Месть бывшего босса Рокс Лили

Пытки пленника начинаются

Иван собственноручно вызвался добыть информацию и заверил нас с Павлом, что у него есть действенные методы. Я слегка сомневалась, что это сработает, но все же, уступила место профессионалу.

И вот… Пытка началась! Из закрытой двери подвала доносятся приглушенные крики, даже мощная звукоизоляция не в силах их сдержать. Мы с Пашей стоим рядом с дверью и переглядываемся.

– Что он там такое с ним делает? – недоумевающе смотрю на мужа, – Сергей орет, словно его режут на куски!

– Так может быть, он его режет? А может быть, он решил твой инструмент испробовать на пленнике? – подмигивает мне Паша и достаточно больно щипает за задницу.

– Да прекрати ты! Постоянно шутишь, я сейчас серьезна, как никогда! Давай немного приоткроем дверь и посмотрим, что там происходит? – слегка недовольным тоном шепчу я.

– Ваня просил не беспокоить, русским языком сказал, что надо подождать и не вмешиваться! Он добудет список, не переживай!

– Да, но Сергей патологический лгун… Он может обмануть, без проблем! Где гарантии, что он не даст нам левую информацию? – снова начинаю беспокоиться я.

– Милая, все будет хорошо, просто доверься Ивану и все, он если сказал, что достанет информацию, значит достанет! Он свое слово держит! – Паша улыбается, но уже не пытается шутить или дурачиться.

Когда дверь открывается и перед нами появляется усталый, но довольный Иван, мое сердце замирает: он сделал это! Он добыл список имен и адреса!

– Что ты там с ним сделал? – спрашивает Павел, пытаясь заглянуть во внутрь.

– С ним все в порядке, – загадочно улыбается Иван, – Пройдите и посмотрите сами!

Мы быстро вбегаем в помещение, ожидая увидеть окровавленное тело с отрубленными конечностями, но на теле Сергея не появилось ни одного нового следа!

– Как? – только и могу выдавить я, остальные слова пропадают где-то внутри…

– Ты не забыла, где я работаю? У нас есть специальные приемы, – смеется Иван, – Вот тут имена, тех, кого ты описывала на листочке. К ним прибавились еще несколько штук, которых не было в твоем списке, но которые посещают другие точки. Всего у него таких притонов на данный момент двенадцать, из них три подвала, там живут по одной девушке, в остальных разное количество пленниц, – Иван довольный собой, протягивает мне список, исписанный мелким почерком.

– Фантастика! – восхищаюсь я, – И, что дальше? Мы сдадим этот список в полицию, чтобы они освободили девушек?

– Зачем? Сами все сделаем, по-тихому, не привлекая внимания! – произносит Иван и поднимается наверх.

На душе становиться спокойнее, у меня теперь есть цель: я смогу спасти множество жизней! А еще, разом избавлю землю от большого количества мразей! Остается только начать охоту! Впервые за долгое время я ощущаю, как во мне рождается надежда!

Как же здорово ощущать, что ты все контролируешь сам! Что ты можешь повлиять на этот мир и сделать его чуточку прекраснее! Пусть моя жизнь растоптана и покалечена, но я смогу помочь другим, я в силах сделать этот мир легче и безопаснее для нового поколения!

Иван просит дать ему несколько часов на проверку данных, а потом обещает полностью передать мне Сергея для линчевания. От одной только мысли, что я смогу причинить ему боль, мое тело трясет от возбуждения! Нет, я не хочу его убивать! Я хочу, чтобы эта мразь жил, как можно дольше, и чтобы он каждый день страдал, как страдала я! Как страдали другие девушки, которых он держал в плену! Хочу, чтобы он знал, что все его старания оказались напрасными и он сдохнет, как собака в канаве, в самом расцвете сил!

Несколько часов длятся целую вечность…. И вот, Иван дает зеленый свет… Я спускаюсь в подвал и у меня снова подкашиваются колени. Только бы не упасть от волнения!

На кровати лежит голый Сергей и весь дрожит. Его глаза завязаны и он не видит, кто вошел. Услышав приближение моих шагов, он начинает еще больше трястись, как в лихорадке, наверное думает, что это Иван.

– Как тебе в роли пленника? – спокойно спрашиваю я, – Знаешь, какого мне было, когда ты связывал меня и отдавал своим дружкам?

– Отпусти меня! Клянусь, я рассказал все, что знал! Я же помог тебе найти сына! Отпусти! – начинает умолять Сергей. И куда делось все его обаяние, которым он когда-то пленил меня?

Передо мной сейчас, жалкий кусок дерьма, который от страха снова наложил под себя.

Я криво улыбаюсь и тихо шепчу:

– Итак, дорогой Сергей, ты проиграл. Знаешь, как долго я ждала этого момента?

– Отпусти, слышишь?! Отпусти меня, ты же не такая, я тебя знаю! – более испуганным голосом тараторит Сергей.

– Ты меня знаешь?! – в сердцах кричу я, – Что ты обо мне знаешь?! Ты растоптал мою жизнь в первый раз, тебе было мало, тебе надо было вмешаться и во второй? Зачем ты похитил меня и моего ребенка?

– Я должен был показать тебе твое место, – тихо произносит Сергей и в уголках его губ я вижу мелькающую ухмылку. Не может быть! Этот мерзавец продолжает демонстрировать передо мной свое превосходство? Ох и зря он это делает!

– Ты ничтожество! И я докажу тебе это! – задыхаясь от гнева, злобно шепчу я, – И не ты, а я покажу тебе твое место!

– Что ты хочешь сделать? Убить меня? Тебе это не поможет! Ты всегда будешь моей вещью, моя смерть ничего не изменит! Я использовал тебя и это будет жить в тебе вечно! – Сергей пытается смеяться, но начинает кашлять. Видимо, Иван ему здорово передавил ребра.

– Заткнись! Ты всегда считал себя пупом земли, но если ты думаешь, что я хочу тебя убить, то ты ошибаешься! Ты будешь умолять меня о смерти! Если бы ты знал, что я хочу с тобой сделать, то сейчас молил бы меня о пощаде!

На его лице снова мелькает презрительная улыбка и я уже не в силах сдержаться, изо всех сил подхожу к нему и наступаю своим коленом прямо целясь в его пах, так, что Сергей невольно вскрикивает от боли.

Склонившись к его лицу я тихо шепчу ему на ухо:

– Я заставлю тебя унижаться и умолять меня пощадить! Я буду делать это точно также, как ты это делал, чтобы ты смог почувствовать, что чувствуют другие, когда ты издеваешься над ними! И да, дорогой, я собираюсь уродовать твое тело, как и ты уродовал мое! Твои яйца будут постоянно под моим пристальным взором и я постоянно буду их нещадно давить до тех пор, пока они не будут окончательно размозжены, – мой хладнокровный голос, кажется, начинает на него действовать и я вижу, как его лицо нервно подергивается. Он отчаянно пытается держать себя в руках, пытаясь подавить страх, но ему это плохо удается.

В процессе начала экзекуции, мне на подмогу приходит муж, напугав меня внезапным появлением.

– Дорогая, тебе нужна моя помощь? – взволнованно спрашивает он, но я то знаю, с какой целью он пришел. Контролирует, чтобы я не наделала глупостей и ненароком, не укокошила своего пленника. Переживает, что я буду мучиться потом, что убила человека. Но я много раз моделировала ситуацию, при которой я буду жалеть, что избавила мир от негодяя… Наверное, чтобы я начала жалеть, должна как говориться “земля перевернуться”…

– Можешь помочь его подвесить в вертикальное положение? Мне удобнее будет с ним работать, – улыбаюсь я Павлу и стараюсь показать, что я абсолютно спокойна и собрана.

Паша быстро поднимает Сергея и помогает приковать его к стене так, чтобы его тело было плотно зафиксировано.

– Так пойдет? – спрашивает он меня.

– Сейчас проверим! – весело отзываюсь я и быстро подхожу к пленнику. Размахиваю ногой и, без колебаний, сильно ударяю Сергея в пах. Затем наношу еще несколько сильных и точных ударов по его гениталиям, наслаждаясь чудесным видом, как он корчиться от боли и пускает сопли.

Сейчас тело Сергея передо мной висит, словно тушка свинины. Его ноги едва достают до пола. Совершенно голый, униженный, избитый. Пожалуй, он выглядит совершенно не сексуально! Я смотрю на это жалкое подобие человека, который своей красивой мордашкой завлекал девушек, а потом брал их в плен, и не могу поверить, что это один и тот же человек!

Смотрю на его заметно покрасневшую от ударов мошонку и член, которым он когда-то имел меня. Раньше он казался мне большим, и мне стыдно признаваться в том, что я пыталась угодить этому человеку.

– Дорогая, может позовешь Ивана, он тебе подскажет много интересных фишек для твоей новой игрушки, – обеспокоено говорит Паша.

– Давай, зови, – с охотой отзываюсь я.

Да, почему бы и нет? Пусть все принимают участие! Вместе веселее! В конце концов, Сергей это часто любил делать “толпой” со своими дружками, так почему бы и нам не порезвиться сейчас, как следует?

Иван действительно умеет разнообразить! Он не перестает меня удивлять! Они с Павлом притащили с улицы приспособление, которое соорудили на скорую руку из обычной лавки, двери и каких-то досок. Никогда бы не подумала, что из такой кучи барахла, можно соорудить нечто полезное!

– Что это еще за гимнастический конь? Ну вы ребята и даете! Это у кого такая больная фантазия? Признавайтесь! – я с удивлением разглядываю этот чудо-прибор, а Иван ехидно улыбается:

– Сейчас ты оценишь это ноу-хау! И наш драгоценный друг оценит! Паш, давай, помоги нашему гостю переместиться! – командует Иван и они с Пашей быстро хватают гостя и помогают ему “удобно” устроиться на деревянном устройстве. Мужчины связали ему руки за спиной и прочно закрепили его в “седле”.

Это их ноу-хау довольно простое, сделано в виде огромного детского кресла, но посередине распиленная старая деревянная дверь, примерно в метр высотой от земли. Ребята сажают Сергея на эту дверь, и я сразу же понимаю, насколько ему больно сидеть гениталиями на узком проеме. Его ноги бесполезно болтаются, не доставая до земли. Он начинает почти сразу же выть и умолять, чтобы его отпустили. К ногам Сергея мои массовики-затейники прицепляют по мешочку с землей, чтобы обеспечить дополнительную нагрузку.

Иван намеренно посадил Сергея так, чтобы дверь проходила ровно под ним, “заправив” под тело мерзавца его мужское достоинство и яички. Я снова вспомнила, как когда-то, по утрам делала ему минет и вылизывала яйца, а потом он мочился мне в рот. Как он бил меня каждый раз, когда я отказывалась это делать. Боже, неужели я все это терпела ради него? Меня передернуло.

Давление на яички, видимо, становится невыносимым и из глаз Сергея начинают потоком литься крокодильи слезы. Он весь выгибается от боли, пронзающей его и снова начинает выть и умолять, тщетно пытаясь уменьшить давление на свои несчастные яйца.

Павел подает мне ремень и я с радостью беру эту игрушку, начиная бить связанного негодяя, сидящего в этом адском устройстве и не имеющего ни малейшей возможности самостоятельно слезть с него. Боже, как же жалко он выглядит в этот момент! Мне с трудом вериться, что это дрожащее от страха существо, тот же самый напыщенный индюк, который истязал меня и из-за которого погибли мои близкие…

Где-то в глубине души я пытаюсь вызвать хоть капельку жалости, но не могу… Моя ненависть к нему слишком сильна. Я наношу удар, вкладывая в него всю силу и заставляю Сергея подпрыгивать на месте и пытаться уйти от удара. Но это бесполезно, моя хладнокровная рука знает, что ей делать и выполняет свою работу добросовестно. С каждым ударом, из меня словно выходит крупица страдания, терзающего меня день за днем.

Сергей получает “свое заслуженное” и эта мысль греет мою душу. Адская и бесконечная боль заставляет его скулить, корчась на импровизированной «лошадке». Моя насаженная жертва корчится, воет и извивается, тщетно пытаясь ослабить давление на яички. Когда Сергей перестает “страдать”, немного привыкая к своему положению, я снова наношу удар, либо ногой задеваю устройство, на котором сидит этот подонок.

В этот момент, мой пленник начинает, каждый раз, вопить с новой силой, и я отчетливо вижу, как вибрация деревянной двери, на которой он сидит, отзывается взрывом боли в его яичках.

Павел и Иван не выдерживают такого зрелища и уходят наверх, оставив меня и моего бывшего босса-сутенера наедине. Теперь я могу ему высказать все, что думаю, все то, что наболело. Пытаюсь сказать, но слова застревают в горле… Разве это ничтожество достойно, чтобы я ему раскрывала душу? Разве он способен понять? Нет! Такие понимают только боль: чужую или свою.

Несколько часов “на коне” и я уже вижу невооруженным взглядом, что яички Сергея распухли во время этой страшной пытки, мошонка посинела, и я могу наслаждаться этим чудным зрелищем, видно что его мужские части сильно сдавлены и все его внимание сейчас направлено на эту изнурительную боль.

Сергей тяжело дышит, лицо сильно покраснело и со лба капает пот, хотя в помещении довольно прохладно. Он сидит, скорчившись и тихо скуля.

– Ты мой пленник, ты полностью в моей власти! Я могу отпустить тебя… – при этих словах в глазах Сергея вспыхивает надежда, – А могу вечно мучить… – теперь в его глазах отражается ужас.

Боже, как же мне нравится это! Когда-то и я была в такой же ситуации, когда жила одной только надеждой, что смогу когда-нибудь освободиться и вернуться к нормальной жизни.

Я помню то мгновение, когда я впервые поняла, что мне не удасться никогда выбраться из того жуткого подвала и что меня будут насиловать и истязать, пока я не умру. В тот момент, умерла, и надежда, и моя душа вместе с ней. Если бы не сильное желание вернуться к сыну и бывшему мужу, то меня бы, пожалуй, не было бы уже в живых…

Стон подонка снова возвращает меня в реальность из тягостных воспоминаний.

– Как тебе сидеть на собственных яйцах? – наиграно сочувствующим тоном произношу я, – Тяжело, наверное?

С усмешкой наклоняюсь и разглядываю его сдавленное хозяйство. Лицо Сергея полно ярости, но он не смеет больше смотреть мне в глаза, боится! Какое же он, все-таки, трусливое существо!

– Помнишь, милый, какой ты был смелый, когда я была связана и беспомощно валялась в подвале? Ты, наверное, даже представить не мог себе, что мы поменяемся ролями! – смотрю на него и понимаю, что он меня саму превратил в монстра. Я сама стала такая же жестокая и мстительная, как и мой бывший босс, но я уже не могу остановиться, я хочу довести дело до конца!

Мой бывший босс и мучитель сидит на лошадке со связанными за спиной руками, и его ноги вытянуты подвязанными к ним импровизированными гирями. Он не может ими лишний раз пошевелить, теперь они прочно прикреплены к ножкам этого “чудо-устройства” для пыток.

– Смотри мне в глаза, ничтожество! – злобно шепчу я ему и подхожу в плотную.

Его покрасневшие глаза с трудом поднимаются и с ужасом смотрят на меня. В них читается отчаянье и мольба. Неужели, он еще рассчитывает на мое снисхождение?

Я с трудом отвязываю его ноги от “груза” и с большим усилием мне удается столкнуть моего пленника с его насиженного места. Он с грохотом падает на пол, словно мешок с картошкой и начинает дико выть, видимо сильно ударился при падении.

Медленно подхожу к нему, словно голодный зверь, играющий со своей добычей. Сергей лежит точно в той же позе на боку, как и свалился с коня.

Вдруг, он начинает громко и протяжно выть, как ребенок, сбивая меня с толку. Пока он воет и пускает слюни, теряя остатки достоинства, я продолжаю кружить вокруг него, высматривая, куда нанести следующий удар.

Сергей испуганно корчится, отчаянно пытаясь прикрыть ногами гениталии. Видя унижение своего злейшего врага, я гордо улыбаюсь:

– Помнишь, ты говорил мне, что я твоя тряпка и твоя вещь, что я достойна только лизать твой вонючий зад? Ты бы видел сейчас себя со стороны! – Я осторожно ногой начинаю придавливать распухшие и посиневшие яйца Сергея, вызывая у него очередной страх и ужас в глазах.

– Ну и где же твоя надменность и гордость? – издеваясь, спрашиваю я, – Отвечай, павлин недоделанный! Язык проглотил? Повелитель судеб, держащий в своих руках жизни женщин… А стоило только слегка сдавить тебе яйца и ты уже полное ничтожество, готовое пресмыкаться, чтобы продлить свою жалкую жизнь.

Сергей лежит, еле дыша и закрыв глаза. Только дрожащее тело и крупные капли пота выдают его страх.

Внезапно, он начинает активно дергать ногами, пытаясь оттолкнуть меня и сбить с ног. С моей стороны было непредусмотрительно развязывать ему ноги… От неожиданности, я начинаю отчаянно пинать его и бить руками, чтобы он поскорее угомонился.

Затем выхожу из подвала и зову на помощь мужа. Паша и Иван, уже через полминуты, дружно закидывают пленника на кровать и связывают его руки и ноги таким образом, чтобы он не мог ими шевелить. Теперь передо мной лежит распятый Сергей во всей своей красе и обреченно смотрит на меня.

Ребята затолкали в его рот старых грязных тряпок, предварительно намазав их какой-то пахучей дрянью. Мне даже страшно подумать, что они туда намешали, но судя по запаху, это что-то мерзкое и отвратительное. А потом обмотали его голову скотчем, чтобы он не смог ничего вытолкать языком.

Я жду, когда мои мужчины покинут комнату, чтобы продолжить свое развлечение. С радостью в сердце смотрю на замершего в ужасе Сергея сверху вниз, упиваясь унижением своего врага, потом … злобно улыбаюсь, поднимая ногу и смачно начинаю наступать прямо на его многострадальные яйца. Из всех доступных мне методов пыток, почему-то именно этот, вызывает во мне жуткий интерес.

– Я раздавлю твое достоинство! – озвучиваю я свою действия, стараясь напугать его еще больше, но пока не стремлюсь давить сильнее, мне нравится наслаждаться этим моментом ужаса в его теле. Сейчас он ждет своей порции боли и само ожидание неизбежного, для него, более крутая моральная боль!

И вот, наступает этот момент… Я начинаю давить ногой все сильнее и сильнее. Все тело Сергея играет подо мной, но этот негодяй уже ничего не может мне сделать! Матрас под моей ногой уже слегка продавился, представляю, что Сергей чувствует в данный момент. Продолжаю медленно надавливать, наслаждаясь процессом экзекуции и внимательно смотрю на Сергея.

Он выгибается, опрокинув голову вверх и скривив лицо от боли. Дышит так, словно за ним гонится дикий зверь. Я слегка отпускаю и снова придавливаю, вынуждая его вновь и вновь корчиться и стонать.

Однако, это забавное мероприятие мне быстро надоедает и мне хочется чего-то еще. Я в последний раз наступаю своей пяткой на яички Сергея и наблюдаю, как забавно они вдавливаются в матрас и как мой бывший “босс” извивается подо мной.

* * *

Теперь моя жизнь, наконец-то, снова стала обретать смысл. У меня появилось новое хобби: воспитание моего бывшего босса в подвале. Каждый день мы развлекаемся все вместе. Я, мой муж и наш лучший друг Иван, придумываем что-то новое и неожиданное для нашего пленника и конечно же, после ежедневного участия в экзекуциях, мы все чертовски, возбуждаемся!

Наш секс приобретает все новые и новые оттенки. В моих эротических предпочтениях появились новые причуды, я полностью перестала возбуждаться от порки. Раньше мне это реально нравилось, но сейчас, я просто понимаю, что мне это уже не нужно. Я не хочу больше наказывать себя и этот мазохисткий эффект куда-то испарился, словно его и не было.

Павел конечно расстраивается, но мы не стоим на месте и постоянно пробуем что-то новое. Несколько раз мы занимались сексом втроем прямо в подвале, пытая нашего пленного.

Сергей теперь стал покорной шлюшкой в руках моих мужчин. В подвале мы оборудовали для него кое-какие удобства: туалет, импровизированную ванну, чтобы можно было его мыть, когда потребуется и всевозможные пыточные устройства.

Лежащий на полу, прикованный металлической цепью к основанию унитаза и толстой трубе, Сергей теперь стал похож на забитую собаку.

Услышав, как открывается входная дверь в подвал, он сразу же начинает жалобно скулить, он это делает каждый раз, и если бы на его месте был любой другой человек, то у меня давно бы дрогнуло сердце, но я знаю, кто передо мной и ему меня ни за что не разжалобить нытьем и мольбами. На голову пленника Иван одел кожаный шлем с отверстием для рта, довольно широким чтобы туда мог проникнуть член или страпон, а так же с сеточками для глаз.

Всего две недели и Сергей – наш послушный раб. Павел и Иван с наслаждением смотрят, как я строю из себя “Госпожу” и унижаю нашего пленника, а пока я развлекаюсь, мои мужчины готовят настоящий план по освобождению других пленниц.

Иван проверил информацию и все подтвердилось. Без моего бывшего босса бизнес продолжает существовать и его наместники на точках, продолжают сдавать в аренду тела несчастных пленниц. Эх, если бы эти несчастные только знали, что их обидчик сейчас, возможно, в еще худшем положении и в отличии от них, у него нет ни единого шанса на спасение!

Мой личный раб

Теперь Сергей наш личный раб, выполняющий любые наши приказы беспрекословно. И сегодня мы снова спустились в подвал, чтобы как следует поразвлечься перед вечерним сексом.

Перед началом экзекуции, Иван развязывает Сергею ноги и снимает цепь с его ошейника. Руки пленника почти всегда застегиваются наручниками сзади и Сергей послушно встает, опуская голову и заводит руки назад, ожидая, когда наручники защелкнуться на его запястьях.

Иван приказывает рабы сесть на стул и широко раздвинуть ноги, затем подходит и привязывает их к ножкам стула. Затем он подмигивает мне и они с Пашей устраиваются поудобнее на установленном в зрительной зоне раскладного диванчика.

Этот диван мы спустили сюда неделю назад и в этом месте, он приносит гораздо больше пользы, чем в зале. Сколько уже раз мы занимались сексом, за эту неделю, на этом старом мягком друге – сложно сосчитать…

Павел подает мне стек и я начинаю наносить сильные удары по яйцам и члену пленника. От столь болезненных ударов Сергей истошно кричит, Павел, уже зная реакцию раба, немного послушав его крики, берет заранее приготовленный кляп и запихивает его в рот подопытного. Я тем временем, беру яйца своей жертвы в ладони, и начинаю сильно сжимать и мять их.

Судя по протяжному вою отчаянья, Сергею сейчас очень больно. Мое тело бьет током и возбуждение захватывает меня с головой.

Иногда мне кажется, что сдави я его нежную и измученную плоть чуть сильнее, и у пленника просто разорвется сердце от невыносимой боли. Даже через плотно засунутый в рот кляп, я слышу его мольбы и стенания. Но мне не жаль это ничтожество, меня только заводят его страдания еще больше!

Сергей теперь – мой личный раб и я стремлюсь всеми силами, причинить ему, как можно больше страданий! Поэтому я стараюсь посильнее сдавить яйца этого чертова пожирателя сердец. Мой бывший сутенер сопит и кривляется, быстро краснея, а затем покрываясь испариной. Когда вместо красноты, он начинает синеть, выпучив глаза от боли, я понимаю, что пора переходить к другой экзекуции и дать его яичкам слегка отдохнуть.

Если бы не кляп во рту нашего пленника, через который раздаются сильные стоны, весь подвал пронзил бы нечеловеческий вой, и зачастую, после моей игры со сдавливанием его гениталий, он теряет сознание. В последнее время, я чувствую, что перегибаю палку, продолжая раз за разом играть с его яйцами, пока он не отрубится от боли. Но ничего не могу с собой поделать: все остальные экзекуции кажутся детскими и не интересными. Когда Сергей в очередной раз отключается, я кланяюсь перед мужчинами, под громкие аплодисменты и удаляюсь на мой любимый диван.

Теперь приходит очередь Ивана развлекаться с нашим дорогим гостем. Передаю ему нашего раба, а сама удобно устраиваюсь рядом с Павлом и начинаю ласкать его член. Вижу, что эти садисткие игры его тоже заводят. Все-таки, он у меня настоящий садист!

Иван достает из сумки аппарат, похожий на мини электроустановку, и прикрепляет к нему металлические зажимы, один зажим вешает на грудь Сергея, другой на его висячий член. Мы с удивлением и любопытством наблюдаем за происходящим, но я уже знаю, что будет дальше. Иван включает ток и нашего пленника, от резкого напряжения, невольно начинает подбрасывать.

Через все его тело гуляет неведомая сила, и я, затаив дыхание, смотрю, как судорога сковывает мышцы раба. Лицо Ивана, при этом, остается каменным, словно он занимается этим изо дня в день и для него – это обычная процедура.

Он с детским азартом играет с переключателем напряжения, делая ток то сильнее, то слабее. Сергея трясет, от ударов током, он мечется из стороны в сторону, пытаясь вырваться и сбежать, вместе с пыточным стулом. Иван продолжает экзекуцию до момента, когда Сергей уже готов отключиться от пыток.

Павла уже передергивает от возбуждения и он осторожно заваливает меня на спину и быстро ложиться сверху на мое тело.

Он входит в мое лоно, начиная быстро долбить его. Я продолжаю смотреть на дрожащего Сергея и хладнокровного Ивана, повернув голову в их сторону и наслаждаясь ощущениями от входящего в меня члена.

Иван не реагирует на нас, кажется, он всецело занят пыткой Сергея. В его глазах горит дьявольский огонь! Этот человек – настоящий маньяк! Он настоящая загадка для меня и именно это и привлекает меня в нем.

Я смотрю, с каким изяществом он двигается, как смотрит, как играют его мышцы… Меня так возбуждает все, что он делает, что я кричу, как ненормальная, чтобы он не останавливался и продолжал бить током Сергея, пока я не кончу от всего происходящего.

Хочу, чтобы мы с Пашей кончили вместе под дивное зрелище экзекуции раба. Иван сбавляет напряжение, опасаясь ненароком убить пленника, и как только мы с мужем кончаем, сразу же убирает подачу тока, видя, что Сергей уже на пределе своих возможностей. Так, с помощью уникального зрелища, я получила довольно крутой оргазм.

Иван отвязывает Сергея от стула, пока тело пленника трясет, от пережитого, как в лихорадке.

Иван командует, приказывая рабу встать. Сергей с трудом поднимается, продолжая безудержно выть.

– Вставай раком, сейчас будем прочищать твой задний проход, – громко говорит Иван и Сергей обреченно наклоняется к стулу.

Черт, никогда бы не подумала, что увижу его настолько униженным и послушным. Когда он издевался надо мною, я даже не могла себе представить, что когда-нибудь увижу его в таком виде! Это дорогого стоит!

Я с грустью смотрю на свою руку, где не хватает одного пальца. Если бы не этот мерзавец, то мое тело не получило бы столько увечий.

– О чем задумалась? – спрашивает Павел, видя, что я опять с грустью смотрю на свою покалеченную руку.

– Да так, ни о чем! Задай ему жару, – злобно кричу я Ивану, пытаясь раззадорить своего друга и заодно напугать Сергея.

– Будет сделано, шеф! – подмигивает Иван и достает огромный фаллос.

Мы с Павлом с нетерпением ждем продолжения экзекуции, Иван всегда делает все с таким блеском, что держит Сергея на грани жизни и смерти.

Иван смазывает кремом дидло и щедро сыпет на инструмент пыток, заготовленный заранее, красный жгучий перец.

– Любишь мексиканскую кухню? Сейчас я тебя накормлю остреньким! – произносит Иван и без долгих церемоний, вгоняет этого гиганта в анус Сергея.

Наши эротические игры с участием раба, приобретают какой-то странный и новый оттенок, с каждым днем нам хочется чего-то большего. Мы все понимаем, что организм Сергея не выдержит столько пыток и издевательств, но мы уже не можем остановиться!

Я никогда не думала, что меня так будут заводить пытки над Сергеем, но теперь, мне не хватает этого, как воздух. Только в подвале я обретаю свободу от своих печальных мыслей о тщетности и несправедливости этого мира и здесь я вершу правосудие.

Сергей скоро перестанет нас радовать своими криками, но мы не отчаиваемся, ведь у нас есть огромный список из его дружков-подонков, которые сейчас насилуют и избивают очередную жертву. Кто из них будет следующим? Мы пока не определились, но я точно знаю, что очередь дойдет до каждого!

А когда мы расправимся с клиентами Сергея, мы будем искать новые подпольные рабские клубы. Теперь у меня есть цель в жизни, пусть и не совсем адекватная, с точки зрения морали.

Обостренное чувство справедливости каким-то образом соединилось с моими новыми сексуальными предпочтениями и я теперь стала зависима от боли своих бывших мучителей. Они сами сделали из меня монстра и я не смогла смириться с пережитой травмой.

Сергея хватило всего на три недели, он уже слабо реагирует на побои и не удивительно. За это время Павел сломал ему ребра, выломал руки и перерезал сухожилия на ногах.

Да, мой муж погорячился, но я его понимаю, он очень долгое время страдал из-за этого человека, но не мог выплеснуть свои гнев и боль наружу. Он думал, что потерял меня, а также потерял своих близких. Я думала, что он уже давно смирился с этой потерей, но, как оказалось, все это время боль жила внутри и съедала его.

И несколько дней назад, выпив лишнего, начал вспоминать моего бывшего мужа и своего лучшего друга, а потом сорвался и побежал в подвал. Я пыталась его остановить, но он так злобно посмотрел на меня и закричал, чтобы я не лезла, что я решила остаться наверху.

Утром он извинялся за нервный срыв и за то, что так жестоко избил пленника. Но я его не осуждаю, он долго таил в себе эту боль и тут она вышла наружу. Теперь его тоже “отпустит”, как и меня.

Когда пришел Иван, мы все вместе спустились в подвал, Сергей валялся в луже крови и пытался дышать. Ему никак не удавалось сделать глубокий вдох из-за сломанных ребер. Иван констатировал факт, что больше недели это тело не протянет, да и для пыток уже не годиться.

К нашему всеобщему огорчению мы поняли, что наша “размеренная жизнь” с устоявшимися правилами, подходит к концу. Сергея нужно на прощанье “проводить”, как следует, и заниматься следующей жертвой.

После пропажи Сергея, мы решили выждать месяц, чтобы все новые исчезновения не вызвали сильного подозрения.

Сегодня, на общем собрании, прямо в подвале, в присутствии пленника, мы решаем его судьбу. Я предлагаю использовать купленное мною устройство и заставить этого гада напоследок выстрадать.

Паша предлагает постараться “Подлечить” мерзавца и потом продолжить развлекаться с ним. Иван задумчиво смотрит на Сергея и ничего не предлагает. Ситуация накаляется, мы с Пашей спорим, перебиваем друг друга, я обвиняю мужа в трусости, он взывает к моему здравому рассудку и объясняет, что спрятать труп сложнее, чем держать в подвале живого Сергея. Иван держит паузу, потом заявляет, что мы оба в какой-то мере, правы.

– Он долго уже не протянет, максимум неделя, если не отвести в больницу. – задумчиво произносит Иван, – Пашка ему там, видимо, повредил легкие, слышите, какие хрипы? Он уже не жилец. Вера, ты можешь придумать ему что-то особенное, на прощанье, а мы с Пашей будем решать, что делать потом с его телом…

Осознание того, что Сергей скоро умрет, бьет по мне, словно обухом. Я понимаю, что я уже привыкла к пленнику и мне будет сложно “проститься” с моей новой ролью подвального инквизитора.

Каждый раз, когда я пытаю этого подонка, я получаю облегчение, но когда его не будет, не вернется ли ко мне прежнее состояние страха? И зачем только Павел его так сильно покалечил?!

К горлу подкатывает ком горечи. Со стороны может показаться, что мне жаль пленного, но мне жаль себя. Сергей отмучался и сможет теперь спать спокойно вечным сном, а я остаюсь жить с моими воспоминаниями о том, что он совершил и больше уже никогда не смогу наказывать его…

– Я думаю, груша страданий тут не нужна, – снова произносит Иван, – Мы просто убьем его за полчаса и все. У меня есть идея получше… Вы ее оцените по достоинству!

С этими словами он достает черенок от лопаты и долго с интересом его рассматривает, а затем говорит:

– Слышали когда-нибудь про Дракулу? Он изобрел один интересный метод пыток… Сейчас мы его воспроизведем, но сразу предупреждаю, если мы это делаем, назад пути нет! Вера, это касается особенно тебя! – Иван строго смотрит на меня.

– А я-то тут причем? Я хочу мучений этого гавнюка не меньше всех остальных! – удивляюсь я его странному замечанию, предвкушая, что он придумал нечто неожиданное. А его упоминание о Дракуле говорит о том, что это будет нечто незабываемое. Уж не кровь ли этого ничтожества предложит пить? Тут я точно пас.

– Дракула был очень жестоким человеком и долгое время разрабатывал метод пыток, чтобы продлить агонию, как можно дольше. – продолжает Иван, – По его разработке, деревянная палка входит через прямую кишку и за несколько дней полностью выходит изо рта, при этом жертва остается жива все это время, – с гордостью заканчивает он свою речь и осматривает черенок.

– Да, ладно, не может такого быть! – шепчу я, у меня просто челюсть отвисает от его заявления.

– Проверь сама, загугли “как Дракула сажал на кол” и почитай информацию на разных сайтах, ты сама удивишься, но его метод реально работает! Ученые даже изучали этот феномен с точки зрения физиологии, очень интересное объяснение. Теоретически, даже если не острая, но заточенная и округленная палка выйдет изо рта, человек еще может какое-то время прожить, и быть, при этом, полностью насаженным на кол, – заканчивает свою поучительную речь Иван и поворачивается к Сергею.

– Ну, специальных кольев, как у самого Дракулы, у нас нет, извините мистер, будем работать с тем, что есть, – он демонстрирует Сергею черенок от лопаты.

– В смысле, специальных кольев? – с волнением спрашивает Павел, которого также шокировало предложение Ивана.

– Дракула посылал специальный отряд, чтобы подготавливали колья для казни, ну, что, готовы? – произносит Иван, снова оглядывая нас с интересом и вызовом.

Мы с мужем переглядываемся. Одно дело – обсуждать убийство, другое дело – убивать. Когда Иван сказал, что назад пути не будет, я поняла, что, пожалуй, не способна убить, как бы сильно я не ненавидела Сергея. Но и назад поворачивать сейчас поздно, может быть, Паша прав? Может просто оставить пленника умирать, он уже достаточно получил свое.

По глазам мужа вижу, что он солидарен со мной в этом.

– Ребят, вы что, решили на попятную? Разве не хотите довести дело до конца? – с недоумением спрашивает Иван.

– Вань, да в общем-то, ему уже достаточно перепало, вот он, еле дышит, какой уже смысл в этом Дракуловском эксперименте? Давай просто оставим его и подождем, когда сам сдохнет, – начинает осторожно Павел, но встречает довольно строгий взгляд друга.

– Дорогие, давайте так, если вы такие нежные и слабонервные, то вы можете просто выйти отсюда и представить, что он сам подыхает, Вера, тебе так будет легче? – продолжает донимать меня Иван.

Я никогда раньше не видела его таким. Мы все “в меру” жестоки и не плохо порезвились, но тут с ним происходит что-то другое. Он делает это не из мести, он просто хочет испробовать метод пыток и дело тут далеко не в Сергее.

– Верунчик, пойдем наверх, – предлагает Паша, но я продолжаю колебаться, Иван, видя мою заторможенность, начинает продавливать дальше:

– Вера, ты мне рассказывала, что он сделал с тобой, ты показывала мне шрамы, он лишил тебя близких людей, он нанес душевную травму твоему ребенку и пытался его продать, только не говори, что тебе вдруг, стало его жаль! – уже на повышенных тонах начинает говорить Иван и я понимаю, что хочу остаться и посмотреть казнь моего мучителя.

Возможно, это похоронит все мои проблемные воспоминания, а может быть, и нет. Но попробовать стоит!

– Я остаюсь! – твердо заявляю я, громко выдохнув.

Сергей, корчась от боли, хрипло дышит и с ужасом смотрит на меня. Интересно, он понимает, что с ним собирается сделать Иван? Если да, то я ему не завидую…

– Ты уверена? – недоверчиво переспрашивает Паша, глядя на меня.

– Да, я уверена, я остаюсь, я хочу присутствовать на казни!