Прыжок в неизвестность Черчень Александра

– Надеюсь, эта мегера больше не вернется, – прокомментировала увиденное Стасечка. – Ну что, поздравляю, сестричка, мы ее все-таки сплавили! – И, схватив меня за ладошку, хорошенько ее потрясла.

Я на рукопожатие ответила, правда, в отличие от Стаськи, не была столь уверена в победе. Потому как пока было непонятно: Фауст с Тиарной совсем разошелся или это так… обычная ссора.

Стоило мне задуматься на эту тему, как в дверь постучали, и, получив разрешение войти, на пороге появился сам Фауст.

Прямо как по заказу! Может, он сейчас и развеет мои сомнения?

С надеждой глянула на вошедшего мужчину, а Стаська… Стаська поспешила смыться!

– Ой, у меня там бигуди стынут, – с ходу ляпнула сестрица и в мгновение ока скрылась в своей спальне, оставив нас с фениксом наедине.

Фауст проводил мелкую недоуменным взглядом, потом повернулся ко мне, заложил руки за спину и серым будничным тоном поведал:

– Я пришел сообщить, что мы отправимся раньше.

– Хорошо… И во сколько выезжаем? – поинтересовалась я, хотя спросить хотелось совсем о другом.

Вот только выражение лица Фауста, отстраненное и недружелюбное, совершенно не располагало к задушевным беседам.

– Да, в принципе, как соберетесь, так и поедем.

– А мы уже собрались. – Я кивнула на сумки, стоящие у одного из кресел.

Фауст окинул вещи равнодушным взглядом, и лишь только уголок рта дрогнул в намеке на ухмылку, но почти сразу занял свое прежнее место.

Что-то я не пойму, он что, даже ни одной привычной шуточки не отвесит по этому поводу? А где же ехидное: «Да вы такие скоростные, что аж завидно» или: «Вам Тревур помогал или сами справились?» Н-да, совсем не похоже на блондина.

И, блин, уж лучше бы язвил, чем так… Ау, эмоции, вы где? Вернитесь, я все прощу!

– Что ж, значит, дело за мной… – отозвался феникс и, развернувшись, направился к выходу. – Я быстро, будьте готовы.

– Фауст, погоди! – окликнула я его уже у самых дверей.

Блондин остановился, медленно повернулся ко мне, а взгляд… прямо убитый какой-то. Да что с ним? Переживает из-за ссоры с Тиарной? Или тут что-то еще?

– Все нормально? – осмелилась я поинтересоваться у феникса.

– Да, все хорошо, – ровно ответил блондин, вот только я ни на долю секунды ему не поверила.

Фауст вновь вознамерился покинуть помещение, но и на сей раз у него не вышло.

В гостиную ворвалась взбудораженная Стаська. Дышит часто, глаза горят, на голове – ночной горшок.

– Шухер! Там этот, Баклажан пожаловал.

– Какой баклажан? – ничего не поняла я из ее сумбурных объяснений.

– Ну этот, синюшный. А с ним целая группа поддержки, – не более доходчиво объяснила сестрица, но мы с Фаустом, как ни странно, поняли, о чем речь, синхронно переглянулись и рванули к окну.

Что интересно, блондин оказался на месте чуть раньше меня, при том что стоял вообще в другом конце комнаты. Длинные же у него ноги. От ушей, блин!

– Сиды, – одновременно с Фаустом выдохнула я. Сомнений быть не могло. Кто еще, кроме остроухих, мог приехать на лосях? – Твою мать! – И это тоже получилось на зависть синхронно.

Так, что-то мы зачастили повторять друг за дружкой…

Вот только задумываться на эту тему времени не было.

Фауст вновь вознамерился покинуть нашу теплую компанию. Но теперь-то я точно не собиралась его отпускать.

– Ты куда? – крикнула вслед блондину я и, взяв ноги в руки, поспешила за ним. Стаська увязалась следом.

Фауст шел быстро, так что нам с сестрицей приходилось практически бежать. Зато догнали.

– Оставайтесь у себя! – резко обернувшись, зло рыкнул мужчина.

О, а вот и эмоции вернулись. Даже соскучиться не успела.

– Так куда ты? – все же попыталась выяснить я.

– Мы с тобой! – в свою очередь поспешила заявить сестрица, глядя на феникса из-под металлического ночного горшка.

– Нет, вы остаетесь здесь! – непримиримо выдал этот упрямец.

– А ты?

– А мне нужно знать, о чем сиды будут говорить с отцом.

– Подслушивать собрался, – сразу смекнула мелкая, а Фауст угрожающе прищурился. – Нехорошооо… Но, так и быть, мы тебя прикроем! – с широкой улыбкой на наглой мордочке пообещала эта проныра.

Я же…

– Хочешь ты или нет, но я иду с тобой! – поставила я блондина в известность, твердо вознамерившись следовать за ним. – Меня это, между прочим, тоже касается!

– И меня, – тут же вклинилась сестрица.

Фауст глянул на нас скептически, потом оценивающе. Мы же упрямо уперли руки в боки, всем своим видом показывая, что не отступимся. И, кажется, Фауст все-таки понял, что спорить с нами выйдет себе дороже. Ууумный мальчик!

– Ладно! Времени нет. А ночной горшок на голове зачем? – уже на ходу неожиданно спросил мужчина и хмыкнул, глядя на новомодный головной убор моей младшенькой.

– Ну как же? Чтобы Баклажан не завладел моим разумом. Защита. Вы что, кино про пришельцев не смотрели?

Ну, Фауст-то точно не смотрел. А вот я вроде припоминаю что-то подобное. Хотя не уверена, что главным героям это помогло.

– Что за недоразумение… – тяжко выдохнул блондин и, резко тормознув, отчего я чуть на него не налетела, рывком стащил со Стаськи горшок. – Не позорься. И нам надо поспешить, если не хотим пропустить начало разговора.

Мы не хотели. А потому поспешили. Буквально через пару пролетов Фауст свернул в неприметный узкий коридорчик, а за ним нырнул в дверь, скрытую под широким тяжелым гобеленом.

Мы оказались в каком-то тесном темном помещении, пахнущем пылью и старостью. В носу тут же засвербело, и я поспешила зажать рот ладонью, чтобы чих не получился слишком громким.

– Тшшш, – шикнул на меня Фауст и прислонил указательный палец к губам, призывая к тишине. Сам же достал из нагрудного кармашка белый платок и приложил к носу. Молодец, о себе-то он позаботился.

Впрочем, очень скоро мне стало не до обид. Феникс открыл в стене крохотное окошечко, в которое мгновенно пробился луч дневного света, затем точно такое же в полуметре от первого, и все мы напряженно замерли, вслушиваясь и вглядываясь в происходящее.

Нам со Стаськой, конечно, было неудобно. Все же одно окошко на двоих. Потому смотреть приходилось по очереди. Но основные моменты я разглядела.

Прямо по центру зала толпилось несколько сидов. По моим подсчетам, человек десять, если не двенадцать. Во главе голубой команды выступал, разумеется, лорд Синдар. Высокомерный, гордый, прямой, словно жердь. В вычурном изумрудном камзоле, расшитом серебром и драгоценными камнями. На фоне лорда Финийка, в строгом и вместе с тем элегантном темно-сером костюме, иль Натур выглядел сущим скоморохом.

Альберт неторопливо поднялся по ступеням, ведущим на небольшое возвышение, и опустился в стоящее там кресло. Теперь его было практически не видно – наши смотровые окошки находились как раз за спиной хозяина замка.

Что странно, гостям сесть не предложили. Даже лорду иль Натуру, хотя он вроде как глава рода, то есть лицо не последней значимости. Значит, либо Альберт попросту выше его по социальному положению, а потому позволяет себе такое поведение, либо это такой легкий намек на то, что сиды здесь незваные гости и Высокий лорд не горит желанием тратить на них свое время. Типа нечего рассиживаться, суть дела изложили и разбежались.

И очень бы хотелось, чтобы и в реале оно было так. Вот только моя пятая точка чуяла, что все не так просто.

– Чем обязан, господа? – спокойным деловым тоном осведомился хозяин замка.

– Видите ли, лорд. Произошло пренеприятнейшее событие, – откуда-то издалека начал сид. Мужчина сцепил руки за спиной и туда-сюда прошелся по залу, явно ожидая вопроса или хоть какой-то реакции на свои слова. Ее, разумеется, не последовало, а потому Синдар был вынужден продолжить: – Не далее как два дня назад произошло незаконное вторжение на территорию моего поместья. А также нападение на главу рода Бирюзы.

– То есть на вас? – все тем же деловым тоном уточнил Альберт.

– Именно, – подтвердил сид, заметно поморщившись, и вновь неспешно прошелся по залу. – Как вы понимаете, я не могу оставить это дерзкое преступление безнаказанным. Репутация рода подорвана, да и личное оскорбление я прощать не намерен. Вы же понимаете, тут пострадало не только мое достоинство и самолюбие, но еще и…

– А от меня вы что хотите? – резко прервал сию пафосную тираду лорд Финийк.

Да, давайте уже к делу. Есть у вас что-то на нас с Фаустом или нет?

– Видите ли, у нас имеются неопровержимые доказательства, что нападение совершил представитель рода Стальных фениксов.

Ой-ой. Неужели кинжал все-таки попал им в руки?

– Вот как? – делано удивился Альберт. – Я могу на них взглянуть?

– Разумеется, – нехорошо оскалился иль Натур и жестом подозвал к себе одного из сопровождающих.

Я вся напряглась и, кажется, даже дыхание затаила. Ну же, что там?

Наши худшие опасения оправдались. В руки лорда Синдара лег тот самый родовой клинок, что я потеряла в лесу.

Все, нам капец!

– Твою мать! – выругался рядом стоящий Фауст, и я, оторвавшись от окошка, искоса на него глянула. Мужчина с силой потер лицо, а потом запустил пятерню в волосы, изрядно их растрепав. Было видно, что блондин усиленно думает, пытаясь найти выход из ситуации.

– Узнаете эту вещицу? – меж тем раздался довольный-предовольный голос Баклажана, и мы с Фаустом вновь прильнули к смотровым отверстиям.

Стаська недовольно запыхтела, когда я ее подвинула, но лезть обратно не посмела. И правильно, я сейчас нервная, и лучше не попадаться мне под руку.

– Хмм, – задумчиво протянул Высокий лорд, соизволил-таки подняться с места и спуститься к Синдару, дабы получше рассмотреть вещицу. – Хорошая работа. – Альберт покрутил в руках кинжал, внимательно его изучая. – И вот эта монограмма и вправду похожа на знак моего рода, – не стал лукавить глава Стальных фениксов. – Но боюсь, что я не знаю, кому он принадлежит. У нас большая семья, и мне попросту не упомнить, кто носил подобную вещицу.

А вот теперь лорд Финийк откровенно лгал. Но делал это так мастерски, что даже я почти поверила и втайне позавидовала его самообладанию и той уверенности, с которой он нес всю эту околесицу.

– Ничего страшного, – к моему изумлению, ничуть не расстроился этот синюшный гад. – Думаю, я с легкостью опознаю владельца. Я ведь видел нападавшего в лицо. И знаете… – Синдар начал медленно, с грацией, присущей истинному хищнику, обходить Альберта по кругу. – Он на вас очень похож. Те же черты лица, осанка, тембр голоса… А по магическому флеру, оставленному на рукояти, королевские ищейки смогут без труда подтвердить мои показания.

Стоящий рядом Фауст еле слышно зарычал. А я порадовалась, что от лорда Синдара его отделяет целая стена – все же младший Финийк не такой сдержанный, как папаша, может и с кулаками броситься.

– Чего вы хотите? – без лишних предисловий и словесных кружев перешел к делу Высокий лорд.

– Чего я хочу? – Сид остановился и играючи повертел в руках кинжал. – Да, по сути дела, малость… Видите ли, ваш сын увел с собой двух моих гостий. И мне очень хотелось бы их вернуть. – Брюнет неприятно оскалился, а у меня по коже побежал холодок. – Хотя, если желаете, младшенькую можете оставить себе. Меня интересует лишь Любовь Орлова.

Теперь настала моя очередь рычать.

Нет уж! Обратно я не вернусь. И не мечтай, Баклажан недозрелый!

– Не бойся, Лу, я тебя не брошу!

Стоявшая рядом сестричка прильнула к моему боку и крепко сжала ладонь. Я в ответ легонько взъерошила волосы на ее голове и притянула поближе к себе. Уж в чем, в чем а в словах Стаськи я ни капли не сомневалась.

– Успокойтесь, никто никого не выдаст, – осчастливил нас Фауст. – К тому же лорд Синдар наверняка блефует. Обращаться к властям не в его интересах.

– Почему?

– Потому что ему нужно кольцо. А потребовав помощи короля, он лишь привлечет к себе ненужное внимание. А если мы выдвинем встречное обвинение, то ему уж точно не позволят вас забрать.

– То есть проблемы с законом не нужны ни вам, ни ему, поэтому они попытаются договориться полюбовно? – смекнула я.

– Верно. Вот только на уступки, как понимаешь, мы не пойдем. А потому остается лишь искусно водить остроухого за нос.

Собственно, этим самым сейчас активно и занимался Альберт.

– Погодите, то есть вы хотите сказать, что мой сын похитил у вас двух девиц?! Это же просто немыслимо!

В голосе лорда Финийка было столько искреннего негодования, столько праведного возмущения, что я мысленно поаплодировала. Вот это отыгрывает мужик!

– Ну почему же… Еще как мыслимо, – передразнил иль Натур, явно недовольный тем, что разговор отклонился в сторону.

– Простите, но я попросту отказываюсь в это верить! – меж тем продолжал разыгрывать комедию старший феникс. – У Фауста никогда не было проблем с девушками. Да и похищение… есть множество более гуманных способов добиться женского расположения! – Я от такого заявления чуть не выпала в осадок. А Стаська аж прихрюкнула от удовольствия. Это ж надо было такое выдать. Жжет папаша! – И мой сын никогда не позволил бы себе…

– Вы не так поняли! – прервал словесные излияния Высокого лорда Синдар. – Он увел их с другой целью. Видите ли, эти девушки… они… в общем, они из другого мира.

– Вы, верно, шутите?! У нас переселенцев уже лет двести как не появлялось. С тех самых пор, как четверка богов закрыла границы этого мира.

– Вот именно. Потому-то мне и нужно вернуть девушек. Я должен разобраться в этом вопросе, – тут же прикрылся красивой легендой остроухий. Она, конечно, была кривая, косая, со множеством дыр, но Альберт сделал вид, что поверил в благие намерения своего собеседника. И даже спрашивать не стал, почему тому нужна лишь одна из нас.

– И что же вы намерены с ними делать? – вместо этого поинтересовался крайне щекотливым вопросом лорд Финийк.

– А вот это вас уже не касается, – резко ответил брюнет и сердито поджал и без того тонкие губы. – Мои условия просты – вы отдаете мне девушек, а я забываю о произошедшем инциденте и возвращаю вам родовой кинжал.

– Да я бы с радостью. – Альберт вновь поднялся на возвышение и коснулся рукой спинки кресла. – Но при всем моем уважении и желании помочь, я не знаю, где сейчас находятся ваши переселенки. Так же, как и не знаю, где мой сын. Он уже четыре месяца не появлялся в родовом гнезде.

Голос Высокого лорда звучал твердо и не допускал ни единого повода усомниться в искренности его слов.

– Что значит не знаете? – вспылил Синдар и резко тряхнул головой. Теперь, помимо того, что он был похож на скомороха, он стал похож еще и на встрепанного воробья.

– Мой сын совершеннолетний, и он волен находиться там, где сочтет нужным. Да и о своем местоположении, как понимаете, он мне не отчитывается.

– Вот, значит, как… – ощерился голубенький и зашипел на манер ядовитой гадюки: – Если вы не желаете сотрудничать, то я буду вынужден…

Озвучить свою угрозу остроухий не успел. На сей раз его перебил Альберт;

– Ну почему же не желаю? Я готов оказать вам любую посильную помощь. И если от моего сына придут вести, я обязательно дам вам знать. Более того, мы с вами вместе к нему отправимся и во всем разберемся, – клятвенно заверил своего собеседника хозяин замка.

– Меня это не устраивает! – выпалил сид.

– В таком случае, что вы предлагаете?

– Во-первых, я хочу осмотреть замок, – не задумываясь, потребовал остроухий. – Мало ли, вдруг вы случайно пропустили приезд наследника… У вас же наверняка много дел. Могли и не заметить, – выдал глумливую улыбочку этот урод. На лице же Альберта не дрогнул ни единый мускул, будто эта издевка вовсе его не касалась. – Во-вторых, после осмотра здесь останутся несколько моих людей. На случай, если ваш отпрыск решит вернуться.

Ишь, чего захотел! Гад синюшный. А нам теперь что делать? Бежать, что ли?

– Надо бежать! – прочитал мои мысли Фауст и стал озираться по сторонам в поисках… незнамо чего. Потом еще и карманы зачем-то обшарил.

– Что ты делаешь? – спросила я недоуменно.

– Надо подать сигнал отцу. У вас есть что-нибудь блестящее. Зеркальце, например, или заколка?

Мы со Стаськой отрицательно замотали головами. Ни карманов, ни сумок у нас с собой не было, а в волосах у сестрички красовалась лишь атласная ленточка.

– Погоди… – Фауст сосредоточенно уставился на меня. – У тебя ведь мое перо!

– Откуда… – начала было я, но тут же осеклась.

Вот дура! Ну, конечно, он знает! Он же специально давал его, чтобы меня без труда можно было найти, а значит, феникс это перышко чует.

– Давай сюда! – скомандовал блондин, а я стыдливо прикрыла грудь руками.

– Отвернись…

Почему-то доставать перо из декольте под пристальным взглядом Фауста было жуть как неудобно.

Блондин страдальчески вздохнул, но просьбу мою выполнил мгновенно. А пока я ковырялась за корсажем платья, не отказал себе в удовольствии отвесить издевательскую шуточку:

– Что, у самого сердца хранишь? – усмехнулся феникс, а мне уже привычно захотелось укоротить ему язычок.

– А без комментариев можно? – прошипела я, выуживая гладкое, шелковистое перышко. Как назло, было еще и щекотно, но я, стиснув зубы, сдержала неуместный смешок и поспешила добавить: – Спрятать больше негде.

Фауст повернулся как раз в тот самый миг, когда я собиралась его окликнуть. Выхватил из ладони перо и совершенно серьезным голосом произнес:

– На самом деле, правильно делаешь, что носишь при себе. Мало ли в какую ситуацию попадем, – похвалил феникс, а я позволила себе улыбнуться.

Вот, не такая уж я и глупая, оказывается.

А дальше Фауст сделал то, чего мы со Стаськой никак не ожидали. Феникс аккуратно взял перышко, положил на раскрытую ладошку и, с силой зажав основание большим пальцем, молниеносно быстро провел им до самого кончика. Всего мгновение, и перо из мягкого и шелковистого превратилось в стальное. В прямом смысле этого слова. Гладкий тонкий пласт металла с чуть выпуклой сердцевиной.

– Ни фига себе, – прокомментировала увиденное сестрица.

– Это как так? – не менее удивленно вопросила я.

– А вы думали, Стальные фениксы – это лишь красивое название? – довольно усмехнулся Фауст и пообещал: – Я потом вас научу, как это делать.

Класс! Я уже хочу так уметь. Это ведь получается, что у меня в любой момент будет оружие под рукой! Как удобнооо.

Феникс меж тем подставил стальное перышко к смотровому отверстию в стене, пытаясь поймать луч света. Кажется, мужчина решил обойтись простым солнечным зайчиком.

Я прильнула ко второму окошку, дабы лучше было видно результаты его стараний. Получалось у Фауста не очень…

– Может, лучше было намагичить чего-нибудь? – предложила я, решив, что затея со светом не очень удачная.

– Магию легко засечь. Если, конечно, имеются соответствующие способности. А я, к сожалению, не знаю, что за умельцы в свите у Бирюзового лорда.

– А солнечного зайчика, по-твоему, не засекут? – заволновалась я, увидев, как крохотный лучик света ползет по полу.

Все же у феникса вышло. Кто бы сомневался… Ну да, я сомневалась… Но совсем капельку.

– Для этого надо быть очень внимательным. К тому же эта стенка сплошь выложена глянцевой мозаикой и полудрагоценными камнями, она и так вся сияет, – хмыкнул Фауст.

Лучик света меж тем с пола переместился на спинку кресла, а старший Финийк как раз опирался на нее ладонью. Удачненько. Или, может, так задумано? Сам же глава рода при этом задумчиво поглаживал подбородок, усиленно над чем-то размышляя.

Солнечный зайчик медленно пополз к мужской ладони и остановился как раз на массивном перстне, украшавшем безымянный палец хозяина замка.

Секунда. Вторая. Альберт даже головы не повернул. И на руку не взглянул. Вместо этого потер большим пальцем перстень, а потом, скрыв ладонь за спинкой кресла, сделал какой-то странный знак рукой.

– Есть! – обрадовался блондин и отлип от смотрового окошка, из которого в этот самый момент донеслось суровое:

– Ваше предложение, лорд, крайне возмутительно, более того, оно унизительно! Но в связи со сложившимися обстоятельствами я не стану препятствовать. Можете осмотреть замок, и я искренне надеюсь на вашу тактичность в этом деле.

Это он что, намекает на то, что все ценности должны остаться на месте? Хих.

– Уходим, живо! – дернул меня за руку Фауст, отрывая от интереснейшего разговора. – Мы должны исчезнуть до того, как они начнут здесь рыскать.

– То есть мы совсем-совсем уходим? – заволновалась я.

А как же вещи? А как же Тревур? И через центральный вход нам, наверно, нельзя.

– Да. За мной. Не отставайте! – уже на ходу бросил феникс и помчался вдоль по коридору. Да так припустил, что мы еле-еле за ним поспевали. Я-то еще и Стаську за собой волокла.

Дороги я толком не разобрала. Мы шли какими-то узкими темными коридорами. Потом спускались вниз, опять петляли, и опять вниз. Все, что я видела, – лишь серые безликие стены по сторонам, спину Фауста, затянутую в плотную темно-синюю ткань, и тугую пшеничную косу, по этой самой спине нещадно хлеставшую. Пару раз даже возникло желание за нее схватиться, ну, чтобы не отстать.

В общем, бежали мы, бежали, пока не уперлись в тупик. Натуральный такой. С глухой каменной кладкой прямо по курсу.

– И куда дальше? – забеспокоилась я.

– Мы что, заблудились? – пискнула сестричка.

– Нет, мы на месте, – уверенно ответил Фауст и, приложив ладонь к стене, стал обшаривать кладку. – Вспомнить бы еще, который.

Только не говорите, что он сейчас нажмет на один из камушков, и в стене откроется прежде недоступная глазу дверь.

Так и случилось. Я даже рот от удивления раскрыла.

Фауст пригнул голову и шагнул в темноту. И вот сейчас мне совсем не хотелось за ним следовать. Из провала тянуло сыростью и холодом. Легкий сквознячок трепал волосы, а по спине ползли противные мурашки. Бррр.

И даже когда внутри забрезжил теплый огонек, уверенности у меня не прибавилось.

– И долго вас ждать? – высунул голову феникс. Не дождавшись реакции, схватил меня за руку и потащил в проем. Пришлось подчиниться.

Внутри, как и предполагалось, было мерзко. Холодно, влажно. Пахло каким-то старьем и разлагающимися растениями. Углы стягивало кружево паутины. Под ногами стелилась сырая земля, а с потолка свисали белесые корни деревьев.

Настоящее подземелье. Точнее, подземный ход. Ну что сказать, банальненько…

Фауст утопил выпирающий камень в стену, и дверь за нами с тихим скрежетом затворилась, отрезая от цивилизации и от возможности вернуться назад. Теперь стало еще неуютнее, и я зябко передернула плечами. Стаська тоже вся ежилась и теснее жалась ко мне.

– Ну что, готовы к приключениям? – чересчур бодро осведомился Фауст и вручил мне еще не зажженный факел. Сам же закинул за спину неизвестно откуда взявшуюся котомку и выхватил из держателя горящее древко. – Тогда вперед!

Что, мало тебе было в жизни приключений, Любка? Получите, распишитесь!

Конец первой книги