Сознавание Сигел Дэниел
– Что же странного? – спросил я.
– Да это просто странно.
И тут я обязан был сказать ему следующее:
– Слова, которые мы употребляем, – лишь лингвистические символы, далеко не всегда отражающие то, что именно мы хотим сказать, и не передающие порой наших ощущений. Иногда слова обозначают сходство с чем-то, что мы испытывали ранее или что ожидаем в данный момент. Если вы отстранитесь от сравнений и символов типа необычно, непонятно, странно и просто поразмышляете минутку над своими ощущениями, возможно, вам удастся прочувствовать, что же такое осознание сознавания.
Он замолчал на какое-то время. Остальные ждали его ответа. Чуть позже он улыбнулся и, кажется, сумел выразить свои ощущения.
– Это было невероятно умиротворяющее, – сказал он. – Такая ясность, покой, наполненность. Невероятно.
И этот человек не единственный. Другие участники этого мастер-класса делились подобным опытом, как и люди по всему миру. Вот примеры описаний осознания сознавания: «Бескрайнее, как небо», «Глубокое, как океан», «Совершенный покой», «Безмятежность», «Безопасность», «Единение с миром», «Бог», «Во вселенной как дома», «Бесконечность», «Расширение», «Вечность».
Что же происходит? Почему люди (пусть не все, но многие) выбирают именно такие выражения для описания своих переживаний? Если честно, некоторым участникам бывает трудно выполнять именно эту часть упражнений, и тогда люди вообще никак ее не описывают. Иногда говорят, что их сознание блуждало где-то, они пребывали в смятении или концентрировались на дыхании. Но многие – и это повторяется на каждом мастер-классе – независимо от опыта медитативных практик описывают свои ощущения именно так. Недавно я проводил занятия с группой из трех тысяч человек. Сотни подняли руку, когда я спросил, испытывали ли они бурю эмоций или теряли ощущение времени. Студенты, сопровождавшие меня на различных мероприятиях, говорили, что никто не поверит, будто люди снова и снова утверждают одно и то же.
К счастью, я систематически проводил опрос и записал отзывы десяти тысяч человек, так что у меня есть подтвержденные данные. И описание ощущений повторяются, когда люди более глубоко погружаются в практику. Одна из участниц мастер-класса как-то передала мне записку, в которой говорилось, что она не может вслух сказать, что с ней произошло на этом этапе, потому что испытала «невероятное чувство открытости, умиротворения и единения, какого не ощущала никогда раньше». Она опасалась, что многие подумают, что она пытается произвести впечатление. Один мужчина признался, что ощутил такую всеобъемлющую любовь, что побоялся поделиться своим опытом, так как коллеги могли расценить это как слабость. И, хотя каждое впечатление уникально, все их объединяет ощущение любви, радости и открытости вне временных рамок. Я сам каждый раз на этом этапе испытываю разные чувства. Иногда вообще ничего не происходит, и я остаюсь на ободе, думая о том, что, возможно, случится, или погружаюсь в воспоминания о прошлых ощущениях, надеясь, что произойдет нечто подобное. Когда я ожидаю чего-то конкретного, обычно этого не происходит. Одна из сложных задач при повторном выполнении упражнений – не поддаться прошлому опыту и просто окунуться в поток или, в нашем случае, пребывать в центре сознавания.
Чтобы лучше понять, почему так происходит, во второй части книги мы ответим на более фундаментальные вопросы о практике Колеса. Мы детально рассмотрим механизмы действия сознания, что позволит расширить наши представления о применении Колеса как в теории, так и на практике. Такой опыт приблизит нас к пониманию природы ума и откроет новые способы использования Колеса в нашей жизни. Сейчас, в завершение первой части, давайте еще раз обратимся к упражнениям. На этот раз как к объединенной практике, настроенной именно на ваш ритм дыхания.
Обобщенная практика Колеса
Чтобы практика Колеса стала частью вашей жизни, давайте поразмышляем о его идее и о том, где можно его применять. Часто вы бываете очень заняты и не находите даже получаса на то, чтобы выполнить упражнения под звук моего голоса. Но даже если у вас мало свободного времени, постарайтесь что-то выкроить хотя бы для занятий дыхательными практиками. Это уже продуктивно, даже если вы выполняете упражнение, стоя в очереди. Можно заниматься рефлексивными практиками, концентрируясь по пять минут на каждом сегменте обода, как только у вас появляется свободное время в течение дня. Существует много способов выполнять упражнения, и, возможно, разделив ежедневные двадцать минут на четыре отрезка по пять и выполняя их по отдельности, вы получите не меньший эффект, хотя это пока не доказано. В любом случае немного всегда лучше, чем совсем ничего, а регулярно лучше, чем время от времени. Однако ежедневное выполнение упражнений может перерасти в привычку.
У полного комплекса практики Колеса есть свой темп и последовательность выполнения упражнений, которую многие хотели бы сохранить, в то же время сократив их продолжительность, чтобы уложиться в более короткий промежуток времени. Так что предлагаю вам и себе попробовать еще кое-что. Я назвал это объединенным Колесом сознавания, так как упражнение включает полное Колесо, но выполняется в несколько ином ритме. В этом случае теория и практика сливаются в единое целое.
Основная идея такова: с каждым поворотом спицы внимания мы концентрируемся на элементе обода, а затем двигаемся дальше. В первом сегменте мы задерживаемся на каждом из пяти чувств, пока делаем вдох и выдох. Естественно, время на упражнение определяется вашими собственными ритмами, поэтому будет лучше, если вы подстроитесь под свое дыхание. Для этого вам придется выучить наизусть текст, сопровождающий различные этапы упражнения. Мы говорили о них в прошлой главе (здесь и здесь). Главное здесь – передвигать спицу на вдохе (словно погружаясь в точку на ободе) и выдохе. И так далее: вдох, выдох, вдох – перемещаете спицу.
Перейдя во второй сегмент, представьте, что ваше дыхание исходит из какой-либо части тела, а потом входит в нее. Попробуйте ощущать участки тела как на вдохе, так и на выдохе и посмотрите, что будет у вас получаться лучше. Сначала, когда мы концентрируемся на мышцах и костях лица, при вдохе представьте, как воздух входит через ваше лицо или как выходит через него на выдохе. Затем проделайте то же с черепом. Мне кажется, удобнее ощущать части тела на вдохе, выдыхая перед тем, как перейти к следующей из них. Если во время концентрации на какой-либо части тела вам потребуются несколько дополнительных вдохов, сделайте их. Используйте все время, которым располагаете.
В работе с третьим сегментом обода, направленной на развитие открытого сознавания, более эффективно сделать несколько циклов вдохов и выдохов, так как здесь задействованы психические процессы. Потом, изгибая или втягивая спицу в ось, дышите столько, сколько посчитаете нужным. Иногда на этой стадии я теряю счет вдохам и выдохам, поэтому, если вы ограничены во времени, полезно установить таймер, чтобы не опоздать на запланированную встречу. Можно установить три промежуточных сигнала перед финальным, чтобы не торопясь прийти к четвертому сегменту Колеса.
Когда перейдете в четвертый сегмент, опять же можно произносить про себя каждую фразу на вдохе и выдохе. Впрочем, вы можете пробовать разные варианты, подстраиваясь под собственный ритм. Я успокаиваюсь, когда начинаю строчку на вдохе, а заканчиваю на выдохе. Затем, со следующим вдохом, можно повторить ее начало, например: «Пусть все живые существа будут счастливы». Вот как это может выглядеть:
(вдох) Пусть все будут счастливы…
(выдох) …и проживут осмысленную жизнь в окружении близких людей, без бед, с радостью (вдох) и искренней благодарностью.
(выдох) Пусть все будут счастливы.
Вы можете менять временные интервалы, пока не найдете тот, который наиболее соответствует вашему темпу.
Настроившись на естественный ритм дыхания, вы сможете выполнить весь комплекс Колеса сознавания за несколько минут.
Не торопитесь, прочувствуйте происходящее вокруг и окунитесь в работу с Колесом. В следующей части мы рассмотрим, как можно использовать и применять эти идеи на практике, поэтому я снова советую вам регулярно выполнять упражнения, чтобы они вошли в вашу жизнь любым удобным способом. Постоянно занимаясь, вы расширите опыт, вошедшие в привычку практики укрепят ваш разум, а жизнь ваша станет более благополучной.
Часть 2. Колесо сознавания и механизмы разума
Разум и поток энергии тела
Практикуя Колесо сознавания, мы получили субъективный опыт оси, спицы и обода. Визуальный образ Колеса помогает разграничить познавание и познаваемое и показывает их связь с вниманием. В этой части нашего путешествия мы попытаемся, опираясь на полученный опыт, более детально изучить, как работает разум, и обсудим предполагаемые механизмы разума, которые лежат в основе этого опыта и создают этот опыт
Все это раскроет принципы, лежащие в основе Колеса сознавания. Понимание структуры происходящих процессов даст возможность использовать потенциал сознавания в повседневной жизни. Луи Пастер как-то сказал: «Удача выбирает того, кто к ней готов». Наши практики подготовят к встрече с удачами и с любыми случайностями, неизбежно возникающими в жизни.
Во время работы с первым сегментом обода мы фиксировали потоки энергии, поступающие в тело в форме звуков, света, вкусовых ощущений (химических взаимодействий), запахов, а также прикосновений (кинетического воздействия). Мы улавливаем эти энергетические потоки основными пятью чувствами с помощью врожденных рецепторов. Получение энергии из внешнего мира не всегда сопровождается телесными ощущениями и может восприниматься как субъективный опыт в рамках сознавания. Энергия извне, воздействуя на рецепторы, преобразуется в энергетический поток внутри тела, активизирует нейроны, и организм чувственно воспринимает внешний, находящийся за пределами нашего тела мир и взаимодействует с ним. Как состояния тела ощущаются в субъективном сознавании, – остается тайной для ученых. Да, исследователи предполагают, что работа организма в целом – это неотъемлемая часть сознавания. Но как именно движение молекул и энергетических потоков способствует восприятию чего-либо как сознательного опыта, вызывает вопросы. Предлагаются варианты описания возможных процессов (от материальных до психических), выдвигаются теории, вызывающие жаркие споры в научной среде. Но ясно одно: мы до сих пор не имеем понятия, как именно происходит сознавание.
Две с половиной тысячи лет назад Гиппократ провозгласил мозг единственным вместилищем разума – местом, где зарождаются наши радости и горести. Этот традиционный взгляд достаточно распространен и в нынешней медицине, но уже не соответствует мнению всех современных медиков. Нейробиология не стремится изучать тело отдельно от мозга, но давайте посмотрим, что говорит врач и нейробиолог Антонио Дамасио. Предлагаю вам отрывок из его лекции в Лондоне, на которой присутствовали тысяча двести специалистов. Некоторые важные мысли также отражены в его книге The Strange Order of Things: Life, Feelings and the Making of Cultures («Странный порядок вещей: жизнь, чувства и формирование культур»).
«Большая часть живых организмов на Земле длительное время обходилась без нервной системы. Нервная система – сравнительно недавний продукт эволюции. С ее развитием мы обрели сознание и способности, на которых и строятся наши культуры. Но до этого жизнь процвета и без нее».
Дамасио напоминает нам, что тело предшествует мозгу: «Другой любопытный момент: люди полагают, что разум – это исключительно мозг… Они считают, что разум проистекает только из мозга и мозг – единственный его источник. Это не так. Разум – продукт нервной системы, созданный при участии всего организма».
Это важный прецедент в ортодоксальной нейробиологии: видный ученый предлагает нам не ограничиваться общепринятым мнением, что «разум – это исключительно продукт деятельности мозга». Дамасио продолжает развивать свою мысль, доказывая, почему это не так: «По той простой причине, что до появления мозга и нервной системы существовали сложно устроенные организмы и что нервная система всего лишь побочный продукт регулирования сложных процессов внутри этих организмов».
Мы будем придерживаться этого утверждения о необходимости регуляции и вернемся к нему, когда обратимся к механизмам, которые лежат в основе аспектов сознания, таким как самоорганизация сложных систем, например. Дамасио тем временем продолжает: «Итак, вместо того чтобы следовать общепринятому утверждению о том, что мозг управляет всеми процессами и является источником сознания, посмотрим на организм в целом. Представьте его сложную биологическую структуру, настолько комплексную, что понадобились координаторы ее деятельности. Именно в качестве такого координатора и выступила нервная система. Мы должны понять, что не тело подчиняется мозгу. Все как раз наоборот. Нервная система лишь обслуживает наше тело. Когда вы рассматриваете нервную систему как рабочую силу жизни и никак иначе, многое начинает проясняться».
Углубляясь в вопрос, что такое разум, можно выйти за рамки традиционных представлений о том, что это исключительно продукт активности мозга, заключенного в черепную коробку. С подачи Дамасио мы можем понять, что наша ментальная жизнь отражается как минимум на всем теле, и наоборот. И теперь, рассматривая заключенное в физическую оболочку тело, спросите себя: чем именно оно регулируется? Что представляет собой столь сложная система?
Давайте в качестве примера разберем природу чувств, ведь именно они связывают нашу внутреннюю жизнь и субъективный опыт с физиологией тела. Во время упражнения с Колесом на втором сегменте вы должны осознать физические состояния тела. Это шестое чувство на ободе – визуальный образ энергетических потоков, проходящих через тело, то есть его текущее состояние, – и лежит в основе наших ощущений.
Затем, на третьем сегменте, вы открываетесь эмоциям, мыслям, воспоминаниям, намерениям, убеждениям и любым другим проявлениям ментальной деятельности. И вы исследуете, как именно субъективный опыт познавания (сознавания) помогает отслеживать зарождение, протекание и угасание психических процессов. Возможно, эти более основательные функции – все те же потоки энергии, протекание которых обусловлено последовательностью нейронных «вспышек» в различных областях мозга. Можно предположить, что если на втором сегменте мы сталкиваемся с физическими состояниями, то третий – исключительно результат нейронных «вспышек» у нас в голове.
Но что представляют собой психические процессы? А физические ощущения? Может ли существовать нечто, объединяющее элементы второго и третьего сегмента, а возможно, и первого? И что можно сказать о четвертом, о наших отношениях и связях вне телесной оболочки? Существуют ли фундаментальные элементы, некие общие механизмы, лежащие в основе всей метафоры и опыта Колеса?
Другими словами, из чего на самом деле состоят эти точки на ободе? Что собой представляют объекты познавания?
Давайте вернемся на минуту к размышлениям Дамасио о центральной роли чувств в нашей жизни. Во время занятий с Колесом у вас может возникнуть целая гамма чувств, и, находясь на оси, вы способны будете их осознать. Но что такое чувство?
Дамасио полагает, что чувства – это сигналы тела, передающие информацию об эмоциональном состоянии в сознание. Таким образом, чувство – не что иное, как сознательное переживание нами своих эмоций. Допустим. Но тогда что такое эмоции? Эти состояния организма не что иное, как сигналы, проходящие по центральной нервной системе: в кровотоке, по периферической нервной системе и кишечнику (так называемой энтеральной нервной системе). Дамасио утверждает, что «энтеральная нервная система по сути своей является первоначальным мозгом… и именно оттуда берет свое начало нервная система».
Сигналы поступают в головной мозг (в его самый отдаленный и самый «древний» с точки зрения эволюции отдел – стволовую часть), а не в кишечник и не в сердце (имеются в виду взаимосвязанные нейронные системы вокруг этих органов). Дамасио отмечает, что нейронные кластеры в стволе (называемые ядрами) «предоставляют первичную информацию о физическом состоянии всего организма» центральной нервной системе. Ядра стволовой части мозга есть даже у насекомых, а значит, ощущения были свойственны живым организмам на протяжении миллиардов лет. Тогда получается, что чувства – не что иное, как репрезентация определенных состояний тела.
Чрезвычайно развитые области над стволовой частью мозга позволяют нейронам передавать более сложные сигналы. Это и отличает млекопитающих, в том числе и людей, от насекомых. Нельзя сказать, что передача сигналов происходит лучше, просто во многих аспектах иначе и сложнее.
Мы можем представить себе это воплощенное сознание, выходящее за пределы головного мозга, как некие паттерны энергетических потоков, протекающих через наше тело. Именно они находятся на первых трех сегментах Колеса: внешний мир, воспринимаемый через базовые пять чувств, наше тело и сложные нейронные соединения, создающие психическую активность. Четвертый сегмент взаимосвязей с миром, как мы уже говорили, обозначает обмен энергетическими потоками между нашим внутренним миром и внешней реальностью, между нами и окружением, в котором мы живем.
Словом, точки на ободе Колеса – это своего рода метафоры для обозначения разных форм и местоположений потоков энергии: каналов, по которым проходят сигналы в первом сегменте и соматические ощущения во втором, нейронные структуры психической деятельности третьего. Наше основное предположение заключается в том, что объекты познавания – это паттерны энергетических потоков, а спица показывает, куда они движутся, концентрируя внимание в том направлении. Тогда остается лишь определить, что представляет собой центр познавания. Чтобы ответить на этот важнейший вопрос о происхождении сознавания, нужно разобраться в основных представлениях о том, что такое разум, и стратегиях его исследования.
Следите за мозгом
Мы уже говорили о четырех гранях психики: субъективном опыте, сознании, обработке информации и самоорганизации. Давайте разберемся, как их можно использовать в упражнениях с Колесом и какой механизм их объединяет. Возможно, под этим механизмом скрывается энергетический поток.
Ваш разум способен воспринимать и направлять потоки энергии. Субъективный опыт, вероятно, передает ощущения от этого потока, то есть сообщает нам, исходит ли поток изнутри или проникает снаружи.
Разум направляет потоки энергии по связанным между собой нейронам, в то время как ионы покидают свои мембраны, высвобождая нейромедиаторы. Этот нейронный поток активирует ДНК, что приводит к синтезу белка и изменению или развитию связей, которые называются синапсами. Кроме того, возникают новые нейронные цепи, передаются сигналы между нейронами и даже стимулируется рост миелиновых оболочек, усиливающих функциональные связи и укрепляющих взаимодействие нейронов. Миелин, обволакивая нейронные пути между синаптически связанными нервными клетками, делает поток ионов в сто раз быстрее, а интервалы между электрическими сигналами короче. Умножаем сто на тридцать и получаем три тысячи. Так что, концентрируя внимание с помощью собственного сознания, вы можете создавать новые или улучшать уже имеющиеся синаптические связи, позволяя миелину ускорять поток энергии в три тысячи раз. Плюс ко всему при большей координации это позволяет создавать более сложные паттерны нейронной активности и формировать карты информации в теле и головном мозге.
Добавьте к этому тот факт, что активация паттернов нейронов вашим сознанием или другим способом может изменить химическую регуляцию на поверхности генов и эпигенетическую регуляцию (в том числе гистонов и метильных групп[15] как не-ДНК молекул, определяющих экспрессию генов и выработку белков), – и вы получите еще одно представление о взаимодействии разума и мозга. Эпигенетические модификации изменяют процесс развития мозга как реакцию на будущий опыт.
Удивительно, но, как вы убедились, разум влияет на активность нейронов, синаптический рост, образование миелина и эпигенетические изменения. Каждое из этих научно обоснованных сообщений означает, что разум формирует переживания (то есть энергетические и информационные потоки), которые, в свою очередь, изменяют структуру и функции мозга. Но как разум это делает? Очень просто – управляя потоками энергии и информации. Давай, разум, вперед!
Это одна из причин, почему в нашем институте могут прозвучать шутливые фразы типа «следи за мозгом» и «создавай связи», означающие, что психику можно использовать, чтобы интегрировать мозг и сделать свою жизнь более наполненной, свободной, осмысленной и благополучной. В основе этой точки зрения лежит понимание того обстоятельства, что мозг и разум не одно и то же. Иногда мозг подталкивает психику, получившую некий опыт, двигаться в определенном направлении, что заставляет нас действовать на автопилоте, а порой мы с помощью психики концентрируем внимание и, осознанно направляя информационные и энергетические потоки, заставляем мозг работать определенным, даже не свойственным ему образом. Вот почему упражнения с Колесом помогают изменить работу мозга.
Регулярно выполняя упражнения на концентрацию внимания, открытое сознавание и добрые намерения, вы стимулируете определенные паттерны нейронной активности (интегрированные состояния). Они, как предполагают ученые, активируют качества, которые перерастают в черты.
Таким образом, ничто не мешает нам вдохновить друг друга на своего рода «перепрошивку» мозга. Когда мы неравнодушны к собственному благополучию, мы способны заставить мозг создавать больше нейронных связей, которые помогут «перепрошить» и здоровье в целом.
«Пальчиковая» модель головного мозга
Чтобы еще лучше понять, как практика Колеса помогает дальнейшей интеграции головного мозга, давайте представим его модель в прямом смысле на пальцах. Данную модель, прекрасно визуализирующую этот орган, всегда можно иметь перед глазами. Пригните большой палец руки к середине ладони и зажмите его остальными четырьмя – вот и готова «пальчиковая» модель. Я часто использую ее для наглядного объяснения работы этого сложного органа и процессов интеграции.
МОДЕЛЬ ГОЛОВНОГО МОЗГА «НА ПАЛЬЦАХ»
В этой модели глаза и лицо располагаются со стороны костяшек, а запястье символизирует спинной мозг и шею. Разогнув все пальцы, вы увидите ладонь – стволовой отдел головного мозга. Эта часть запрятана глубоко в черепе и имеет древнюю историю. Именно в ней впервые появляются интегрированные нейронные связи, которые Антонио Дамасио называет «полной интеграцией организма».
Большой палец символизирует лимбическую систему. В реальности эта часть мозга представляет собой несколько областей, связанных с другими отделами мозга. Снизу лимбическая доля соединяется со стволом, а сверху – с корой, которая представлена четырьмя пальцами, перекрывающими ее. И хотя границы этих отдельных областей могут быть более размыты, чем подразумевают их названия, данная модель помогает получить наглядное представление об их пространственном расположении. Чуть позже мы еще поговорим подробнее о каждом отделе, чтобы лучше понять возможные внутренние механизмы психики. Сейчас же давайте рассмотрим одну область мозга, связывающую тело, лимбические структуры и кору в важную объединяющую нейронную цепь, которая укрепляется с помощью медитации, – островковую долю или просто островок (лат. insula).
Дамасио, изучая эту сложную нейронную цепочку, пришел к выводу, что «внешние слои островка позволяют обеспечить: a) более четкую карту чувственных состояний, чем ствол головного мозга; б) карту, соответствующую другим схемам коры, отвечающим за память, причинно-следственные связи и языковые функции (социокультурный гомеостаз[16])».
В данном случае мы видим явную связь между тем, что происходит в организме, и тем, как информация об этом передается в стволовую и островковую части мозга. Связь передается в виде сигнала, а затем в головном мозге преобразуется в то, что ученые называют картой. Эти нейронные схемы (или карты мозга) считаются паттернами нейронных «вспышек», набором нейронов, активируемых определенным образом и несущих в себе определенную информацию. Активация нейронов – это и есть энергия от нейронных «вспышек». В таком случае активация островка представляет собой просто состояние тела. В отличие от карт стволового отдела, островковые достигают других областей головного мозга, с которыми могут образовывать более сложные связи, участвующие в формировании нашего воображения, самосознания, языковых навыков и социокультурных особенностей. Каждый из этих процессов вносит свой вклад в общий гомеостаз, определяющий то, как мы выживаем и преуспеваем.
Регуляция процессов, по утверждению Дамасио, связана с нервной системой и тем, как она создает так называемые программы действий, позволяющие выживать и развиваться определенным видам. В нашем случае это называется «достигать гомеостаза». Эти программы включают в себя нейронные команды, которые и ведут к определенным действиям. «Команда может быть результатом внутренних состояний организма или событий, происходящих во внешнем мире. ‹…› Сенсорная система мозга постоянно анализирует внутреннее состояние, окружающую среду и воображение. Психические переживания программ действий и их результатов называются чувствами. Чувства могут быть сознательными и представляют ценность. ‹…› Чувства естественным образом сообщают о состоянии организма».
Наш образ жизни во многом определяется состоянием физического тела, что соответствует представлениям о том, что сознание воплощено в теле. Тело – не просто транспортное средство для перевозки головы. Это важнейший внутренний источник нашего естества. Так что изучаемая нами схематичная модель мозга – всего лишь одна из сторон, определяющих, кто мы есть на самом деле.
Как далее рассуждает Дамасио, «то, что мы понимаем как возникновение психики (и особенно чувств), основано на взаимодействии нервной системы с телом. Нервная система порождает разум не сама, а вместе с организмом. А это утверждение уже не совпадает с традиционным взглядом на мозг как единственный источник разума» [6]. Зато оно подтверждает нашу гипотезу о том, что разум воплощен в теле.
Отвечая на вопрос, почему мы ставим чувства на первое место, Дамасио говорит: «Вот в чем загвоздка: чувства позволяют нам управлять жизнью, своими мыслями, планами. ‹…› Система чувств – это влияние на поведение организма, физиологические процессы и гомеостатическое состояние».
Для Дамасио чувства играют ключевую роль в формировании поведения, потому что пробуждают то, что мы называем эмоциями. По мнению Дамасио, нам, как прогностическим машинам, нужны чувства для выбора стратегии поведения. Именно в наших чувствах в настоящем заключено то, чему мы научились в прошлом, и то, чего ожидаем от будущего. Чувства не побочный продукт счастливой жизни, они определяют то, как мы живем.
Мозг, заключенный у нас в голове, играет особенно важную роль в том, что мы думаем о самих себе и как мы думаем вообще. От стволовой части мозга сигналы тела перемещаются вверх к коре, в лимбические структуры, связанные с эмоциями, мотивацией, оценкой, памятью и привязанностями. Новая кора (или неокортекс), развившаяся в процессе эволюции млекопитающих, была заметно увеличена у приматов, а у человека сформировалась в основную префронтальную область, сложным образом связанную с другими частями мозга. Именно она и стала главным интегрирующим центром мозга, объединяющим кору, лимбическую систему, стволовой, соматический отделы и даже потоки энергии и информации.
Справедливо ли будет утверждать в таком случае, что сознание зарождается исключительно в коре головного мозга? Конечно, нет. Вот что Дамасио говорит о сознании и мозге: «Ни одна область или система головного мозга не удовлетворяет требованиям сознания, пониманию и ощущениям субъективности и интеграции опыта. Неудивительно, что попытки найти, где именно в мозге формируется сознание, не увенчались успехом». Рассматривая множество отделов мозга, задействованных в возникновении сознания, он далее утверждает: «Эти области и системы участвуют в процессе как единое целое, попадая на конвейер и исчезая с него в определенном порядке. Важно: области мозга действуют не обособленно, а в тесной взаимосвязи с телом» [7]. С этой точки зрения сознание полностью заключено в теле.
Нейронные репрезентации, или карты, образующиеся в областях коры головного мозга, напрямую участвуют в формировании идей и образов, возникающих у нас в сознании. Отдел коры, отвечающий за создание карт, обоснования и размышления, позволяет нам лучше понимать как себя, так и окружающих. Эта способность фокусироваться на настроении или психике, называемая также моделью психического, ментальностью или рефлективным функционированием, связана со многими областями, в том числе и с префронтальной корой. Когда соединяются срединные отделы префронтальной и задней коры, в системе образуются два узла, которые вместе с другими областями коры остаются активными, даже когда мы отдыхаем. В связи с тем, что это соединение преимущественно срединных структур сохраняет фоновую активность, даже когда не нужно решать задачи, ученые назвали его сетью пассивного режима работы мозга (СПРРМ).
«В процессе интеграции опыта образы выстраиваются в сюжетной и субъективной последовательности. Это достигается объединением внешней коры обоих полушарий в масштабную цепь, лучшим известным примером которой и будет сеть пассивного режима работы мозга. Такие сети объединяют разрозненные области мозга длинными двунаправленными путями» [8].
Давайте посмотрим, какое отношение СПРРМ может иметь к опыту работы с Колесом сознавания.
Сеть пассивного режима работы мозга
Новые удивительные выводы, полученные при изучении мозга, поднимают волнующие вопросы о том, кто мы такие, как такими стали и как упражнения, подобные практике Колеса сознавания, могут помочь нам укрепить свое самоощущение в мире. Результаты исследований принципов работы психики и мозга ставят перед нами новые вопросы о себе и о сознании, поиск ответов на которые приводит нас к дальнейшему изучению потенциальных механизмов работы Колеса.
Давайте вернемся к «пальчиковой» модели мозга, которую мы рассматривали чуть ранее. Обратите внимание: пальцы, символизирующие кору, закрывают лимбическую систему (большой палец), расположенную поверх стволового отдела. Фронтальная доля коры, располагающаяся прямо за лобной костью, представлена участками пальцев от вторых костяшек до ногтей. От середины фронтальной доли через центр мозга по оси к задним областям идут взаимосвязанные отделы, формирующие узлы сети пассивного режима работы мозга.
Нейронные связи внутри СПРРМ можно представить в виде взаимосвязанных областей, которые проходят посередине мозга от фронтальной к задней области. Для простоты понимания мы рассмотрим только срединные отделы.
Вот один из способов объяснить, какую именно роль играет СПРРМ в нашей жизни. У многих людей срединные отделы мозга так плотно связаны друг с другом, что образуют отдельный контур, который может подавлять активность других областей мозга. Представьте себе узкий закрытый круг школьных друзей, в который не допускаются посторонние. Аналогично связаны и различные участки, задействованные в пассивной работе мозга. Как остальные одноклассники исключены из группы избранных, так и прочные связи срединных областей могут исключить взаимодействие с другими областями мозга и тела.
Одной из основных частей этих центральных сетей является задняя часть поясной коры (ЗПК). С анатомической и функциональной точек зрения это координационный узел СПРРМ, своего рода лидер узкой компании школьных друзей. Срединная часть фронтальной коры, тесно связанная с ЗПК, называется вентромедиальной префронтальной корой. Она играет важную роль в процессе социального познания и нашей способности понимать окружающих. О ней, как и о других частях СПРРМ, мы поговорим чуть позже. Когда вместе с остальными областями сети пассивного режима активируется и ЗПК, мы переживаем субъективный опыт восприятия себя или думаем о том, как к нам относятся окружающие. Понимаете, о чем я? Как припев в большинстве любовных песен: «Любит – не любит?» Этот отдел крайне важен для самоопределения в социуме.
СРЕДИННЫЙ УЧАСТОК СЕТИ ПАССИВНОГО РЕЖИМА РАБОТЫ МОЗГА
Благодаря СПРРМ нам легче понять как свое внутреннее состояние, так и психическое состояние окружающих. Человек – существо социальное, и понимание интересов, намерений и психологического состояния других членов общества крайне важно для выживания и достижения успеха. В этом плане осознание себя и окружающих – две стороны одной медали. Осознание разума вообще и субъективный опыт познания себя и других людей в частности помогают нам достичь гомеостаза.
Если изолировать СПРРМ, человек может почувствовать себя отверженным. В случае когда сеть пассивного режима не интегрирована с другими областями мозга и частями тела, ее способность концентрироваться на психологических состояниях, вероятнее всего, приведет к возникновению чувства одиночества, обострятся навязчивые мысли о том, что думают о нас окружающие и как это соотносится с нашими собственными представлениями. В Голливуде часто шутят: «Ну хватит уже говорить обо мне! Расскажите же, что вы думаете обо мне?» Зацикленность на себе естественна для нашего социального мозга, пытающегося определить, насколько мы вписываемся в общество. Но бывает, что внутреннее «я» становится одержимым собственным статусом и местом в мире. Это зацикленность на себе, без интереса к взаимосвязям с миром и общим представлением о том, кто мы есть. Такой эгоцентризм может быть результатом слишком сильных связей внутри СПРРМ, не взаимодействующей с другими нейронными сетями в мозге, телом или потоками, исходящими из внешнего мира. Вот почему мы сравниваем обособленную сеть пассивного режима с узкой группой одноклассников. Более интегрированная СПРРМ будет включать процессы эмпатии и сострадания, а также гибкие формы самосознания, укрепляющие способность нашего социального мозга концентрироваться на чем-то, помимо нас самих. Поскольку сеть пассивного режима касается как нашего собственного сознания, так и сознания окружающих, для обозначения ее нейронных связей я придумал аббревиатуру OATS (овсяные хлопья), которая подчеркивает наши мысли об окружающих и самих себе.
Others (окружающие) And (и) The Self (я) = OATS
Если СПРРМ хорошо интегрирована с другими нейронными цепочками и социальной сферой, возникающая эмпатия способствует социальному познанию и самосознанию – восприятию своего и чужого разума. Если же сеть пассивного режима слишком обособлена и не связана с другими участками, тогда активность OATS может привести к изоляции, одержимости чужим мнением, поглощенности собой и в результате вылиться в тревожность и депрессию. Нельзя сказать, что сама по себе СПРРМ хорошая или плохая. Это данность. Но без должной интеграции, как я уже говорил, она может стать причиной ригидности или хаотичности внутренней психической активности или поведения. Есть основания утверждать, что, обладая более интегрированной сетью пассивного режима, легче воспринимать жизнь и не ощущать себя в изоляции.
Как интегрировать СПРРМ
Когда мы работаем с третьим сегментом обода Колеса сознавания, нейронные сети OATS могут по умолчанию проявляться в сбивчивых внутренних диалогах и непрерывном потоке мыслей о себе и своих отношениях с окружающими. Исследования психологов Зиндела Сегала, Нормана Фарба и их коллег говорят о том, что без развития осознанности у многих людей задняя поясная кора коснеет, а процессы СПРРМ выходят из-под контроля даже при простом сознавании ощущений. Вместо того чтобы воспринимать поток сенсорных чувствительных импульсов, исходящих от тела и из внешнего мира (первый и второй сегменты Колеса), многие неподготовленные люди зацикливаются на себе и демонстрируют устоявшиеся реакции, направленные исключительно на себя. Если соотносить это с практикой Колеса, это свидетельствовало бы о множественном проявлении третьего сегмента умственной деятельности, а вовсе не чувственного потока первого и второго.
Из результатов этих исследований следует очевидный вывод, который можно представить наглядно. Сеть пассивного режима располагается в основном в срединной части и при плохой интеграции пропускает через себя множество переживаний и размышлений, направленных на собственное «я». Расположенные по обеим сторонам области, включая переднюю островковую долю большого мозга, через которую проходят наши физические ощущения, позволяют чувственным потокам свободно течь и попадать в поле сознавания. Именно так мы ощущаем элементы на ободе в первых двух сегментах Колеса. Когда осознаём наши пять чувств и шестое чувство (интероцепцию), активируются латеральные нейронные соединения.
Эти латеральные соединения представляют собой нейронные аналоги механизмов чувственной проводимости разума, то есть паттерны потоков энергии, исходящих из внешнего и соматического пространств первых двух сегментов. В противовес этому мы способны встраивать энергетические паттерны в информацию о сложных представлениях, включая созданные нами же образы нас самих и мысли о своем месте в мире. Мысленные конструкции имеют нейронные аналоги в лимбических структурах и областях коры. Они входят в состав сети пассивного режима, но определенно не ограничиваются ей. Наше ощущение себя в обществе может проявляться в виде энергетических паттернов кортикальных областей СПРРМ, а то, насколько прочно связаны эти отдельные узлы внутри сети пассивного режима, определяет природу и глубину сознавания представлений о себе. Это ощущение себя – ментальная конструкция, созданная, в частности, эмпирически сформированными нейронными цепочками.
Совсем не обязательно, что все мысли человека будут направлены только на него самого, но, учитывая чрезмерную обособленность СПРРМ и ее не вполне развитые связи с другими отделами, эта ментальная конструкция может оказаться механизмом, подчеркивающим самостоятельность нейронных цепочек, доминирующих в пассивных состояниях и наших внутренних диалогах. Во время практики Колеса это может проявиться как отвлекающий фактор, мешающий сосредоточиться на чувствах. Эту пассивную форму процесса обработки информации можно почувствовать и во время открытого сознавания третьего сегмента. Она напоминает некий «котел» нашего опыта, в котором смешивается все, с чем мы сталкиваемся, живя в обществе. Но медитативные практики и тренировка психики, которые, по мнению ученых, способствуют интеграции СПРРМ, могут на нее повлиять. Благодаря практикам осознанности сеть пассивного режима становится менее изолированной и более связанной с другими функциями мозга, что способствует снижению концентрации OATS на внутреннем «я».
Боковые сенсорные проводящие пути и сети OATS в срединных областях СПРРМ работают по взаимоисключающему принципу, то есть в каждый отдельно взятый момент активно либо одно, либо другое. Глубоко задумайтесь о себе, и сенсорные потоки сведутся к минимуму. Сконцентрируйтесь на сенсорных потоках первых двух сегментов обода, и СПРРМ на время затихнет. Научитесь отличать эти сенсорные потоки от умозаключений, и вы с большой долей вероятности начнете по-новому ощущать свое место в мире.
Вот некоторые весомые открытия, которые наверняка совпадут с вашим субъективным опытом. Когда вы входите в канал чувственного потока, беспорядочный грохот лавины мыслей затихает. Чувственные переживания в боковых областях и ментальный шум в срединной подавляют друг друга.
Много мыслей – мало чувств; в потоке чувств не слышно мыслей.
Благодаря тренировкам боковые сенсорные зоны мозга отделяются от остальных частей и могут действовать самостоятельно. Как следствие, во время чувственного восприятия сознаванию не мешают умозаключения. Как только раздел произошел, проводимость чувственных переживаний становится частью основных процессов мозга. Дифференцируя и затем объединяя ощущения таким образом, вы достигаете высших состояний интеграции. Именно так во время практики происходит усиление боковых сенсорных зон, по которым проходят сенсорные потоки, и одновременно снижение активности обособленных срединных областей СПРРМ, в которых и происходит основная мысленная активность. Даже просто оставаясь в потоке чувств, уже можно снизить зацикленность на себе. Эти полезные открытия были сделаны во время научных исследований важных механизмов сознания.
Обладательница Нобелевской премии Элизабет Блэкберн и ее коллега и соавтор Элисса Эпель заявляют: «Мы почти ничего не знаем о монологе, который непрерывно звучит у нас в голове, и о его влиянии на нас. Как выяснилось, некоторые мыслительные привычки вредят теломерам. К их числу относятся подавление мыслей и склонность к навязчивым размышлениям, а также негативное мышление, которому присущи враждебность и пессимизм. Мы не в состоянии полностью изменить свои автоматические реакции – некоторые из нас от природы пессимисты и любители «пережевывать» одни и те же мысли. Однако в наших силах добиться того, чтобы эти привычки не причиняли нам вреда. Мы даже можем научиться воспринимать их с юмором. В этой главе мы предлагаем вам больше узнать о привычках своего разума. То, что вы узнаете о своем стиле мышления, вероятно, удивит вас – и откроет перед вами новые возможности» [9].
И далее: «Самоанализ особенностей, которые делают нас уязвимыми перед лицом стресса (и, возможно, как показал ряд исследований, укорачивают теломеры), – первый шаг на пути к стрессоустойчивости! Сознавание же может помочь заметить вредные для здоровья негативные мысли и заменить их более благоприятными. Как ловко подметил Аристотель, “мудрость начинается с познания себя”» [10].
Чрезмерную активность сети пассивного режима некоторые ученые считают нейронным аналогом чрезмерной концентрации на себе и одним из вероятных механизмов негативного мышления. Некоторым обособленная активность СПРРМ подскажет, как опыт, полученный в семье или в более широкой социальной группе, сформировал их самоощущение. В идеале отношения с окружающими должны способствовать внутренней интеграции, когда личность осознает себя отдельно и во взаимосвязях с окружающими. Именно эта интеграция помогает нам вливаться в общество, не теряя собственной индивидуальности. Ощущая себя на своем месте, вы чувствуете единение, а ваша жизнь обретает смысл. Наличие цели в жизни влияет и на состояние вашего тела, оптимизируя теломеры. Блэкберн и Эпель утверждают: «У тех, кто, занимаясь медитацией, острее ощущает смысл жизни, содержание теломеразы в клетках больше. Вместе с тем медитация – лишь один из способов, позволяющих почувствовать взаимосвязь с миром и увидеть смысл в жизни. На самом деле способов много, и то, какой именно вы предпочтете, будет зависеть от ваших жизненных ценностей» [11].
Забавно, но без интегрированного самовосприятия построение независимой самооценки может быть подчинено страху потерять себя как личность, стать просто малой частью чего-то большего. По многим причинам жесткая самооценка кажется способом избежать хаоса объединения и потери ощущения самого себя. Результатом таких проявлений слабой интеграции может стать автономная и слишком обособленная работа СПРРМ, что вызывает у человека чувство разобщенности и потерю смысла в жизни.
Примите во внимание следующее: ощущение хрупкости своего «я» в этом мире может привести порой к косным представлениям о себе. Такая ригидная идентичность – не что иное, как попытка помочь себе достичь гомеостаза. Однако отсутствие гибкости на самом деле лишь усиливает изоляцию. Без принятия пластичной, динамичной природы восприятия себя как непрерывного эмерджентного процесса от нас остается одна обособленность без взаимосвязей. В крайнем проявлении такое состояние может вызвать у человека ряд проблем, которые ученые и врачи определяют как сложности с саморегуляцией. Спектр их довольно широк: от тревожности и депрессии до зависимостей и социальной изоляции.
Освободитесь от власти самоизоляции
Исследования показали: при укреплении разума обособленность и крепость связей задней поясной коры с другими участками сети пассивного режима (такими, как медиальная префронтальная кора) снижаются и становятся интегрированной частью теперь доступного полного спектра мозговой деятельности. Иными словами, в результате рефлексивных практик развивается интегрированное восприятие себя по мере интеграции мозга. Именно это и происходит во время упражнений с Колесом.
Формирование мыслей в разуме само по себе не проблема, а баланс между этим процессом и сенсорным потоком может быть той самой интеграцией, к которой мы стремимся. Гипертрофированная поглощенность собой говорит о блоках, мешающих интегрированной работе разума. Жадсон Брюер, нейробиолог и специалист в области клинических исследований, продемонстрировал эффективность умственных тренировок в преодолении зависимостей и тревожных состояний, понизив активность задней поясной коры и сделав ее частью интегрированного целого. Другими словами, он показал, что чрезмерная обособленность сети пассивного режима и отсутствие связей с другими областями мозга может рассматриваться как нейронное препятствие на пути к интеграции и здоровью. Результатом этого становятся болезненные состояния, депрессии, тревожность и зависимости.
Проще говоря, люди с сильно обособленной СПРРМ становятся предрасположенными к регулярному самокопанию, постоянно сравнивают себя с другими, испытывают чувство неполноценности и еще массу разрушительных эмоций.
А теперь представьте, к чему приведет этот замкнутый порочный круг. Это все равно, что перекачать одну группу мышц, совершенно не уделяя внимание другой, и таким образом вызвать физический дисбаланс в теле. Вспомните аксиому о том, что нейроны работают, а нейронные связи развиваются там, куда направлено наше внимание. Постоянная зацикленность на себе, вызванная независимой и слишком активной работой сети пассивного режима, может усиливать ее внутренние связи, прочно переплетая их между собой и усиливая обособленность.
Не забывайте, что для укрепления нейронных связей внимание не обязательно должно быть фокальным или осознанным. Оно просто направляет энергетические и информационные потоки. Когда мы внимательны, паттерны нейронных «вспышек» активируются постоянно. Однако наше внимание порой следует за общественными установками, даже если мы этого не осознаем. Более того, такие установки могут глубоко врезаться в наш мозг. Каким образом? Очень просто. Лимбическая «оценочная» система и другие области социального мозга внимательно отслеживают наше положение в мире, выстраивая связи между социальной вовлеченностью и поиском смысла.
Для человека очень важно быть полноценным членом общества. Если на основе того, что мы узнали из СМИ, социальных сетей или других общественных рупоров, мы решаем, что чему-то не соответствуем, что что-то не так с нашей гендерной идентичностью, расовой принадлежностью, сексуальной ориентацией, или же мы просто не вписываемся в понятие нормы по каким-то более общим параметрам, информация об этом проникает в нервную систему и определяет направление нашего внимания.
К сожалению, современное общество склонно изолировать и дегуманизировать отдельных его членов, подвергать их унижению, неуважению, обесцениванию и изгнанию из социума. Такие тенденции загоняют наше фокальное и периферическое внимание в нейропластичную петлю, непрерывно усугубляя чувство обособленности и несоответствия. И мы вынуждены жить в одиночестве, не находя своего места в жизни, не ощущая поддержки. Эти повторяющиеся переживания отчуждения, в свою очередь, усиливают нейронные связи, способствующие закреплению статуса изгоя.
Очень важно найти способы сделать общество более доброжелательным, открытым и инклюзивным и перестать культивировать автономность. Чувствовать себя «в своей тарелке» – одна из основных потребностей человека. Медитативные практики (три столпа: фокальное внимание, открытое сознавание и добрые намерения), как показывают исследования, способны ослабить жесткие связи сети пассивного режима, помочь глубже понять себя и гармонично влиться в общество. Таким образом, рефлексивные упражнения, подобные практике Колеса сознавания, создают более интегрированные состояния, которые при повторении становятся новой нормой и пробуждают в индивидах доброжелательность и сострадание. Тренировки разума способны изменить механизмы пассивного режима и интегрировать их.
Пристрастия и привязанности
Как мы уже говорили, умственные практики ослабляют тесные связи нейронных функций сети пассивного режима. Кроме того, было обнаружено, что медитативные практики могут снизить интенсивность работы распределенной по вертикали системы вознаграждения, проходящей от стволового отдела мозга (ладонь) вверх через лимбические структуры (большой палец) в кору головного мозга (согнутые пальцы). Такие изменения в системе вознаграждения могут уменьшить влияние желаний на наше поведение, что, безусловно, будет способствовать повышению благополучия и укреплению здоровья. Через эти же отделы проходит нейротрансмиттер дофамин, приносящий чувство одобрения и удовлетворения. Когда дофамин высвобождается, мы чувствуем себя вознагражденными. Мы говорим себе: «Я получил за это награду, ух ты! Попробую-ка сделать это снова, чтобы получить еще больше». У меня лично мощный всплеск дофамина определенно вызывает темный шоколад. Снижая интенсивность выработки этого гормона (не избавляясь от него совсем, а лишь уменьшая скорость его распространения внутри мозга), мы теряем интерес и перестаем страстно чего-то хотеть. Это касается как различных препаратов, так и определенных занятий, способных вызвать зависимость от них. Меньше дофамина – слабее пристрастие к чему-то, что далеко не всегда полезно.
Важное обстоятельство: сдвиг в системе вознаграждения в сочетании с расширением сознавания освобождает внутреннее пространство и позволяет нейронам разграничивать ощущения. Так мы распознаем, склонны мы к чему-то, нравится ли нам что-то или мы просто нуждаемся в этом и можем стать зависимыми. Даже в системе вознаграждения видно разницу между нравится и хочу – активация осуществляется на разных ее участках. Если при виде шоколада я осознаю, что он мне нравится, то могу либо съесть его, либо оставить, ведь я совершенно уверен, что люблю шоколад, даже если не ем его. Я контролирую свои действия. Если же я не отличаю «нравится» от «хочу», эти ощущения смешиваются в моей интенсивно работающей системе вознаграждения и ограничивают доступ к оси сознавания. А объект, который мне нравится (в нашем случае плитка шоколада), становится объектом желания, и я уже не могу контролировать свое поведение.
В некоторых кругах о подобных желаниях говорят как о привязанностях. Однако в той области, где работаю я, слово «привязанность» обозначает любовь между родителем и ребенком. Так что давайте называть эту тягу к чему-то и невозможность отказаться, если даже это не принесет никакой пользы, пристрастием. Неспособность отделить то, что нам нравится, за что мы будем благодарны, от того, чего мы просто желаем, к чему пристрастились, делает нас беззащитными перед зависимостью и вызывает чувство собственной неполноценности. Именно поэтому, не получив желаемое, мы не испытываем удовлетворения. Предварительные исследования показали, что тренировки ума снижают скорость выделения дофамина системой вознаграждения, что сопровождается спокойствием и улучшением самочувствия вслед за постепенным ослабеванием пристрастий. Нужно это вам или нет – решаете только вы. Именно вы, а не ваша нейронная система вознаграждения отвечаете за ваш выбор: жить полной жизнью с чувством удовлетворенности или постоянно бороться с собственными пристрастиями и неполноценностью. Лучше быть благодарным за то, чем вы наслаждаетесь, чем постоянно желать того, чего вы лишены. Это разные вещи, и это важно.
Думаю, не лишним будет отметить, что то, к чему у нас возникает пристрастие, может зависеть от нашего типа мышления и от того, как мы себя воспринимаем. Это касается и меня с моей тягой к шоколаду, и людей, состоящих в нездоровых отношениях с кем-то, что абсолютно точно не идет им на пользу. Бывают даже пристрастия к отдельным сторонам своего «я». Такая одержимость также может вылиться в определенного рода зависимость. Когда вы поглощены чем-то настолько, что не можете переключиться на другой объект, ваше пристрастие регулируется дофамином, выделяемым системой вознаграждения мозга. Проще говоря, согласно исследованиям, одержимость собой может вызывать такую же зависимость, как наркотические вещества, потому что точно так же активирует систему вознаграждения. А наша зависимость от социальных сетей? Конечно, можно интересоваться тем, что пишут в соцсетях, но количество времени и сил, затраченных на публикацию своих фотографий, чтобы их могли увидеть другие, настолько велико, что соцсети можно смело назвать платформой пассивного режима работы мозга. Соцсети активируют нейронные связи, даже если мы чувствуем себя не вполне комфортно, даже если нам чего-то не хватает или мы не можем показать себя с лучшей стороны в сети.
У страха упустить нечто важное и интересное даже есть специальный акроним – FOMO (Fear of Missing Out). К сожалению, фотографии в социальных сетях, на которых жизнь выглядит яркой и насыщенной, редко соответствуют реальности. А те, кто просматривает эти фото, часто не осознают, что то, что на них отражено, – иллюзия, и в результате они чувствуют себя неполноценными, ведь их собственная жизнь в корне отличается от той, что они видят на картинках.
Системы нейронных связей OATS начинают выходить из-под контроля в нашем цифровом мире. Система вознаграждения вырабатывает дофамин в ответ на одержимость собственным «я». Это дает нам временное чувство «удовлетворенности» каждый раз, когда мы выкладываем в сеть свою безупречную фотографию. И зацикленность на себе снова усиливается. Неудивительно, что люди проверяют свои аккаунты даже за рулем автомобиля. Можно только представить, насколько ощущения недооцененности и неполноценности, а также недостаток внимания провоцируют сеть пассивного режима, подчеркивая наше несовершенство по сравнению с другими. Это чувство, как убежден Антонио Дамасио, тесно связано с гомеостазом, то есть с выживанием и преуспеванием. Озабоченность собой и чужим мнением о себе неудержимо тянет сеть пассивного режима работы в социальные сети. Процессы, касающиеся OATS в цифровом мире, разогнались до скорости света и слетели с орбит. Даже только из-за того, как социальные сети изменили нашу жизнь (а на самом деле причин гораздо больше), мы должны как никогда серьезно подойти к развитию процессов интеграции и стараться наполнить жизнь истинными стремлениями, смыслом и осознанными связями.
Если человек ощущает себя одиноким, если все его мысли сосредоточены только на внутреннем «я», он поневоле встает на тупиковый путь, ведущий к усилению чувства неполноценности, когда даже манящие перспективы социальных сетей не в состоянии заглушить негативные ощущения.
Часть нейронных процессов, разрывающих связи внутри сети пассивного режима, должна была бы снизить зацикленность на себе. Для этого нужно ослабить реакции системы вознаграждения и цепочки самой СПРРМ. Медитативные практики часто выступают механизмом, который изменяет настройки по умолчанию в сознании человека, ослабляет чувство одиночества, помогает ярче ощутить связь с внешним миром и принять свое положение в нем.
Регулярно выполняя практику на третьем и четвертом сегментах обода Колеса, вы со временем заметите, что все меньше думаете о себе. Но даже если это не так, не стоит беспокоиться и всячески пытаться вызвать эти ощущения. Вы не исчезаете как объект собственного внимания. Многие описывают это чувство как расширенное восприятие собственного «я», выход за рамки внутренних процессов, ощущение себя частью чего-то большего.
Давайте вернемся к понятиям субъективности и объективности. Субъективно люди постоянно описывают чувство единения с огромным миром, связь с окружающей действительностью во всей ее полноте. Такое глубинное ощущение наполняет жизнь смыслом. Изучение этой модели субъективного восприятия себя подтверждает изменения в работе мозга, происходящие во время практик осознанности.
Механизм, лежащий в основе этого субъективного ощущения себя как части единого целого, вероятно, связан с ослаблением жестких связей СПРРМ, которые и определяют нашу чрезмерную поглощенность собой. Хорошая новость: тревожные состояния и депрессия связаны с изолированной работой сети пассивного режима. Опыты на крысах показывают, что, если животных изолировать, они чаще всего будут предпочитать кокаин (вещество, стимулирующее выработку дофамина) еде и воде, что неизбежно приводит к смерти. А вот крысы, живущие в социуме, предпочитают кокаину воду и еду. Удивительно, правда? Для таких сложных млекопитающих, как люди, чрезвычайно важно наличие внутри черепа нейронной сети, которая в условиях современной культуры может работать автономно и заставлять нас чувствовать себя не в своей тарелке. Так что способность мозга вызывать чувства одиночества и оторванности от общества, изоляции и сосредоточенности только на своем внутреннем мире может стать причиной многих бед.
Мы существа социальные. Как вы вскоре убедитесь, не исключено, что даже опыт осознанности может быть основан на мыслях об окружающих. Поэтому сознавание чужого разума может предшествовать сознаванию своего. Когда мозг принимает сигнал о том, что мы изолированы от внешнего мира, самоидентификация и сознавание придавливаются на корню. Противоположное этому состояние, характеризующееся высокой концентрацией гамма-волн при взаимодействии с окружающими и заботе о ближнем, было открыто в процессе изучения паттернов электрических импульсов, возникающих во время практики сострадания. Такие нейронные паттерны гамма-волн проявляются, когда разрозненные участки мозга начинают работать в связке друг с другом, то есть непосредственно в момент интеграции. Более всего гамма-волны заметны в ситуациях, когда ощущение сострадания, добра и любви не направлено на кого-то конкретно. Это может быть частью механизма, отвечающего за развитие добрых намерений, фокусированного внимания и открытого сознавания, который способствует слаженной работе мозга и вызывает чувство целостности и осмысленности. Точно так же занятия с Колесом расширяют наши представления о себе, запуская процессы интеграции, которые воздействуют не только на головной мозг, но и распространяются на социальную сферу.
Четвертый сегмент обода и социальный разум
На четвертом сегменте Колеса сознавания, мы снова задаемся вопросом: чем отличается ощущение связи с другими людьми от самоощущения обособленности и одиночества? Что означает «менее изолироваться от окружающих»? В чем суть так часто описываемого состояния «единения с чем-то большим», как это субъективное переживание выразить в терминах работы психики, мозга и наших отношений с окружающими? И что с точки зрения фундаментальных механизмов сознания означают добрые намерения, сострадание и связь с миром?
Когда мы переходим на четвертый сегмент обода и настраиваемся на то, чтобы почувствовать связь с родственниками и друзьями, мы можем сознавать поток энергии, а можем активировать воспоминания или воображение.
В XIX веке британский ученый Майкл Фарадей предположил, что нас окружают невидимые глазу электромагнитные волны. Мой старый друг Джон О’Донохью[17] называл себя мистиком, потому что верил в существование чего-то необъяснимого и неуловимого органами зрения. Джон, как бывший католический священник, а также философ и поэт, чувствовал, что мир пронизан невидимыми связями, которые мы не способны уловить. Незадолго до своей скоропостижной смерти он издал книгу под названием «Благословляя пространство между нами» (To Bless the Space Between Us). Это пространство между нами может быть как раз тем внешним аспектом разума, который мы изучаем.
Неужели эта связь с Джоном, которую я ощущаю, – всего лишь воспоминания о наших отношениях и пережитом вместе, нечто, что я восстанавливаю с помощью нейронных механизмов у себя в голове? Или же это что-то большее, какой-то чувственный поток? Неужели связь с друзьями и близкими, или с незнакомыми, или со всеми живыми существами на планете – результат работы мозга, тела, что-то выстроенное моим внутренним разумом? Или же я ощущаю некое поле, о котором говорил Фарадей, его невозможно увидеть, но оно реально? Не возникает ли это чувство единения из-за того, что в мой мозг поступают определенные сигналы, отражающие то, что происходит здесь и сейчас? Или же это нейронная активность памяти и воображения?
Тогда Майклу Фарадею мало кто поверил, но теперь принцип работы большинства электроприборов основан на использовании электромагнитных полей, в существовании которых он был убежден. Энергия в виде волн может передаваться на большие расстояния. Помню удивление своего тестя Нила Уэлча (царство ему небесное), когда он разговаривал по видеосвязи со своим внуком Алексом. Как можно видеть внука на экране смартфона, в этой маленькой коробочке, да еще и говорить с ним? Независимо от того, находился ли Алекс в тот момент в соседней комнате или на другом конце земли, для меня и Нила это было настоящим чудом. Случись такое века четыре назад, нас сожгли бы на костре за черную магию. А теперь мы ежемесячно платим за телефон.
Энергия может принимать разные формы, и характеризуется она параметрами, которые я ранее обозначил аббревиатурой CLIFF. И конечно, энергия может распространяться на огромные расстояния. Взять хотя бы солнечный свет или сияние звезд. Ощущая свет зрительными рецепторами глаз, мы же не произносим взволновано: «О, эта энергия, которую ты ощущаешь в качестве света, – плод твоего воображения, воспоминания, всплывшие у тебя в голове!» Мы признаем, что наши органы чувств отражают реальность. Но Нил и я говорили с Алексом, видели его собственными глазами, и тем не менее понимание процессов, при помощи которых смартфон преобразовывает невидимые электромагнитные волны в доступные для восприятия человеком формы света и звука, оставалось для нас недоступным. А может быть, нечто подобное происходит и с нашей психикой? И возможно ли, что существует некий поток в поле нашего сознавания, позволяющий ощущать связь с чем-то большим, выходящим за границы нашего тела?
Во время просмотра онлайн-трансляции стратегической сессии ООН по проблеме повышения благополучия на Земле до 2030 года я почувствовал, что многие спикеры ощущают связь друг с другом и с будущим процветанием нашей планеты. Моя дочь проходила стажировку на этой сессии, и я мог представить, что она испытывала, работая в такой глобальной организации. Было ли это моим воображением или я каким-то образом ощущал ее переживания? Чуть позже мы поговорим о том, как энергия проходит сквозь пространство, будь то свет, звук или электричество. Нам также известно, что, даже если объекты разнесены в пространстве, они энергетически могут быть связаны между собой. В квантовой механике это называется квантовой спутанностью (или зацепленностью)[18]. Разное положение в пространстве не ослабляет связь спутанных потоков. К настоящему времени это свойство Вселенной доказано. Это не сила, а именно взаимосвязь энергетических потоков, над которыми не властно пространство. Я не настаиваю, что, учитывая именно это свойство, можно доказать нашу связь друг с другом или влияние нашей психики на мысли окружающих. Научно такое определение природы внутренней жизни человека еще не доказано. Подумайте, не чувствовали ли вы что-нибудь подобное в отношениях с окружающими, с природой, воспринимали ли энергетические волны от удаленных источников, или, возможно (просто представьте), ощущали свою спутанность с другими людьми и миром в целом.
Я как-то присутствовал в научно-исследовательском центре на конференции по квантовой механике. Так вот, на начальном слайде первого же выступающего была фраза: «Научно доказано, что все в мире взаимосвязано. Что же не так с человеческим мозгом, если люди до сих пор думают иначе?» В связи с этим у меня вопрос. Почему наш мозг убеждает нас в том, что мы не части единого целого, когда на самом деле это так?
Физик Карло Ровелли в книге «Семь этюдов по физике»[19] пишет: «Физика открывает нам окна, через которые мы видим далеко-далеко. И то, что мы видим, не перестает поражать. Мы понимаем, что полны предрассудков, что наши представления о мире обрывочны, узки и не соответствуют реальности. Земля не плоская и постоянно движется. Мир непрерывно меняется прямо у нас на глазах, пока мы всматриваемся в него, чтобы лучше разглядеть» [12].
Возможно, разум, существующий в мире, который изучает физика, обладает свойствами, не вписывающимися в рамки нашего понимания. Если мы будем непредвзято относиться к новым возможностям, о которых пока даже не подозреваем, мы сможем понять механизмы работы психики, на которых строится наш субъективный опыт, проникнуть в суть взаимосвязей между людьми и даже познать саму природу осознанности.
Ровелли продолжает свою мысль: «Здесь, на передовой, на границе знаний, наука еще более прекрасна. Озаряемая блеском новых идей, обладающая интуицией и опытом, полная энтузиазма, она стремится придумать то, что еще не придумано» [13].
Ощутить взаимосвязь с миром на четвертом сегменте нам помогут различные механизмы, лежащие в основе субъективных переживаний. Давайте попытаемся непредвзято отнестись к тому, как научные представления об энергии могут (или, возможно, не могут) лечь в основу нашего представления о том, что разум – не что иное, как некое проявляющееся свойство энергии, обеспечивающее способность человека ощущать все взаимосвязи. Наука пока не может объяснить, как работают механизмы четвертого сегмента и что представляет собой наше чувство единения с окружающими.
С точки зрения науки мы существуем в физическом теле, в котором имеется определенное количество нейронных связей. Они и позволяют нам воспринимать происходящее, сознавать свое восприятие и ощущения и даже постигать природу реальности. А это значит, что все, что мы ощущаем и о чем думаем, по определению весьма ограниченно. Реальности на самом деле все равно, понимаем ли мы ее фундаментальные механизмы или нет, – она есть, независимо от нашего к ней отношения. Но опять же с научной точки зрения существование реальности (пусть и гипотетическое) за пределами наших ощущений и представлений открывает возможности для более глубокого осознания происходящего. Однако придерживаться научной точки зрения не значит все знать. Надо оставаться скромным и, признавая собственные ограничения, следовать за любопытством, укрепляя свои навыки восприятия и познания.
На протяжении многих лет мои коллеги Питер Сенге и Отто Шармер, работающие в области системологии[20] в Массачусетском технологическом институте, исследуют природу реляционных (социальных) полей[21] и их влияние на наши отношения друг с другом. Реляционные поля, направленные на сострадание, совместную работу и творчество, называются генеративными. Вместе мы надеемся доказать, что взаимная поддержка и сотрудничество делают наш мир лучше и более сплоченным. Какие механизмы лежат в основе работы этих полей, нам пока неизвестно. Если Колесо сознавания верно описывает внутреннее и внешнее проявление разума, мы можем с пользой применять такие понятия энергии, как невидимое поле, а фундаментальные процессы интеграции осветят нам путь к культивированию генеративных социальных полей.
Тренировка разума как путь к интеграции мозга
С развитием фокального внимания на втором и третьем сегментах Колеса мы активируем не только головной мозг, но и внутренний мозг кишечника и сердца, направляя потоки энергии и информации в поле сознавания. При выполнении упражнений, развивающих внимание, в головном мозге активируются префронтальные отделы, расположенные сразу за лобной костью. В «пальчиковой» модели им соответствуют участки от ногтей до вторых костяшек пальцев (если считать от тыльной стороны ладони). Они работают вместе с передней поясной корой (в нашей модели это область большого пальца) в лимбических структурах. Нейронные связи развиваются, когда во время упражнений мы учимся удерживать внимание, замечать отвлекающие факторы (здесь также к работе подключается островковая доля) и перенаправлять его обратно.
Выявлено несколько зон, где во время практик осознанности наблюдались изменения нейронной активности. Одно из них, заключавшееся в усилении работы участков префронтальной коры, подтверждает вывод о том, что происходит стабилизация потоков энергии и информации при развитии внимания и эмоциональных реакций. Префронтальные участки объединяют кору, лимбическую систему, стволовой отдел мозга, а также внутренние органы и происходящее во внешнем мире в одно взаимосвязанное целое. От слаженной работы всех этих систем (или исполнительных функций) зависят наши эмоции и настроение, внимание и мышление, отношения с окружающими и моральные ценности.
Тренировка разума сопровождается изменениями и в лимбических структурах. Гиппокамп увеличивается, выполняя роль нейронного узла, связывающего обособленно расположенные области и способствуя обработке воспоминаний. Кроме того, он задействован в процессе регуляции эмоций. Как показали исследования, при постоянных занятиях практиками осознанности миндалевидное тело, ответственное за интенсивность эмоциональных реакций, уменьшается.
Третий отдел мозга, который увеличивается при регулярных тренировках разума, – это мозолистое тело, отвечающее за связь правого и левого полушарий. Эти изменения свидетельствуют о том, что головной мозг становится более интегрированным. Помимо этого, основываясь на результатах исследований, в которых использовались новые способы оценки интеграционных процессов в мозге, можно сделать еще один вывод. Как уже говорилось, изучение человеческого коннектома с использованием передовых технологий, позволяющих проследить связи между различными отделами мозга, подтверждает, что практики сознавания способствуют более интегрированной работе отдельных нейронных областей. Частично это доказано и открытиями, которые мы уже обсуждали, – они касаются сети пассивного режима и ослабления связей внутри чрезмерно обособленных и изолированных систем. Даже во время изучения связи головного мозга и расположенной вокруг сердца нейронной сети было выявлено большое количество связей, которые становятся более функциональными во время выполнения упражнений, укрепляющих навык добрых намерений.
Высокий уровень сострадания у людей, в течение длительного времени практикующих медитацию, приводит к увеличению количества электрических сигналов интеграции в мозге как в состоянии бодрствования, так и во время сна. Ранее мы говорили, что гамма-волны возникают в результате более скоординированной работы мозга. Связь гамма-волн с состраданием подтверждает предположение о том, что, когда мы делаем заявление о добрых намерениях, усиливается нейронная интеграция.
Интеграция – основа здоровой регуляции, а медитативные практики на уровне мозга укрепляют слаженную работу организма. С самого начала мы наблюдали, что Колесо охватывает все три столпа тренировки ума, развивая концентрацию, открытое сознавание и добрые намерения. Именно поэтому в будущем мы надеемся обнаружить у разных людей схожие показатели увеличения нейронных связей и интеграции.
Вот мы и подошли к переживанию опыта открытого сознавания. В то время как переживание факта сознавания помогает нам справиться с отвлекающими факторами во время тренировки концентрации, чистое восприятие, открытое отслеживание и открытое сознавание включают еще кое-что. С одной стороны, возникновение чего бы то ни было на ободе Колеса – это своего рода метафора процесса интеграции, определяющего и связывающего воедино познание и его объекты. Но какой механизм может быть задействован здесь? Поскольку единого нейронного признака осознанности не существует, ведь при концентрации внимания возникает множество нейронных «вспышек», справедливо встает вопрос: что представляет собой открытость всему происходящему? Другими словами, каков принцип работы чистого сознавания?
Если точки на ободе Колеса – это энергетические и информационные потоки, то что такое ось? Каким образом она соединяется с ободом, когда мы направляем внимание на определенные точки? До сих пор понятие энергии отлично описывало возможные процессы, происходящие на ободе и даже в спице. Но каковы механизмы работы самой оси? Если чистое сознавание связано с потоком энергии, откуда тогда возникают ось познания (сознавания) и спица внимания? (Если слово «возникают» здесь вообще уместно.)
Чтобы ответить на вопрос о том, каковы механизмы работы психики, лежащие в основе сознавания, давайте продолжим знакомиться с результатами исследования мозга, а затем сосредоточимся на том, что представляет собой природа энергии.
Интеграция в мозге и спица фокального внимания
Как и где возникает сознавание
Итак, мы подошли к рассмотрению вопроса о том, как происходит сознавание паттернов энергии и информации, то есть познаваемых объектов сознания. Каким образом символическая спица фокального внимания позволяет паттернам энергии с обода Колеса проникать в поле сознавания оси? Какие механизмы стоят за субъективным опытом фокального внимания и сознавания? Может быть, субъективный опыт – это и есть чувственная структура сознаваемой нами жизни? И что в таком случае представляет собой само сознавание? Какие процессы скрываются за метафорами спицы и оси?
Мы не знаем, как ответить на фундаментальные вопросы о механизмах разума, участвующих в сознавании. Идеи и гипотезы есть, точного ответа нет.
Процесс сознавания, по-видимому, включает в себя образование связей между различными областями мозга. Концепция, вытекающая из этого утверждения, называется теорией интегрированной информации сознания и предполагает, что для сознавания необходимо наличие определенного уровня интеграции. Например, чтобы мы поняли, что слышим звук, и осознали особенности его звучания, должен быть достигнут соответствующий уровень координации отдельных областей мозга. Но как и почему некая степень интеграции определяет наш субъективный опыт сознавания, неизвестно.
На самом деле мы не можем доказать, что причинная последовательность действует в одном направлении, хотя многие полагают, что именно благодаря ей мозг отвечает за приобретение ментального опыта. Это предположение вызывает сомнения, и имеет смысл отнестись к его изучению непредвзято.
Даже если разуму необходим мозг, представить, как именно он заставляет мозг функционировать определенным образом, мы не вполне можем.
С помощью упражнений в этой книге мы, поставив перед собой цель развить сознавание (все его грани) и используя для этого навык концентрации внимания, можем заставить мозг работать по-новому, изменяя и укрепляя его физическую структуру. Именно эта способность использовать разум для развития мозга лежит в основе утверждения «куда направлено внимание, там и работают нейроны, там образуются нейронные связи». Внимание и сознавание – ментальные процессы, позволяющие разуму формировать мозг за счет интеграции его областей, что, в свою очередь, укрепляет разум.
Сознавание позволяет развивать структуру мозга. Вспомните утверждение о том, что разум и мозг, хоть и тесно связаны, на самом деле не одно и то же. Нужно ли тело разуму? С научной точки зрения многие ответили бы – да. Но означает ли это, что разум – то же самое, что и заключенный в теле мозг? Вовсе нет. Более того, он не ограничивается мозгом или телом. В этом мы уже убедились, когда обсуждали внешний разум.
Мы не утверждаем, что разум независим от мозга и тела. Мы подчеркиваем, что разум не пассивный пассажир на маршрутах нейронной активности мозга. Субъективный опыт разума совсем не то же самое, что нейронная активность, даже если выясняется, что он полностью от нее зависит. Разум может направлять эту активность по собственному усмотрению.
Но в чем же конкретно заключается сознавание, то есть способность получать субъективный опыт, и каким образом оно связано с работой мозга?
Всесторонний обзор концепций сознания позволяет выделить несколько точек зрения. Итак, сознание и разум рассматриваются как когнитивные функции головного мозга, протекающие внутри черепной коробки и охватывающие процессы, происходящие во всем теле, а не только в пределах мозга. Мы воспринимаем сознание как нечто охватывающее нашу культурную и социальную жизнь; как универсальный процесс, связывающий нас со всем окружающим, с высшими силами или Богом. Я не предлагаю вам развернуть жаркие споры вокруг определений разума и сознания, а обращаю внимание на то, что ученые до сих пор не пришли к единому мнению.
Ряд современных ученых и мыслителей, к числу которых относятся врачи Нил Теис, Ларри Досси и Дипак Чопра, нейробиолог Руди Танзи и физик Минас Кафатос, предполагают, что сознание не ограничивается мозгом или телом. Кафатос, Теис и другие придерживаются концепции панпсихизма, предполагая, что сознанием обладает все живое. Согласно этой теории, сознание возникает во Вселенной, а не только в головном мозге или в теле. Буддизм поддерживает идею об универсальном происхождении сознания, которое лежит в основе всего и определяет наши жизни и реинкарнации. Это глобальное сознание и есть сама ткань реальности. Согласно другим древним традициям и многим мировым религиям, таким как христианство, иудаизм, индуизм и ислам, в основе всего лежит понятие Бога или богов, вездесущих и всезнающих.
Карл Юнг писал о коллективном бессознательном, объединяющем всех нас. Я уже рассказывал о бывшем ирландском католическом священнике Джоне О’Донохью, чьи представления, основанные на мистицизме кельтов, заключались в том, что мир наполнен невидимыми силами, которые и определяют наши жизни изо дня в день. Невидимая природа реальности вдохновляла и Майкла Фарадея, чьи идеи в 1800-х не встретили поддержки, а теперь приняты как общие свойства Вселенной, даже несмотря на то, что энергетические волны остаются невидимыми глазу. Мы с Джоном исколесили Соединенные Штаты и Ирландию с лекциями, пытаясь найти то, что объединяло бы духовные представления и нейробиологическую точку зрения на сознание. К сожалению, Джон скончался до того, как я смог рассказать ему о том, во что мы с вами вскоре погрузимся, о тех самых идеях, объединяющих науку и духовные ценности. Если бы Джон был с нами, думаю, он бы с удовольствием присоединился к нам, и мы, как говорят в Ирландии, от души посмеялись бы и здорово провели время.
Мы не будем здесь отвечать на вопрос, где именно обретается сознание и где появляется разум – в голове, в теле, между людьми или во Вселенной. Это пока никому не известно. Однако эта неизвестность сама по себе может стать ключом к пониманию природы разума. В конце концов, именно разум и помогает нам понять разум. Эта загадка достойна того, чтобы посвятить ее решению целую жизнь, и, несмотря на то что она неразрешима, уже сами попытки приносят свои плоды. Даже наш вид называется Homo sapiens – человек разумный, то есть тот, кто знает, что знает. Каждый раз обращаясь к Колесу сознавания, мы начинаем лучше понимать природу нашего разума, не получая конкретных ответов о его происхождении. И даже если это путешествие приведет нас к появлению новых вопросов о том, кто мы есть на самом деле, оно стоит того.
В следующем разделе мы поговорим о возможных механизмах работы оси. Однако следует иметь в виду: ваш личный опыт, полученный как во время чтения этой книги, так и во время выполнения практик с Колесом, индивидуален и будет отличаться от моего и от опыта любого другого человека. Мы с вами можем обмениваться идеями. Я излагаю свои на страницах этой книги, вы пропускаете их через свое сознание и возвращаетесь к чтению. Регулярные занятия с Колесом позволят вам почувствовать, какие практики наиболее эффективны лично для вас. Вы сами определите, что именно помогает пролить свет на природу вашего разума и раскрыть сознавание.
Одному моему студенту в Ирландии, изучавшему философию сознания, руководитель посоветовал сузить тему, над которой мы с ним работали («Что такое сознание») до «более приземленной и конкретной». В итоге диссертация стала называться «Смысл жизни». Нас обоих рассмешило, что вопрос природы сознания считался куда более трудным, чем определение смысла жизни.
Хотя мы до конца не понимаем, что именно ученые вкладывают в понятие «нейронные корреляты сознания», сами попытки проникнуть в суть этого вопроса могут пролить свет на нейронные механизмы, лежащие в основе практики Колеса. Философ Дэвид Чалмерс назвал вопрос внутренней субъективности и нейронной объективности «трудной задачей» для истинного понимания того, как физическая нейронная активность может перерастать в психические субъективные переживания сознавания. Для некоторых ученых такие заявления беспочвенны, так как они рассматривают нейронные взаимодействия как единственный способ возникновения переживаний. Для них проблемы не существует, ни серьезной, ни посредственной. С их точки зрения, сознание – продукт работы мозга. Например, Антонио Дамасио рассматривает основную ткань сознания (наши чувства) как состояния тела, которые мы осознаем. Нет никакой трудной задачи, есть реальность существования в теле, которое стремится к гомеостазу.
Как сказал Оливер Уэнделл Холмс[22], «разум, тянущийся к новому, всегда движется вперед». Эту фразу я взял в качестве эпиграфа к книге. Имейте в виду: сознание, которым обладает разум, может изменить структуру и работу мозга. Понимание механизмов взаимодействия мозга и разума готовит нас к тому, чтобы начать применять новую теорию на практике. Давайте познакомимся с некоторыми теориями, в которых исследуется корреляция между нейронными процессами в мозге и нашим ментальным опытом сознавания. Надеюсь, что благодаря полученным знаниям наша жизнь станет более благополучной. Но даже открыв все связи, все нейронные паттерны, активирующиеся во время переживания сознавания, сможем ли мы на самом деле понять, как нейронная активность «превращается в осознанность»? Получим ли мы ответ? Это удивительная, невероятная, сложнейшая загадка в области знаний о нашей жизни. Именно поэтому после изучения некоторых теорий взаимодействия мозга и сознания стоит обратиться к еще одной области науки, науке об энергии как таковой.
Изначальный вопрос «Как мозг создает осознанность?» может оказаться не тем вопросом, который стоит задавать. Ведь сознание можно рассматривать как независимое свойство потоков энергии и информации, циркулирующих во всем теле. Именно поэтому его нельзя ограничить лишь нейронной активностью у нас в голове. Даже если с помощью специального оборудования просканировать нейронную активность внутри черепа, можно упустить процессы, происходящие в других частях тела, которые тоже играют важную роль в механизмах сознавания. Тем же, кто придерживается точки зрения, что сознание возникает и за пределами тела, даже отслеживания всех физических процессов в теле может быть недостаточно для понимания нужных механизмов.
Продвигаясь далее, давайте постараемся непредвзято отнестись ко всем теориям, придерживаться научного подхода, но не ограничиваться им. Я имею в виду следующее: если наука и утверждает что-то в настоящий момент, это еще не означает, что в данном вопросе поставлена точка и эти представления абсолютно верны. Давайте также помнить, что коррелировать и зависеть не одно и то же. И если ученые обнаружили какое-либо явление, то это еще не значит, что они знают его происхождение. Сознание, например, связано с активностью различных участков мозга. Но не забывайте, что наши убеждения как психические модели могут также фильтровать объекты сознавания, будь то интерпретация самого опыта и его результатов. Эти модели могут строиться на самоощущении, проистекающем из зазнайства: я знаю, что из себя представляет мир, кто я такой, чего мне ждать и как мне выжить с такой позицией. Уже одно это может поставить под угрозу наше ощущение безопасности. И именно поэтому у некоторых (если не у многих) людей неожиданные предположения, особенно касающиеся природы сознания и разума, вызывают пожар эмоций. Так пусть же свет от вспышек этого огня освещает нам путь, а не сжигает нашу способность сотрудничать и взаимодействовать в поисках согласия – общего знаменателя разных устремлений.
Сознавание и интеграция информации
Существует много интересных гипотез о взаимосвязи работы мозга с процессом сознавания. В этой главе мы рассмотрим концепции, имеющие отношение к нашему исследованию и практике Колеса сознавания, и продолжим применять их, погружаясь в практику.
Одна из них, подтверждаемая работами таких ученых, как Джулио Тонони, Джеральд Эдельман и Кристоф Кох, построена на предположении о существовании некой синхронной нейронной активности в отдельных участках мозга и о том, как эти участки взаимодействуют, продуцируя опыт сознавания. Это и есть теория интегрированной информации сознания. В соответствии с ней Жадсон Брюер и его коллеги провели ряд исследований и изучили нечто называемое легким осознанием – состояние, близкое состоянию открытого сознавания и открытого отслеживания, которые также возникают вместе с интеграцией нейронов.
Существует множество форм сознания, каждая из которых имеет свое название и соотносится с нейронной активностью в определенных областях мозга. Например, в результате инсульта, затронувшего стволовой отдел, велика вероятность, что человек впадет в кому. Основные функции сознания соотносятся именно со стволовой частью, расположенной глубоко в мозге (ладонь в «пальчиковой» модели). Общее состояние сознания, то есть бодрствование, обеспечивается сохранностью стволового отдела мозга. Другой пример касается интроцепции, когда процесс познавания сопровождается конкретными физическими ощущениями тела. Ученые изучили ощущения, свойственные этой форме сознания, и измерили нейронную активность в определенных областях мозга, включая переднюю островковую долю. Поднимаясь по «пальчиковой» модели снизу, от стволового отдела на ладони, вверх по большому пальцу лимбических структур и остальным четырем пальцам префронтальной коры, вы как раз обнаружите нейронные участки, связанные с сознаванием телесных ощущений. Как мы уже знаем, нейронные карты, создаваемые лимбическими, префронтальными, островковыми зонами, отражают это представление тела в сознавании. Мы называем этот процесс ощущениями. Проявления сознания столь тонки и разнообразны, что отследить их все в мозге невозможно. Именно поэтому нам нужны какие-то более общие модели, которые позволят получить представление о фундаментальном аспекте нейронной активности, связанном с субъективным сознаванием. В качестве одного из таких паттернов можно выделить нейронную интеграцию – связь разных участков мозга друг с другом.
При дальнейшем изучении мозга появились предположения, что именно в коре головного мозга (четыре пальца в нашей «пальчиковой» модели) происходят более сложные процессы. При совместной работе целого ряда участков, таких как дорсолатеральная префронтальная кора (расположенная сверху чуть в стороне от префронтальной зоны; ей соответствуют кончики пальцев) и передняя поясная кора, объединяющая лимбические и корковые отделы (участок, где большой палец соприкасается с остальными), аналогом мозговой активности, чем-то напоминающей грифельную доску, можно считать рабочую память, которая отвечает за отражение, сортировку и дальнейшую обработку образов и событий. Расположенные ближе к центру области, такие как медиальная префронтальная зона (ногти двух средних пальцев) и участки сети пассивного режима работы мозга (задняя поясная кора, например), участвуют в сознавании своего и чужого психического состояния – при этом работает метасознавание, стимулируя сознание сознавания, самоанализ и модель психического. Переживания, испытываемые нами, когда мы фокусируемся на нашем собственном внутреннем состоянии, ученые называют опытом самопознания, автономным или автоноэтическим сознанием. Оно заключается в способности человека мысленно переноситься во времени, связывая воедино прошлое, настоящее и будущее. Именно посредством этого процесса сеть пассивного режима соотносится с самосознанием и помогает нам проживать свою биографию.
МОЗГ И «ПАЛЬЧИКОВАЯ» МОДЕЛЬ
Эта точка зрения, согласно которой интеграция информации каким-то образом «порождает» сознание, прекрасно согласуется с нашим опытом, полученным во время выполнения упражнений с Колесом. Мы перемещаем спицу по ободу, направляя фокальное внимание и интегрируя тем самым то, что называем энергетическими паттернами. Они-то и будут механизмами интеграции информации. Мы также придерживаемся той точки зрения, что именно информация – не что иное, как паттерн энергии. Однако некоторые математики и физики предполагают, что все как раз наоборот, что Вселенная состоит из информации, которая порождает энергию.
Оставаясь приверженцами концепции энергии и информации, мы увидим, что как сторонники первичности информации, так и сторонники первичности энергии в итоге согласны в одном: все изменяется. Именно это и характеризует понятие «поток».
Итак, продолжая придерживаться научного подхода, предположим, что в качестве фундаментальных механизмов Колеса сознавания выступают потоки энергии и информации. И теперь мы смело можем добавить к этому утверждение о том, что интеграция – необходимая составляющая сознавания.
Внимание, сознание и социальный мозг
Теория об интеграции информационных и энергетических потоков поддерживается еще одним основанным на работе мозга предположением, базирующимся на понятии интеграции информации в социальной сфере. Эту точку зрения можно понять, учитывая, что эволюция человека как вида имеет социальную природу. Сара Харди, проводившая антропологические исследования, когда пишет об аллопарентинге[23], отмечает, что люди, воспитывая детей и заботясь о них, передают часть своих родительских обязанностей другим. Что это дало для нашего эволюционного развития? Способность выживать и преуспевать как вид зависит от способности понять, куда направлено внимание окружающих, каковы их намерения и стоит ли доверить им заботу о самом дорогом, что у нас есть, – о наших детях. На поведенческом уровне это сделало нас склонными к взаимодействию и сотрудничеству и стимулировало «читать мысли», то есть замечать сигналы, исходящие от окружающих, интерпретировать эмоциональное состояние, жесты и поведение других людей, а также оценивать их намерения, внимание и мотивацию. Чтобы защитить детей и убедиться, что о них позаботятся те, кого мы выбрали в качестве своих помощников (alloparent), надо научиться спрашивать себя: насколько сознателен тот, кого мы выбираем присматривать за детьми, можем ли мы доверять этому человеку? Чтобы получить ответы, необходим нейронный механизм, позволяющий прочувствовать и оценить намерения, поведение и даже осознанность другого человека. Таким образом, можно предположить, что способность угадывать мысли возникла из необходимости понимать других, а не свои внутренние ощущения. Модель психического, ментализация[24], сознательное мышление, психологическое мышление и даже майндсайт – все эти понятия подчеркивают нашу способность создавать карты сознания как самих себя, так и окружающих.
В таком случае развитию проницательности и эмпатии, как составляющим майндсайта, могли способствовать необходимость понимать, что думают другие, умение проявлять сочувствие и составлять карты сознания нашего внутреннего мира. Третий аспект майндсайта, интеграция, может иметь основополагающее значение для сознавания и даже для доброты и сострадания. Именно интеграция помогает нам понять, что наша социальная природа и переживание факта сознавания, по сути, одно и то же. В этом смысл трех аспектов майндсайта: интуиции, эмпатии и интеграции.
В контексте развития человека как вида концепция социального мозга подразумевает, что эмпатия первична, а уже из нее возникает интуиция. Такая последовательность согласуется с взглядом на развитие человека в рамках привязанностей и отношений, в соответствии с которой тот, кто заботится о ребенке, становится для него своего рода зеркалом, через которое малыш впервые осознает свои внутренние состояния. И в реакциях других мы прежде всего видим самих себя. Это межличностное происхождение наших представлений о себе – ключ к пониманию того, каким образом социальная жизнь встраивается в структуру мозга, и не исключено, что так развивалась сеть пассивного режима, отвечающая за самоощущение. Другими словами, наша социальная жизнь (как внутри семьи, так и внутри общества в целом) напрямую определяет нейропластичность структур, которые участвуют в самоопределении.
Нейронный аналог формирования наших привязанностей (отношений) – распределение и обмен энергетических и информационных потоков. Именно они стимулируют активность и рост составляющих майндсайта, включая СПРРМ, определяющую, как мы воспринимаем себя и окружающих.
Нейробиолог Майкл Грациано предложил модель, основанную на социальном взгляде на мозг. Его представления о социальном мозге и происхождении сознания можно использовать при изучении Колеса. Грациано полагает, что в процессе эволюции людям было необходимо знать, каким образом и на чем концентрируются окружающие, чтобы определять, можно ли доверять им. Будет ли тот или иной человек уделять достаточное внимание нашему ребенку, чтобы защитить его? Основанные на совместной деятельности, наши социальные структуры становились все более сложными, а взаимодействие с другими людьми стало одним из решающих факторов, обеспечивающих выживание в целом, а не только воспитание потомства. Умение выражать свои желания и интерпретировать сигналы окружающих стало вопросом жизни и смерти. Чтобы достичь гомеостаза, нужно было выстраивать карты сознания. В конце концов, от собранности и сконцентрированности соплеменника во время охоты на саблезубого тигра зависела не только его жизнь. Сможет ли он правильно интерпретировать сигналы других охотников и понять, что имеет смысл бежать в укрытие? Так что составление карт внимания окружающих во многом определяло наше выживание.
Для составления карт фокального внимания окружающих задействован височно-теменной узел (ВТУ) мозга, объединяющий височную и теменную области коры. С ней связана другая важная область мозга – верхняя височная борозда (ВВБ), желобок в височном отделе коры, расположенный сразу за висками. На «пальчиковой» модели эти области представлены участками между первыми и вторыми костяшками пальцев. ВТУ и части височной доли считаются боковыми участками сети пассивного режима и напрямую вовлечены в процесс восприятия и определения состояний себя и окружающих.
Нейробиологи считают эти области важными составляющими связей социального мозга. Врачи же обнаружили, что повреждение данных участков ведет к нарушениям сознания. Таким образом, мы можем предположить, что височно-теменной узел и верхняя височная борозда – важные компоненты нейронной составляющей сознания. Впрочем, как мы уже говорили, другие области мозга также играют заметную роль, выступая в качестве посредников сознания.
Названия этих участков не обязательно держать в памяти. Нет необходимости помещать их даже в хранилище долгосрочных воспоминаний, если только вы не решили с головой погрузиться в изучение мозга. Но я их все-таки назову. Дорсолатеральная префронтальная кора (ДЛПК) как часть главной исполнительной сети и передняя поясная кора (ППК) вместе с передней островковой долей входят в состав «сети выявления значимости»[25]. Эти две более удаленные области чаще всего исследуются при изучении природы фокального внимания, то есть того, как мы концентрируемся внутри сознавания, и относятся к передним частям СПРРМ. Два более отдаленных участка – ВТУ и ВВБ, – задействованные в создании карт сознания окружающих как части общей системы безопасности, тесно связаны с медиальной префронтальной корой (ногти среднего и безымянного пальцев на «пальчиковой» модели). Помните, что медиальная префронтальная кора – основная часть сети пассивного режима – это узел, расположенный в передней части, соединенный с задней поясной корой (ЗПК) и образующий задний узел сети пассивного режима.
Все эти термины и аббревиатуры могут свести с ума, но идеи, в изучение которых мы сейчас погрузимся, довольно просты. Итак, давайте перейдем к увлекательной теории, в которой без этих сложных названий не обойтись. Майкл Грациано использовал имеющиеся данные для создания теории схем внимания, объясняющей происхождение осознанности. В основе этой теории лежит понятие, что сознавание и есть информация. Вместе с осознанностью мы создаем и символические репрезентации внимания как процесса (то есть одновременно и объекта нашего внимания, и предполагаемого сознавания этого объекта). Другими словами, информация об осознавании (о фокусе внимания и о том, на что оно направлено) – это попросту логический вывод о том, что представляет собой сознание другого человека. Нам никогда не понять реальных переживаний других людей, мы можем лишь представлять себе их сознавание. Именно благодаря этим символическим репрезентациям внимания и сознавании других людей наш мозг способен выстраивать собственные представления о сознавании. Исходя из этого можно предположить, что сознавание – это некая информация: не существует реального сознавания, есть только логический отчет о его наличии. Знаю, это может показаться странным. Что значит нет сознавания как такового? Позвольте объяснить, как я понимаю эту не вполне обычную гипотезу.
Наблюдая за другим человеком, мы в своем нейронном аппарате – мозге – создаем соответствующую карту, представляя, что человек думает, как себя чувствует и т. д. Мы можем иметь вполне конкретное впечатление о состоянии человека, каким оно представляется в нашем височно-теменном узле и верхней височной борозде, а также в других отделах медиальной префронтальной коры. Все это части того, что я называю резонансной системой нейронных связей – набором связанных между собой областей, позволяющих нам понимать чувства и психические состояния других, чтобы достигать состояния майндсайта. Любопытно, что эта же самая резонансная система активируется во время осознанной медитации, демонстрируя, что внутренние и внешние настройки одинаково важны для налаживания социальных связей в мозге, которые также включены в систему, заложенную в основу сознания.
Главное здесь то, что для распознавания психических состояний других людей мы используем механизмы социального мозга, аналогичные тем, что и для проявления эмпатии.
И здесь вы, возможно, обнаружите кое-что интересное. И теория интегрированной информации, и представление о сознании с точки зрения социального мозга строятся на понятии фокального внимания, то есть на представлении, что объект внимания становится частью нашего сознания. Обе эти версии прекрасны и полностью вписываются в модель Колеса, ясно подчеркивая, как спица соединяется с ободом, то есть как концентрация на чем-то позволяет этому предмету или явлению войти в сознавание. Таким образом, наша символическая спица может представлять собой механизм, позволяющий достигать определенной степени интеграции информационного потока внутри социальных систем нашего мозга и других областей, задействованных в фокальном внимании и сознавании. Именно эти механизмы и проясняют принцип работы спицы.
Но что конкретно представляет собой сознавание, в поле которого направлены потоки энергии и информации? И есть ли вообще какое-то «поле» у процесса сознавания? Не сбивает ли с толку метафора оси, когда речь заходит о рассмотрении механизмов осознанности как контейнера, представляющего собой нечто, что может сужаться и расширяться, когда в него по спице фокального внимания попадает информация об элементах обода? Давайте продолжим изучать результаты научных исследований сознания и посмотрим, куда нас заведет поиск ответов на вопросы о природе оси – сознавания.
Ось познавания и возможные механизмы, лежащие в основе чистого сознавания
Давайте посмотрим, соотносятся ли две основные теории возникновения сознания – теория интегрированной информации и концепция социального мозга – с нашими представлениями и ощущениями, которые мы получаем во время занятий с Колесом. Выполняя упражнения с Колесом, мы от восприятия чувственного потока переходим к ощущениям собственного тела, внутренним психическим процессам и отношениям с окружающим миром. Это движение от внешнего к внутреннему и от внутреннего к межличностному соответствует представлениям, которых придерживаются эти теории сознания. Теории интегрированной информации основаны на представлении о том, что для получения сознательного опыта необходимо распознать (дифференцировать), а затем объединить (интегрировать) имеющуюся информацию. И в том, как, согласно теории социального мозга, возникает сознание, мы видим, насколько тесно переплетается наше социальное восприятие реальности и внутреннее ощущение себя как личности.
Как ни странно, но такой подход к роли мозга в сознании проясняет социальную природу разума и одновременно его физическую воплощенность. Взгляды Майкла Грациано на то, как отношения могут влиять на сознание, очень необычны и интересны. Например, о сознании, пережившем смерть мозга, он говорит следующее:
Если сознание – это информация, если эта информационная модель подтверждается «процессором» нашего мозга, тогда оно, по сути, способно пережить смерть тела. Информацию в принципе можно перенести с одного устройства на другое. Ирония в том, что с материалистической точки зрения сохранить сознание проще, чем сохранить жизнь. Не углубляясь в вопросы существования жизни после смерти, абсолютно материалистическая теория схемы внимания позволяет предположить, что случаи сохранения сознания после смерти тела уже происходят, причем повсеместно. Мы знакомимся друг с другом. Мы выстраиваем образы друг друга. И информация передается из одного мозга в другой посредством языка и наблюдений [14].
Не исключено, что, когда мы чувствуем другого человека, ощущаем связь с кем-то, кого хорошо знаем, в нашем внутреннем нейронном аппарате происходит нейронное моделирование разума этого человека. Возможно, именно этот механизм позволяет нам ощущать связь с самыми близкими.
Как видите, даже личные, внутренние ощущения во время практики Колеса сознавания обостряют нейронные связи, отвечающие за социальные и межличностные аспекты нашей жизни. Сознание может строиться на глубоко социальных процессах, даже если мы считаем, что оно основано только на личном опыте.
Выполняя упражнения с Колесом на третьем сегменте обода, мы открываемся всему происходящему. На этом этапе может начаться настоящая «бомбардировка» мыслями, ощущениями, чувствами и воспоминаниями, а может, наоборот, вы практически ничего не почувствуете. Паузы в умственной деятельности помогут вам разобраться в природе чистого сознавания сознавания, которое символически представляет ось.
Различные метафоры, использованные для характеристики моментов, когда мы изгибаем спицу внимания, изменяем ее направление или оставляем внутри оси, помогли в описании ощущений сознавания сознавания, которые возникают на этапе «ось-в-оси». Мы говорили о множестве похожих определений, которые люди давали этому состоянию открытости и расширенности восприятия, когда теряется ощущение времени, когда на смену ему приходит чувство единения с чем-то большим. Почему разных описаний этой части упражнения так много?
Что стоит за этим состоянием широко раскрытого сознавания? Какие механизмы могут лежать в основе переживания «ось-в-оси»? Что может помочь разуму познать бесконечность? Многие рассказывали, что на этом этапе ощущали связь с окружающими людьми и предметами за пределами границ собственного тела. Другие же говорили, что чувствовали радость и любовь.
Как понять, что стоит за этими описаниями? И если подобные ощущения переживали люди во время части практики Колеса «ось-в-оси», что метафора оси говорит нам о сознании? Каковы могут быть механизмы сознавания?
Согласно подходу интегрированной информации, в то время, когда внимание не концентрируется ни на одном участке обода, как ни странно, происходит интеграция неограниченных возможностей, в отличие от определенности, когда внимание направлено на отдельную вещь. Другими словами, если объединение (интеграция) отдельных (дифференцированных) элементов нужна для сознавания, то опыт концентрации оси-в-оси может соединять бесконечное число возможностей без определенного фокуса внимания. Именно тогда и возникает чувство предельной открытости и неподвластности времени.
С точки зрения теории социального мозга сознание подразумевает наличие карты внимания, и оно может также включать опыт ощущений оси-в-оси во время практики Колеса. Тогда можно предположить, что если внимание не сосредоточено ни на чем конкретном, ни на одной из точек на ободе, то возникает некая карта бесконечности. Другими словами, если внимание сосредоточено на определенной нейронной активности (точке на ободе), как это и происходит в большинстве случаев при работе с Колесом, мы приобретаем весьма конкретный опыт, который появляется в поле сознавания при формировании карты внимания. И для сознавания чего-то конкретного мы фокусируем внимание на ободе, направив спицу на определенную точку. Если же мы изгибаем спицу, создавая ощущение оси внутри самой оси, то речь пойдет уже о модели внимания, описывающей случаи, когда объекты внимания отсутствуют. Иными словами, мы уделяем внимание возможностям, которые еще не проявились в данном состоянии открытого сознавания. Сознавание сознавания (попытки применения теории схемы внимания социального мозга) могут создавать не-объектные карты, что и дает ощущение открытости. Проще говоря, создавая карты внимания потенциального, а не реально существующего, мы получаем информацию о самом внимании в конкретный момент, своего рода ощущение бесконечности.
В работе нейробиолога Ричарда Дэвидсона, посвященной исследованию связи медитативных практик и нейронных «вспышек», можно найти подсказку, как использовать различные точки зрения на возникновение осознанности при изучении открытого сознавания и природы оси Колеса. Дэниел Гоулман, известный специалист в области изучения созерцания и коллега Ричарда Дэвидсона, в книге «Измененные черты характера»[26] пишет о том, что может лежать в основе развития открытого сознавания и добрых намерений, а также о нейронных коррелятах сознания, возникающем у давно практикующих йогу.
У всех йогов отмечался повышенный уровень гамма-колебаний не только во время медитативных практик, но и до начала медитации. Эти электромагнитные паттерны возникали на частоте электроэнцефалограммы в виде гамма-волн высокой амплитуды (самых мощных из всех) и длились целую минуту до начала медитации [15].
Чтобы понять роль гамма-волн в процессе осознания, Гоулман и Дэвидсон предлагают следующее: «Гамма, самые быстрые из волн, возникающих в нашем мозге, появляются, когда различные участки мозга работают сбалансированно, соединяясь в единое целое, как кусочки психологического пазла. Чтобы почувствовать, как это происходит, выполните такое упражнение. Подумайте, какое слово в сочетании с каждым из приведенных далее образует новое сложное слово: sauce (соус), pine (сосна) и crab (краб)[27]. В тот самый момент, когда у вас в голове созреет правильный ответ, мозг мгновенно выдает гамма-активность, которую ни с чем не спутаешь».
Этот момент озарения – субъективное переживание, когда нечто появляется в поле вашего сознавания и проявляется как гамма-активность с высокой степенью нейронной интеграции. Можно предположить, что именно это интегрированное состояние и есть тот самый нейронный механизм, связывающий объекты на ободе с осью Колеса. Гамма-волны могут возникать, когда нейронная активность в мозге максимально скоординирована и система достигла определенного уровня сложности. Именно в этот момент мы ощущаем сознавание, осознаем что-либо. Именно в этот момент мы понимаем, что правильный ответ на загадку – слово apple (яблоко). Гоулман и Дэвидсон продолжают развивать свою мысль и предлагают еще один пример.
«Вы также можете вызвать кратковременные гамма-волны, представив, как кусаете спелый сочный персик. В этот момент в вашем мозге одновременно начинают работать затылочный, височный, соматосенсорный, островковый и обонятельный отделы, связывая визуальный образ, запах, вкусовые ощущения и звук в единый опыт. Именно в этот короткий миг гамма-волны из всех перечисленных участков коры сливаются в идеальной гармонии».
Эти результаты согласуются с теорией интегрированной информации и коррелируют с тем, как моделируется внимание, пока идет процесс сознаваемого воспроизведения в памяти персика с помощью паттернов нейронной активности.
Таким образом, мы можем наглядно представить нейронную синхронность сознавания чего-либо – момента, когда спица внимания соединяет обод с осью. Напомню еще раз: спица фокального внимания в нашей модели, вероятнее всего, представляет состояние нейронной интеграции. Но что можно сказать о сознавании сознавания, об ощущении оси-в-оси? Какие процессы в мозге могут соответствовать открытому сознаванию, сознаванию сознавания?
Познакомьтесь с уникальным и, возможно, расставляющим все точки над i заключением, полученны в лаборатории Дэвидсона. В результате изучения характеристик головного мозга йогов, среди которых был и знаменитый учитель Мингьюр Ринпоче, обнаружили следующее.
Интенсивность гамма-волн у йогов и представителей контрольной группы различалась невероятно. В среднем у йогов в обычном состоянии амплитуда гамма-образований в двадцать пять раз выше, чем у контрольной группы. Можно только предполагать, какие состояния сознания это отражает. Такие гуру, как Мингьюр, вероятно, постоянно пребывают в состоянии открытости и глубокого сознавания. Сами йоги описывают это состояние как чувство глубокого умиротворения и ощущения простора и необъятности, как полную открытость всему миру [16].
Подобные описания «простора и необъятности» приводят даже те, кто только начинает заниматься рефлексивными практиками, причем это касается даже краткого субъективного переживания, возникающего на стадии сознавания сознавания или оси-в-оси во время практики Колеса. Как отмечают Гоулман и Дэвидсон, о похожих ощущениях люди писали еще пять веков назад: «В тибетском тексте XIV века это описывается как ‹…› состояние неприкрытого, прозрачного сознавания. Яркое, не требующее никаких усилий состояние расслабленной, беспочвенной мудрости. Кристальная ясность без одержимости и без малейших на то оснований; необъятная пустота, максимальная открытость, отсутствие всяких границ; ощущение освобождения…» [17]
Такая широта сознавания может быть нейронным коррелятом интеграции в мозге. Гоулман и Дэвидсон отмечают: «В отличие от нейронных паттернов, возникающих в мозге йогов, у обычных людей такие гамма-образования появляются лишь изредка и в отдельно взятых участках. У тех же, кто практикует медитацию, уровень гамма-волн заметно повышен, а возникают они синхронно и независимо от физических действий. И это невероятно».
Как мы уже говорили, нейропсихиатр Жадсон Брюер с коллегами обнаружил возникновение схожих нейронных паттернов во время занятий медитативными практиками, широко известными как «легкое осознание», то есть состояние, когда мы принимаем все, что проникает в поле сознавания.
В докладе о медитативных практиках исследователи Джонатан Нэш и Эндрю Ньюберг предположили, что открытое сознавание можно описать следующим образом.
Это расширенное состояние сознания сложно описать, потому что оно характеризуется отсутствием каких-либо ощущений – состояние пустоты, в которой ничего не происходит. Это понятие отражено во многих духовных практиках, религиозных традициях и языках: ниродха-самапатти (пали), самадхи (санскрит), сатори (японский), дзогчен (тибетский). Переводы этих терминов на английский не отражают неуловимую, непостижимуть суть состояния сознания. В результате возникло множество терминов, отличающихся культурологическим, религиозным, лингвистическим контекстом или отношением к определенной медитативной практике. Примеров множество, в том числе: божья благодать, благословение Христово, сознание Будды, космическое сознание, чистое сознание, истинное «я», не-я, неразрывная осознанность, абсолютное существование, а также слова вроде «бесформенность», «пустота» и универсальные «бытие» и «таковость» [18].
В поисках способов развития мозга с помощью интенсивных занятий рефлексивными практиками очень интересно и невероятно полезно изучать опыт «экспертов медитации», которые в общей сложности уделили этому занятию более десяти тысяч часов. Их опыт концентрации внимания, открытого сознавания и добрых намерений показывает нам, как протекают эти процессы. Но даже на начальном этапе практики у человека могут возникать похожие состояния, хотя и исключительно во время занятий. Результаты исследований проливают свет на природу сознания и ее связь с интеграционными функциями мозга. И пусть у большинства людей нет возможности посвятить чистым практикам десятки тысяч часов, мы все же можем изучить механизмы, которые, вероятно, лежат в основе интеграционных процессов, и выполнять упражнения, которые подготовят нас к состоянию открытого сознавания. В этом вам и поможет Колесо.
Например, состояние чистого сознавания можно испытать во время практики Колеса, когда вы работаете с осью. А как только вы научитесь отделять ось от обода и выделять ось-в-оси, сможете испытать состояние безграничной свободы и такой ясности, что трудно даже представить. Можно ли, постоянно упражняясь, получить доступ к тому самому бескрайнему сознаванию?
