Чужие чувства Леонтьев Константин

Циннеркнок:

Да Вы что, молодой человек! Современный бизнес строится на умении получать кредиты и на вере в то, что отдавать их не придется. Все держится на формуле: бери как можно чаще и больше, а возвращай как можно реже и меньше.

Тилли:

Не всем удается сразу получить кредит - некоторым приходится работать всю жизнь.

Циннеркнок:

Вам нужно срочно приобрести навыки зарабатывания денег, а то потянет в политику.

Тилли:

От голода?

Циннеркнок:

Из-за страха, что ничего не умеешь делать. Вы только, пожалуйста, не воспринимайте всерьез все то, что я говорю. В наше время для предпринимателя очень важно выглядеть слегка придурковатым из-за странной веры в то, что умный человек не может быть честным. Люди легко доверяют свои деньги только мошенникам и с большим трудом - правительству, хотя, как правило, результат бывает абсолютно одинаковый. Ум в наше время вообще не выгоден: умный человек может несколько лет переживать из-за того, чем дурак способен всю жизнь гордится. И еще очень важно получить юридическое образование, потому что знание законов приносит деньги, в отличие от их соблюдения.

Тилли:

Увы! Все, чему нас учат в школе - или бесполезно, или вредно, или невозможно запомнить.

Циннеркнок:

Да, в школах людей не учат, а дрессируют. Я тоже получил традиционное образование: в результате я ничего не умею делать, но не знаю об этом. Главное, чтобы учеба не мешала образованию. Но похоже, что скоро у всех будут одинаково простые биографии: родился, потом учился, от чего и помер. К чему готовят в школе?

Тилли:

Видимо, только к получению государственной пенсии.

Циннеркнок:

Не обольщайтесь, молодой человек: государство, конечно, большая корова, но даже такого вымени на всех не хватит. А школа убивает интерес ко всему, чему в ней пытаются научить и вырабатывает в человеке опасную привычку считать, что все важное должно быть скучным, а все интересное - глупым.

Тилли:

Я еще в детстве никак не мог понять, почему взрослые уважают только то, что нагнетает дикую скуку.

(возвращается Эдвард Дагмар)

Эдвард Дагмар:

Школа? В школах ничему не учат, просто делают одних дураков глупее, чем другие, а потом отфильтровывают. Должен признать: в перечне мук, которые приходится претерпевать современному человеку, брак занимает не первое, а второе место - после школы.

Циннеркнок:

Подумать только - сколько "потерянных поколений" вырастили - ни читать, ни писать как следует не умеют! Как это пошло, когда доносы пишут кривым почерком и с орфографическими ошибками. От страха перед пунктуацией погибло больше великих мыслей, чем от боязни иметь собственное мнение. Хорошо считают только чужие деньги. И все из-за школы! Ни одну обезьяну нельзя научить тригонометрии, потому что, в отличие от человека, она понимает, что ей это не нужно.

Эдвард Дагмар:

А эти жуткие школьные задачи? В бассейн ныряет сорок человек в час, через две минуты выныривает двадцать, сколько всплывает через сутки, если по одной трубе поступает горячая вода, а по другой - очень горячая?

Циннеркнок:

А если бы нас с детства не заставляли читать глупые книги?Возможно, с годами мы сумели бы полюбить умные.

Эдвард Дагмар:

Однако будем объективны: все познается в сравнении. Увидев хотя бы один раз бланк налоговой декларации, начинаешь ценить неграмотность.

Циннеркнок:

Раньше образование, действительно, имело важное значение: оно позволяло паразитировать на тех, кто его не имеет. Теперь времена изменились: пока Вы стараетесь украсть деньги путем сложных интеллектуальных комбинаций, их уводят у Вас из-под носа каким-нибудь наиболее примитивным способом. Уважение к невежеству - вот высшее достижение современной цивилизации.

Эдвард Дагмар:

Единственная польза учебы теперь только в том, что она не дает человеку задумываться о смысле жизни.

Циннеркнок:

И отвлекает от мыслей о женщинах. Потому что женщины особо опасны в двух случаях: если все время думаешь только о них и если о них все время только думаешь.

Эдвард Дагмар:

Ой, с женщинами - как с зубами: сначала страдаешь, когда они появляются, потом переживаешь, что они исчезнут.

Циннеркнок:

Да, любовь - это ужасно. Идешь по жизни, спинка прямая, глазки весело бегают, радуешься - весь такой умненький-благоразумненький - и вдруг - бац! бац! - в душе какое-то кипение, в голове какое-то бурление - и все любовь-морковь! И наповал. Влюбленность всегда начинается с маленькой психической травмы, неожиданно переходящей в необратимое увечье

Эдвард Дагмар:

У слова "любовь" больше значений, чем примеров.

Циннеркнок:

С любовью все обстоит точно так же, как с чужой совестью, - мы о ней ничего не знаем, но стесняемся думать, что ее нет.

Тилли:

Но я в это не верю и не понимаю, как можно в это поверить? Можно ли не верить в существование моря только на том основании, что никогда его не видел? Лучше думать о любви, чем о том, что ее нет.

Циннеркнок:

Это, молодой человек, только в романах пишут, что без любви ни звезды ни горят, ни кенгуру скакать не может. Вы, молодой человек, совсем не знаете жизни. Счастливчик. Любовь - это чувство, обычно описываемое авторами, которые никогда сами его не испытывали, но слышали о нем от тех, кто видел тех, кто знает, как приблизительно это чувство следует симулировать. Книги о любви пишутся не влюбленными и не для влюбленных, как книги о хирургии пишутся не больными и не для больных. В результате с описаниями браков в романах дело обстоит точно так же, как с некрологами: когда их читаешь, то создается впечатление, что этот мир можно было бы значительно улучшить, оживив всех умерших и похоронив всех живых.

Эдвард Дагмар:

Современные романы - это книги, которые невозможно читать трезвым.

Циннеркнок:

Книги, которые невозможно читать трезвым - это школьные учебники, а романы просто скучны. Только в одном могу согласиться с Вами, молодой человек: если бы люди не изобрели любовь, было бы очень сложно придумывать сюжеты для рекламных роликов.

Тилли:

Несомненно, любовь существует, иначе из-за чего иногда люди пристают к полицейским с просьбами их пристрелить?

Циннеркнок:

Из-за плохой погоды. То, что из-за любви страдают, еще не означает, что она существует. В любовь верят по привычке или от незнания: в любовь верят потому, что сами любили когда-то, или потому, что сами никогда не любили. Единственное безопасное чувство - это чувство страха, а мечты - это крючок, на который наше сердце ловит наш разум. Образуют семью из-за страха, что в старости по вечерам одному кашлять будет скучно. Заполняют скукой промежутки между ссорами. И утешаются только одним: пусть мы ненавидим друг друга, зато наши чувства сильны и взаимны. Вы встречали когда-нибудь счастливые семьи?

Эдвард Дагмар:

Ну, мы с Эльзой, например, были очень счастливы...

Циннеркнок:

(прерывает) Да, пока не встретились друг с другом.

Эдвард Дагмар:

Хватит, Ганс. Не пугай детей - не делай за учителей их работу. Молодость - самая удачная пора для веры в счастье: множество надежд и никакого опыта. Ничто так не мешает воображению, как память. К тому же это бесполезно - Тилли влюбился.

Циннеркнок:

Ну вот, очередная победа воображения над интеллектом! Вот так всегда: катастрофы не было, а жертвы есть. Еще один сгорел в пожаре чувств...И кто же эта коварная обольстительница?

Эдвард Дагмар:

Конечно же, Линни.

Циннеркнок:

Что ж, Линни - очень милая девушка. Она - ангел, она дьявольски умна. Я бы сам в нее влюбился, если бы не был таким консервативным поклонником равенства: молодые должны флиртовать с молодыми, богатые - с богатыми, лысые - с лысыми...

Тилли:

Да с чего Вы это взяли? Разве что-то заметно?

Циннеркнок:

Когда Вы все время смотрите на кого-то или стараетесь вообще не смотреть на кого-то - любой легко поймет, что это значит. Необдуманные слова, неловкие жесты, неосторожные взгляды...

Эдвард Дагмар:

Но все влюбленные думают, что у других нет глаз.

Циннеркнок:

Послушайте бесполезный совет старика. Старшее поколение всегда знает жизнь лучше, потому что во времена его молодости было чуть меньше телевизоров. Если Вы без ума от женщины, надо бежать за умом, а не за женщиной.

Эдвард Дагмар:

Женщины - существа непредсказуемые. Слабые, беззащитные существа, от которых практически невозможно спастись.

Циннеркнок:

На мордочку посмотришь - богиня! Венера! Афродита! Клеопатра! Нефертити! Офелия! Нимфа! А в душу заглянешь - обыкновеннейший крокодил. А после свадьбы они обычно только курят, едят и ругают мужа, причем делают это все одновременно. Иногда, правда, ласково гладят его по головке, но только перед тем, как снять скальп. Любящие жены встречаются редко - и то, наверное, лишь в кино.

Эдвард Дагмар:

Правда, многие женщины настолько чувствительны, что скорее отравят мужа, чем обидят кошку. Но нам от этого не становится легче.

Циннеркнок:

Опомнитесь, молодой человек! Судя по тому, что показывают в телевизионной рекламе, у большинства женщин перхоть, восемьдесят килограмм лишнего веса, избыточное потоотделение и постоянные проблемы с другими шлаковыводящими системами.

Эдвард Дагмар:

В реальной жизни все обстоит не настолько плохо. Но симптомы тревожные.

Циннеркнок:

Жена одного моего знакомого когда-то перепутала его со своим идеалом, и ему пришлось до конца жизни притворяться блондином. Хорошо еще, что это было не слишком трудно, так как вообще-то он был совершенно лысым. А другой мой знакомый так ненавидел свою жену, что жутко завидовал всем, кто ее не знает.

Эдвард Дагмар:

А одна студентка рассказывала, что влюбилась прямо на своей свадьбе - в одного из гостей - и, как она уверяет, в тот же миг поняла, что (передразнивает): "совершила жестокую ошибку и что ее муж жестоко поплатится за это". Недаром говорят: женщины, как вино, склонны к брожению. Учтите, это еще не самый плохой вариант. Любовь к замужней женщине может сделать несчастным только одного из троих, любовь к незамужней - угрожает счастью обоих.

Циннеркнок:

Того, кого любишь, на самом деле не существует. Влюбляются в человека, а любят - мечту, привидение. Любят всегда только привидения. Но от этого есть хорошее противоядие. При встрече с привидением мужского пола надо ущипнуть себя, а при встрече с привидением женского пола надо ущипнуть привидение. Уверяю Вас, после этого ни одно привидение женского пола не позволит Вам в себя влюбиться.

Эдвард Дагмар:

А эти глупые истории про то, что с милым рай и в шалаше?

Циннеркнок:

Джентльмены предпочитают блондинок, а блондинки предпочитают облигации. Одна знакомая мне семейная пара прожила в полном согласии много лет на первом этаже. Однажды муж неожиданно приехал из командировки, заглянул в окно и увидел, что его жена ждет его совсем не так, как Пенелопа своего Одиссея. Ну и какую мораль мы должны извлечь из этой истории?

Тилли:

Мораль тут - сколь важна добродетель, особенно если живешь на первом этаже.

Эдвард Дагмар:

Если живешь на первом этаже, не надо заглядывать в окна раньше, чем позвонишь в дверь.

Циннеркнок:

Не надо жить на первом этаже. Правда, хорошая жена больше одного скальпа с мужа не снимает. Но в остальном они все одинаковые. У одного известного писателя есть рассказ про мужчину, которому по ошибке в свидетельство о браке вписали не ту женщину и который не захотел платить за новый бланк, поскольку, по его мнению, разница между двумя женщинами не превышает стоимости одного нового бланка. Они все одинаковые.

Тилли:

Знаете, конечно, все женщины чем-то похожи на Линни. Но только она не похожа ни на кого!

Циннеркнок:

Ах, молодой человек! Как все запущено!.. Вера в идеалы никогда не проходит безнаказанно. Сначала мы создаем себе представление о своем идеале, затем встречаем женщину, влюбляемся - и обнаруживаем в своем идеале именно ее черты. Если в человеке все прекрасно, значит, Вы еще не женаты на этом человеке. Учтите, идеальная женщина не курит, не пьет, не изменяет, никогда не спорит и не существует. А большинство современных Ев не стали бы делиться яблоками с Адамами - все съели бы сами, да еще змеями бы закусили.

Тилли:

Линни не такая.

Циннеркнок:

Да, она не такая. Вам повезло. И что же Вам так в ней понравилось?

Тилли:

Она добрая, умная, красивая...

Циннеркнок:

Да Вы что, молодой человек! Жениться надо только на очень глупой и очень-очень злой женщине. Вы не представляете, как Вы будете счастливы, когда разведетесь!.. Красивые женщины интересуют только людей без воображения. Впрочем, красота нужна только тем женщинам, которые не умеют быть обаятельными. А единственное отличие умных женщин от всех остальных в том, что умные женщины остаются красивыми, даже старея.

Эдвард Дагмар:

Для красоты, не обремененной умом, старость - это самая страшная преисподняя.

Циннеркнок:

Ничего подобного. Просто в этом случае принято вести себя так, как будто недостатки ума могут отвлечь от недостатков фигуры. А скажите, Вы на нее уже смотрели вот так? (показывает взгляд "умирающего цыпленка").

Тилли:

Не знаю. Может быть.

Циннеркнок:

Вы ей уже писали письма?

Тилли:

Да.

Циннеркнок:

И там были строчки о Ваших чувствах?

Тилли:

Да, немного...

Циннеркнок:

И Вы уже говорили ей о своих чувствах?

Тилли:

Совсем немного...

Циннеркнок:

Поздравляю! Из тысячи способов стать неприятным молодой женщине, Вы выбрали самый надежный! (переглядывается с Эдвардом Дагмаром, оба печально качают головами и трагически вздыхают).

Эдвард Дагмар:

Ох уж эта молодежь!

Циннеркнок:

Ох уж эта молодежь! Ругать Вас некому. И мне некогда. Вы, молодой человек, допустили одну очень большую,очень типичную и совершенно непростительную ошибку: можно говорить об эмоциях, но нельзя говорить о чувствах - это пугает. Так что учтите, молодой человек, любовью оскорбить нельзя, но можно напугать.

Эдвард Дагмар:

Тем более нельзя говорить с девушкой о чувствах, которых она не испытывает.

Циннеркнок:

Женщина должна подозревать, что ее любят, но нельзя позволять ей быть в этом уверенной. Надо было предоставить ей самой возможность догадаться об этом. Никогда не говорите слов, которых не ждут, и не давайте обещаний, о которых не просят. Любой слишком прямой путь всегда оканчивается тупиком. При попытке объясниться им в любви некоторые женщины дерутся. Это неплохо. Некоторые вызывают полицию. Это уже не совсем хорошо. Но страшнее всего те, которые смеются.

Тилли:

А как же девушки узнают, что в них кто-то влюблен, если им об этом не скажут?

Циннеркнок:

Только женщина с очень необычным набором хромосом способна не заметить, что в нее влюблены. Будем справедливы. Большинство женщин намного умнее, чем это кажется на ощупь их мужьям. Вопрос только в том, захочет ли женщина показать, что она Вас заметила. То, что все мольбы будут услышаны, еще не значит, что все они будут исполнены.

Эдвард Дагмар:

Женщины обычно ждут признаний в любви, чтобы их отвергнуть, и признаются в любви, чтобы иметь потом повод для упреков.

Циннеркнок:

Вот теперь Линни наверняка влюбится в кого-нибудь другого только для того, чтобы доказать себе, что Вы ей совершенно безразличны. Вы же знаете, какой эффект обычно имеет свидание двух встречных поездов.

Эдвард Дагмар:

Ну ничего. От первой любви умирают лишь до тех пор, пока не начнут умирать от второй.

Циннеркнок:

Для сохранения всех иллюзий молодости очень важно быть безнадежно влюбленным. Женщину, которая вас не любит, можно любить всю жизнь. Конечно, если она не сделает Вас своим мужем.

Эдвард Дагмар:

Только не мечтайте, Тилли, мечты имеют страшное свойство - сбываться...

Циннеркнок:

Вам надо срочно влюбиться еще в кого-нибудь. Ведь любить нескольких девушек намного легче, чем любить только одну девушку. Требуется гораздо меньше чувств. Что это Вы, молодой человек, приумолкли?

Тилли:

Берегу силы для оптимизма.

Циннеркнок:

(неожиданно, как будто приняв какое-то решение, обращаясь к Эдварду Дагмару) Ты хочешь расстаться с Эльзой?

Эдвард Дагмар:

Расстаться?

Циннеркнок:

Ты же говорил...

Эдвард Дагмар:

(начиная волноваться) Мало ли что я ... там ... тебе ... говорил ... тебе! Слава богу, мы говорим глупости намного чаще, чем делаем их. Это - мой крест, я к нему привык и не уступлю его никому. Нет розы без шипов. И потом, то, что я ее иногда ненавижу, еще не значит, что я ее не люблю... иногда. Каждый имеет право страдать из-за женщины, которая этого достойна. Таких женщин, как Эльза, чаще душат, чем бросают. Жизнь - очень сложная вещь. Но если ложиться спать пораньше, а просыпаться попозже, то многих проблем можно избежать. К тому же семейная жизнь очень закаляет.

Циннеркнок:

Да, любовь не картошка, не выбросишь в окошко.

Эдвард Дагмар:

Опять приехал у меня супругу переманивать? Двадцать лет. Все ездит и ездит. Все отобрать хочет.

Циннеркнок:

Не будем омрачать нашу взаимную неприязнь нелепыми подозрениями. Хотя каждая женщина заслуживает любви, даже если она замужем.

Эдвард Дагмар:

Эльза меня каждый день попрекает твоими успехами!

Циннеркнок:

Это из-за тебя она за тебя замуж вышла... за тебя! Почему ты не дал мне возможности каждую минуту любоваться, как она стареет?

Эдвард Дагмар:

Нет уж! Лучше я сам буду страдать, пока не умру. А умру я не скоро. Не дождетесь!

Циннеркнок:

Ничего, ничего, жизнь очень гуманна: обычно чем она хуже, тем короче.

Эдвард Дагмар:

Ты меня не дразни! Я после двадцати лет семейной жизни совсем одичал и хотя у меня бицепсы, как у воробья коленки, зато теперь могу одним ударом хвоста убить крокодила!

Циннеркнок:

Зря ты так. Надо ценить тех друзей, которые есть. Следующие будут еще хуже.

Эдвард Дагмар:

А ты меня своей дружбой не пугай!

Циннеркнок:

Да, не получится у нас конструктивной дискуссии... Слушай, в конце концов, это смешно, когда двое немолодых мужчин ссорятся из-за женщины, которая им обоим безразлична и которой они оба безразличны... А жизнь идет. Все крутимся и крутимся вокруг любимых и нелюбимых, а вместе с ними - вокруг земли, а вместе с нею - вокруг солнца. Все крутимся и крутимся. Согласен?

Эдвард Дагмар:

Согласен... Раньше все было лучше... И мы были моложе.

Циннеркнок:

Хорошо, когда нет никаких чувств. Тихо. Спокойно. А еще, наверное, хорошо быть женщиной: матом ругаться не надо и водку пить не обязательно! Можно отрастить бороду и в цирке выступать... Ну, что еще скажете, молодой человек?

Тилли:

Оказывается, жизнь бывает отвратительна не только в детстве. И главное ее назначение, видимо, в том, чтобы убедиться, что в ней все совсем не так, как в книжках.

Циннеркнок:

Привыкайте, молодой человек. А нам пора погружаться в раздумья об обеде. Если днем плотно перекусить, то время до ужина пролетает почти незаметно. Воздух, покой, обед, дамы - что еще человеку нужно? Ничто не ново под луною. (смотрит на входящую Линни) И только женщины все моложе и все привлекательнее.

Линни: