Волчонок Ваня Суслин Дмитрий

Банкир поморщился, но покорно встал из-за стола и направился к сейфу.

– Значит пятьдесят тысяч долларов? – сказал он.

– Семьдесят пять, – поправил Волк.

На лице банкира появилось возмущение.

– Мы так не договаривались!

– Вот именно, не договаривались! Вы первым нарушили обязательства и послали ко мне убийцу.

– Какие могут быть обязательства перед бандитом?

– Какие тогда могут быть обязательства у бандита? Семьдесят пять и побыстрее. Сегодня деньги, завтра бумаги.

– А вы шутник…

– Напротив, мне не до шуток.

Последние слова Волк произнес, когда увидел перед собой дуло пистолета. Он совершил роковую ошибку, дав банкиру не только открыть сейф, но и засунуть в него руку.

– Вот и все, господин Волк, – сказал банкир и выстрелил.

Роман почувствовал сильный удар в грудь и отлетел к стене.

В глазах потемнело. Банкир подошел к нему и выстрелил еще раз. Выстрелы были тихие, почти неслышные. Только жена банкира заглянула в комнату и спросила, что происходит. Волка она не увидела, он лежал за дверью, и банкир выпроводил ее обратно, сказав, что ничего не случилось, просто у него упали книги. Запер за ней дверь и снял трубку телефона. Быстро набрал кнопки номера. Послышались гудки.

– Эдик? – спросил он. – Быстро приезжай ко мне. Возвращайся. Тот, кто нам нужен, у меня. Холодный. Надо его проводить домой. Как, как? Он пришел без приглашения, и мне пришлось его наказать. Хватит разговоров. Я тебя жду.

Кончив разговор, банкир нервно заходил по кабинету, стараясь не смотреть на труп. Наконец он не выдержал и вышел вон.

– Что с тобой? – тревожно спросила его жена. – Ты очень бледный. Может, дать капли?

– Не надо, – сказал банкир. – Женя, что тебе там нужно? – Он с ужасом увидел, как его сын пытается пробраться к нему в кабинет. – Сейчас же отойди!

– Мне нужен твой компьютер! – заныл мальчик.

– Сейчас я тебе его вынесу!

Он зашел в кабинет и закрыл перед носом сына дверь, Быстро закрыл свой переносной компьютер и вынес его мальчику. Стоять у двери и следить, за тем, чтобы никто не вошел в кабинет, было глупо, и он нашел в себе силы войти в комнату. Закрыл за собой дверь и запер ее на ключ. И только тогда понял, что на полу за дверью нет трупа. И в ту же секунду невероятно сильные руки схватили его за плечи и швырнули на пол. Банкир упал на спину и увидел убитого им человека живым и невредимым. Даже ран на нем не было. Банкир впервые за все время общения с этим человеком испытал настоящий страх. Он ведь своими глазами видел, как пули входили в его тело. Он ничего не мог понять.

– Я мог убить твоих детей, – нагнулся над ним Волк. – Но я никого не убиваю. Ты первый стал убивать. Теперь готовься умереть.

Банкир захрипел, говорить он не мог. Зубы стучали от страха, руки тряслись, закрывая лицо.

– Боишься? – Волк усмехнулся. Ему стало противно. – Убивать ты не боялся. Ладно, живи. Только знай, что от тебя несет падалью. Очень сильно воняет. – Для большей убедительности он помахал перед носом рукой, словно отгонял от себя запах смерти.

Затем Волк спокойно подошел к сейфу. В суматохе банкир забыл его закрыть. Вынул оттуда сначала пистолет, из которого в него стреляли, посмотрел на него и с пренебрежением выбросил. Затем очередь дошла до денег. Волк сгреб все, что было, в полиэтиленовый пакет. Рубли, доллары, немецкие марки…

– Похоже, это деньги твоих вкладчиков, – сказал он банкиру. – Ты собирался бежать?

Банкир ничего не ответил. Видя, что его грабят, он лишь ловил ртом воздух.

– Грабь награбленное, – мрачно улыбнулся Волк. – Не переживай за судьбу своих капиталов. Они пойдут на добрые дела. Я отдам их беднякам.

Он не стал смеяться над своей шуткой. Пора было уносить ноги. Вот-вот должен был прибыть Эдик. Волк подошел к люстре и, не гася свет, вывернул из нее одну лампу. После этого сунул в опустевший патрон дуло пистолета банкира. Сноп синих искр с шипением разлетелся по кабинету, и во всем доме снова погас свет. Волк сделал очень хорошее короткое замыкание, а дом был очень старым.

Уже внизу на выходе из подъезда Волк встретил Эдика. Тот торопливо поднимался по лестнице. Волк пропустил его мимо. Зачем утруждать себя понапрасну?

ЕГО ОХОТА ЗАКОНЧИЛАСЬ.

Когда снова восстановили свет и Эдик с женой банкира вошли в кабинет, они нашли там лежащего на ковре хозяина дома. Банкир не дышал. Он был мертв и глазами, все еще полными ужаса, смотрел на свой открытый и разоренный сейф.

Его сердце было слишком слабым. Он оказался плохим хищником, потому что не смог вынести поражения от зверя, более сильного, чем он сам.

* * *

Волк и Волчонок покинули город. Они поехали поездом, и сели в него не на городском вокзале, а далеко за городом, на маленькой станции. Теперь погони можно было не опасаться. Даже если бы банкир обладал всеми силами мафии своего города, и то он не смог бы выследить всех, кто покидал его территорию. Волк больше не думал о нем. Открытие, которое он сделал, поразило его.

Значит, пули ему не страшны. Поразительно, но факт. Он встал на ноги сразу, как банкир вышел, и чувствовал себя ничуть не хуже, чем перед выстрелами. Он, конечно, предполагал, что его организм сильно изменился. Кожа стала гладкой и толстой, кости невероятно крепкими. Однажды он получил по голове сильный удар кастетом, но даже не потерял сознания. Любой нормальный человек после такого удара упал бы с раскроенной головой, а его череп вынес и даже не треснул. Мышцы на всем теле давно уже приобрели стальную твердость. Нет, он не стал похож на культуриста, каких показывают в кино и по телевизору. Нормальный крепкий молодой человек с хорошо развитым торсом, руками и ногами. А ткани мышц стали практически каменными. Но о том, что теперь ему не страшны не только ножи и кастеты, но и огнестрельное оружие, Волк и не предполагал. Значит, теперь перед ним открылись новые возможности.

Они ехали в мягком купе на двоих. Часа через два, после посадки, Волк закрыл дверь и пересчитал деньги. Их было много. Очень много. Так много, что можно было уже и не охотиться. Никогда. Но волков это не тронуло. Они равнодушно смотрели на кучу разноцветных бумажек, лежащую перед ними и даже не могли придумать, что же с ними со всеми делать.

Это человеку всегда мало. Только человека невозможно до конца удовлетворить чем-нибудь. Человек ненасытен.

Но Роман и Ваня не были людьми. Они были оборотнями.

– Можно уехать за границу, – сделал предложение Волчонок.

– Что мы там будем делать?

– Там есть классные парки. Дисней Лэнд. Этих денег как раз нам хватит.

– А ведь верно, – удивился Роман неожиданной мысли. – Пора бы нам и мир посмотреть. Волчонок, ты хочешь залезть на Эйфелеву башню?

– Хочу! А что это такое?

– Это такое!.. Она стоит в Париже. Я всю жизнь мечтал на нее посмотреть.

– Тогда давай посмотрим!

До вечера они лежали вдвоем на одном диване и разговаривали о будущих своих путешествиях. Когда Волчонок уснул, Волк вышел в коридор. Он не хотел спать. Организм его все еще был возбужден последней охотой. Надо было проверить, все ли спокойно, и нет ли какой опасности.

Опасности не было. Иначе бы он ее почувствовал. Пассажиров было немного, и все они уже давно разошлись по своим местам.

– Роман?!!

Волк повернулся на голос и обомлел. На него удивленными и вопросительными глазами смотрела Оля. Его напарница по лагерю.

– Это ты? – она спрашивала его и вроде не верила глазам.

Роману была понятна ее реакция. Он очень сильно изменился с тех пор, как они последний раз виделись. Стал немного выше, но не это даже было главным. Изменился весь его облик. Очень мало осталось от прежнего Романа. Теперь это был другой человек. Уверенный в себе, крепкий, красивый. Да, именно красивый. Волк и Волчонок стали очень привлекательными, и многие на них стали обращать внимание, когда они вместе появлялись на улице. Они походили друг на друга как настоящие братья, и в их родстве уже никто не сомневался. Движения их приобрели плавность и грацию хищников, а глаза смотрели на людей внимательно и изучающе. Особенно их красота, настоящая мужская и мальчишечья красота, обращала на себя внимание окружающих первые десять дней после превращения из волков в людей.

– Оля? – Роман мог притвориться, что понятия не имеет, кто она такая, но этим вопросом он себя выдал.

Оля окинула его удивленным и восхищенным взглядом.

– Какой ты стал! – в голосе у нее была неуверенность, словно она жалела, что начала этот разговор.

– Какой?

– Совсем не тот…

– Это я. Что тебя удивляет?

– Ты совсем другой.

– Прошло почти два года, как мы с тобой работали вместе. Ты тоже изменилась.

Роман говорил с нарочитой холодностью, надеясь, что Оля поймет, что он не очень-то желает с ней разговаривать, и пойдет своей дорогой. Но девушка, казалось, не замечала этого.

– Слушай, ты тогда так неожиданно уехал. Даже не попрощался ни с кем.

– А что, от меня ждали прощального ужина?

Оля, наконец, поняла, что с ней не хотят разговаривать. Она с укором посмотрела на Романа.

– Зачем ты так? – глаза ее вот-вот готовы были наполниться слезами.

Роман почувствовал запоздалое раскаяние. Действительно, в чем виновата перед ним эта девочка?

– Извини, – сказал он. – Просто мне тяжело вспоминать то время. Ты ни при чем.

– Я понимаю. Тебя тогда уволили совершенно незаконно. Этот начальник лагеря, он же простой перестраховщик. Да ладно, что и впрямь об этом говорить.

– Да, это ни к чему, – согласился Роман. Он все еще не терял надежды как-нибудь отвязаться от Оли. – Ты куда-то едешь?

– Домой. А ты разве нет?

Роман смутился.

– Я больше не живу в N-ске, – сказал он.

– Понятно. И чем ты сейчас занимаешься?

– Рэкетом.

– Ты шутишь? Это же занятие не для тебя. Я уверена, что ты и мухи за всю свою жизнь не обидел. Где твое купе?

Последний вопрос совсем не понравился Волку. Это все становилось похожим на допрос. Но он не чувствовал опасности. Если бы опасность была, он бы ее почувствовал. Но все в душе было тихо. Волк успокоился и снова стал Романом.

– Шестое, но я не один.

– Понятно.

Разговор не клеился. Оба чувствовали неловкость и не знали, как достойно закончить эту встречу и разойтись. Но тут вагон вдруг встряхнуло, и Оля повалилась прямо на Романа, и тот инстинктивно обнял ее.

Прикосновение к женскому телу неожиданно привело Волка в дрожь. Он никого не трогал руками, кроме Волчонка, и это всегда доставляло ему невыразимое удовольствие, но в этот раз все было по-другому. Никогда ни Волк, ни Роман этого не ощущали. Девушка в руках казалась такой хрупкой и слабой, ее можно было убить лишь легким нажатием рук… Волк привлек Олю к себе и заглянул в ее глаза, ожидая увидеть в них хорошо знакомый ему страх. Но страха не было. Ужаса тоже. Оля смотрела на молодого человека ожидающе. Она словно ждала его дальнейших действий. Губы ее маняще приоткрылись, показались маленькие жемчужные зубки, блестящие от влаги. До Волка, наконец, запоздало дошел запах женщины, ее ароматное дыхание и легкое трепетание тела при прикосновении к нему. Волк услышал собственное дыхание, тяжелое и прерывистое. Он уже не ощущал спокойствия своего стального тела. Мышцы расслабли, и Волк подумал, что он сейчас упадет, если что-либо не сделает.

Он никогда в жизни не целовал женщин. По-настоящему. Даже толком не знал, как это делается. Но все получилось само собой. Мощные легкие принесли ему на этот раз неоценимую услугу. Когда он кончил свой первый в жизни поцелуй, Оля лежала в его руках буквально обессиленная и задохнувшаяся. Она блаженно застонала и долго не могла открыть глаза. Волк смотрел на нее и тоже ничего не мог сделать.

Оля покинула его объятия и стала оправлять на себе платье. Она была чертовски хороша – слегка взволнованная и растерявшаяся, с растрепанной короткой стрижкой. Роману она напомнила Мэрилин Монро. Та же наивность и та же дьявольская непорочность. Оля смотрела на Волка спокойно и оценивающе, и тот без труда почувствовал в ней маленького, но коварного хищника. Что-то вроде лисы или шакала.

– Ты стал совсем другой, Рома, – сказала Оля. – Совсем другой.

Волк молчал, он не хотел ничего говорить. Он хотел только одного: продолжить то, что они начали… И Оля поняла это. Она прочитала желание Романа в его глазах.

– Я тоже тебя хочу, – без всякого смущения сказала она.

Роман был ей очень благодарен за это. Сам бы он ни за что не решился на такие слова. Все-таки много еще в нем оставалось от того прежнего человека, которым он когда-то был.

– В твоем купе нельзя? – деловым голосом продолжала девушка. С кем ты едешь?

– С матерью.

– Да, с мамой не договоришься, – Оля задумалась, по-детски засунув в рот большой палец. – Ко мне тоже нельзя. Я тоже не одна. Я еду с папой.

Она хитро улыбнулась и даже изобразила на лице смущение.

– Я думаю, что можно договориться с проводником. У тебя есть деньги?

Волк вытащил из кармана десять долларов.

– Ого! – Оля посмотрела на Романа с интересом. – А ты, оказывается, в самом деле, сильно изменился. Я пожалуй поверю, что ты занимаешься рэкетом. Ладно, не смущайся, я сама все сделаю.

И это была когда-то самая красивая девушка в лагере. Теперь Волк готов был признать, что она самая красивая девушка на всем белом свете. Когда она пропала в купе проводника, он откинулся спиной к окну и глубоко вздохнул, пытаясь собрать, воедино мысли и чувства.

Оля договорилась на удивление быстро. Видимо у нее был богатый опыт в таких делах. Роман подумал о том, почему же она не совратила его тогда в лагере. Неужели он был такой рохля и совершенно не привлекал девушек?

А потом была ночь любви. Волк впервые познал женщину. Роман тоже. У них было немного времени, и они постарались его использовать с полной отдачей. Оля была в восторге от своего партнера. Был лишь один момент, когда Роман чуть было все не испортил. В порыве страсти, когда девушка откинула назад голову и открыла свою прелестную шею, Волк на мгновение забылся и вцепился ей зубами в горло. Что-то не дало ему сжать зубы до конца, но, тем не менее, укус получился приличный, и на шее остался глубокий след. Оля даже застонала от боли. Но боль смешалась с наслаждением, и девушка даже не открыла глаза. Волк слизал кровь с ее тела, чем доставил и себе и ей еще целую гамму приятных ощущений. А Ольга после этого стала страстной и неутолимой.

Когда они расходились по своим местам, то оба сожалели о расставании. Хотелось быть вместе.

– Мы с тобой еще встретимся? – спросила Оля.

– Я думаю, да.

Волк стоял как раз у своей двери, и тут вдруг она открылась, и из нее показалась сонная физиономия Волчонка со следами подушки на лице.

– Волк, где ты бродишь? – спросил Волчонок. Он ничего не видел и смотрел перед собой затуманенным взором. Как лунатик.

Волк поймал удивленный взгляд Оли и затолкал мальчика обратно в постель. Когда он вышел из купе и закрыл за собой дверь, девушка посмотрела на него с усмешкой.

– Это и есть твоя мама?

– Это мой брат, – мрачно буркнул Роман.

– Понятно. Я даже его где-то видела. Знакомое лицо. Но ты никогда не говорил, что у тебя есть младший брат. А как его зовут? Слушай, а может он нам не помешает? Может, мы отправим его в мое купе?

– Он не согласится, – уверено сказал Роман. Он решил сразу со всем покончить. – Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – растерянно и чуть обижено пробормотала Оля и пошла к себе.

Ее купе было через три двери, и она бросила напоследок на молодого человека взгляд, преисполненный нежности.

– Я тебя утром найду, – тихо сказала она. – Ты мне нравишься, Рома. Что-то в тебе есть такое, чего ни у кого нет. Может быть это любовь?

Дверь закрылась, и лицо девушки исчезло за равнодушным пластиком.

Волк тоже закрыл за собой дверь и бухнулся на постель. Волчонок спал. Его мирное дыхание и детское сопенье подействовали на Волка успокаивающе. Он смог собраться с мыслями и немного подумать.

То, что только что случилось, было конечно великолепно. Как нормальный мужчина, Роман перебирал в памяти каждую секунды встречи с Олей, каждое ее и его движение, и словно все переживал заново. Но в душе слабеньким огоньком тлело чувство опасности, и Волк не мог понять, в чем же она заключалась. В последнее время ему вообще было трудно размышлять, мысли разбегались, и их очень тяжело было концентрировать. Волк отгонял от себя страшную догадку о том, что, может быть, он становится слабоумным. В это не верилось. Но такие моменты, когда совершенно становилось невозможным о чем-нибудь рассуждать, случались все чаще и чаще. Вот и теперь он чувствовал опасность, которая грозила волкам, но не мог понять, откуда она исходит. Постепенно до него дошло, что опасность шла от Оли. Волк был уверен, что рано или поздно она вспомнит, где видела его «брата», а вот, что будет дальше, было неизвестно. Вот в этом и таилась опасность.

Под утро поезд остановился. Волк разбудил Волчонка, и они стали собирать вещи.

* * *

Оля проснулась и первая ее мысль, конечно же, была о Романе. Она вспомнила все, что между ними произошло, и поспешно стала одеваться. Ей не терпелось вновь увидеть этого человека. Ах, как она досадовала на себя, что не замечала Романа в лагере! Конечно, когда работаешь с детьми, чаще всего ни о чем другом не думаешь, но все-таки, какая она была дура!

Разочарование, подобно пощечине, ждало ее в купе Романа. Там никого не было. Никого. Она бросилась к проводнику, и тот рассказал ей равнодушным голосом, что пассажиры, про которых она спрашивает, сошли в половине пятого утра на маленькой станции с названием, которого Оля никогда не слышала.

Это был страшный удар. Девушка готова была разрыдаться, но потом ее охватила ненависть к человеку, который так ее обманул. Уже в своем городе на пути к дому она вдруг вспомнила про мальчика, с которым ехал Роман. И снова задумалась над вопросом, где же она его видела. Она подробно вспомнила все, что было в последние минуты их встречи, и поняла, что вероятно бегство Романа каким-то образом связано именно с этим мальчиком.

Но где же она его видела? А она его видела. В этом Оля была абсолютно уверена. Вот только где и когда? У нее была очень хорошая память на лица. Она за один раз всегда запоминала любой коллектив, с которым ей приходилось сталкиваться, детский он был или взрослый. И этого мальчика она видела именно в группе других детей.

И тут Олю осенило. Она вспомнила, где видела брата Романа. Догадка, однако, не дала никакого объяснения, а наоборот запутала все еще больше. Конечно, это был Ваня Никаншин. Он очень сильно изменился, вырос, но, тем не менее, Оля была уверена, что она не ошиблась.

Но что Ваня делает в компании с Романом?

Этого Оля понять не могла. В голову лезла только всякая мерзость, которую она старательно пыталась отогнать от себя. В то, что Роман голубой, она не верила. Тут было что-то другое. Но что? Этого Оля понять не могла. И только зря измучилась от пустых раздумий.

Лучшим выходом из этой ситуации было скорее обо всем забыть и жить прежней жизнью. Оля так и сделала. Но все равно образ Романа нет-нет, да и вставал перед ее мысленным взором.

А через неделю девушка почувствовала боль в области шеи. Разболелась ранка на горле. Раньше она и не обращала на нее внимания. Так себе царапина. Заживает быстро, почти не болит. Только Оля не помнила, откуда она взялась.

Еще через неделю, когда она проснулась и встала перед зеркалом, девушка увидела, что ее мальчиковая прическа превратилась чуть ли не в лошадиную гриву.

О том, что то же самое когда-то происходило с Романом и Ваней Никаншиным, Оля вспомнила слишком поздно. Да это уже ничего не могло изменить.

Вечером в ее окно заглянула луна. Она была большая и круглая. Луна позвала Олю за собой. И это была уже не Оля…

* * *

В центре города под светом уличных фонарей стояла волчица и оглашала окрестности тоскливым и протяжным воем. Она имела очень необычную расцветку шкуры. На спине зверя она была золотой, и горожанам, которые выглянули из своих окон, волчица показалась дьявольским созданием.

Кто-то позвонил в милицию и сообщил, что в их районе появилась огромная бешенная собака, но когда приехали работники из службы по отлову бродячих собак, они никого не обнаружили. Зверя уже не было.

* * *

Волчица бежала по ночному городу. Она инстинктивно пыталась покинуть его и бежала только в одну сторону, словно надеялась найти выход на волю. Она стремилась туда, где не было людей и их жилищ. Туда, где чистый и свежий воздух и не пахнет противным асфальтом, от запаха которого кружится голова. Но на одной из улиц она чуть было не попала под машину и кинулась в противоположную сторону. Машина несколько десятков метров преследовала ее и наполнила все ее естество ужасом и бессилием перед огромным чудовищем с ослепительно светящимися глазами. Когда машина куда-то свернула, волчица все еще продолжала бежать, спасаясь от погони. Когда она остановилась, то долго еще не могла отдышаться. Шерсть на ней стояла дыбом, и волчица мелко и часто дрожала. До нее дошел приятный запах. Она пошла в ту сторону, откуда он шел, и добрела до городского парка. В нем было так много деревьев, что он вполне мог сойти за лес. Волчица побежала к парку и вскоре исчезла среди зарослей кустов и деревьев.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Волчонок охотился. И хотя Волк ему еще не разрешал этого делать, он все равно охотился. Ведь он волк, а не человек. Мальчик шел по городу совершенно один и смотрел. Смотрел, не попадется ли ему какая добыча. Но в городе было не так интересно, как в лесу. Здесь было слишком шумно и пахло гарью. Этот запах бил в нос, и Волчонок иногда чихал. Особенно когда мимо него по дороге проезжала уж очень вонючая машина. Он, как и Роман не любил машин из-за их запаха. Они очень плохо пахли. Достаточно было и того, что им и так приходилось часто ездить на автобусах, в такси и электричках. Но пользовались они услугами разного вида транспорта только один раз в месяц. Перед полнолунием они в обязательном порядке, где бы не находились, покидали город. Это для них было самым главным. В городе оставаться было нельзя ни в коем случае. Это верная гибель. Волк так и объяснил Волчонку, когда тот однажды поленился и не хотел покидать квартиру.

Мальчик охотился днем. Ночью он все еще засыпал и ничего не мог с этим поделать. Он был еще детеныш, и ему надо было набираться сил. Хотя силе его мог бы позавидовать каждый мальчик его возраста, и даже ребята гораздо старше. Подростков Волчонок нисколько не боялся. Несколько дней назад в одном из дворов к нему попытались пристать трое ребят. Мальчишкам было лет по пятнадцать. Им понравился его наряд. Волчонок был одет очень модно и дорого. Они решили помочь ему избавиться от столь респектабельного вида. Однако Волчонок даже не стал вступать с ними в долгие разговоры. Когда он услыхал, что ему предлагают снять колеса, то не сразу понял, что парни имеют в виду кроссовки. Ему это самым грубым образом разъяснили, но похохотать пацанам Волчонок не дал. Он развернулся, и его маленький кулачок угодил прямо в губы самому веселому и наглому подростку. Удар получился отличный. Тот, кому он достался, отлетел на несколько шагов назад и свалился на землю. Он закричал благим матом, и его приятели увидели, что его рот лишился почти всех передних зубов и превратился в красную кашу, из которой фонтаном лилась кровь. Это произвело на двух других впечатление куда большее, чем любые слова и доводы. Они замерли и смотрели на Волчонка. Тот стоял, и как ни в чем, ни бывало, смотрел на них. Это продлилось всего несколько секунд. Продолжать беседу подростки не стали. Они подхватили своего воющего товарища и поспешили покинуть место проигранного сражения.

А Волчонок остался один и наслаждался своей победой. Он и сам не ожидал от себя такого, поэтому это происшествие просто окрылило его и наполнило решимостью продолжать опасную и рискованную жизнь оборотня. Теперь и он может заниматься тем же чем и Волк. И совершенно один. Без присмотра. Он теперь вполне большой для этого. Теперь и он может внести свою лепту в их общий с Волком котел. Волчонок не собирался оставаться вечным нахлебником, и поэтому начал охотиться. Он бродил по городу и искал добычу. Но ничего путного не находил. Честно говоря, он просто даже не знал, как за это взяться. Поэтому несколько дней прошли впустую.

Но сегодня ему кажется, повезло. Первая жертва появилась перед Волчонком и обдала его своим запахом. Волк объяснил ему еще давно, что, когда они не в лесу, то должны охотиться только на хищников, потому что другие слишком слабые, и охотиться на них не составляет для хорошего волка много чести. Волчонок решил тоже охотиться на хищников. Но мальчик был мал и неопытен. Он не мог отличить хищников от остальных людей. В лесу было все просто. У хищников острые зубы и когти. Если хищник больше тебя, то надо бежать и спасаться, особенно если Волка нет рядом и некому за тебя вступиться. Но здесь среди людей распознать, кто есть кто, совсем не так легко. Надо было посоветоваться с Волком, но Волчонок не решался этого сделать. Он не был уверен, что Волк одобрит его. А еще чего доброго и вовсе запретит охотиться одному.

Первой своей жертвой Волчонок избрал продавщицу в магазине товаров для детей, игрушек и школьных принадлежностей. Ему не понравилось, как она обслуживала маленьких покупателей. Она показалась мальчику слишком грубой, мало того, настоящей ведьмой в синем халате. Она стояла в самом притягательном для детей отделе, там, где продавались игрушки, и было больше всего народу. Взрослым она не хамила. Боялась. Зато к детям она обращалась в последнюю очередь, ничего не давала им посмотреть, если те просили, огрызалась, а сама была вся в золоте. Она была не бедная. Волчонок следил за ней до самого дома. Она жила с мужем, который подвозил ее на работу на машине, в престижном районе и в очень дорогой квартире. Волчонок решил, что она богата. А из рассказов Волка он знал, что богатство и деньги первый признак хищников.

– Она будет моей первой добычей, – сказал себе мальчик. – Я разделаюсь с ней, а потом мы отправимся в Париж смотреть Эйфелеву башню.

И Волчонок поселился в магазине, где работала тетка. Он смотрел и слушал. И делал это так, что никто в магазине не обращал на него внимания. Он овладел искусством быть незаметным даже в своей более чем заметной одежде. Он сделал так, чтобы на него никто не обращал внимания. Это было нелегко, но Волчонок ни разу не попался своей будущей жертве на глаза, так чтобы она его запомнила, сам же ни на секунду не выпускал ее из виду. Он слышал все, о чем она говорит со своими подругами по работе, хотя сам был в нескольких десятках шагов от нее. Ее голос он выделил для себя из сотен других и слышал каждое ее слово. Он изучил ее привычки и повадки и все это за два дня. Терпеливо выслеживал он свою жертву, а та и не догадывалась об этом. Волчонок еще не знал, каким именно способом он изловит вредную тетку, да и не думал об этом. Главное было нанести ей сильный удар, а для этого надо выбрать подходящий момент. И этот момент наступил…

Маленький оборотень, наконец, услыхал то, что его обрадовало и удовлетворило. Работникам магазина давали зарплату, и эта радостная весть летала по этажам и отделам от человека к человеку. Достигла она и ушей Волчонка как раз в тот самый момент, когда ее узнала его будущая жертва. Продавщица, на которую охотился Волчонок восприняла эту весть совсем не так, как остальные девушки. Конечно, она обрадовалась, но не так горячо, как другие. Из этого Волчонок заключил, что его догадка, что эта женщина очень богата, оказалась верной, и добычу он себе выбрал правильную. Прямо как настоящий взрослый волк.

Охота началась.

Волчонок решил напасть в этот день. Он решил отобрать у этой подлой тетки ее зарплату. Раз она так ее не ценит, то пусть пеняет на себя. Для мальчика деньги не представляли никакой ценности. У него в карманах была сумма в несколько раз большая, чем та, которую получила продавщица. Но мальчик хотел охотиться. Он дождался конца рабочего дня, и когда за продавщицей заехал муж на роскошной машине, мальчик его уже ждал. В руке у него был приготовлен острый осколок бутылочного стекла. Разрезать все шины было для него делом трех секунд. Дальше он смотрел из кустов, как хозяин машины чуть не волосы готов был рвать на себе от досады, а его жена стояла рядом и хладнокровно смотрела на несчастного супруга. Она ничего не говорила. Даже не пыталась его хоть как-то утешить. Остановка троллейбуса была рядом, и она сказала, что поедет домой одна.

Это было на руку мальчику. Неслышной тенью он нырнул в тот же троллейбус, в который вошла женщина. Встал прямо рядом с ней и задохнулся от запаха ее духов. Женщина не обращала на него никакого внимания. Просто-напросто не замечала его совсем. Но Волчонок этому только радовался.

Был час пик, и в транспорте, как всегда, было полно народу. На минуту Волчонку стало очень страшно от такого количества людей. Он боялся людей и не любил их. Крики кондуктора и препирающихся с ним пассажиров, ругань их между собой сбивали мальчика с толку и мешали наблюдать за добычей. Волчонку потребовалось не мало сил, чтобы успокоиться и сосредоточиться на своем деле.

Он помнил, что между домом, где жила его жертва, и остановкой транспорта была пустынная и сильно заросшая кустарниками аллея. Значит, женщина до дома не должна была дойти, не встретившись с Волчонком.

Но в аллее оказалось слишком много людей, и маленький хищник решил не рисковать. Женщина спокойно дошла до своей квартиры и сама открыла себе дверь. Так не делают, если в доме кто-то есть. Значит, она была одна.

Волчонок позвонил.

За дверью послышался шум, но она не открывалась. Мальчик понял, что его рассматривают в глазок.

– Кто там? – раздался приглушенный и несколько нервный голос.

В магазине он у нее был намного уверенней.

– Я от Виталика, – ответил Волчонок.

Виталиком звали мужа этой женщины.

Дверь открылась, но не до конца.

– Что тебе надо, мальчик? Кто ты такой?

Волчонок сделал свое лицо как можно более приветливым.

– Меня послал ваш муж. Он попросил вам передать, что его машину сейчас везут в таксопарк, и чтобы вы передали ему деньги.

– Деньги? – Женщина так растерялась, что даже открыла до конца дверь и вышла на лестничную площадку. – Он, что с ума сошел? Почему это я должна передать ему деньги, и через кого я должна это сделать? Через тебя что ли?

– Да.

Синие глаза мальчика могли обмануть кого угодно, но только не эту женщину.

– А кто ты такой?

– Я Стасик.

– Какой Стасик?

Дальше Волчонок не стал врать. Ему это надоело, и он быстро и неожиданно пробежал под рукой женщины и скрылся в ее квартире.

– Подожди! Ты куда?

Женщина совершенно растерялась и совершила вторую роковую ошибку. Она побежала за мальчиком, вместо того, чтобы закрыть за ним дверь. Это ее и погубило.

Волчонок ждал этого и был наготове. Он бросился ей под ноги и снова оказался за ее спиной, после чего встал и спокойно запер входную дверь на замок и на цепочку. Сделал он это так спокойно, что в конец растерявшейся женщине стало не по себе.

– Что вы делаете?

Она, наконец, испугалась по настоящему и от страха перешла на «вы». Действия мальчика, от которого она в принципе не ожидала ничего плохого, явно не были адекватными его возрасту. Это ее и поразило. Ребенок стоял у двери, и смело, даже нахально смотрел ей в глаза. Женщине это очень не понравилось, но она не могла сдвинуться с места, потому что во взгляде мальчика было что-то такое, что удерживало ее на месте. Ноги стали ватными в тот момент, когда с дьявольской улыбкой на лице мальчик сделал первый шаг. Женщина попятилась, и это решило ее дальнейшую участь. Она споткнулась и потеряла равновесие. Волчонок стрелой бросился вперед и свалил ее на пол.

Чего он только не пережил во время прыжка! Страх, восторг, возбуждение, радость нападения и предчувствие победы. Тут было все. Все чувства, которым подвластен человек, пережил Волчонок Ваня во время своего первого в жизни самостоятельного нападения на человека.

Женщина взвизгнула и попыталась оказать сопротивление. Но было уже поздно. Мальчик заломил ей за спину руки и повернул лицом к полу.

– Если будешь кричать, – пропыхтел он ей в ухо, – я тебя задушу.

Он связал ее поясом от халата. Связал крепко и надежно. Но самое главное быстро. Затем встал и удовлетворенно потер руки.

– Что ты со мной собираешься делать? – сдавленным от страха голосом произнесла продавщица. Ее всю трясло.

– Не бойся. С тобой я ничего не буду делать. А вот с твоими деньгами, которые ты сегодня получила, я собираюсь поиграть. Где они?

– В моей сумке, – женщина видимо вспомнила, что перед ней всего-навсего мальчишка, совсем к тому же не похожий на маньяка или убийцу, и голос ее немного окреп. – Забирай все, что тебе нужно, и уходи отсюда!

Волчонок растерялся. Он не ожидал, что потерю целой зарплаты его жертва снесет с таким поразительным спокойствием и хладнокровием. Он разозлился.

– Ах ты, ведьма! – воскликнул он. – Значит, деньги для тебя ничего не значат? Зачем же ты тогда работаешь простой продавщицей? У тебя такой богатый муж, очень богатый любовник. Кажется, его зовут Петр Николаевич? – Волчонок все знал про эту женщину.

– Почему ты продаешь игрушки детям и так плохо к ним относишься?

Продавщица удивилась. Она решила, что наверно сходит с ума и видит галлюцинации.

А Волчонком овладела жажда мщения за всех поруганных и оскорбленных плохо обслуживаемых детей. Он достал деньги из сумки, про которую ему сказали, и стал рвать их на мелкие клочки. Так, чтобы уже невозможно было склеить. На продавщицу посыпался дождь из цветных бумажек. Она с презрением смотрела на мальчика, который занимался таким варварством, и просто не знала, что ей делать. Она оказалась смелой женщиной.

Волчонок кончил рвать деньги и уставился на нее удивленным взглядом.

– Тебе не жалко денег? – спросил он. – Это ведь твоя зарплата.

– Мне жалко твоих родителей. Им придется работать намного больше, чтобы возместить твои шалости, маленький негодяй.

Волчонок побледнел.

– Потише ты. А не то я возьму утюг…

Продавщица вспомнила, что она связана, и прикусила свой язычок. Она поняла, что чуть не разозлила мальчика. Кто же это такой? Сумасшедший? Подосланный врагами убийца? Чушь какая-то! Может быть, это чья-то глупая шутка?..

– Если тебе не жаль твоих денег, то посмотрим, как ты отнесешься вот к этому!

Волчонок подошел к дорогому японскому телевизору, на котором стоял еще и видеомагнитофон, и одним движением руки обрушил все это на пол. Раздался оглушительный грохот.

– И вот к этому!

Очередь дошла до шкафа с посудой и хрусталем. Грохот смешался с громким звоном. Уши заложило от шума, а следом уже летела вниз люстра, разбитая стулом. Волчонок упивался погромом и со страстью маленького вандала крушил все вокруг, носился по квартире с дикими воплями. В одном из шкафов он обнаружил шкатулку с золотыми украшениями и прочими драгоценностями и разразился душераздирающим хохотом. Все золотые цепочки он без всякой пощады порвал и растоптал, затем вместе со всем остальным вышвырнул в открытую форточку.

Глаза продавщицы расширилась от ужаса и нравственной боли. Малыш нашел ее слабое место и ударил по нему. Он видел, как его удары прекрасно поражают цель.

– Так тебе и надо! – сказал он, когда бить и ломать было уже нечего. – В следующий раз будешь внимательней относиться к детям, которые покупают у тебя игрушки. И смотри у меня: если я еще раз увижу, что ты грубишь кому-нибудь, я снова приду к тебе в гости. Только это будет в последний раз. Я устрою здесь пожар, и ты сгоришь в огне…

С этими словами Волчонок ушел, оставив женщину почти в полуобморочном состоянии, рыдающую и бьющуюся в истерике. Про пожар он, конечно, соврал. Для красивого словца. Ни за что на свете он не стал бы баловаться с пожаром. Огня он боялся, как ничего другого. И он знал, что и Волк тоже боится огня, хотя и пытается всячески это скрыть. Он всегда с таким омерзением включал газовую плиту и никогда не подпускал к ней Волчонка. Тот, правда и сам не приближался. Он вообще бы не ел приготовленной пищи. Его вполне устраивало сырое мясо. Но Волк ему категорически запретил питаться сырым мясом тогда, когда они не были настоящими волками.

Когда он вышел на улицу, то первым делом сообщил играющим во дворе ребятам, что вон под тем окном на земле лежит много золота, и те толпой побежали его собирать. А у самой дороги он увидел возвращающегося домой на своей машине, уже с колесами, Виталика. Хотел бы он посмотреть, какое у него будет лицо, когда он найдет свою жену связанную, а квартиру разгромленную.

ПЕРВАЯ В ЕГО ЖИЗНИ ОХОТА ЗАКОНЧИЛАСЬ.

* * *

В последний раз, когда они с Волчонком были волками, Волк утратил покой. В принципе его у него и не было, с тех пор, как он перестал быть человеком. Но в этот раз, даже находясь в волчьей шкуре, он не радовался лесному и степному простору, охоте и убегающим во все стороны от него зайцам. Луна в этот раз не ласкала его серебристую шкуру, а обливала холодом и равнодушием. Даже не хотелось выть для нее. Она была сердита на Волка. Но за что? Он не понимал. И от этого было наиболее тоскливо. Так тоскливо, что просто не хотелось жить. Хотелось напасть на человека. Любого. И чтобы после этого на него устроили охоту. Чтобы разом все кончить. Чтобы так не мучиться. И еще он постоянно, все четыре ночи, слышал чей-то жалобный и зовущий на помощь голос. Это было, пожалуй, хуже всего.

Но в последний день голос пропал и перестал тревожить Волка. Это случилось под утро, как раз когда волк и волчонок наелись пойманным барсуком и легли спать, крепко прижавшись друг к другу. Волк вдруг проснулся от этого голоса, который достиг самой высокой и громкой ноты, и вскочил на лапы. Голос прекратился. Он больше не звенел в ушах. Но память о нем осталась. Она словно врезалась в мозг стальным слитком и осталась там навсегда.

Волк жалобно заскулил. Совсем как щенок. Недавно так скулил волчонок, когда сбил передние лапы об острый камень. Потом он стал тревожно бегать вокруг спящего волчонка и осматриваться вокруг. Он чувствовал – им грозит опасность. Пока она далеко. Но, тем не менее, она есть. Существует. Волку стало страшно за волчонка. Он проверил, не случилось ли с ним чего, но тот спокойно спал, его большие уши безмятежно торчали в разные стороны и лишь иногда вздрагивали, когда в них попадал ночной ветерок. И все равно волк не мог успокоиться. Он с нетерпением ждал наступления рассвета. Он ждал, когда луна уйдет с неба, и они перестанут быть ее пленниками. Но ночь, как никогда растянулась резиновой лентой. Чем сильнее ждешь приближения утра, тем дольше оно не наступает. В конце концов, волк не выдержал и поднял морду к небу. Луны не было видно. Ночь была облачная и пасмурная. Но волк все равно завыл. Песня его в этот раз была особенно тоскливая и жалобная. Он словно оплакивал кого-то.

* * *

– Где она? – спросил Николай командира отделения.

– Там мы ее заперли. В клетке для собак. Раньше у нас тут собак дрессировали, потом собачники переехали в другое здание, а клетки остались. Давно хотели разломать. Да все не до них как-то, понимаете ли.

Николай уже не слушал, что говорил ему капитан милиции. Он шел прямо к клетке. Ее он увидел сразу и даже не поверил, что такое может быть.

Золотая волчица. В природе это огромная редкость – самка с таким окрасом. В этих местах не было ни одного случая поимки или отстрела волчицы с такой шкурой. Может быть, в Азии или в Африке, но только не здесь.

Что перед ним самый настоящий оборотень, Николай понял сразу, как только оказался в трех шагах от зверя. Он узнал ее по глазам, в которых было слишком много мысли. Животные не могут смотреть на людей так. Оценивающе и снисходительно. А эта волчица смотрела, и хотя в ее взгляде были страх и ужас, она все равно смотрела, словно хотела что-то сказать. О чем-то попросить. Но Николай должен был убедиться до конца. Он вынул из кармана маленькое зеркальце и нагнулся к клетке совсем вплотную. В нос ударил резкий запах. Но Николай не обратил на него внимания. Он с любопытством смотрел в зеркало. Он никогда не верил, что такое возможно, но теперь убедился воочию.

На Николая смотрели человеческие глаза. Морда оставалась волчьей, тут зеркало не могло ничем помочь, а вот глаза оставались людскими. Они смотрели на человека с невыразимой тоской. Тому стало не по себе. Он почувствовал, как задрожали его руки.

Страницы: «« « 23456789 » »»