Воровская трилогия Зугумов Заур
Снимая трубку телефона внутреннего пользования, я спросил, что она будет пить, и в то же время попросил прощения за неудобства.
– Ну что вы, Заур, все нормально, я просто немного замерзла.
– Может быть, закрыть иллюминатор?
– Нет, нет, не нужно, что вы, – вам ведь совершенно необходим свежий воздух.
В этот момент в дверь каюты постучали. Это стюард принес коньяк, шоколад и лимон. Мы выпили и немного раскрепостились.
Леночка была женой дипломата и направлялась в Карачи, к месту службы своего супруга. Родом она была из Москвы, так что нам было о чем поговорить. Как ни странно, но я не скрыл от нее почти ничего из своего прошлого, и она, судя по ее взаимным откровениям, была мне за это благодарна.
В тот момент я был склонен предполагать, что ее послал мне Бог, еще раз давая возможность почувствовать вкус к жизни, с тем чтобы я боролся за нее. С самого нашего знакомства она поняла это и до конца нашей встречи пыталась стать для меня тем аккумулятором, откуда я мог бы заряжаться и черпать свои силы.
Руслан и Людмила были откровенно поражены таким тандемом, и со стороны я не просто видел, а чувствовал, как они восхищались моим талантом, думая, что я играю какую-то придуманную экспромтом роль. Я не стал их разочаровывать.
Через два дня пути, утром, «Тарас Шевченко» бросил якорь в афинском порту. Выйдя на берег, мы до самого вечера бродили по древним руинам Акрополя и храмам этого божественного города, а после ужина уехали далеко-далеко и оказались в какой-то деревне у моря. Безоблачное небо сияло здесь неистовой синевой, вечнозеленые пальмы шептались о чем-то между собой, а лодки искателей жемчуга скользили по зеркалу залива, в безбрежном просторе Средиземного моря, у кроваво-алого горизонта.
За эти несколько дней я преобразился буквально на глазах. Что касалось наших отношений с Леной, то они были дружескими, так, по крайней мере, принято выражаться в порядочном обществе. День мы проводили на палубе, гуляя и отдыхая под тенью навесов. Она купалась в бассейне, а я, сидя в шезлонге и наблюдая за ней, фантазировал и мечтал. А как было не мечтать, глядя на это поистине божественное создание?
Вечером мою спутницу манило казино. Я стоял у зеленого стола с рулеткой и по ходу того, как крутился шарик, внимательно наблюдал за выражением ее глаз, следил, как менялась мимика ее лица в тот момент, когда шарик западал в какое-нибудь из гнезд, как она радовалась или огорчалась, и делал свои выводы.
Много лет назад один старый лагерный шулер объяснял мне некоторые нюансы в этом роде. Прежде чем сесть с кем-то играть по-крупному, он всегда наблюдал за ним, долгое время присутствуя рядом, когда его будущий партнер играл с кем-нибудь. И как правило, в течение короткого времени мог безошибочно определить характер и нутро этого игрока.
– Самые искренние чувства человека и его изначальная суть проявляются именно в игре: все написано на его лице, – говорил он мне, – но главное здесь, чтобы игрок не видел, что за ним следят.
Так что мне было интересно наблюдать и угадывать то, что в принципе было и так как на ладони. Вся она была для меня как открытая книга, – такая искренняя и по-хорошему доступная.
Сам же я никогда не садился за игорный стол. Профессиональные игроки вовсе не играют в рулетку – эта игра действует им на нервы, возбуждает их. Они заранее уверены, что шансов на выигрыш у них нет, и если кто-нибудь и рискнет поставить доллар, то с единственной целью: испробовать свое счастье, подобно тому, как опытный ювелир пробует предложенный ему металл.
Глава 22
Вечер того дня перевернул все с ног на голову или, скорее, поставил все на свои места. Мы только что вернулись на корабль, голодные и уставшие, еще по дороге договорившись, что поужинаем в ресторане на корабле, и разошлись по каютам для того, чтобы переодеться.
Это был один из тех чудесных благословенных вечеров, когда ветер приносит ароматы бесчисленных цветов, прекрасные розовые облака отражаются в море, и солнце, улыбаясь, покидает землю.
В тот момент я стоял почти раздетый, спиной к двери, надевая рубашку и глядя в зеркало, как вдруг дверь в каюту резко открылась. В дверях стояла Елена.
– Вы что-нибудь забыли, Леночка? – еле вымолвил я с дрожью в голосе, глядя на ее почти распахнутый белый батистовый халатик, на точеные ноги, на то, как вздымались ее маленькие, но упругие груди, на ее изящно посаженную головку и алые как роза губки.
