Китайская шаль Вентворт Патриция

Глава 31

Но, однако, сделать это оказалось куда сложнее, чем обещать. Дом буквально вывернули наизнанку, но шаль будто сквозь землю провалилась. Инспектор Марч готов был уже поверить, что вытканные на ней бабочки разом ожили и унесли ее в неведомые края. Когда сержант Стеббинс и констебль Поллок доложили ему, что следов шали нет ни в мусоре, ни в каминной золе, он смирился.

— Должно быть, ее сожгли, а пепел развеяли, — пожаловался он мисс Силвер, встретив ее в холле. — Преступники не оставили нам ни ворсинки.

Оказавшись с мисс Силвер в кабинете, инспектор плотно закрыл за собой дверь и с гордостью сообщил:

— Зато мне удалось обнаружить кое-что другое. Взгляните-ка.

Он помахал перед носом мисс Силвер сложенным листом бумаги. Развернув его, мисс Силвер прочла:

— «Ничего не изменилось, любимый. Жду тебя у себя в гостиной, когда все разойдутся.

P.S. Чуть не забыла. Раньше часа все равно ничего не получится: тетя зачитывается допоздна».

— Подписи нет, — заметил Марч, — но, может быть, вы узнаете почерк?

— Да, — кивнула мисс Силвер. — Писала Тайнис Лэйл.

— Я тоже так думаю. Вы вполне уверены насчет почерка?

— Вполне. — Мисс Силвер вернула инспектору записку. — И где ты ее нашел?

— В нагрудном кармане смокинга Элистера Максуэла.

— Рэнди!

— Даты тоже нет, — невозмутимо продолжал инспектор. — Я как раз собирался предъявить эту записку мистеру Максуэлу и послушать, что он на это скажет. Не желаете поприсутствовать? Думаю, мистер Максуэл возражать не станет.

Элистер не возражал. Ему было абсолютно все равно. Казалось, он уже неделю не спит. Его румяное когда-то лицо стало белым как мел, под глазами появились страшные фиолетовые круги, волосы свисали на лоб слипшимися немытыми прядями. Он равнодушно взглянул на записку.

— Да, это адресовано мне. Где вы ее нашли? Мне казалось, я ее сжег. — Его голос был глухим и безжизненным.

— Это писала мисс Лэйл? — осведомился инспектор.

— Да, — отозвался Максуэл. — Но какое это теперь имеет значение?

— Огромное, — возразил инспектор. — Это имеет огромное значение для поимки убийцы. Здесь написано «не раньше часа» — я так понимаю, ночи. Да не молчите же, Максуэл! Скажите хоть что-нибудь. Вы ходили на это свидание?

— Ходил, — нехотя ответил Элистер.

— И что случилось?

— Ничего. Все оказалось даже хуже, чем я ожидал.

— То есть?

— Она высмеивала меня, высмеивала Петру. Я просто не мог больше этого выносить.

— Осторожнее, мистер Максуэл, — предупредил инспектор. — Все сказанное может быть использовано против вас.

Элистер удивленно на него взглянул:

— Вы это о чем?

— О том, что любое признание может рассматриваться как таковое, только если оно совершено в здравом рассудке и по доброй воле.

— И все же я не совсем вас понимаю…

— А вы постарайтесь, — перебил его Марч. — Не хочется вас пугать, но, признавшись, что в ночь убийства серьезно поссорились с мисс Лэйл, вы поставили себя в крайне тяжелое положение.

— Я вас не понимаю, — медленно проговорил Элистер.

— Мистер Максуэл, я буду с вами предельно откровенен. Вы только что признались, что виделись в ночь убийства с мисс Лэйл и, мало того, поссорились с нею. Учитывая, что мисс Лэйл мертва, подобные признания очень напоминают явку с повинной.

Неожиданно дверь распахнулась, и в комнату ворвалась Петра Норт. Она захлопнула за собой дверь и, привалившись к ней спиной, обвела собравшихся яростным взглядом.

— Элистер не делал этого! — задыхаясь, проговорила она. — Он и пальцем ее не тронул!

Марч поднял брови.

— Вы подслушивали, мисс Норт?

— Да, и слышала все от первого и до последнего слова! — с вызовом заявила та, подходя к Элистеру и бережно обнимая его за плечи. — Господи! Неужели вы не видите, что он болен? Как вы смеете его мучить? Он же сам не знает, что говорит! Если вам некого больше обвинить, обвиняйте лучше меня. Здесь каждый знает, как я ее ненавидела! Но Элистер, он любил ее, а вы, вы…

Максуэл вздрогнул.

— Это неправда, — тихо проговорил он. — Я мечтал от нее избавиться. Это было неправильно: я хотел уйти от нее и не мог. Она не отпускала меня. Она никого не отпускала. Думаю, поэтому ее и убили.

— Мистер Максуэл, — вкрадчиво сказал Марч. — Может быть, вы хотите сделать заявление?

— Нет! — вскрикнула Петра. — Прекратите! Слышите! Прекратите! Он не делал этого, не делал! Это… это я ее застрелила!

Мисс Силвер, которая до этого стояла, опираясь обеими руками на стол, недовольно покачала головой и, поискав взглядом стул, села. Элистер Максуэл сделал шаг вперед и, рухнув на стул тоже, обхватил голову руками. Инспектор Марч молча смотрел на Петру.

— Вам лучше сесть, мисс Норт, — сказал наконец он. — Впрочем, нам, кажется, не хватает стульев. Сейчас принесу из столовой. А вы подумайте пока над своими словами. Вынужден повторить, что все сказанное может быть использовано против вас.

Петра молчала. Элистер Максуэл судорожно стиснул кулаки. Его начало трясти. Инспектор Марч вышел и через минуту вернулся со стулом.

— Итак, — начал он, когда все расселись, — вы хорошо подумали, мисс Норт?

— Да, — упрямо вскинула подбородок Петра, — Это я убила Тайнис Лэйл.

— Зачем?

— Потому что не могла больше смотреть, как страдает Элистер.

— Ну хорошо, — устало сказал инспектор. — Расскажите, пожалуйста, как именно вы это сделали. Итак, в четверг вечером вы поднялись в свою комнату вместе с Лорой Фейн.

— Да, мы поднялись вместе, но тут же разошлись по своим комнатам.

— Дальше?

Петра на секунду задумалась и уверенно заговорила:

— Я накинула халат, но ложиться не стала, понимая, что заснуть мне все равно не удастся. Я просто присела на край кровати и стала думать. Не знаю, сколько я так просидела, но неожиданно все встало на свои места. Тайнис должна была умереть. Это был единственный выход. Боже, как я ее ненавидела! Я вышла из комнаты и спустилась вниз. В гостиной Тайнис горел свет. Я вошла туда, взяла из бюро пистолет и в эту самую минуту услышала, как кто-то открывает дверь в церковь. Я вышла, увидела в проеме Тайнис и выстрелила. Вот, собственно, и все.

— Не совсем, мисс Норт, — возразил Марч. — Кое-что не сходится. Вы говорите, что спустились в одном халате. Неужели вам не было холодно?

Петра нахмурилась.

— Да нет. Кажется, нет. Я не заметила.

Мисс Силвер улыбнулась и, казалось, утратила всякий интерес к происходящему.

— И вам не пришло в голову накинуть что-нибудь поверх халата? — продолжал Марч.

— Нет, — удивленно проговорила Петра.

— Вы в этом уверены?

— Совершенно.

— Прекрасно. Итак, вы спустились в холл. Во сколько, вы говорите, это было?

Петра замялась.

— Я… я не помню. Как-то не обратила внимания.

— Ну хорошо. И вы никого не встретили?

— Никого.

— И не заметили ничего необычного?

— Господи! Да я вообще ни о чем не думала, кроме как…

— Может быть, какой-нибудь посторонний предмет? — продолжал инспектор.

— Да говорю же вам, ничего! — с досадой проговорила Петра.

— Например, китайскую шаль, в которой была тем вечером мисс Лора Фейн?

— Нет! Чего вы хотите добиться своими вопросами? Я ведь сказала уже, что застрелила Тайнис Лэйл собственными руками. Разве этого недостаточно?

— Боюсь, что нет, — мягко проговорил инспектор. — Вы утверждаете, что взяли пистолет в гостиной.

— Да, в бюро, — поспешно согласилась Петра.

— Разумеется. Мисс Лэйл сама сообщила об этом во всеуслышание. Но в бюро три ящика, мисс Норт. В каком именно из них был пистолет?

— Не помню… — растерянно проговорила она. — Кажется… кажется, в верхнем.

Марч задумчиво кивнул.

— Ну хорошо. Оставим пока это. Что вы сделали потом — после того, как выстрелили и мисс Лэйл упала?

Петра перевела дух.

— Вернулась к себе в комнату, — с явным облегчением сказала она.

— Вот как? И вам даже не пришло в голову убедиться, действительно ли мисс Лэйл мертва?

Петра растерялась.

— Нет, как же. Конечно, сначала я это проверила.

— Каким образом, мисс Норт? Вы спускались вниз?

— Я… я не помню. Я испугалась.

— Допустим. А что вы сделали с пистолетом?

— Я… я его бросила.

— Где?

— Не помню.

Инспектор Марч укоризненно покачал головой.

— Что делали после выстрела, вы не знаете, где оставили пистолет — не помните. Мне кажется, вам нужно помочь. Вероятно, вы положили пистолет обратно в бюро?

— Я действительно не помню, куда я его положила.

Петра заметно нервничала.

— Возможно, вы просто выронили его после выстрела?

— Я не помню!

— А как брали — помните?

— Да.

— Вы ведь вошли в комнату мисс Лэйл через холл?

— Да.

— Просто открыли дверь и вошли.

— Да.

— А потом закрыли. Вы ведь закрыли ее за собой, мисс Норт?

— Да. То есть я не уверена. — Голос Петры предательски задрожал.

— А после? После выстрела. Вы сразу вернулись в холл?

— Не знаю! Какая разница? Я ведь уже все вам сказала.

Рэндал Марч откинулся на спинку стула.

— Вы действительно много чего сказали, мисс Норт, — мягко проговорил он, — но, к сожалению, или, скорее, к счастью, все это неправда. Вы утверждаете, что увидели в комнате мисс Лэйл свет и вошли. Казалось бы, можно сделать вывод, что дверь была открыта. Минутой позже, однако, вы согласились, что вам пришлось ее открывать. Кстати уж, сразу хочу заметить, что на дверной ручке ваших отпечатков не обнаружено. Как, впрочем, и на бюро, откуда, по вашим словам, вы взяли пистолет. Вся беда в том, мисс Норт, что вы пытаетесь сознаться в преступлении, которого не только не совершали, но даже не имеете ни малейшего представления о том, как оно было совершено. Я достаточно давно работаю в полиции, мисс Норт, чтобы со всей ответственностью заявить вам: доказать собственную виновность ничуть не проще, чем снять с себя обвинения.

Элистер Максуэл поднял голову. Его губы дрожали.

— Глупенькая моя девочка, — пробормотал он.

Из глаз Петры хлынули давно уже копившиеся там слезы, но она даже не попыталась их вытереть. Элистер поднялся, подошел к ней и, обняв за плечи, обернулся к Марчу:

— Простите ее, сэр. Она думала, это я убил Тайнис. Разумеется, это не так. Мне нужно было объяснить сразу, но я совсем не спал этой ночью и до сих пор еще не пришел в себя. Если вы еще раз посмотрите на эту записку, инспектор, то поймете, что речь в ней никак не может идти о ночи убийства. В четверг вечером должны были прийти Мэдисоны, и Тайнис прекрасно знала, что раньше половины первого танцы не кончатся. Она ни за что не назначила бы встречу на час ночи, если бы писала записку в четверг.

Петра, не выдержав, разрыдалась.

Инспектор Марч поспешно вскочил.

— Да уведите же вы ее, Максуэл! — с досадой воскликнул он.

Глава 32

Когда дверь за ними закрылась, инспектор обнаружил, что мисс Силвер улыбается.

— Рады? — осведомился он.

— Еще как! По крайней мере, для этих двоих все закончилось хорошо. Бедный юноша! Он так долго был на грани нервного срыва, а это убийство едва не лишило его рассудка. К счастью, поступок мисс Норт привел его в чувство. Нисколько не сомневаюсь, что все это время он разрывался между нею и Тайнис Лэйл. Думаю, скоро у них все наладится. Кстати, — Рэнди, ты меня удивил. Ты проявил по отношению к мисс Норт редкое понимание и деликатность.

Инспектор отвесил поклон.

— Значит, вы считаете, что Максуэл вне подозрений?

— У тебя остались какие-то сомнения?

Ее воспитанник пожал плечами.

— Лично у меня — нет. У инспектора Марча — пожалуй. Объяснение с запиской выглядит довольно правдоподобно, но, возможно, в планы Тайнис входило выпроводить Мэдисонов пораньше. В таком случае она вполне могла назначить свидание на час ночи. А то, что Мэдисоны ушли только в половине первого, может объясняться тем, что Максуэл сорвался, и неизвестно было, вернется ли он вообще. Если не ошибаюсь, миссис Мэдисон первая предложила расходиться?

— Да. Вечер для нее явно выдался неудачный. Она места себе не находила, пока ее муж танцевал с Тайнис.

Инспектор искоса на нее взглянул.

— На что это вы намекаете?

Мисс Силвер подняла брови.

— Милый мой Рэнди, я просто отвечаю на твой вопрос.

Инспектор улыбнулся.

— И много они танцевали?

— Собственно, почти все время. Агнес из-за этого было здорово не по себе.

— Но она не вмешалась?

— Смотря по тому, что ты называешь вмешательством. Она подозвала мистера Десборо. — Мисс Силвер кашлянула. — И поскольку я сидела совсем рядом, то хорошо слышана их разговор. Агнес спросила, не поссорился ли он с Тайнис. Мистер Десборо ответил, что нет. Тогда Агнес посоветовала — точнее, порекомендовала — ему немедленно потанцевать с Тайнис, поскольку она чересчур увлеклась мистером Мэдисоном. Он согласился.

— Ясно. А где в это время был Максуэл?

— Он уже ушел. Вскоре мисс Норт вернулась одна и сказала, что с ним все в порядке.

Марч улыбнулся.

— Веселенький, я смотрю, был вечер. Тайнис Лэйл танцует с Мэдисоном, а все остальные — кто бесится, кто ревнует. Кстати, как насчет мистера Десборо и Лоры Фейн?

— О, эти, кроме себя, вообще ничего не замечали. Они просто сияли от счастья. Мистеру Десборо, например, не испортил настроения даже танец с Тайнис.

— Ну, знаете, это можно толковать по-разному. Может быть, Тайнис Лэйл действительно обещала ему, что уладит проблему с мнимой помолвкой, а может, переборола себя и объявила наконец, что согласна выйти за него замуж.

— Исключено, — решительно возразила мисс Силвер — Если бы ты видел их вместе, тебе такое и в голову бы не пришло. Говорю тебе: мистер Десборо любит Лору Фейн и все, что он испытывал когда-то к Тайнис, давно уже кануло в Лету. Помнится, я еще в среду вечером уверяла Агнес, что между ними не может быть ничего общего.

Марч начал складывать свои бумаги.

— Ладно, поверю вам на слово. Тем не менее я еще не готов отказаться от версии, что, увидев Тайнис той ночью на лестнице, Кэри Десборо не подошел к ней и ссора не вспыхнула вновь. Таким образом, он и Лора Фейн все еще возглавляют список подозреваемых. За ними следует Максуэл.

Мисс Силвер о чем-то задумалась.

— А под каким номером в таком случае идет в этом списке Мэдисон? — спросила наконец она.

— Мэдисон? — недоуменно переспросил Марч.

Мисс Силвер молча кивнула.

— Ну, — замялся инспектор, — все ведь указывает на то, что его вообще не было той ночью в доме.

Мисс Силвер покачала головой.

— С другой стороны, не менее очевидно, что Тайнис Лэйл ждала человека, который не живет в этом доме, и открытая дверь в церковь — лучшее тому подтверждение. Тайнис открыла ее, чтобы впустить этого таинственного гостя. Другого объяснения, что она делала на верхней ступеньке, я просто не вижу. Только вот кого же она ждала? Ее бывший муж был в это время в Лондоне, переживая очередной приступ белой горячки, Кэри Десборо и Элистер Максуэл находились в доме и преспокойно могли пройти к Тайнис через холл. Тогда кто же? Извини меня, Рэнди, но только слепой не увидит, что это был именно мистер Мэдисон. Впрочем, сей факт ни в коем случае не означает, что он ее и убил.

Инспектор слегка покраснел.

— В таком случае, — заметил он, — положение Десборо и Максуэла становится еще более шатким. Ревность — серьезный мотив. Предположим, кто-то из них увидел, как Тайнис открывает дверь сопернику…

— Ты забываешь, — остановила его мисс Силвер, — что на бюро нет их отпечатков. Его открывала сама Тайнис, и именно поэтому, в отличие от пистолета, его не протерли. Между тем Дин утверждает, что, когда он делал обход перед сном, бюро было закрыто. Утром он обнаружил его открытым, и пистолет лежал на самом виду. И если кто-то, кроме Тайнис, прикасался к этому ящику, значит, он делал это в перчатках, а вспышки ревности никогда не ассоциировались у меня с подобной предусмотрительностью.

Марч нетерпеливо поморщился.

— В конце концов, все это лишь догадки. Мы не знаем, что произошло той ночью на самом деле, и, боюсь, никогда уже не узнаем. Что же касается ревности, я с вами решительно не согласен. Никто не может предугадать поведение человека, впавшего в состояние аффекта. Предсказуемость — свойство человека разумного. Когда он перестает таковым быть, его поведение не поддается больше ни расчету, ни логике. Никто уже не может сказать, что он выкинет в следующую минуту.

Мисс Силвер улыбнулась.

— Все так, Рэнди, все правильно. Только совершенно невпопад. Я, собственно, как раз и говорила тебе о том, что непредсказуемость исключает расчет и тщательную подготовку преступления. Между тем здесь налицо и то, и другое. Кроме того, ты забыл о шали.

Инспектор едва не задохнулся от возмущения:

— Это я-то забыл? А кто же тогда выдвинул версию, что ее пришлось уничтожить, потому что она выпачкалась в крови? Правда, это объяснение годится, только если убийца — Десборо. Если стрелял Максуэл, то я вообще ничего больше не понимаю. Ясно одно: шаль уничтожили, потому что…

В этот момент раздался робкий стук в дверь, она приоткрылась, и в проеме появилась голова Флорри Мамфорд. Это была удивительно грязная, неряшливая и косоглазая голова. Чепчик на ней съехал набок, волосы растрепались, а лицо под ними было вымазано сажей.

Мисс Силвер поморщилась.

— В чем дело, Флорри? — осведомилась она.

Девушка сделала шаг вперед и испуганно уставилась на инспектора.

— Да, Флорри. В чем дело? — повторил тот.

Служанка бочком приблизилась к столу и положила на него мятый и грязный газетный сверток.

— Вот, — выдохнула она. — Потому что я видела, как сержант копался в помойке.

Она умолкла и принялась ковырять пол носком ботинка.

— Ну? — подбодрил ее инспектор.

— Я так поняла, он искал шаль мисс Лоры. Я, конечно, ничего против мисс Лоры не имею, но подумала, что лучше все же это вам показать.

Поспешно развернув сверток, инспектор вытряхнул на стол горстку пепла и обгоревший кусочек черного шелка с чудом уцелевшей бирюзовой бабочкой.

Флорри ткнула в нее грязным пальцем.

— Я думала, ее можно отпороть, а оказалось — нет. Вот я и принесла.

— Где? — простонал Марч. — Где ты это взяла?

— В общей гостиной, — сообщила девушка. — В камине. Я их всегда перед завтраком чищу. Потому сержант и не нашел ничего. Он-то там уже после обеда рылся…

Изрядно помучившись, инспектору удалось вытянуть из нее и остальное. Обычно Флорри принималась за чистку каминов в семь утра, но в тот день проспала и принялась за них чуть ли не в четверть девятого, когда все уже знали об убийстве. Обнаружив в золе обгоревшие куски материи, Флорри очень удивилась, что мисс Лора сожгла такую красивую вещь, но говорить никому не стала, потому что «очень уж, знаете, жалко отдавать такую красивую бабочку».

Когда девушка вышла, Марч поднялся.

— Пойду отправлю на экспертизу, — хмуро сказал он. — Хотел бы я ошибиться, но эти пятна здорово смахивают на кровь. Сдается мне, только поэтому бабочка и уцелела. Она был мокрой от крови. Смешно, да? Ее хотели сжечь, потому что на ней была кровь, но именно кровь и не дала ей сгореть.

— Вообще-то не очень, — ответила мисс Силвер.

Глава 33

После обеда Кэри и Лора отправились в Грейндж навестить Сильвию Мэдисон. Предварительно позвонив, они узнали, что Тим, выпив с утра чашку кофе, ушел и больше не появлялся.

— Кошмар какой-то, — недовольно говорил Кэри, когда они шли по аллее. — Это все не для Сильвии. Она слишком хрупкая. О ней нужно заботиться как о ребенке, а Тиму сейчас явно не до того.

— А меня-то ты тогда зачем с собой взял? — удивилась Лора.

Кэри чуть покраснел.

— Видишь ли, Тим невероятно ревнив. Никто в здравом уме не захочет остаться с его женой наедине.

Сзади послышались торопливые шаги, и из-за поворота аллеи показалась мисс Силвер. На ней был допотопный приталенный жакет и клетчатый черно-серый шарф, обмотанный вокруг воротника из довольно подозрительного на вид желтоватого меха. Старую фетровую шляпку украшав внушительных размеров булавка с головкой из черного янтаря, заменившая с недавних пор букетик анютиных глазок. Догнав молодых людей, мисс Силвер злобно дернула за кончик шарфа и пожаловалась:

— Это Агнес мне его подсунула. Все время сползает. Не привыкла я носить шарфы. Но что поделать? Воротник для траура слишком яркий. Не возражаете, если я пройдусь с вами? Хочу заглянуть к миссис Мэдисон.

Кэри замялся.

— Вообще-то мы с Лорой как раз к ней и идем, — сказал он.

— Не беспокойтесь, — улыбнулась мисс Силвер. — Я к ней на минутку. Отдам кое-что и сразу уйду.

Пристроившись между молодыми людьми, она деловито зашагала вперед. Поскольку те упорно молчали, мисс Силвер разговаривала за троих. Поделившись своими соображениями о погоде, она высказана несколько ценных и метких замечаний о красотах зимнего пейзажа, проявила озабоченность проблемами найма работников в военное время, затронула тему актуальности различных сельскохозяйственных культур и тут же заговорила о тяготах сельское жизни. Особенно тяжких для тех, кто к ней не привык.

— Миссис Мэдисон, например, — беззаботно вещала мисс Силвер. — Она ведь не из деревни, мистер Десборо, верно?

— Верно, — коротко ответил тот.

В роли крестьянки, как и в роли жены, Сильвия выглядела просто очаровательно — при условии, что все шло прекрасно и зрители ревели от восторга. Стоило им отвернуться, и всякое очарование исчезало.

— Я сразу так и подумала, — кивнула мисс Силвер. — уж больно у нее потерянный вид. Когда рядом муж, она еще держится, но я просто не представляю, как она справляется, оставаясь одна. И потом, они живут так далеко от деревни. Насколько я понимаю, у них только приходящая прислуга?

— Да, — отозвался Кэри и, сообразив, что подобная односложность начинает сильно напоминать грубость, нехотя добавил: — Когда Тим в плавании, к ней приезжает сестра.

Мисс Силвер просияла.

— И совершенно правильно делает! Она, надеюсь, постарше? Миссис Мэдисон такая хрупкая и молоденькая, что я, признаться, просто не представляю, как она решается ходить по этим аллеям после наступления темноты одна.