Ночной поезд на юг Галкин Анатолий

– Хотя, Ян, могут и догадаться… Твоя Зоя исчезла на озере Рица. Просто не пришла к автобусу. К тому, на котором мы утром должны поехать.

– Это плохо!.. Как считаешь, Андрис – они пойдут в полицию сразу или утром.

– Откуда мне знать?.. Но точно то, что полицаи не почешутся до утра.

– Почему?

– Трупов-то нет! Полиция, конечно, искала двоих похищенных из «Аркадии». Но все пропавшие нашлись… Чего горячку пороть?

– Ты прав, Андрис! Они – такие! Как были ментами, так и остались… Значит до утра у нас есть время… Но Коля пусть сразу сжигает дом и бежит в свой Ростов.

– Да!.. Давай, Ян Леонидович, попробуем попасть в Гагры другим путем… Есть у меня в Адлере приятель с хорошим катером. Он точно готов продать Родину за тридцать тысяч баксов… Он сам так говорил…

Последние слова Гирулис говорил уже в коридоре. Они торопились! Они бежали, как шведы под Полтавой…

* * *

Майор Фирсов торопился!.. В полночь он договорился с руководством и обзвонил всех своих сотрудников.

Спать оставалось пять часов!.. В шесть утра все, как огурчики, должны явиться в контору. Далее – короткий инструктаж, и «По машинам!»

Михаил Петрович понимал, что и братки, за которыми он гонялся вторую неделю, скоро сбегут из Сочи. Скорее всего – завтра утром.

И вместе со всеми сбежит некто Сидоров Ян Леонидович!.. Все они уедут в сторону Гагры, вслед за Зоей Баланчиной, пропавшей в районе озера Рица.

Как хитро придумано! Туристические поездки в Абхазию самый удобный способ скрыться из России… Какие пограничники будут тщательно проверять автобус с веселыми отдыхающими из разных санаториев?..

Тем более, что на мосту через Псоу всегда суматоха, и создавать лишнюю очередь никто не будет.

Майор Фирсов решил устроить два поста проверки перед Адлером… Один у Хосты, а другой у Кудепсты.

Первый автобус до Нового Афона пройдет в семь сорок… Потом пойдут косяком!

Начало засады – семь утра, а завершение – до упора! «Пока не поймаем гадов»…

И проверять людей надо не по паспортам!.. Вот, Ян Баланчин прилетел в Адлер, как Ян Сидоров… А в автобусе он спокойно покажет «ксиву» на Ваню Петрова или на Петю Иванова…

И грим у них может быть. Поэтому – надо смотреть в глаза гадам, надо выворачивать их наизнанку, нужно развивать полицейскую интуицию!

Пока злодеи ловко уходили от Фирсова…

Ну, ничего! Ещё не вечер!.. «Завтра утром настанет момент истины! Мы их повяжем, как сусликов».

* * *

Лежащие в кладовке выжидали!.. Они слышали топот по коридору и по лестнице…

Потом, вероятно, прошел короткий инструктаж Коляна…

Затем заскрипели ворота, заурчал мотор и машина вышла на улицу Джапаридзе.

Теперь можно было встать, выйти в кабинет и подумать о сложившейся ситуации.

Люди давно заметили, что лежа хуже думается… Вернее, тоже думается, но не о том. Не о погоне за контрабандистами и убийцами!

Говорили шепотом. Где-то внизу мог еще оставаться Коля Суров… Он парень слабый, но мстительный и злой! Особенно на Шмакова, который и лоб ему изуродовал, и руку чуть не сломал.

Илюша Сорин решил выйти в коридор и около лестницы постоять «на стрёме».

За директорским столом остались двое… Совещание начала Оксана:

– В полицию, Артур, идти нельзя! Там нас не поймут… Они спросят: «А где вы раньше были, господа? Надо было вовремя сигнализировать».

– Да, особенно, если эти двое уйдут за границу.

– А они уйдут!.. Ты же слышал, что кроме автобуса у них есть запасной канал.

– Канал у них есть, а времени у нас нет!.. Как мы сможем их достать?

– Сможем, Артур!.. Завтра в девять сорок утра они будут около ресторана «Гагрипш»… Место встречи изменить нельзя!

– Гениально!.. А мы-то как попадем туда?

Ксюша вдруг ужасно смутилась. Ситуация вынуждала ее признаться Артуру в маленькой шалости, которая случилась в мае этого года…

Собственно говоря, сознаваться было не в чем, но мужчины такие ревнивые! Они из маленькой мушки могут сделать слона. Или даже кашалота!..

В мае Шмаков ездил в Краснодар, а точно в это время в «Аркадии» отдыхал полковник Сорокин, какой-то пограничный начальник из Москвы…

Понятно, что мужик запал на Оксану, дарил цветы, пытался провожать до дома. Он даже два раза обнял ее за талию и два раза чмокнул в щеку…

Это всё! Больше ничего и не было.

Конечно, полковник хотел большего, но Ксюша ловко увернулась от его поползновений!..

Уезжая в Москву добродушный Сорокин подарил Оксане и ее красному «Рено» годовой пропуск через границу. Можно без проверки с кем угодно ездить в Гагру и обратно.

Когда дрожащая от страха Боровик рассказала Артуру эту историю, он не превратился в Отелло и, как мавр, не стал душить Оксану… Он даже как-то обрадовался.

– Значит, что мы все втроем сможем навестить пансионат «Гагрипш» в шесть утра… Дальше – дело техники.

Они покинули кабинет и начали осторожно спускаться вниз… Первая остановка – лестничная площадка первого этажа. За ней небольшой коридор. Потом холл с колоннами, пальмами и множеством окон – почти зимний сад.

В холле хлопнула входная дверь и послышались тяжелые шаги… Это шел Колян с двумя большими канистрами.

Понятно, что в коттедже оставались отпечатки, документы и другие улики преступлений Гирулиса и Баланчина… Понятно, что домик принадлежал неизвестно кому… Но ведь жалко! Зачем жечь такой красивый особняк?

Когда Колян поравнялся с лестничной площадкой, Шмаков вразвалочку вышел на середину хорошо освещенного коридора и встал небрежно, как Терминатор.

Возможно, что Сурова испугало холодное спокойствие Артура. А возможно, что он вспомнил ночной кросс возле пляжа… Но Колян реально испугался! Он тяжело развернулся, взмахнув канистрами, и побежал назад в холл.

Без бензина в руках бежать намного легче… Шмаков настиг парня у одной из колонн, схватил его за шею, развернул и со всего маха проложил лбом к столбу.

Очевидно, что колонны были сделаны из металлических труб… После удара раздался звук, похожий на звон колокола.

А потом послышался глухой грохот – это упали на кафельный пол полные канистры… Потом между ними, нежно обнимая столб, сел сам Николай Суров.

На его лбу начала вырастать фиолетовая шишка.

Коляна пришлось оттащить в подвал, привязать к кровати и запереть в бывшей камере Шмакова.

Потом около получаса шли к центру славного олимпийского города.

Ночь, улица, фонарь и полное отсутствие машин… У Оксаны была пачка долларов, но на ней далеко не уедешь.

Первый же полуночный таксист за сто баксов довез троих помятых путников до «Аркадии».

Они пробежали мимо заспанного вахтера, который, вероятно, испугался и крикнул вдогонку: «Вам сюда нельзя! Вас недавно похитили»…

Оксана открыла единственный свободный люкс. Они решили быстро принять душ – надо отмыться от тюремных нар… А потом у каждого будет три часа для сна.

Выезд в пять часов тридцать минут.

В это время дорога пустынна, и ехать по ней – одно удовольствие… Они проскочили Хосту и Кудепсту еще до того, как ребята Фирсова установили там посты.

И переезд через границу прошел как по маслу. Пропуск, который подарил Оксане влюбленный полковник, подействовал на пограничников как корочка депутата Думы… Они, не рассуждая, взяли под козырек и быстренько подняли шлагбаум.

А через сорок минут красный «Рено» Оксаны поднялся чуть выше знаменитого ресторана «Гагрипш» и остановился у пансионата.

Их встретила «Хозяйка гостиницы» – яркая абхазская женщина с красивой проседью в густых черных волосах.

Она, естественно, не ожидала гостей в это время и была одета в пурпурный атласный халат с крупными рисунками на тему китайских пейзажей.

Шмаков успел в «Аркадии» переодеться, и выглядел очень импозантно. Именно он и начал разговор с пурпурной женщиной.

– Уважаемая! Мы приехали из Москвы.

– Отлично! У нас бывают и с Камчатки, и с Чукотки.

– Вы не поняли!.. Простите, как вас зовут?

– Гунда Аджировна… Это по паспорту! А для гостей – Галина Андреевна.

– Послушайте, дорогая моя Гунда. Мы не отдыхать сюда приехали… Мы из Департамента по борьбе с терроризмом!.. Недавно у вас в номере 311 поселилась интересная парочка. Страшные люди!

– Поняла!.. Я их сразу заподозрила. Они мне взятку пытались дать!.. Сейчас я верну эти деньги.

– Не надо, Гунда! Оставьте себе… Мы вам еще и премию выпишем, если вы будете работать на нас.

– Вы меня вербуете?

– Тихо, Гунда Аджировна!.. Эти слова надо произносить шепотом.

Шмаков попросил у администраторши странный набор вещей – пару больших ножей, бельевые веревки, резиновую грушу-клизму и четыре бутылки местной «Чачи». Это что-то вроде самогонки из виноградного жмыха.

Когда всё было готово, все четверо поднялись на третий этаж, и Гунда Аджировна своим ключом тихо открыла номер триста одиннадцать…

В спальне они обнаружили не очень приличную картинку… Было жарко. Парочка, очевидно, очень устала с вечера, и голубки спали почти без ничего!

Они спали, как сурки!..

Только тогда, когда Шмаков с помощью Гунды связали голого Вачнадзе по рукам и ногам, он начал просыпаться…

С Зоей Баланчиной было еще проще! Она вчера вечером выкушала бутылку ароматного «Букета Абхазии» и сладко улыбалась, когда ее вязали…

Шмаков подходил к делу очень ответственно. Он даже зашифровал операцию, назвав ее почему-то «Зимний вечер»… Вероятно, для конспирации – чтоб никто не догадался, что дело происходит в Гаграх!

Первый этап этого «Вечера» прошел успешно и досрочно. Зою и Гогу приодели, развели по разным комнатам и бельевыми веревками прикрепили к рабочим креслам.

Илюша Сорин с помощью резиновой груши вливал в Вачнадзе чачу, а Баланчину наоборот – ее пытались протрезвить…

К девяти утра она была, как огурчик… Немного вялый, но всё же огурец!

Оставался час, чтоб объяснить Зое ее незавидное положение… Той жизни, о которой она мечтала, уже не будет в любом случае. Дальнейшая жизнь с мужем Яном Леонидовичем тоже под большим вопросом.

Самое важное сейчас – помочь следствию, изобразить мелкую сошку и получить условный срок.

Это сложно! Но, по мнению «опытного юриста» Артура Шмакова, вполне возможно. Надо лишь около десяти часов позвонить на мобильный Андриса Гирулиса и спокойно попросить его с мужем подняться сюда, в пансионат «Гагрипш», в номер триста одиннадцать…

И всё, милая Зоя Павловна!.. Вам не надо будет сидеть в тюрьме – условный срок обеспечен… Или вы этого хотите, или нет?

К десяти утра Баланчина окончательно протрезвела и всё поняла. Одной свободной рукой она взяла трубку, набрала номер Андриса и игриво заговорила своим низким голосом…

Зоя была умной женщиной и сделало все правильно.

В момент звонка Баланчин и Гирулис уже вышли из автобуса, предупредив экскурсовода, что погуляют в Гагре и подсядут на обратном пути… Они ждали появления Гоги Вачнадзе, а позвонила Зоя.

Гирулис слегка насторожился, но Баланчин успокоил его, заявив, что жена любит его настолько, что не смогла одна уйти в Грузию. «Она у меня верная, преданная и решительная женщина!.. Я не удивлен, что она осталась, встречать меня… Она соскучилась».

Через пять минут они уже были наверху у стойки администраторши с красивой проседью в черных волосах.

Гунда Аджировна должна была задержать одного из них… И она это сделала!

Ян Баланчин побежал на третий этаж, где в номере триста одиннадцать ждала его любимая жена.

А Андрис Гирулис на пару минут остался у стойки – яркая абхазская женщина по имени Гунда попросила его подписать какие-то бумажки, необходимые при выезде из номера люкс.

Известно, что прибалтийские парни тугодумы. Особенно литовцы!.. Подписывая квитанции, Андрис машинально спросил:

– Это документы по люксу Зои Баланчиной… А в каком номере жил господин Вачнадзе?

– Какой он господин? Гога – грузин, и этим всё сказано… Он сверкнул глазами, быстренько соблазнил вашу Зою и потащил ее в койку… Я, конечно, храню тайны постояльцев, но всё это время они жили в одном номере.

– Этого не может быть! Зоя Павловна – порядочная женщина.

– Порядочная?.. У вас в Прибалтике свои порядки, у нее в Сибири другие, а здесь на юге – совсем третьи!

Андрис общался у стойки три минуты… Потом еще две минуты просто стоял столбом, приходя в себя.

Короче, у Шмакова с Илюшей Сориным было время, чтоб достойно встретить Яна Баланчина. Его связали, заглушили кляпом и оттащили в дальнюю комнату.

Теперь у бойцов появился опыт!

«Группа захвата» затаилась у двери и ждала последнего клиента – литовца Андриса Карловича Гирулиса…

Когда все были повязаны, Шмаков впервые позвонил майору Фирсову.

– Привет, Миша! Это Шмаков… Ты далеко?

– Я на дороге за Хостой… Какой Шмаков?!.

– Как какой?.. Шмаков из «Аркадии». Ты что это, Миша, своих не узнаешь?

– Так ты Шмаков? Молодец, Артур!.. Значит ты сбежал? А Оксана где?

– Мы сейчас вместе с ней в Гагре… Все вместе! И Илья Сорин тоже рядом.

– Отлично!.. Столько висяков сразу снялось!

– Миша, я прошу – ты направь двоих ребят на улицу Джапаридзе. Там в конце есть дом с башенкой и флюгером… Надо в подвале забрать Коляна – Николая Сурова…

– Это, который был с синяком на лбу?.. Он не убежит?

– Нет! Мы его втроем вязали… Только у него опять фингал. И на том же месте. А еще шишка на затылке… Ты, Миша, основную группу направляй к пограничному мосту. Через сорок минут мы начнем привозить контрабандистов.

– Много?

– Всех, майор… Супруги Баланчины, Гога Вачнадзе и самый главный – Андрис Гирулис… Сейчас мы их поим чачей.

– Зачем?

– Чтоб не шалили в пути. Им границу переходить!

– А как там изумруды?.. Ты знаешь, Шмаков, на сколько миллионов они их похитили?

– Послушай, Фирсов, эти самоцветы раньше назывались «смарагд». Красиво, да?.. Мы вернем все изумруды. До последнего камушка!.. Всё будет точно, как в аптеке!

В это время в номере люкс стоял смрадный запах самогонки. Илюша Сорин наполнял клизму чачей и поил троих связанных пленников… Четвертый – Гога Вачнадзе был уже настолько хорош, что дальше некуда.

А Оксана смотрела на всё это печально.

– Придется два рейса делать… Мой «Рено» вместительный, но сразу всех не увезет… Как думаешь, Артур, когда мы будем в «Аркадии»?

– В час завершим все дела.

– Тогда – сразу в душ, а потом на море… Сегодня жарко! Хорошо бы в море окунуться.

– Согласен, Ксюша!.. Сейчас можно! Но только ночью! Когда темно, мы на пляж мы больше не ходим… А днём можно. С огромным удовольствием!