Своим – все, чужим – закон. Кому помогает Кремль Поздняков Владимир

Проблемы военных городков Забайкалья

_{Выступление В. Г. Позднякова на заседании Госдумы 11 июля 2012 года}

Уважаемые коллеги, товарищи!

Хочу обратить внимание, что Министерство обороны Российской Федерации в понимании многих россиян уже перестало ассоциироваться с главным военно-оборонным ведомством. Министерство более известно своей активной коммерческой деятельностью: продает земельные участки, имущество, технику, жилье, министр с первых дней своей работы замкнул на себя все финансовые вопросы. Тогда же был начат процесс полной ликвидации военно-строительного комплекса.

Далее. Ликвидация гарнизонных военных городков, всего их насчитывалось свыше 21 тысячи, жить осталось сегодня только 184. По данным Министерства обороны на март 2012 года передаче в собственность субъектов Федерации и муниципальных образований подлежит свыше 180 тысяч квартир, инженерные коммуникации, более 400 детских садов и более 200 домов офицеров, находящихся в военных городках.

Мой «наезд» на Министерство обороны вызван обращением в Государственную Думу в адрес членов межфракционной депутатской группы «Байкал» председателя Законодательного Собрания Забайкальского края Сергея Жирикова в связи с проблемами, возникшими в процессе передачи военного имущества и объектов жилищно-коммунального хозяйства. Из письма следует, что жилой фонд за последние 20 лет практически не ремонтировался, военные городки превратились в призрачные фантомы для съемок сюрреалистических фильмов, жилье, как правило, не пригодно для жизни. Ситуация со здравоохранением и образованием жуткая. ЖКХ обнищало до того, что котельные выходят из строя даже не в самые лютые морозы, работы там нет, люди превращаются в полубомжей. В заброшенных военных городках, полузаброшенных городках края ютится сегодня население примерно стотысячного города.

Дилемма с передачей имущества военных городков не исчезла и после вступления в силу Федерального закона от 8 декабря 2011 года «О порядке безвозмездной передачи военного недвижимого имущества в собственность субъектов Российской Федерации». Закон предусматривает упрощенный порядок передачи имущества Минобороны в муниципальную собственность, регламентирует порядок взаимодействия.

Однако этот закон не избавлен от недостатков и сложен в применении, потому что в нем не предусмотрены дополнительные источники федерального финансирования для его реализации и в бюджете Минобороны средств на ремонт и содержания высвобождаемых военных городков тоже нет.

В Минобороны практически утрачена документация, в связи с тем что институты, которые проектировали городки, расформированы. Военное ведомство лишилось специалистов, способных заниматься военными городками.

Поэтому решать эти вопросы просто некому. Правительство же передало эту головную боль муниципалитетам, но и им не выделены средства. Мало того, даже в тех редких случаях, когда муниципалитеты могут что-то сделать, но из-за того, что передача собственности документально не оформлена, они бессильны.

В Забайкалье объекты передаются без оформления права на землю под ними. Имущество изношено, как говорится, до дыр. Объекты жилфонда и инженерно-технических коммуникаций дышат на ладан. И предстоящую зиму они могут просто не выдержать. Зима в Забайкалье приходит, как всегда, неожиданно. Уже в сентябре там начинается отопительный сезон, а местные руководители хватаются за голову: для приведения имущества в надлежащее состояние им нужно изыскать более 4 миллиардов рублей.

Выходом из создавшегося положения может быть расселение военных городков, а не их реставрация. Людям необходимо предоставить жилье в нормальных населенных пунктах, ибо участь военных городков — это судьба сотен тысяч никем не защищенных, откровенно брошенных бывших военнослужащих и членов их семей. Для нас она не должна быть безразличной.

Вчера Госдума не приняла протокольное поручение правительству по военным городкам, а ведь проблему никто не решает. Она требует немедленного решения во избежание социальных взрывов и потрясений.

«Эффективный менеджер» Дерипаска банкротит очередное предприятие

_{1 апреля 2014 года депутат Госдумы фракции КПРФ В. Г. Поздняков внес протокольное поручение, но его отклонило думское большинство — «Единая Россия».}

Протокольное поручение.

Из публикаций в СМИ и из полученных в мой адрес писем от работников «Жирекенского горно-обогатительного комбината» (ОАО «Жирекенский ГОК») и жителей поселка Жирекен в Забайкальском крае известно, что российский олигарх, так называемый эффективный менеджер Олег Дерипаска, решил закрыть это предприятие. В настоящее время здесь полным ходом идет подготовка к консервации — демонтируют оборудование и закрывают цеха.

В вынужденном отпуске под названием «простой по вине работодателя» находятся более 300 человек. Люди, получившие увольнительные, ломают головы над тем, как жить дальше, как платить за квартиры, на какие деньги кормить детей? В поселке проживает более 4,5 тыс. человек, в нем сложилась тяжелая криминальная обстановка (квартирные кражи, угон автотранспорта, вскрытие гаражей и т. д.).

Особое беспокойство вызывает тот факт, что найти другую работу более чем 1200 сотрудникам закрываемого ГОК в Жирекене нельзя, так как это градообразующее предприятие. Хотя в крае утверждена ведомственная целевая программа «Мероприятия по содействию занятости работников Жирекенского производственного комплекса», она не в состоянии решить возникшие проблемы. Так, прошли переобучение 48 работников. А поскольку в планах не предусмотрено строительство какого-либо нового предприятия, то не понятно, на специалистов какого профиля надо переучивать людей.

Жители и работники обращают внимание на то, что Жирекенский ГОК — единственное в Забайкальском крае предприятие, на котором создан полный производственный цикл от добычи молибденовой руды до получения ферромолибденового сплава. Продукция: концентраты молибдена и меди, ферромолибден. Проектная годовая мощность производства ферромолибдена — около 2,5 тысяч тонн в год.

Но сегодня представители ГОКа утверждают, что предприятие нерентабельно, это связано с падением цен на молибден на мировом рынке. Однако эксперты отмечают, что владелец комбината Дерипаска не занимался в должном объеме вскрышными работами, а как только все имеющиеся запасы молибдена были использованы, то просто решил законсервировать производство.

Прошу дать поручение Комитету Государственной Думы по экономической политике, инновационному развитию и предпринимательству направить запрос в Министерство регионального развития Российской Федерации о ситуации на ОАО «Жирекенский ГОК» и перспективах возобновления работы на нем.

Состояние лесного фонда Забайкалья являет собой удручающую картину

Выступление В. Г. Позднякова на расширенном заседании Высшего экологического совета по теме: «Законодательная поддержка государственной политики в области использования, охраны, защиты и воспроизводства лесов», состоявшегося 2 октября 2013 года в Государственной Думе РФ.

Уважаемые товарищи! Коллеги!

Я избран депутатом ГД от Забайкальского края и Амурской области. Состояние лесного фонда Забайкалья являет собой удручающую картину — принятие Лесного кодекса Российской Федерации привело практически к полному разрушению системы ведения лесного хозяйства.

Ликвидированы лесхозы, предприятия по переработке древесины, прекращено строительство лесовозных дорог, бушуют рукотворные и природные пожары, численность лесников и егерей в разы сократилась, действуют частные приемные пункты кругляка и процветает незаконная варварская вырубка леса. К слову сказать, товарные запасы древостоя на гектар леса в Забайкалье всегда были значительно ниже, чем в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке.

Леса сосредоточены в основном в северо-восточной и юго-западной частях края: Красночикойский, Хилокский, Петровск-Забайкальский, Улетовский, Могочинский районы.

Территория отдаленного Красночикойского района с его лесами и реками является составной частью Байкальской природной территории. Уже десятки лет прорабатывается вопрос о создании национального парка «Чикой». Свет в конце тоннеля наконец-то появился, надеюсь, до конца года решение по парку будет принято. В этом горнотаежном районе кедровые насаждения являются одним из основных источников занятости населения и источником выживания в кризисное время.

На площади в 578 тыс. гектаров осуществляется добыча кедровых орехов. Из них на площади 338 тыс. гектаров содержание кедра в общем составе насаждений составляет менее 30 %. И эти леса в большинстве своем переданы в аренду и включаются в планы рубок в соответствии с лесными декларациями. Если так будет продолжаться и дальше, то скоро площади, занятые кедром, значительно сократятся.

Рубки в лесах с содержанием кедра очень болезненно воспринимаются местным населением.

По действующим Правилам заготовки древесины, утвержденным Приказом Рослесхоза, в пункте 16 говорится, что «при заготовке древесины не допускается проведение рубок спелых, перестойных лесных насаждений с участием кедра три единицы и более в составе древостоя лесных насаждений». В прошлом году фактическая рубка в районе составила 6,3 тыс. куб. метров кедра. Кроме того, имеются факты незаконных порубок. Это усугубляет положение.

Ко мне обратились руководители исполнительной и законодательной власти района и общественность, обеспокоенные сложившейся ситуацией. Они просят оказать содействие в изменении данного пункта Правил. По их мнению, с которым я полностью согласен, необходим запрет на рубку древесины, если количество кедра в лесу составляет более единицы в составе древостоя, а не трех, как сейчас.

Я обратился к главе Федерального агентства лесного хозяйства РФ с предложением о внесении соответствующих изменений в приказ Рослесхоза. И получил ответ, в котором говорится, цитирую: «Рассматривая необходимость принятия мер по охране кедра сибирского, произрастающего на территории Забайкальского края, Рослесхоз считает, что указанный вопрос может быть решен на уровне субъекта Российской Федерации» — и далее пространно разъясняется, что если кедр в Забайкальском крае является особо ценным и исчезающим растительным видом, то его надо включить в «Красную книгу Забайкальского края»?! Хоть стой, хоть падай! И ни слова о сути предложения.

При встречах с главами поселка Харагун, городского поселения Могзон Хилокского района, мне была высказана сильная озабоченность положением дел в лесном хозяйстве района, на которое они не в состоянии повлиять.

В поселке Могзон около 4 тыс. жителей, самая привилегированная часть населения — пенсионеры, их 60 %, пенсия 8–10 тыс. рублей. Работы никакой, а если и появляются рабочие места, то желающих нет. Проще срубить одну-две лесины, сдать на приемный пункт и две-три недели пьянствовать. Кстати, штраф за производство самогона всего 2500 рублей. А воровство леса еще надо доказать… Местное население требует запретить деятельность частных приемных пунктов кругляка от граждан. Печальные примеры деятельности приемных пунктов лома цветных и черных металлов еще у всех на памяти — рушили трансформаторные будки и валили столбы электропередач, чтобы сдать провода и получить копейки на спиртное.

Необходимо восстановить службу охраны леса, нужна лесная полиция, требуется ужесточение наказания за незаконную порубку леса вплоть до конфискации имущества либо повышение штрафов в разы.

Требуется повсеместное восстановление структуры лесхозов и леспромхозов с объединением лесничеств, ГУПов, передачей техники и оборудования для тушения пожаров.

Необходимо осуществить комплекс мер на пепелищах по очистке территорий от остатков сгоревшего леса, посадке новых саженцев. Определиться с каждым лесхозом с формой организации заготовки и переработки лесной продукции и с их объемами для получения дополнительного финансирования. Каждому лесхозу определиться с формой организации заготовки и переработки лесной продукции.

Оказать финансовую помощь в организации подсобных производств, исходя из местных условий и возможностей каждого района. Выдавать лицензии лесопереработчикам с учетом наличия у них оборудования для переработки отходов и программы восстановления лесов. При экспорте сырья и продукции, производимой на территории региона, таможенные сборы должны зачисляться в бюджет региона.

Внести в Лесной кодекс РФ комплекс мер по упорядочению правил и нормативов сбора и заготовки кедровых орехов гражданам для собственных нужд. Установить особо защитные участки леса (полосы) от 3 до 5 км по границам, прилегающим к кедровым насаждениям.

Имеются и другие предложения в Лесной кодекс Российской Федерации. Считаю целесообразным предать данные предложения в Комитет Государственной Думы по природным ресурсам, природопользованию и экологии.

Спасибо.

Каждый год Россия наступает на одни и те же грабли!

…Не успели потушить пожары в Хакассии, как заполыхало Забайкалье. Каждый год наши граждане с ужасом наблюдают, как огненные смерчи пожирают на своем пути сотни гектаров леса, поселки, деревни, людей и животных. Каждый год Россия наступает на одни и те же грабли, и руководство страны не делает из ежегодных катастроф никаких кардинальных выводов.

Известно, что Россия — самая богатая лесом страна в мире. У нас сосредоточено более 20 % всех лесов планеты и половина мировых хвойных лесов.

Но мы не знаем точно, сколько лесов сгорело за последние годы, сколько сгорает каждый год, а сколько незаконно вырубается. Ситуация осложняется тем, что в Сибири и на Дальнем Востоке после интенсивных лесных пожаров формируются «зеленые пустыни» — огромные обезлесенные территории, поросшие травой и кустарником.

Нас убеждают, что причина — человеческий фактор. Мол, люди стали жечь прошлогоднюю траву, а туристы жечь в лесах костры. Другими словами, все валится на пресловутый человеческий фактор. Но настоящие причины кроются в другом. И главные из них лежат в нашем законодательстве.

До 2003 года, когда был принят нынешний Лесной кодекс, системных проблем в тушении лесов не было. Но Лесной кодекс узаконил возможность аренды лесов, ликвидировал систему лесных хозяйств с работающими в них лесниками. А ведь лесники были и в царской России, и во времена СССР, и в новой России до 2003 года. Именно они охраняли леса, в том числе и от лесных пожаров.

Но лесхозы упразднили, лесников вывели из леса, а на их место поставили лесных инспекторов. Лесных же инспекторов крайне мало, а арендаторам на все наплевать, кроме личной выгоды. Также напомню, что теперь тушение лесных пожаров — это ответственность регионов. Они для этого должны выделять деньги из регионального бюджета. Но бюджеты регионов в основном дотационные.

Например, в Забайкалье еще сохраняется кредиторская задолженность за тушение прошлогодних пожаров! А ведь только на 14 апреля ущерб от нынешних пожаров составил 460 миллионов рублей. И эта цифра будет расти.

Нехватка денег приводит к тому, что профилактикой пожаров вообще никто не занимается, к пожароопасному сезону никакой подготовки не ведется, и пожары всегда тушатся в авральном порядке. Сил и средств, необходимых для того, чтобы сделать достаточное число противопожарных просек, как и людей, которые должны заниматься регулярных осмотром лесных массивов, попросту нет. Раньше была целая лесная вертикаль, которая шла снизу от лесничеств и лесхозов к Минлесхозу.

У каждого звена этой вертикали были обязанности и права, деньги и сотрудники. Проводилась и профилактика лесных пожаров. Сегодня лесную охрану осуществляет Федеральное агентство лесного хозяйства вместе с исполнительной властью регионов и Росприроднадзором. А главное, регулярно проводится оптимизация. Это означает, что штат сотрудников, призванных следить за состоянием леса и заниматься профилактикой пожаров, постоянно сокращается, как и финансирование соответствующих мероприятий.

А ведь прорубить противопожарную просеку, подвести воду к торфяникам — это весьма затратные работы. Продолжаются и сокращения сотрудников и самих пожарных служб. Говорят, что скупой платит дважды. А сколько раз платит глупец, экономящий тысячи, чтобы потерять миллиарды? На примере лесных пожаров, ежегодно бушующих в России, мы видим, к каким последствиям приводит эта самая оптимизация. В результате страдают не только леса, но гибнут люди, а сотни семей становятся погорельцами со всеми вытекающими социально-экономическими последствиями.

Противопожарная система в стране и система лесоохраны окончательно развалены. При нынешнем лесном законодательстве мы так и будем гореть каждый год. Лесной кодекс надо менять. Также совершенно необходимо в федеральном бюджете выделять необходимые средства для профилактики лесных пожаров, вернуть в леса необходимое количество лесников с нормальными, а не нищенскими зарплатами, восстановить всю сеть лесничеств.

Нужно вспомнить советский опыт лесоохраны, нужна постоянная служба мониторинга состояния лесов, чтобы в случае необходимости можно было организовать тушение пожара в считанные минуты, а не в долгие часы. Тем более что сейчас контроль можно круглосуточно осуществлять через спутники. Ведь на пожар надо приезжать во время, а количество огнеборцев с необходимым оборудованием и спецтехникой должно быть достаточным. Но сегодня, поскольку людей и службы сократили, то оставшимся пожарным командам приходится преодолевать иной раз и сотню километров, чтобы добраться до пожара.

В советское время весь мир учился у России тому, как тушить лесные пожары, как проводить мониторинг. Тогда каждое утро в небо поднимались самолеты и не раз и не два облетали территорию своей ответственности, авиаторы определяли, где находится очаг пожара, чтобы моментально выслать пожарных. Сегодня именно Россия продолжает удерживать одно из первых мест в мире по числу людей, погибших в лесных пожарах.

2015 г.

Министерство РФ по развитию Дальнего Востока ничего не делает для улучшения ситуации в Забайкалье

Правительство РФ в марте 2013 года утвердило государственную программу Российской Федерации о социально-экономическом развитии Дальнего Востока и Байкальского региона. Целями программы провозглашалось формирование условий для ускоренного развития Дальнего Востока, превращения его в конкурентоспособный регион с диверсифицированной экономикой, в структуре которой преобладали бы высокотехнологичные производства с высокой добавленной стоимостью. Предполагалось не просто создать дополнительные возможности для развития экономики Российской Федерации, но и кардинально улучшить социально-демографическую ситуацию на территории Дальнего Востока и Байкальского региона, создать условия для сокращения оттока населения, обеспечить на территории макрорегиона среднеевропейский уровень жизни населения и опережающий, относительно среднероссийского уровня, рост трудовых доходов. Также обещалось обеспечить быстрый рост жилищного строительства, культурно-бытовых услуг, обеспечить усиление гуманитарных связей населения макрорегиона с населением остальных субъектов Российской Федерации, в том числе на основе финансовой поддержки поездок. Перечень прекрасных обещаний в этом документе можно долго продолжать. Но могу сказать откровенно: ничего из этой программы достигнуто не было. Более того, в ряде отраслей наблюдается не развитие, а наоборот, стагнация или ухудшение ситуации.

При этом, не дожидаясь каких либо положительных итогов программы и, видимо, не рассчитывая на ее выполнение, сегодня министерство стало раскручивать плюсы от будущего принятия федерального закона «О территориях опережающего социально-экономического развития на Дальнем Востоке Российской Федерации и на отдельных территориях Российской Федерации». При раскручивании этого законопроекта чиновники ссылаются на поручение, данное Президентом Российской Федерации Владимиром Путиным 27 декабря 2013 года во время Послания Федеральному Собранию. Действительно, в поручении было сказано: «…к 1 ноября 2014 года обеспечить внесение в законодательство Российской Федерации изменений, предусматривающих особые условия ведения предпринимательской деятельности на территориях опережающего социально-экономического развития на Дальнем Востоке и в Восточной Сибири, включая Республику Хакассия и Красноярский край».

Ответственным за выполнение этого поручения как раз и является Минвостокоразвития России. Но, к сожалению, подготовленный законопроект по содержанию совсем не соответствует поручению Президента, более того, он искусственно сужает сферу его действия. Так, из него исключены указанные Президентом субъекты, расположенные в Байкальском регионе. Напомню, что в феврале нынешнего года сообщалось, что правительство России создаст единую систему институтов развития Дальнего Востока. Система будет включать в том числе ОАО «Фонд развития Дальнего Востока и Байкальского региона», участвующее в финансировании инфраструктуры и проектов резидентов территорий опережающего социально-экономического развития со 100-процентным участием России. Тогда же премьер Дмитрий Медведев предложил перевести на Дальний Восток офисы ряда крупных госкомпаний и некоторые ведомства. В правительстве заявляли, что эта мера будет способствовать тому, чтобы регион стал территорией опережающего развития.

1 сентября этого года Президент Владимир Путин заявил, что бюджетный Фонд развития Дальнего Востока, созданный два года назад, не работает, и поручил ускорить утверждение перечня территорий опережающего развития на Дальнем Востоке.

Как видим, заявления и поручения руководства страны не превращаются в реальные дела. Кроме того, предварительное знакомство с законом о ТОР (территориях опережающего развития) не оставляет ощущения, что законопроект писался второпях, концепция его не продумана, а последствия его принятия не просчитаны. И не только у меня такое мнение. Так, на днях секретарь Общественной палаты России Александр Бречалов заявил, что этот законопроект — очередной «пшик», который «не повлечет за собой форсированное развитие региона, так как не учитывает интересы малого и среднего бизнеса». Он отметил, что «Весь Дальний Восток должен стать «территорией опережающего развития». Я не могу не согласиться именно с такой постановкой вопроса.

Можно отметить и другие недостатки программы. Законопроект в его нынешнем виде может привести к появлению в ближайшем времени большого количества отдельных федеральных законов по отдельным ТОРам. Поэтому целесообразно было бы прописать в документе общие положения для всех ТОРов, которые могли бы быть созданы решениями Правительства РФ. Кроме того, ТОРы не могут создаваться в границах особой экономической зоны или зоны территориального развития. Получается, что у нас появится три вида разных зон, что неизбежно приведет к разного рода противоречиям и столкновениям интересов.

При этом нынешняя ситуация в Забайкалье, например, близка к критической. И поэтому необходимы не только его включение в закон о ТОРах, но и самая серьезная доработка или даже переработка законопроекта.

По сведениям различных источников, на Дальнем Востоке и в Байкальском регионе сосредоточено около 19 млрд тонн ресурсов и более 3 млрд тонн запасов (доказанных и вероятных) нефти и конденсата, свыше 60 трлн куб. м ресурсов и почти 9,5 трлн куб. м запасов газа, около 100 млрд тонн запасов угля, свыше 31 млн т меди, почти 2 млн т. олова, более 6,5 тыс. т. золота, свыше 500 тыс. т. природного урана. На территории макрорегиона залегает примерно четверть всех российских запасов такого ценного сырья, как редкоземельные металлы. Кроме того, есть перспектива создания сырьевых баз для черной металлургии (разведаны промышленные запасы руд и всех видов вспомогательного сырья), цветной металлургии (титановой, алюминиевой, никелевой, медной и пр.).

Общий объем запасов рыбы и морепродуктов в российской экономической зоне Дальнего Востока, по экспертным оценкам, достигает 26 млн тонн. Улов рыбы и добыча морепродуктов на территории макрорегиона составляет примерно 2/3 от общероссийских объемов. Уникальными можно считать ресурсы лососевых рыб Дальнего Востока, которые практически полностью обеспечивают промышленную добычу лососевых рыб (до 450 тыс. т. в год) и красной икры (до 16–17 тыс. т. в год) в России. Земельный фонд макрорегиона превышает 700 млн га. При этом Дальневосточный федеральный округ занимает последнее место среди округов по большинству ключевых экономических показателей: стоимости основных фондов, объемам отгруженных товаров обрабатывающих производств, объемам производства и распределения электроэнергии, газа и воды, вводу жилья на 1 тыс. населения, налоговым поступлениям в федеральный бюджет и пр.

А средний уровень обеспеченности макрорегиона автомобильными дорогами с твердым покрытием на 76 процентов ниже, чем в среднем по России. Среднедушевой розничный товарооборот на территории макрорегиона ниже среднего по России на 30–40 процентов.

В настоящее время цены и тарифы растут, зарплата замораживается, новые рабочие места не создаются, а старые, наоборот, сокращаются, усиливается отток населения. А ведь Дальний Восток граничит с так называемыми азиатскими тиграми, чья экономика развивается быстрыми темпами. Отсутствие же работающих программ развития макрорегиона приводит к постепенному превращению его в кладовую полезных ископаемых и сырья для Китая. Перефразируя известные слова Ломоносова, сегодня мы смело можем утверждать, что «богатства Китая Дальним Востоком прирастать будут!».

Приведу небольшой пример того, как китайские бизнесмены осваивают наш Дальний Восток: в поселке Амазар Могочинского района Забайкальского края продолжается строительство целлюлозно-промышленного комбината. Идея самого крупного за Уралом проекта с участием китайского капитала впервые была обозначена в Соглашении о сотрудничестве между провинцией Хэйлунцзян и Читинской областью, которое было подписано в сентябре 2003 года. Но само строительство началось через несколько лет. Проблемы, порождаемые этим проектом, уже не раз освещали многие издания. И со временем они становятся все глобальнее. ЦПК почему-то считается приоритетным инвестиционным проектом. Но чьи интересы этот проект отстаивает? Обещалось, что рубиться будет подверженный болезням низкокачественный лес, что будут созданы рабочие места для местного населения, а край получит дополнительные налоговые поступления в бюджет. Но что мы видим сегодня? Заготавливается здоровый лес. А основная рабочая силы — китайцы. Для местных там работы нет! Более того, сегодня китайские лесозаготовители уже вырубили подчистую лес в междуречье Шилки и Аргуни, а сейчас им передают в аренду еще почти 2 млн га леса в Тунгиро-Олекминском районе. Но именно в этих местах расположены важнейшие нерестовые и нагульные участки водных угодий для тайменя, ленка, щуки и сига, глухариные тока, гнездовья водоплавающей дичи и редких видов птиц. Здесь обитают лось, северный олень, соболь, медведь. Этот район является местом традиционного природопользования коренного населения — эвенков, живущих исключительно за счет охоты и рыбной ловли.

Экологи предостерегают: запуск комбината неизбежно приведет к уничтожению уникальной природы Могочи, никакой выгоды от этого строительства ни Россия, ни Забайкальский край не получат — лишь потеряют свои природные богатства в угоду соседу. Жители уверены, что этот проект задумывался китайской стороной лишь для того, чтобы получить неограниченный доступ к лесам Забайкальского края в этом стратегически важном районе.

Сложная ситуация с моногородами края. Например, комбинаты по добыче редкоземельных металлов потихоньку прекращают свое существование, а необходимое в космической и оборонных отраслях сырье завозится из-за рубежа за очень большие деньги. Об этом я не раз писал. Достаточно напомнить ситуацию с Жирекенским ГОК, выпускающим молибден и ферромолибден, который был остановлен его владельцем Олегом Дерипаской, а люди остались без работы. Или ситуация с градообразующим предприятием «Ростатома» в Краснокаменске — Приаргунском производственном горно-химическом объединении (ППГХО). Это предприятие является одним из крупнейших в мире поставщиков природного урана. Там тоже прошли массовые увольнения работников. И все эти люди уезжают в Центральную Россию.

Отдельно следует сказать об уровне зарплат бюджетников края. На их повышение в соответствии с Указом Президента РФ Забайкальскому краю не хватает 2,5 миллиарда рублей. Об этом сообщил 30 сентября этого года заместитель председателя правительства региона по социальным вопросам Сергей Чабан. Особенно напряженная ситуация складывается с выплатами заработных плат работникам культуры и младшему медицинскому персоналу, получающим соответственно 73,8 процента и 69,9 процентов от прогнозных показателей.

Теперь пример из другой области. Всем известно, что ответные российские санкции и запрет на ввоз продуктов из стран ЕС и США должны способствовать развитию отечественного АПК. Но это на словах. На деле же ситуация выглядит иной. Так, заместитель министра сельского хозяйства Забайкальского края Анна Голышева, выступая перед депутатами заксобрания, заявила, что финансирование аграрно-промышленного комплекса на 2015 год сокращено на 100 млн рублей по сравнению с 2014 годом, когда в бюджет было заложено более 500 млн рублей!

Правда, краевой парламент принял решение рекомендовать правительству региона в условиях продовольственных санкций профинансировать аграрный сектор в 2015 году по максимуму. Но не факт, что эта рекомендация будет выполнена.

В любом случае ситуация в Забайкалье ясно показывает, что наше министерство не только не собирается ее улучшать, но просто уклоняется от каких-либо нужных и важных решений в интересах не только жителей края, но всей России.

2014 г.

В Забайкалье социально-экономическая ситуация ухудшается

Просто перечислю ряд проблем Забайкальского края.

Проблема первая. Дефицит бюджета Забайкальского края превысил 7 млрд рублей. Обусловлено это в первую очередь сокращением в регионе объемов промышленного производства. По заключению экспертов, почти 40 процентов предприятий и организаций края убыточны. Причем сумма убытков составляет более 10,5 миллиардов рублей.

Проблема вторая. Министр финансов Забайкальского края Андрей Кефер на совещании, посвященном исполнению «майских» указов президента, заявил, что финансовая потребность на их реализацию в 2014 году составляет 19,2 млрд руб., а фактическое финансирование на 1 октября — 3,4 миллиарда или всего — 17,7 процента. По его словам, в 2015 году эта потребность составит 18 миллиардов рублей, в 2016 году — 20,2 миллиарда рублей, в 2017 году — 23,7 миллиарда рублей. Но пока не ясно, откуда эти деньги можно взять. Дело в том, что целый ряд направлений не может быть закрыт только за счет собственных доходов Забайкалья, без поддержки федерального бюджета. По мнению губернатора края Константина Ильковского, наиболее сложная ситуация с точки зрения достижения целевых показателей в повышении заработной платы складывается в учреждениях культуры.

Проблема третья. Просроченная задолженность по заработной плате в Забайкальском крае на 1 октября с. г. составила 31 млн 562 тыс. рублей. Это данные Федеральной службе Госстатистики региона. По данным Забайкалкрайстата, просроченная задолженность по заработной плате в расчете на одного работника в среднем составила 46 211 рублей. Наибольшая сумма задолженности сложилась в организациях по добыче полезных ископаемых — около 23 млн рублей.

Проблема четвертая. Заместитель министра сельского хозяйства Забайкальского края Анна Голышева заявила, что финансирование аграрно-промышленного комплекса на 2015 год сокращено на 100 млн рублей по сравнению с 2014 годом, когда в бюджет было заложено более 500 млн рублей.

Проблема пятая. «Оптимизация» здравоохранения, слияние поликлиник и закрытие ряда больниц и роддомов, особенно в сельской местности.

Проблема шестая. Сегодня в крае только 63 процента детишек ходят в детские сады. В очереди стоят более 27 тысяч.

Проблема седьмая. Финансирование спорта в Забайкальском крае в 2015 году сократится на 100 млн руб. (с 400 млн руб. до 300 млн руб.). Министр спорта Забайкальского края Роман Ларионов заявил, что, «даже если мы закроем все наши спортивные клубы, включая футбольный клуб «Чита», этого все равно не хватит» на то, чтобы даже не развивать спорт, а сохранить его на нынешнем уровне.

Проблема восьмая. Рост преступности. Понятно, что спад производства, сопутствующая этому процессу безработица способствуют росту преступности в Забайкальском крае. Кстати, это не только мои слова. Об этом заявил начальник отдела по надзору за исполнением законов о несовершеннолетних и молодежи Евгений Синельников. Так, с начала 2014 года несовершеннолетними совершено 238 преступлений, что на 8 процентов больше, чем за аналогичный период прошлого года. Кроме того, прокуратура Забайкальского края бьет тревогу: криминализация сознания молодого поколения в регионе достигла критического уровня. В течение последних трех лет порядка 47 процентов преступлений совершается лицами в возрасте 16–29 лет. По данным правоохранительных органов, в Чите и районах края действуют устойчивые криминальные группировки молодых людей в возрасте 14–18 лет. Они хорошо организованы, отличаются сплоченностью, наличием связей с криминальными авторитетами, отбывающими наказание в забайкальских тюрьмах и колониях. Чем занять молодежь? Хорошо бы спортом. Но, как я уже отмечал, и нынешнее скудное финансирование спорта сокращается еще на 100 млн руб. Значит, еще больше молодых людей уйдет в криминал. В крае также отмечается рост потребления наркотиков и алкоголя.

И это далеко не полный перечень проблем. До каких же пор Правительство будет пудрить нам мозги, утверждая, что «все хорошо, все хорошо», ничего не делая для улучшения ситуации?

2014 г.

К крушению «Дальнего Востока» привела экономическая политика нашего правительства

В ночь на четверг в Охотском море затонул российский рыболовный траулер «Дальний Восток». В результате ЧП погибли 56 человек, а многие из 63 спасшихся получили сильное переохлаждение, 13 человек числятся пропавшими.

Предлагаю посмотреть на несколько фактов.

Факт первый. Траулер был построен в 1989 году. Ранее он назывался Stende и принадлежало латвийской компании BALTIC MARINE FISHING. А переименован в «Дальний Восток» он был после покупки ООО «Магеллан» в 2014 году. «Судно ушло в рейс недоремонтированным», — уверен бывший заместитель председателя «Сахалинрыбаколхозсоюза» Владимир Бочагов. По его словам, капитан траулера Притоцкий говорил, что это очень старый пароход, и жаловался, что на судне полная разруха, оно еле-еле работает. То кран откажет, то еще что-нибудь необходимое. Лично я верю словам Бочагова. Ведь средний возраст российских траулеров, по подсчетам Союза рыбопромышленников, составляет около 30 лет. А за последние десять лет вообще не было спущено на воду ни одного крупнотоннажного рыболовецкого судна. Фирмы скупают списанные иностранные суда за бесценок. И даже не ремонтируют, в лучшем случае закрашивают ржавчину. Трудно винить в этом только предпринимателей, желающих сэкономить на всем. Дело в том, что окупаемость рыболовецких судов мала. Найти деньги для строительства новых — сложно. Кредиты на такие цели банки выдают неохотно. А уж про проценты, которые хотят при этом получить банки, я даже не говорю! Короче, в России не создана экономическая основа для строительства современного рыболовецкого флота. Изменить ситуацию в корне может только государство, занявшись кредитованием постройки рыболовецких судов.

Факт второй. На борту находилось 132 человека. Среди них было 78 граждан Российской Федерации, 42 гражданина Республики Мьянма, пять граждан Республики Вануату, три гражданина Республики Латвия и четыре гражданина Республики Украина. Кстати, как рассказывают очевидцы, когда судно в начале января выходило из Владивостока, граждан Бирмы и Вануату на борту не было. И это понятно, ведь штатная численность экипажа 86 человек! Судно, имеющее на борту 132 человека, портовые власти просто не имели право выпускать. Когда «лишние» люди попали на борт и где? Пока не ясно. Но уже ясно, что такое большое количество иностранцев в команде свидетельствует о том, что компания экономит на зарплатах, так как граждане Бирмы соглашаются работать за минимальную плату. Скорее всего, они работали за копейки на разделке минтая. «Правоохранительные структуры должны тщательно проверить законность нахождения иностранных граждан на борту затонувшего в четверг в Охотском море судна “Дальний Восток”», — считает президент Дальневосточной ассоциации морских капитанов Петр Осичанский. Я с ним полностью солидарен.

Факт третий: Судовладельцем является ООО «Магеллан», Южно-Сахалинск, порт приписки — город Невельск. Но траулер такого типа, у которого осадка шесть метров не в состоянии вообще войти в Невельский порт. Об этом сообщил Сергей Сиянов, вице-президент «Ассоциации рыбопромышленников Сахалина». Как видим, даже с портом приписки не все ясно и не все чисто. Более того, как выяснил корр. SakhalinMedia, по адресу, где в Южно-Сахалинске зарегистрирована компания «Магеллан», ул. Есенина, 12, офис 13, расположен жилой дом. Офисов компании, по словам жильцов дома, здесь нет. Вывесок, говорящих о нахождении здесь каких-либо организаций, тоже нет. По второму адресу, названному по телефону сотрудниками самой компании, по ул. Чехова, 72, также офисов не существует. Это здание также является жилым домом. Ни рекламных щитов, ни вывесок на фасаде здания нет. Думаю, что СК есть что проверять!

Факт четвертый: Судно не было застраховано. И почему-то, по нашим правилам, отсутствие страховки судна не является основанием для запрета на плавания. А ведь, скорее всего, страховые компании просто не рискнули застраховать старую развалину! Почему автовладелец не может ездить на машине без страховки, а судно с десятками людей на борту может?

И наконец, эксперты не исключают, что фирма «Магеллан» всего лишь одна из целой цепочки фирм и фирмочек, которые зарегистрированы в офшорах. А российский порт приписки потребовался лишь для того, чтобы ловить рыбу в российских территориальных водах. Кстати, в момент аварии на борту находилось 1150 тонн рыбы, об этом рассказал выживший второй механик. 1150 тонн рыбы, по словам эксперта, это «предел». Но возвращаться в порт траулер не собирался: в апреле в тех краях минтай самый жирный. Это может означать только одно: выловленную рыбу он должен был перегрузить на другое судно, возможно корейское или китайское. А после этого продолжить ловлю. Такая практика — перегрузка рыбы в море на иностранные суда — не исключительный случай, а, увы, практика. Думаю, на это тоже следует обратить внимание.

Все эти факты, вместе взятые, свидетельствуют о том, что экономические интересы России в Охотском море никак не защищаются, рыболовецкий флот морально и физически устарел, а новый не строится, компании-владельцы судов работают по черным или серым схемам. И никто ни за что не отвечает. Может, уже пора положить конец всем этим безобразиям? Может быть, хотя бы случившаяся трагедия заставит наше правительство что-то изменить к лучшему?

2015 г.

Байкал нуждается в защите

Если очередная мировая война все-таки произойдет, то главным «призом» для победителей будут источники пресной питьевой воды… С таким расхожим утверждением политологов, пожалуй, трудно спорить. В перечне дефицитных ресурсов, в которых нуждается человечество, обыкновенную питьевую воду ставят в один ряд с углеводородным (это нефть и газ) сырьем.

Самые большие запасы пресной воды, не только по российским, но и мировым масштабам, сконцентрированы в озере Байкал. Их относят к разряду стратегических и уже объявили «мировым достоянием». Для меня и для всех россиян это не абстрактная «мировая жемчужина», а нечто более дорогое. В уникальном озере обитает «фирменный» байкальский омуль, осетр, таймень и нерпа — всего более 1550 видов животных и около 1100 растительных организмов. Запасы воды — в объеме 23 тысячи кубических километров. В мире ничего подобного нет.

Пока неясно, правда, как человечество станет утолять жажду из этого хрустально чистого, но труднодоступного родника — бутилировать на месте или развозить в железнодорожных цистернах. Или придется строить гигантский мировой водопровод… Но не об этом сейчас речь. Сегодня очевидным становится другое: уникальный природный заповедник нуждается в защите. Вооруженные мощной техникой и продвинутыми технологиями, люди способны разрушить творение природы буквально на глазах. И они это уже делают.

Нельзя не согласиться с мнением одного из первых защитников Байкала «еще советских времен», известного российского журналиста Анатолия Юркова. Со страниц федерального правительственного издания он заявил: новые хозяева, извлекающие из Байкальской природной территории сверхприбыли, «вновь ставят на кон национальное достояние». Юрков предсказывает, что столкновение частных и общенациональных интересов в ближайшей и отдаленной перспективе может привести к невосполнимым потерям и катастрофическим последствиям.

Хочу напомнить, что в первый раз и всерьез тревога об опасности для Байкала и прилегающих территорий прозвучала лет сорок назад. Тогда в полную мощь заработал Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат. Озабоченность специалистов и общественности вызвал поток отходов производства, хлынувший в хрустально чистую байкальскую воду. Убедительные аргументы защитников, журналистов и писателей тогда подействовали. Головотяпство было осуждено, производство приостановлено. Нашлись деньги для закупки специального оборудования и экологических технологий. И вопрос об опасности был отложен на десятилетия.

Уже в новых экономических условиях, определяемых рыночными отношениями, стали грубо попираться общепринятые нормы сохранения и рационального использования общенародного достояния. Новые хозяева возобновили производство БЦБК и принялись за свое — в озеро сбрасывают сульфаты, нитриты, хлориды, фенолы, фосфаты и другие вредные соединения. Размеры и объемы ущерба просто пугают. Только в 2010 году объем выбросов на единицу выпускаемой продукции возрос в 2 раза, практически ничего не изменилось в 2011 году, усугубляется положение и сегодня.

Потому что хозяева жадничают, пытаются экономить на экологии. Контролирующие организации систематически фиксируют нарушения и выписывают штрафы. Однако оплачиваются эти штрафы лишь частично и обходятся дешевле, нежели наведение порядка. И хозяевам за это — ничего.

Ситуация требует срочного вмешательства. Об этом я как-то сказал на заседании Иркутского землячества «Байкал» в Москве. И был активно поддержан. О готовности действовать заявил президент Землячества С. В. Чемезов — генеральный директор государственной корпорации «Российские технологии». Поддержал инициативу писатель, депутат Госдумы первого созыва В. Н. Хайрузов, министр лесной, целлюлозно-бумажной и деревообрабатывающей промышленности СССР (1982–1989) М. И. Бусыгин, член Совета Федерации В. Е. Межевич.

Об этом я говорил по телефону с классиком русской литературы Валентином Распутиным, отмечавшим на Байкале свой 75-летний юбилей. Писатель также положительно отозвался об инициативе. Он считает, что время упущено, но при желании еще не поздно многое наверстать.

Единомышленники — коллеги-депутаты, избранные от Иркутской области, Забайкальского края и Республики Бурятия. Первыми поставили свои подписи под учредительным документом МДГ «Байкал» Михаил Слипенчук, Сергей Левченко, Константин Ильковский, Вячеслав Мархаев, Антон Романов, Василина Кулиева. К ним присоединяются депутаты, избранные от других регионов.

Следует отметить: названные депутаты представляют как КПРФ, так и «Единую Россию», ЛДПР, «Справедливую Россию» — все четыре парламентские фракции. Есть надежда, что доброе дело способно сплотить представителей разных партий и политических взглядов.

Между прочим, список МДГ «Байкал» не закрыт. Двери для участия в ней остаются открытыми для депутатов ГД прошлых созывов и действующих членов региональных законодательных органов, представителей власти, политиков и общественников. Словом, включиться в работу могут все, кому небезразлична судьба священного озера.

Какие же проблемы является наиболее актуальными для Байкала сегодня? По-прежнему хронической «болячкой» остается Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат. Заверения и обязательства владельцев и управляющих предприятием ничего не значат — введение комплекса природоохранных сооружений и оборудования неоправданно затягивается. Тревожные сигналы раздаются из района Яблонового хребта, где обнаружено превышение допустимых норм вредных выбросов из разрабатываемых месторождений ценных металлов. Вызывает озабоченность корректировка строительного проекта в сторону увеличения высоты плотины Богучанской ГЭС. Даже неспециалисту очевидно, что это приведет к расширению затопляемой зоны и связанным с этим нарушениям экологической ситуации в зоне реки Ангары и прибайкальского региона в целом.

Проблемы загрязнения отходами производств висят практически над всеми реками, питающими Байкал. В Прибайкальском заповеднике угрожающе расширились вырубки древесины, участились случаи пожаров. На самом озере выросло количество причалов для различного рода судов, от небольших катеров до скоростных морских яхт, там нет элементарных емкостей для сбора мусора.

На организационном совещании члены МДГ «Байкал» договорились: главной целью объединения является совершенствование правовой базы, а также вопросы реализации федеральных и региональных законодательных актов, касающихся защиты озера Байкал.

Возьмем, к примеру, Федеральный закон «Об охране озера Байкал», принятый в 1999 году. Нельзя сказать, что он устарел, это хороший, жесткий закон. Но он нуждается в поправках. В частности, что касается порядка установления границ водоохраной и рыбоохранной зон озера Байкал. Институтом географии им. В. Б. Сочавы СО РАН разработаны соответствующие критерии для определения ширины водоохраной зоны. К ним следовало бы отнестись повнимательней, как и к вопросам запрета на размещение отходов I–III класса опасности, перевода земель лесного фонда в земли других категорий, введения экологических паспортов хозяйственных объектов.

В правовой поддержке нуждаются вопросы развития экономики Байкальского региона. Это повышение бюджетного финансирования и обеспечение роста инвестиций, создание экологически безопасных производств и новых рабочих мест.

Благо, есть хорошие и обнадеживающие вести. Определенный оптимизм вызвали решения Седьмого Байкальского экономического форума, прошедшего осенью 2011 года в Иркутске. Практически готова целевая программа «Охрана озера Байкал и социально-экономическое развитие Байкальской природной территории на 2012–2020 годы», разработанная федеральным правительством. В ней предусматривается выделение почти 58 миллиардов рублей. На очереди новые законопроекты, подготовленные региональными законодательными органами.

С особым вниманием депутаты отнеслись к инициативе правительства по созданию государственной Корпорации развития Восточной Сибири и Дальнего Востока. Готовится соответствующий законопроект и ряд поправок в действующие законы. Для 16 субъектов, а это около 60 % территории РФ, устанавливаются особые условия использовании недр, лесных и водных ресурсов, регулирования налогового обложения и масштабные льготы. Задумывается госкорпорация с беспрецедентным статусом. Кое-кто уже назвал это созданием «государства в государстве»…

Инициатива, конечно, имеет «новаторскую» окраску. Направлена как бы на привлечение новых инвестиций и эффективное использование природных ресурсов и в целом на восстановление экономики огромной российской территории. Однако она представляется уязвимой с правовой точки зрения. Не говоря уж о коррупционной составляющей… Вот депутаты и намерены заняться этим вопросом.

Организационный принцип деятельности депутатского объединения «Байкал» прост. Он сводится к тому, что совещания будут проводиться по мере необходимости, не реже одного раза в квартал. Каждый член МДГ имеет право вносить на заседания группы вопросы для обсуждения, готовить соответствующие проекты решений и выполнять председательские функции.

Оргвопросы обсуждаются параллельно с конкретными мероприятиями. МДГ делегировала депутата Михаила Слипенчука для участия в международном симпозиуме по вопросам экологии Байкала в Париже. Послушаем, что нам посоветуют зарубежные эксперты и специалисты, полезное постараемся использовать.

Есть надежда, что в составе МДГ станет более эффективной борьба депутата Сергея Левченко с руководством Байкальского ЦБК, которую до сих пор он вел в одиночку. Левченко считает, что если уж не удастся закрыть комбинат, что предпочтительнее, то хотя бы перепрофилировать на экологически чистое производство, наладить переработку отходов шлам-лигнина по отечественной технологии, разработанной В. С. Берюковым.

Те же Михаил Слипенчук и Сергей Левченко выступили с анализом и конкретными предложениями на «круглом столе» думского Комитета по энергетике, обсуждавшего вопросы комплексного развития электроэнергетической структуры Дальнего Востока и Байкальского региона. Они обратили внимание специалистов на отсутствие единой системы энергоснабжения региона, что ограничивает возможность маневра при перераспределении электроэнергии по потребности.

Депутат Государственной Думы Константин Ильковский предложил на обсуждение коллег программу газификации Байкальского региона. Ранее считалось, что такое невозможно, поскольку там нет разрабатываемых месторождений газа. Но ситуация меняется — в прошлом году ОАО «Газпром» приступил к освоению Чаяндинского нефтегазоконденсатного месторождения. К тому же началось строительство газопровода «Якутия — Хабаровск — Владивосток». В связи с этим появилась реальная возможность газифицировать территории и тем самым проявить внимание к нуждам населения. Соответствующее обращение, подписанное членами МДГ «Байкал», направлено в правительство Российской Федерации.

Отсчет дел МДГ «Байкал» открыт в марте 2012 года. В перспективе депутатская группа намерена инициировать парламентские слушания, «круглые столы» и научно-практические конференции по Байкальскому региону. Нетрудно предположить, что не останутся без внимания (и в покое) местные органы власти…

2012 г.

Байкал взывает о помощи

В России много уникальных природных объектов. Наряду с такими из них, как золотые горы Алтая, девственные леса Коми и вулканы Камчатки, в список Всемирного природного наследия ЮНЕСКО внесен и Байкал.

В этом уникальном «колодце» содержится 80 процентов запасов пресной воды всей России, или четверть ее мировых запасов. Байкал — это общенародное достояние, наш стратегический запас пресной воды. Можно понять его важность, если учесть, что сегодня на Лондонской бирже литр чистой пресной воды по цене не уступает литру бензина или солярки. На Байкальской природной территории (Иркутская область, Республика Бурятия и Забайкальский край) проживают около 4,5 миллиона человек, непосредственно в центральной экологической зоне озера Байкал — более 200 тысяч человек.

В регионе действуют десятки крупнейших предприятий энергетики, машиностроения и химии. Развивается рекреационная инфраструктура. Развитие этой крупнейшей территории должно вестись строго на научной основе, с учетом мнения населения, представительных органов власти в целях сохранения уникального наследия нашего народа, природной жемчужины — озера Байкал.

Все эти и другие вопросы по охране озера намерена решить межфракционная депутатская группа (МДГ) «Байкал», которая занимается разработкой законодательства в сфере охраны Байкальской природной территории и ведения на ней хозяйственной деятельности. В ее состав сегодня входят 16 депутатов из всех четырех парламентских партий. К нашей деятельности активно присоединяются члены Иркутского землячества в Москве, депутаты Госдумы прежних созывов, а также региональных законодательных собраний, представители власти, политики, общественники. Так, нам оказал моральную поддержку известный русский писатель Валентин Распутин. Вопросы охраны озера Байкал нашли также отражение в резолюции XV съезда КПРФ «Природные богатства — на службу народа».

Объем проблем все время возрастает, поэтому мы ставим вопрос о повышении статуса МДГ «Байкал» до Комиссии Государственной думы.

В феврале в первом чтении были приняты законодательные акты, регулирующие вопросы охраны Байкальской природной территории и ведения на ней хозяйственной деятельности. Коммунисты голосовали за них, но с оговорками. Несмотря на актуальность законодательных нововведений, мы считаем, что они все же не решат в полной мере задачу природоохранной защиты озера Байкал. И даже в чем-то могут ухудшить ныне существующее положение. Мы поддержали законопроект в первом чтении, но ко второму внесли ряд существенных поправок, на которых намерены принципиально настаивать.

Так, нам предлагают отказаться от оформления экологических паспортов, как это было раньше. Вместо этого разработчики нового закона предлагают поставить на государственный учет объекты, оказывающие негативное воздействие на окружающую среду. Мы поддерживаем необходимость введения государственного учета и контроля, но надо сохранить и экологические паспорта.

Основная цель и назначение экологического паспорта — создание информационной базы данных рационального природопользования, сети регулярной отчетной информации, формирование и упорядочение первичных экологических данных предприятий, получение сведений для определения экономичности применяемых технологий и др.

Кому выгодна ликвидация экологических паспортов? На наш взгляд, тем самым хозяйчикам, которые сегодня хищнически разбазаривают природные богатства, по праву принадлежащие всему народу. Для них главное — получение сиюминутной прибыли, а не интересы страны, народа и будущих поколений.

Особое беспокойство в плане сохранения экологии озера вызывает деятельность Байкальского целлюлозно-бумажного комбината (БЦБК). Когда Байкал включали в список Всемирного природного наследия ЮНЕСКО, России было поставлено одним из основных условий перепрофилирование комбината. Но действующее российское законодательство позволило, по решению правительства РФ, возобновить его деятельность в январе 2010 года, несмотря на возражения КПРФ и широкой общественности.

Вместе с производством был возобновлен и сброс отходов в озеро. Это сульфаты, нитриты, хлориды, фенолы, фосфаты и другие вредные соединения. Размеры и объемы ущерба просто пугают. Только в 2010 году объем выбросов на единицу выпускаемой продукции возрос в два раза, практически ничего не изменилось в последующие годы. Положение усугубляется также наличием сейсмической опасности в районе Байкала.

По данным министерства природных ресурсов РФ, на БЦБК приходится более 95 процентов объемов всех сбросов и сточных вод, поступающих в озеро в Центральной экологической зоне Байкальской природной территории.

Хотя законом об охране озера Байкал предусматриваются ликвидация и перепрофилирование экологически опасных хозяйственных объектов на Байкальской природной территории, конкретные процедуры ликвидации и перепрофилирования не установлены. Соответствующее правовое регулирование отсутствует и в других федеральных законах.

Комитет Всемирного природного наследия ЮНЕСКО уже дважды на своих сессиях в 2011 и 2012 годах делал замечания нашему государству о невыполнении норм Конвенции ЮНЕСКО и предупреждал о возможности включения озера Байкал в Список природных объектов, находящихся под угрозой. А это будет еще одним примером потери национального достоинства России.

Мы предлагаем наделить уполномоченный федеральный орган исполнительной власти полномочиями и обязанностью приостанавливать хозяйственную деятельность предприятия, нарушающего действующие правовые нормы в случае превышения установленных экологических нормативов в течение одного года. В настоящее время хозяева жадничают, пытаются экономить на экологии. Контролирующие органы систематически фиксируют нарушения и выписывают штрафы. Однако оплачиваются эти штрафы лишь частично и обходятся дешевле, нежели наведение порядка. И хозяева не несут за это ответственности.

Другая важная поправка. Мы предлагаем для Байкальской природной территории применять наиболее жесткие нормы, поскольку речь идет об охране уникального природного объекта.

Мы также предлагаем установить границы для населенных пунктов, находящихся на Байкальской природной территории. Возможно, некоторым из них следует придать статус «закрытых населенных пунктов», как это было в СССР. То есть ввести соответствующие этому статусу ограничения. Что касается Байкальска, то после закрытия БЦБК можно было бы принять кардинальное решение: город закрыть, а всех жителей переселить в другие районы страны, естественно, не ущемляя их прав.

В марте на «правительственном часе» в Госдуме министру природных ресурсов и экологии С. Е. Донскому от нашей фракции был задан вопрос о том, когда же наконец будет создан национальный парк «Чикой» на Байкальской природной территории, о котором уже многие годы ведутся разговоры. Он пообещал уже в этом году окончательно решить данный вопрос. По его словам, власти сейчас определяют, где пройдут границы будущего национального парка. По мнению С. Е. Донского, экономически нецелесообразно включать в охраняемую территорию месторождения природных ископаемых.

Предполагается, что в национальный парк войдут верховья рек Чикой и Чикокон. На территории национального парка будет выделено несколько зон: заповедная, где запрещена любая хозяйственная деятельность, особо охраняемая — со строго регулируемым посещением, зоны рекреационного использования, обслуживания посетителей, участки управления и поддержания традиционных видов природопользования.

Напомню, что на территории будущего парка располагаются три памятника природы. В мире не много национальных парков, способных похвастать такими красотами.

Это Ламский городок — живописнейшие скалы среди кедрового стланика на высоте около 1800 м над уровнем моря.

Гора Барун-Шабартуй (он же Быстринский голец) — высшая точка Южного Забайкалья (2519 м). Хорошо заметны следы ледника — кары, морены.

Шебетуй — красивейшее таежное озеро.

Нелишне также напомнить, что в этих краях начинаются реки, несущие свои воды в «колодец планеты» — Байкал.

Мы считаем, что надо поторопиться с решением о создании национального парка «Чикой», пока же на этой территории не прекращается промышленная заготовка древесины, действуют и «черные лесорубы», участились случаи пожаров. В результате площадь кедровников неуклонно сокращается.

К тому же на охраняемых территориях станет возможно решить другую актуальную проблему — загрязнения рек, берущих здесь свое начало и несущих воды в Байкал. Сегодня загрязнение отходами производства происходит практически на всех реках, питающих озеро.

Необходимо законодательно урегулировать виды хозяйственной деятельности человека: ловлю рыбы, использование лесов, освоение прибрежных территорий, строительство, газификацию, канализацию, электрификацию, хранение и утилизацию бытового мусора.

На недавнем «круглом столе» в Госдуме, посвященном охране озера Байкал и социально-экономическому развитию Байкальской природной территории на 2012–2020 годы, под предлогом «заботы» о коренном населении «единороссы» предложили снять ограничения на осуществление промышленного рыболовства. Мы же выступаем за жесткие законодательные нормы по недопущению браконьерства.

На самом озере выросло количество причалов для различного рода судов, от небольших катеров до скоростных морских яхт, там нет элементарных емкостей для сбора мусора. Фекалии с судов сбрасываются прямо в озеро, что чревато эпидемиями.

На дне Байкала масса мусора, затонувшие баржи и сети. В этих сетях запутывается рыба и погибает. Кроме того, по берегам озера накапливаются горы пластикового мусора.

Более 350 крупных судов, не считая маломерных, бороздят просторы озера Байкал. Навигация длится около шести месяцев. Ежегодно в озеро попадает около 160 тонн нефтепродуктов. Для решения этой проблемы на всех причалах надо создавать приемные пункты сбора твердых бытовых отходов и емкости для временного хранения загрязненных стоков с судов. За сброс нефтепродуктов в озеро следует ужесточить наказание, а для их утилизации надо создавать специальные очистные сооружения.

Кстати, маломерным судно считается, когда его длина меньше 20 метров. Местные судовладельцы тут же смекнули, как этим можно воспользоваться, и в последние годы приобретали суда размером в 19 метров. Таких «маломерных» судов на озере сегодня свыше 600. Они наносят урон окружающей среде не меньше, чем крупные.

Местные «зеленые», экологи вместе с жителями выходят на уборку берега, но только силами общественников эту проблему не решить. Ведь народная мудрость гласит, что чисто не там, где постоянно убирают, а там, где не мусорят.

И всегда надо помнить: будущие поколения нам не простят, если мы не сохраним для них природную жемчужину — озеро Байкал.

2013 г.

Чистота Байкала и его богатства оказались под угрозой уничтожения

«Голубая жемчужина Сибири» — так еще называют озеро Байкал, вода которого некогда считалась целебной, а само озеро в 1996 году было включено в список объектов всемирного наследия ЮНЕСКО. Сегодня на берегах и в прибрежных водах Байкала все чаще встречаются огромные скопления гниющих водорослей и погибших моллюсков, озеро медленно умирает. Впервые за историю его существования чистота Байкала и его богатства оказались под угрозой уничтожения, а виной тому — неуемное стремление представителей власти и бизнеса к наживе.

В адрес межфракционной группы «Байкал», созданной в Госдуме по инициативе депутатов-коммунистов, пришло письмо председателя Иркутского научного центра Сибирского отделения РАН, председателя научного совета Сибирского отделения РАН по проблемам озера Байкал академика РАН И. В. Бычкова. Ученый пишет о надвигающейся на уникальное озеро экологической катастрофе.

Речь идет не только о свалках бытового мусора, который скапливается на берегах и в воде озера, но и о стремительном развитии несвойственных уникальной экологической системе Байкала биологических видов микроорганизмов и растений, что может нанести непоправимый ущерб. Появление новых видов — следствие сильного загрязнения воды. Результатом их дальнейшего размножения может стать превращение некогда чистейшего природного водного бассейна в сточную канаву, если не будут приняты срочные меры.

Именно появление в озере различных видов водорослей свидетельствует о чрезвычайно неблагополучной экологической ситуации — эвтрофикации. Озеро Байкал — холодное, с водой, содержащей мало солей, но много растворенного кислорода, необходимого для его обитателей. Если в такую воду добавить соли фосфора и азота, использующиеся обычно в составе минеральных удобрений, то произойдет «удобрение» воды. Это приводит к тому, что в относительно теплых заливах Байкала происходит обильный рост водорослей. Отмирая и разлагаясь, они становятся пищей для микроорганизмов, которые активно поглощают кислород. В результате содержание кислорода в воде падает, и наступает гибель зоопланктона, рыбы и икры, нарушается вся экологическая система озера, оно начинает постепенно умирать. Если срочно ничего не предпринять, очень скоро на месте великого озера возникнет болото. Такие процессы хорошо известны экологам, они неоднократно описаны в учебниках.

Впервые на поверхности древнего озера водоросли появились в стоках Байкальского целлюлозно-бумажного комбината, тогда ученые заговорили об опасности эвтрофикации. Однако одним лишь ЦБК опасность не ограничивается: соли и другие химические соединения поступают в Байкал вместе с жидкими бытовыми отходами (азот и фосфор), канализацией (азот), моющими веществами (стиральный порошок), с промышленными отходами предприятий.

Осенью прошлого года сотрудниками Сибирского отделения РАН совместно с Росприроднадзором и Байкальской транспортной прокуратурой были проанализированы несколько сотен микробиологических, гидробиологических и гидрохимических проб акватории озера Байкал и сточных вод прибрежья города Северобайкальска (Республика Бурятия). Именно результаты данного анализа заставили ученых бить в набат и ставить вопрос о сложившейся на Байкале чрезвычайной экологической ситуации. К примеру, на участке северо-западного побережья северной оконечности озера появились гигантские скопления выброшенных на берег и гниющих водорослей типа спирогиры.

Примерный объем водорослей, ранее никогда не наблюдавшихся в байкальской чистейшей воде, составляет не менее 1400 тонн, а общая длина загрязненного участка побережья — более 10 километров. Резкий рост водорослей начался совсем недавно — в 2010 году. Обследование дна озера при помощи драг, проведенное с научно-исследовательских судов, показало, что цветение водорослей наблюдается на глубине 10 и более метров от поверхности, а зона их обнаружения простирается до 20 километров северо-западнее города Северобайкальска.

Гидротехнический анализ вод, взятых из реки Тыя, в которую сбрасываются сточные воды Северобайкальска, показывает, что содержание в них фосфатов, нитратов и других химических веществ составляет превышение предельно допустимых нормативов подчас в десятки раз. Аналогичная ситуация наблюдается и на других участках побережья. В заливе Лиственничный (Иркутская область) предел фильтрационной способности прибрежной зоны Байкала, после которой стоки бытовых вод поступают в экосистему озера, уже пройден. Следует отметить, что в залив впадают несколько ручьев и речек. В падях, где они протекают, расположены многочисленные жилые дома, коттеджи и гостиницы, которые эти ручьи и речки загрязняют. И как результат: загрязненная вода Байкала перестала быть не только целебной, но и просто питьевой, ее употребление создает высокую санитарно-гигиеническую опасность для населения. Поэтому прибрежную зону Байкала сегодня нельзя, как раньше, использовать в рекреационных целях.

Письмо И. В. Бычкова оказалось очень своевременным. В весеннюю парламентскую сессию планируется рассмотреть во втором чтении законопроект «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросу Байкальской природной территории». К сожалению, часть поступивших поправок к законопроекту не только не будет способствовать улучшению ситуации, но может ее даже ухудшить, что приблизит смерть Байкала.

Власть и бизнес сегодня убивают Байкал с молчаливого согласия «Единой России». И неслучайно депутаты из этой фракции отказались поддержать протокольное поручение межфракционной депутатской группы «Байкал». Речь шла о том, чтобы поручить Комитету Госдумы по природным ресурсам, природопользованию и экологии обратиться в министерство природных ресурсов и экологии РФ, к другим уполномоченным органам государственной власти с просьбой принять срочные меры по прекращению нарушений действующего законодательства и соблюдать требования природоохранного законодательства всеми предприятиями, расположенными на Байкальской природной территории и в первую очередь в его прибрежной зоне. Но «Единая Россия» не сочла нужным даже поставить такой вопрос перед исполнительной властью.

В поддержку протокольного поручения высказались 210 депутатов, члены же фракции «Единой России» в своем большинстве просто не приняли участия в голосовании по данному вопросу: 240 депутатов — представителей «партии власти» — фактически подписали озеру смертный приговор. Депутат фракции ЕР Валерий Язев сослался на то, что, мол, проблема, затронутая в протокольном поручении, не относится к законотворчеству, так как касается хозяйственной деятельности. Данный аргумент — не более чем иезуитская увертка, ведь Госдума регламентирует и природоохранную, и хозяйственную деятельность. Госдума — федеральный представительный орган, который может ставить в повестку дня и обсуждать самые важные вопросы, волнующие население страны. А здесь речь идет не просто о каком-то водоеме, а о «священном Байкале», где сосредоточена пятая часть мировых запасов пресной воды и 9/10 запасов России.

Увы, не в первый раз звучат голоса в защиту Байкала, но всякий раз у представителей власти находятся отговорки и увертки. Сегодня чистота озера и его богатства оказались под реальной угрозой уничтожения. Увидят ли наши дети «голубую жемчужину Сибири» во всем величии и красоте или Байкал станет символом бесхозяйственности и варварского отношения к природе?

2014 г.

С уходом писателя Валентина Распутина своего давнего защитника лишился Байкал

К горькому чувству утраты, возникшему с уходом писателя Валентина Распутина, примешивается чувство тревоги: своего давнего и самого авторитетного защитника лишился Байкал, «славное море», которое сегодня вновь в серьезной опасности. Как ни парадоксально, но уже практически на побережье Байкала ощущаются явные признаки дефицита водных ресурсов. И это при том, что озеро — крупнейший резервуар пресной воды в России, здесь сосредоточено до четверти ее мирового объема.

Но вот вам другой факт: только за истекший год уровень воды в Байкале понизился на 40 см — в феврале зарегистрировано приближение к минимальной отметке в 456 м. В прибрежных населенных пунктах из колодцев исчезла вода. Под угрозой остановки водозаборные сооружения 250-тысячного Ангарска с его крупными промышленными предприятиями. Прогноз неутешителен: к маю обмеление достигнет 16 см ниже минимума. Чиновники уверяют: мол, ничего страшного, просто наступил экстремально маловодный период. Такое бывало и раньше. Но в том-то и дело, что период маловодья затянулся аж на 19 лет.