Прыжок в неизвестность Черчень Александра

– А в кого еще? В дикобраза, что ли?

Ну не смогла я не сострить. А вот змееныш оскорбился, даже показательно отвернул морду. Пришлось идти на попятную.

– Прошу простить за несвоевременную иронию, – церемонно сказала я и даже склонила голову. Судя по благожелательному взгляду, удав проникся. – Так в кого?

– Я наг, вообщщще-то…

О, это уже интересней. Только вот знать бы еще, кто такой наг… Название-то знакомое, кажется, из индийской мифологии…

Надо будет погуглить на досуге. Можно, конечно, у змея повыспрашивать, только вот совсем не хочется показать себя малообразованной лохушкой.

Но вообще, если учитывать, что они с фениксом не из нашего мира, то гугл тут может оказаться отнюдь не в помощь.

– А чего обратиться не можешь? И что ты вообще в нашем террариуме забыл?

– Это фсе Земляна, богиня.

Тааак. Опять эта загадочная Земляна. Что я ей такого сделала, что она устроила из моего дома приют для говорящей живности?

– Она заперла меня в этом теле. Да еще и папашшшше твоему подарила, – тяжело вздохнул змей.

– Так, погоди, а тебя-то она за что наказала? – встряла я, потом хихикнула, вспомнив, что рассказывал пернатый, и предположила: – Что, тоже не показал, что в кармашке?

От этого заявления удав свалился с бревна. Впечатлительный, однако, тип…

Потом очень медленно высунул голову, мазнул раздвоенным языком по воздуху. Будто облизаться хотел, да не вышло. И, смерив меня подозрительным взглядом, поинтересовался:

– Откуда ты про кармашшшек знаешь?

– Ну-у, феникс рассказывал.

– Вот нахал, – разозлился змей. – Все перья ему выщщщщипаю. Это же личное, это же интимные фиссссиологические подробносссти!

Первое, что пронеслось у меня в голове, – это то, с каких же пор нагрудные кармашки относятся к «физиологическим подробностям личного характера»? Второе, что феникс таки не змей… а, стало быть, змей мог попасться на чем-то ином.

Странная какая-то богиня, однако. Все что-то у мужиков по кармашкам ищет…

Так! Бред – вон из головы!

– Ладно, ладно тебе, – попыталась угомонить хвостатого, который рвался непонятно за что отомстить пернатому. Не хватало мне еще куриного трупика тут. – И чего вы на этом кармашке так зациклились? Мне вообще не интересно, что там, – произнесла с бесстрастным видом. Хотя, признаться честно, любопытство лишь возросло. Вот же ж, заинтриговали, гады!

– Мне этот кармашшшек всю шизнь сломал, – обреченно вздохнул удав и окончательно загрустил. Ну а я…

– В общем, как тебя там? Леодин…

Нет, с помешательством определенно нужно что-то делать…. Это же, по ходу, прогрессирующая штука! Сначала вот феникс, теперь удав, а что потом? Лев, колдунья и платяной шкаф?

Я зябко передернулась, потрясенная перспективами, и вновь посмотрела на змея.

– Я это… пойду. Ты тут не грусти.

– Легко сказать, не груссссти. Думаешшшшшь, у змей так много занятий? Я спасался только сссспячкой… а то бы давно сссс ума сссошел, – пригорюнился хвостатый и подполз поближе, обвиваясь вокруг моей ноги. Кажется, уйти так просто мне не дадут…

– Нуу не знаю… – протянула я, просто потому, что надо было что-то сказать. Н-да, поддерживать непринужденный разговор с незнакомыми лю… хм… змеями явно не моя стезя.

Спасла ситуацию вернувшаяся Стаська.

– Фенечка в печали. Просил оставить его одного, – глубоко вздохнув, сообщила сестрица и уселась на бревнышко. – А вы тут что делаете?

– Придумываем, чем бы поразвлечь Леодина, – очень «жизнерадостно» сообщила я и примостила свою пятую точку рядом со Стаськиной.

– Ооо, так ты, значит, Лео? – тут же наградила змея уменьшительным именем младшая. – А я Стася! – И, так как у удава не было рук, пожала ему кончик хвоста.

И ее не смутило то, что хвост пришлось сначала откопать в чешуйчатых кольцах, а потом еще крепко держать. Удавчик здороваться таким методом категорически не хотел.

Короче, змею такое самоуправство не понравилось, и он поспешил отползти подальше, попутно освободив мою ногу. Ну, слава Богу. Стася, я тебя обожаю!

– Девочка, я предпочитаю вербальное общщщщение.

– Как скажешь. Так чего ты грустишь? – поспешила вникнуть в суть проблемы добрая душа.

– Обернутьсссся не могу…

– А чего не можешь? Феня вон как лихо в птичку заделался.

– Ну, я-то не фениксссс… – с каким-то пренебрежением в голосе отозвался чешуйчатый. – Мне надо больше энергии на превращщщщение. Все никак накопить не могу. Дурацкий мир. И Земляна со своими фокуссссами.

– Но, но, но! Нечего наш мир оскорблять, – тут же встала я на защиту… эммм… мира!

– А может, ритуал там какой нужен? Или этот… поцелуй, – хихикнула мисс всезнайка.

– Какой поцелуй? – заинтересовался ползучий гад.

– Ну, как в сказке. Помните, царевна-лягушка?

Я-то сразу смекнула, о чем речь. А вот змееныш не догнал. Вопросительно уставился на Стаську, ожидая продолжения.

– Ну как же? Было у царя три сына. И когда выросли они, царь собрал их и говорит: «Сыны мои любезные, жениться бы вам пора. Возьмите по стреле, выходите в чисто поле и стреляйте: куда стрелы упадут, там и судьба ваша». Сыновья поклонились отцу, взяли по стреле, вышли в чистое поле, натянули луки…

– Ближе к делу, – я поторопила сказочницу. Эдак мы тут до утра сидеть будем.

– Ну, короче, выстрелили. У одного стрела угодила в болото. В болоте лягушка. Он ее поцеловал. Бах – царевна.

– И? – так и не понял сути змей. Ну не знаком он с русским фольклором, что поделаешь.

– Да все просто. Нужно тебя поцеловать, и ты обратишься в человека! – объяснила терпеливая сестричка.

Вот теперь хвостатый въехал. Да, доходит до него, как до удава. Хмм… Так он и есть удав! Но не важно. А важно то, что после этого все присутствующие обратили свои взоры на меня, чего-то… ожидая.

– Эээ. Нет, нет, друзья. Я на это не подписывалась! Я его целовать не буду! И вообще, не верю я в это!

– А в говорящих змей веришь? – тут же осадила меня сестричка. – Лу! Ну посмотри, какой он несчастный…

Удав и правда выглядел несчастным. Но меня этим не проймешь.

– Если тебе его так жалко, сама и целуй! И вообще, это твоя идея.

– Но, Лу! Я же еще маленькая! – запротестовала Стася.

– Маленькая! А, помнится, не далее как в выходные ты утверждала совершенно обратное, умоляя купить тебе туфли на шпильке!

– Так то туфли. А это поцелуй! – не отступала мелкая.

– Не вижу особой разницы, – в свою очередь, не поддавалась я и пафосно изрекла: – Тем более он змей. А не парень. Я спокойна за твой моральный облик!

– Зато я опасаюсь за твой, – буркнула младшенькая. – С каких это пор целоваться со змеями – это нормально, а вот с людьми – аморально?

Ну, вообще, с этих самых…

Короче, мы еще немного пободались, поспорили. Удав молча за этим понаблюдал, что примечательно, даже не пытаясь вмешаться. Видно, боялся попасть под горячую руку.

И в итоге Стаська согласилась. Удав послушно, но без энтузиазма, подполз поближе. Сестричка крепко зажмурилась и на счет три быстро чмокнула змеюку в морду.

После чего она еще долго отплевывалась. А вот несчастный змей так и не превратился.

– Ну, не расстраивайся. Что-нибудь придумаем, – попыталась приободрить хвостатого я. – А сейчас нам пора. Поздно уже.

– Завтра вернешшшься? – с надеждой в голосе прошелестел чешуйчатый.

– Куда ж я денусь. И даже свеженьких мышек принесу! – пообещала я.

– Лучше хомячков. Они поширнее, – попросил змей. – Джунгарских, шелательно… они так забавно пищщщат.

– Джунгарики мелкие, – нахмурилась я. – Они ж тебе на один зуб.

– Как сссемечки…

– А-а-а, – глубокомысленно протянула я и пошла на выход.

Ну, ладно, хомячков так хомячков…

Глава 3. Инстинкт гнездования

В спальню я шла на ватных ногах. Умаялась. Столько потрясений за вечер. Непонятно вообще, как еще держусь. В голове лишь одно желание – свалиться на постель и отрубиться. А подумаю обо всем завтра.

Может, случится чудо, и это все окажется красочным сном. Ну, или хотя бы миражем.

В общем, до кровати я добрела без происшествий. За окном было уже темно. И свет включать не стала. Стянула с себя джинсы, футболку и полезла под одеяло. И тут почувствовала неладное… Кажется, я утром заправляла постель. А сейчас большое пуховое одеяло было как-то странно смято и собрано к центру кровати.

Без всякой задней мысли потянула за конец, намереваясь его расправить, и вдруг раздалось странное копошение, шум, а затем и недовольное квохтание. Я чуть на пол от неожиданности не упала. Метнулась к выключателю. И что вы думаете?

Оказалось, некий пернатый засранец свил гнездо прямо в моей постели!!! И прямо из моего пухового одеяла! Точнее не из самого одеяла, а из того, что было внутри – то есть лебяжьего пуха. Вся кровать была усыпана невесомыми белыми перышками, а в серединке громоздилась целая кучка, на которой в позе высиживания яйца обосновался наглый птиц.

– Я вообще-то сплю. Можно свет выключить? – недовольно пробубнил феникс и попытался спрятать голову под крыло и продолжить сон.

Ну и наглый! Хрен тебе, а не сон!

Вновь ухватилась за край одеяла, а точнее его остатков, и вздернула вверх, разрушая сотворенную курицом конструкцию и сгоняя его самого с постели!

– Ты совсем офонарел?! – заорала я на птицу. – Ты что здесь устроил?

Феникс с непонимающим видом огляделся по сторонам.

– Это что такое? – кинула в него разорванным одеялом.

Куриц отскочил, смешно замахав крыльями. И попытался залезть под кровать от греха подальше. Я за ним. Не успела. Поганец все-таки юркнул в укромное местечко.

– А ну, вылазь!

– Что бы ты мне шею скрутила? Спасибо, не хочу быть ингредиентом для куриного супа, – здраво заключил феникс.

– Ну какой же ты ингредиент… – льстиво начала я. – Ты будешь основной составляющей! Ну или, если не нравится суп, у тебя есть все шансы стать крылышками барбекю. – Плотоядно улыбнулась, представив себе хрустящее корочкой лакомство. – Ты зачем одеяло распотрошил, вредитель?

– Я не нарочно. Это все инстинкты, – виноватым голосом просипел куриц, но из-под дивана так и не показался.

– Я те дам инстинкты! А ну, вылезай, говорю!

– Я не самоубийца, – продолжал упрямиться Финик.

Я еще немного порычала, попинала многострадальное одеяло. Потом остыла.

Со вздохом уселась на кровать и подумала, что надо бы прибраться и ложиться спать. А до феникса рано или поздно доберусь.

Молча встала. Зашвырнула остатки одеяла в угол. Туда же попыталась сгрести разбросанный пух.

Пока убиралась, не проронила ни слова. Пусть это и по-детски, но я с ним теперь не разговариваю. Вот!

– Злишься? – донесся тихий голос из-под дивана.

– Да, – не смогла смолчать я. Блин, ну собиралась же с ним не разговаривать. Никакой выдержки… – И вообще, мог бы помочь!

Сзади раздался цокот коготков. Кажется, птиц рискнул выбраться из укрытия. Потом шаги резко остановились. Помогать мне так никто и не спешил.

– Ну, и что мы стоим? А, Фрау, птичка моя…

– Я не Фрау, – медленно ответил феникс. – Вы с сестрой исковеркали имя и род. Попытайся запомнить. Фрайо Финийк.

И все равно Финик!

– Ладно… Фрайо, – буркнула я и только сейчас обернулась к фениксу.

Поймала на себе его удивленный завороженный взгляд, вверх-вниз, скользящий по телу. Хмм… Он что, меня разглядывает? С чего бы это? Виделись же уже. И только через несколько секунд до меня дошло – я же в неглиже. В тоненькой маечке на бретельках и трусиках, еле-еле прикрывающих стратегические места.

Н-да… Похоже, когда феникс в таком обличие, я не воспринимаю его как мужчину. А вот он меня, судя по раскрытому клюву, очень даже воспринимает.

Пришлось опять схватить многострадальное одеяло, теперь уже с целью прикрыться.

– Хватит пялиться! – шикнула на Финика. – А ну отвернись, я оденусь.

Птиц моргнул черными глазенками, кудахтнул что-то невразумительное, но все же соизволил отвернуться. Я по-быстрому просочилась в гардеробную, взяла с полочки пижаму в розовую полоску и натянула на себя. С соседней полки прихватила плед взамен почившего одеяла. Когда вернулась в спальню, застала поистине удивительную картинку.

Птиц изволил убираться. Аккуратно в клювике переносил перышки и один к одному складывал в кучку. Н-да, поразительно. Правда, такими темпами он до утра будет порядок наводить. Но рвение все же похвально.

Я недолго постояла, опершись о косяк и наслаждаясь зрелищем. А потом все же решила не мучить пернатого. Да и спать в перьях мне как-то не улыбалось.

Стащила с кровати простынь и хорошенько тряханула ее в том же углу. Перья разлетелись в стороны. Парочка прилипла на штаны, и даже на волосах обосновался белый пух. Но простынь сделалась чистой, это факт.

Застелила постель и, наплевав на остальной беспорядок, завалилась спать. Но стоило улечься, как услышала хлопанье крыльев и почувствовала, как что-то запрыгнуло на кровать. Точнее, кто-то.

– А ты что тут забыл? – наехала на наглого птица.

– Спать буду, – как ни в чем не бывало отозвался пернатый и принялся грести когтями уже по новому пледу.

– Иди спать в свою кучу! – скомандовала строго и спихнула Финика с кровати.

Тот что-то кудахтнул. Никак обругал. И поплелся в свой угол. Дальше греб уже там…

– Какая ты… злюка, – обиженно донеслось из угла. – Я, может, тепла хочу.

Смотрите, какие мы, тепла ему подавай.

– Так надо было у Стаськи оставаться. Чего ты ко мне вообще приперся? – вдруг пришла ко мне очень здравая мысль.

– Пфф. Ночевать с этой малолеткой? – натурально фыркнул птиц. И как он это умудряется?! С клювом-то. – Я вообще-то предпочитаю девочек постарше.

Ну и нахал!

– Да не вопрос. Могу тебя хоть сейчас к соседке Нине Семеновне отнести. Ей как раз недавно полтинник стукнуло. Барышня в самом соку. Все, как ты любишь! – радостно сообщила пернатому. И даже на локтях приподнялась. Вдруг согласится. Так я сгоняю.

– Не смешно, – хмуро отозвался Финик. Видно, шутка не пришлась ему по вкусу. – Я имел в виду, что твоя сестра для меня маловата.

– Ну, знаешь ли. В нынешней ситуации она раз в десять тебя больше. Так что не придирайся.

Феникс что-то побурчал, пошуршал в своем углу. А я вдруг подумала, что моя комната сейчас очень походит на курятник.

– Спокойной ночи, – тихонько пожелал птиц. Как мииило…

– Спокойной… – И, не сдержавшись, добавила: – Смотри, яйцо не снеси…

Глава 4. Мамина помада, папины трусы

Утро встретило щебетанием птах, шумом пылесоса, доносившимся из какой-то дальней комнаты, и пронзительно ярким лучом, бьющим прямо в глаза. Твою ж… маковку. Забыла вчера вечером задернуть шторы.

Попыталась отвернуться от «ласкового» солнышка, но стоило мне пошевелиться, как я почуяла неладное. Что-то тяжелое всем весом придавливало меня к матрацу. Дальнейшая инспекция показала, что «что-то» – это чужая рука и нога. И если руку я еще смогла с себя спихнуть, то сдвинуть ногу оказалось совершенно непосильной задачей.

В итоге, кое-как извернувшись, я умудрилась-таки повернуться лицом к незнакомцу, совершенно неприлично прижимавшемуся к моему хрупкому тельцу. Повернувшись, уперлась носом в мужскую грудь. Что примечательно, обнаженную.

Прелесть… Только не говорите, что он голый! Впрочем, многие мужчины спят только в штанах… ну или трусах, так что паниковать рано. Тем более я-то точно одета, а значит, на девичью честь никто не покушался.

Перевела взгляд выше, но все, что смогла рассмотреть – это лишь чисто выбритый подбородок. А вот лица было не разобрать. Но мне того и не понадобилось. Длинные пшеничные волосы, расплескавшиеся по подушке, с потрохами выдавали белобрысого феникса.

И почему я не удивлена? Впрочем, кто же это еще мог быть? На ночь в моей комнате оставалось лишь одно существо.

Но, скажите, какого он ко мне в кровать забрался? Этот нахал пернатый. Да еще под одеяло. Да еще ножищу свою на меня закинул.

Попыталась повторно скинуть с себя зарвавшуюся конечность. И да, на ощупь коленка оказалась голой. Впрочем, еще была надежда на трусы. Но их наличие я проверять как-то побоялась. Мало ли, на что я там наткнусь… А наткнусь, надо отметить, с очень большой вероятностью, так как на птице вчера вечером бельишка не наблюдалось.

В общем, самостоятельно избавиться от тесного общества блондинистого гада не смогла. И что самое забавное, он на мои телодвижения никак не отреагировал. Пришлось идти на крайние меры.

– Рота, подъем! – гаркнула в самое ухо фениксу.

Вот какова была бы реакция нормального человека? Я б от такого крика наверняка подскочила бы на кровати. Или вообще бы с нее сверзилась.

А этот лишь слегка поворочался и сполз пониже (при этом и не думая убрать с меня задней конечности). Открыл сонные глазки. Кстати, цвет глаз у него оказался очень интересным. Насыщенно-синий, с серебристыми искрами, в беспорядке разбросанными по радужке. И хотите верьте, хотите нет, но искры эти мерцали. Становясь то чуть ярче, то немного угасая. Я так и зависла, как завороженная, наблюдая за этим таинственным мерцанием. По ходу, это гипноз…

Вырвал меня из непонятно состояния все тот же блондин. Он попросту закрыл глаза, вновь закинул на меня руку, притягивая ближе, и ткнулся носом в висок, кажется, собираясь еще немного подремать.

– Эй, друг… Ты ниче не попутал?

– Неа, – сонным голосом отозвался феникс. – Ты такая тепленькая. Мягонькая.

– Я тебе не плюшевый медвежонок. И не подушка. А ну, убрал от меня свои заготовки! – потребовала я и решительно толкнула мужика в грудь.

Тот даже не пошевелился. Лишь вздохнул и тихонько засопел мне в ухо. Нет, ну он вконец оборзел!

– Я сказала, руки от меня убрал. И ноги! – Хотя сначала лучше ноги, тяжеловато как-то… – И вообще, ты чего ко мне в кровать забрался? Тебе в гнезде не спалось?

– Я не поместился, – доверительно поведал мужчина.

– Меня твои проблемы не волнуют. А ну пусти. А не то… – запнулась я. Как-то с ходу в голову ничего не пришло.

– А не то что? – хитрюще улыбнулся этот засранец.

– Укушу, – наконец придумала страшную кару и, не дожидаясь пока он образумится – а что-то мне подсказывало, что если это и произойдет, то не скоро, – воткнула острые зубки ему в шею. Ну… куда дотянулась.

Мужик заорал. Причем заорал совсем не как мужик. И, о чудо, все-таки сверзился с кровати. А по протяжному вою я поняла, что он еще и хорошенько долбанулся. Надеюсь, это сотрясение. Тогда можно будет на пару-тройку дней сплавить его в больничку. И спокойно отдохнуть. В одиночестве. А можно в компании с теликом или ноутом. И непременно здоровенным стаканом попкорна и газировки. Мммм…

Мечтала я недолго. Ровно до того момента, как Финик поднялся на ноги, представ передо мной во всей, так сказать, красе. И вот тут я поняла, что мечтаю о чем-то явно не о том. Н-да… надо будет все-таки купить мужику трусы…

Вместе с мыслью о трусах пришла мысль о том, что я девушка приличная и что до свадьбы приличным девушкам видеть такое не полагается. Ну, это со слов папочки, конечно же. Но, с другой стороны, просвещаться же тоже надо. Почему бы не сейчас? Тем более что представилась такая восхитительная возможность.

– Нравлюсь? – с довольной улыбкой осведомился феникс, даже и не думая прикрыться. Хотя вполне мог, теми же волосами, к примеру. Они у него длиннющие. А еще в них запутались белые лебяжьи пушинки, почти неотличимые от цвета волос. Долго же придется вычесывать это чудо в перьях.

Но фига с два я ему помогу. У него ведь ни стыда ни совести. Так и стоит передо мной. Еще бы покрутился для пущего эффекта.

– В одежде ты был симпатичнее, – с ходу обломала мужика. – Кстати, напомни купить тебе трусы. А то эта штука… какая-то… вроде как лишняя. И вообще, как я уже поняла, привлекательность мужчины повышается соразмерно количеству надетой на него одежды. В твоем случае – так точно…

От такого заявления пернатый малость ошалел. Он, наверно, ожидал, что я буду восхищаться. А тут такой облом…

– С чего это?! Да я… я, знаешь ли!..

– Ты тощий, – улыбнулась в ответ. – Не, задатки-то хорошие, судя по костяку, но сейчас ты реально худенький. В одежде это не особенно заметно, а вот без нее… да еще и с этими распущенными длиннющими волосами… Прости, как мужик не котируешься. Ну, разве что на любителя.

Синие глаза очень нехорошо прищурились, и он свистящим шепотом переспросил:

– На ЛЮБИТЕЛЯ?!

– В смысле, на любительницу, – торопливо поправилась я и добавила: – Ты не до такой степени… на девочку похож.

Феникс обиженно глянул на меня. Резко подался вперед, стащил с кровати пледик и обернул вокруг бедер. Мне аж полегчало сразу. Все, довольно «прекрасного» на сегодня.

Ну а что я еще могла сказать, если я впервые вижу голого мужика. То есть вживую – впервые. Инета-то никто не отменял. Но сравнить, считай, не с чем.

– Короче, Аполлон недоделанный, пойди оденься, что ли, – поспешила его выпроводить. – Там вон дверка. Это гардеробная. Подбери себе что-нибудь. Не стесняйся.

На сей раз феникс послушался и сразу последовал совету.

Мужчина скрылся в гардеробной, а я откинулась на подушку и хорошенько потянулась. Надеюсь, ему подойдет что-нибудь из моих шмоток. Я, конечно, девушка миниатюрная. Но и Финик, насколько я успела рассмотреть, сам по себе довольно худенький. Не так, чтобы хилый – плечи-то по-мужски широкие, но мясца как-то не наросло. А может, и наросло, но где-нибудь в другом месте. Я же филейную часть не рассматривала. Эх, все же стоило попросить его покрутиться.

В общем, я лежала, думая о всякой ерунде, а часики тикали. Прошло пять минут, десять, пятнадцать, а блондин все не появлялся. Он что, в гардеробной заблудился? Или решил перемерить все мои шмотки? Короче, ожидание как-то затянулось. И я не удержалась. Решительно встала и пошла проведать белобрысого.

Как оказалось, к примерке феникс и не приступал. Точнее приступал, но примерял совсем не то, что требовалось. Мужчина сидел за моим туалетным столиком, все в том же пледе, обернутом вокруг бедер, и, вы не поверите, ковырялся в моих драгоценностях… Повсюду были разложены шкатулки, футлярчики, коробочки. Все сплошь открытые. Оттуда свешивались золотые цепочки, жемчужные нити, крупные подвески. Вдоль зеркала был выложен целый ряд колечек, сережек и браслетиков. Косметика в беспорядке разбросана по столешнице. Но одним столом экспозиция побрякушек не ограничилась.

Сам блондинчик с ног до головы обвешался бусами. Нацепил колечки, половина из которых налезли только до середины пальца. В ушах болтались длинные сережки с изумрудными камушками. Надо же, у него оба уха, оказывается, проколоты. Моднявый парень… Только ободка с бантиком на блондинистой головушке для полноты образа не хватает.

– Ну, здравствуй, модница, – глубоко вздохнула и иронично склонила голову к плечу. Вот же, чудо в перьях. Лучше бы волосы вычесал. – Я так понимаю, ты уже оделся? Так и пойдешь, да?

– Ой, – только и смог выдать феникс. – Я только примерил. Тут столько всего… А как этим пользоваться? – с интересом спросил пернатый, протягивая мне щеточку от туши.

Сначала хотела отобрать. Такое детям не игрушка. А потом подумала, ну что я потеряю, если он накрасится?

– Это для красоты. Могу продемонстрировать. – Мило улыбнулась и, как ни в чем не бывало, приблизилась к мужчине. – Глазки прикрой.

Вы не поверите, но этот модник повелся. Послушно прикрыл глаза и позволил накрасить один. Ресницы у феникса были длинные, но светлые, как и волосы. Теперь представьте, каков был эффект, когда они вдруг стали черными?

Вот и Финик был малость шокирован. Так и застыл, открыв рот, широко распахнутыми глазищами рассматривая себя в зеркале.

– Еще вот это не помешает, – разошлась я и теперь уже взялась за помаду. Насыщенно-красную.

Но тут феникс, к сожалению, просек фишку.

– Нет, губы не надо. Я же не девица, – возмутился пернатый, отводя мою руку с уже открытой помадой.

– А в зеркало ты давно смотрелся, а, не-девица? Была б я мужиком, пригласила бы на свидание. Вот точно! Ты, кстати, как к однополой любви относишься?

– Я вообще-то нормальной ориентации… – Блондин вдруг порозовел. Но стеснение его длилось недолго. У него вдруг что-то щелкнуло, он пакостно улыбнулся и смело заявил: – Могу хоть сейчас доказать!

– Значит, так, клептоман недоделанный, – тут же осадила мужика. – Не надо мне ничего доказывать. Тем более такими темпами ты разве что до пометки «бисексуал» допрыгнешь. То, что ты мужик, нужно поступками доказывать, а не эре… – Тут я покраснела, передумала заканчивать фразу и сменила тему: – Короче, ты сейчас быстренько все это с себя снимешь, уложишь, как было, и задвинешь ящичек. А то я и впрямь усомнюсь в твоей ориентации.

И, гордо вскинув подбородок, развернулась на выход, но уже в дверях добавила:

– На все про все тебе десять минут. Я засекла.

Ну… десять минут ему не хватило. Сборы заняли все двадцать. Да, терпения мне не занимать. Но минуты ожидания того стоили.

Когда он вышел, я поняла, что спектакль с бижутерией ничто по сравнению с затеей с переодеванием. На Финике была надета моя огромная – ну, это для меня она огромная, а у него еле-еле пупок прикрывает – розовая футболка с мордочкой Hello Kitty на груди.

А внизу… Да, она самая. Юбка. Летняя, белая, с рюшами.

И длинные блондинистые волосы, рассыпанные по плечам.

И один накрашенный глаз…

Одним словом, красавец!

Следующие несколько минут я, уткнувшись носом в подушку, давилась смехом и слезами, не в силах остановиться. Это ж надо было так вырядиться! Ладно, хорошо хоть юбка длинная. А то пришлось бы еще на волосатые ноги любоваться. А вот шевелюрку, наоборот, стоило бы обкорнать. Хотя… блииин, жалко.

– Ничего другого не подошло, – будто прочитав мои мысли, досадливо произнес Фрайо. – У тебя размер, как у карлика!

Ну, спасибо! Обласкал.

– Я миниатюрная и горжусь этим! – вскинула голову, с весельем оглядывая этого начинающего метросексуала. – Не, в таком виде тебе на люди нельзя!

– Я буду очень тебе благодарен, если ты перестанешь так себя вести. – Его голос был тих и серьезен, а в глазах нехорошо блеснули серебряные искры. – Вся эта ситуация – от перевоплощения до вашего странного мира и тебя в нем – не доставляет мне ни малейшего удовольствия. Веди себя достойно. Я прекрасно понимаю, что выгляжу глупо, но это не причина для истерики.

– Ша! – Я подняла ладошки. – Не кипятись, я все поняла и больше ржать не буду. И, кажется, нам стоит наведаться в магазин, – наконец, отсмеявшись, заключила я. – Кстати, волосы вычесывать не пробовал?

– Я думал, ты поможешь… – заявил блондинчик и продемонстрировал зажатую в руке расческу.

– Нее, чувак. Это ты не по адресу. Это вон, к Стаське. Пошли. – Я вознамерилась проводить феникса. Надеюсь, сестрица уже проснулась. Вот ей счастье будет.

Но дойти до двери мы не успели. С той стороны послышался короткий стук.

– Кто там? – на автомате спросила я.

– Тетя Клава, – ответили мне, и дверь мгновенно распахнулась, являя взору нашу домработницу.

Тетя Клава шагнула в комнату да так и застыла с пылесосом в руках. Я не сразу поняла, что ее так удивило. Но, проследив за взглядом, чуть было не стукнула себя ладошкой по лбу. Женщина в оба глаза пялилась на блондина в юбке.

Страницы: «« 123456 »»

Читать бесплатно другие книги:

Двоюродная сестра поручила Марише временно опекать свою дочку-первоклассницу Катюшу. В один из дней ...
Через многие испытания пришлось пройти графу Федору Шумилину, некогда вмешавшемуся в политику по мол...
Впервые на русском – новое панорамно-лирическое полотно современного классика Денниса Лихэйна, автор...
Когда на пути Ивана Чемезова появляется очаровательная незнакомка в широкополой шляпе, он ни минуты ...
Продолжение историй о пугающих и захватывающих событиях в Академии Сумеречных охотников. В книгу вош...
1969 год. В городке Холломан кто-то похищает, жестоко истязает и обрекает на смерть красивых юношей....