– Да, Заур, я забыла кое-что.
– И что же? – с дрожью в голосе спросил я.
– Саму себя. Вы позволите мне забрать то, что принадлежит только мне, или рискнете оставить?
Она не спеша подошла ко мне и, вскинув голову, посмотрела глазами, полными любви и сострадания, так, как если бы я стоял с петлей на шее, а она явилась для того, чтобы зачитать мне оправдательный приговор.
Меня трясло, я не мог вымолвить ни слова. Но в какой-то момент взял себя в руки и еле прошептал:
– Но ведь это невозможно, Леночка, я болен заразной болезнью!
– В этом мире все возможно, Заурчик, – сказала она, скинув на пол халат и обнажив свое дивное тело. – А что касается болезни, то это не преграда для тех, кто желает друг друга. Вы ведь желаете меня, не правда ли?
Наши взгляды встретились вновь, огонь в них горел, как в жерле вулкана. И она еще спрашивала, желаю ли я ее. Забыв обо всем, я нежно прикоснулся пальцами к ее груди и поцеловал в шею. Она тут же приняла ласку, обвила обеими руками мою шею, и, лаская друг друга, через мгновение мы провалились в бездну любви и желаний.
Утро следующего дня застало нас в постели, с которой мы еще не поднимались. В открытый иллюминатор было видно утреннее солнце, на редкость яркое и красивое. Оно слепило глаза, и от этого приходилось жмуриться. Был слышен тихий плеск волн, разбивавшихся о борт корабля, а в чистом лазурном небе, словно нарисованные кистью неведомого мастера, застыли редкие розовые облака.
– Если все умирающие в постели такие же, как и ты, Заур, – пыталась подбодрить меня эта прелестная искусительница, – то я даже не знаю, какие они тогда, когда здоровы?
Я обнял ее и нежно прижал к груди. Это была сказка. Я сам не верил в то, что произошло. Но так хорошо знакомый мне огонь, подступивший к горлу, и приятная дрожь, обволакивавшая все тело, говорили о том, что это явь.
Как молитва, так и любовь никогда не могут быть чрезмерными. Я вновь овладел ею, и мы, как и раньше, утонули в безбрежном океане блаженства.
Еще долго мы пребывали в этом восхитительном состоянии, но в середине дня стук в дверь прервал нашу идиллию и спустил с небес на землю.
– В чем дело? – недовольно прорычал я своим басом.
– Простите, сэр, у вас все в порядке? – послышался из-за двери голос стюарда.
– Лучше, чем могло бы быть, молодой человек.
– А простите, пожалуйста, еще раз, капитан интересуется самочувствием леди, вашей соседки.
Но Леночка не дала мне сказать больше ни слова. Уже успев встать и накинуть халат, она подошла к двери и открыла ее с такой грацией восточной царицы, что ни у кого не должно было остаться даже и тени сомнений относительно ее нравственного облика.
Она проговорила этому пацаненку-халдею что-то по-английски и вышла в коридор. Растерявшись, он попятился назад, несколько раз извинился также по-английски и пошел дальше, а я через несколько секунд услышал звук закрываемой двери соседней каюты.
Многие годы борьбы не были лишены известного разнообразия и глубоких следов, нередко отмеченных шрамами на моем сердце, и, будучи по натуре человеком импульсивным, я умел смеяться над нелепостями существования и радоваться достижениям, смакуя минуты благоденствия, украденные у нескончаемой борьбы за выживание.
Думаю, читателю нетрудно догадаться, как продолжалось это плавание, но чем оно закончилось, догадается не каждый. Даже самый сильный человек все равно слаб, его возможности ограниченны, что же говорить о чахоточном? Даже все золото мира не дает исцеления от этой коварной болезни. Человек, так или иначе, всего лишь незначительная песчинка во Вселенной.
По прибытии в Порт-Саид Лена вместе со мной сошла на берег. Еще на Кипре, куда наш корабль приплыл спустя несколько дней после захода в Афины, она дала мужу телеграмму о том, что задержится в Египте по обстоятельствам, суть которых сообщит по прибытии в Карачи. Я узнал об этом, но возражать не стал. Она была не тем человеком, который меняет свои решения или привычки из-за каких-то там неудобств или лишений в пути.
Как мы добирались до оазиса Эль-Харра и как прощались потом – это отдельная часть моей жизни и глава, которую я когда-нибудь допишу. Если бы не Лена с ее прекрасным английским, с ее обаянием Афродиты и красотой Клеопатры, никогда бы мне не устроиться здесь, в этом поистине оазисе жизни. Она оставила мне столько денег, что их с лихвой хватило и на лечение, и на вполне сносную жизнь в этом уединенном крае.
Расставаясь, она взяла с меня слово, что я постараюсь вылечиться, и мы договорились встретиться еще раз в этой жизни. Женская красота – это такая сила, которая оставляет след даже после своего исчезновения и все еще волнует душу, когда уже не может волновать чувственность.
Через несколько месяцев пребывания в этой здравнице, бросив курить, соблюдая определенную диету и употребляя в пищу травы и растения, произрастающие только в пустыне, я прекрасно себя чувствовал и шел на поправку. У людей, много страдавших, но которых привычка или забвение излечили от страданий, есть изумительная способность скучать. Это происходит оттого, что страдания делают нашу жизнь невыносимой, в то же время наполняя ее такими сильными переживаниями, что они делают неощутимыми ее пустоты.
В общем, я скучал, предаваясь воспоминаниям, когда вдруг неожиданно был приглашен на переговоры с дочерью в Каир. На следующий день я улетел в Москву, с тем чтобы оттуда отправиться в Бордо к нашедшим меня через столько лет дедушке и кузине.
Итак, вот уже почти два месяца я во Франции, в окружении родных и близких мне людей. Какие приключения ожидали меня далее, читатель узнает в следующей книге.
А пока позвольте откланяться. До скорой встречи, господа!
Авторская справка
Общее число заключенных в современной России – около миллиона человек.
Количество колоний – 800 (из них женских – 37).
Число тюрем и следственных изоляторов – 363.
Количество больных туберкулезом и ВИЧ-инфицированных – 121 тысяча человек.
Отбывающих пожизненное заключение – 1300 человек.
Переполненность тюрем – 150 %.
Процент помилованных: в России – 0,6, в Европе – от 5 до 30 (в зависимости от страны), в США еще меньше, чем в России, – 0,03.
Воровской словарь
Анаша – марихуана.
Базар – быть в разговоре.
Блатняк – вор в законе.
Барыга – спекулянт.
Втыкалы – карманные воры.
Вкуривать – слушать и усваивать.
Выстегнулись – заснули.
Верьверью – замысловатый обман.
Домушник – квартирный вор.
Дубак – сторож.
ДВК – детская воспитательная колония.
Жулик – вор в законе.
Жиган – вор в законе.
Затарить – спрятать.
Кореш – друг.
Карманник – карманный вор.
Ксивота – документы: паспорт, военный билет и т. д.
КПЗ или ИВС – камера предварительного заключения или изолятор временного содержания.
Кубатурить – думать.
Кацебурка, бендешка – будка или сторожка на бирже или в тайге.
Легавые – милиция или администрация тюрем и лагерей.
Лушпайки – очень старые стиры.
Лепила – медбрат из заключенных, не смыслящий в медицине.
Медвежатник – вор по вскрытию сейфов.
Малява – записка, тонко скрученная в целлофан и запаянная со всех сторон.
Майданщик – вор, орудующий по поездам.
Маякнул – дал знать жестом, мимикой лица или выражением глаз.
Мануфта – предмет одежды.
Ништяк – хорошо.
Напас – один раз или пару напасов чифиря, что означает – сделал пару глотков чифиря или пару затяжек курева.
Общак – добровольный сбор средств (деньги, сигареты, чай, наркотики) арестантами для нужд преступного мира.
Обиженные – люди, совершившие неисправимые проступки в заключении и сурово наказанные за них.
Пропуль – кошелек или деньги, украденные и во избежание запала отданные напарнику.
Потерсить – поиграть в «терс» (картежная игра заключенных на Севере).
Подельники – лица, идущие по одному и тому же делу.
Положенец – вор в законе или поставленный ворами следить за положением в тюрьме, лагере, городе и т. д.
Приклюнуть – немного поесть.
Перевертыш или сухарь – негодяй, выдающий себя под чье-то воровское имя (на их судьбе стоял крест).
Ручечник – карманный вор-универсал, ворующий ручки с золотым пером.
Спалиться – попасться на преступлении.
Сходняк – встреча воров в законе (региональный, всесоюзный сходняк), остановить встречу может только тюрьма или смерть.
Свояк – вор в законе.
Скула – внутренний карман пиджака, пальто, куртки.
Сука – предатель.
Стиры – лагерные карты (самоделка).
Ставщик – из бригады карманников, предоставивший фраера втыкале.
Стакан – промежуток у вахты между жилой зоной и свободой.
Стос – колода карт.
Торговать – процесс воровства.
Урка – вор в законе.
Фраер – одна из трех частей преступного мира – потерпевший.
Форточник – вор, проникающий в квартиру обычно ночью через форточку или через окно.
Фуфлыжник – не уплативший карточный долг.
Фуфло – неуплаченный вовремя карточный долг.
Фартецама – атрибут карманного вора, пиджак, целлофановый пакет, газета.
Фарцовщик – барыга, торгующий запрещенным товаром (импорт и т. д.).
Ханыга – спившийся в прошлом преступник.
Хипиш – шум, скандал.
Цинканул – сказал, дал знать при помощи слов.
Шпанюк – вор в законе.
Шмон – обыск.
Шнырь – дневальный.
Шуляга – шулер.
Ширмач – карманный вор.
Чифир – очень крепко заваренный чай.
Краткий словарь жаргонных слов и выражений, смысл которых неясен из контекста
(Возможны некоторые семантические, орфографические и фразеологические расхождения, связанные как с географической разбросанностью ГУЛАГа, так и с отсутствием единого общепризнанного словаря арго)
АРМУДА – небольшой стакан с круговым углублением посередине. Обычно широко распространен на Востоке и в Средней Азии.
БАЗАР – интересный и, главное, деловой разговор. Это слово не следует путать со словом «БАЗАР», которое обозначает ругань.
БАН – вокзал.
БАНКОВАТЬ ОТРАВОЙ – продавать наркотики.
БЕЗ ПЯТИ МИНУТ ВОР – обычно это выражение употреблялось в том случае, когда кандидат в самое ближайшее время должен был войти в воровскую семью, то есть стать Вором в законе.
«БЕЛОХВОСТЫЕ» ДА «КРЕМЛИ» – пятидесятирублевки и сторублевки.
БУДТО ТЯНУЛ ЛОПАТНИК У ФРАЕРА ИЗ КОСЯКА – будто вытаскивал портмоне у потерпевшего из одного из двух карманов брюк.
БУХАРИКИ – пьяницы.
БЫТЬ НА ПОЛОЖЕНИИ – то есть смотреть за воровским порядком.
ВЗДЕРНУТЬСЯ – повеситься.
В КУРАЖАХ – в карточном выигрыше.
«ВОРОНОК» (когда-то «ЧЕРНАЯ МАРУСЯ») – машина, специально предназначенная для перевозки заключенных в никуда…
ВСЁ РОВНО – всё нормально.
ВТЫКАЛЫ – карманные воры.
ВЫЗВАТЬ СЛЕГКА – не на этап, а куда-то рядом: на допрос, например, или на суд.
ВЫУДИТЬ МОЙЛО ИЗ-ПОД ГУБЫ – профессиональные карманные воры-писаки носили под губой кусочек лезвия и в нужный момент тут же без проблем вытаскивали его.
ГАПОВАТЬ – употреблять наркотики, проглатывая их.
ГАШИШ, или ПЛАН, – чистая пыльца конопли, в народе называемая АНАШОЙ.
ГАШНИК – тайник.
ГНИДНИКИ – вещи.
ГУЛАГ – Главное управление лагерей СССР.
ДЛЯ ФАРТЕЦАЛЫ – для блезира.
ДОБИВАТЬ ДИКАШКУ – досиживать срок в десять лет.
ДОРОГА НА СВОБОДУ – путь лагерной корреспонденции на волю.
ДПНСИ – дежурный помощник начальника следственного изолятора.
ЖУЛИКИ – Воры в законе.
ЗАВАЛИТЬ – убить.
ЗАКОЦАННЫЕ – заключенные, закованные в наручники.
ИГРОВОЙ – лагерный картежник.
КАТАЛА – профессиональный картежник.
КАТРАН – место, где собираются играть в карты под интерес Воры в законе.
КИВАЛЫ – народные заседатели в советских судах.
КИЛЕШОВАТЬ – думать, размышлять.
КЛИФТ – пиджак.
КОЛЕСА – психотропные таблетки.
КОЛЫМСКОЙ ФЕНЕЙ – на диалекте заключенных, отсидевших на Колыме.
КОПЕЙКА С ДОЛИ – равная часть добычи с уголовного преступления.
КОРМУШКА – отверстие в двери камеры, куда подают заключенным пищу и другие вещи, разрешенные правилами режима данного человеконенавистнического учреждения.
КОТЕЛ (КОТЛЫ) – часы.
КПЗ – камера предварительного заключения, где могли содержать не более трех суток. В особых случаях максимум мог достигать десяти суток.
КУКНАР – срезанные, засушенные и перемолотые головки мака.
ЛАВЭ – деньги.
ЛАГЕРНЫЙ ГАРЕМ ПОСЛЕ ДВЕНАДЦАТИ ЧАСОВ – по законам преступного мира проигравший должен уплатить долг до двенадцати часов ночи. Одна минута первого, и он уже фуфлыжник. Таким образом он автоматически становится опущенным. С ним могут делать все, что заблагорассудится его кредиторам, изнасиловать, например. Хотя в воровском мире такого наказания нет.
ЛЕПИЛА – лагерный или тюремный медицинский работник.
ЛОПАТНИК – то же самое, что и гомон, кошелек, портмоне.
ЛОХМАЧ – то же, что и беспредельщик (или беспредельник).
МАЛЯВА – лагерная или тюремная записка, тонко скрученная и запаянная в целлофан.
МАРОЧКА – носовой платок.
МИСКАЛ – мера веса в Древнем Востоке, равная 4,5 грамма. Взята наркоманами за основу взвешивания опия.
МЕСТО ДЛЯ ПЕРЕКАНТОВКИ – место, чтобы переждать какие-либо события.
МУСОРА-МАЙДАНЩИКИ – милиционеры линейных отделов.
МУСОРА-ПОПКАРИ (ПУПКАРИ) – тюремные надзиратели.
НАВОДИТЬ КОНЫ – искать пути разрешения того или иного вопроса.
НА ПОЛУСОГНУТЫХ – походкой вразвалочку и как бы согнув при этом колени, как на корабле при качке.
НАСВАЙ – зеленый порошок, смешанный с пометом кур и некоторыми сухими растениями, употребляемый в основном народами Средней Азии и Северного Кавказа (кладут под язык, чтобы не курить табак).
НЕ В КИПЕШ – осторожно, незаметно, чтобы не потревожить ненароком.
ОБЩАК – общий котел, где собираются продукты питания, одежда или деньги. Все зависит от того, где он собирается, – на свободе или в местах ее лишения. ОБЩАК бывает двух видов: воровской, собираемый исключительно для воров, и простой, который предназначен для остальных арестантов. Если же брать суть, то в принципе любой ОБЩАК считается воровским.
ОТРАВА – всевозможные наркотики.
ОТХОДНЯК ОТ МУСОРОВ – как бы поминание покойника, но не в церкви, а соответственной службой правоохранительных органов на страницах газеты или журнала.
ОТ ХОЗЯИНА С МАЛЯВОЙ – из тюрьмы или лагеря с запиской.
ОФРАЕРЕВШИЙ – узник, потерявший чувство тюремного бытия, забывший горечь неволи.
ПАЁК, или ПАЙКА, – ограниченная порция хлеба, выдаваемая повсюду в местах заключения. Отсюда: «Начальник, пайку гони!»
ПОГОНЯЛО – кличка, прозвище, кликуха.
ПОД ВЫШАК – под расстрел.
ПОД КРЫШУ – в лагерный изолятор или БУР.
ПОДЕЛЬНИК (или ПОДЕЛЬНИЦА) – человек, с которым проходишь по одному уголовному делу.
ПОДОГНАТЬ – подарить, пожертвовать.
ПОД РАСКРУТКОЙ – ожидание суда за преступление, совершенное уже непосредственно в местах лишения свободы.
ПОДХОД – имеется в виду воровской подход, после которого тот, к кому он был сделан, становился Вором в законе.
ПОСАДИТЬ В СКУЛУ В ЛЕВЯК – положить во внутренний левый карман пиджака.
ПРИНЯЛА КОНТОРА – арестовал МУР (Московский уголовный розыск, Петровка, 38).
ПРОБИВАТЬ НА ВШИВОСТЬ – проверять разного рода приемами характер и намерения человека.
ПРОЖАРКИ НА «ПЕТРАХ» – пытки и битье на Петровке, 38.
ПРОМАЦОВКИ – проверки.
РАЗМЕНЯТЬ – расстрелять.
РАСКИНУТЬ СТОС И ВЫДЕРНУТЬ ЛЮБУЮ СТИРУ, ДАЖЕ НАВЗДЁРЖКУ – раскинуть колоду карт и вытащить любую из них, даже не глядя.
Читать бесплатно другие книги:
