Без правил Мур Лина

Глава 52

Оливия

Тело приятно болело, и я, еще находясь в полудреме, потянулась и попыталась найти источник необходимого тепла. Но его не оказалось. Резко распахнула глаза и села на постели, прижимая одеяло к груди. Я была одна, совершенно одна. Но мне же не приснился вчерашний вечер?

Мне необходимо было подумать, я и сказала, что поеду с Винсом. Но никто не знал, что села в другую машину. В такси. И приехала в отель. Еще находилась под впечатлением от вечера, двигалась в прострации.

Думала, что душ поможет мне смыть с себя прикосновения Винса. Ощущала себя грязной после того, как поняла, какой он урод на самом деле. Перед этим говорила с Редом, и он только сказал одно слово: «Прости». Но разве это может помочь? Нет. Слова иногда пустой звук, лишнее. И тот момент был из таких случаев.

Но он пришел. Он как будто на подсознательном уровне чувствовал, что я тут, и огорошил меня. Мой мозг судорожно искал ответ на его вопрос, и пришлось снова солгать. Не могла произнести это. Слишком больно, страшно и нереально.

Но ведь не солгала, только умолчала о прошлом. Да разве оно имеет значение? Нет. Когда-нибудь расскажу ему все. Буквально все, и будь что будет. Потому что душа больше не могла скрывать в себе эти тайны. Они разрывали ее. Но… добилась того, чего хотела всю жизнь. И когда останется последний шаг, открою ему причины своего приезда. Надеюсь только, что его любовь сильнее ненависти.

Вздохнула и потрясла волосами, прогоняя воспоминания. Повернув голову в сторону часов, охнула. Два часа дня. Но вот уже вторую ночь спала так, как не спала за долгое время. Покой. Рядом с ним я чувствовала себя защищенной. Только кто защитит его?

Встав с постели, прошла в ванную, умылась, почистила зубы и расчесалась. Макияж наносить совсем не хотелось. Чистоты требовала моя душа. Вернувшись обратно в спальню, достала из сумки телефон и посмотрела на экран.

Пропущенные звонки: 25.

Сообщения: 4.

Разблокировала его и посмотрела на звонивших: Винс и Лес. Ни одного от Гранда. Почему он ушел?

Сейчас прочитаю сообщения и наберу ему.

От кого: Винс

Красавица моя, завтра в шесть заеду за тобой. Необходимо обсудить твою новую жизнь.

От кого: Лес

Лив, ты где? Срочно перезвони мне! СРОЧНО!

От кого: Лес.

Блин, где тебя носит? Бери свою жопу в руки и приезжай ко мне в офис. Срочный разговор!

От кого: Братик

Лив, с тобой все в порядке? Я у Леса дома, но под утро приехал Гранд и через час разломал все, что было на кухне. Что произошло?

Я дочитала сообщение и нахмурилась. Сколько событий может произойти, пока ты спишь. И сейчас ощутила, как дрожу. Почему? От страха? Но вряд ли.

Найдя телефон Гранда, нажала на номер и стала ждать. Но он не ответил, набрала еще раз, и еще раз. Безуспешно.

Ладно. По порядку. Сначала встречусь с Лестером, наверное, что-то по поводу свадьбы. Нашей с ним свадьбы, о которой грезит Кристалл.

Переодевшись, спустилась вниз и тут же села в такси, назвав адрес офиса Леса.

Удивительно, как может измениться твоя жизнь за несколько дней… да что там дней… часов… минут. Ненависть превращается в любовь. И наоборот.

Расплатившись с водителем, зашла в здание, и уже знакомые охранники пропустили меня, сказав, что меня ожидают.

– Добрый день, миссис Десс, – поздоровалась я с секретаршей.

– Добрый, – тихо ответила она.

«Что с ней?» – удивилась я и толкнула дверь в кабинет.

Лес сидел в кресле, повернутом к окну, и я села на стул напротив стола.

– Ну и к чему такая паника, Лестер? – спросила я, садясь.

Но он молчал.

– Лес, неприлично трезвонить мне, слать сообщения, причем истерические, и теперь отмалчиваться, – возмутилась я, копаясь в сумке, чтобы найти телефон.

Кресло повернулось, а я нажала на номер Гранда. Да где он? И почему был зол?

Айфон Леса на столе завибрировал.

– Ответь, тебе звонят. Не могу до него дозвониться, не зна… – Я осеклась, подняв голову и встретившись с холодными зелеными глазами.

– Гранд, – выдохнула и облегченно улыбнулась. – Я звонила тебе. Что вообще происходит? Куда ты ушел?

Он оглядывал меня, а затем откинулся в кресле и усмехнулся, покачав головой.

– Пойдем пообедаем, а то не успела ничего, и ты выпил из меня последние силы? – Я встала, с надеждой смотря на него.

– Последние, говоришь? – сухо спросил он, а я нахмурилась.

– Что с тобой? – непонимающе посмотрела я на него.

Почему сейчас он мне не казался тем человеком, которого я знала? Передо мной сидел бизнесмен в черном костюме, белой сорочке и галстуке. Хищник, безжалостный и жестокий.

Дыхание предало меня и заставило грудь быстрее подниматься, пока молчание потрескивало в воздухе.

– Гранд, – прошептала я, и мне в этот миг стало страшно от этих глаз, от сжатых губ. Что случилось? Неужели опять играл? Получил, что ему требовалось, и теперь стал ублюдком?

На глаза навернулись слезы обиды. Я ощущала каждым миллиметром кожи эту враждебность.

– Опять играешь? Довольно с меня этого! Я узнал о тебе много, и что все твои слезы – это лишь миф, лишь отлично отработанная стратегия, чтобы унизить меня, ведь так? – Он встал и повысил голос, и я вздрогнула, как от удара. – У тебя очень болтливый бывший жених! Прям кладезь полезной информации. Я уже не говорю о подружке, которая натолкнула меня на правильный путь.

– Что? – выдохнула я. Холодный пот выступил на лбу. Подружка? Бывший жених?

– Да, дорогая малышка Ливи, – усмехнулся он. – Начнем с самого начала, как думаешь? Кто был у тебя первым? Ну-ка расскажи мне новую ложь.

Воздуха перестало хватать, и я издала стон отчаяния, хватаясь за голову. Вокруг одни предатели, с каждым разом душа ускользает.

Бежать! Только успела сделать шаг, а может, и два, как Гранд перехватил меня, схватив за плечи, причиняя боль. Но не ощущала физическую сторону этого прикосновения, его мрачность убивала меня быстрее.

– Говори! – зарычал он мне в лицо, а я зажмурилась. – Отвечай! Кто первым трахнул тебя? И что случилось дальше? Я жду!

Кроме страха, внутри забурлило другое чувство – злость, и она придала сил.

– Ты, – процедила я, положив руки на его грудь, и уперлась в нее. – Ты трахнул меня в ночь моего шестнадцатилетия, а когда кончил, тебя вырвало прямо на меня, и ты заснул! Доволен?

Мне удалось оттолкнуть его и облокотиться о стул, потому что ноги от этого признания дрогнули.

Пять лет назад

Наревевшись до тех пор, пока меня не стошнило, усталая и разбитая зашла в темный дом. Хорошо, что папа с Патрицией уехали на свидание и оставили нас с Тео одних. Иначе он бы понял все по одному только моему виду. Поднявшись к себе, взяла чистую одежду и зашла в ванную.

«Ненавижу тебя, Гранд Кин! Как ты мог так со мной поступить? Как? За что?» И снова поток слез, которые поглотил звук воды.

Хотелось исчезнуть, провалиться сквозь землю и больше никогда не видеть никого, а особенно его. У него хватило наглости украсть мое письмо, чтобы выставить меня дурой на моем празднике! Ведь я ему верила, доверяла все свои тайны и мечты, а он…

Мысли оборвались, когда вошла к себе и увидела темную фигуру, сидящую на подоконнике.

Сердце забилось быстрее, а глаза снова наполнились слезами.

– Вываливайся из моей спальни, Кин! – закричала я, яростно сжимая кулаки.

– Ливи, прости меня, – тихо сказал он и встал, немного покачнувшись.

– Никогда! Слышишь, никогда! Урод! Я думала, ты хороший, а все остальное лишь показуха перед друзьями! Тео был прав, ты гнилой внутри, а я пыталась найти в тебе светлое! – продолжала я.

– Малышка, да не знаю, зачем это сделал. Прости меня, я все испортил… я…

Гранд цокнул языком и замолчал, пока по моим щекам текли слезы от обиды. Подлетела к нему и со всего размаху дала пощечину, и он отшатнулся и приложил руку к щеке.

– Ты заслужил большего, – процедила я, но в тот же момент под слабым светом луны увидела, что из его губы идет кровь, а левый глаз припух.

– Я знаю, но, блин, больно, – проскулил он.

От него сильно пахло алкоголем, сигаретами и еще чем-то, я не могла разобрать. Мое долбаное сердце предало все намерения ненавидеть его до конца своей жизни, и я сделала шаг к нему, подхватив двумя пальцами его подбородок и повернув к себе.

– И кто тебя так? – тихо спросила я.

– Твой брат, – усмехнулся он, а его рука легла на мою щеку. – Прости меня, Ливи. Ты такая красивая сегодня была, уже такая взрослая. Я не должен был этого делать, урод, знаю. Но ты такая красивая, я это вроде уже говорил.

– Спасибо, – смутилась я и оторвала от него руку.

Не помню как, но в следующий момент его губы уже целовали мои, а я ощущала во рту его кровь, и это отдалось дрожью во всем теле.

– Ты моя, малышка, – шептал он, пока укладывал меня на постель, а я потерялась в этом наплыве новых ощущений и полностью доверилась ему. Даже не представляя, что будет дальше.

Боль, резкая и неприятная, никакого наслаждения. Пыталась сделать так, чтобы он этого не понял, и уже тогда началась моя роль в этом спектакле. Его хриплый голос у моего уха, затем что-то вонючее и мокрое, прямо на шее.

Слезы, переворачивание сопящего тела, шок, боль, никакого продолжения. Грязь. Я была использована.

– Хочешь еще подробностей? Как впопыхах собирала вещи и нашла на столе суперклей? Как летела к маме и слышала моего отца? – холодно спросила я, поднимая голову и поворачиваясь к побелевшему Гранду. – Что еще хочешь узнать?

– И ты не сказала мне, даже когда прилетела, – прошептал он и осел на пол, сжимая голову.

– Нет, не сказала. Хотела, чтобы ты полюбил меня, а потом получил удар, такой же, как и я в свое время, – смахнув слезу, ответила я.

– Сейчас, чувствую, его получу, – горько усмехнулся он. – Ведь были последствия, правда?

Он вскочил на ноги и посмотрел на меня с ненавистью. Мне хотелось смеяться, это я должна была смотреть на него так, а не он. Он не имел никакого права это знать, это моя тайна, и она умерла.

– Значит, ты знаешь, – подытожила я, сжав губы.

– Говори дальше, я хочу услышать это из твоих уст, – потребовал он, а я только покачала головой.

– Говори, мать твою, хочу это слышать! – Он подошел ко мне, и его глаза сверкнули. Слезы? Он плачет? – Лив, скажи это. Давай, – подталкивал он меня, но я не могла произнести ни слова, из глаз покатились слезы.

– Не могу, – прошептала я.

– У тебя был выкидыш на четвертой неделе беременности, ты попала в аварию, потому что была пьяная. И это был мой ребенок. – Каждое слово убивало меня вновь и вновь.

– Кровотечение началось еще в обед, но я не придала этому значения, потому что даже не знала, что могу быть беременна, списала все на месячные. Хотела забыть тебя, похоронить в памяти. И чтобы отвлечься, пошла на вечеринку, где познакомилась с Кори и Реджи. Там мне стало плохо, и они уговорили меня ехать в больницу, что я и сделала. Мы сели в мою машину, я не справилась с управлением, потому что отключилась. А затем помню только пищащие аппараты и Реда. Он помог мне сбежать оттуда, когда операция закончилась. Не хотела, чтобы мама знала об этом, а тем более ты. Я была несовершеннолетней, тебя бы посадили. Это была моя ошибка, глупость. Решила, что значу для тебя больше, чем просто игрушка. – Откуда во мне столько силы? Почему мой голос даже не дрогнул, рассказывая о том времени?

Сейчас понимала, что это конец. Больше нет ни его, ни меня. А такое понятие, как «мы», никогда не существовало. И не будет существовать. Любовь. Смотря на него, мне хотелось обнять его, ощутить сильные руки и голос, который уверит меня, что я не виновата. Но видела только серый оттенок кожи и безжизненные зеленые глаза, из которых выкатилась слеза.

Молча взяла сумку и пошла к двери. Сейчас главное не упасть в обморок, не показать, как мне больно, как нуждаюсь в нем. А ему, как обычно, не было дела до моих чувств.

– И ты мне ничего не сказала. Я имел право знать об этом, – услышала я за спиной.

– Какое это сейчас имеет значение? Никакого. Все в прошлом, – не поворачиваясь, ответила я.

– А ведь я любил тебя, грезил тобой, а ты оказалась такой сукой. Ты убила меня, Оливия, можешь похвалить себя, уверен, что ты ненавидела меня за то, что я сделал, и была рада, когда оказалась в больнице, – насмехался он и тем самым разбудил зверя, которого я пыталась обуздать. Гордость. Чувство собственного достоинства.

– Ты хоть имеешь представление, что я пережила? – повернувшись, закричала я. – Нет! Потому что ты гребаный наркоман! Потому что тебе было пофиг, кого трахать, и ты воспользовался мной! А мне было шестнадцать, я целовалась только раз и то быстро. А ты переспал со мной, а потом выблевал все, что было в тебе. И я не знала, что забеременела. Потому что даже и подумать не могла об этом. И ту ночь, тот дар, который был у меня, отдала тебе, а ты испачкал меня. Ты оставил на мне печать, а я, как дура, после всего люблю тебя. Знаешь, чего я сейчас ждала? Что ты обнимешь меня и скажешь, что я лучшее, что было у тебя! А ты выставил меня мало того что сукой. Ты сейчас говоришь, что я это сделала специально. Ты чудовище! Но не из моей сказки! Ты бесчеловечный сукин сын! И я должна тебя возненавидеть! Должна! Но я стала старше и поняла только одно. Ты не достоин ничего. Даже ненависти, я не собираюсь тратить на тебя еще и эту эмоцию. Потому что отдала тебе всю себя, без остатка. Хотела уберечь тебя от прошлого, от воспоминаний, от последствий. И Ред не имел права говорить об этом! А когда вернусь, подам на него в суд за нарушение врачебной тайны!

С этими словами оставила его одного, громко хлопнув дверью. Плевать, что пол-офиса, скорее всего, слышали это. Плевать, что я смахивала слезы и тело трясло, пока нажимала на кнопку лифта. Плевать на все взгляды. Я всегда бежала от проблем, но от него не в силах убежать. Он всегда меня найдет, всегда причинит еще больше боли, хотя я не понимала, куда больше. Душа с треском рассыпалась, оставляя лишь тело, которое зашло в лифт и нажало на кнопку нижнего этажа.

Удивительно, как несколько часов… минут… могут изменить твою жизнь. У тебя было все, о чем ты мечтала, и вмиг ты упустила из рук единственное, ради чего ты бы хотела жить. Ты потеряла нить, соединяющую тебя и его.

Женщина нуждается в мужчине, это заложено природой. Но человеческие эмоции она не в силах обуздать. И это заставляет тебя ходить по горящим углям и сохранять спокойствие. Такое занятие только закалит тебя от будущего внедрения в твой внутренний мир. Но сможешь ли ты хоть когда-нибудь снова стать прежней? Нет. Ты сломанная кукла.

Выйдя на улицу, остановилась, чтобы перевести дух. Да, он был единственным моим любовником за все пять лет. Забеременела от него и потеряла ребенка, неизвестно, по каким причинам. Вру. Я слишком сильно страдала, оплакивала свою любовь, и судьба была ко мне жестока.

– Лив! – Голос заставил меня вздрогнуть.

Но я, не оборачиваясь, побежала. В этом вся я. Всегда после очередной игры спокойно смотрела в лицо своим кавалерам. Но не ему. Он видел мою душу, он знал, кто я и кем хотела быть.

– Лив, остановись! – закричал Гранд, но я продолжала расталкивать людей и бежать.

Кто-то возмущался, кто-то ругался, кто-то пытался помочь ему поймать меня. Они не понимали, что я сейчас бегу от прошлого, желая найти себя, найти то, что я когда-то потеряла в этом городе.

– Лив. – Гранд подхватил меня, поднимая над землей, и я выдохнула.

Я устала, так устала, что тело начало сотрясаться в истерических рыданиях, его руки прижимали мою спину к крепкой груди, а я вцепилась ногтями в его кожу.

До сумасшествия любила его. Была больна им всю жизнь, и я осталась такой. Пережила так много без него, а сейчас не знала, что происходит вокруг. Слышала только его быстро стучащее сердце и ощущала тепло, которое мне было необходимо, чтобы сердце оттаяло.

– Тише, малышка, тише, – шептал он, когда повернул меня к себе. – Я не знаю, зачем вообще полез в твой телефон, но Кори сказала, что Ред может мне кое-что объяснить. И он объяснил… не верил. Потом вспомнил. Прости меня, ты была одна, а я не поехал за тобой. Должен был. А я обижался за суперклей. Прости, ненавижу себя и сорвался на тебя. Ты была беременна… мой ребенок. Это только я виноват. Не знал, что есть последствия, просто не верил в это. Я не помнил эту ночь, помнил только поцелуй и мою блевотину. Но поддался своим мечтам, решив, что все сделал правильно. Понимаешь? Ты моя мечта, продолжение меня, и я понимал это слишком долго. Но теперь мне похрен на все, слышишь? Я сделаю то, что давно должен был. Больше ты на шаг не отойдешь от меня, потому что я… я…

Пока он это говорил, его лицо было безумным, но не лучше, чем у меня, наверное. И он покрывал поцелуями мои щеки, глаза, нос, в итоге прижав к себе.

Я моргала, пытаясь переварить все, что сейчас произошло.

– Мудак я. Прости меня, прошу, за все. Не представляю, что ты вынесла по моей вине. Но я любил тебя, хотя не понимал этого. Прости, Ливи, ты мой наркотик. Да, хренов наркоман! Но хватит с нас прошлого. Это время должно было наступить. Поехали, мы уедем сейчас, вернемся только на свадьбу, а может быть, вообще не вернемся. – Гранд схватил меня за руку и повел за собой.

Где я? Кто этот мужчина, которому я подчиняюсь? Он всколыхнул самые страшные мои тайны и теперь говорит, что хочет быть со мной. Мы оба повзрослели? Или я нахожусь в коме и это сон?

Но руки, толкавшие меня в такси, говорили о том, что это реальность.

– Я люблю тебя, Ливи, – улыбнулся Гранд, целуя мою руку. – Я виноват во всем и все исправлю. Если бы я не был таким ослом раньше, то сейчас мы давно были бы счастливы и не страдали. Черт, малышка, что ты со мной сделала? Ты умеешь убивать меня, и тут же я дышу, ты мой бессмертный эликсир.

Он рассмеялся, прижимая меня к себе. А я не знала, что мне-то делать. Его телефон пикнул, но он не обратил внимания на это, продолжая обнимать меня. А машина везла нас куда-то, я даже не спрашивала.

Мужчина нуждается в женщине, она дарит ему надежду на продолжение его истории жизни. Они питают друг друга. Природой заложена обоюдная зависимость. Это и есть химия, которая не угасает с годами.

Но… в нашем фильме всегда есть «но». Слишком долго мы прятались, слишком долго скрывали друг от друга правду. И наше наказание настигло нас.

Сильный удар по голове, тяжесть в груди, нехватка кислорода, затем темнота, поглотившая сознание. Это мой анамнез. Ведь природа и судьба сговорились играть против нас без правил…

Глава 53

23 апреля, 1994 год

– Маргарет, поздравляем вас, – улыбнулась женщина с темными волосами и грустными глазами, но старающаяся сделать все возможное, чтобы скрыть боль внутри и зависть к своей подруге.

– Пати, спасибо, дорогая. Она невероятная, и я уже не надеялась, если честно, что у нас будет еще ребенок, – смущенно приняла букет миниатюрная женщина с волосами цвета пшеницы. – А Дэвид?

– Не смог, дела. – Патриция отвела глаза. Не следует никому говорить, что ее муж отходит от вчерашнего алкогольного дурмана.

– Хотите посмотреть на нее? – предложила Маргарет, указывая на верхний этаж.

– Конечно, – улыбнулась ее подруга и еще крепче сжала маленькую ладошку своего сына.

– Пойдем, она только проснулась. – Женщина повела посетителей в детскую, которую обустраивала с особой любовью.

– Гранд, ты не должен кричать, а то напугаешь Оливию, – предупредила у раскрытой двери мама своего малыша, который недовольно сжал губы и отвел зеленые глаза, только кивнув. Ему не нравилось, что его привели сюда смотреть на какого-то младенца в то время, когда его друзья поехали кататься на велосипедах.

Гости вошли в детскую и остановились у белой колыбельки, где, моргая сонными глазками, лежала девочка.

– Она такая… ох, Маргарет. – Патриция смахнула слезу, смотря на это крошечное создание, понимая, что у нее больше никогда не может быть детей. Ведь она всегда мечтала о большой семье с мужчиной, который играл с ней, женился на ее подруге, и теперь ей приходится улыбаться и делать вид, что она счастлива. Но никто никогда не узнает о вечерах, когда ее сын спал, а муж отсутствовал и приходил он. Она встречала его с распростертыми объятиями, и они забывали, что каждый из них больше не сможет быть любим.

– Гранд, а что ты скажешь о своем новом друге Оливии? – поинтересовалась мама крошки, смотря на кудрявого мальчика.

– Она малышка, – уверенно ответил он, наклоняясь над колыбелькой. – Она улыбается мне, мама.

– Детка, она еще не умеет этого, ей всего две недели. – Патриция потрепала своего сына по волосам, но он сбросил ее руку.

– Нет, она улыбается мне, и только мне. Вот когда я вырасту, она тоже будет большой, как ты? – спросил Гранд, протягивая ручку к маленькому созданию.

– Конечно, к сожалению, все дети вырастают, – вздохнула Патриция.

– Это хорошо, – кивнул мальчик, беря девочку за руку, осторожно, как будто она была для него сокровищем. – Тетя Маргарет, когда она вырастет, я буду защищать ее. Ведь так поступают мужчины, да?

– Гранд, – тихо рассмеялась женщина, смотря на мальчика и в глубине души желая, чтобы так оно и было. – Да, так поступают мужчины, они защищают и заботятся о женщинах.

– Не о женщинах, а о принцессах, тетя Маргарет. А я ведь принц, так говорит мама, буду сражаться с драконом и спасу ее. Я умею драться на мечах, а еще буду катать ее на мотоцикле. Папа обещал мне купить, – улыбнулся малыш, вглядываясь в глаза девочки.

Подруги переглянулись и улыбнулись на это детское заявление. Оливия захныкала, когда мальчик убрал руку.

– Она хочет есть, – объяснила Маргарет, беря малышку на руки.

– А мы еще придем? – с надеждой спросил Гранд.

– Малыш, мы уезжаем, и пока не знаю, когда вернемся, – грустно ответила Патриция, подталкивая его к двери.

– Но как же малышка Ливи? Она же будет ждать меня, да? – нахмурился мальчик.

– Конечно, сынок. Она уже полюбила тебя, – соврала мама.

– Правда? Я тоже ее полюбил. Я думал, что она противная, так говорил Нейт. Но мне понравилась, у нее красивые глаза, и пахнет она вкусно, – улыбнулся мальчик и бросил последний взгляд на тетю и ее дочь. – И я уже не обижаюсь на тебя, что ты не разрешила мне поехать с Лесом. Я доволен.

«Ох, Гранд, она не для тебя. Если бы только знал», – подумала Патриция, закрывая дверь. С этим ребенком теперь все изменилось. Хью перестал обращать внимание на Патрицию и был весь предан семье. И сейчас им лучше было уехать, бросить тут все и улететь, чтобы вылечить Дэвида. Но как долго она сможет прятать свои чувства, женщина не знала. Никогда нельзя предугадать будущее.

Гранд

– Ливи, ну же, открывай глаза, мать твою! – уже кричал от паники, гладя по лицу девушку в моих руках.

Долбаный сценарист, перепиши этот момент! Все отдам за это!

Под пальцами я ощутил что-то липкое и оторвал руку от головы Лив. Кровь. Она ударилась головой о стекло и поэтому отключилась.

Я ничего не слышал вокруг, водитель такси выскочил и раскрыл мою дверь, смотря на меня испуганными глазами. А что я? Не мог сказать больше и слова. Как такое произошло? Ведь все было более чем хорошо!

– Гранд, – прошептала Лив, и я вернулся к ней, подхватывая на руки и вытаскивая из машины.

– Малышка, ты напугала меня, – с облегчением произнес я, садясь на землю вместе с ней.

Она приоткрыла глаза и скривилась.

– Сильно болит? – спросил я.

– Не оргазм точно. – Она попыталась улыбнуться.

Прижал ее к себе, качая на руках, целуя в волосы, радуясь тому, что дышит, что жива.

– Я вызвала «Скорую», – наклонилась незнакомая мне женщина.

– Спасибо, – выдавил я из себя, а Лив приподнялась и села.

– Что произошло? – спросила она, оглядываясь.

Только сейчас заметил, что вокруг нас стоят люди, а мы находимся на перекрестке. Бок машины, на которой мы ехали, сильно помят с моей стороны. Но разве это справедливо? На мне ни царапины. А я не удержал ее. Выпустил из рук и снова подверг ее боли.

– Мы все видели, – подал голос мужчина.

– Да-да. Какая-то машина вылетела на красный свет, ударила по вашей и скрылась, – подтвердила та же женщина.

– Гранд, ты как? – прошептала Лив, осматривая мое лицо.

– Я… я тебя люблю, – ответил первое, что пришло на ум, а она рассмеялась.

– Дурак, я тоже тебя люблю. Но посмотри, – она махнула в сторону такси, – какой урод так водит?

Замер, пока Лив продолжала возмущаться, вспоминая утренние события. Я был зол, обижен. И когда вышел из дома, чтобы сесть в машину, оказалось, что все колеса проколоты. Такси. Я поехал на такси. Выстрел. До этого был выстрел. Теперь машина, авария и Лив… Она была со мной.

– Гранд, с тобой все в порядке? Ты побледнел. – Лив осторожно коснулась моей щеки, и я моргнул.

– Да, все хорошо, – улыбнулся я. Но внутри меня зародилась паника. Это была не просто случайность.

– Гранд, «Скорая» приехала, – сказала она, а я только кивнул. Слишком был ошарашен своими умственными заключениями.

Поднялся, помогая Лив, и она качнулась, я успел ее подхватить за талию. Краска сошла с ее лица, и она тихо застонала.

– Тебе плохо? – испуганно прошептал я, всматриваясь в нее.

– Сотрясение, – ответила она, открыв глаза. – Ничего. Пройдет.

– Мисс, пройдемте, – предложил медбрат, но я не хотел выпускать ее из рук. Больше не отпущу. Ни на шаг. Как и обещал.

Поддерживал ее, пока не усадил в машину, и ее начали осматривать. Я отказался от помощи.

– Добрый день, мы могли бы с вами поговорить об аварии? – Офицер оторвал меня от наблюдения, как Лив осматривали голову, а она бурчала, что сама врач и знает все о последствиях.

– Да, конечно, – кивнув, отошел в сторону.

– Ваше имя?

– Гранд Кин, – на автомате ответил я.

– Мистер Кин, – протянул он, просматривая что-то на планшете. С каких пор у нас все так инновационно?

– Он самый.

– В отчете есть, что в вас стреляли, но вы не предали это огласке, закрыв дело. По опросу очевидцев выходит, что авария произошла по вине водителя, который в вас въехал и потом скрылся с места преступления, двигаясь на красный свет. На машине не было номеров. У вас есть какие-то соображения по этому поводу? – спросил он меня, а я отрицательно покачал головой.

– Хотя, – через секунду произнес я, – все началось с наркотиков. В вашей базе должны быть заявления, что меня пытались подставить. Потом выстрел. Сегодня утром кто-то проколол мне шины.

– Вы понимаете, что теперь это дело не закрыть? – нахмурился он.