Сумасшедшая хронология Муравьёв Максим

Рассказ Кондолизы Райз, про то как она убивала людей

– Как только меня назначили советником президента Буша в 2001 году, в тот же день в мой кабинет пришёл Ник Рокфеллер и сказал:

– Кондолиза, вы должны убивать людей.

Тогда я ему ответила:

– Но ведь им будет больно?

Тогда он ответил:

– А если вы не будете их убивать, тогда будет больно мне, – и заплакал.

Тогда я тоже заплакала и позвонила моей новой секретарше, попросила прийти в кабинет ко мне. И когда она через минуту вошла, я её убила выстрелом в голову из пистолета.

И тогда Ник заплакал ещё сильнее и сказал:

– Но это же не принесёт нам никакой прибыли! Уливать нужно с умом, чтобы прибыль была!..

– А кто этот Рокфеллер Ник? – перебила Флора Лизу.

– Нытик. А ещё он один из владельцев ФРС (Федеральная Резервная Система). Какой-то его дедушка в 1913 году с другими банкирами заставили Вильсона, президента США, подписать закон о ФРС. По этому закону доллары может печатать только ФРС. А ФРС – это негосударственный, частный банк. А владели этим банком как раз Рокфеллер, Ротшильд, Морган, Варбург, Шифф и ещё какие-то банкиры.

То есть дедушка Ника Рокфеллера мог совсем не работать. Напечатал с утра доллар – пошёл, молока купил. Напечатал миллион – пошёл, вертолёт купил. Очень удобно. А печатная машинка (ФРС) по наследству внуку досталась. Вот кто такой Ник. Я продолжаю рассказ.

Так вот, когда он в слезах сказал, что нужно убивать так, чтобы с прибылью, я его спросила:

– А это как?

– Нужно убивать арабов.

– А это очень выгодно?

– Очень.

– Тогда я позвоню сейчас Рамсфельду, пусть бомбит арабов, выгодное дело.

– Да погоди ты, – остановил меня Ник.

– А чего?

– Нужно сначала в Америке людей поубивать немного.

– Ух ты! Здорово. А прибыль будет?

– Конечно будет. Что ж мы – нелюди, что ли, без прибыли убивать?

Тогда я вспомнила про свою маму:

– Только вы мою маму не убивайте, ладно?

– А на фига она тебе?

– Ну я не знаю, так, пригодится на всякий случай.

– Ну как она тебе пригодится? У нас-то денег больше… Маму какую-то придумала. Ну хорошо, мы её предупредим, когда башни взрывать будем. Ларри уже всё заминировал, Рамсфельд подгонит самолёты… Теперь внимание! Американцев будем убивать мы, но скажем, что это сделали арабы.

– Ах вот как это делается!

– Да, всё гениальное – просто. Убиваем американцев, говорим, что виноваты арабы, а потом спокойненько убиваем арабов сколько душе угодно.

– Великолепно! А когда будет прибыль? Убивать – это же денег стоит: на бомбы, на патроны, на бензин.

– Всё это будет покупаться на кредиты, а кредиты буду давать я, под процент – уже прибыль.

– Машины, танки, гробы, солдаты для гробов, самолёты, бомбы, опять самолёты, всё разнесёт к чертям. Потом восстанавливать…

– Восстанавливать тоже будут на кредиты, в долг, а в долг буду давать я, под процент, я же банкир.

– … авианосцы, бронежилеты… А в чём прибыль-то?

– Мы захватим весь бизнес, всё сырьё, всю землю, – сказал он.

– Но это же очень трудно: всё отобрать. И незаконно. Нас же будут обзывать ворами, а это неприятно.

– Мы захватим всё самым законным образом. Не нужно бегать по всему Афганистану и вырывать кошельки из рук. Для того чтобы захватить страну с её богатствами, достаточно только лишь захватить центральный банк этой страны, место, где печатаются деньги, печатный станок… Для начала можно просто напечатать себе сколько хочешь афганских денег и скупить всё, что покупается. Потом ещё напечатать, потом ещё. Начнётся инфляция, рост цен. Чтобы не потерять последнее, чтобы не обесценились накопления, чтобы не разориться окончательно, народ, предприниматели бросятся покупать доллары. А кто печатает доллары? Я, мы, ФРС… Новые владельцы долларов попадут в наши грубые руки, в нашу соковыжималку, которая уже долго давит сок из американцев, англичан и прочих примкнувших. Эта соковыжималка называется «кредит с процентами». Чтобы вам, Кондолиза, было понятно, как работает этот нехитрый механизм, я расскажу вам сказку, которую я часто рассказываю своим детям на ночь. Сказка такая:

Долг неоплатный или одиннадцатый доллар

Вот куда попадёт человек, живущий в долларовом мире. Он обязательно станет банкротом, он обречён стать банкротом. Он обречён брать кредит, чтобы стать предпринимателем и обречён не расплатится с кредитором. Если ему повезёт расплатится один раз, то в другой раз обязательно разорится, это как в казино, это математика. А если человек не берёт кредитов, он всё равно будет беднеть, получая всё меньшую и меньшую зарплату, он будет больше работать и больше платить за товары. Например, квартиру он купит в глубокой старости, когда ему уже не нужен будет дом.

Рокфеллер поковырял в носу и продолжал:

– Главный секрет – кредит с процентами, как в этой сказке. Государство США не имеет права печатать деньги. Оно может только брать в долг у ФРС, у нас то есть. Так по закону. Джон Кеннеди рискнул печатать деньги от лица государства, поэтому нам пришлось его убить.

Рокфеллер ещё поковырял, но в другой ноздре:

– Да, главное, кредит с процентами, поэтому наша главная ближайшая цель – восток, а именно страны, где нет ещё нашей долларовой системы, где нет наших банков, где центральный банк принадлежит государству и где деньги печатает само государство и даёт в экономику без процентов. Это исламские страны.

В Коране прямо сказано, во второй суре: ростовщичество – грех. Ислам запрещает давать кредит и требовать проценты за него. Согласитесь, Кондолиза, это ломает весь наш бизнес. Что за тупая религия? Кредиты разрешает, а проценты – нет! На хрена тогда кредиты?

Надо разбомбить эти придурошные страны. Сделаем президентами своих людей. Коран сожжём. Надо изъять эту книжку из всех библиотек. О! Закон примем, чтоб запретить Коран. Это же экстремистская литература!.. Ноль процентов! Какой интерес будет для меня давать кредиты? Так ведь все банки закроются! Миллионы талантливых людей останутся без работы…

А как хорошо сейчас! Сейчас всё в наших руках. Мы можем регулировать процентную ставку. Хотим 2 %, а хотим 4 %. Даже кризисы в наших руках, никакой анархии, всё под контролем. В кризисах мы хорошо закупаемся. Смотрите, как мы это делаем.

Когда мы делаем ставку 2 % годовых, дурачки бизнесмены набирают кредитов. Они накупают оборудования, развиваются, накапливают жир. Тут мы делаем ставку 4 % и мгновенно пропадают доллары – кредиты брать невыгодно, а выгодно деньги в банк положить и получать проценты. Накопившие жир бизнесмены-дурачки не могут выплатить проценты и всё продают по дешёвке. А покупает кто? Мы, конечно! У нас же всегда денег навалом! А ещё называют это кризисом! Какой же это кризис? Сплошное удовольствие! С помощью таких кризисов мы уже скупили все самые ценные предприятия во всём мире! Все! Вся нефть у нас! Все металлы у нас! Вся земля у нас! Все высокотехнологичные предприятия у нас! Все телеканалы, все газеты, информационные агентства – всё мы уже скупили! Во всех странах! Кроме исламских… Козлы, испортили монолог мне. И Ким Чан Ир ещё в Северной Корее барахтается, и Уго Чавес в Венесуэле… никак не потонут…

Атак, всё у нас. Если появляется какая-то фирма, приносящая доход, но не нам, – мы организуем кризис, фирма не сможет платить проценты и собственник должен будет продать её нам. Вряд ли появится большая фирма-самородок, которая не брала бы кредитов: она же всегда будет проигрывать нашим фирмам, которым мы можем дать любые деньги, они перекупят специалистов, купят новые станки, технологии. В общем, без кредита нет шансов стать крупным предпринимателем, а с кредитом нет шансов не обанкротиться во время кризиса и не попасть в наши руки…

– Постойте, Ник, – остановила я Рокфеллера, – я запуталась, я не понимаю, вы что? хотите завладеть всем миром?

– Да. В следующем году мы планируем повесить Чавеса, в этом году начнём с Афганистана, потом Ирак… Осталось чуть-чуть. Да! Мы хотим завладеть всем миром! Мы уже почти владеем им. И мы обязательно завладеем им полностью!

– А зачем?

– Как зачем? В стратегических целях! Если миром будет владеть кто-то другой, то к власти может прийти какой-нибудь Ленин, а Ленин может напасть на Америку. Вы же не хотите этого? А сейчас мы контролируем мировую экономику, мы финансируем и допускаем до выборов только безобидных, проверенных нами политиков. Про такого политика, как Ленин сегодня никто даже не узнает.

Мы знаем всё, что происходит в руководстве любой страны. Денег у нас, сколько хочешь, поэтому мы можем оплатить любого информатора, проще говоря шпиона, современная техника позволяет прослушивать и просматривать любые помещения… Если какой-то нынешний руководитель сойдёт с ума и воспылает ненавистью к нашему миропорядку, то мы его с лёгкостью или подкупим, или запугаем, или стукнем слегка по левой щеке или пристрелим упрямца в крайнем случае. Наёмный убийца – это недорого. Согласитесь, Кондолиза, вместо того чтобы допускать третью мировую войну, намного разумней и проще – пристрелить всего лишь одного вредного нам политика. Жаль, такие простые способы у нас пока не работают с арабами. Как-то они там запаковались, никак мы туда проникнуть не можем. Кто-то им, я думаю подсказал про нашу методику… Тем хуже для них. Значит будем бомбить. Сначала оторвём голову талибам. Скажем, что они Бен Ладена прячут, что они смертников обучали в школе смертников, как делать теракты.

А какой мы теракт придумали! Лиза, ты обалдеешь! Тупые талибы до такого бы никогда бы не додумались. Представь, самый большой Боинг врезается в небоскрёб. Взрыв, пожар, сенсация! Все телекомпании включают прямой эфир. Все прилипают к телевизорам. И тут в прямом эфире появляется второй самолёт сполными баками керосина и у всех на глазах лупит соседний небоскрёб! И все это видят! Все орут, бегают, пожарные тушат, вертолёты летают, люди выпрыгивают из горящих башен… А тут вдруг появляется третий самолёт и вшибается с размаху в третий по высоте небоскрёб! И тут же рушатся первые два небоскрёба. И всё это в прямой трансляции на весь мир! И ещё один самолёт Пентагон протаранит… И учтите, что все будут думать, что это пассажирские самолёты и что они захвачены террористами. То есть будут переживать за заложников-пассажиров, а у них на глазах все эти заложники расшибаются в лепёшку и поджариваются! Перед теликами инфаркты будут.

А по телеканалам мы расскажем, что теракты организовал и профинансировал Бен Ладен, что он уговорил террористов стать смертниками и что теперь он прячется в Афганистане. Чушь, конечно, но народ поверит, а не поверит – да и хрен с ним.

Вообще, народ на нашей планете живёт доверчивый. И не хочешь обмануть – обманешь. Вот мы с мировым терроризмом боремся. А сколько этих террористов в мире всего, как ты думаешь?

– Ни одного, что ли?

– Ну конечно, ни одного! Даже скучно порой, хочется, знаешь, поймать террориста, отшлёпать его, чтоб не хулиганил, хочется почувствовать себя полезным, суперменом, защитником. Ни одного террориста. Всё самим приходится взрывать, убивать, стрелять. Вот Бен Ладен. Кто он был? Никто. Жалкий саудовский миллионеришка. Даём ему небольшой текст, сотню бомжей для массовки, наряжаем их автоматами, снимаем на плёнку. Вот и вся Аль-Каида.

На нас целая армия врунов работает. В газетах, на радио, телевизор, в кино, в музыке. Историки все вруны. Вот Голливуд возьмём. Ни одного честного фильма. Задача каждого режиссёра такая: показать, что люди в ФРСных странах (в тех, которые находятся в нашей власти) живут беззаботно и богато. Хотя на самом деле людишки-то в нас нищие. Все в долгах, работают с утра до ночи, даже дома своего у большинства нет – бомжи, одним словом. Но если в телеящике они круглые сутки видят роскошь и благополучие, то, даже сидя по уши в навозе, волей-неволей начинают ощущать цветочные ароматы. Верят, болваны. Своим глазам не верят, а телевизору верят.

А в не наших странах режиссёры должны показывать жизнь в самых мрачных красках – нищету, преступность… В голове зрителя сама собой должна рождаться мысль: «Эх, скорей бы в мою страну американские банкиры приехали! Вот бы жизнь сразу наладилась! Жили б мы тогда, как в Санта-Барбаре». Такая пропаганда одновременно уменьшает недовольство в наших странах и увеличивает недовольство в странах, нами ещё не покорённых…

Рокфеллер остановился. Посмотрел мне прямо в глаза и взял мою руку.

– Может быть ты мне не веришь? Думаешь, я вру всё? И про доллары, и про то, что почти весь мир в нашей собственности, и про банды убийц, убивающих любого по нашему заказу (кстати, если тебя кто-то обидел, смело обращайся ко мне – пристрелим, отравим), и про тотальную всемирную цензуру и пропаганду… – думаешь, это всё слишком невероятно, чтобы быть правдой?

– Верю! Изо всех сил, как школьному учителю, как Сиэнэну верю! А если мне надо убить кого-нибудь, я сама справлюсь. Вот лежит секретарша с дыркой с голове. А тебе верю.

– Не веришь, по глазам вижу, не веришь, – убеждённо сказал Ник. Он повернулся к столу с компьютером, защелкал мышкой.

– Смотри. Терминатора смотрела?

На экране шел эпизод из «Терминатора» Джеймса Кэмерона. Ртутный робот на машине пытался догнать несущийся по длинному жёлобу мотоцикл. Ник нажал на паузу. На мосту, под которым проехал Шварценеггер, крупными буквами чётко было написано: «Осторожно 9/11».

– 9/11 – это 11 сентября. В этот день надо быть осторожнее, потому что будет наш грандиозный теракт. В этом году… Следующий киношедевр. «Матрица», братья Вачёвски. Делаем паузу. Паспорт Нео. Смотри, какое число? Одиннадцатое сентября 2001 года. Мы вставили эту дату во многие фильмы. В глаза не бросается, но она есть. Конечно, невероятно, чтобы разные люди точно угадали дату теракта. Это не случайность. Они знают и молчат, потому что сознательные граждане, патриоты.

Да, мы контролируем всю информацию. Лишить нас власти может только народ и революция, поэтому мы не допустим революции, мы контролируем сознание каждого человека через информацию, которую он впитывает.

Очень много институтов, много людей работают для того, чтобы в голове каждого человека была нужная нам картина мира. Мы изучили человека. Он прост. Если в голове человека нарисовать стройную картину мира, то он уже сам будет защищать и оберегать её от неукладывающихся в эту картину фактов. Он даже не будет верить своим глазам. Он ослепнет, оглохнет. Он станет сам передавать эту картину мира другим людям; как вирус, она будет размножаться и заселять человеческие головы. Мы будем регулярно с помощью новостей подтверждать эту картину и человек будет радоваться: как удачно все новости укладываются в мою картину мира!

Мы не просто тупо врём. Нет. Мы врём не словами, мы врём делами, мы создаём лживые события. Например, мы создаём суперзвёзд кино, музыки, спорта. Зачем? Очень просто. Подросток смотрит на них и думает: как просто стать миллионером в Америке! Помахай клюшкой немного, спой пару песенок, снимись в простеньком кино (текст тебе дадут) – и ты уже миллионер! И уже не важно, что таких звёзд-миллионеров всего двадцать человек – мысль крепко сидит в голове подростка и не вырвать её даже кусачками. Вот зачем мы платим какой-нибудь дуре миллионы долларов за роль в тупой комедии и потом тысячу раз показываем по всем телеканалам, телепередачам, в рекламе, в новостях. И человек живёт в иллюзорном мире миллионеров, даже если вокруг него только нищие, бездомные, как и он сам, люди и бедный серенький город.

Это для массовой аудитории.

Для очкариков большелобых мы издаем исторические книжки. В книжках лучше всего писать про геноцид. Никто не верит, что можно врать на такую тему, поэтому про геноцид можно врать, что угодно – поверят в любую дикость, в любые цифры. Зачем нам выдумки про геноцид? А затем чтобы любой противник нашей долларовой соковыжималки автоматически превращался в бесноватого каннибала, людоеда, которого можно не слушать. Только такой правдоискатель вылезет на трибуну и скажет, что он против Америки, в головах у публики начинаются мультики: голос оратора заглушают стоны истязаемых в застенках тысяч мучеников и хлопки выстрелов револьверов палачей; перед глазами обрызганные кровью стены подвалов и ямы, заполненные свежими трупами, гремят бульдозеры. У оратора вырастают рога, из его карманов торчат синие ручки замученных им перед выступлением детишек, его рот брызжет кровавой слюной, микрофон в руках антиамериканиста превращается в гранату, он дёргает чеку… Бледные зрители, давя друг друга, в панике разбегаются… Налоговая политика, банковское законодательство – всё это скучно и непонятно… А геноцид? Он прост и понятен, он будоражит, он бодрит. Про геноцид хочется рассказать другу, детям, предостеречь. Защищая правду о геноциде, не грех и подраться, набить морду злодею, отомстить за убитых.

Нет, нет, Кондолиза, даже не уговаривай меня, геноцид – это прекрасно. Все живы, а эффект какой! Порой даже хочется чего-то настоящего, жизненного, не придуманный, а какой-нибудь настоящий геноцид организовать, посмотреть, как бы оно получилось… – Рокфеллер мечтательно задумался. Я спросила:

– А сталинский геноцид-то был? Миллионы расстрелянных?

– Не было. Роберт Барский начинал эту тему, 7-й отдел. Какие они документы выделывали! М-м-м… Лучше настоящих… Русские 4 года назад полезли трупы искать в самом крупном захоронении, на Бутовском полигоне. Ну, конечно ничего не нашли. И что ты думаешь, рассказали на всю страну, что расстрелов не было? Ни фига такого! Притащили, дурни, скелет из музея, сфотографировали, в газетах написали про горы трупов, открыли там музей памяти; ходят там теперь, слёзы льют, оплакивают неизвестно кого, Сталина проклинают – думают, что он трупы в другом месте перепрятал, следы заметал… Смешные, ей богу. Я уж думал, в этот-то раз засомневаются, нет? Нет, верят, верят, – правильная подача информации и хорошая зарплата – и твои подопечные будут верить во что угодно. Если в голове поселился геноцид, его оттуда уже ничем не выведешь. Геноцид – это навсегда.

– И фашисты евреев не убивали?! Шесть миллионов.

– Ни шесть, ни двадцать шесть. Померли, конечно, несколько тысяч евреев от тифа на лагерных заводах. Да, от тифа. Гитлер очень переживал из-за этого. Они же ему топливо, снаряды делали, чтобы русских убивать. Очень переживал, с насекомыми боролся; чистота – залог здоровья, понятное дело.

– А геноцид армян в Турции? Неужели и там ничего не было?

– Не было. Старик Холлуорд работал. Ах, какие он кровавые истории сочинял! Мясники после его историй работать не могли, с мясобоен увольнялись. Только он, Холлуорд, дурень, всё никак не мог со вторниками договориться. Напишет, что 1-го августа, во вторник, например, всех армян Битлиса утопили в Евфрате. Трагическая история, я рыдал, как ненормальный. А на другой странице сообщает, что чудом спасшаяся старушка, мокрая и измождённая, пришла с протестом в английское посольство 8-го августа, в пятницу. Лень было дурню календарик купить.

– Тогда может быть геноцид Пол Пота в Камбодже был? Там люди дикие, мыло едят. Говорят, там Пол Пот три миллиона человек саблями порубал – больше, чем армян. Ну уж из трёх-то миллионов хотя бы один настоящий миллион трупов был? Я сама видела на «Хистори Ченал» братские могилы, десятки, сотни тел, черепа, их на полочки потом ставили.

Рокфеллер с виноватым видом посмотрел на свои ботинки:

– Были братские могилы, были. Как же им не быть? Три года из четырёх полпотовскую Камбоджу бомбили наши самолёты, вьетнамская армия зашла с востока в Камбоджу и убивала полпотовских солдат. Были могилы, не спорю. Только Пол Поту эти могилы были нужны в самую последнюю очередь. Ну подумай сама. Ты – Пол Пот. В твою страну вторгаются полчища врагов. Ты боишься, что тебя убьют. Что ты будешь делать? Или всё для фронта, всё для победы или… ты оголишь фронт, тысячи солдат ты направишь в тыл, прикажешь им вместо оккупантов убивать рабочих, которые делают им одежду и оружие, прикажешь убивать крестьян, выращивающих для солдат рис? И ты будешь убивать свой народ, мирное население, вместо того чтобы поставить его под ружьё, вместо того чтобы набрать из народа новых защитников родины? И ты будешь убивать врачей, который не покладая рук лечат твоих солдат? Бред и наивность. Для занятия геноцидом у тебя, Лиза, даже времени не останется. Все мысли будут заняты лишь тем, чтобы отбиться от грабящих твою страну оккупантов.

– Удивительно. Пол Пот и геноцид – эти понятия неразделимы, как нитка и иголка. И вдруг… А свидетели с трагическими лицами и историями?

– Актёры.

– А музыка трагическая?

– Композиторы.

– Я потрясена. Погоди. Японцы китайцев уничтожали?

– Нет.

– А китайцы тибетцев?

– Нет.

– Как это нет?! Тибетцев с далай-ламой?

– Нет конечно, я уверен.

– Безумие… Быть не может. Чем же они тогда там занимались? Встал, почистил зубы, позавтракал, поубивал тибетцев, поужинал, лёг спать… Разве не так?.. Ну знаете!.. Кто ещё? Этот… В Ираке, Саддам Хусейн, диктатор, просто зверь! Он не травил курдов химическим оружием?

– Нет.

– Он не мог не травить – он диктатор!

– Мог.

– И коммунистов в кислоте не растворял?

– К сожалению, нет.

– У него что, кислоты не было, что ли?

– Была, но он её чуть иначе применял, В промышленности.

– У них там ещё и промышленность есть?! Ну знаете… А в Африке был геноцид? Там же каждый год геноцид. То в Зимбабве, то в Руанде, то в Судане. В Руанде, там тутси и пхутху, я знаю. И кто-то кого-то перерезал. В Руанде миллион трупов получилось! По трупу на квадратный метр если… Погоди… Стадион, футбольное поле, это сто на пятьдесят, два поля: 100 на 100… Двести футбольных полей, покрытых трупами! Двести. Как здесь можно ошибиться?!

– А никто и не ошибался. Просто выдумали. Если бы было двести полей трупов, мы бы вертолёт с кинокамерой запустили. Отличное бы видео получилось. Первое поле, второе, третье, сплошь трупы, на горизонте двухсотое, а пока только девятое, одиннадцатое. Видела что-нибудь такое? Нет. Потому что не было такого. От трупа нет большой прибыли – одни убытки. Это понимает даже самый странный диктатор. Своим глазам надо верить. И то не всегда помогает. После того как мой папа с друзьями убили Кеннеди, помнишь, Освальда арестовали, а потом и его какой-то псих пристрелил? Я про то чему верить. Так вот, та видеозапись, где Освальда убивают, целиком постановочная, отрежиссированная. Нет, убили «убийцу Кеннеди» по-настоящему. А вот убийцей был наш сотрудник спецслужб. А вовсе не Джек Руби, которого якобы поймали на месте преступления. Лицо убийцы тщательно вырезано с плёнки, которая была смонтирована. Но даже со спины видно, что толстяк Джек Руби не похож на убийцу, который был худым (у нас киллеры все тренированные, подтянутые), да и затылки у них разные, и уши. Я тебе потом покажу не отредактированную плёнку, где видно лицо убийцы. Даже видео и фотоплёнка могут обманывать. На плёнке, где убивали Освальда, около 20 ЦРУшников и они отлично знали, какую сцену они должны разыграть. Всего лишь через три секунды после нападения убийцы, ему на голову уже надевают мешок. Странно, правда? Будто дядя всю жизнь с мешком в кармане ходит и первое, что он придумал в такой свалке, это надеть на убийцу мешок, а не наоборот, показать лицо убийцы в видеокамеру, чтоб все увидели, кто стрелял. Но чтобы заметить такие тонкости, нужно вглядываться, а поскольку никто не вглядывается, никто и не замечает их. Надеюсь, с терактом 11 сентября у нас не будет накладок. А если и будут накладки, я плакать не стану, сдержусь.

Главное, что тебе, Лиза надо запомнить, – вся пресса принадлежит нам, банкирам ФРС, поэтому вся пресса работает на то, чтобы власть осталась у нас, поэтому вся пресса передаёт только ложную или пустую информацию, для того чтобы держать население Земли в темноте и невежестве, а значит в покорности и рабстве.

Надеюсь, ты понимаешь, что не следует пользоваться информацией, предназначенной для населения. Нужную информацию ты будешь получать от меня. И учебников исторических не читай. Их мы для населения пишем, тоже всё враньё. А как иначе? Хочешь обыграть врага, обмани его. Вот примерчик вранья: в 1941 году японцы неожиданно разбомбили американский флот в Перл-Харборе. Враньё. Как удалось эту дерзкую неожиданность снять на плёнку, причём с нескольких видеокамер? И почему на этих плёнках не видно самолётов, бомб и начала взрыва? Потому что начало взрывов мы вырезали, а самолётов японских с авиабомбами там не было совсем. А неожиданную атаку удалось заснять на плёнку, потому что она не была неожиданной. Подрывники, не японские разумеется, заложили взрывчатку, расставили видеооператоров и взорвали. Зачем нам нужен был этот обман? Нам нужно было изобразить военный конфликт с Японией, которая на самом деле была и остаётся нашей колонией и полностью нам подконтрольна. Нам нужен был повод не вступать в активные боевые действия с Германией, о чём нас очень просили русские. А мы им отвечали, что у нас есть сильный враг – Япония и поэтому ничем пока помочь не можем… Но писать про это в учебниках истории мы, конечно, ничего не будем.

Понимаешь, что получается? Вся история, сидящая в людских головах, совершенно не похожа на то, что происходило на Земле. Не похожа, лжива именно потому, что составлена из таких вот лживых эпизодов. И сто лет назад мы делали одно, а в газетах и книгах писали другое. Историю мы сделали ещё одним нашим оружием. Люди, воспитанные на нашей истории, будут делать то, что мы хотим.

Из года в год ложь накладывалась на ложь и теперь никто, даже я, не может быть уверен, что он точно и правильно представляет развитие человеческой цивилизации… Сегодня для своих целей я перевираю далёкую и близкую историю, а через сто лет мои дети, выросшие на лживых учебниках, будут перевирать уже не реальную историю, а моё враньё. И так несколько раз.

Например, в чём был смысл 2-й Мировой Войны?

– Гитлер мечтал убить всех евреев и захватить весь мир. Да, не много было смысла в этой войне.

– Ну кому нужен Гитлер и его мечты?! Мечты должны сбываться у солидных, состоятельных джентльменов. Война была затеяна с целью завоевать СССР. И чтобы Гитлеру это проще было сделать, мы ему помогали. Мы предоставили ему все европейские ресурсы. Европейские страны в 1939–1940 годах не сопротивлялись немцам не потому, что не могли, а потому что это был наш приказ. Таким образом мы предоставили Гитлеру всевозможные ресурсы: сырьё, заводы, деньги, рабочих, солдат. И он, за два года как следует вооружившись, в 1941 году напал на СССР. Но победить не получилось.

Побеждать СССР надо было не силой, а умом. И это получилось, потому что русские – тупые, а мы, евреи, – умные. Постепенно мы провели на главные государственные должности в России нужных нам людей. На людей можно влиять по-разному: на дурака – обманом, на подлеца – деньгами, на труса – угрозами. Любой человек либо дурак, либо подлец, либо трус… И всё. Власть в СССР стала наша, после этого уже было совсем несложно разделить эту страну на части, практически уничтожить промышленность и установить наш политический режим. Сначала мы уничтожили ядерное оружие, то, что больше всего нам угрожало. Только не надо, чтобы об этом было известно. Пусть все думают, что холодная война продолжается. Будем шпионов время от времени находить друг у друга. Дипломаты будут ссориться. А ядерные ракеты на нас не полетят. Так что мы можем делать, что угодно. Если вдруг спьяну Путину захочется побомбить Америку, ничего у него не полетит. Скорее ему влетит. Кремлёвская охрана – наша, КГБ – наш, армейские генералы тоже наши…

Теперь будем помаленьку уничтожать население. Если бы у Сталина было мало людей, он бы никогда не победил Гитлера. Поэтому число русских надо уменьшить обязательно. Это лучше всего сделать экономическими методами. Конечно, отряды пулемётчиков, расстреливающие прохожих на улицах, были бы очень эффективны в деле уменьшения численности населения. Но этот способ наверняка бы вызвал смутные подозрения в народе. Русские стали бы подозревать, что их кто-то намеренно уничтожает. Поэтому экономические методы лучше. Мы сделали население нищими, а медицину, образование и жильё – дорогими. И это работает. Нищих не надо призывать к бездетности – они и так не захотят рожать. Но есть в России и более богатые, с помощью которых мы управляем страной. Их мы обязательно будем призывать к бездетности. Врачам мы больше платим за аборт, чем за помощь при родах. Поэтому каждую беременную врачи изо всех сил уговаривают сделать аборт. И чем врач убедительнее, тем больше он заработает. Мы рассказали русским о страшном перенаселении планеты, мы внушили им, что, перестав рожать, они спасут мир от перенаселения. Лучше жить для себя, получать от жизни удовольствие. А дети – это такая обуза, от них одни проблемы и убытки. Люди учатся на примерах. Поэтому надо снимать фильмы без многодетных семей или снимать, но в комическом или отрицательном виде. Вообще, персонаж положительный не должен иметь детей. Супермен имел детей? Нет… Чтобы заставить всех покупать презервативы, мы выдумали в 1981 году историю со СПИДом. Мол болезнь смертельная, заразная, передаётся половым путём. Не влезай, убьёт! Народ верит.

Да, много интересных выдумок наши авторы рождают. Например, НЛО. Казалось бы, глупость. Какая польза нам может быть в выдумке про НЛО? А такая. Мы должны сделать так, чтобы люди друг другу не верили. НЛО в этом так помогает: в телевизоре выступают наши актёры, которые играют роли людей, видевших НЛО, а также выступают доверчивые эксперты и журналисты, верящие в НЛО. Что думает обычный зритель, видя это? Он думает, что мир полон идиотов, психов, которым мерещится всякая ерунда. И если каким-то чудом такой зритель вдруг встретится с правдоискателем, разоблачающим наши преступления, он подумает: «Ещё один ненормальный, как же их много развелось, экология, что ли на мозги так плохо влияет? Не буду его даже слушать, поважнее дела есть, каждого дурня слушать – жизни не хватит.»

Или так. Выступает какой-нибудь артист в концертном зале или на радио и искренно так, с музыкой, обличает нас, американскую власть, как террористов, как мы бомбы закладывали в дом Мюррея в Оклахома-Сити в 1995 году или как мы самолёт над Локкерби взорвали в 1988 году и прочее в таком духе. Зритель покорён, он думает: «Вот наконец появился человек, который говорит правду». Зритель аплодирует, он восхищён… И вдруг… Наш артист начинает нести пургу про рептилоидов, которые высасывают жизненную энергию из всех нас, про гигантов-инопланетян, построивших пирамиды, про вечную молодость, про энергию разума и далее в таком же духе продолжает пороть чушь про всё потустороннее и самое таинственное… А зритель-то в этот момент и ломается. Он чувствует себя полным идиотом. Человек, который говорит правду, оказывается безграмотным мракобесом, эзотерикам, шаманом каким-то, только без бубна… «Значит и то, что он говорил про американских банкиров-террористов – бред сумасшедшего? – думает наш образованный зритель. – А я то поверил, дураку какому-то поверил, вот чёрт!»… Либо наоборот, зритель попроще полностью покорён артистом, все его слова принимает за истину и превращается в его копию, становится разносчиком мистической бредятины, тесно сплетённой с политическим радикализмом. Вот какая польза от НЛО и подобного бреда. Его надо смешивать с теми, кто нам не нравится. Подобный приём можно применить и так:

Появляется в новостях, в конце, где приколы и хохмы, кандидат в президенты с выпученными глазами и предлагает, подлец, национализировать нашу ФРС, а также в нагрузку предлагает легализовать наркотики, особенно героин, как срочную меру и в школах детям бесплатно раздавать вместо завтрака. Таким артистам мы хорошо платим.

А вот если артист плохо себя ведёт, то он за это заплатит. Вот скажи мне, кто такой Джон Леннон, чтобы требовать от нас чего-то? Да, он спел три песенки и что? Теперь мы должны выполнять все его желания? Ему видите ли хочется, чтобы мы вывели войска из Вьетнама. Ну не нахал? Мы же в его бизнес не лезем… Ну, собрались мы тогда на совещание. Сидим, думаем, убить Леннона или отдать Вьетнам и потерять миллиарды. Все выступают: мол, хрен с ним, с Вьетнамом, что мы, с голоду помрём без него, что ли? А я, молодой тогда был, горячий, с ними спорю: а вдруг помрём? Давайте лучше пристрелим артиста. Они возражают: ой, а нас не накажут? А я их успокаиваю: не накажут, я способ знаю, чтоб не наказали. Надо его пристрелить, а по телевизору сказать, что это не мы его пристрелили, а псих какой-нибудь. Тут все удивились моей находчивости и согласились. Так мы и поступили. Пристрелили певца за неправильные песни. Не сразу, конечно. Сначала мы ему намекнули, мол, не заткнёшься, пристрелим. Не понял он намёка, хотя намёк, на мой взгляд, достаточно прозрачный. Леннон думал, что на такую знаменитость, как он, у нас рука не поднимется. А мы так не думали.

Запомни, Лиза: сумасшедших не существует. Может, и есть какие слабоумные, так они давно по дурдомам рассажены, живут жизнью кактусов, милейший народ, им ничего не нужно и от них никому ничего не надо. Поэтому если какой-то сумасшедший очередной раз убьёт известного человека или кучу неизвестных людей, знай: опять запущена операция «псих»… Не можем же мы по телевизору объявить, что по решению правительства ЦРУшник Смит вчера казнил гражданина Леннона за антигосударственное поведение – у нас же демократия. А выпустить такую новость: «Вчера псих Марк Чапмен по глупости своей и от желания прославиться (идиотом) пристрелил Джона Леннона за его хорошие песни» – можем.

Да, теоретически псих Марк Чепмен мог убить Леннона, но разве псих Марк заказывал грязные статьи против Леннона или антиленноновские комедии? Разве псих зарабатывал миллиарды на войне во Вьетнаме?..

И теперь актёры и певицы занимаются своим делом и банкиров жить не учат.

– А почему Чепмен не отрицает, что убивал Леннона?

– Он очень умный мальчик. Мы ему объяснили, что если он будет с нами сотрудничать, то получит трёхразовое питание, телевизор, книги, а если будет упрямиться, то получит приговор к высшей мере. Он понял. Играет роль убийцы, а мы его за это не посадили на электрический стул.

Когда люди нас понимают, тогда и мы к ним по-человечески относимся. Вот почему мы убили принцессу Диану? Она связалась с арабом, была беременна арабёнком. Представь, что бы было, если бы она его родила. Он бы вырос, английский принц – араб. А если бы ему вдруг вздумалось отомстить за своих? Зачем нам такие проблемы? Ей предлагалось сделать аборт. По высшему классу, под наркозом. Она почему-то отказалась.

Нужно просто не бояться убивать. Мы же врагов убиваем. Они могут принять облик беременной дамы или добренького музыканта, надеясь на нашу слабость. Это обман. Они легко нас уничтожат без колебаний и сомнений, если мы не уничтожим их. Мы сделали Америку великой, а они хотят уничтожить Америку… Власть не удержишь улыбками и подарками. Надо убивать. Но народ должен думать, что убиваем не мы, а психи, как Чепмен.

Народ должен думать, что психов полно. Палестинцы, чеченцы, японцы – все придурки и каждый второй готов взорвать себя. Так должны думать. С японцами как было? Самолётов-то у них нормальных не было. А нам нужно было изобразить так, будто Япония – это страшная сила. Поэтому мы придумали, будто у японцев много страшных камикадзе, которым неведомы радости жизни и которые, не задумываясь, погибнут, врезавшись на примитивном самолётике с бомбой в американский корабль. Чтобы думали, что смертников полно, мы устраиваем теракты. Но со смертниками трудно. В газете объявление не напечатаешь, по улице ходить, искать желающих не будешь. Да и вообще, народ в последнее время хлипкий пошёл. Ему миллион долларов в руки суют – на, бери, пользуйся, – а он всё равно упирается, не хочет смертником становиться. Ни самолёта своего, ни банка нет, один сплошной голый зад – всё равно, ни в какую… Но человеческое несовершенство нас никогда не останавливало… Как сделать смертника? Просто. Нанимаешь шофёра, сажаешь в машину, в которой тонна тротила. Посылаешь его в любую нужную тебе точку города, например к отделению полиции, и дистанционно взрываешь, когда тебе нужно. В новостях объявляем, что смертник на машине протаранил отделение полиции. Или. Нанимаешь курьера, посылаешь его подальше. В метро или в аэропорту бандероль дистанционно взрываешь. В новостях бодрым голосом сообщаешь, что смертник взорвал себя сегодня в метро, очевидно он пытался поставить на колени Англию (Израиль, Россию и т. д.), но мы не сдадимся!

И для теракта 11 сентября уже готовы смертники. У нас же всё вокруг в видеокамерах, они обязательно где-нибудь запишутся. Про теракт им ничего не говорим, просто этим арабам поручены несложные задания, отвезти бумаги и подобное. Видеокамеры их заснимут. Несколько человек учатся в лётной школе управлять самолётом. После теракта преподаватели их опознают. Другим арабам поручено переводить деньги из Пакистана в Германию и так далее, не важно куда. Останутся фамилии, номер паспорта, счета… Они у нас будут финансистами. Их мы поймаем, посадим. Смертников придётся пристрелить незадолго до теракта, а то странно будет, если они потом где-нибудь воскреснут. Финансисты расскажут, что переводили деньги Бен Ладена. Преступление раскрыто полностью. Исполнители на том свете. Заказчик известен, известно, где он прячется и мы его будем ловить. Ловить будем танками, самолётами, военными кораблями и авиабомбами – враг серьёзный.

Конечно, легенда не самая убедительная, но народ доверчив, он верит в теории заговора… Бен Ладен ходит по саудовским мечетям и пристаёт к прихожанам: «Милейший, мы тут хотим Америку покорить, нам нужны добровольцы на роль смертников. Ваша задача будет несложной: захватить самолёты и врезаться на них в небоскрёбы и Пентагон. Что это нам даёт? Америка сдаётся и капитулирует. Президент уходит в отставку, а на своё место назначает меня, Беню Ладина. Я делаю США исламской страной, по всей Америке, и по Южной тоже, мы возводим мечети. Под угрозой военного вторжения все страны в мире делают государственной религией мусульманство. Планета покрывается ровным слоем мечетей, женщины покрываются паранджой, ростовщичество повсюду запрещено, нынешние банки все закрываются, остаются только исламские. И будет создан всемирный халифат! И Вас, милейший, Аллах посадит на самое почётное место в раю и наградит наслаждениями… Запись в смертники производится по адресу: улица Али-Бабы, дом 40, с 9:00 до 11:00, спросить Беню. И не тяните резину, до 11 сентября вам ещё нужно будет научиться управлять Боингом…» И от желающих записаться не было отбоя. Всем страсть как хотелось попасть на почётное место в раю и побыстрее. А в полицию никто не донес, потому что каждый сознаёт, как жизненно важно создать Всемирный халифат…

Да, легенда неубедительная. Но надо просто правильно её подать. Когда на экране появляется Бен Ладен, надо включать страшную музыку. И почаще сообщать в новостях, что Бен Ладен всё-таки террорист. А раз так, то даже и суд не нужен будет – и так ясно, что террорист.

Надо обязательно договориться со страховщиками. Когда они уверенны, что не сам хозяин поджог свой старый дом, чтобы получить страховку, тогда выплачивают деньги. А от взрыва небоскрёбов обязательно следы взрывчатки останутся. При желании, доказать, что башни были взорваны самим владельцем, будет очень просто. Поэтому страховщиков проинформируем. Также они выплатят страховку за погибшие самолёты и за пассажиров в них. Якобы погибшие. Ведь врезаться будут не пассажирские самолёты, а военные. Глупо будет, если страховщики скажут, что застрахованные погибшие самолёты на самом деле стоят невредимыми в ангарах. Всё должно выглядеть натурально.

Лиза, мы же не можем утопить настоящие пассажирские самолёты с пассажирами в океане, например; всё всплывёт, заметят, это риск. И в башни врезать пассажирские нельзя, эффекта не будет, неубедительно будет выглядеть. Как слону дробинка. Дыры не будет, керосин сгорит мгновенно; так что отчего упали прочнейшие небоскрёбы, будет непонятно совсем. Поэтому и таранить будут военные самолёты-заправщики, до отказа набитые взрывчаткой и горючим, а специальная мощная пушка, установленная на самолёте, перед самым тараном пробьёт стену, чтобы самолёт внутрь прошёл и уже внутри взрывался, чтобы разрушения были серьёзные. А то ведь башни строились на века, конструкторы учитывали и попадание и самого большого самолёта, так что обычная авария ни капельки не повредит зданию. Военные Боинги будут обвешены пушками, ракетами; если мы также обвесим пассажирские, то кто туда сам сядет? Поэтому самолёты будут военные и без пассажиров.

Страховки будем выплачивать выдуманным родственникам выдуманных пассажиров. Конечно, надо нанять для съёмок документальных фильмов парочку проституток, которые будут играть роли неутешных вдов погибших пассажиров, сайты памяти откроем, на телемарафонах копеечку соберём, да и страховки им до пенсии хватит.

И авиакомпании тоже должны быть убедительны. У них же по-настоящему должны пропасть 4 рейсовых самолёта, с экипажами, стюардессами. Согласуем всё, это несложно, это же наши компании.

Если кто-то из твоих подчинённых станет на стороне болтать, что смертников не было, или будет ныть про возможные жертвы или про греховность развязывания войны – увольняй сразу, не задумывайся. Нам предатели не нужны.

Нам нужна честность или результат? Что мы скажем нашим потомкам, если разбазарим могущество нашей империи? «Зато мы были честными?» Честный неудачник останется неудачником. Мы должны быть наглыми, агрессивными, Мы должны атаковать, наши дела должны быть невероятными, непредвиденными. Чем чудовищнее наши поступки, тем лучше. Тем легче будет отмести подозрения.

Перед западным крылом Пентагона поставим пушку в чехле. Напротив неё уже подпилены несущие опоры и заложена взрывчатка, бочки с керосином. Боинг пустим низко, чтобы заметили. Он пролетит над Пентагоном на минимальной высоте. Чуть не долетая до Пентагона, нужно вырвать чёрный ящик в самолёте, т. е. как бы в момент падения чёрный ящик перестал записывать данные. Так у нас будет надёжное вещественное доказательство. Этот чёрный ящик будет как бы найден в развалинах Пентагона. Для убедительности перед Пентагоном будут спилены столбы, якобы сбитые падающим самолётом… В момент пролёта Боинга над Пентагоном пушка в чехле стреляет кумулятивным снарядом в стену и тут же уносится. Взрывается взрывчатка, загорается припасённый керосин. Полная иллюзия настоящей авиакатастрофы.

– Ник, а почему нужна иллюзия? Зачем так сложно? Почему настоящий самолёт не грохнуть?

– Лиза, мы же не можем эвакуировать весь Пентагон, секретарш, уборщиц, поваров… Все генералы должны быть на боевом посту, как и министр обороны. Когда мы с ним обсуждали этот вопрос, он был категорически против настоящей авиакатастрофы. Дело в том, что Боинг – это многотонная, тяжеленная, неповоротливая громадина. Его и на многокилометровую взлётно-посадочную полосу не всегда удаётся посадить. А тут надо попасть точно в западное крыло, туда, где как бы идёт ремонт и где нет людей… Военные ещё кое-как согласны убивать штатских, но убивать сами себя они не очень-то хотят; это их недостаток. В Пентагоне только пять этажей. Точно попасть в такую маленькую цель почти невозможно, особенно если управлять самолётом придётся дистанционно; малейшая ошибка и самолёт с тоннами горящего керосина рухнет на голову нашего бравого Дональда Рамсфельда. Мне-то всё-равно, но он не хочет. Может ему каску пожарника подарить?

А всю операцию можно будет видеть в ноутбуках, в реальном времени, со всех ракурсов. Но не всем, конечно. Камеры будут находиться везде: в самолётах, в кабине, в небоскрёбах и вокруг них операторов поставим, из Пентагона будет видеосигнал. Повеселимся! У какого режиссёра есть возможность влепить Боинг в небоскрёб? Нам в кино жалкие спецэффекты показывают, а тут всё по-настоящему будет! Ух, у меня прям руки чешутся! Скорей бы сентябрь. У тебя ноутбук есть?.. Я тебе подарю самый новый и мощный… Сигнал будет зашифрованный, его смогут видеть только руководители операции и особо доверенные лица. Картинку из кабин самолётов в первую очередь будут видеть пилоты, управляющие ими дистанционно. Это, как интернет, только секретный, закодированный, для военных и спецслужб.

– А башни точно упадут? Ведь в 93-м году в одной из башен взорвалась бомба, но башня не упала и даже не покосилась. Надо помощнее бомбу положить, ты уж передай кому следует.

– Ха! Бомбу. Там тысячи бомб будут. На каждую стальную опору, через каждые 15 метров будет повешена бомба. Это чтобы потом можно было пятнадцатиметровые балки вывозить на грузовиках, а то более длинные не влезут. Каждая бомба, а точнее заряд взрывчатки в форме ожерелья вешается на опору, но под углом, чтобы, когда взрыв огромной температурой разрежет сталь, верхняя часть балки легко соскользнула с нижней. А одной бомбой башню не взорвёшь.

У Джорджа брат есть – Марвин Буш. А у Марвина есть фирма «Секьюраком». Вот этой фирме вместе с компанией «Контролед Демолюшн» поручено развешивать взрывчатку. Вообще-то «Секьюраком» по контракту должен был установить новую систему безопасности за последние 4 года, но взрывчатка, на мой вкус, тоже неплохо. Заряды будут взрываться сверху вниз, сначала верхний этаж, потом мгновение спустя следующий и так до земли, чтобы здания аккуратно сложились.

– А если какой-нибудь независимый прокурор это заметит?

– Лиза, ты как будто первый день в правительстве. Нет такого прокурора, которому бы его работа была важнее его задницы. Не заметит. А если какой-нибудь лопух возбудит уголовное дело, вознамерившись пересажать всю политическую элиту, – так мы его уволим, придурка, и всё тут. За тупость и уволим. Так и напишем ему в документик: тупой слишком…

Ещё очень долго Ник инструктировал меня в разных политических вопросах. Инструктаж прервал его охранник, открывший дверь и сообщивший, что Рокфеллеру важный звонок из химчистки. Ник сказал:

– Да, мне пора… – и, перешагнув через труп моей секретарши, приказал охраннику: – Там баба валяется. У неё внезапно заболела голова и она выстрелила себе в больное место. Уберите её и пол почистите…

Прошло полгода после визита Рокфеллера.

Прошла почти успешно операция 11 сентября 2001 года. Сразу после теракта Ник снова пришёл в мой кабинет. Его охрана втащила связанного по рукам и ногам человека в военной форме. Его глаза были завязаны, во рту был кляп. Рокфеллер начал издалека, с Афганистана:

– Афганская банковская система теперь наша. И климат хороший, много полезных растений можно вырастить. Теперь нам всё можно, мы полны благородного негодования. Ещё бы! Такие убытки! Три небоскрёба, четыре самолёта! Этак нам Афганистана ещё мало будет. Надо будет ещё и Ирак взять за такие убытки.

– Кто это? – спросила я. Ответ снова был издалека.

– Знаешь, Лиза, существуют люди, которые движут вперёд цивилизацию, прогресс. Но иногда попадаются такие, которые рождены для того только, чтобы делать пакости человечеству; вместо масла они насыпят песка, это они вставляют палки в колёса истории, – Рокфеллер подошёл к связанному офицеру. – Ты посмотри на себя, рыло немытое… Руки тебе оторвать мало! Чему тебя 10 лет учили?!..

Началось всё прекрасно. Первый самолёт влепился в северную башню, как надо. Мы с Джорджем смотрели этот эпизод в коридоре школы. Мы были в восторге. Буш даже пошутил: «Какая ужасная авария. Наверное пилот неопытный!» Мы ему: «Да, за рулём поспать решил… Джордж, ты мастер юмористического жанра! Иди, передай свой талант подрастающему поколению.» Пока он там читал детишкам сказку про уточку или козлёнка, в южную башню врезался второй самолётик. Конечно, влетел не идеально, чуть криво, сбоку, но главное – долетел. Сидим, ждём третьего. У нас как планировалось? По 15 минут между каждым эпизодом. Вдруг звонок из штаба, говорят, что с третьим самолётом проблемы. Он, оказывается, упал на взлёте… Вот те раз! Как упал?! Кто позволил? Кто допустил?.. Управлял самолётом полковник Попкинз, он уже рыдает, – сообщают из штаба… Рыдает, это хорошо. А кто будет таранить здание № 7? У нас там весь дом заминирован. Его что? Без самолёта, что ли, взрывать? Или так и оставить заминированным? А если это обнаружится? Как объяснить, что здание № 7 полностью подготовлено к сносу, набито взрывчаткой? Тупик. Этому Попкинзу башку оторвать мало. Второпях решили в тот же день взорвать. Взорвали сначала несколько зарядов, чтобы пожар начался. Мол, от сильного пожара ослабели опоры и здание рухнуло. Но это конечно уже не то. От пожаров такие дома не падают. Их бы никто и строить не стал бы, если бы они от пожаров падали… Чёрт! И всё из-за какого-то Попкинза!

И с самолётом надо было что-то решать. Вообще-то его можно было поднять другой и всё-таки протаранить седьмое здание. Но время ушло. Мы в 45 минут должны были уложиться. И то много. Больше никак было нельзя. А то совсем неубедительно получится. Что же, скажут, в США совсем воздушной обороны нет? Ни истребителей, ни мощных и точных радаров? Террористы как бы за счёт неожиданности быстренько захватили самолёты и все их успешно грохнули. А мы как бы их перехватить не успели, от неожиданности… Но не может же неожиданность три часа длиться! Истребитель за минуту взлетает… Не могли мы через два часа таранить здание № 7. Или сразу, или никак.

И самолёт. С ним-то что? Он же как бы захвачен был, а у нас ни террористов, ни пассажиров, даже настоящего рейсового Боинга нет. Не можем же мы показать обломки Боинга на военном аэродроме, откуда он взлетал, управляемый дураком Попкинзом. Как мы объясним, что он на военный аэродром упал? Срочно нужно было придумывать что-то. Придумали, что рейс 93 упал в Пенсильвании. Второпях взорвали на опушке землю, в яму машину мусора вывалили, лес пожгли – халтура, конечно, ужасная: ни хвоста, ни фюзеляжа, никаких тел – словом, ничего от самолёта. По телевизору показать нечего было! Позор… Десять лет теракт готовили и такой позор. Казалось бы, всё учли, всё рассчитали, лучшие сценаристы работали… И такое дерьмо получилось. Я не знаю… Что с тобой делать, подлец? Уволить? Сортиры чистить тебя заставить? – лётчик кивал. – Нет, твоя работа летать и сейчас ты полетаешь… Лиза, убей предателя… Сейчас 9 часов, 11 минут.

Я взяла пистолет из сумочки и выстрелила в голову Попкинза. Он ударился затылком о стену и упал. А я спросила:

– А прибыль будет?

– Огромная, – Рокфеллер открыл дверь. – Уберите Попкинза, у него заболела голова и он застрелился. А его коллегам сообщите, что Попкинза убил патриот анархист, за то что он был в сговоре с террористами…

– Застрелился?.. У него же руки связаны, – сказал охранник.

– Мы ему немного помогли… И подлеца анархиста поймайте, совсем обнаглели негодяи в последнее время.

Когда Попкинза унесли, Ник продолжил самобичевание:

– С Пентагоном тоже прошло не всё гладко. Во-первых, Боинг должен был пролететь прямо над фонарными столбами на минимально возможной высоте. Уже подлетая к Пентагону, было понятно, что ни высота никуда не годится, ни траектория над столбами. Было решено сделать другой заход. Самолёт развернулся, сделал круг и снова пролетел над Пентагоном. Второй раз было уже получше, хотя тоже совсем не идеально: над фонарями он так и не пролетел, пролетел намного левее, даже левее автозаправки. Этого криворукого пилота я к тебе потом приведу, посмотришь на него, постреляешь… Пришлось оставить второй вариант, не могли же «террористы» бесконечно кружить над министерством обороны. Это было бы как-то подозрительно… Во-вторых, после выстрела из пушки заминированный сектор должен был сразу рухнуть. Взорваться и рухнуть, а он не взорвался и не рухнул. Ещё с полчаса стоял, пока наконец гранатами не взорвали. Предполагалось что? Что этот сектор здания сразу обрушается и мы говорим, что обломков самолёта не видно, потому что они засыпаны развалинами. А получилось что? Здание стоит целое с трёхметровой дыркой. А куда пропал самолёт? Хвост, крылья, двигатели – где они? Как всё это могло просочиться сквозь стену?

Ну ничего. Если почаще говорить, что Боинг разрушил Пентагон и показывать уже рухнувшую часть стены, тогда забудут, а молодые и не узнают.

Со вторым самолётом тоже получилось не идеально. Он летел с запада, поворачивал налево и его занесло. Неточно попал, сбоку. Центральные опоры он не мог задеть даже теоретически. Падай башня сама, на бок должна была заваливаться.

Многие видели, что второй самолёт не был пассажирский, да, он серый, без иллюминаторов, с синей эмблемой, которой нет не самолётах «Американ Эйрлайнс». Надо было покрасить, иллюминаторы нарисовать… Но это тоже лишние свидетели. Поэтому и не перекрашивали, думали, не заметят… Да. не всё получилось идеально. Когда вокруг одни идиоты, это и не удивительно. Знаешь, чтобы журналисты ничего не выдумывали и подавали новости в правильном виде, мы им заранее объясняем, как всё надо понимать. С первой секунды народ сразу должен услышать правильную точку зрения и успокоиться. Народ не должен чесать в затылке и соображать, что к чему. Здание № 7, оно же здание Соломон Бразерс, надо было взорвать, но как объяснить его падение? Прочнейшее стальное здание ни с того ни с сего вдруг взяло и развалилось. Для того чтобы у обывателей ни в коем случае не возникало никаких подозрений, уже в первые новости нужно было вставить правильное объяснение. Если заранее не предупредить журналиста, новость будет такая: «Только что рухнуло здание ВТЦ-7. Что послужило причиной, непонятно. Мы постараемся получить объяснения от наших экспертов». Зрители напрягутся: «Хм, что-то непонятное, что там непонятное?..» Нам этого не надо. Всё должно быть скучно и понятно. Журналисты со скучающими физиономиями должны сообщить, что «47-этажное здание Соломон Бразерс рядом с Всемирным торговым центром также обрушилось». Зритель пропускает такое сообщение мимо ушей: «А, ещё там что-то упало. Ну и денёк сегодня, небоскрёбы всё падают и падают…» Вот зачем надо предупреждать журналистов… Но в случае со сносом здания 7 эта практика нас подвела. Сначала мы собирались взрывать в 5 часов, потом перенесли на 20 минут позже. Предупредили журналистов заранее о 5-тичасовом падении здания, потом предупредили, что падение переносится на 20 минут позже. Но до английской Би-Би-Си сообщение о задержке на 20 минут не дошло. И в пятичасовом выпуске новостей Би-Би-Си журналистка Джейн Стэндли сообщает, что здание 7 только что рухнуло, а за её спиной в прямом эфире стоит целое и невредимое ещё здание 7… Английских телепридурков может извинить только полное незнание архитектуры Нью-Йорка.

Что ещё не получилось? Остальное вроде бы всё сработало неплохо. А… Ну да… Там погиб кто-то. Мы предполагали, что почти никто не погибнет. Времени для эвакуации дали достаточно. Там пожарные работали, но это же их работа, риск. В самолётах никого не было, в Пентагоне тоже и в 7-м здании тоже никого. Скажем, что жертв было около трёх тысяч. На самом деле, гораздо меньше. Даже хорошо, что есть убитые – а то что за теракт без жертв? Должны же быть настоящие родственники, убитые горем. Нужно же что-то показывать народу. Мы им денег дадим. Родственникам, не народу. Они погибали не напрасно. Жертвы, а не родственники. Они герои! Они пожертвовали собой на благо страны! Мировое лидерство и процветание Америки – вот за что они геройски отдали свои жизни! Если бы Америка была отсталой недоразвитой Зимбабвой, то погибало бы гораздо больше американцев.

Мы должны гордиться собой. Лиза, мы тоже герои. Поэтому нас надо наградить. Награждать будем так. Мы, ФРСники, делаем 5 триллионов долларов и даём в долг правительству на ведение войны с терроризмом. На захват Афганистана и Ирака, я думаю, одного процента, т. е. 50 миллиардов, хватит. Всё остальное наше. И плюс 5 триллионов, которые правительство нам остаётся должно. То есть мы заработали почти 10 триллионов. Достойная плата героям.

Тебе, Лиза, мы дадим миллион. Конечно, это не взятка, а благодарность. Ты работаешь не из-за денег, а на благо Америки. Гордись собой, Кондолиза!

И Ник Рокфеллер ушёл.

Скоро в интернете можно было видеть фото и видеоматериалы, доказывающие, что организаторами и исполнителями этого теракта были мы, государственные служащие, чиновники. И я видела эти материалы… Обычно теракт происходит случайно, бах и всё. А в этом случае, после попадания первого самолёта в башню, к месту теракта сбежались журналисты и просто любопытные с фото– и видеокамерами. И теракт получилось заснять на плёнку. По телеканалам шла прямая трансляция и многие телезрители записали её на видеомагнитофон. Поэтому позже можно было несколько раз медленно просмотреть те кадры, которые телеканалы уже не показывали. Кстати прямая трансляция не такая уж и прямая – на самом деле прямой эфир идёт с некоторой задержкой, чтобы можно было не пустить в эфир ненужные кадры.

Я помню кадры, снятые с вертолёта. Знаменитые кадры, на которых видно, что нос второго самолёта, пробив большое стальное здание, вышел с обратной стороны не только не разрушившись, но даже и не помявшись4. Вещь совершенно невероятная. Нос самолёта сделан из алюминия, он очень непрочный, от удара в любую стену он совершенно разрушится сразу же. Нос не мог, пробив здание насквозь, остаться целым и невредимым. Любому ясно, что здесь мы имеем дело с видеомонтажом, который не очень-то получился, возможно, из-за спешки. На изображение летящего самолёта наложили изображение башен, но из-за движения вертолёта, с которого велась съёмка, изображение башен сдвинулось вправо, мы смогли увидеть нос самолёта.

Конечно, когда потом телеканалы выпустили сборник видеокассет со «всеми» записями их прямых эфиров, эти кадры с наипрочнейшим носом в собрание не включили. Как не включили все разоблачительные кадры, по недоглядению попавшие в прямой эфир.

А что скрывали с помощью видеомонтажа? Я полагаю, что скрывали вспышку от взрыва. На всех неотредактированых записях за мгновение до столкновения самолёта со зданием видна вспышка от взрыва. За мгновение до тарана мощная пушка, установленная на самолёте, пробивала стену, чтобы самолёт внутри башни взрывался. (Напомню: прочность башен такова, что столкновение с самым большим самолётом с полными баками на самой большой скорости – для башен совершенно не опасно. Их бы и строить никто не стал, если бы от одной случайной аварии они разрушались.)

Вот этот-то выстрел из пушки и нужно было спрятать. Но одно лечим, другое калечим. Вспышку спрятали, зато нос показали.

Есть фотография, сделанная, кажется, неким Робом Ховардом за секунду до тарана, вид снизу; и очень хорошо на ней видны (лучше, чем на видеоплёнках) ракеты, укреплённые на днище самолёта. Рейсовые Боинги с ракетами конечно не летают.

Есть ещё одна плёнка, где стёрли вспышку и ракеты на днище. Запись сделана под местом попадания второго самолёта, видимо, ЦРУшники снимали, а кто ещё мог знать, что туда самолёт вот-вот воткнётся? В прямом эфире её не было, кажется. Эту запись подправили не очень удачно: видно, что были проделаны какие-то манипуляции. Крыло, например, чуть стёрто было в одном кадре… Это важно вот почему. Если техника видеомонтажа станет идеальной, если подделки по качеству не будут ничем отличаться от оригинальной съёмки, то тогда даже видеозапись мы не сможем считать доказательством чего-либо. И тогда мы можем быть уверены только в том, что видели своими глазами. Для властей манипуляция сознанием станет ещё проще…

На многих плёнках слышны взрывы. Взрывы слышали и ощущали многие свидетели. На одной плёнке видно облако от взрыва у основания башни ещё до обрушения, это взрывники так всегда перед самым сносом взрывают главные опоры, а в версию с самолётом это никак не укладывается. На всех плёнках с крупным планом видны множественные струи пепла и дыма от взрывов, вырывающиеся из окон за мгновение до обрушения.

В том, что стальные опоры были взорваны и башни рухнули со скоростью свободного падения, как будто никаких опор в них не было, в том тоже можно убедиться с помощью видеозаписей.

В одной телепередаче в Орландо Джорджа Буша спросили, как он узнал о терактах 11 сентября.

Вопрос: Во-первых, я хотел бы вам сказать, господин президент, что вы даже не представляете себе, как много вы сделали для нашей страны. И, во-вторых, ответьте, пожалуйста: что вы почувствовали, когда вам сообщили о террористском нападении?

Президент Буш: Спасибо, Джордан. Знаете, Джордан, вы мне не поверите, если я вам скажу, в какое состояние меня повергло известие об этом террористическом нападении. Я был во Флориде. И мой главный секретарь Анди Кард…

…я находился тогда в классной комнате для проведения беседы об одной чрезвычайно эффективной программе обучения чтению.

Я сидел вне комнаты, ожидая, когда меня пригласят, и я видел, как самолёт врезался в башню – телевизор, конечно, был включен. И поскольку я сам был пилотом, я сказал: «Какой никудышный пилот!»

Я подумал, что произошла ужасная катастрофа. Но [в этот момент] меня ввели [в класс], и у меня не было времени об этом задуматься.

Так что, я сидел в классной комнате, когда Анди Кард, мой главный секретарь, который, вы видите, сидит вон там, вошёл и сказал мне:

«Второй самолёт врезался в башню. На Америку совершено нападение».

По сути, Джордан, сначала я не знал, что думать. Знаете, я вырос в такую эпоху, когда даже мысль не могла зародиться о том, что на Америку могут напасть, – вероятно, ваш отец или ваша мать думали, как и я.

И в этот небольшой промежуток времени, я принялся напряжённо думать о том, что это значит, когда на тебя нападают.

И я знал, что, как только я буду располагать всеми фактами [подтверждающими], что нас атаковали, ценой будет ад для тех, кто посмел напасть на Америку (аплодисменты)»5.

Буш ответил, что он смотрел телевизор и тут он увидел, как в небоскрёб врезается самолёт, тогда он сказал: «Какая ужасная авария (Буш сделал печальное лицо, вспоминая те минуты, как бы пытаясь показать, насколько он был расстроен случившимся), наверное, пилот ошибся, не справился с управлением», – вот что предположил Буш в первый момент; так он рассказывал в этой передаче. То есть мысль о теракте даже не пришла тогда ему в голову; наверное, это имел в виду Буш. То есть он не то что не знал о теракте, он даже не допускал мысли, что люди способны на такое ужасное, жестокое злодеяние как теракт; наверное, это хотел донести Буш до сознания зрителей, отвечая на вопрос. И увлёкшись этой мыслью, Буш невольно сказал то, что не должен был никогда говорить. Даже под пытками. Он признался в том, что он, Джордж Буш младший, лично участвовал в организации этих терактов. Признался, сказав, что видел попадание первого самолёта в первую, северную башню… Люди, которые не готовили эти теракты, простые телезрители, смотревшие в тот день телевизор, могли видеть в прямом эфире башни-близнецы только с того момента, когда северная башня уже горела. Сначала Боинг бьёт первую из башен и это видят только террористы и случайные прохожие; и только потом, спустя несколько минут в эфир пошла картинка с уже горевшей одной из башен.

И до следующего дня, до 12 сентября никто, кроме террористов и случайных прохожих, не мог видеть, как в северную башню влетает первый из двух самолётов. Только 12 сентября по телевизору показали запись, случайно сделанную французскими журналистами братьями Нодо. Они 11-го сентября на улицах Нью-Йорка снимали документальный фильм о нью-йоркских пожарных. И весь день они провели, снимая работу пожарных и спасателей. И только 12 сентября братья Нодо передали снятые ими кадры телевизионщикам. А 11-го числа телезрители видели только попадание второго самолёта в южную башню и конечно никому из них не пришла тогда в голову мысль, что возможно это неловкий пилот, зазевавшись, направил свой самолёт прямо в небоскрёб. И если бы 11-го числа Буш со всеми смотрел, как второй Боинг таранит вторую башню, то и ему бы ни в коем случае не могла бы прийти в голову мысль о неловком пилоте. Что один неловкий пилот случайно влип в северную, а другой неловкий случайно угодил в южную башню с разницей в 15 минут, – подумать такое не мог бы даже самый неловкий президент; чтобы подумать такое, надо быть самым неловким среди умственно отсталых.

Но и второй самолёт Джордж Буш не видел. В 9 часов утра он уже был в классе с детишками и читал сказочку. И это тоже можно видеть на видео. Около 9 часов 5 минут помощница Буша шепнула ему на ухо, что и второй Боинг благополучно попал в цель. Он и до этого-то сюжет сказочки не улавливал, но после сообщения помощницы совсем вырубился и утонул в глубинах своего мозга.

Не случайно президент в такой день и час оказался среди детей и видеокамер. Надо было показать, какой он добрый, как он любит детей, что конечно такой добрый дядечка не станет убивать родителей этих милых детишек… Правда, Буш младший не актёр. Образ чадолюбивого папаши ему явно не удался. В ходе создания этого пропагандистского ролика он вообще вряд ли понимал, где находится, смотрел или сквозь стены, или в неопределённую точку перед носом. Слишком уж его впечатлили кадры, которые он смотрел до того как войти в класс… Если Буш не видел закрытой телетрансляции, организованной спецслужбами, значит его слова: «Я сидел вне комнаты, ожидая, когда меня пригласят, и я видел, как самолёт врезался в башню – телевизор, конечно, был включен» – откровенная ложь. Зачем президент лжёт на эту тему? И зачем он лжёт против себя?! Нет, в этом он не лжёт. Он действительно видел первый теракт, снимавшийся агентами спецслужб, совершившими этот теракт.

Случайно можно сказать правду, но случайно соврать невозможно. «Он ошибся! Он случайно ошибся!.» Ошибся он в любом случае. Ещё сильнее ошиблись его папа с мамой… Как он мог ошибиться? На вопрос, что он почувствовал, когда узнал о теракте, он стал отвечать не задумываясь. Он всё прекрасно помнит. Он даже помнит свои мысли в ту минуту. Он говорит, что подумал об ошибке пилота… И как вообще такое можно забыть? Такие дни не забываются. За такие дни на электрический стул сажают и в ад отправляют.

Лгать очень трудно. В своём рассказе Буш солгал два раза: ложь, что он узнал о теракте только 11 сентября и что он ужасно расстроился, узнав о теракте. Наоборот, он был рад, что теракт получился.

Почему он заговорил об ошибке пилота? Он думал об ошибке пилота в другом смысле. О той ошибке пилота, которая не позволила протаранить здание 7. Это конечно же был самый большой провал во всей операции 11 сентября. И Буш об этом очень много думал, об этой ужасной ошибке он не мог не думать. В его голове всё время сидят два слова: ошибка пилота. А что на уме, то и на языке.

Есть ещё видео. В интервью общенациональному телеканалу PBS6 Ларри Сильверстайн, арендатор башен-близнецов и соседних зданий, сказал небольшую речь. Он попытался хоть как-то объяснить необъяснимое, с точки зрения физики, и беспричинное обрушение здания № 7. Конечно, Сильверстайн начал с того, что это было ужасное событие, что погибло много людей (Ларри попытался сделать печальное лицо. Если бы он представил в эту минуту, что проиграл, например, в карты пару миллионов долларов, его лицо было бы намного печальнее). Потом он сказал, что обрушившиеся башни-близнецы сильно повредили здание № 7, поэтому они решили его сносить.