Покорность не для меня Свободина Виктория
— Тогда хорошо. Только плакать все равно не нужно.
Эйнер остановился, взял меня за плечи и прижал к себе. В объятиях Клифорта вдруг оказалось спокойно и приятно находится, я впервые за долгое время почувствовала поддержку кого-то сильного. Мальчишки мне всегда и во всем помогали, но там именно я чувствовала за всех ответственность. Вместо того чтобы успокоиться, я расплакалась еще сильнее, вместе с слезами отпуская внутреннее напряжение. У ребят все будет замечательно, надо в это просто верить, я буду им во всем помогать, а когда придет время уйду… если смогу как-то разорвать связь с Дерзким.
После короткой прогулки по заросшему саду, больше напоминающему джунгли, мы с Эйнером вернулись к его флаю. Хочу отметить, что все время охрана мужа держалась на почтительном расстоянии, и летала за машиной Клифорта почетным эскортом, и за все время наших поездок супруг ни разу не установил ограничительный режим на брачной метке. Ни в флае, ни в зданиях, что мы посещали. Я даже видела несколько возможностей сбежать, но делать это не пыталась, придерживаясь своего обещание. Доверие Эйнера оценила — с его стороны, то, что он дал мне относительную свободу, это риск. Как минимум риск потерять вложенные в меня деньги.
Только сейчас заметила, что флай летит в сторону города, а не поместья.
— Эйнер, куда мы?
— Я решил, что нам стоит немного прогуляться. Или вам хочется вернуться в поместье?
В поместье? Да оно уже мне надоело до невозможности.
— Нет-нет, в город, значит, в город.
— Я так и подумал, — усмехнулся в ответ супруг, самоуверенный какой.
Эйнер удивил, поскольку привез меня не гулять по жаркому городу или сидеть в ресторане, в настоящий океанариум. Я даже не знала, что в этом городе есть подобное чудо. Сюда простой люд не пускают, только изысканную публику и билеты, я так понимаю, очень дорогие.
С огромным интересом брожу вместе с Клифортом по полутемным коридорам, любуюсь водными обитателями этого и других миров. Коллекция большая. Я и половины морскихх гадов раньше не видела.
Клифорт охотно рассказывает мне про рыб, их особенности, места обитания, и какую пользу они приносят в биомагии. Слушать невероятно интересно. Эйнер прекрасный рассказчик и сразу чувствуется, что дело свое он любит, говорит с упоением. И что особенно приятно, никакого пренебрежения со стороны супруга — Клифорт знает, что со мной можно говорить на равных, и не пытается как-то меня принизить или задеть.
Взрослые посетители океанариума удивленно заглядываются на меня с Клифортом. Женщины тоже с любопытством разглядывают рыб, но никто даже не думает просвящать их относительно названий морских обитателей и прочего. Наверное, со стороны Эйнер всем кажется чудаком, который разговаривает и ведет лекцию для своей комнатной собачки.
Мы с Клифортом зашли в тоннель, стены и потолок которого прозрачны, и за ними можно наблюдать за подводным миром, полбоваться кораллами и сотнями пестрых цветных рыб. Над головой плавают даже большие хищные рыбины, одним своим видом приводящие в трепет. Надолго застыла посреди этого туннеля, отрешившись от всех своим проблем и растворяясь в окружающей красоте.
— Айра. Можно я вас поцелую?
Опускаю голову, отрывая взгляд от серого брюха рыбины, что только что надо мной проплывала. Оглядываюсь. В тоннеле никого, кроме меня и Клифорта. Эйнер стоит напротив меня, очень близко, и гипнотизирует внимательным, каким-то магическим взглядом, в котором плещется заряженная, притягательная энергия.
— Нет, — опустила голову, разрывая магический контакт взглядов.
Что это было? Между мной и Эйнером действительно, словно энергия витает, и от нее даже колет кончики пальцев. Мне так хотелось согласиться. Что это? Магия? Не бывает такой магии.
— Айра, я…
— О, кого я вижу, чета Клифорт!
Повернула голову и застыла. У меня волосы на затылке зашевелились. Надеюсь, Эйнер их тоже видит.
Вцепилась, на всякий случай, покрепче в руку Эйнера. Ко мне и супругу с «милыми» улыбками на лицах, приближаются Дойлеры. Леман и Катениль.
— Айрелин, чудесно выглядите, — сейчас улыбка Лемана стала откровенно хищной, не стесняясь, соотечественник буквально раздевает меня взглядом, в то время как его сестренка строит глазки Эйнер. Видимо, Катениль тоже захотела в большую семью Клифорта. А что, Эйнер ведь и согласится может — будет еще одна диковинка в коллекции, с которой можно поболтать на равных.
— А вы, не очень, Дойлер, — рядом с супругом я чувствую себя спокойнее, и отвечаю смело.
— О, смотрите-ка, Айрелин, неужели память вместе с дерзостью возвращается? — усмехается Леман и делает шаг мне на встречу.
— Господин Дойлер, будьте любезны отойти и обращаться к моей супруге так, как того требует этикет этого мира, — холодно произнес Эйнер.
Слышу звук тяжелых шагов — в тоннеле ненавязчиво замаячила охрана моего мужа.
— О, простите, лойр, все не привыкну к реалиям этого мира, — насмешка не сходит с лица Лемана, но, тем не менее, мужчина делает шаг назад. — Вечер добрый, лойр и лойна Клифорт
Я не пойму, почему Леман настолько уверен в себе и ведет себя столь нагло. Из-за денег моего отца, которые прибрал к рукам? Так я не сегодня-завтра, все «вспомню» и потребую наследство назад, если, конечно, Дойлеры не успели все на себя перевести. Пусть лучше у Клифорда будут эти капиталы, чем у Дойлеров. Даже если не получится официально все перевести — я всегда могу после того ограбления, подключится к банковской сети и неофициально все забрать, причем так. Что никто не подкопается. Главное, чтобы Эйнер допустил меня к своему системнику.
— Вы что-то хотели? — поинтересовался муж, когда пауза затянулась.
— Конечно. Хотели узнать, как поживает наша дорогая соотечественница. Мы же переживаем за нее. Вернулась ли память, не обижают ли ее в новой семье.
— У меня все замечательно, — широко «искренне» улыбнулась. — Воспоминания какие-тто иногда приходят, отдельными фрагментами, думаю, что рано или поздно вспомню все. И муж мне замечательный достался. Так рада. И родственницы мои меня очень тепло приняли.
— Что, может, уже и наше племя с вашим мужем возрождать планируете? — ехидно интересуется у меня Катениль. Я поняла подоплеку вопроса. Когда-то я могла стать императрицей, быть одной из самых важных фигур нашего мира, и детей рожать для прославления рода. Это считалось очень почетным занятием. Но по мне, так возрождать цивилизацию, не менее почетно, но да, смешно. Ибо уже ничего не возродить и не возвратить. — Кстати, забыла, какая вы по счету жена? Двенадцатая, кажется?
— Госпожа Дойлер, а вы сами не засиделись дома? — ответил вопросом на вопрос за меня Эйнер. — У вас уже и возраст, насколько мне известно, далеко не юный. Решено. Помогу вам. На следующие торги вы получите особое персональное приглашение.
О, как замечательно вытянулось лицо Катениль.
— Ну, если мою сестру купите вы сами, то за судьбу моей Катиль я буду спокоен, — насмешливо ответил Леман. — Если уж Айренилин вам такие чудесные характеристики дает, то это весьма значимо.
— Мне уже достаточно жен, все вакантные места на их роли заняты, отрезал Эйнер.
— Жаль, жаль. Ну, мы с сестрой пойдем, до встречи на вашем приеме. Говорят, вы редко устраиваете вечеринки, но если уж устроили, то это нечто весьма изысканное и запоминающееся.
Дойлеры ушли, оставляя после себя какой-то мерзкий липкий осадок в моей душе. Тоннель заполнился новыми посетителями — отец большого семейства с несколькими женами и десятком детишек шумно вошел в коридор. Дети весело пищят, жены что-то сварливо галдят. Мы с Эйнером двинулись на выход из тоннеля.
— Смотрите! — громкий вскрик ребенка разнесся по всему коридору.
Взглянула туда, куда указывал мальчик. По прозрачной стене толстого магического стекла потянулась длинная трещина. Но это невозможно. Толстое, закаленное супер-дорогое магстекло не дает трещин. Во всяком случае, так раньше считалось. Трещина пошла от пола и быстро потянулась вверх, разрастаясь, словно ветвистое дерево.
Первым среагировал Эйнер.
— Все! Быстро отсюда!
Громкий детский визг. Дети побежали к противоположному выходу из стеклянного коридора, за ними, забыв про жен, побежал и отец семейства. Женщины остались стоять на месте, недоуменно хлопая глазами, но, повинуясь стадному инстинкту, направились вслед за детьми.
Мне не надо объяснять из-за чего паника. Бросилась на выход, при этом крепко удерживаемая за локоть мужем.
Стены разбились как раз в тот момент, когда мы выбежали из опасной зоны. Это было и впечатляюще и страшно, вода на несколько секунд поглотила все, неся с собой хаос. До нас с Эйнером вода тоже дотянулась, окатив мощной волной и сбивая с ног. Мне в руки прыгнула крупная цветная рыбешка. Рыбка в ужасе распахивает и закрывает рот, и бьется у меня в руках, ощущаю, что голове моей украшение из кораллов. У ног беснуется огромная зубастая рыбина, и того и гляди, мне эти ноги откусит.
Если бы не пришли новые посетители и тот мальчик не заметил вовремя трещину, мы с Эйнером были бы не здесь, а тоннеле, погребенные под тяжелым стеклом и водой.
Что это вообще было такое? Как? На случайность не похоже, но и на диверсию тоже — почти все здания, защищены от воздействия несанкционированных враждебных артефактов.
— Вставайте, — приказал муж, забирая у меня пригревшуюся на руках рыбешку и закидывая ее в ближайшую лужу.
Я оказалась поднята на ноги, а затем и на руки. С платья ручьями льется вода. Навстречу мне и Эйнер уже бегут взволнованные работники океанариума.
— Вот это мы погуляли. А зачем вы меня на руки взяли?
— Вы ранены.
— Где? — ничего такого плохого не чувствую.
— У вас кровь по ноге течет и порвано платье. Видимо задело осколком стекла или еще чем-то.
— Да? Не заметила.
— Ничего, это шок.
— Вас самого не задело?
— Не важно, — покачал головой Эйнер.
В поместье с супругом вернулись очень поздно. Задержались в клинике, где мне и Клифорту обработали все порезы, затем мы еще давали показания полицейским и Эйнер выяснил первые результаты расследования. Стекло треснуло не само, на него воздействовали магией, вот только кто и как это сделал, остается загадкой, поскольку охранные системы здания не зафиксировали ни одного пронесенного посетителями прибора или артефакта, с чьей помощью можно было бы подобное совершить. Записи со следящих артефактов тоже ничего не дали, а остаточный магический фон, который мог бы указать на злоумышленника. Буквально смыло водой и выделившими защитную магию рыбами — почти все рыбы ей обладают и активируют в случае попадания на сушу, для того чтобы дольше продержаться вне своей среды обитания.
— Я почти уверен, что это были Дойлеры, но, увы, доказательств нет, и пока я не могу объяснить, как им такое удалось, — поделился своими мыслями Эйнер, когда мы оказались в безопасных стенах поместья. — Но, выясню обязательно. Как вы себя чувствуете? Голова не кружится?
— Нет, все в порядке.
— Все же Дойлеры куда опаснее, чем я предполагал. Нужно будет усилиь охрану на приеме и подготовить для ваших друзей пару сюрпризов.
Выбора, где спать, Клифорт сегодня не предоставил — у него, и точка. И, похоже, Эйнер своего добился, я, видимо, так привыкла или устала, что даже мысли о протесте не возникло. Вообще заметила, что кошмары меня перестали по ночам мучать и… как-то спокойнее, что ли стало.
Пообещала себе, что докопаюсь до правды и выясню, что же с Дойлерами не так. Вот и новый временный смысл жизни.
Глава 21
Следующим утром проснулась в пустой постели. Даже удивительно. Нашла записку на столике, где Эйнер предупредил, что сегодня в поместье его не будет.
Ну… а что, тут мужья перед женами отчитываются что ли?
Мысленно потерла руки. Тайны поместья Клифорт ждите меня, я уже иду.
На завтраке лойны смотрят на меня многозначительно и этак понимающе улыбаются. По-моему, все девушки уже все для себя поняли — вчера мы с Эйнером весь день вместе гуляли, вернулись поздно, ночевала я у него — немало слуг видело мой выход из лойровской спальни.
— И что он в тебе нашел? — кисло спросила у меня Нитенси. Видимо, это единственная лойна, которая все еще питает к супругу какие-то романтические надежды.
— Как это что? — влезла Аниль. — Айра умная, красивая, потрясающе танцует. Этого мало, что ли?
Нитенси еще больше потемнела лицом и опустила взгляд в тарелку.
Выгуляла Дерзкого и ушла к себе.
И вот, мы со щенком стоим на пороге неизведанного. Запаслась, на всякий случай сухим пайком, водой и настольной лампой, на тот случай, если не пойму, как активировать свет.
Ближайшие коридоры оказались пустыми и скучными. К лабораториям Эйнера и системному артефакту пока не стремлюсь — днем, как упоминал Эйнер, его лаборатории не пустуют, не хочу ни на кого наткнуться.
Ну, коридоры мы с Дерзким изучали. Теперь знаю как пройти в ту или иную комнату тайной тропой. Даже удалось понять принцип действия приборчика, который открывает специальное окошко, чтобы подглядывать и подслушивать за тем, что происходит в комнатах. Сразу ясно, что в поместье не одно поколение людей живет — сейчас такие штуки вытеснили куда более прогрессивные следящие артефакты.
Когда мы со щенком уже возвращались обратно, в коридорах завопила сигнализация. Присела от неожиданности. Неужели по мою душу?
Одной рукой подхватив щенка, поскольку в другой дамская сумочка с моим инвентарем, поспешила к своей комнате, уже почти добежала, когда на меня из-за поворота выскочило нечто черное и пушистое.
Ох, мать моя! Нечто черное, большое и пушистое вовремя затормозило и вперило в меня взгляд больших желтых глаз.
Стоим, смотрим друг на друга.
— Ну, чего встала? Либо помогай, либо не мешай, — грубо сказал портур.
Не будь у меня когда-то дракона, подумала бы, что сошла с ума, а так… увы, это новая связь, приковывающая меня к жизни. Я слышу мыли этого большого наглого кота. Как же не люблю этих портуров.
— Да мне все равно, любишь или нет, — зашипел на меня портур. — Ноги надо делать, ноги!
Кот выражается, словно мои приятели из канализации. Это понятно, «переводчик» в моей голове адаптирует мысли кота на понятный и знакомый мне язык.
— Может, тебе лучше вернуться? Так мы оба спалимся, и все, — в котовьей манере ответила я.
— Э, нет, я за решетку больше не вернусь! Сама там лямку тяни, а я на свободу хочу, на травку зеленую, греться в солнечных лучах, собак гонять.
— Ну… ладно, пошли, — произнесла я и повела кота в свою комнату. Влетит мне от Эйнера, чувствую. Все-таки взглянула в глаза его подопытному образцу, забрала себе, и теперь не скрыть из-за этого, что я гуляла по тайным коридорам. — Ты, хоть, не опасный? А то мало ли, какие эксперименты над тобой ставили.
— Сама ты опасная, — обиделся портур.
— А как ты из подземелья выбрался? — полюбопытствовала я.
— Болван один клетку не закрыл, затем еще одного взял в заложники, — гордо ответил кот. — Ты чего ржешь?
— Да, нет, нормально. Просто буду иметь в виду, на будущее, как правильно надо сбегать из под присмотра Клифорта.
Вошла в гардеробную вместе со всеми своими друзьями. Щенок всю дорогу вполне дружелюбно принюхивался к коту, за что портур на него люто шипел. Вот не дерзкий у меня песик. Кличка Дерзкий куда больше портуру подходит.
— Ну ладно, я пошел, — деловито заявил кот, когда мы вышли в спальню.
— Давай, — спокойно ответила я. — Дверь открыть?
— Ну, открой, хотя и проломить могу.
— Даже не сомневаюсь, что можешь.
Выпроводила кота в коридор. Ох, и наведет он шороху в поместье. Зато лойнам будет, что пообсуждать.
— Самочки! Я свободен! Я иду! — С диким мявом кот бросился по коридору. Ага, травка, значит, ему нужна, солнышко. Все портуры одинаковые.
Ох, что будет. Вот теперь Эйнер точно меня прикопает. Прямо хоть эротический комплект надевай, для задабривания супруга. Приходит муж такой ко мне разбираться, а тут хоп, и я такая в неглиже, у Эйнера шок, и он тут же забывает, из-за чего приходил. Мечты-мечты. Ой, ладно, ну пускай выгоняет меня Клифорт из своего поместья, я и не против.
Дом сотрясался от грохота и криков еще долго, очень долго. Благополучно пропустила обед, прекрасно осознавая, что сейчас всем не до еды. Безумный портур ищет выход из поместья к самочкам, причина важная, так что утихомирить ценного лабораторного кота наверняка непросто.
Когда крики начали доноситься с улицы, поняла, что кот, таки, своего добился.
Выглянула в окно. Мамочки.
Кота окружила охрана, с магсетью в руках. Портур носится по кругу, на его спине… Эквила с длинным хлыстом в руках. Портур орет дурным голосом:
— Человечка! Моя человечка! Спа-а-аси меня! Эта идио-о-отина сумасшедшая! Она мне шкуру испортит! Как я перед дамами покажусь!?
Посмотрела на все, подумала и… закрыла окно шторами, отойдя от него подальше.
Посидела минут пять, подумала. Истошные крики и визги со двора не стихают. Силен портур, силен.
Ну, что делать, придется идти и выручать этого кота гулящего. Связь она такая — подразумевает взаимовыручку.
Буквально чувствую, как растет гора моих провинностей.
Выбежала из дома, застав на улице такую картину — злая Эквила отряхивает платье от пыли и грязи. Как только лойна оседлала и держалась в длинной юбке на бешеном коте? Чудеса. Повреждений у девушки не заметила, только хлыст порван.
В этот момент охрана неловко пытается спеленать в сеть бешено сопротивляющегося портура.
— Держите его, держите! Пусть устанет! Я все равно укрощу этого драного кошака. Будет у меня с самой лучшей выездкой, вот увидите. Люблю таких непокорных! — с азартом, зло кричит Эквила. Ну и характер, оказывается, у девушки, начинаю ее бояться.
Подобралась к мужчине, что раздает всем указания по поимке портура.
— Хватит животное мучить, отпустите его, — потребовала, вернее попросила я.
— Не положено. Отдан приказ отловить, — отрезал охранник, хмуро наблюдая за неистовствующим котом.
— Ну, давайте, я вам его поймаю и в портурник отведу, он там побудет какое-то время до приезда лойра. Все под мою ответственность.
Охранник повернул ко мне голову и удивленно на меня посмотрел.
— Вы поймаете? Вы же девушка.
— Но ведь другой лойне вы давали шанс его поймать.
— Да не то чтобы давали, она сама. Мы не можем приказывать лойнам.
— Ну, значит, и я сама. Пусть люди отойдут и уберут сети.
Пока охранник не успел возразить, двинулась к коту, который уже успел раскидать всю охрану и в данный момент стягиваем с себя зубами и лапами остатки сетей.
— Помочь? — полюбопытствовала я.
— Помоги, — ворчливо отозвался портур. — Что-то ты не торопилась с помощью. \
— А должна была?
— Если что, я тоже торопится не буду, — мстительно ответил кот.
Вот не люблю я портуров…
— А я человечков не люблю, и что теперь?! — возмутился мой новый друг вскакивая, так как сети я уже сняла.
— Ничего. Давай я тебя до твоих дам провожу, а то все приставать будут.
— Ну, проводи.
Кот лег на живот.
— Садись, так быстрее.
— Нет, спасибо.
— Почему это? Ты сомневаешься в моих умениях? Я, если захочу, даже ребенка смогу везти так, чтобы тот не упал. И поступь у меня мягкая.
— Не хочу.
— Сейчас укушу!
— Ладно-ладно.
Под и без того изумленными взглядами окружающих, сажусь на дикого кота без седла и еду с ним на его свидание с кошечками.
Ехать долго не пришлось, портурник недалеко. С победным рыком кот ворвался в помещение, гордо выпятил грудь, и высоко задирая при ходьбе лапы и хвост, двинулся по проходу, внимательно оглядывая заволновавшихся собратьев.
— Так человечка, сейчас буду тебе говорить, кого выпускать. Запоминай. Одну кошечку раз в десять мину выпускай. Я со всеми пообщаюсь и отберу себе парочку.
О, и у портуров в этом мире многоженство в чести. Такой мир, видимо.
В портурник ворвалась Эквила.
— Слезай с портура! — гневно крикнула мне девушка.
— С чего это? — удивилась я.
— Он мой!
— Вот бешеная, — возмутился котик. — Если что, я не ее.
— Разве твой? В потурнике, насколько мне известно, каждая лойна имеет одинаковые права на любого кота.
— Нет! Мне лойр разрешил в любое время брать любого кота. Это особое разрешение. Мне нужен этот. Сейчас.
— Ну, мало ли. Не дам. А как лойр приедет, поговорим и разберемся.
— Что, надеешься на благосклонность лойра? Ну, конечно! Сама то ничего не можешь. Выскочка!
Это я выскочка?
— Что ты предлагаешь?
— Давай сами решим, чей портур. Я смотрю, ты неплохо держишься на коте. Устроим гонку. Кто победит, тот и забирает кота, на него не претендуя больше.
— О, гонки! Давно я лапы не разминал. И кто мой соперник? Я его сделаю в два счета! — хвастливо мявкнул портур, воинственно задирая хвост и грозно пуша усы.
Вот только гонок мне сейчас не хватает для полного счастья.
— Соглашайся, а то эта чокнутая от меня не отстанет. Я всех видел, меня никто в скорости и силе тут не сделает, — гордо признался кот.
— Ну, ладно, — вслух произнесла я. Косяком больше, косяком меньше, это уже роли особой не играет.
Эх, лойра нет в поместье, видел бы Клифорт, что сейчас у него во владениях делается.
На улицу, кажется, вышли все обитатели дома и окрестностей. Даже лойны не постеснялись. Идея гонки впечатлила и захватила всех. Кроме меня, ага.
Для гонки Эквила вывела из портурника рыжего крупного кота.
Что интересно, народ, болеет в основном за меня — именно ко мне подошли несколько охранников и главный по портурнику, надавав кучу советов. Да и лойны почти все в итоге подошли ко мне и котику. Как же его зовут… Клифорт же мне говорил.
— Эгир меня зовут, Эгир.
— Айра. Приятно познакомится, — кивнула я котику.
Пока шла подготовка к гонке, Эгир уже успел «подружить» с несколькими кошечками и теперь подобрел, давая лойнам себя гладить и восхищаться своей мягкой блестящей шерсткой.
— Интересно, откуда этот портур взялся? Говорят, его раньше не было в портурнице, он сразу каким-то чудесным образом оказался в доме и все разнес, — обратилась ко мне Фелис.
— Понятия не умею, — пожала плечами я.
— Интересно, почему Эквиле не удалось его укротить, а вам с легкостью? — не отстает от меня старшая лойна.
— У меня подход другой. Предпочитаю ласку, кнуту.
— Правильно! — поддержала меня моя любвеобильная рыжая подружка. — Лаской вообще можно многого добиться. Хотя и с кнутом, порой, весьма интересно можно время провести. Я потом расскажу, если хотите, был у меня такой опыт…
— А я за Эквилу болею, — фыркнула самая красивая лойна Нитенси. — Эквила лучшая из лучших наездница. Она во всех гонках и соревнованиях на портурах побеждала. Глупо думать, что Айра выиграет гонку.
Если и не выиграю — не расстроюсь, а вот котику желтоглазому посочувствую.
Если и не выиграю — не расстроюсь, а вот самоуверенному котику желтоглазому посочувствую.
Свисток самоназначенного судьи, и гонка началась. Маршрут простой — пять кругов вокруг поместья, почти на всех углах стоят наблюдатели, нигде не скосишь и не смухлюешь.
Коты бросились вперед. Эгир сразу вырвался вперед. Признаться, я очень удивилась. Кот движется на какой-то сверхскорости, буквально летит над землей, едва касаясь ее лапами, при этом поступь действительно очень мягкая и меня практически не трясет, но держаться все равно трудно, того и гляди сдует. Знала бы, взяла бы специальный защитный амулет против сильного ветра.
Весело хохочу, наслаждаясь скоростью и буквально сливаясь с портуром — так сильно к нему прижалась. Забыла про гонку, просто наслаждаюсь. Это почти как летать на драконе, но кот ко всему прочему еще и мягкий.
Мы бежим с котом уже третий круг, настигая Эквилу, что только заканчивает второй. По-моему, с гонкой все ясно.
Эгир задиристо щелкнул пастью возле кхм… задней части своего соперника, и помчался дальше.
Вот того, что случится дальше, не ожидала. Эквила крикнула команду для прямого удара и ее рыжий портур напал на моего, с силой толкая.
Эгир отлетел к стене дома, о которую меня чуть не размазало, но кот оказался достаточно ловкий, извернулся и мягко спружинил от стены лапами, быстро догнав соперника и без моего на то приказа, бросаясь на обидчика.
Завязалась драка. Я и Эквила соскочили с портуров наблюдая за дракой двух разъяренных самцов.
— Убери своего бешеного кота от моего! — кричит на меня взъерошенная Эквила. И ведь девушка вообще не переживала, что у лойра есть другие жены, а вот стоило речи зайти и портурах, и лойна показала свой истинный нрав. — Мне на выставку скоро ехать! Ему нельзя драться.
— То есть, ты признаешь, что этот черный портур мой? — уточнила я.
— Да! Убирай скорее.
Скоро не получилось. Боевые коты решили разобраться, кто в портурнике главный и чье самочки (это мне Эгир перевел). Когда все утихомирилось, Эквила пола сюсюкать с рыжим котом, проверяя, насколько тот повредил свою шерсть, но там, вроде, ничего особо серьезного. Я вообще заметила, что мой портур весьма аккуратен и старается лишний раз никому больно не сделать, больше дразнится. Эгир зализывает боевую рану на лапе и вообще всем доволен, ведь из драки победителем вышел он, подмяв под себя рыжего.
— Ты же не хотел шкуру себе портить, — напомнила я.
— Если в бою с соперником и чуть-чуть, то можно. Кошечкам нравятся боевые ранения, — снисходительно просветил меня Эгир.
— А-а, понятно, — потрепала кота за ухом.
— Айра.
У меня душа ушла в пятки. Голос мужа узнала сразу.
Обернулась. Позади меня стоит Эйнер.
— Должен отметить, гонка была отличная, — спокойно произнес муж и схо добавил. — А теперь в мой кабинет, живо.
— А Эгира заберут обратно? — спросила я, не сдвинувшись с места. — У нас с ним связь.
— Я уже догадался. Идемте.
— А Эгир?
— В кабинет, — отрезал супруг.
Оставшись наедине с Эйнером в его официальном кабинете в поместье, покаялась вообще во всем, что сотворила за сегодня и попросила за кота. Что-то жалко его стало. Портурам ведь тжело вот так в неволе, под землей.
Эйнер выглядит задумчивым, но не злым.
— Значит, все-таки влезли, куда нельзя, Айра. Я вами недоволен. Очень. Портур отправляется обратно, а вам теперь запрещено деактивировать следящие артефакты в вашей комнате. На этом все, можете идти, — холодно закончил Клифорт.
— Не надо портура за решетку, — попросила я, не торопясь уходить.
— Айра, этот кот опасен, в его тело уже внедрены новые технологии. Поэтому он такой быстрый и сильный. Нужно еще проверить его психическое здоровье.
— Я помогу проверить, я с ним мысленно общаюсь. Эгир вполне адекватен для кота.
Читать бесплатно другие книги:
