Играть, чтобы жить. Книга 7. Исход Рус Дмитрий

Размышления прервала могучая лапа Умки, ухватившая коренастого Ауле за шиворот. Рывок – и лишь клок божественной рубахи остался в кулаке тролля. Угу, а ты думал – зря, что ли, на всех современных бронежилетах есть петля для эвакуации? Вот за что тащить этого Отца Всех Гномов? За выдающийся шнобель?!

Умка, раздраженно ворчащий, словно трактор на холостом ходу, отмахнулся дубиной от наседающих теней. Тьма на мгновенье засверкала разноцветными искрами – черные, зеленые, алые. Благословения богов: Неназываемого, Макарии, Ауле…

Тролль сделал шаг вперед. Каменной прочности пальцы вцепились в пояса богов. Крякнув от натуги и явственно хрустнув спиной, Умка оторвал тела от земли и, покачиваясь, тяжело зашагал к портальной площадке.

Я невольно ухмыльнулся – прямо бабка с ведрами.

И тут же ахнул от резкого прострела боли в многострадальной голове. Обернулся и застыл парализованной от ужаса статуей. На расстоянии считаных сантиметров от моего лица переливалась зыбкими контурами потусторонняя химера с бездонными провалами пустых глазниц. Тварь сверлила мне разум, выковыривая наружу застарелые страхи.

Запульсировала знакомыми приступами боль, рука рефлекторно потянулась к блистеру с таблетками. Потянулась и замерла, отказываясь подчиняться и на глазах покрываясь синюшными буграми взбунтовавшейся плоти.

Я крепко зажмурился, стиснул зубы и рывком встряхнул давшую слабину душу!

Это морок! Страшилки для слабаков! Я бессмертен и неуязвим к болезням! Мое тело, измученное возрастом и экологией, уже давно прикопали в сырой земле! А здесь я – Первый после Павшего, и не призрачным тварям из чужих снов меня пугать! Сгинь, убожище!

Щедро зачерпнув ласковой и бархатной Тьмы, я укутался в нее, словно в материнский кокон. Краски потускнели, звуки стали глуше, однако наведенные кошмары потеряли остроту и сместились на второй план. Мышцы еще подергивались, судороги сотрясали тело, но двигаться я уже мог.

Позади тоскливо и безнадежно выл Умка.

– Бомбочка… Я каменею… Прости, не увидеть мне наших деток…

Тролль застыл в неестественной позе, поддавшись первородному страху своей расы – истовому ужасу превращения в камень.

– Умка, отставить! Борись, это всего лишь давление на разум! Морок!

Я зачерпнул остатки Тьмы – внутренний сосуд опустошался с невероятной скоростью – противиться давлению кошмаров древнего бога было очень не просто. Энергия списывалась по самому разорительному тарифу.

Метнул живительные брызги в тушу альбиноса.

Тролль вздрогнул, в глазах на мгновение мелькнул разум.

Я тут же заорал, привлекая к себе внимание и забивая скромные мощности его входящих информационных каналов.

– Умка! Умка, твою мать! Ты… тебя… тебя как Бомба наедине называет?!

Тролль наморщился, лоб пересекла единственная складка. Повернул ко мне голову, с трудом шевельнул губами.

– Кар… Карлсончик… И еще – Винни-Пухом… Я все спросить хотел – это кто? Она смеется, не говорит…

Я пятился к порталу, не решаясь подставлять тварям спину, и забалтывал разум друга.

– Я расскажу! Обязательно расскажу! Тащи свою поклажу в арку, сейчас выскочим и за рюмкой чая – как на духу! Ну же, шевели батонами! Господи, какой же ты медленный, как каток…

Хронос вздрогнул в своем саркофаге, чуть поменял позу. Едва подсохшие раны вновь заблестели темной влагой. Древний бог раздраженно поморщился.

Время явно скакнуло. Желудок прыгнул к горлу, словно самолет попал в бесконечную воздушную яму. Ноги вязли в пространстве, в ушах звенело, окружающие нас химеры бились о хлипкий Щит Тьмы.

– Скорей-скорей! – только и мог я беззвучно шевелить прокушенными губами. Эльфийские зубы остры, как осколки алмазов, что далеко не всегда идет на пользу.

Из глубины подземелья доносилась заполошная стрельба. Видать, вскипела-таки нежная электроника дроидов, не выдержав запредельного давления древнего бога. Звенело битое стекло, что-то глухо взрывалось и трещало электрическими разрядами. Хана нашим складам и винным кладовым…

– Я сам… – раздался позади едва слышный хрип.

Пашка!

Не выдержав, обернулся, и тут же бросился на помощь к шатающемуся от слабости Главе Пантеона. Вот теперь на своих двоих – обязательно уйдем!

Нырнул под руку бога, подставляя ему плечи для опоры. Пашка повернул ко мне пепельно-серое лицо и слабо улыбнулся.

– А, мой Первожрец… Ты, как всегда, в центре событий. Надо признать – это была хреновая идея упрятать нас в этом скотомогильнике. Хронос ревнив – как дюжина старых дев.

– Ну извини, – жизнерадостно оскалился я в ответ и сплюнул хрустевшую на зубах кровь. – В следующий раз отволоку тебя в женское общежитие, там всяко веселей.

Павший вымученно улыбнулся. Затем серьезно произнес:

– Я рад тебя видеть…

Облизнув разлохмаченные собственными зубами губы, я кивнул.

– Будем жить!

Разглядев, что Умка уже начал продавливать своей тушей мыльный полог портала, предупредил:

– Арка. Ныряем?

За спиной что-то неразборчиво пробурчал во сне Хронос. Однако Неназываемый услышал.

Обернулся и, сузив глаза, прошептал:

– Я еще вернусь!..

Хлопок перехода. На мгновение зрение гаснет, а разум привычно мутнеет. Сказывается разница в атмосферном давлении. А может, это реакция организма на молекулярную разборку в одной точке и повторную сборку в другой? Кто знает, как выкрутилась реальность Друмира, реализуя хотелки геймдизайнеров…

Не понял? Вместо сочных красок заката нас встретила глубокая ночь, щедро подсвеченная огнями десятков костров и многочисленных факелов.

– Милый! – Вынырнувшая из темноты Йаванна бросилась к лежащему ничком Ауле.

– Дорогой! – От одного из костров к нам метнулась округлая фигура Бомбы.

– Командир! – вскинул голову дремавший вполглаза Кирилл.

Рука Неназываемого, лежащая на моем плече, ощутимо вздрогнула. Его никто не встречал… Одни лишь уважительные взгляды да почтительно склоненные головы приветствовали высшее существо Друмира.

– Паша… – негромко шепнул я. – Ты сейчас куда? Не стоит тебе одному быть. Давай, может, в кабак забьемся, бутылочку коньяка раздавим, нервы подлечим?

Павший едва заметно отмахнулся. Прикрыв глаза, он склонял голову то к одному плечу, то к другому, словно прислушиваясь к звукам ночи.

Работает с интерфейсом или спешно выкачивает последние новости из инфополя планеты? Судя по тому как он несколько раз покосился на меня – удивленно, возмущенно, а затем – нехорошо так, оценивающе, то – последнее.

Наконец божество констатировало:

– Жопа… Хотя могло быть и хуже.

Я на всякий случай виновато развел руки: «ну не шмогла».

В чате тем временем кипел аврал. Босс вернулся, свистать всех наверх! В окнах донжона и замковых крыльев вспыхивали магические светильники, на площадь спешно стекался народ.

Облегченно улыбались соклановцы, толкались бронированными спинами гончие, кайфуя в эмоциональном водовороте чужого праздника. Жались в тень не знакомые мне хуманы. Много, очень много низкоуровневых хуманов…

Толпа, выпадающая из гармонии Друмира. Толстые и худые, лысые и патлатые, старики и дети. Обычные, повседневные лица с печатью страха и растерянности. Практически нет ставших уже обыденностью фигур атлетов и смазливых лиц с обложек глянцевых журналов. Найденыши? Откуда столько?!

По периметру площади высились груды разномастного добра. Измятые автомобили, железнодорожная цистерна, пирамида бочек и высокий, покосившийся штабель из ржавых рельс.

– В Храм! – коротко приказал Павший и целеустремленно зашагал к массивным воротам.

Я поспешил следом, а в кильватер уже пристраивалась моя свита.

– Сколько нас не было? – шепнул Кириллу.

– Неделю! – спешно затараторил тот, не замечая, как я ошарашенно вскинул брови. – Ты с Умкой ушел, а мы сразу бойцов собрали! Стоим полчаса, час – нет никого! Хотели уже на подмогу идти, да туман к тому времени окончательно силу набрал. Не пройти сквозь него – искажает координаты, гадость зеленая! Никак к центру облака пробиться не могли, относит в сторону, словно рикошетом. Грым воззвал к богам, да и мы поддержали крепким истовым словом…

Неназываемый едва заметно сбился с шага, чуть притормаживая и прислушиваясь к нашей беседе.

– Ответила одна лишь Йаванна. Явилась – сама шатается, на ногах еле стоит, деревья вокруг – аж зарыдали. Пощупала, принюхалась, сказала ждать. Мол, все это лишь игры со временем. Ну и сама уселась на травку. А травка та, кстати, теперь очень не простой стала! Бонусов – на целую страницу! Только вот Бэрримор к ней охрану приставил, гоняет наших алхимиков!