. Они попадают в его тушку! Я попадаю в руку, ногу или ребра, и раскаленный металл глубоко застревает в плоти подонка.
С интересом наблюдаю, что происходит дальше. Раскаленная звездочка впивается в кожу, а края раны начинают плавиться, как пластилин, кровь течет ручьем из всех отверстий сразу. Он дергается, орет, а лицо меняет цвет от серого, до красного, и обратно.
Меня начинает тошнить. Жуткое зрелище! Нет, такого они со мной не делали… Не могу сказать, что они обращались со мной получше. Но то, что я делаю сейчас, это перебор. Я понимаю… Опять же, я все себе по-другому представляла… Но назад отступать нельзя! Я уже заварила эту кашу и буду продолжать!
Беру Сергея за подбородок перчатками и смотрю в его поганую рожу. Его скулы дрожат, из глаз льются слезы. От него воняет паленой свининой, его кожа источает такой противный запах, что мне становиться плохо. Подхожу к щитку и включаю вытяжку. Спасибо отцу Павла, все предусмотрел.
Комнату начинает наполнять свежий воздух и мне становиться немного легче. Сергей продолжает корчиться от боли и я получаю истинное удовольствие! Осталось совсем немного, ато он сдохнет, а мне это не надо! Я подхожу к гаду и снимаю с него кляп. Хочу слышать, как он орет от боли!
– Прошу тебя! Умоляю, отпусти меня! Я все понял! Я больше ни с кем так не поступлю! – шепчет он.
– Нееет. Я же сказала, я сделаю с тобой все то, что делали со мной! И тебе очень повезет, если ты не сдохнешь, как последняя тварь! – шепчу я ему сквозь зубы, с трудом сдерживая свою ярость.
Я ухожу наверх. Надо дождаться Павла, иначе я сейчас насмерть замучаю этого мерзавца и он не сможет мне ничего сказать про сына. Резиновый фалос я оставила внутри Сергея. Пусть почувствует на своей шкуре каково это!
Беру чашку в руки и понимаю, в меня больше не влезет ни одного глотка кофе. Сжимаю пальцы и чашка выскальзывает из рук. Звонко бьется об пол и осколки разлетаются вокруг меня. Я не выдерживаю и начинаю рыдать. Этот бокал, последняя капля. Столько всего навалилось…
В таком виде меня и застает Павел. Он быстро подбегает ко мне и начинает обнимать. Затем берет меня на руки и переносит в спальню. Сам идет убирать осколки. Как же он долго ездил! Целую вечность! За окном уже давно светло, а мы еще не спали! Кладу голову на подушку и меня отключает.
Мне надо встать, я должна идти, но мое тело меня не слушается. Сейчас… я полежу всего минуту и выбью из Сергея, куда он дел моего ребенка. Павел приехал, он рядом со мной, а значит, будет все хорошо!
Просыпаюсь, уже два часа дня. Смотрю на Павла, он лежит рядом и сопит. Начинаю тормошить его.
– Паш! Мы все проспали! Вставай! – чуть ли не кричу на него.
– Что случилось? – удивленно спрашивает он.
Читать бесплатно другие книги:
