Мифы Древней Греции. Мифология для детей Кош Алекс

Возвращение домой

Недолго оставался Персей в Эфиопии. Он взял свою жену Андромеду и вместе с ней вернулся на остров Сериф, где во дворце Полидекта оставалась его мать Даная. Он застал ее расстроенной и несчастной. Пока Персея не было, Полидект возобновил свои настойчивые предложения и заставлял ее выйти за него замуж. У Данаи теперь не оставалось защиты, и она укрылась от царя в храме Зевса. Несчастная Даная сидела там запершись и не могла ни на минуту выйти наружу, опасаясь попасть в руки Полидекта.

Разгневанный Персей отправился во дворец царя и нашел его там пирующим в компании веселых друзей. Полидект очень удивился, увидев Персея. Он никак не ожидал, что юноша вернется целым и невредимым.

– Ты хотел, чтобы я принес тебе голову горгоны Медузы? Так вот, я выполнил твое желание, – сказал ему храбрый юноша.

Не поверил Полидект Персею, что он победил страшную Медузу, и стал издеваться над ним, называл его лжецом и бессовестным хвастуном. Не выдержал Персей, вытащил он голову Медузы и воскликнул:

– Вот тебе доказательство, посмотри на нее.

Взглянул Полидект на Медузу и окаменел в тот же миг. Превратились в камень и его друзья, которые только что издевались вместе с царем над юным героем.

Персей не остался в Серифе, он отдал этот остров рыбаку Диктису, брату Полидекта, который когда-то спас его с матерью. А сам вместе с Андромедой и Данаей вернулся в Аргос, на свою родину. Здесь до сих пор правил дед Персея, Акрисий. Он жил спокойно и уже думать забыл о своей дочери Данае и ее сыне. Испугался Акрисий, когда узнал, что они живы и здоровы, и не захотел даже встречаться с ними. Ночью, когда все уснули, он убежал из Аргоса в далекую северную Лариссу. А Персей стал царем Аргоса. Он вернул нимфам крылатые сандалии и волшебную сумку, а голову Медузы подарил Афине Палладе, и она прикрепила ее на груди, на своем сверкающем панцире.

Долго и счастливо жил Персей со своей семьей в Аргосе. Он ничего не знал о предсказании оракула и недоумевал, почему его дед не хочет с ним встречаться. Но оракул не ошибся, и как ни прятался Акрисий от своего внука, избежать своей печальной участи ему все-таки не удалось.

Однажды Персей устроил в Аргосе грандиозные спортивные состязания. Много славных героев собралось на них помериться силой и ловкостью. Приехал и Акрисий, ему захотелось побывать в своем любимом Аргосе, подышать родным воздухом. Он сидел на трибунах среди зрителей и с волнением смотрел на знакомые места.

Герои начали метать диски. Персей взял в руки тяжелый бронзовый диск и, размахнувшись, с силой метнул его. Улетел диск далеко вверх, а когда падал назад, попал в голову Акрисию, и тот замертво свалился на землю. Так вот исполнилось печальное предсказание оракула.

Долго скорбел Персей и переживал смерть своего деда. Он с почестями похоронил его в земле родного Аргоса, а сам ушел отсюда в Тиринф. Не мог он оставаться там, где стал невольным убийцей своего деда.

Сизиф

Жил в те времена в Греции один хитрый и изворотливый герой по имени Сизиф, сын бога Эола, повелителя всех ветров. Никто из смертных не мог сравняться с ним в хитрости и коварстве. Да что там смертные – могущественные боги и те попадали впросак, когда имели дело с Сизифом. Он не убоялся даже самого Зевса, всесильного громовержца. Зевс любил похищать красивых девушек и часто занимался этим. И вот однажды он похитил прекрасную Энгину, одну из 12 дочерей речного бога Асона. Сизиф увидел, как громовержец уносил девушку, и сообщил об этом ее отцу. Он даже указал место, где Зевс спрятал ее. В обмен за это Сизиф потребовал, чтобы Асон дал воду из своей реки для нового города Эфира, который он в то время основал. Потом этот город стал называться Коринфом, а Сизиф стал царем Коринфа.

Рассерженный Асон бросился вдогонку за похитителем. Он затопил водами все места, где бывал Зевс, речные потоки залили все пещеры и гроты, поля и луга. Погибали животные, люди спасались от наводнения только на высоких вершинах гор. Асон, конечно, ничем не мог повредить Зевсу. Наоборот, он только разозлил его. Разгневанный Зевс метнул свои сверкающие молнии, и Асон сдался, он вернул речные воды в их русла и опять стал послушным и сговорчивым. Но и Сизифу досталось от Зевса, ведь громовержец знал, кто настроил против него Асона.

Позвал Зевс богиню смерти Танатос и велел ей идти к Сизифу и забрать его в царство мертвых. Спустилась Танатос на землю и пришла в Коринф во дворец Сизифа. Она застала его за трапезой и предложила идти за ней.

– Хорошо, хорошо, – сразу же согласился хитрый Сизиф. – Позволь мне только пойти отдать последние распоряжения своей жене и детям.

Согласилась Танатос подождать Сизифа, и пока она оставалась в комнате, Сизиф собрал всех городских кузнецов и велел им встать за дверью.

– Теперь пойдем, я все сделал, – грустно сказал Сизиф, входя в комнату.

Но только они вышли за дверь, как кузнецы схватили Танатос и заковали ее в крепкие оковы.

Прошел год, другой, третий уже на исходе. Забеспокоился Аид. Перестали умирать люди, не приходят больше их души в царство мертвых. Примчался он в своей крылатой колеснице к Зевсу и потребовал у него навести порядок на земле, чтобы все шло как положено. Чтобы люди не только рождались, но и умирали.

Зевс послал к Сизифу бога войны, жестокого Ареса. Арес освободил Танатос из оков, и первой ее жертвой стал, конечно, Сизиф. Она исторгла его душу и увела в царство мертвых. Но и там ловкий Сизиф сумел обмануть богов и единственный из всех смертных вернулся на землю.

Еще тогда, в своей первой жизни, когда Сизиф понял, что ему все-таки придется отправиться к Аиду, он предупредил свою жену, чтобы она не устраивала ему погребение и не приносила жертвы подземным богам. Жена послушалась своего мужа и ничего этого не сделала. Ждали-ждали Аид с Персефоной, когда же им принесут жертвы по Сизифу, и не дождались. Тогда пришел Сизиф к Персефоне и говорит ей:

– О великодушная и всемогущая богиня, уговори Аида отпустить меня на землю. Моя жена нарушила священный обет и не принесла жертвы вам, бессмертным и всемогущим богам. Я должен строго наказать ее. Как только я это сделаю, сразу же вернусь сюда. Признаться, мне и уходить отсюда не хочется, так мне здесь понравилось.

Поверила хитрому Сизифу доверчивая Персефона и отпустила его на землю. Вернулся он в свой дворец и стал себе спокойно жить дома. Прошло время, боги ждут, а Сизиф не возвращается. Послал Зевс быстроногого Гермеса посмотреть, что же делает коринфский царь дома и почему он не возвращается в подземное царство. Прилетает Гермес к Сизифу, а тот сидит в своем роскошном дворце и весело пирует, да еще и хвастается всем, что он единственный из смертных сумел возвратиться из мрачного царства мертвых. Гермес понял, что своевольный и хвастливый царь и не собирается возвращаться к Аиду. Так и доложил он своему отцу Зевсу. Разгневался Зевс, опять отправил он к Сизифу богиню Танатос, и она увела его с собой, на этот раз навсегда.

Боги не простили Сизифу его своеволия. Сурово наказали они его после смерти. Беспрерывно вкатывает Сизиф громадный камень на высокую крутую гору. Напрягая все силы, катит он его вверх и, кажется, вот-вот уже достигнет вершины, но каждый раз камень срывается и падает вниз. И опять приходится Сизифу начинать все сначала. Люди узнали об этом, и с тех пор любую бессмысленную и бесконечную работу называют «сизифов труд».

Беллерофонт

У Сизифа был внук, славный герой Беллерофонт. Чудо как хорош был этот юноша и своим могуществом мало чем отличался от бессмертных богов. Но, как часто бывает, с ранней юности пришлось ему скитаться по миру, вдалеке от своей родины.

Родился Беллерофонт в Коринфе, и при рождении дали ему имя Гиппоной. Вырос Гиппоной, возмужал, и не было в те времена в округе и далеко за пределами Коринфа юноши прекраснее и сильнее его. Во всех состязаниях он был первым, а когда ехал по улицам в своей колеснице, казалось, что это сам бог спустился на землю.

Но однажды случилось несчастье. Гиппоной нечаянно убил коринфянина Беллера, и его стали называть Беллерофонт, что означало убийца Беллера. Так и стал Гиппоной Беллерофонтом. После этого ему даже пришлось бежать из своего города, потому что люди не верили, что он убил Беллера случайно.

Он пришел в Арголиду в город Тиринф. В этом городе правил царь Пройт, у которого Беллерофонт и нашел себе пристанище. Но и здесь недолго пришлось ему оставаться. Полюбила прекрасного юношу жена царя, своенравная Антейя, и стала преследовать его. Но Беллерофонт не любил Антейю, да и не хотел обижать доброго Пройта. Так он об этом и сказал Антейе. Оскорбил ее отказ юноши, она возненавидела его и решила погубить. Пришла Антейя к своему мужу и говорит ему:

– Мой любимый богоравный царь, я не могу скрывать от тебя, какую великую и тяжкую обиду наносит нам Беллерофонт. Он преследует меня и домогается моей любви. Убей его! Вот как он отплатил тебе за твою доброту и гостеприимство.

Рассердился Пройт и хотел сразу же убить Беллерофонта, но вовремя одумался. Побоялся царь, что может этим разгневать самого Зевса, который был покровителем гостеприимства и наказывал всех, кто нарушал его законы. Долго думал царь, что же ему сделать с Беллерофонтом, как наказать его. А потом вызвал юношу и сказал ему:

– Ты такой смелый и разумный. С тобой приятно разговаривать. Ты мне очень понравился, и я хочу, чтобы ты познакомился с моим родственником Иобатом, царем Ликии. Он тоже очень умный человек, и вы приятно проведете время. Отнеси заодно ему вот это письмо.

Коварный царь подал юноше двойную запечатанную табличку, на которых тогда писали послания, и ничего не подозревающий Беллерофонт отправился в путь. А Пройт написал в письме Иобату, отцу жестокой Антейи, что Беллерофонт оскорбил его дочь и заслуживает смерти. И он просит Иобата отомстить ему.

Долго добирался Беллерофонт в далекую Ликию и наконец прибыл туда. Когда пришел он во дворец Иобата, царь радостно принял уставшего с дороги юношу и велел приготовить роскошный обед. А потом целых девять дней они пировали вместе и так подружились, что и водой их теперь не разольешь. Только на десятый день спросил Иобат юношу, что же привело его сюда. Беллерофонт рассказал о поручении Пройта и спокойно подал царю письмо от него. Распечатал Иобат табличку, стал читать, что там написано, и очень расстроился. А Беллерофонт спокойно сидел рядом с ним, даже не подозревая, какой злой рок опять преследует его.

Трудно было Иобату решиться на убийство. Он ведь тоже почитал Зевса и был очень гостеприимным хозяином. А потом за эти девять дней он так полюбил разумного юношу, что не мог теперь вот так просто лишить его жизни.

И решил царь послать Беллерофонта на испытание. Иобат нисколько не сомневался, что каким бы храбрым и смелым ни был юноша, он все равно погибнет. Никто еще не возвращался живым оттуда, куда царь посылал Беллерофонта. А предстояло Беллерофонту совершить великий подвиг – убить страшную чудовищную Химеру, которая обитала в горах Ликии. Химера время от времени спускалась вниз, и там, где она проносилась, оставались только обугленные корни когда-то пышных и зеленых деревьев и черные пепелища домов. Мало кто видел это ужасное чудовище, но говорили, что у этой жуткой Химеры три огнедышащие головы и состоит она из трех частей. Спереди похожа на свирепого льва, середина ее туловища точь-в-точь как у дикой горной козы, а сзади она – вылитый дракон.

И вот Беллерофонт отправился на встречу с этим ужасным чудовищем. Юноша знал, что он победит Химеру, если поймает крылатого Пегаса. Того самого чудесного коня, который вылетел из тела убитой Персеем горгоны Медузы. Знал он и то, где найти Пегаса. Волшебный конь часто спускался с облаков попить студеной воды из источника Пирены на вершине Акрокоринфа. Вот туда и пошел юный герой. Потихоньку подкрался Беллерофонт к чудесному коню и только хотел набросить на него уздечку, как взвился конь под самые облака и пропал из виду.

Несколько раз приходил юноша к источнику и видел там Пегаса, но стоило ему приблизиться к нему поближе, как каждый раз, оттолкнувшись копытами от земли, чудесный конь взмывал в воздух и уносился на своих могучих крыльях. Так бы и ходил Беллерофонт к источнику всю свою жизнь, если бы олимпийские боги не пришли ему на помощь.

Однажды пришел опять юноша к источнику, сидел-сидел он там в ожидании Пегаса и незаметно для себя уснул. А во сне явилась ему блистательная Афина Паллада, подала золотую уздечку и научила его, как с помощью этой уздечки он может поймать волшебного коня. Только надо было обязательно принести жертву Посейдону. Ведь крылатый конь был сыном морского владыки.

Проснулся Беллерофонт и с изумлением увидел рядом с собой золотую уздечку. Он упал на колени и в горячей молитве поблагодарил великую богиню за помощь. И вот с огромной высоты, рассекая воздух, мчится на водопой дивный Пегас. Подлетает он к источнику и только приник губами к студеной воде, как появился Беллерофонт, вскочил на спину могучего коня и накинул на него золотую уздечку.

Вихрем взметнулся Пегас в голубое небо. Стремительно мчался он по воздуху, то взвиваясь вверх, то обрушиваясь вниз, в бездонную воздушную пропасть. Но Беллерофонт крепко держался за его золотую гриву, и постепенно Пегас смирился. Его стремительный полет замедлился, и он стал послушен воле своего мужественного наездника.

Беллерофонт направил волшебного Пегаса в горы Ликии к пещере, где жила Химера. Она уже почувствовала приближение человека и стала выползать из своего темного убежища. Полыхнули огнем все три ее головы, жаркое пламя моментально охватило окрестные леса. Взлетел Беллерофонт на своем чудесном коне высоко над горами и сверху одну за другой посылал в Химеру меткие остроразящие стрелы. Заметалась ужасная Химера по крутым горам, огромные валуны со страшным грохотом скатывались в бездонную пропасть. А Беллерофонт снова и снова настигал чудовище и поражал его своими не знающими промаха стрелами.

Убил храбрый юноша грозную Химеру и вернулся к царю Иобату. Как ни жалко было царю мужественного героя, но он должен был выполнить просьбу своего зятя Пройта. И царь Иобат дал Беллерофонту новое задание. На этот раз он должен был сразиться с грозным воинственным племенем – солимами. Ни один даже самый сильный и храбрый герой не мог победить их. Своими стремительными набегами они опустошали земли Ликии и причиняли жителям много неприятностей. Иобат не сомневался, что Беллерофонту не удастся одолеть свирепых солимов. Но юный герой победил грозного врага и опять вернулся в царский дворец.

И тогда не успокоился царь Иобат. Он послал Беллерофонта воевать с грозными воительницами-амазонками, но и в этой битве победа осталась на стороне мужественного героя. А когда он возвращался обратно, царь выслал ему навстречу целый отряд сильных и могучих воинов. Они устроили засаду и, как только Беллерофонт появился на дороге, окружили его, грозно размахивая острыми копьями. Но все они полегли здесь под мощным натиском юного героя.

После этого Иобат отказался от своих злых замыслов и перестал мстить Беллерофонту. Он радостно встретил его, а потом отдал ему в жены свою младшую дочь Филоною и завещал все свое царство. Так и остался Беллерофонт в Ликии и жил там долго и счастливо со своей прекрасной женой.

Правда, к старости совсем загордился герой, забыл он, как олимпийские боги помогали ему в его великих подвигах, и решил сравняться с ними. Сел он на своего чудесного Пегаса и хотел взлететь на нем до самого Олимпа. Рассердились боги на него за это и сбросили на землю с огромной высоты. Упал он и потерял разум. И долго ходил по земле безумный, пока не прилетела за ним на своих черных крыльях богиня смерти Танатос. Накрыла она его черными покрывалами и увела в царство мертвых.

Тантал

Жил в те времена во Фригии царь Тантал, сын Зевса и земной женщины Плуто. Боги любили Тантала и наградили его всем, что только может пожелать человек: и силой, и богатством, и здоровьем. По его плодородным землям текла златоносная река Пактола, и Тантал мог пригоршнями черпать золото, когда только хотел. Круглый год зрели в его садах сочные сладкие фрукты, многочисленные стада паслись на зеленых лугах.

Но мало этого, сами боги приглашали его к себе, и он пировал с ними на высоком Олимпе. Ел и пил с ними за одним столом. Так бы и жил Тантал в счастье и довольстве всю свою жизнь, если бы не обуяла его гордыня. Начал он хвастаться перед людьми и рассказывать всем, как боги любят его. Угощал своих приятелей божественной пищей – нектаром и амброзией, похищенной на Олимпе, разглашал им все тайны богов, которые он подслушивал во время пиров. Зевс знал об этом, но молчал до поры до времени, все надеялся, что одумается Тантал и станет скромнее.

Однажды Зевс спросил Тантала, когда тот опять был в гостях у богов:

– Что ты хочешь, сын мой, чтобы я сделал для тебя? Моя любовь к тебе безгранична, и я готов выполнить любое твое желание.

Сдержаться бы своевольному Танталу да поблагодарить могущественного отца за любовь безмерную. Но гордый Тантал ответил надменно:

– Я не нуждаюсь в твоих милостях, и без того я богат и счастлив. И жребий, который выпал на мою долю, прекраснее жребия бессмертных богов.

Нахмурился могущественный Зевс, не понравился ему ответ сына. Но сдержался он и ничего ему не сказал. Но дальше – больше. Тантал совсем перестал считаться с богами, обманывал их и даже оскорблял. Однажды случилась и вовсе неприятная история. Была у Зевса любимая золотая собака, та самая, которая охраняла маленького Зевса и его кормилицу, козу Амалфею, на острове Крит. Она так и жила на Крите и теперь охраняла там храм Зевса.

Соблазнился золотой собакой царь Эфеса Пандарей и увез ее с Крита. Долго думал он, куда же ее спрятать, и наконец решил привезти к царю Сипила. Взял Тантал золотую собаку и скрыл ее от богов. Зевс, конечно, узнал об этом и послал к Танталу быстроногого Гермеса. В мгновение ока слетел Гермес с высокого Олимпа и предстал перед своенравным Танталом.

– Великий громовержец недоволен тобой, – сказал он царю, – и требует, чтобы ты отдал ему золотую собаку, которую ты прячешь. Не думаешь ли ты, что боги слепы и не видят, что творится на земле? Бойся навлечь на себя гнев всесильного громовержца. Верни ему собаку.

Но Тантал не послушался Гермеса и высокомерно ответил ему:

– Напрасно ты грозишь мне гневом Зевса. Не видел я золотой собаки, нет ее у меня. Клянусь тебе своей жизнью и жизнью всех моих близких, я говорю правду.

Ужаснулся Зевс такому кощунству, но и на этот раз простил своего дерзкого сына: он все еще надеялся, что Тантал исправится. Но, как видно, не доводит до добра слепая отцовская любовь. Один раз все сошло с рук дерзкому Танталу, другой… Вот он и решил, что ему все позволено. Захотелось царю испытать богов и проверить, так ли уж они все знают и видят.

И вот однажды пригласил Тантал бессмертных богов к себе в гости и устроил для них великолепный пир. А перед этим он убил своего сына Пелопса, приготовил из его тела угощение и подал его гостям на золотом блюде. Боги поняли, чем их угощает Тантал, и никто из них даже не притронулся к этому ужасному блюду. Одна только Деметра, которая еще горевала о своей Персефоне и ничего не замечала вокруг, съела плечо юного Пелопса.

Боги собрали все мясо и кости Пелопса, сложили в котел и поставили на жаркий огонь. Бог Гефест оживил юношу, и он опять стал таким же, как прежде. Только одного плеча у него не хватало, того, которое съела Деметра. Гефест изготовил новое плечо из слоновой кости, и с тех пор все потомки Пелопса имеют одну и ту же отметину: у всех у них на правом плече есть ярко-белое пятно.

Как ни любил Зевс своего сына, последнее его преступление переполнило чашу терпения великого громовержца. Сбросил он его в царство мертвых, и там до сих пор несет Тантал ужасную кару за свои злодеяния. Он вечно хочет пить – и не может напиться, хочет есть – и не может этого сделать. Стоит Тантал в прозрачной прохладной воде. Она достигает ему до самого подбородка, но стоит ему наклониться, как вода тотчас же исчезает. Свисают над Танталом ветки, полные душистых ароматных плодов, но как только он протягивает руку за ними, порыв ветра отклоняет ветки, и он никогда не может достать ни одного плода. Не только голод и жажда терзают своенравного Тантала, но и вечный страх, потому что там, где он стоит, нависает над его головой огромная скала. Кажется, что она едва держится и вот-вот упадет. Узнали люди, какие мучения испытывает Тантал в царстве Аида, но никто не сочувствует ему, только теперь всем гордым и своенравным людям говорят, что если они не исправятся, то тоже будут испытывать в загробном мире «танталовы муки».

Похищение Европы

У финикийского царя Агенора было три сына и одна дочь, нежная и прекрасная девушка по имени Европа. Все любили прелестную Европу, а отец и братья так души в ней не чаяли. Когда она улыбалась, как будто ясное солнышко вспыхивало во дворце, а смех ее был подобен нежному перезвону колокольчиков.

Однажды приснился Европе странный сон, будто Азия и другой материк, который отделен от нее морем, в виде двух женщин борются за нее. Тащат они несчастную Европу в разные стороны, каждая к себе ее тянет. Не хотела Азия, которая воспитала и вскормила Европу, отдавать ее, но силы ее иссякли, и она опустила руки.

Проснулась Европа и со страхом стала вспоминать свой непонятный сон. Потом она долго молилась богам, чтобы они защитили ее и не дали в обиду злым силам. Шло время, все оставалось по-прежнему, никакие невзгоды не омрачали беззаботной и счастливой жизни Европы, и она забыла свой сон и свои страхи.

Вместе со своими подругами бродила как-то Европа по морскому берегу, усыпанному золотым песком, на цветущих лугах собирала чудесные белые, как морская пена, лилии, пышные алые розы и пестрые крокусы. А в это время великий громовержец, раздвинув облака, смотрел с высокого Олимпа на Финикию. Увидел он на морском берегу прелестную Европу, она ему так понравилась, что он решил похитить ее.

Девушки уже набрали полные корзины цветов и теперь, взявшись за руки, водили веселые хороводы, и вдруг увидели на берегу огромного быка. Он был совсем не страшный, большой и добродушный. Шерсть на его боках отливала золотом, изогнутые золотые рога возвышались над его могучей и благородной головой. Белое пятно на широком лбу сияло, словно серебряная звезда. Это был Зевс, он, чтобы не испугать девушек, превратился в быка и шел теперь по берегу, покачивая крутыми боками.

Девушки с веселым смехом окружили чудесного быка, они гладили его золотую шерсть, тянулись к изогнутым рогам. Бык подошел к Европе, и она стала играть с ним, ласково гладила его голову своей нежной рукой. Бык улегся у ног прекрасной девушки, он так умоляюще смотрел на нее, как будто просил сесть к нему на спину. Девушка в шутку устроилась на широкой спине быка и, смеясь, махала рукой своим подругам, приглашая их присоединиться к ней. Но в это время бык легко сорвался с места и стремительно помчался к морю. Европа испугалась и стала звать на помощь.

Все произошло так быстро, что не успели девушки прийти в себя от неожиданности, как Европа уже плыла по морю на широкой спине золотошерстого быка. Она плакала и протягивала руки к родному дому, но берег быстро удалялся и скоро совсем пропал из виду. Могучий бык стремительно рассекал морские воды, соленые брызги летели от него во все стороны, но ни одна не попадала на Европу.

Сам Посейдон поднялся на поверхность моря и мчался теперь впереди Зевса и Европы, укрощая волны своим сверкающим трезубцем. Так и увез всесильный Зевс прекрасную Европу из родного дома. Поселил он ее на Крите, там, где когда-то прошло его детство в компании веселых и заботливых куретов.

Кадм

Долго плакал и сокрушался царь Агенор, не мог он примириться с потерей любимой дочери. Позвал Агенор своих сыновей и со слезами сказал им:

– Не будет мне покоя до тех пор, пока я не увижу и не обниму мою любимую дочь. Отправляйтесь в дорогу и найдите свою несчастную сестру.

Под страхом смерти запретил Агенор возвращаться своим сыновьям домой без Европы.

Собрались братья и отправились в путь. Сначала шли они вместе, а потом двое из братьев, Фойникс и Киликс, отстали и основали свои царства, Финикию и Киликию, где и остались жить. А третий брат, Кадм, пошел дальше один.

Долго странствовал он по миру в поисках своей сестры, пока наконец не понял, что ему никогда не найти ее. Но и домой вернуться без Европы он боялся. Тогда решил он остаться навсегда в чужой стороне и обратился за советом к оракулу Аполлона, в какой стране ему остаться и где лучше построить город. И вот что он услышал в ответ:

– Иди все время прямо и на уединенной поляне увидишь корову, которая еще не знала ярма. Следуй дальше за ней и там, где она ляжет, ты построишь город, а страну назовешь Беотия.

Обрадовался Кадм, поблагодарил оракула и пошел со своими верными спутниками-сидонцами по пути, который указал ему оракул. Шли они, шли и скоро на закрытой со всех сторон лесом поляне увидели белоснежную корову. Кадм и его спутники пошли за коровой, и долго пришлось им еще идти, пока корова не остановилась на прекрасном цветущем лугу. Она пощипала свежую зеленую травку и улеглась отдыхать прямо посреди луга.

Горячо поблагодарил Кадм лучезарного Аполлона, встал на колени и поцеловал землю своей новой родины. Потом он набрал камней, чтобы сложить жертвенник и принести жертву Зевсу, а своих спутников послал за водой. Недалеко отсюда в вековом лесу был глубокий грот, весь заросший кустарником. Оттуда и вытекал ручей с прозрачной студеной водой. А в самом гроте жил огромный змей, сын жестокого бога войны Ареса. Из его пасти с тремя рядами страшных ядовитых зубов торчало тройное жало, ненавистью сверкали его злобные глаза, на высоко поднятой голове грозно колыхался золотой гребень.

Услыхал змей шаги и со злобным шипением вылез из своего мрачного ущелья. Помертвели от ужаса несчастные сидонцы, когда увидели это кровожадное чудовище. А змей поднялся во весь свой громадный рост и стал выше самых высоких деревьев в лесу. Открыл он свою ужасную пасть и бросился на людей.

Ждал-ждал Кадм своих спутников и не дождался. Пошел он искать их. Он медленно шел по следам сидонцев, прикрывшись, как щитом, львиной шкурой, держа наготове остроконечное копье. И через несколько шагов он с ужасом увидел растерзанные тела своих несчастных товарищей, а сверху на них возлежал громадный змей. Едва разум не помутился у Кадма, но он быстро взял себя в руки. С ненавистью глядя на кровожадное чудовище, он воскликнул:

– Простите, верные мои товарищи, что не уберег я вас от жестокой смерти. Но я или отомщу за вас, или сам последую за вами в царство мертвых.

Схватил мужественный сидонец огромный камень и со всей силой швырнул его в громадного змея. Камень отлетел от его непробиваемого чешуйчатого панциря, как маленькая горошина от стены. Но это не остановило бесстрашного героя, он взмахнул своим остроконечным копьем и метнул его в толстое извивающееся тело. Змей зашипел, схватил копье и хотел вытащить его, но только сломал древко. Взвился змей высоко в воздух, стал он крушить и ломать все вокруг, разлетались в щепки огромные деревья, громадные камни превращались в песок от ударов его мощного хвоста. Бросился змей на бесстрашного Кадма, но смелый сидонец прикрылся львиной шкурой и отразил своим острым мечом все броски чудовища. А потом мощным ударом пригвоздил змея к огромному дереву. Даже вековечный дуб не выдержал и согнулся от тяжести его громадного тела. Подошел храбрый герой к поверженному змею и вдруг услышал голос:

– Что стоишь ты, сын Агенора, и удивляешься на убитого змея? Скоро ты тоже превратишься в змея, и тогда люди будут смотреть на тебя и дивиться такому чуду.

Оглянулся Кадм по сторонам и никого не увидел. Но его так поразил этот таинственный голос и это страшное предсказание, что он еще долго не мог забыть его. Очень беспокоило его и то, что он остался теперь совсем один и не с кем ему даже словом перемолвиться. И только Кадм подумал об этом, как явилась Афина Паллада. Она повелела ему вырвать зубы у страшного чудовища и посеять их, как семена в поле. Кадм так и сделал, и не успел он посеять последний зуб, как из-под земли начали появляться сначала острия копий, головы в шлемах, плечи и руки, покрытые панцирями, и вот уже на поле стоял целый отряд вооруженных воинов. Испугался Кадм, когда увидел это грозное войско и схватился за меч, но тут же услышал грозный крик:

– Не хватайся за меч и не вмешивайся в междоусобную войну.

Кадм отошел в сторону, а на поле разгорелась страшная кровопролитная битва. Воины с остервенением набрасывались друг на друга и, сраженные, падали на породившую их землю.

Вот уже только пятеро воинов оставалось на поле, и тогда один из них бросил свой меч на землю, и все воины последовали его примеру. Они подали друг другу руки и заключили мир. Вот с этими воинами Кадм и построил свою крепость Кадмею, первую и самую мощную крепость, вокруг которой вырос великолепный город Фивы.

Долго не было у Кадма жены: то он воевал, то крепость строил, некогда ему было смотреть на девушек, а потом боги дали ему в жены прекрасную Гармонию. Все олимпийцы собрались на их веселую и роскошную свадьбу. Много богатых подарков вручили боги молодоженам, а Гефест сделал для них изумительной красоты ожерелье.

С тех пор Кадм стал одним из могущественных царей Греции. Неисчислимы были его богатства, непобедимо многочисленное войско, во главе которого стояли могучие и храбрые воины, выросшие из зубов чудовищного змея. Нежно любил фиванский царь свою прекрасную жену Гармонию.

Но не только безоблачное счастье выпало на долю Кадма, много несчастий пришлось испытать ему и его детям. Погибли на глазах у отца его любимые дочери Ино и Семела, мать Диониса, внук Кадма Актеон вызвал гнев Артемиды и превратился в оленя, которого потом растерзали его же собаки.

Не выдержал тяжких испытаний Кадм и на старости лет ушел вместе со своей любимой Гармонией в далекую Иллирию. Он жил там вдалеке от людей и с горечью вспоминал все свои беды. Однажды он сказал печально:

– Наверное, тот змей, которого я когда-то убил, был под защитой богов, поэтому они так жестоко покарали меня. Уж лучше бы мне самому превратиться в змея, чем терпеть такие несчастья.

И только он успел произнести эти слова, как его ноги стали вытягиваться и превращаться в змеиный хвост, а тело покрываться грубой чешуйчатой кожей. Кадм в тоске протянул руки к своей жене:

– Гармония, милая моя жена, приди ко мне и коснись моей руки, пока я весь не превратился в змея.

Ему кажется, что он зовет свою жену, но нет, вместо языка у него во рту уже колеблется раздвоенное змеиное жало, и вместо слов вырывается жалобное шипение. Подбежала Гармония к своему любимому мужу:

– О Кадм, – кричит она, – освободись скорее от этого ужасного образа. О боги, почему и меня не превратили вы в змею?

Обвился змей вокруг своей верной жены, он лижет своим жалом ее руки, а она нежно гладит его чешуйчатую спину и постепенно тоже превращается в змею. Так они и остались до конца своей жизни змеями и вместе ушли в загробный мир.

Геракл

Не успел еще родиться Геракл, славный герой Греции, а боги уже начали спорить о его судьбе. В тот день, когда должен был родиться Геракл, собрались олимпийские боги на свое собрание. Зевс и говорит им:

– Выслушайте, боги и богини, что я скажу вам и что велит мне сказать мое сердце. Сегодня родится мой сын, великий герой. Он будет властвовать над всеми своими родственниками, которые ведут свой род от другого моего сына, великого Персея.

Но не понравились слова Зевса божественной Гере. Она была сердита на него за то, что он взял себе в жены земную женщину Алкмену, и она решила нарушить его планы.

– Ты говоришь неправду, великий громовержец, – возразила Гера. – Поклянись мне, что властвовать будет тот из рода Персеидов, который первым появится на свет.

Зевс, не подозревая о коварстве Геры, дал ей такую клятву. Гера тут же слетела на землю и пришла в дом Персеида Сфенела, жена которого тоже должна была родить мальчика, но только через два месяца. Но разве есть что-нибудь невозможное для бессмертных богов? Вот и Гера ускорила роды жены Сфенела, и на свет появился слабый и болезненный, недоношенный ребенок, но зато он тоже был из рода Персеидов и родился первым.

Довольная Гера вернулась на Олимп и сказала могущественному Зевсу:

– О великий повелитель миров! Я же говорила тебе, что ты не сможешь сдержать слова. Только что в Аргосе в семье Персеида Сфенела родился мальчик Эврисфей. Он родился первым и должен теперь повелевать всеми родственниками, в том числе и твоим сыном.

Опечалился Зевс, понял, что Гера, как всегда, перехитрила его. Но не мог громовержец нарушить свою клятву, и пришлось ему договариваться с Герой, что его сын не всегда будет находиться во власти Эврисфея. Он должен будет по его поручению совершить десять великих подвигов, а после этого не только освободится от его власти, но и получит бессмертие. Великий громовержец знал, сколько испытаний придется выдержать в жизни его еще не родившемуся сыну, и поручил его заботам Афины Паллады.

Пока олимпийские боги спорили, на земле в семье Амфитриона родились два близнеца. Первым родился сын Зевса Алкид, которого потом будут звать Гераклом, а вторым на свет появился Ификл, сын Амфитриона.

Богиня Гера возненавидела маленького сына Зевса и, когда узнала, что он уже родился и лежит в колыбельке вместе со своим братом Ификлом, решила погубить его. Она послала в дом Амфитриона двух громадных змей. Злобные пресмыкающиеся, сверкая глазами, истекая ядом и извиваясь, заползли в колыбельку и начали уже было обвиваться вокруг малышей, как вдруг Алкид приподнялся, схватил змей за шеи и стал их душить. Младенец с такой силой сдавил змеиные шеи, что злобные ползучие твари тут же испустили дух. В это время в комнату вошла няня, чтобы посмотреть, как спят малыши и не беспокоит ли их что-нибудь, и закричала от ужаса, когда увидела, что здесь происходит.

Сбежались люди, прибежал и Амфитрион с обнаженным мечом в руках. И все они так и застыли от изумления. В колыбельке лежал невозмутимый Алкид и сжимал своими маленькими ручонками двух громадных змей, которые уже были мертвы и болтались в его руках толстыми веревками. Пораженные люди рассказали об этом прорицателю Тиресию, и тот поведал им, что ему все известно о подвиге малыша и что Геракл совершит еще много подвигов, за что будет награжден бессмертием.

Когда дети подросли, Амфитрион пригласил к ним самых лучших учителей. Мудрый кентавр Хирон обучал маленького Алкида грамоте, учили его также петь и играть на кифаре. Всему учился маленький Алкид, и все у него получалось хорошо, но больше всего он любил стрелять, бороться и играть с оружием. Он был еще маленьким, но даже взрослым не уступал уже в силе и храбрости. А уж самолюбив он был и вспыльчив необычайно. Однажды учитель музыки Лин рассердился на него за то, что он не хотел играть на кифаре, и ударил юношу. Взбешенный Алкид схватил кифару и обрушил ее на голову Лина. Удар был такой сильный, что Лин замертво свалился на землю.

Устроили суд над Алкидом, и он сказал судьям в свое оправдание:

– Ведь прав был мудрый Радаманф, когда говорил, что каждый, кого ударят, имеет право ответить ударом на удар.

Судьи оправдали его, но Амфитрион боялся, как бы еще чего не случилось со вспыльчивым юношей, и отправил будущего героя далеко в леса Киферона пасти скот.

Юность Геракла

Вырос Алкид в лесах Киферона и превратился в сильного и могучего юношу. Никто из смертных не мог равняться с ним силой, а копьем и луком он владел так, что никогда не промахивался. Как-то Алкид убил свирепого киферонского льва, жившего на вершинах гор. Он снял с него шкуру и теперь всегда носил ее, набросив на свои могучие плечи. Из твердого, как железо, ясеня, который он с корнем вырвал в Немейской роще, сделал себе Алкид огромную палицу. Гермес подарил ему острый меч, Аполлон – лук и стрелы, Гефест выковал ему в своей золотой кузнице непробиваемый панцирь, а Афина Паллада соткала одежду.

Однажды Алкид возвращался с охоты и по дороге встретил посланцев Эргина, царя соседнего Орхомена, которому с давних пор Фивы платили дань. Они стали оскорблять Алкида и кричали ему:

– Передай своим фиванцам, что орхоменцы больше не желают ждать, когда им принесут дань.

– Вам и не надо ждать, – ответил им разгневанный юноша, – скоро вы все получите сполна.

Он схватил орхоменцев, отрезал им уши и носы и отослал все это царю Эргину вместо дани.

Орхоменцы пошли войной на Фивы, и в кровопролитной битве Алкид убил их царя Эргина. После этого орхоменцы побросали оружие и обратились в бегство.

Радостно встретили фиванцы вернувшихся с победой героев. Теперь Фивы освободились от многолетней дани, и несколько дней подряд город пел и ликовал, празднуя победу. Фиванский царь Креонт отдал Алкиду в жены свою прекрасную дочь Мегару. Остался Алкид в Фивах и жил там в счастье и довольстве. Трех чудесных сыновей родила ему Мегара. Но Гера не оставляла его в покое и наслала на него ужасную болезнь. Алкид потерял разум и однажды в припадке безумия убил своих детей и детей своего брата Ификла.

Когда припадок прошел и Алкид опомнился от безумия, он ужаснулся тому, что сделал. В тоске и печали покинул он любимые Фивы и отправился в священные Дельфы, к оракулу Аполлона. Вот там-то оракул и передал юноше волю богов. Отныне он должен носить имя Геракл, что означает – «совершающий подвиги из-за гонений Геры». Должен он был также вернуться на родину его предков в Тиринф и там двенадцать лет служить тиринфскому царю Эврисфею. В Дельфах Геракл узнал также и о том, что он получит бессмертие и будет жить вместе с богами на светлом Олимпе, если выполнит все повеления Эврисфея и совершит десять великих подвигов. Ну что ж, если такова воля богов, Геракл не может не подчиниться ей. И он отправился в Тиринф, где стал слугой слабого и трусливого Эврисфея.

Немейский лев

(Первый подвиг)

Недолго пришлось Гераклу ждать первого поручения царя Эврисфея. Царь приказал Гераклу добыть шкуру немейского льва. Этот свирепый лев, порождение ужасного дракона Тифона и Ехидны, жил в окрестностях города Немеи и наводил ужас на всех его жителей. Опустели окрестные леса и горы, звери давно уже ушли отсюда, и даже птицы не пролетали над этими страшными местами. Крепко-накрепко были закрыты городские ворота, никто не отваживался выходить в поле, неубранные хлеба осыпались на землю.

Пришел Геракл в Немею и поднялся в горы. Где-то там находилось логово свирепого хищника. Долго бродил Геракл по мрачным ущельям, заросшим вековыми деревьями. Уже солнце клонилось к вечеру, когда он наконец нашел огромную пещеру, где жил лев. Хищник еще не пришел с охоты, и у Геракла было время осмотреть его мрачное жилище. В пещере оказалось два выхода. Геракл быстро натаскал камней и завалил один из них. Потом спрятался в густых зарослях и стал ждать зверя. Лев появился, когда уже начало смеркаться. Он почувствовал присутствие человека и грозно зарычал. Его длинная, свисающая грива поднялась дыбом, страшный рык прокатился по вершинам гор.

Геракл схватил свой крепкий лук, мощно натянул его и пустил в хищника одну за другой три остроконечных стрелы. Но они отскочили от зверя, даже не поцарапав его шкуры. Только сейчас Геракл вспомнил, о чем его предупреждали сведущие люди: шкура немейского льва была неуязвима для стрел. А чудовищный лев повернулся в ту сторону, откуда прилетели стрелы, и, высоко подпрыгнув, мощным броском кинулся на Геракла. Схватил герой крепкую палицу и со всей силы обрушил ее на голову льва. Оглушенный страшным ударом, лев свалился на землю. Не мешкая ни секунды, Геракл подскочил к поверженному хищнику и своими могучими руками обхватил его за шею. Он так сильно сдавил льва, что задушил его. Потом взвалил хищника на плечи и принес к воротам Немеи. Широко распахнулись городские ворота, и радостные, ликующие горожане высыпали навстречу своему избавителю. Они торжественно ввели его в свой город и устроили в его честь большие спортивные состязания. С тех пор они так и называются – Немейские игры – и проводятся каждые три года. И в те дни, когда идут игры, должны остановиться даже самые ожесточенные сражения.

После того, как торжества закончились, Геракл понес немейского льва в Тиринф, надо было рассказать Эврисфею о том, что его задание выполнено. Побледнел от страха трусливый Эврисфей, когда увидел, какого страшного и опасного зверя победил Геракл. Но не столько убитый лев напугал царя (ведь он был теперь не опасен), сколько сам Геракл. Понял Эврисфей, какой нечеловеческой силой обладает герой. И он запретил ему приходить в город, а когда Геракл приносил ему доказательства своих побед, он только взглядывал на них с высоких городских стен. Да и сам Геракл не стремился встречаться с царем. Он поселился недалеко от Тиринфа и проводил время в военных упражнениях. Но Эврисфей все равно не чувствовал себя в безопасности. Он велел соорудить бронзовое убежище в виде сосуда, где прятался от Геракла, а все свои поручения он передавал ему через своего вестника Копрея.

Лернейская гидра

(Второй подвиг)

Только успел Геракл вернуться после своей первой победы, как Эврисфей придумал ему новое дело, сложнее первого. На этот раз Гераклу предстояло отправиться в город Лерну и убить страшное чудовище – лернейскую гидру с телом змеи и с девятью драконьими головами, которая обитала в окрестностях Лерны. Породили ее, как и немейского льва, все те же Тифон и Ехидна. Никакого спасения не было от этого ужасного чудовища. Извиваясь громадным телом, выползала гидра из своего логова и пожирала всех, кто попадался ей на пути, будь то животное или люди. Немало смельчаков находилось, которые выходили сразиться со страшной гидрой. Но никому не удалось одолеть ее, а все герои давно уже переселились в царство мертвых.

Вот теперь и Гераклу предстояла встреча с этим ужасным чудовищем. Накинул он на свои могучие плечи шкуру немейского льва и отправился в Лерну. Вместе с ним пошел Иолай, сын брата Ификла. Сели они на свою быстроходную колесницу и очень скоро были на месте. Ни единой живой души не встретили они по дороге, тихо и безлюдно было у городских ворот. Все боялись чудовищной гидры и опасались выходить даже на городские стены. Опустел когда-то многолюдный и шумный город.

Геракл направил своих мощных коней к ближайшей роще, оставил там Иолая, а сам пошел разыскивать логово гидры. Скоро он увидел мрачную пещеру, которую со всех сторон окружали топкие непроходимые болота. Тяжелый дух подымался над этим гиблым местом. Здесь и жила кровожадная гидра. Она уже почувствовала приближение человека и тяжело выползала из своей мрачной норы.

Геракл натянул тетиву своего мощного лука, и острые стрелы полетели в толстое извивающееся тело. Рассвирепевшая гидра поднялась на своем громадном хвосте и хотела уже броситься на храброго героя, но Геракл мощным ударом свалил ее и со всей силой придавил к земле. Напряглась гидра, обвила своим толстым хвостом его ногу и стала тянуть Геракла к земле. Но как скала стоял герой и, размахивая мечом, стал рубить одну за другой головы ужасному чудовищу. Но чем больше он срубал голов, тем больше их вырастало. На месте одной срубленной головы вырастало две. А тут еще на помощь гидре явился ее приятель, огромных размеров рак Каркин. Выполз он из болота и впился огромными клешнями в ногу Геракла. Стряхнул Геракл это чудовище со своей ноги и растоптал его, а сам все продолжал рубить головы ужасной гидре. День начал клониться к вечеру, а конца этой битве не было видно. Устал ждать Иолай, когда же вернется его дядя, и прибежал ему на помощь.

– Зажигай рощу, – только и успел крикнуть ему Геракл, и Иолай тут же понял, что ему надо делать.

Он побежал обратно, зажег рощу, а когда деревья запылали, схватил горящее дерево и, как головешкой, стал поджигать свежие раны на шее гидры. Только тогда новые головы перестали вырастать, и тело гидры ослабло.

Наконец Геракл отрубил ей последнюю голову, и гидра рухнула побежденная. Взял Геракл ее голову и зарыл глубоко-глубоко в землю, а сверху еще и тяжелым камнем придавил, чтобы никогда уже она не смогла вырасти снова. А потом рассек тело гидры и обмакнул в ее смертельный яд свои стрелы, чтобы раны от них стали неизлечимыми.

И на этот раз вернулся могучий герой с победой, но Эврисфей не засчитал Гераклу этот его подвиг, потому что ему помогал Иолай.

Керинейская лань

(Третий подвиг)

Далеко от Микен и от земель Эврисфея, в солнечной Аркадии жила чудесная лань. Необычайной красоты была эта лань. Рога у нее были золотые, а ноги медные. Говорят, что хозяйкой ее была сама богиня Артемида. Но почему-то люди не радовались, когда видели чудесную лань, и не оберегали ее, а, наоборот, мечтали, как бы им избавиться от такого соседства. В наказание людям послала великая Артемида свою любимую лань на землю. И это было действительно сущее наказание: медноногая лань носилась по полям и лугам и вытаптывала зреющие хлеба, уничтожала сочную траву. Умирали люди от голода, погибал скот.

Слухи об этой прекрасной, но зловредной лани пошли по земле. Дошли они и до Эврисфея. И царь передал Гераклу свое повеление поймать эту золоторогую лань и привести к нему. Отправился Геракл в Аркадию на поиски чудесной лани. Ему не пришлось долго искать ее. Никого не боялась она, свободно носилась по опустошенным полям, вбивая в землю последние зеленые росточки. Черно и пусто становилось там, где она пробегала. Вот по этим черным проплешинам израненной земли Геракл и вышел на меднокопытную лань. Но поймать ее было невозможно. Закинув за спину свои сверкающие рога, носилась она по бескрайним просторам Аркадии, не зная усталости, смело прыгала через бездонные пропасти, легко перескакивала с одной вершины горы на другую.

Целый год преследовал Геракл керинейскую лань. Она убегала от него со скоростью ветра, вот уже и опустошенная земля Аркадии осталась далеко позади. Где пешком, где на своей быстролетной колеснице гнался за ней Геракл.

Наконец достигли они крайнего севера – земель, где жили гипербореи и где начинался полноводный Истр, та самая могучая величавая река, которая сейчас называется Дунаем. Уставшая лань остановилась попить воды, Геракл потихоньку подкрался к ней и хотел схватить за золотые рога, но чуткая лань взвилась вверх и стремительно помчалась обратно на юг, в Аркадию. И опять Геракл погнался за быстроногой любимицей Артемиды.

Только в Аркадии удалось Гераклу настигнуть ее. Отчаявшись поймать быстроногую лань, Геракл выстрелил в нее из лука. Стрела попала ей в ногу, и только тогда Геракл схватил ее. Он уже собрался возвращаться в Микены, как вдруг перед ним предстала разгневанная Артемида:

– Зачем ты ранил ее, – сурово спросила богиня, – разве ты не знаешь, что это моя любимая лань и ты своим поступком оскорбил меня? Может быть, ты считаешь себя могущественнее олимпийских богов? Запомни, я не прощаю обид.

Поклонился Геракл величественной богине и ответил ей спокойно:

– Я все знаю, божественная Артемида, и всегда с большим почтением относился к бессмертным богам Олимпа. Не я ли всегда приношу им богатые жертвы, хотя я и сам сын могущественного Зевса? Но ведь сами боги повелели мне служить жалкому Эврисфею, и не по своей воле я теперь преследовал и поймал твою любимую лань.

Артемида простила Геракла и исчезла так же незаметно, как появилась. А Геракл взвалил чудесную лань на свои могучие плечи и понес ее в Микены.

Эриманфский вепрь и битва с кентаврами

(Четвертый подвиг)

Не успел Геракл прийти в себя после такой долгой погони за керинейской ланью, как Эврисфей придумал ему новое поручение. Может быть, он завидовал силе и могуществу Геракла, может быть, он хотел погубить его. Но поручения, которые он давал великому герою, были одно опаснее другого. Вот и на этот раз поручил Эврисфей Гераклу убить эриманфского вепря. Этот лесной кабан имел чудовищную силу и был таким свирепым, как сто тысяч диких лесных кабанов.

Он жил на горе Эриманфе и, спускаясь вниз, опустошал окрестности города Псофиса. Ни дикие звери, ни домашний скот, ни люди не могли скрыться от него: он с яростью набрасывался на них и разрывал в клочья своими чудовищными клыками. По дороге к жилищу огромного вепря Геракл решил навестить своего друга мудрого кентавра Фола. Фол очень любил храброго Геракла и обрадовался, когда увидел его на пороге своей пещеры. На радостях он открыл большой сосуд с вином, чтобы получше угостить своего друга. Чудесное благоухание разлилось в воздухе и разнеслось по всему лесу. Почуяли этот чудесный аромат другие кентавры, жившие неподалеку, и, сердитые, примчались к пещере Фола. А рассердились они потому, что этот сосуд с вином принадлежал им всем, они бережно сохраняли его как самое ценное сокровище и теперь были недовольны, что Фол без их разрешения открыл сосуд.

А в это время довольные друзья уже весело пировали, надев на головы венки из плюща. Вдруг в самый разгар их веселья в пещеру ворвались разгневанные кентавры и бросились на Геракла с Фолом. Геракл не растерялся. Он стал хватать раскаленные головешки и швырять их в кентавров. Едкий запах паленой шерсти заполнил пещеру, и нападавшие с ужасным воплем кинулись врассыпную. Геракл бросился вдогонку за ними и настиг их в отдаленной пещере, где они спрятались у мудрого Хирона, друга Геракла и его воспитателя.

Ворвался Геракл в пещеру Хирона, натянул свой крепкий лук и выстрелил в темноте в скопище тел. Раздался болезненный стон, и Геракл с ужасом узнал знакомый голос. Его стрела попала в колено доброго Хирона.

– О горе мне, – закричал расстроенный Геракл, – мой бедный друг, как же жестоко отплатил я за твою доброту!

Кинулся Геракл к Хирону, вытащил свою стрелу из раны кентавра. Разные целебные травы прикладывал он к смертельной ране. Но все напрасно. Ведь он сам когда-то сделал свои стрелы смертоносными, опустив их в яд лернейской гидры. И с тех пор раны от них стали неизлечимыми.

Долго мучился несчастный Хирон от своей ужасной раны, много страданий принесла она ему. А потом он узнал, что кому-то надо уйти в царство мертвых вместо Прометея, которого как раз к этому времени освободил могучий Геракл. И мудрый Хирон с радостью согласился заменить Прометея. Но это будет потом. А пока в глубокой печали покинул Геракл пещеру Хирона и отправился на поиски свирепого вепря. Скоро он пришел в темный безжизненный лес и понял, что вепрь живет где-то здесь. Грозная тишина нависла над этим мрачным лесом, даже птицы облетали его стороной.

Остановился Геракл на лесной поляне и стал громко кричать, вызывая свирепого зверя. Послышался ужасный треск, грохот и вой. Это мчался вепрь, ломая деревья, сокрушая камни. Он выскочил на поляну с оскаленными от ярости огромными клыками, готовый растерзать любого, кто окажется у него на пути. Но Геракла уже не было на поляне. Он забрался на высокую гору и оттуда снова позвал зверя. Злобный вепрь кинулся на его крик и увяз в глубоком снегу. Теперь Гераклу оставалось только спуститься с горы и спокойно скрутить громадного зверя. Что он и сделал.

Так живым он его и отнес в Микены. Но трусливый Эврисфей только взглянул на свирепого вепря и от страха спрятался в свой бронзовый сосуд.

Авгиевы конюшни

(Пятый подвиг)

Скоро Эврисфей придумал Гераклу новое дело. На этот раз оно не было опасным, но выполнить его было очень сложно. По крайней мере несколько лет надо было трудиться не покладая рук, от зари до зари, чтобы выполнить это задание. Поручил Эврисфей Гераклу очистить от навоза скотный двор царя Элиды Авгия, сына лучезарного Гелиоса.

Бог Солнца подарил своему сыну неисчислимые богатства. Одних только быков было у него несколько сот. А среди них 300 быков с белыми, как снег, ногами, 200 быков красных, как сидонский пурпур, 12 быков, посвященных богу Гелиосу, были белые, как лебеди, а один бык сиял, как самая яркая звезда, и отличался необыкновенной красотой. Были в этом стаде и длинноногие кони, и неисчислимое множество тонкорунных овец. Огромные стада были у Авгия, но никогда не чистил он свой скотный двор.

Пришел Геракл к царю Элиды и предложил ему очистить его конюшни за один день. Но за это Авгий должен был отдать Гераклу десятую часть всех своих богатств.

– Хорошо, – сказал Авгий, – я согласен.

Он нисколько не сомневался в том, что очистить его скотный двор за один день невозможно, поэтому так легко и согласился на предложение Геракла. А Геракл уже все продумал, как он это сделает.

Отправился он на скотный двор, сломал там две противоположные стены и подвел сюда русла двух рек, Алфея и Пенея. Потекли полноводные реки через скотный двор и мощными потоками смыли весь навоз, накопившийся здесь за многие годы. А когда двор стал чистым, Геракл опять поставил стены на свое место, после этого пошел к Авгию и стал требовать плату за работу. Авгий не поверил, что он так быстро все успел сделать, а когда пошел и убедился, то все равно не отдал обещанной десятой части своих богатств.

– Ты ведь работал здесь по повелению Эврисфея, поэтому никакой платы за свою работу получать не должен, – сказал он ему.

Ни с чем вернулся Геракл в Микены. Да и Эврисфей тоже отказался засчитывать Гераклу этот подвиг:

– Раз ты работал за плату, то это подвигом не считается, – прокричал Гераклу глашатай Эврисфея Копрей с высокой городской стены.

Смирился Геракл, но обиды своей не простил.

Потом уже, когда он освободился от службы у Эврисфея, собрал герой большое войско и вторгся в Элиду. Когда-то царь Авгий не захотел отдавать Гераклу десятой части богатств, а теперь Геракл забрал у него все богатства. Много полегло храбрых воинов с той и другой стороны, в кровопролитной битве пал и сам царь Авгий, сраженный смертоносной стрелой Геракла.

Многочисленные стада Авгия Геракл принес в жертву могущественным олимпийским богам. Несколько дней пылали жертвенные костры на равнинах вокруг города Писы. Тогда же в честь своей победы над царем Элиды и в честь олимпийских богов учредил Геракл Олимпийские игры. С тех пор проводились они каждые четыре года на равнине, которую сам Геракл обсадил священными оливами – любимыми деревьями Афины Паллады. Самому великому Зевсу посвящались эти игры, и в то время, когда они проводились, во всей Греции прекращались войны и воцарялся мир.

Стимфалийские птицы

(Шестой подвиг)

Но все это было потом, а пока Геракл должен был безропотно служить Эврисфею, искупая свой тяжкий грех. Скоро после того, как он очистил авгиевы конюшни, Эврисфей отправил его в Аркадию. Там в окрестностях города Стимфала гнездились огромные птицы. В настоящую пустыню обратили они все вокруг, нападали на животных и на людей и разрывали их своими медными когтями.

Вот этих стимфалийских птиц и предстояло победить Гераклу. Нелегко было это сделать. Когда кто-нибудь пытался напасть на птиц, они стаей взлетали вверх и сбрасывали на обидчиков свои острые, как стрелы, бронзовые перья. Немало смелых охотников полегло уже в этих местах. Не миновать бы, наверное, и Гераклу их участи, если бы не пришла ему на помощь Афина Паллада, его могучая покровительница. Она дала Гераклу два медных тимпана (это были такие огромных размеров круги, в виде плоских тарелок), которые выковал Гефест, и научила героя, как победить чудовищных птиц.

Поднялся Геракл на высокий холм недалеко от того леса, где гнездились стимфалийские птицы, и ударил тимпанами друг о друга. Поднялся такой оглушительный трезвон, что всполошились все звери лесные и выскочили из своих нор. Громадной стаей вылетели из своих гнезд потревоженные птицы. Они никак не могли понять, откуда несется пугающий их звон, и закружились над лесом, осыпая его тяжелыми бронзовыми перьями. Когда уже все птицы поднялись в воздух, Геракл отбросил медные тимпаны, сорвал с плеча свой крепкий лук и стал разить стимфалийских птиц своими смертоносными стрелами. Он бил без промаха, и несколько птиц уже свалились с огромной высоты, ломая деревья. Другие в ужасе взвились высоко под облака и улетели далеко от города Стимфала. Люди встречали их на берегах Понта Эвксинского – так тогда называлось Черное море. Но никогда больше эти чудовищные птицы не возвращались в Грецию.

Критский бык

(Седьмой подвиг)

Узнал где-то Эврисфей, что у царя острова Крит Миноса, сына Европы, есть бык необыкновенной силы и мощи, которого ему подарил морской владыка Посейдон. И повелел Эврисфей Гераклу, чтобы он отправился на Крит и привел ему этого могучего быка.

Неблизкий путь предстоял Гераклу. Надо было ему пройти через всю Грецию, переправиться через бурное море. Когда же он наконец пришел на Крит, выяснилось, что быка у Миноса уже нет. Оказывается, не просто так прислал Посейдон Миносу этого могучего быка. Он ждал, что царь принесет его в жертву богам, да и сам Минос так и хотел сделать. Но потом передумал. Уж очень понравился царю этот могучий бык, и он оставил его в своем стаде. А в жертву богам принес другого быка, похуже этого.

Не стерпел Посейдон такого неуважения к себе и наслал на подаренного быка бешенство. Бык вырвался из стада и теперь носился по всему острову, сокрушая все, что ему попадалось на пути. Сам Минос боялся, что взбесившийся бык вернется когда-нибудь в город и подымет его на рога. Поэтому он очень даже обрадовался, когда пришел Геракл и попросил его отдать быка Эврисфею.

– Ищи его, и если поймаешь, то можешь уводить куда хочешь, – сказал он Гераклу.

Весь остров обошел Геракл, пока наконец не увидел этого огромного быка. Утомленный зноем, спал он в тени густых деревьев. Геракл подкрался к нему потихоньку, пока бык не проснулся, вскочил на его широкую спину и вцепился руками в крутые изогнутые рога. Взревел от неожиданности проснувшийся бык и кинулся вскачь, не разбирая дороги. Как подрубленные, валились вековые деревья, огромные валуны отскакивали из-под его мощных копыт. Долго носился Геракл верхом на могучем быке. По всему Криту проскакали они, пока наконец не понял бык, что ему не освободиться от крепкой руки своего смелого седока. И смирился.

Так верхом на широкой спине укрощенного быка переплыл Геракл через море и привел его потом в Микены.

Эврисфей побоялся оставлять быка Посейдона в своем стаде и отпустил его на волю. Когда бык оказался на свободе, им опять овладело бешенство, и, вскинув острые рога и вскопав копытом землю, так, что столбы пыли поднялись в воздух, бешеный бык помчался через всю страну куда глаза глядят и наконец прибежал на Марафонское поле. Там через некоторое время его и нашел афинский герой Тесей.

Но это уже другая история, о которой рассказ впереди.

Кони Диомеда

(Восьмой подвиг)

Некоторое время спустя Эврисфей отправил Геракла в далекую Фракию, к царю бистонов Диомеду, у которого были кони необыкновенной красоты и силы. Захотелось Эврисфею иметь этих коней у себя, и Геракл должен был отнять их у Диомеда и привести в Микены.