Олимпийские игры Путина Немцов Борис

Б. НЕМЦОВ: Нет, там хуже дело. Дело в том, что полицейские до последнего момента — они говорили, что ни события, ни состава преступления нет, и вдруг они резко поменяли свою позицию, и теперь они там что-то, видимо, усмотрели. Поменяли они после давления министра внутренних дел по фамилии Колокольцев, который дал прямое указание хоть что-нибудь, да найти и дело возбудить. Таким образом, власть демонстрирует следующее. Она пытается нейтрализовать и обезглавить оппозицию и фабрикует дела против нас. При этом они не хотят отступаться и придумывают самые безумные эти истории только для того, чтобы не допустить массового протеста осенью. Они безумно боятся этого 15 сентября, и мы вынуждены тратить очень большое время на адвокатов и на то, чтобы, в общем, защищаться. Мы же не можем не защищаться, правильно? Причем, я хочу сказать, что это касается практически всех людей, которые участвуют в протестном оппозиционном движении.

Что касается РПР-ПАРНАС, то здесь следующее. Во-первых, РПР-ПАРНАх мы приняли решение участвовать в региональных выборах. Володя Рыжков у нас возглавит список.

В. ДЫМАРСКИЙ: В Барнауле, да?

Б. НЕМЦОВ: Возглавит список, во-первых, на выборах в муниципальную думу Барнаула, и, кроме того, Володя еще возглавит список на выборах в областную думу Саратова. Причем я должен сразу сказать, что в Барнауле это не просто партийный список, а это по сути коалиционный список, и в списке у нас значатся люди, которые участвовали в протестном движении, в том числе экологи, правозащитники, гражданские активисты.

А если говорить о Саратове, то в Саратове ситуация следующая. У нас там тоже коалиция идет на выборы. Мы в коалиции вместе с Прохоровым идем на выборы. И, я надеюсь, люди, которые нашу точку зрения поддерживают, тоже нас поддержат. Выборы в Саратове носят такой ярко выраженный федеральный характер по той причине, что Володин оттуда родом, и поэтому, конечно,

Володе Рыжкову непросто приходится, ну, и нам всем.

Должен сказать, что творится беспредел. Сначала власти говорят — вы знаете, вы прекращайте протестные акции, давайте-ка участвуйте в выборах. С другой стороны, что мы видим? Вот, допустим, в Туве, да? Наши активисты объявили вчера голодовку. Они хотели участвовать в выборах в поселковый совет, я подчеркиваю, в поселковый. И список взяли и сняли. Угроза того, что список могут снять в Саратове и могут снять список на Алтае, очень высокая.

В. ДЫМАРСКИЙ: А там удалось собрать эти пресловутые 10 %?

Б. НЕМЦОВ: Нет, нет, я вам объясню, это разные вещи.

В. ДЫМАРСКИЙ: А, это на губернатора.

Б. НЕМЦОВ: С губернаторскими вообще комедия. У нас есть кандидат Пузиков, это в Амурской области он, они его тоже не зарегистрировали. Они его не зарегистрировали, и для нас это основание подать в Конституционный суд жалобу вообще отменить этот закон как антиконституционный. Дело в том, что он действительно антиконституционный. Никаких выборов губернаторов у нас нет. Очевидно, что если вы должны по периметру бегать и уговаривать депутатов от партии «Единая Россия», а там практически все депутаты от этой партии, подписаться за кандидата от оппозиции, то ничего, естественно, получиться не может. Таким образом, никакого допуска к выборам представителей оппозиции не существует. Вообще никакого. Таким образом, мы, кроме того, в течение этого лета приняли решение участвовать на выборах в Белгороде, в Удмуртии, и мы будем это делать.

Так что сказать, что уж совсем мы ничего не делаем, неправильно. Кроме того.

В. ДЫМАРСКИЙ: Я не услышал вашего заявления по поводу “Pussy riot”, например.

Б. НЕМЦОВ: Это неправда. У нас есть заявление, подписанное Рыжковым, Касьяновым и НЕМЦОВым, по поводу “Pussy riot”.

В. ДЫМАРСКИЙ: Да? Значит, я пропустил.

Б. НЕМЦОВ: Ну, вы, видимо, тоже были в отпуске, и вам кажется, что все в отпуске. Так вот, сообщаю вам, что это заявление вышло в день вынесения приговора, а именно 17 августа. Я совершенно не одобряю действий девочек, ну, как-то мне это не нравится, но я считаю, что то, что с ними случилось, и два года приговора — это, конечно, политическая расправа в чистом виде абсолютно.

Я думаю, что их перформанс на Лобном месте, вы помните, наверное, да, о чем идет речь, это, собственно, и стало главной причиной, почему Путин им мстит вместе с патриархом Кириллом. Так что заявление это было.

Кроме того, мы организовывали вместе с коллегами из партии «Яблоко» митинг, посвященный 21-й годовщине августовского путча, и должен сказать, что он прошел достаточно успешно. Несмотря на то что эти события давние, они очень актуальны, потому что у власти сейчас находятся наследники ГКЧП. Вроде бы ГКЧП проиграло тогда, а на самом деле Путин и вся его бригада — это как раз наследники ГКЧП.

В. ДЫМАРСКИЙ: Вообще-то как-то все воспринимают Путина как наследника Ельцина, который все-таки был.

Б. НЕМЦОВ: Вы знаете, это такие гримасы истории. Я считаю, что Путин абсолютный антипод Ельцина во всех смыслах, да, просто абсолютный антипод. Если Ельцин терпел критику, и пресса была свободной, то Путин ее ненавидит, и сплошная цензура. Если Ельцин давал людям возможность себя реализовать, и, собственно, все известные политики, яркие личности возникли в 1990-е, причем независимо от их взглядов. Там был Чубайс, был Лужков, был Шаймиев, там был и есть, слава богу, тот же Володя Рыжков.

В. ДЫМАРСКИЙ: Даже Геннадий Андреевич Зюганов.

Б. НЕМЦОВ: Да, Зюганов, Жириновский, Старовойтоваитакдалее. Огромное количество появилось новых ярких людей. То при Путине все такое серенькое, все такое холуйствующее, все такое заискивающее, все такое вороватое, все такое абсолютно незаметное, бессмысленное и опасное. То есть Ельцин не боялся сильных людей, Путин смертельно боится более-менее любого независимого от него человека

В. ДЫМАРСКИЙ: Отчет принят. Отчет по работе партии.

Б. НЕМЦОВ: Кроме того, 27-го, то есть на следующей неделе, начинается автопробег Красноярск — Москва. В этом автопробеге участвует оппозиция, и я надеюсь тоже принять в этом участие, и я думаю, что 15 сентября, когда пройдет «Марш миллионов» в Москве, как раз мы услышим, как этот автопробег, собственно, состоялся.

Б. НЕМЦОВ: Да. Красноярск стартует как раз 27-го в понедельник и финиширует в Москве 15-го.

В. ДЫМАРСКИЙ: Заодно проверить состояние дорог.

Б. НЕМЦОВ: Ну, я думаю, мы примерно понимаем, о чем идет речь. Но это тоже неплохо. Это одна из косвенных задач.

В. ДЫМАРСКИЙ: Я не буду дожидаться середины часа и сразу же сказу, ну, во всяком случае, на эту минуту результаты голосования. Я хочу перейти к вопросу о Координационном совете оппозиции. 91 % за, 9 % против создания Координационного совета оппозиции.

Б. НЕМЦОВ: Меня это совершенно не удивляет. Это разумные люди.

В. ДЫМАРСКИЙ: Да. Но меня что удивляет? Очень много вопросов по поводу тех каких-то расхождений, которые существуют как внутри всей оппозиции, так и внутри РПР-ПАРНАС.

Б. НЕМЦОВ: Ну, действительно, у нас в руководстве РПР-ПАРНАС разные точки зрения на этот счет. Я не считаю, тем не менее, наши разногласия фатальными и не считаю их судьбоносными. Мы с Яшиным (мы входим в бюро ПАРНАСа) считаем, что участвовать в выборах нужно. Владимир Александрович, Михаил Михайлович считают, что не нужно. Ияс уважением отношусь к их точке зрения. Я могу сказать только одно: мне, откровенно говоря, как одному из организаторов протестных акций надоело слушать упреки в том, а кто вы, собственно, такие, а кто вам дал право, а на каком основании Болотная, а не Площадь Революции, кто слил протест, кто не слил протест. Вот эту бесконечную историю с этими вопросами слушать не очень приятно. Очевидно совершенно, что если в выборах в Координационный совет примут участие не 1000, не 2000, а, например, больше 50, или еще лучше — 100 тысяч человек, то эти вопросы отпадут сами собой. Нас выбрали — и точка.

Второе. Мне представляется, что после выборов вопросов внутри самого этого Координационного совета будет меньше, потому что если раньше, например, спорили о том, кто должен участвовать в работе Координационного совета, сейчас эти споры сами снимутся.

Я сожалею, честно говоря, что Михаил Михайлович и Владимир Александрович отказались в этом участвовать. Я убежден, что их могли избрать. У меня никаких сомнений нет, что.

В. ДЫМАРСКИЙ: НЕМЦОВа уже выдвинули.

Б. НЕМЦОВ: Да, НЕМЦОВа уже выдвинули. Их могли избрать. Аргументы Володи — они достаточно серьезны.

Аргумент такой, что он считает, что в Координационном совете не должно быть националистов. Я все-таки считаю, что среди националистов есть разные люди. Есть люди, которые, например, считают, что нужно бороться с нелегальной иммиграцией, они считают, что существует этническая преступность, считают, что радикальное засилье иммигрантов угрожает в целом национальной безопасности страны. Они имеют право на такую точку зрения. А есть откровенные нацисты. Я очень надеюсь на то, что избиратели наши, которые будут голосовать, они тоже эту грань между защитой национальных интересов и фашизмом, нацизмом — они эту грань чувствуют, так же как.

В. ДЫМАРСКИЙ: Как я понимаю, между тремя составляющими будет какое-то количество мест зафиксировано, помимо выборных? 45 человек, как я понимаю, 30 выбирают, а 15.

Б. НЕМЦОВ: Нет, не так. Я сейчас все объясню. Выбирают всего 45 человек. 30 выбирают по так называемому общегражданскому списку. В этом общегражданском списке. я, в частности, хочу участвовать по общегражданскому списку. Мне вообще кажется, что известные люди в нашей стране, которые тем более участвовали в протестном движении и представляют оппозицию, они должны участвовать в общегражданском списке. Не обязательно быть политиком, не обязательно быть каким-то революционером. Достаточно быть гражданским активистом, просто неравнодушным человеком и разделять цели и задачи, которые мы провозгласили на Болотной и Сахарова.

И есть три курии так называемые — либерально-демократическая, националистическая и левая, да, где должны быть избраны по 5 человек.

В. ДЫМАРСКИЙ: Но они будут избираться внутри этих курий или общим голосованием?

Б. НЕМЦОВ: Они будут избираться общим голосованием, но каждый избиратель, который кликает и голосует, четко знает, что эти люди либералы — это действительно либералы, националисты — это националисты. Так вот, мне представляется, что за нацистов и фашистов голосовать наш народ не будет в силу, во-первых, исторической памяти, а также в силу инстинкта самосохранения. Я в это верю. Верю в мудрость наших людей и наших избирателей. С другой стороны, для меня очевидно, что если есть три политических течения основных в стране, то присутствие людей, представляющих это течение, предельно важно, для того чтобы массовость протеста была обеспечена.

Вообще, если говорить о задачах, то, конечно, 100 000 человек на улицах Москвы — это серьезно, это значимо. И кстати, то, что, например, законодательство о регистрации партий было принято, это результат, в том числе, хотя незначительный, но все-таки результат этих наших протестных действий. Но, тем не менее, развернуть систему, демонтировать ее, построить действительно правовое государство, заставить эту власть зарвавшуюся жить по закону 100 000 не могут.

В. ДЫМАРСКИЙ: Не могут.

Б. НЕМЦОВ: А миллион — может.

В. ДЫМАРСКИЙ: А Координационный совет — это что? Ты считаешь.

Б. НЕМЦОВ: Координационный совет обладает достаточно высоким уровнем легитимности. Я думаю, более энергично, динамично и бесконфликтно сможет заниматься этой главной задачей. Кроме того, я считаю, что наряду. Понимаете, у нас есть программа объединенной оппозиции — это программа, это резолюция Сахарова, Болотной, собственно «Манифест свободной России». Без политической реформы будущего у России нет. Политическая реформа включает в себя освобождение политзаключенных, проведение честных парламентских, президентских выборов, ограничение пребывания во власти президента двумя сроками, сокращение этих сроков с 6 до 4 лет. Это отмена политической цензуры на телевидении, это восстановление настоящих выборов губернаторов, выборов в муниципалитеты, независимый суд и так далее.

Но мне представляется, что миллион человек на улице выйдет тогда, когда эти требования дополнены требованиями социально-экономического характера. Сейчас растут цены, растут цены на бензин, на коммунальные услуги. Реальные доходы людей падают. Растет безработица. И мне представляется, что эти требования должны быть дополнены социально-экономическими. Тогда миллион — это вполне реально.

В. ДЫМАРСКИЙ: Но все-таки протестное движение пока еще недостаточно большое. Как вообще оппозиция собирается давить и оказывать давление на эту власть, как она вообще собирается достичь какого-то результата, я бы так сказал, реального и зримого?

Б. НЕМЦОВ: Во-первых, мы все верим в чудо и хотим, чтобы все было хорошо, быстро и замечательно. С другой стороны, надо быть реалистами и надо понимать, что если власть у людей, которые, во-первых, сами являются сказочно богатыми, во-вторых, имеют золотовалютные резервы под 600 миллиардов долларов, очевидно, что митинг в 100 тысяч человек явно недостаточен, и ясно, что 15 сентября режим Путина не рухнет. Поэтому надо настроиться не на спринт, а на марафон. Это первое.

Второе — надо исходить из того, что лимит на кровавые разборки, революции мы исчерпали, именно кровавые. Поэтому надо действовать исключительно конституционно и мирно. А это, опять-таки, быстро не бывает.

Третье. Я считаю, что есть 4 направления действий оппозиции. И надо действовать по всем четырем направлениям. Первое направление я уже сказал — это правозащитное направление за освобождение политзаключенных, недопущение репрессий. К сожалению, с каждым днем все более и более актуальна эта проблема становится.

В. ДЫМАРСКИЙ: В чем оно заключается?

Б. НЕМЦОВ: Вы знаете, лозунг, который звучит на митингах, — «Один за всех и все за одного» — приобретает очень конкретный такой смысл.

В. ДЫМАРСКИЙ: Это лозунг «Трех мушкетеров».

Б. НЕМЦОВ: Это понятно. Он на митингах у нас звучит. Теперь я понял, откуда все взялось. Это важная вещь. Мы должны помогать друг другу. Должны быть созданы фонды поддержки, в том числе надо помогать адвокатами друг другу, нужно формировать общественное мнение, разъясняющее людям, что это все сфабрикованные дела. Нужно бороться за освобождение тех, кто сейчас сидит, или кого могут посадить. Нужно помогать тем, кто уехал из России. У нас, к великому стыду, политэмиграция становится реальностью. И должен сказать, что большое количество людей находятся сейчас за пределами России. Слава богу, не очень далеко — это Украина, Грузия, балтийские страны, но, тем не менее, это так.

В. ДЫМАРСКИЙ: А Лондон?

Б. НЕМЦОВ: Ну, в Лондон богатые уехали, а я имею в виду гражданских активистов, которые, знаете, думают, как до следующего месяца дожить, чтобы с голоду не помереть. Это первое. Второе — просветительная деятельность. В условиях этой разнузданной лживой пропаганды разъяснительная работа становится абсолютно значимой составляющей наших дел, нашего движения. Ну, вы знаете, мы проект «Путин. Итоги» запустили в 2008 году, и должен вам сказать, что я счастлив, что 25 миллионов граждан нашей страны знают про этот проект. Это очень много.

В. ДЫМАРСКИЙ: Это по соцопросам?

Б. НЕМЦОВ: Это «Левада» делал соцопрос специально на эту тему. И меня он обрадовал. Хотя, конечно, 25 миллионов меньше 140, но тем не менее это много. И полная цензура на телевидении. Ни одних дебатов на эту тему, ничего. И 25 миллионов знают. То, что в Интернете посмотрели экранизацию, которую сделал Леонид Мартынюк, наших докладов («Ложь путинского режима» называется) 9 миллионов человек — это тоже результат. То, что «Добрая машина правды», то, что делает Навальный — это правильная совершенно идея, надо поддерживать.

Следующее направление нашей работы — это участие и организация протестного движения. Ясно, что когда в стране нет парламента, когда выборы контролируются Путиным и Чуровым, добиться каких-то серьезных перемен невозможно. Я имею в виду глобально невозможно, не выходя на улицы. Поэтому мирный массовый протест — это важнейшее направление нашей работы.

И четвертое направление — это участие в выборах. Чем больше наших сторонников будет во власти, в парламенте, тем более спокойно, мирно пройдет трансформация. Я, например, считаю очень важным, что из 450 депутатов Государственной Думы у нас нашлись трое смельчаков.

В. ДЫМАРСКИЙ: Гудковы и Пономарев?

Б. НЕМЦОВ: Да, два Гудкова и Пономарев, которых люто ненавидит власть, это понятно, но которые, тем не менее, делают очень важное дело. То, что сейчас начались репрессии против Геннадия Гудкова — это не случайно. Ведь Геннадий Гудков, выходец из системы, полковник КГБ, тем не менее, входит в оргкомитет протестных действий, не боится с трибуны критиковать жуликов и воров. И то, что сейчас Путин с ним пытается сделать, а именно лишить его мандата и посадить — это вообще очень серьезно. На самом деле Гудков для бюрократии и депутатов — то же самое, что Ходорковский для бизнеса. То же самое, что Ходорковский для бизнеса.

Дело не в том, что Гудков критикует Путина и так далее. А дело в том, что эта критика человека системного. И ненависть к нему запредельная. Да, очевидно, что Путин хочет демонстративно с ним расправиться, чтобы людям из системы было неповадно. Поэтому я считаю, что эти люди участвовали в выборах, мы эти выборы критиковали. Я помню, как на Болотной кричали «сдай мандат», в том числе тому же Гудкову. Сейчас, я думаю, уже вряд ли кто-нибудь из оппозиционеров будет так кричать, это важно.

Поэтому чем больше наших единомышленников будет не только на уровне Госдумы, но на уровне муниципалитетов, областей во власти, тем легче нам будет. Я объясню, в чем наша стратегия. Как мы мирно хотим все это изменить. Я подчеркиваю — мирно. Я не сторонник кровавых разбирательств. Не надо нам этого больше. Я считаю, что надо действовать так.

Первое — протест и массовость его должны быть увеличены. И миллион человек — это наша цель.

В. ДЫМАРСКИЙ: Реально это?

Б. НЕМЦОВ: Абсолютно. Вот, год назад никто не верил, что будет 100 тысяч человек. Я обращаю внимание — год назад на митинге собиралось 2 тысячи, 3 тысячи. Когда собиралось 5 тысяч, об этом писала вся пресса. А на «Эхе Москвы» были дискуссии об успехе того или иного мероприятия. В 100 тысяч никто не верил. На самом деле, если посмотреть на опросы, Виталий, до 10 % граждан, в том числе москвичи, готовы участвовать в протесте. 10 % москвичей — это более миллиона человек. В Москве население больше 10 миллионов. 10 % москвичей, готовых участвовать в протесте, — это больше миллиона человек.

Таким образом, когда на улицу будет выходить много народу, произойдет раскол элиты. Очень многие люди из правоохранительных органов, омоновцы, судьи, работники, даже не побоюсь этого слова, ФСБ, работники госаппарата и госучреждений в целом поймут, что дальше с этим лучше не иметь дела и надо объединиться с народом. Я считаю, что раскол.

В. ДЫМАРСКИЙ: Но, кстати. докладов Крыштановской и Минченко, которые говорят о каких-то расколах, вернее, не расколах, а линиях раздела внутри окружения.

Б. НЕМЦОВ: Нет, то, что они там как пауки в банке — это очевидно. То, что Минченко написал вещи правильные и достаточно очевидные, это правда. Но это пока не раскол. На самом деле у нас примеров, когда люди порвали с системой, мало. Я вам могу сказать. Это Гудков. Это Ксения Собчак. Это, может быть, с определенными точками с запятыми, Алексей Кудрин. Это судья Юлия Сазонова, которая засудила Каспарова, помните, он 5 суток получил, который сейчас один из лидеров протестного движения. Это омоновцы, которые отказались выполнять приказы и были уволены. Мы не знаем даже, где они сейчас находятся. Но, тем не менее, эти люди были. Это все только, конечно, начало. Я думаю, что при массовости протеста, подчеркиваю, при массовости людей, которые закончат сотрудничество с системой и выйдут из нее, будет гораздо больше. И тогда, когда расколотая элита объединится с народом, тогда есть высокая вероятность (это возвращение к миру будет), что мы заставим Путина сесть за круглый стол и обсуждать вопросы возвращения к честным выборам, действительно ограничения для власти президента, то есть изменения в определенные статьи конституции, проведение честных выборов, возвращение к федерализму, к независимому суду, освобождение политзаключенных, естественно. Все эти аспекты политреформы мы должны будем обсудить и реализовать.

В. ДЫМАРСКИЙ: Когда власть говорит, что, собственно, с кем нам вести диалог, и почему с этими, анес теми, то я так понимаю, что именно для этого вы хотите провести выборы вот этого Координационного совета для появления какой-то легитимности у лидеров оппозиции, хотя бы для тех же, помимо организации массовых митингов и массовых выступлений, именно конкретно в том числе для возможного диалога с властью.

Б. НЕМЦОВ: Ну, во-первых, власть к диалогу не готова, в отличие от нас, и это очень печально. Вот эти «бандерлоги», презервативы и так далее — это ответ на предложение провести дискуссию, что все-таки так жить нельзя и надо менять этот путинизм на более адекватную систему управления страной, а не на власть этих негодяев. Они не готовы, они высокомерны, они надменны, они циничны, они трусливы, ни к какому диалогу они не готовы. Те говорят, что давайте сейчас круглый стол из оппозиции, они либо ничего не понимают, либо дурака валяют, потому что никто с ними садиться за круглый стол не будет.

В. ДЫМАРСКИЙ — Но, тем не менее, они готовят некую площадку, к которой, может быть, когда-то придут.

Б. НЕМЦОВ: Я напомню вам еще одну вещь. Алексей Леонидович Кудрин искренне, на мой взгляд, хотел, чтобы такой круглый стол состоялся еще после Сахарова и Болотной. Был послан. Просто послан — и точка. Я думаю, что мы только массовым протестом сможем их заставить провести этот круглый стол, с тем чтобы все-таки от болтовни, вранья и обмана мы перешли к нормальному диалогу, с тем чтобы провести мирно политические реформы, без которых нет у страны будущего.

Теперь что касается Координационного совета. Мы, честно говоря, так далеко не заглядывали. Я думаю, что в работе круглого стола, если он состоится, будут принимать, конечно же, участие активисты протестного движения (это ясно), но, возможно, и люди которые пользуются большим доверием и уважением у общества. Так что я бы не сказал, что это выборы круглого стола, ничего подобного. Это выборы тех людей, которые организовывают протест. Вот это совершенно точно. Что касается круглого стола.

В. ДЫМАРСКИЙ: Борь, ну вы же организовываете эти протесты, выбрали вас или не выбрали. Все равно одни и те же люди организуют протесты.

Б. НЕМЦОВ: Виталий, у нас до этого не было выборов, и мы никто не знали ответ на вопрос — а, собственно, кто вы все тут такие, какого черта вы тут все организовываете.

В. ДЫМАРСКИЙ: Но был оргкомитет.

Б. НЕМЦОВ: Был оргкомитет, туда входило много известных людей с разными взглядами, и разной судьбой, и разными профессиями.

В. ДЫМАРСКИЙ: Теперь они будут называться Координационным советом.

Б. НЕМЦОВ: Нет, теперь, после того как они получат мандат от людей, они будут дальше продолжать эту работу, но уже получив поддержку людей. Я еще раз говорю. Если больше 100 тысяч проголосует, то это все-таки довольно серьезная вещь. Меня часто спрашивают.

В. ДЫМАРСКИЙ: А кто вообще автор идеи? Навальный?

Б. НЕМЦОВ: Она как-то так. на самом деле она с самого начала еще.

В. ДЫМАРСКИЙ: Мне кажется, что именно Навальному больше всего не хватает легитимности. Как бы он один из лидеров таких заметных.

Б. НЕМЦОВ: Навальный. я эту идею поддерживаю, Навальный эту идею поддерживает, Удальцов ее поддерживает, Яшин ее поддерживает, Собчак ее поддерживает. Я не знаю, там, Пономарев поддерживает, Гудковы поддерживают. Эту идею достаточно много людей поддерживают, понимая, что все-таки какой-то мандат от людей надо получить, чтобы в дальнейшем заниматься вот этим протестным движением. Дальше. Я хотел бы сказать, что это не выборы вождя оппозиции, это очень важно. Это выборы по сути в некий парламент оппозиционный. Эти 45 человек — парламент. А в парламенте, я обращаю внимание, неважно, сколько ты набрал голосов и неважно, какое место ты занял. Если ты стал депутатом, то у тебя ровно такие же права, как у человека, который набрал больше процентов.

Поэтому когда пытаются дело представить так, что это попытка избрать вождя, это неправильно. Это неправильно. Я думаю, что и самому Навальному это не надо. Теперь еще один вопрос такой. Это вопрос — а что ты, НЕМЦОВ, будешь делать, если тебя не изберут? Я могу так сказать — эти же выборы не что иное, как билет в автозак, давайте уж без иллюзий, ладно? Вероятность того, что репрессии в отношении избранных людей будутусилены, равна 100 %. Совершенно ясно, что когда вот этому трясущемуся за свою власть, цепляющемуся Путину принесут список итогов голосования, то для него этот список означает, что надо его немедленно отдать Бастрыкину, для того чтобы в отношении всех 45 начать, соответственно, следственные действия и фабриковать уголовные дела.

Поэтому это не билет к бюджетной кормушке, это не возможность распоряжаться государственной собственностью, это не возможность озолотиться, а это билет в лучшем случае в автозак, а в худшем — за решетку, давайте уж прямо говорить. Поэтому если, например, меня не изберут, то, во-первых, я пойму, что все понятно. Мандата нет, и надо заняться чем-то другим. Ну, например, поддерживать моих товарищей, вытаскивая их из тюрем, и так далее и тому подобное. И просто заниматься какими-то благотворительными вещами. Я уже думаю об этом.

С другой стороны, вероятность того, что я окажусь на свободе при этом, повышается, что, в общем-то, неплохо, да? Поэтому все те, кого не избрали, должны знать, что есть и в неизбрании тоже определенный позитив. Не сядете.

В. ДЫМАРСКИЙ: А что такое «непримиримая оппозиция»?

Б. НЕМЦОВ: «Непримиримая оппозиция» — это люди, которые.

В. ДЫМАРСКИЙ: Потому что мы сегодня назвали программу «Примиримая или непримиримая».

Б. НЕМЦОВ: Не знаю, кто ее назвал.

Б. НЕМЦОВ: Для меня «непримиримая оппозиция» синоним слова «радикальная оппозиция».

В. ДЫМАРСКИЙ: Да, абсолютно.

Б. НЕМЦОВ: Да, радикальная. Радикальная оппозиция — это оппозиция, которая готова к вооруженной борьбе. Я считаю, что радикальная оппозиция вольно или невольно является партнером Путина, потому что для Путина как раз именно мирный протест опасен. Против мирных людей использовать оружие, сажать их, винтить, бить их и так далее — в общем, неправильно. И страна, и мир в шоке от всего этого.

А когда в ход идут дубинки, прутья, слезоточивый газ, коктейль Молотова, да, тогда можно уже легализовать репрессии, и сказать — а что вы хотите? Это бандиты, хулиганы, они спокойствие наших граждан и их безопасность хотят нарушить, мы этого терпеть не будем. Поэтому, как часто бывает, власть и радикальная оппозиция, готовая к вооруженной борьбе, к революции, к этим кровавым. в общем, действует сообща. И чем больше у Путина будет таких попутчиков и партнеров, тем хуже для всех.

Поэтому я считаю, что отсечь вот этих радикалов — предельно важная задача, потому что для меня эти люди провокаторы. Они провоцируют страну.

В. ДЫМАРСКИЙ: Тогда тактика Путина будет — вообще никак не реагировать на ваши мирные протесты, не идти ни на какие диалоги, ничего с вами не обсуждать, и ждать, пока этот мирный протест не радикализируется ввиду бессмысленности, и тогда уже показать.

Б. НЕМЦОВ: Виталий, знаете, события 6 мая, где было большое количество провокаторов, я просто видел это все.

В. ДЫМАРСКИЙ: Это модель возможная.

Б. НЕМЦОВ: Как люди в масках бросались на омоновские цепи, люди в масках, а потом их омоновцы не трогали, людей в масках, нормально? А хватали ни в чем не повинных граждан репрессировать. Вот эта модель — это такая чекистская модель, которую они бы хотели реализовать и в будущем. Им нужно показать, что протесты носят явно конфликтный, кровавый характер, и власть борется как раз с этими негодяями, которые пытаются Россию утопить в крови. Поэтому, конечно, мы от этих провокаторов должны избавляться. Я очень надеюсь, кстати, что в процессе выборов в Координационный совет у нас таких людей не окажется.

Я должен сразу вам сказать, что в оргкомитете протестных действий у нас не было ни одного такого человека. Просто ни одного. Ну, шалости Удальцова в фонтане, я думаю, это иллюстрация к тому, что, собственно, происходило. То есть ни один из нас — ни публично, ни непублично — даже не мыслит себе, что возможны какие-то силовые решения проблемы власти в стране и наведения в стране порядка. Никто так не мыслит.

В. ДЫМАРСКИЙ: В связи с наступающей осенью это ведь еще и выборы, да? Мы говорили про Барнаул, про Саратов. Но сейчас все активно обсуждают Химки. Чирикова.

Б. НЕМЦОВ: Да. Ну, вызнаете, я.

В. ДЫМАРСКИЙ: Все-таки мне кажется, что масштаб города. Химки немаленький город, все-таки Химки большой город, но тем не менее, это тот масштаб, где можно проконтролировать выборы.

Б. НЕМЦОВ: Ясно. У вас очень оптимистический взгляд. Они фальсифицируют и в сельсовете выборы, как известно, под четким руководством Чурова. Тут у меня как раз никаких иллюзий нет. Дело вот в чем. Выборы в Химках — это хоть и муниципальные, но выборы федерального масштаба.

В. ДЫМАРСКИЙ: Да, безусловно.

Б. НЕМЦОВ: Дело в том, что в Химках есть гигантский интерес Путина и братьев Ротенбергов. И именно братья Ротенберги, вы знаете, вырубают там лес и ведут дороги через Химкинский лес. И получили гигантский многомиллиардный подряд из рук своего дружка Путина. И, конечно, интерес к этим выборам со стороны Путина и Ротенбергов запредельный. Долго не снимали вот этого негодяя Стрельченко с работы. Я думаю, Шойгу непросто это было сделать. Долго его не снимали. Ровно потому что Стрельченко проводил курс Путина — Ротенбергов.

Сейчас, я думаю, Шойгу удалось его снять, поклявшись на крови перед этими гражданами, что будет избран такой же лояльный им мэр. В то же время есть очень хорошая новость. Хорошая новость следующая. Во-первых, Евгения Чирикова выдвинулась в мэры. Это хорошая новость. Второе — она стала кандидатом от объединенной оппозиции. Слава богу, снят вопрос с «Яблоком», у них не будет кандидата. Мы, Партия народной свободы, и Володя Рыжков, и Михаил Касьянов, и я, мы поддерживаем выдвижение Евгении на этот пост. И поддерживают выдвижение очень многие люди — и Удальцов поддерживает, и Навальный, естественно, и экологи, и гражданские активисты.

В. ДЫМАРСКИЙ: Но только коммунисты своего кандидата и «Справедливая Россия», по-моему.

Б. НЕМЦОВ: Это да. Но надо все-таки понимать, что Женя жизнь положила на то, чтоб защитить интересы Химок. И она, кстати, не только эколог, она, в общем-то, разбирается в городском хозяйстве, в градостроительной политике. Вот я считаю, что если ее изберут, то дышать станет легче. Дышать станет легче не только потому, что Химкинский лес сохранит, но и по-человечески это будет правильно. Вы сказали, пример того, что победа в одном городе оппозиции позволит доказать, что можно и нужно не только протестовать, но еще и действовать, находясь на посту мэра.

В. ДЫМАРСКИЙ: А там, кстати говоря, нет никаких предварительных социологических опросов? Каков уровень поддержки Чириковой реальный?

Б. НЕМЦОВ: Я видел косвенные опросы, свидетельствующие о запредельном уровне поддержки Чириковой. Опрос вот какой. Половина жителей Химок выступают за то, чтоб прекратить вырубку Химкинского леса. А еще процентов 20, то есть всего 70 %, очень сочувственно к этому относятся. Поскольку проблема защиты леса — это проблема, тесно связанная с Евгенией, то я думаю, что это косвенно говорит о достаточно высокой поддержке. К тому же снятие кандидата от «Яблока» тоже повышает ее поддержку.

Теперь что надо иметь в виду? Я хочу сразу сказать. Линия атаки на Чирикову будет по двум направлениям: «Чирикова — американский шпион», но это вся оппозиция у нас такая, Госдеп, я не обсуждаю эту паранойю, но тем не менее, пропаганда путинская будет так действовать, а второе — что она против дороги. Дорога нужна, дорогу надо строить. Ленинградка задыхается. И Чирикова за то, чтоб строилась дорога, вот, поверьте, я с ней общаюсь, она за то, чтоб дорога строилась. Но строилась не живодерским способом, не вырубая все вокруг, а нормальным способом. Есть маршрут через. вполне себе нормальный, который, кстати, не дороже совсем. Есть вполне компромиссный маршрут, который дорогу позволит построить и лес сохранить. Я думаю, что она пойдет на выборы ровно с такой программой.

В. ДЫМАРСКИЙ: Это был Борис НЕМЦОВ. Он нам рассказал, что делает и что собирается делать оппозиция, во всяком случае та, к которой он принадлежит.

2012 г

И один в поле воин..

(Интервью Б.Е. НЕМЦОВа для радио «Эхо Москвы». Ведущие Виталий Дымарский, Ксения Ларина)

В. ДЫМАРСКИЙ: Добрый вечер, здравствуйте. Главный у нас сегодня человек, наш гость — Борис Ефимович НЕМЦОВ. Здравствуйте.

Б. НЕМЦОВ: Добрый вечер.

К. ЛАРИНА: Глава фракции РПР-ПАРНАС в Ярославской Думе.

В. ДЫМАРСКИЙ: В Ярославской Думе. Областной, да?

Б. НЕМЦОВ: Ну, фракция у нас очень большая, неуправляемая. Она состоит из одного человека, меня. Но я постараюсь как-то с этой со всей бригадой справиться.

В. ДЫМАРСКИЙ: Борь, Дума областная?

Б. НЕМЦОВ: Это Областная Дума. Выборы были в Областную Думу. Не-не-не, это Областная Дума. Действительно, и выборы шли по всей области, естественно. Область замечательная, старейшая. Город Ярославль, я считаю, один из самых замечательных, самых красивых и самых нетронутых городов России ровно по той причине, что это один из двух русских городов, которые находятся под покровительством ЮНЕСКО. Второй город какой?

К. ЛАРИНА: Нижний.

Б. НЕМЦОВ: Нет, конечно.

К. ЛАРИНА: А что?

Б. НЕМЦОВ: Да конечно, Петербург.

К. ЛАРИНА: А, Петербург?

Б. НЕМЦОВ: Конечно, Петербург, да. То есть 2 города. И поэтому там нет точечной застройки, нет попыток вот этого новодела, все это испоганить, испортить.

Б. НЕМЦОВ: Тамв центре нет.

В. ДЫМАРСКИЙ: Там ЮНЕСКО не в помощь.

К. ЛАРИНА: Так, товарищи! Не отвлекайтесь. Я смотрела вопросы, которые пришли до начала программы на нашем сайте. И люди наши — они как-то очень точно поняли смысл названия, и вопросы задают очень правильные Борису. Допустим: «При всем уважении не вижу никакого смысла работать где-то далеко от Москвы, когда именно там решается судьба страны. Рыба гниет с головы, которая в Москве. Что изменил в стране Белых, сидя в Кирове годами?» Или: «Борис Ефимович, при всем к вам уважении кому вы пытаетесь доказать, что сможете сделать один?» И таких вопросов очень много. «Трудно ли вам далось решение остаться работать в Ярославской провинциальной Думе, вам, как мне кажется, человеку более высокого полета?» Ну и таких вопросов очень много.

В. ДЫМАРСКИЙ: Отвечайте, Борис Ефимович.

Б. НЕМЦОВ: Да, я понял. Ну, один в поле не воин — это я, конечно, согласен.

Но, во-первых, все зависит от того, кто этот один, и во-вторых, какой он воин. Вот у меня сложилось впечатление, что я смогу довольно много сделать в Ярославле. Я объясню, почему.

Смотрите, мы шли на эти выборы с такой правозащитной позицией. Она состояла в том, что мы считаем, что над всенародно избранным мэром Ярославля Урлашовым была осуществлена политическая расправа, его устранили как политического конкурента. И то, что он сейчас в «Матросской тишине», это во многом как раз способ от этого конкурента избавиться. И наша позиция была не позиция адвокатов (мы не адвокаты Урлашова, мы не знаем, прав он или виноват), а у нас позиция правозащитная. Мы считаем, что он не является опасным преступником, он может быть отпущен под подписку о невыезде как, например, Навальный находится сейчас под подпиской. И судить его должны не басманные судьи, которые это с удовольствием делают, а суд присяжных.

Эта позиция нашла поддержку огромного количества людей. И когда я приду в Думу (она, я надеюсь, в ближайшее время начнет работать), я собираюсь как раз найти единомышленников, которые готовы дать поручительство за Урлашова.

К. ЛАРИНА: Можно я в скобочках замечу? Борь, прости, очень важно. Что «Гражданская платформа» — она не сдала Урлашова, она собиралась же идти, как я понимаю, на выборы. Их просто сняли.

Б. НЕМЦОВ: Я сейчас поясню. Вообще я вам должен сказать, что в Москве создается некая иллюзия, особенно глядя на выборы мэра, что выборы стали честнее, что тут все как-то по-настоящему, общественный контроль и так далее.

В Ярославле творится тотальный абсолютный произвол и беспредел, выборы тотально, абсолютно были нечестными и фальсифицированными.

В. ДЫМАРСКИЙ: А откуда у НЕМЦОВа 16,5 %?

Б. НЕМЦОВ: Сейчас. Можно я, если вы не будете меня перебивать, я поясню. Значит, во-первых, сняли «Гражданскую платформу» во главе с Урлашовым. Она имела все шансы победить. Во-вторых, в ходе кампании по надуманным предлогам были сняты десятки сильных кандидатов по одномандатным округам. В-третьих, нами 26 направлено обращений в полицию и в избирательную комиссию — мы ловили тех, кто подкупает избирателей, тех, кто организовывает карусели, тех, кто организовывает так называемое лотерейное голосование.

Дальше. В течение всей кампании творилась беспрецедентная наглая политическая цензура. В день выборов по областному телевидению дважды показывали фильм про летчика-космонавта Терешкову. Дважды в день выборов показывали этот фильм.

К. ЛАРИНА: Она — глава списка «Единой России», да.

Б. НЕМЦОВ: Она была глава списка «Единой России». Дважды в день, да? Они творили абсолютный беспредел.

К. ЛАРИНА: А у вас были наблюдатели, Борь?

Б. НЕМЦОВ: У нас были наблюдатели в основном в Ярославле. И как раз то, что Виталий сейчас заметил: мы действительно получили в Центральном районе Ярославля, в этом историческом центре, 16,5 % (РПР-ПАРНАС получила). Что, конечно, фантастический результат, если иметь в виду, что мы начали кампанию всего лишь за месяц до выборов и о нас тогда никто не знал.

А кампания, кстати, у нас была очень честная и очень искренняя. Кампания началась с митинга 16 июля. На митинге выступал начальник моего штаба Илья Яшин. Он и тысячи ярославцев кричали «Путин — вор». И кампания была абсолютно антипутинская. Мы распространили десятки тысяч наших докладов «Путин. Итоги», «Путин. Коррупция», «Зимняя Олимпиада в субтропиках», про виллы, дворцы, там, автомобили и яхты Путина были распространены мои доклады «Жизнь раба на галерах». Программа была абсолютно правозащитная, я уже сказал, и она была антикоррупционная.

Мы шли на эти выборы помимо позиции по Урлашову еще с пятью антикоррупционными законами, и моя роль в этой Думе состоит в том, чтобы эти законы принять. И я посмотрю на физиономии членов партии «Единая Россия», которые будут голосовать против закона, например, о замораживании коммунальных тарифов до проведения независимого аудита.

Дело в том, что этот закон универсальный, он и для Москвы годится, и для всей страны. В Ярославле, как и везде, в стране растут тарифы на коммунальные услуги. Но такого кошмара, как в Ярославле, я нигде не видел. Дело в том, что коммунальные компании ярославские зарегистрированы на Кипре. Они являются оффшорными. И когда я.

К. ЛАРИНА: Там это Кургинян обнаружил.

Б. НЕМЦОВ: Да, там с Кургиняном рядом еще и ярославская сбытовая компания находится.

В. ДЫМАРСКИЙ: Расскажи, кстати, по поводу Кургиняна. Не все ж знают.

Б. НЕМЦОВ: Сейчас я расскажу. Можно я расскажу сначала про Ярославскую сбытовую компанию, поскольку, я считаю, это такая феерическая история?

Это компания, которая собирает деньги с народа за электроэнергию. Тарифы на электроэнергию были повышены с 1 июля на 12 %. Народ даже и не подозревает, например, в городе Гаврилов-Яме, что платят они на Кипр эти деньги. Учредитель, то есть хозяин компании, находится на Кипре. Это не вся история.

Вот эта Ярославская сбытовая компания, которая является иностранной, она финансирует, не падайте в обморок, фонд «Единой России» Ярославской области. Она перечислила в фонд «Единой России» Ярославской области 55 миллионов рублей накануне выборов. Это абсолютный криминал.

К. ЛАРИНА: Кошмар какой.

Б. НЕМЦОВ: Я написал обращение к гражданину Чайке (он вроде Генеральным прокурором работает) с тем, чтобы фонд «Единой России» Ярославской области был немедленно признан иностранным агентом. Я не вижу никаких оснований его лишать этого почетного статуса. Он получает деньги из Кипра. Значит, куда идут деньги, никому неизвестно, потому что фонд «Единой России» не отчитывается. И я считаю, что без проведения аудита коммунальных компаний мы не имеем никакого права повышать тарифы. Это очень важный закон.

Второй закон. К сожалению.

К. ЛАРИНА: Борь, можно я прерву вас? Все-таки, поскольку мы начали с выборов, давайте немножечко про это поговорим. По поводу «Единой России» просто хотела. Мы потом вернемся к вашим законопроектам, которые вы будете выдвигать на первых пленарных заседаниях. Но! Правда ли, что на рекламных плакатах «Единой России» практически не было никаких опознавательных знаков, что это «Единая Россия»? И почему это?

Б. НЕМЦОВ: Абсолютно. Ксения, во-первых, если ты идешь по городу Ярославлю и говоришь, что ты — член партии жуликов и воров, у тебя есть все шансы получить по морде. Я вам говорю. Я не утрирую, это абсолютно точно. Они всю кампанию скрывали, что они принадлежат этой партии. Всю кампанию. Их там ненавидят. Их там презирают. Понимаете, их терпеть не могут.

Вот когда открывали мемориал в память о погибшей команде «Локомотив» (вы знаете, 2 года назад погиб «Локомотив» в этой кошмарной авиакатастрофе 7 сентября 2011 года), там губернатор даже побоялся к микрофону подойти. Его бы избили.

В. ДЫМАРСКИЙ: Губернатор — единоросс, конечно?

Б. НЕМЦОВ: Ну, он не единоросс, но он абсолютно там связан с этой со всей системой. Я вам могу сказать, почему произошла такая ненависть. Кстати, в Ярославской области в 2011 году «Единая Россия» получила минимальный в стране результат, 29 %.

В. ДЫМАРСКИЙ: Да. Рекорд.

Б. НЕМЦОВ: Урлашов в 2012 году с разгромным счетом победил единоросса, больше 70 %. Теперь почему это случилось? Три причины. Первое. Когда тысячелетие Ярославля отмечалось в 2010 году, были украдены огромные деньги, и народ это знал.

Второе. Люди связывают гибель команды с форумом «Единой России», который проходил в эти дни, и они прилетели туда. Они же олигархи, прилетели на частных самолетах и заставили всю полосу так, что команда не смогла. Ну, просто самолет не смог разогнаться — там не было достаточно длинной полосы. И третье — это арест Урлашова как конкурента, который заявил, что хочет участвовать в губернаторских выборах.

Их там ненавидят. Когда они себе нарисовали 42 %, людям стало ясно, что они украли Думу. Вообще-то у нас украли 2 мандата, у коммунистов украли 2 мандата, у справороссов украли 2 мандата. Как они у меня не украли, я не знаю, но, видимо, уже не могли больше натянуть.

Я вам могу сказать, беспрецедентная история. Буквально позавчера 5 партий российских (причем я сейчас назову — какие) подписали меморандум о бесчестных, фальсифицированных и гнилых выборах в Ярославской области. Какие эти 5 партий? Это Коммунистическая партия РФ, вторая партия — РПР-ПАРНАС. Нравится вам Зюганов с НЕМЦОВым рядом? Дальше, «Справедливая Россия» (такая партия, слышали?). Дальше, «Гражданская платформа» Прохорова и «Патриоты России». 5 партий. Такого не было в России нигде. Вы думаете, от хорошей жизни люди подписывают? Вот он у меня, этот меморандум, его, к сожалению, не видят в Сетевизоре. Ну, у меня, кстати, на Facebook этот меморандум обнародован. Мы на следующей неделе подаем иск в суд о признании выборов недействительными.

Поэтому, когда Володин и Путин рассказывают, что у них перезагрузка, что выборы в стране честные, это абсолютная ложь, стопроцентное вранье.

Но я хочу про другое сказать. Мы с ними будем судиться, мы уже знаем примерно, какие будут решения судов, все ясно. Но у меня есть абсолютно внятная антикоррупционная программа и для Ярославля, и для России.

Первое. Заморозить тарифы на коммунальные услуги до проведения аудита. Это и Москвы касается. Это касается и Московской области, и Нижнего Новгорода, и Ярославля.

Второе. Закон об отмене политической цензуры. Он имеет фундаментальное значение для борьбы с коррупцией.

К. ЛАРИНА: А тебе скажут, что ее нету (политической цензуры).

Б. НЕМЦОВ: Значит, смотрите. В чем суть закона? Значит, я предлагаю.

Б. НЕМЦОВ: Я знаю. Они грубо нарушают 29-ю статью Конституции. Грубейшим и наглым образом.

В. ДЫМАРСКИЙ: И думаю, что не единственную.

Б. НЕМЦОВ: Да, не единственную, но вот эту статью они нарушают там нагло. Дело в том, что повсеместно в России выстроена информационная вертикаль, вертикаль лжи, манипуляций и обмана. Выглядит она очень просто. Все телеканалы (а они являются главным источником информации, особенно в провинции) принадлежат губернаторам и мэрам. Значит, предложение мое, закон мой состоит в следующем: запретить губернаторам и мэрам быть учредителями телеканалов. То есть если это государственной областной телеканал, он должен подчиняться хотя бы депутатам для начала. Поскольку депутаты разные (у нас там депутаты от 7 партий в Ярославской Думе — это, кстати, тоже всероссийский рекорд) и будет наблюдательный совет, состоящий из депутатов от разных партий (это мы тоже предлагаем), то это, по крайней мере, шаг от цензуры. Естественно, у них истерика на эту тему. Но я думаю, что большинство граждан меня поддержат и в Ярославле, и в Москве, и везде в стране. Это второй закон.

Третий антикоррупционный закон — закон о прозрачности конкурсов и тендеров. Вот, все распилы, откаты и так далее происходят из-за того, что власть и бизнесмены под ковром делят бюджетные деньги. Что я предлагаю? Я предлагаю установить, что тендеры и конкурсы проходят в присутствии журналистов и телекамер. И второе, что в конкурсах и тендерах участвуют конкуренты с правом совещательного голоса. Вот, всего 2 идеи, да? Это тоже закон абсолютно универсальный и направленный на депутинизацию России и депутинизацию Ярославской области.

Значит, четвертый закон — о повышении качества российских дорог. Этот закон я почерпнул, будучи губернатором Нижегородской области (я это в Нижнем делал), сейчас уже такой ренессанс, по всей видимости. Идея моя состоит в том, чтобы установить, что дорожники, которые строят дороги, получают премию из бюджета в размере 5 %, если дорогу не надо ремонтировать на второй и на третий год. То есть если дорога стоит, третий-четвертый год ее ремонтировать не надо, мы платим по 5 % из бюджета. Это нам выгодно, чем делать ямочный ремонт. У меня дороги в Нижнем стояли по 7 лет, назывались они «немцовка». Я их так не называл — они просто так назывались.

Б. НЕМЦОВ: Нет, четвертое. Последний. Вам же скучно. Дело в том, что путинизм — это высасывание денег из регионов. Значит, мы считаем, что нужно принять закон о пополнении бюджета области за счет сохранения акцизов от нефтепродуктов. Это закон специфический — яне буду на нем останавливаться. Но я хочу сказать другое. Эти законы универсальные, они могут быть приняты в любом регионе. И если нам удастся хотя бы существенные законы провести, то, я вас уверяю, это будет замечательный пример для всей России.

Дальше. Никто не знает.

К. ЛАРИНА: Измени Россию — начни с Ярославля, да? Вот так вот!

Б. НЕМЦОВ: Знаете, я так скажу. Я, кстати, хочу вам всем сказать. Я буду работать на профессиональной основе, если меня, правда, не посадят за вот этот конфликт с этим негодяем.

К. ЛАРИНА: Да, там Борис НЕМЦОВ дал по морде одному.

Б. НЕМЦОВ: Нет, давайте, Ксения, будем точны, потому что нас слушает Бастрыкин. Вот, я вас очень прошу. Это серьезная история.

К. ЛАРИНА: А чего вы сделали?

Б. НЕМЦОВ: Рассказываю. Все немного не так было. Значит, был митинг в защиту Урлашова. После митинга ко мне подошел провокатор-нашист, который.

К. ЛАРИНА: По фамилии Козлов.

Б. НЕМЦОВ: Естественно, провокатор-нашист по фамилии Козлов. По какой еще фамилии? И этот провокатор-нашист запустил в меня яйцом. Ну, я — мужик нормальный, я ему по-мужски ответил. Сейчас я, к сожалению, в основном, участвую в следственных действиях, и меня приглашают в Следственный комитет. Значит, по закону Ярославской области если выяснится, что я виноват (а это уголовное дело, статья 116-я Уголовного кодекса), если выяснится, что приговор суда обвинительный, то по закону Ярославской Думы я автоматически лишаюсь мандата.

К. ЛАРИНА: Даже если это административное нарушение?

Б. НЕМЦОВ: Это не административное, это уголовное.

Б. НЕМЦОВ: Нет. До 2-х лет лишения свободы.

К. ЛАРИНА: Это что? Хулиганство, или что это?

Б. НЕМЦОВ: Это называется «побои».

К. ЛАРИНА: Е-мое!

Б. НЕМЦОВ: Статья 116-я называется «Побои».

Страницы: «« « 1234567 » »»