Влюбить тебя Невеличка Ася

- Ага, просидела почти весь день в машине! – тут же огрызнулась цыпа и смылась в спальню.

- Проходи на кухню, поужинаем.

Я отказался от плотного основного блюда, попросив налить свежий куриный суп. Наваристый бульон не из кубика, а из отлично проваренного куриного мяса, с непередаваемым ароматом.

- Света, тебе что положить?

Цыпа снова была в провокационных шортах и майке, через которую отчетливо проступали соски, так что хватило одного взгляда на нее, чтобы уткнуться в тарелку и больше не поднимать глаз.

- Ничего не хочу.

Хлопнула дверца холодильника.

- Давай положу суп?

- Не хочу суп.

- Пюре с гуляшом?

- Мам, не буду.

- А яблоко после рабочего дня – не еда. Съешь тарелку супа.

- Да не хочу.

Я не выдержал.

- Сядь и ешь!

Света молча трюкнулась за стол рядом со мной, не прекращая дуть губы. Ирина сразу же подставила перед ней тарелку с бульоном.

К злости тут же примешались другие эмоции. Эти её губы, соски, касающиеся моих ног голые бёдра… С-сука!

- Ириш, очень вкусно и сытно. Спасибо. Я, наверное, поеду.

- Максим, задержись немного, поговорим?

Я согласился, попросив налить чай. И началось глупое соревнование, кто медленнее закончит ужин: я с чаем или Света с бульоном.

Когда цыпа поднялась из-за стола, наступила полночь.

- Ну, я пойду.

- Давно пора…

- Спокойной ночи.

Света продолжала стоять, сверкая голыми ногами.

- Макс, если вдруг решишь остаться, я не против.

- Без тебя разберемся, - тут же встряла Ира. – Иди уже!

Мы остались наедине, и мне хватило одного шага и вытянутой руки, чтобы в следующее мгновение сжать в объятиях Ирку, такую домашнюю, пахнущую куриным бульоном и гуляшом со специями. Правильную, не устраивающую мне сексуальных провокаций!

Пара глубоких поцелуев и возмущенное покашливание со стороны прохода.

- Пойдем в спальню?

Да, черт, я в шаге от того, чтобы обеденный стол превратить в блядский.

Ощущения были странные, как у незрелого подроста под носом у родителей посматривающего порнуху. Но возбуждение накрыло так, что думать, а тем более останавливаться уже не хотелось.

Я повалил Ирку поперек постели и больше не сдерживался, освобождая её от одежды, впиваясь губами в теплую зовущую плоть и заводясь от хриплых, сдерживаемых стонов.

Уткнулся ей в шею и вошел одним рывком. Придержал выгнувшееся тело и задвигался в нарастающем темпе, практически сразу чувствуя, как подступает давление, вышибающее пробки сдержанности.

- Бо-оже! – всхлипнула Ира, а я не смог удержать улыбки. Черт, еще пару месяцев и я привыкну к такому обращению.

- Б-бо-оооже-еее мо-ой!

- Да, цыпа, да-а-а…

Позвоночник выгнуло и по телу пошла крупная дрожь, выбивая из меня всю сдержанность. Я захрипел, все еще двигаясь в дрожащей подо мной девочке, снимая сливки ее оргазма, а в голове уже всплыли слова Светки:

«Решишь остаться, я не против».

И сейчас, выскальзывая и обнимая Ирку, я хотел остаться.

- Максим?

- М?

- Оставайся?

Вздохнул, понимая, что на дорогу убью еще час, а через пять уже вставать.

- Угу.

- Хорошо… Еще хотела попросить.

- Что?

- Не кричи на Светика.

Это напрягло.

- Вроде я не кричал на нее, - не мог вспомнить, чтобы при Ире орал на цыпу.

- Я имела в виду, не воспитывай её. Понимаю, что она может доводить до бешенства, но немного странно, что мой любовник воспитывает мою дочь. Да и поздно уже, не находишь?

Любовник? Никогда не задумывался, какие у Ирки на меня планы и есть ли они.

- Когда я…

- За ужином. Ну не захотела есть – позже бы поела.

И я вспомнил этот незначительный, как мне казалось, момент, когда рявкнул на цыпу.

- Это не воспитание, Ир. Это всего лишь рабочая субординация. Прости, я ей не как твоей дочери, а как своей подчиненной приказал.

Ира привстала и влажно поцеловала в губы.

- Хорошо, - улыбнулась. – Но мне понравилось, что она послушалась.

Блядь, проблема в том, что и мне понравилось, как она послушалась…

* * *

Светлана

Прокувыркалась полночи, будильник запиликал и выдернул из глубокого сна.

Что – опять? На работу? Когда же это закончится?

Зацепила волосы резинкой и пошла будить маму. Она вообще любит поспать и часто игнорирует будильник.

- Мам! Просыпайся! – Я по привычке барабанила в дверь, зная, что сейчас совершу ежеутренний ритуал, сначала поставлю чайник, потом пойду умываться и на обратном пути снова разбужу её.

Но сегодня дверь открылась до того, как я успела развернуться и уйти в кухню.

Занесенный кулак опустился на голую грудь Макса.

Я вздрогнула, коснувшись его горячей кожи, и тут же расслабила кисть, чтобы он не подумал, что я намеренно ударила его.

Макс… у нас… Ну да, вчера же он остался. С мамой. Поэтому я полночи не могла заснуть, прекрасно осознавая, чем занимаются взрослые.

- Что ты делаешь?

Я снова вздрогнула от волны мурашек, запущенных его хриплым низким голосом. Черт, хотела бы я, чтобы он со мной вытворял что-то такое, от чего размножаются мурашки.

Макс перехватил запястье и только сейчас я осознала, что глажу его по груди, пробегая пальцами по ключицам и впадинке между ними, поглаживая накаченные мышцы груди и царапая ногтем крошечные темные сосочки.

- Ой, прости…

Что с моим голосом? Обычно по утрам я так не сиплю. Взгляд сам собой скользнул от разглядываемой груди ниже, к прессу и очень явственно торчащим боксерам.

Макс проследил за моим взглядом, застонал и оттолкнул от двери. Снова стало все как в обычное утро, когда я сделала первый заход, теперь должна пойти поставить чайник на огонь и умываться.

Вот только внутри меня трясло, пальцы подрагивали, еще храня ощущения его горячей кожи на концах, а уши жадно ловили звуки страсти за дверью. Чужой страсти.

Низ живота скрутило неудовлетворенной тянущей болью. От злости я впечатала кулак в дверь, громко проорала:

- Подъем! Опоздаем же! Вам ночи не хватило?

И только после этого, злая, как черт, ушла ставить чайник.

Всё утро было странным. Кофе мы выпить не успели, все же очередь в три человека в одну ванную комнату оказалась слишком длинной!

- Ты там недельную стирку замутил? – буркнула я, отодвигая Макса и протискиваясь в ванную, хотя видела его шальную улыбку, перекинутое на шее полотенце и влажные после душа волосы.

- Малыш, в моей квартире две ванных комнаты. Просто подумай.

Это он уже говорил не мне, а маме, хаотично метающейся из спальни в зал и собирающейся на свои курсы.

У подъезда мы разошлись. Мама пошла к своей букашке, предварительно жадно прилипнув к губам Макса, а я села в его машину, с дури хлопнув дверью и прервав их поцелуй. Им ночи с утром не хватило?

- Это не холодильник, чтобы так хлопать дверцей! – рявкнул Макс, забираясь в машину.

- Можно подумать, что холодильником хлопать ты позволишь, - язвительно заметила я и натянула ремень безопасности.

Макс выругался и вырулил со двора.

- Где ты покупаешь кофе и пончики?

Покупала я их недалеко от офиса, поэтому Макс высадил меня у Старбакса, велев с завтраком идти прямиком к нему в кабинет, и уехал домой переодеваться. А я снова пошла доказывать, что в коробку под шесть пончиков именно шесть и уберутся, но желательно четыре сахарных и два глазированных.

Хуй.

* * *

- И что сказала мама? – мы сидели с Максом в его кабинете и доедали пончики.

- Что подумает.

- Если разрешишь завести мне котенка, я могу помочь ей подумать в нужном направлении.

- Обойдешься. Рассчитываю, что она справится без тебя.

Я передразнила Макса и застыла от его пристального взгляда на мои губы. Внизу живота сразу скрутились тугие узлы, посылающие предательскую слабость в ноги.

- Ч-что?

- У тебя… тут…

Глаза Макса потемнели, голос опять стал низким и даже каким-то вибрирующим. Пальцем он коснулся уголка своих губ, и я тоже зависла, разглядывая жесткие мужские губы, прогибающиеся под пальцем.

- Что?

- Сахар-рр…

- Где?

Я повторила его жест, дотрагиваясь до своих губ, и прикрыла глаза, уловив, как Макс наклонился, приближаясь ко мне.

Поцелует?..

И в следующий момент я почувствовала на губах подушечку его пальца и легкое царапанье крупинок сахара по губе.

Подавив стон, открыла глаза и снова вздохнула, потерявшись в его тёмном голодном взгляде. Именно так смотрят на меня парни, перед тем как предложить «встретиться-потрахаться». Я машинально высунула язык, чтобы облизать губы и сахар, и мазнула его палец. Взгляд Макса потяжелел, но палец он не убрал. Я облизала его еще раз, чувствуя как мокнут трусики, сбивается дыхание, а в голову ударяет дурманящий туман.

- Твою мать… Что ты делаешь? – выдыхает Макс, подхватывает меня с кресла и разворачивает к двери. – Я запрещаю тебе носить мне кофе и пончики. Марш работать!

Злится? На что? Что я такого сделала?!

Но за моей спиной хлопнула дверь кабинета, гораздо громче, чем от холодильника.

- Не в духе? – участливо спросила Марина, сразу передавая полную коробку бумаг на разнос.

Я скривилась и понеслась вверх-вниз, раздавая корреспонденцию арендаторам бизнес-центра.

Вечером добралась до дома и вырубилась, забив на ужин.

Утром с ревностью смотрела, как Марина заносит в кабинет Макса кофе из Старбакса и чертовы сахарные пончики. В душе расползлась обида, это ведь я придумала, а он перепоручил Марине! Но высказать ему своё «фе» не получилось, второй день я с ним ни разу не увиделась.

Макс врубил полномасштабный игнор моей персоны.

Вот что я ему такого сделала?

В субботу мамка подняла в рань страшную.

- Макс придет? – проворчала я, не поднимая лицо от подушки.

- Нет, девочки. И нам надо успеть убраться до их прихода.

- Фуу-ууууу… Я убиралась в ту субботу.

- И в эту тоже поможешь. Вставай. Я готовлю, ты прибираешь.

- Блин, съезжай ты уже к Максу, а я котёнка заведу.

- Больше ничего не хочешь?

- Спать хочу. Я целую неделю работала. Устала.

- Привыкай, Светик. Во взрослой жизни именно так и происходит. Вставай.

В результате я заключила с мамой сделку, взамен на уборку она пускает меня за стол с девочками.

- Ну, я же взрослая? Работающая? Мне пора набираться женского опыта.

- Ты становишься резкой, - прокомментировала мама, но на условие согласилась.

В три пришли Нина с Леной.

- А мама-Даша?

- Сегодня не смогла. Муж не отпустил, - тут же отвесила Лена, задавая настроение вечеру.

Мы сидели на кухне за бокалом вина, и мама пересказывала свои успехи в отношениях с Максом.

- Он не только предложил переехать, но привел столько причин, почему у него будет жить комфортнее. Позавчера мы просто толкались за право умыться в ванной!

- Позавчера? Иринка, он ночевал с тобой?

Мамка покраснела, но вкратце пересказала, как мы ввалились поздно домой, она поразила его ужином, и закончили вечер в спальне. Нина с Леной дружно повернули головы в мою сторону.

- Что?

- А как наша взрослая девочка восприняла мамину ночь?

- А что я? – ушла в глубокую оборону. Ну не готова я маминым подругам и особенно маме открывать свои скрытые желания. Я себе то не готова кое в чем признаваться. – Это мамины отношения, ее и спрашивайте.

- Максим с тобой не обсуждает Иру? Не спрашивает  о ней?

Я задумалась, не помню, чтобы мы с ним много говорили, а в последние пару дней не говорили вообще!

- Неа, он ничего со мной не обсуждает. Я у него работаю козой на побегушках.

Лена сразу переключилась с меня на маму, а Нина все еще следила за моей реакцией. Я уткнулась в бокал с вином и сосредоточилась на разговоре за столом.

- Что ты от него добиваешься, Ира? Ты говорила секс у вас охуенный… Не кривись, Светка большая, сама сто процентов погуливает…

Я поперхнулась вином, но жуть как не хотелось, чтобы меня прогнали на самом интересном месте.

- Все нормально, все нормально! – Я прикрылась салфеткой, впитывая каждое слово Лены.

- Если у него на тебя стоит, то поверь мне, это серьезное заявление. Не просто съехаться, а притереться. Это без пяти минут предложение, подруга. Но готова ли ты второй раз вляпаться в эту историю?

Спич Лены даже Нину отвлек от меня, сейчас мы трое смотрели на нее, разинув рты, чем она и воспользовалась, поставив жирную точку.

- Когда он попросит стать его женой, у тебя не будет пару месяцев подумать.

- Этого жеребца сразу надо хомутать! – подтвердила Нина.

- Или бежать от него, - закруглила Лена. – Но в этом случае, начинать бежать надо уже сейчас. Так, что ты думаешь про ваши перспективы?

- Да я…

- И не вздумай вплетать сюда Светку! Это твоя жизнь, ты и принимай решение.

Мама заметно расстроилась. Наверное, если бы она могла променять весь наш девичник на одну маму-Дашу, так бы и сделала, повесилась бы на нее и вывалила все свои тревоги. Ну, а мама-Даша приняла бы исповедь без слова осуждения.

Но сейчас у мамки только мы трое. Она тяжело вздохнула и, как настоящий коуч-тренер, стала раскладывать проблемы по полочкам.

- Тогда начну с секса, - тут она осеклась, косо глянула на меня, что пришлось напомнить:

- Я сегодня с утра драила квартиру!

Она закатила глаза, признавая поражение, и продолжила:

- Секс, как вам объяснить, изменился. Первый месяц Максим был обходительным, нежным. Внимательным к малейшему моему дискомфорту. А теперь рвёт…

- Что рвёт? – это глупость спросила не я, а Нина.

- Не то, что рвёт, а нетерпелив, срывается и галопом несется к оргазму.

- Но он происходит? Парень кончает или у него проблемы?

- Нет у него проблем, кончает и начинает снова…

- А ты кончаешь?

- Лена! Конечно, я тоже. Но за ночь по три-четыре раза я не всегда выдерживаю.

Нина хмыкнула:

- Отхватила молодого мужика, еще и жалуешься? Так он сейчас стал чаще и больше, чем в начале отношений? Обычно же сдуваются? А, Лен?

- Сдуваются, но тут другой случай. Похоже к Ирке у него все серьезно. Но готова ли она?

Мама вздохнула:

- И тут мы переходим ко второму пункту. Моя работа и независимость. Я не хочу, чтобы меня посадили в четырех стенах, мне нравится моя работа, я чувствую себя состоявшейся и нужной.

Повисла пауза. Все мы помнили, из какого состояния вытаскивали маму после развода, сколько времени она потратила на восстановление своей разрушенной самооценки. Пусть я раньше не все понимала, но с двенадцати лет осталась без поддержки папы и мамы, и уже позже, лет через пять, когда мама нашла свое место в жизни, она с маниакальным рвением взялась компенсировать мне внимание и любовь. Вот только меня что-то никто из депрессии выводить не пытался, хотя, попав под тотальный контроль и прессинг родительницы, я тоже пережила нелегкий период адаптации и принятия.

- Думаешь, ему это надо? Он же выделил тебя именно за твой подход, жизненную хватку, независимость? – засомневалась Нина. – Ему тридцать пять, вряд ли он хочет ебать заезженную домохозяйку. Таким нужен интересный диалог, поддержать беседу в обществе, отжечь в постели. А что ты отожжешь, если он засадит тебя дома? Только утюгом стоячий воротничок.

- Он не носит такие рубашки, только с отложным воротником, - поправила я и тут же прикусила язык. Ну, кто меня за него тянул?

- Давай дальше. Секс, если не радует, то вполне можешь потерпеть, а где надо просимулировать, рано или поздно перегорит жеребчик. Работу сразу ставь в приоритеты на все его планы. Какие еще проблемы?

- Квартира, - простонала мама.

- А что с квартирой?

- Мне придется присматривать за двумя! Эту можем закрыть, раз в месяц приезжать на уборку. Но вы бы видели его квартиру! Там за все выходные и половину не вычистишь!

- Не думаю, что там придется убираться, у него наверняка приходящие уборщицы чистят-моют.

И снова эти пронизывающие взгляды. Черт меня за язык дернул!

- Ты была в его квартире?

- Э-ээ, нет… Марина сказала. Про уборщиц. Но они только убирают, не готовят! – сразу предупредила я маму, вспомнив пустой холодильник.

- Ну, это понятно, - протянула Нина. – Видишь, как все шикарно устроилось? Квартиру приберут, тебя ночью выебут, а с утра на работу побежишь. Только скажи мне, чего ж ты Светку то здесь оставить не хочешь?

Да-да-да! Вопрос не в бровь, а в глаз! Ну же, мама?

- Я вполне могу пожить тут, приглядеть за квартирой.

Мама даже не посмотрела на меня.

- Ей еще учиться три года. Если сейчас недоглядеть, бросит университет, залетит от какого-нибудь бомжа по большой любви, а дальше жизнь под откос. Нет, девоньки. Выучу, помогу найти работу, может Максим поможет, сейчас же устроил к себе, вот тогда пусть зарабатывает и живет сама, где хочет. А пока будет жить со мной.

Я вздохнула и погрустнела. Мне хватило минутной паузы, чтобы обустроиться в нашей квартире, выкинуть все пыльные цветы и завести котенка. Но у мамы были другие планы. Надеюсь только меня поселят подальше от их спальни, с отдельной ванной, где я буду предаваться разврату, рассматривая фотографии Макса в инстаграме.

Глава 6. Неохваченные квадратные метры

Светлана

- Он – кошмар, какой злой. Не входи.

- Убьёт? – я застыла перед дверью его кабинета.

- Может.

- А что случилось то? – я присела к встревоженной Марине, отставляя стакан с кофе.

- В общем, новый арендатор тянет время с договором, не хочет вносить аванс, а Максим Денисович уже перемещает арендаторов, и те грозятся расторгнуть договор, с санкциями. Сегодня с утра отнесла ему три претензии.

- До пончиков? Вот ты не дура? Эх, Маринка-Маринка, детей хочешь, а сама головой не соображаешь. Плохие новости приносить надо после обеда! Открывай дверь, пойду нас спасать.

Но это я перед Мариной такая храбрая, на самом деле, входя в кабинет Макса, меня трясло не по-детски.

- Привет…

- Что еще?!

Ого, вот это голос у него, чуть окна не повылетали.

- Кофе.

Он зыркнул в мою сторону, так что я решила быстро закончить и смыться.

- И пончики, - поставила перед ним. – А про переезд и маму позже поговорим.

Я почти скрылась за дверью, когда донеслось его:

- Стоять!

Страницы: «« « 23456789 » ... »»