Рубины для пяти сестер Болдова Марина
Есть хотелось смертельно, напряжение, вызванное сдачей экзаменов, спало, и у Ляли открылся обычный послестрессовый жор.
Анна Андреевна, придя со службы, застала дочь сидящей перед телевизором и жующей бутерброд. На тарелке перед ней высилась еще горка круглых ломтиков колбасы и лежала нарезанная половинка батона.
– Елена, сколько раз говорить, чтобы ты не ела в комнате.
– Мам, я сессию закрыла, могу расслабиться? – вздохнула Ляля – не успела!
– Сдача экзаменов еще не повод вести себя как свинья. – Матушка столбом стояла перед ней, ожидая реакции на свои слова.
Ляля вздохнула, подхватила тарелку с остатками «расслабухи» и удалилась на кухню…
Анна Андреевна с осуждением посмотрела ей вслед. «Совсем разбаловали ее нянька с отцом». Те покинули этот мир много лет назад, но Анна Андреевна до сих пор связывала все проступки своей дочери с ними, точнее, с отсутствием должной строгости при Лялином воспитании.
Ляля медленно шла по улице, мысленно репетируя разговор с матерью. Вспомнив, как та отреагировала на признание, что она, Ляля, влюбилась, адекватной реакции на сообщение, что теперь грядет свадьба, не ждала. Тогда, даже узнав, что Валера из «приличной» семьи врачей и сам без пяти минут кандидат наук, знакомиться с избранником дочери не торопилась. «Все это блажь маленькой дурочки. Пройдет, как ветрянка!» – заявила она ей. А то, что избраннику уже двадцать восемь, повергло матушку в шок. «Он просто попользуется тобой и выкинет, как надоевшую игрушку», – подытожила Анна Андреевна.
Родственники Валеры, хотя он был вполне самостоятельным и независимым, проявили самое деятельное участие в подготовке торжества. Ляле же стыдно было признаться, что до сих пор ее родительница не в курсе планов дочери. Валера, торопясь, настаивал на встрече будущих родственников. Но Ляля медлила, даже не пытаясь придумать причину – врать не любила, да и что тут придумаешь?
Матушку она застала за обычным занятием – пасьянс, кофе и сигарета. В комнате стоял ставший привычным стойкий запах табака, чуть разбавленный тонким ароматом арабики.
– Мама, мне нужно с тобой поговорить. – Ляля с порога произнесла первую заготовленную фразу.
– Ну что там у тебя случилось? – спросила та, затягиваясь и перекладывая очередную карту на нужное место.
– Я замуж выхожу. Свадьба через две недели, – выпалила Ляля на одном дыхании.
– Вот как! Значит, ты все решила за моей спиной и ставишь меня в известность. Правильно я поняла? И кто у нас жених? Все тот же старый ловелас?
– Мам, но ты же его совсем не знаешь!
– Конечно, не знаю, доченька. – Голос матери стал приторно-ласковым. – Ты же не удосужилась мне его представить!
– Ты сама не хотела! Я много раз пыталась…
– Да, помню-помню. Значит, не наигрались в любовь? Как же это у вас так далеко зашло? Может быть, ты беременна? – Мать с подозрением посмотрела на покрасневшую Лялю.