Прыжок в неизвестность Черчень Александра

Глава 28. Здоровая конкуренция и опасная ревность

Я сидела за богато накрытым столом и с крайне сосредоточенным видом ковыряла содержимое тарелки.

При этом сама я, как можно догадаться, была отнюдь не в своей тарелке и рассуждала на тему странностей местного этикета, по правилам которого меня усадили именно на это место. А местечко-то было хуже не придумаешь. Прямо напротив меня расположилась парочка будущих молодоженов, а слева – их будущая свекровь. Я же находилась практически под перекрестным огнем – Тиа и Лилиан болтали без умолку. О моде, о столичных сплетнях, о дорогих цацках. В общем, ясно было одно – дамочки спелись! Еще один плюс в пользу Тиарны.

В результате настроение мое было ниже плинтуса и, если бы не сидящая рядом Стаська, что периодически толкала меня в бок и подбадривала – причем исключительно красным словцом в стиле «не спи, а то замерзнешь», – я бы и вправду «замерзла».

Кстати, стоит отметить, что Тиа прибыла в замок не одна, а с целой свитой, в которой, помимо разнообразных слуг и прислужников, состоял даже один уважаемый член общества, а именно ее двоюродный брат Стефан. Собственно, он тоже присутствовал на званом ужине и восседал как раз по левую руку от Тиарны.

С первого взгляда Стефан показался мне мерзким. Причем мерзким отнюдь не внешне. Напротив, сам мужчина был довольно красив. Среднего роста, стройный, русоволосый, с правильными чертами лица и чувственными губами. Но всю картинку разом портил его взгляд. Липкий, масленый. От такого холодный пот выступал на теле и инстинктивно хотелось прикрыться. Так и казалось, что сейчас разденет глазами.

Что примечательно – у этого типа тоже было проколото ухо. Правда, только одно. Но в нем так же, как у Фауста и Альберта, красовалось перо – молочно-белое с легким розоватым отливом. А вот у самой Тиа, в отличие от той же Лилиан, никаких перьев в ушах не оказалось. Этот факт меня немного удивил. Ведь, насколько я поняла, обе женщины уделяли пристальное внимание моде, а тут вдруг такие различия. В общем, поставила себе галочку, как-нибудь поинтересоваться насчет этих интересных серег.

А пока я лишь помалкивала и маленькими кусочками отправляла пищу в рот.

– Лу! – пихнула меня локтем Стаська, отчего я чуть не подавилась куском мяса. – Мне кажется, или этот Стефан на тебя пялится?

К сожалению, ей не казалось, последние несколько минут я почти физически ощущала на себе пристальный взгляд феникса.

И чего он ко мне прицепился? Смотреть больше не на кого?

– Слушай, а может, того… пофлиртуешь с ним? Пусть наш блондинчик поревнует, – коварно усмехнулась Стаська.

– Не хочу, – буркнула в ответ. – Не нравится он мне.

– Да ладно… вроде симпатичный, – высказала свое мнение сестренка и вновь толкнула меня в бок. – Люб, ну давай. Мужики они такие – их конкуренция только раззадоривает.

Интересно, это откуда ж у моей тринадцатилетней сестренки такие познания относительно мужчин? Нутром ведь чую, проверяла мелкая это на собственном опыте. Разрешила Петьке проводить себя до дома, чтобы Ванька приревновал и усерднее ухаживал? Вполне может статься. Да-да, она у меня тот еще манипулятор.

Только вот сестричка пока не понимает, что детские шалости обычно весьма безобидны, а вот откровенный флирт со взрослым дяденькой может обернуться совершенно недетскими последствиями.

Ответить Стасечке ничего не успела, наши перешептывания были замечены одним наблюдательным типом, и он не отказал себе в удовольствии вмешаться.

– Девушки, а о чем это вы там шушукаетесь? – с хитрющим выражением на наглой аристократической морде поинтересовался Стефан.

– Да так, о своем, о женском, – не растерявшись, с ходу ответила Стаська.

– То есть полюбопытствовать нельзя? – прищурив серые глаза, осведомился Стефан.

– Неа! – с улыбкой до ушей отшила его моя младшенькая. Все-таки иногда я радуюсь, что она у меня такая незакомплексованная. Порой это идет нам только на пользу.

Стефан с легкой ироничной улыбкой покачал головой, но допытываться, слава богу, не стал. Зато мою скромную персону вдруг почтила вниманием Тиарна.

– Любочка, – елейным голоском начала девушка. – Расскажите, а чем вы занимаетесь в вашем мире?

Не знаю, зачем она это спросила. Ждала, что я растеряюсь, или намеренно хотела опустить в глазах собравшихся? Ведь, насколько я успела заметить, в этом мире женщинам не полагается работать или заниматься серьезной деятельностью наравне с мужчинами, ну за редким исключением, разумеется. Женщины тут в основном выполняют роль хранительниц очага, занимаются домом, искусством, культурными посиделками и столь же культурными сплетнями. Так что наша дорогуша ожидала, что мне попросту нечего будет ответить. Но я-то не так проста, как она себе навоображала.

– Я учусь в столичном университете, так что большую часть времени посвящаю именно занятиям.

– Ага… Лу у нас ботаник, – ехидно вставила моя мелкая. – Отличница, в смысле.

– А по какой специальности, можно полюбопытствовать? – заинтересовался Альберт.

– Финансовый менеджмент, – без тени стеснения выдала я. Ну да, банально, конечно, но в моем случае вариант самый оптимальный. Всегда любила математику.

Как ни странно, реакцию мой ответ вызвал неоднозначную. Альберт в удивлении вскинул брови, Тиа нахмурилась, а Фауст, который в тот момент пытался сделать глоток вина, судорожно закашлялся.

– Мене… Как вы сказали? – решился уточнить смысл незнакомого слова лорд Финийк.

– Менеджмент. По-простому – управление. Управление финансами, – с радостью расшифровала я, чем вызвала еще большее негодование общественности.

– Что? Что-то не так? – разумно предположила я.

– Да нет, – вновь подал голос глава семейства, – просто у нас не принято, чтобы денежными вопросами занимались дамы.

Я уже чуть было не ляпнула, что семейный бюджет вообще испокон веков находится в женских руках и что подавляющее большинство бухгалтеров как раз таки принадлежит к слабому полу, но… Вовремя себя остановила. А что? Если у них это – необычное явление, то можно состроить из себя эдакую гениальность с нехилыми интеллектуальными задатками. Утереть нос Тиарне. Ее-то интересы дальше собственного гардероба, поди, не распространяются…

– Ну… Не вижу в этом ничего странного. У всех разные склонности, и мне моя будущая профессия очень даже нравится, – нейтрально ответила я. А вот Стасечка, поняв, куда я клоню, не преминула выставить меня в лучшем свете:

– Как говорит наш папа – нет ничего невозможного для человека с интеллектом!

– Это верно, – мягко улыбнулся Альберт и, задумчиво хмыкнув, подозвал к себе лакея, дабы наполнить бокал с вином.

А дальше… Дальше настал мой звездный час, если так можно выразиться. Ибо Фауст с Тревуром крайне заинтересовались программой моего обучения. И следующие полчаса я, не переставая, рассказывала о преподаваемых в университете дисциплинах, экзаменах, аттестации и тому подобной ерунде.

Фаусту вся эта тема оказалась близка, так как он, не далее как пару месяцев назад, сам закончил обучение в Академии. А вот Тревур оказался превосходным финансовым аналитиком. Именно в этой сфере он и помогал лорду Финийку вести дела. Так что общий язык мы нашли очень быстро.

Стоит ли говорить, сколь была недовольна Тиа таким вниманием к моей скромной персоне? Думаю, не стоит. К тому же Фауст, казалось, напрочь забыл о ее существовании. Даже на прямые просьбы реагировал с запозданием и крайне неохотно.

В общем, блондинка невзлюбила меня еще больше. Мне бы стоило об этом побеспокоиться, но на тот момент я как-то не придала этому особого значения. Как оказалось позже – зря…

Вскоре официальная часть ужина была окончена. И мы, как и в прошлый раз, плавно переместились в гостиную.

Фауста на сей раз ангажировала Тиарна. Потому меня под ручку провожал Стефан. Не знаю, отчего, но его прикосновения показались неприятными. Вроде и не позволял себе ничего такого, лишь вежливо поддерживал под локоток и изредка легонько касался ладони. Но у меня вдруг промелькнула паническая мысль, что этому хмырю от меня что-то надо. Неспроста он весь вечер на меня пялится. Да и, придя в гостиную, далеко он отходить не стал. Все время крутился где-то рядом. Учтиво предлагал вина, пытался завести непринужденный разговор, и все в таком духе… Ухаживал, короче.

Фауст искоса на нас посматривал и то и дело хмурился. Возможно, Стася была права, и здоровая конкуренция и впрямь хорошее средство для привлечения мужчины. Только вот проверять эту теорию меня как-то не тянуло. Как я ни старалась положительно оценить Стефана как мужчину, ничего не выходило. Находила лишь недостатки. Ростом ниже Фауста, и волосы гораздо короче, еле-еле достают до лопаток, глаза блестят каким-то совершенно нездоровым блеском, да и цвет мутный, грязный, и нет тех завораживающих мерцающих искр, как во взгляде моего блондина. Черт… Уже называю его своим! И вообще, какого я их сравниваю? Глупо это. Проще сразу признать: Стефан не Фауст, а потому совершенно мне не интересен. И делать вид, что ситуация обстоит по-другому, я не в состоянии. Вот хоть убейте.

А вот Тиа, наоборот, во всю демонстрировала, кто тут невеста и будущая жена. Так и ластилась к Фаусту. Не хуже мартовской кошки, ей-богу. Хотя все и было в рамках приличия. Но по тому, как она невзначай касалась его плеча, по тому, какими взглядами одаривала, как поглаживала рукав пиджака, становилось очевидно – этого мужчину она уже прибрала к рукам и откусит нос любой, кто посмеет к нему сунуться.

Эх. Незавидная меня ждет участь. Ой, не завидная… И самое обидное то, что Фауст на все эти прикосновения реагировал совершенно спокойно. Будто так и должно быть. Будто между нами никогда ничего и не было. Сам он, конечно, ничего подобного не вытворял, да и в целом вел себя на удивление сдержанно и корректно, но даже то, что он позволял ей так себя вести, бесило меня просто неимоверно. Никогда бы не подумала, что я такая ревнивая. И кто бы знал, как же мне было тяжело на все это смотреть и при этом мило улыбаться Стефану и остальным.

В общем, единственным моим желанием было – побыстрее уйти к себе. А вскоре это желание многократно усилилось, потому что, стоило пробить положенному часу, как нас посетил призрак бабушки графини.

– О! Да в вашем строю прибыло! – радостно воскликнула госпожа Орлова, обвела собравшихся заинтересованным взглядом и, остановившись на леди де Виньяж, вдруг резко скривилась, будто кусок лимона откусила. – И эта тут… – фыркнуло привидение и показательно задрало вверх аристократический носик.

О! Похоже, что нашей родственнице Тиа тоже не по вкусу. Что ж, тогда это меняет дело. Беру ее в свою команду! Надеюсь, она вынесет ей мозг так же, как нам в прошлый раз.

– Я же просила, чтобы эта мамзель тут больше не появлялась! – обиженно заявила бабуля и очень выразительно глянула на Альберта.

– Прошу не оскорблять мою невесту, – счел нужным заступиться за девушку Фауст.

– Так ты еще не передумал? – делано удивилось привидение. – Какой глупый мальчик. Хотя, как мужчину, я тебя, конечно, понимаю. Женский бюст испокон веков будоражит мужское воображение, а порой и вершит историю.

Я от такого заявления, мягко говоря, опешила. Стаська же не сдержалась и вовсе хрюкнула. А усопшая родственница продолжала разнос:

– Но ведь ей же тридцать восемь! Зачем тебе эта старая дева? – очень искренне недоумевала усопшая. – И я все же надеялась, что ты повзрослеешь и научишься думать головой. А не тем местом…

Закончить она не успела. Силуэт привидения вдруг резко подернулся рябью и стал расплываться во все стороны.

– Прекратите… Да что ж это такое, – возмущалась бабуля, тщетно пытаясь собрать свое тело воедино. – Уберите отсюда эту белобрысую вертихвостку!

Я перевела взгляд на Тиарну и узрела, как та с торжествующей улыбкой на лице выставила перед собой руку и мягко перебирает пальцами по воздуху. Будто на арфе играет. Вот только звука не было. Лишь изредка прилетало дуновение ветра, касалось кожи и уносилось прочь.

А вот привидение в прямом смысле сдувало, а потом и вовсе начало засасывать в урну, причем явно по спирали. Мини-смерч во всей красе. С ума сойти. Понятно теперь, за что наша родственница так невзлюбила белокурую бестию.

Не прошло и минуты, как призрак полностью скрылся в урне с прахом, и оттуда донесся лишь раздосадованный вздох и непонятное бурчание. Ну вот, мы со Стаськой только что лишились единомышленника. А как все хорошо начиналось. Какие были перспективы… Эх.

– Спасибо, Тиа, – поблагодарила будущую невестку Лилиан, а та и вовсе засияла, не скрывая своего торжества. Еще чуть-чуть и лопнет от самодовольства.

– Простите, вам корона потолок не царапает? – писклявым голосочком передразнила блондинку Стаська. – Хотя нет, не так. Тиарна, а вам тиара, случайно, не натирает? – хихикнула мелкая, радуясь своей выдумке, да и я невольно улыбнулась.

Вот ведь проказница. Надеюсь, никто этого не слышал.

Стоило об этом подумать, как Тиа кинула быстрый грозный взгляд на нас с сестрой. Мы тут же прекратили хихикать и натянули на личики как можно более скучающее выражение. Леди де Виньяж же горделиво вскинула головку и вновь придвинулась к Фаусту. Не отрывая от меня пристального взгляда, положила ладонь ему на плечо и стала невесомо поглаживать воротник камзола, а потом и вовсе пропустила меж пальцев перо в его сережке и стала играть уже с ним.

Мужчина склонился к ней и что-то недовольно шепнул на ухо, на что Тиа лишь невинно захлопала ресницами, очаровательно улыбнулась и от поглаживания сережки перешла к волосам феникса. И вот тут блондин не выдержал! Резко дернулся в сторону и перехватил ладонь невесты.

Теперь победно улыбнулась уже я. Никто не смеет прикасаться к его волосам, даже ты, дорогуша. Уж не знаю, что у него за бзик такой, но прияяяяятно. Чертовски!

Схватила со столика бокал с розовым вином, дабы отпраздновать это прекрасное событие. Сделала пару глотков, смакуя во рту легкий ягодный вкус с нотками апельсиновой цедры. Как-то незаметно ко мне вновь приблизился Стефан и начал что-то рассказывать о вкусовых свойствах этого замечательного напитка. Я слушала вполуха, а сама то и дело поглядывала на недовольную блондинку и Фауста, который, казалось, стал еще холодней и сдержанней.

Бокал как-то незаметно закончился, и Стефан услужливо принял из моих рук пустую тару, чтобы тут же предложить попробовать другой сорт не менее вкусного вина. Я с радостью согласилась. И вдруг мне стало дурно. Вот просто на пустом месте. Резко закончился воздух в легких, все поплыло перед глазами, а земля стала плавно уходить из-под ног. Я машинально вцепилась в то, что попалось под руку. Попался рядом стоящий Стефан. Мужчина, разумеется, не отказал мне в поддержке. Услужливо подхватил под локоток, а потом и вовсе приобнял за талию, хотя это было явно лишним.

– Вам плохо? – участливо осведомился собеседник, а все остальные члены семейства тут же обратили на меня свои взоры.

– Нет… я… нет, все нормально, – попыталась отделаться от рук феникса, но почти сразу же на меня накатила новая волна слабости. И вновь странное удушье, отчего я стала судорожно хватать ртом так недостающий воздух.

Да что за хрень творится? Кинула обеспокоенный взгляд на Фауста, инстинктивно ища у него поддержки. Кажется, это уже вошло в привычку. Феникс хмурился. Сильно хмурился. Потом вдруг дернул за рукав свою невесту и что-то шепнул той на ухо.

Стефан же принялся активно меня обмахивать. Как ни странно, это помогло. Вновь стало легко и комфортно. Но теперь я опасалась. Опасалась, что странная дурнота вернется, а потому решила под предлогом плохого самочувствия покинуть «теплую» компанию.

– Мне действительно не очень хорошо. Я, пожалуй, пойду к себе. Отдохну.

– Тебя проводить? – обеспокоенно спросил Фауст. И, кажется, это беспокойство уловила не только я. Альберт подозрительно прищурил серые глаза и быстро глянул сначала на меня, а потом на сына.

– Позволь, я, – вдруг резко вклинился Стефан, а я внутренне вся сжалась и в панике глянула на Фауста.

Нет, только не он, пожалуйста! Я сейчас не в том состоянии, чтобы отваживать от себя неугодных кавалеров.

Благо Фауст расценил мой взгляд правильно и поспешил настоять на своем.

– Не стоит. Вы гость в этом доме. Отдыхайте, – вежливо отклонил просьбу будущего родственника феникс.

– Ну что вы! Меня это нисколько не затруднит, – не сдавался Стефан, а я откровенно занервничала. Как бы они тут драку не закатили за право проводить меня в покои.

Я уже было собралась с силами, чтобы сказать, что и сама справлюсь. Ну, или на крайний случай Стаську возьму, как в разговор неожиданно вклинилась Тиарна.

– Не ссорьтесь, мальчики, – беззаботно хохотнула белокурая красотка и улыбнулась самой доброжелательной из своих улыбок. – Я сама провожу Любочку. – И на недоуменный взгляд Фауста тут же пояснила: – Я все-таки женщина, мало ли, какая понадобится помощь. К тому же расположение комнат я знаю превосходно.

О боже. Все-таки кандидатура Стефана была лучше. С тем я хоть знаю, как действовать в случае опасности. Коленом в пах, и все дела. А вот что делать с Тиарной, если она начнет меня прессовать, ума не приложу… Впрочем, скоро стало не до раздумий. Меня вновь одолело головокружение, а от резкой нехватки воздуха я задышала часто-часто. Аж неприлично даже. Особенно если учесть, что меня за талию приобнимает малознакомый мужчина. Хотя нет, уже даже не приобнимает, я уже практически лежу у него на руках в предобморочном состоянии.

Но оказалось, что это еще не самое худшее. Потому что как раз в этот момент тихо сидевшее привидение бабушки графини решило подать голос.

– Ну вот, то одному мужику в объятия кидается, то виснет на другом. Что за молодежь нынче пошла, – укоризненным тоном сообщила усопшая, да еще языком прицокнула.

О господи. А я еще смела думать, что бабуля на нашей стороне. Будь я сейчас в адекватном состоянии, покраснела бы до кончиков ушей. А если прикинуть, что на сей счет подумала Тиарна… Мама дорогая. Лучше мне прямо тут сознания лишиться.

– А не пошли бы вы… бабушка… в свою урну! – неожиданно заступилась за меня Стаська. – Неужели не видите – ей плохо!

Привидение фыркнуло и со свистом втянулось обратно в вазу. Слово же взял Альберт.

– И правда, Любочка, вам лучше прилечь. Тиа, проводите ее, будьте добры.

Я от такого поворота малость ошалела. Фауст недобро сощурился и поджал губы. Но перечить родителю не посмел.

Тиа меж тем демонстративно вильнула округлым бедром, подошла ко мне пританцовывающей походочкой и с рук на руки переняла меня у братца. А все стояли и смотрели. Фауст хоть и выглядел настороженным, но предпринимать ничего не спешил.

Нет, только не это! Не оставляйте меня наедине с этой мегерой!

– Я, пожалуй, тоже пойду. Время позднее. Мне спать пора, – показательно зевнула Стаська и подхватила меня с другой стороны.

Ох, и как же я была ей за это благодарна. Кто бы знал. Придем в комнату – расцелую.

В общем, вот так втроем мы и поковыляли. Правда, мне стало уже совсем хорошо, и я вполне могла идти сама, но из вежливости все же позволила спутницам придерживать себя за локотки.

До покоев дошли без приключений. Но вот когда оказались на месте, удача мне изменила.

– Я смотрю, тебе уже лучше. Не против, если мы перекинемся парой слов… Наедине! – выделила последнее слово блондинка, очень красноречиво глянув на Стаську.

Та сразу смекнула, в чем дело и, пожелав спокойной ночи, удалилась к себе, при этом дав понять мне взглядом, что если что – она на стреме!

Тиарна же не стала ходить вокруг да около и, как только закрылась дверь за сестричкой, с порога заявила:

– Даже не думай смотреть в его сторону!

– О чем это вы? – натянула морду кирпичом я и сделала вид, что не понимаю сути претензий.

На самом же деле я судорожно обдумывала, какую линию поведения выбрать. Строить из себя глупую овечку или же показать зубки. И чем дальше, тем все больше склонялась ко второму варианту. Ибо выражение лица у белокурой хищницы было такое самодовольное и наглое, что хотелось во что бы то ни стало стереть его с красивой аристократической мордашки.

– Ты знаешь, о чем я, милочка! Фауст тебе не по зубам. Так что выкинь его из головы.

Вот, значит, как. Позволяете себе дерзить и командовать. Что ж, я тоже умею играть в эти игры. Посмотрим, кто кого.

– Ха-ха-ха, – нехорошо усмехнулась я. – Сдался мне этот пернатый индюк! У меня дома таких трое. И еще десяток ждет на скамейке запасных!

Тиарна от такого заявления малость ошалела. Не ожидала от скромной тихони такой предъявы? А я решила закрепить успех.

– Я ж так… поиграть с ним просто хотела. А тут невеста нарисовалась. И, знаете… – Я критично оглядела фигурку Тиарны, которая пребывала в немом шоке от моих пафосных речей, и без опаски заявила: – Я тут подумала… Пожалуй, оставлю его вам. В вашем возрасте трудно найти спутника жизни, так что считайте это женской солидарностью…

– В моем возрасте? – грозно прорычала блондинка и, да не обманут меня мои глаза, но, кажется, у нее стали медленно отрастать когти на руках. Да не ногти, а именно когти! Птичьи!

Стало немного стремно. Но я решила, что раз начала, то надо доигрывать до конца. В конце концов, Стаська наверняка слушает под дверью и, если что, выручит! Она у меня девчонка боевая. Вообразила себе сестренку, вооружившуюся маникюрными ножничками, и сразу полегчало. А потому я продолжила:

– Ну да… Сколько вам? Тридцать восемь? Моя мама и то на год моложе…

Вот теперь эта горгулья окончательно озверела. На руках отросли уже не просто когти, а какая-то чешуя, неотвратимо превращающаяся в плотное оперение. Мама дорогая. Да у нее, похоже, началась частичная трансформация. Если еще клюв сейчас появится, то я точно в обморок грохнусь.

Но клюв, к моему огорчению, не отрос. Зато произошло нечто гораздо более пугающее. Меня вдруг резко накрыло порывом холодного ветра, взметнувшего волосы и подол длинного платья. А потом еще одним, да таким сильным, что я еле удержалась на ногах. Хорошо, что сзади оказалась спасительная стенка, к которой я и прижалась в поисках опоры.

– Ах, ты, мелкая дрянь! – зашипела эта мегера и сделала странное движение пальцами, сжимая их в кулак, отчего вмиг исчез не только ветер, но и весь воздух!

Вот теперь я не на шутку испугалась.

Мамочки! Это что она творит? Я же так задохнусь…

– Тиа! Живо прекрати! – резкий голос с металлическими нотками прорезал помещение.

Девушка вздрогнула, разжала кулак, а ко мне вновь вернулась возможность дышать. Вовремя. Глотнула ртом живительного воздуха и медленно сползла вниз по стенке.

– Ты не имеешь права пользоваться магией в этом доме! – строго и очень зло проговорил Фауст, неотвратимо приближающийся к замершей в нерешительности невесте.

Кажется, наша всемогущая ведьма разом растеряла весь свой пыл. Видимо, то, что она проделала, считается серьезной провинностью. А Фауст меж тем продолжал обвинения:

– А тем более не имеешь права использовать свои способности против гостей, находящихся под защитой моего рода! Мало тебе было шалостей за ужином, так ты решила окончательно себя дискредитировать? Это вызов семье! Ты это понимаешь?

– Да, я… понимаю… Я не хотела. Я была не в себе, – испуганно проблеяла Тиарна, болезненно побледнев и судорожно заламывая пальцы. – Фауст, прости. Этого больше не повторится, – поспешила заверить жениха несдержанная особа.

– Разумеется, не повторится! – фыркнул блондин.

– Ты скажешь отцу? – с опаской спросила леди де Виньяж.

– Я подумаю… – коварно улыбнулся Фауст и, пристально глянув на поникшую девушку, скрестил руки на широкой груди. – А сейчас будь добра покинуть эти покои.

Тиа не посмела ослушаться. Тут же подобрала юбки и рванула на выход. Фауст медленно последовал за ней. Но у самых дверей вдруг остановился, обернулся и глянул на меня неприятным укоризненным взглядом.

– Пернатый индюк, значит? Десять таких на скамейке запасных? Ну-ну…

– Фауст, я не то имела в виду… – попыталась оправдаться я. Но он не стал меня слушать.

– Перестань. Я не нуждаюсь в твоих объяснениях, – упрямо заявил мужчина и, пока я не успела еще чего-нибудь вставить, стремительно вышел в коридор.

А я так и осталась сидеть на полу, подпирая спиной стеночку. Что-то мне и вправду стало дурно. И теперь уже не от чужой магии. А от чего? От собственной дурости? Ну кто ж знал, что он нас слышит. Да и как он вообще тут оказался?

Додумать не успела. Из спальни выскочила взбудораженная Стаська, которая, могу поспорить, все это время не отлипала ухом от двери, а потому, несомненно, была в курсе последних событий. Сестрица в два счета оказалась подле меня и прямо в платье уселась на ковер.

– Любка. Ты мой кумир! Как ты ее размазала! – восторженно протянула мелкая и в восхищении завела глаза к потолку.

– Ага. Только Фауст все слышал, – угрюмо сообщила я, совершенно не разделяя настроения Стаськи.

– Ничего страшного, – как всегда, махнула рукой сестрица. – Падение самооценки ему не повредит. А здоровая конкуренция…

– Да помню, помню про конкуренцию, – я остановила словесный поток мелкой и таки поднялась на ноги. – Я устала дико. Пошли спать, а?

Глава 29. Разговор по душам

Настроение было паршивое. Сон не шел. Да и час был совсем ранний, даже солнце еще не полностью скрылось за горизонтом. А я лишь бесцельно ворочалась в постели, пытаясь найти удобное положение. Но внутри все бурлило, кипело, а мысли, лезущие в голову, никак не давали покоя. Нанервничалась, короче. И мне бы в таком состоянии самое то выпить валерьянки. Только где ее тут искать? Вызвать прислугу. Так ведь разболтают, что я на ночь успокоительное принимала.

В итоге решила искать покоя на свежем воздухе да в приятном месте. И такое в этом замке определенно было.

Сдернула с кровати теплый махровый плед, обула тапочки, накинула халат и тихонько, на цыпочках, вышла в гостиную, а потом и в коридор. Не хотелось, чтобы Стаська за мной увязалась.

Дорогу я нашла почти сразу. Да и преодолеть высоченную винтовую лестницу на этот раз почему-то оказалось проще, чем в прошлый. Может, потому, что никого не надо было тащить следом, или потому, что я предвкушала, как окажусь наверху. Под закатным солнцем, в окружении зелени и сладких запахов цветущих растений.

В итоге на крыше башни оказалось еще лучше, чем я себе представляла. Закатное солнце разрисовало небосвод полосками оранжевого и фиолетового. Легкий, пока еще теплый ветерок невесомым дыханием касался кожи. Из беседки доносилась переливчатая трель канарейки, а благоухало так, что кружилась голова.

Я закрыла глаза и полной грудью вдохнула напоенный сладкими ароматами воздух. Хорошо. И невеселые мысли тотчас выметаются из головы, оставляя внутри лишь звенящую пустоту.

Вот в таком расслабленном состоянии крутанулась на месте и легкой походкой направилась к беседке, предвкушая приятный, ничем не обремененный вечер.

Вот только чаяниям моим не суждено было сбыться, ибо, подойдя ближе, я обнаружила, что на крыше я не одна.

В беседке, вольготно устроившись на низенькой скамейке, задрав длинные ноги кверху, разлегся Фауст. Одет он был в домашнее, длинные волосы были не собраны и в беспорядке рассыпаны по шелковой подушечке, что феникс подложил под голову, и свисали до пола, практически подметая его светлыми прядями. На загорелой коже феникса яркими красками играл закат, а лицо было такое умиротворенное, что я на мгновение застыла, боясь его потревожить.

Эх. Плакал мой отдых. Твое ж… налево. Вот как раз Фауста я меньше всего сейчас желала здесь встретить. И нате вам! Разочарованно вздохнула и тихонько развернулась на пятках, стараясь не выдать своего присутствия, но мужчина все же меня заметил. Закон подлости, чтоб его!

– Люба? – удивленно спросил мужчина и приподнял голову от скамейки.

– Она самая… – горько вздохнула в ответ.

– Ты что здесь делаешь?

– Да так… Просто посидеть тут хотела… – Продемонстрировала притащенный плед и почти сразу спрятала его за спину. – Ну да ладно. Раз ты тут… Пойду, не буду мешать. – И лихо развернулась, чтобы поскорей скрыться с глаз феникса. Нам сейчас наедине лучше не оставаться, опять поссоримся, а я, признаться честно, ужас как устала от этих склок.

Я почти уже дошла до лестницы, как меня неожиданно окликнул мужской голос.

– Погоди… Оставайся. Зря, что ли, тащилась на такую верхотуру? А я пойду, – решил уступить мне местечко Фауст.

Что это с ним? Совесть проснулась? Или благородное воспитание сказывается? А как же его обида за пернатого индюка?

– Да нет, не стоит, – вяло попыталась отговориться.

Остаться все же хотелось. Даже очень. Но выгонять феникса показалось неправильным. Он тут так мирно отдыхал, а я приперлась и все испортила.

– Стоит, стоит. – Фауст спустил ноги на пол и вознамерился встать.

– Ну, мне как-то неудобно… тебя выгонять… Оставайся уж тогда, – предложила робко я и поспешно добавила: – Если тебе мое общество, конечно, не противно.

Не знаю, кто меня дернул это предложить. Лучше б отпустила его с концами и побыла одна, как и намеревалась. Знала же, что стоит нам остаться вдвоем, как мы обязательно поссоримся.

– Ну, если ты не будешь предъявлять мне очередных претензий и пошло обзывать, то не противно, – все же не сдержался и фыркнул Фауст.

И если насчет обзывания я еще могла с ним согласиться, то вот по поводу претензий была готова поспорить.

– Это я предъявляю тебе претензии? – Нотки возмущения сами вырвались наружу, ни разу не спросив у меня разрешения.

– Ну не я же, – усмехнулся блондин.

– Знаешь что? – Я решительно сделала несколько шагов в его сторону и, войдя в беседку, со злостью бросила плед на соседнюю лавочку.

– Что? – Пернатый насмешливо вздернул светлую бровь и расслабленно откинулся на спинку сиденья.

И вот тут можно было уже привычно начать истерить, накинуться на блондина с обвинениями или закатить громкий скандал. Но… как же я от всего этого устала! Нет, пора это прекращать. Надо быть умнее, спокойнее и достойнее. А то последние дни веду себя как истеричка какая-то. Завожусь на пустом месте, чего в обычной жизни со мной никогда не происходит. Понятное дело – стресс, напряженная обстановка, чужой мир. Но все равно это не повод превращаться в стерву.

Потому взяла себя в руки, выровняла дыхание, сделала личико попроще и миролюбиво предложила:

– Может, хватит уже? Я устала с тобой ругаться. Неужели нельзя нормально поговорить?

– Можно, – совершенно серьезно согласился мужчина. – Только ты ж всегда первая начинаешь.