Тайна Изумрудного города. Шанс для шута Черчень Александра
И что-то нащупал.
Интересно. Очень!
Вот только…
Лель посмотрел на свои руки. Идти, спускаться в подвалы, смотреть на отчаянно боящегося тебя человека. А потом кровь, боль, страх. И мрачное торжество где-то внутри, когда смотришь в темнеющие глаза своей жертвы. Темнота сменяется остекленением… и все. Пусто. И в безжизненном взоре убитого, и в душе палача.
Когда-то там было совершенно пусто всегда, и только то, что испытывали, как кричали, как бились преступники, – хоть что-то заставляли ощущать. Власть. Вседозволенность. Тьму внутри. Тьму, которая пятнала белые крылья. Заставляла темнеть огонь.
Белек умер в белом огне, а возродился в черном. Пустой. Пытка.
Постепенно его отогревали. Друзья – те, кто делал это не потому, что их связали и заставили, а потому что желали сами. И со временем пламя сменило цвет на синий.
Но – вторая смерть, и возродился он уже в голубом огне.
Ладно! Сидеть и рефлексировать можно до бесконечности, но обязанности идти в департамент это не отменяет.
Словно оттягивая неизбежное, Лель самолично вымыл и чашку, и чайничек, протер и поставил обратно. Аккуратно сложил травы.
Мужчина достал камешек и сильно сжал, высвобождая заключенную в него силу. Взметнулись тени, принимая феникса в объятия пространственного перехода.
Душу привычно царапнуло раздражение. Как… иронично получилось. Да, именно ирония. Один из восьмерки самых сильных магов, Хранитель стихии, феникс, последний из рода Белых и потому его глава. Правда, главенствовать давно не над кем. И телепортироваться самостоятельно не умеет. Просто не получается толком! Потоки искривляются, силы не слушаются, рвутся, растворяются. Только камнями и возможно пользоваться, наполняя их перед этим своей силой.
Лель вышел из телепорта в фойе департамента и быстрым шагом, небрежно кивнув по дороге дежурным, двинулся к большой мраморной лестнице.
На втором этаже стремительно пронесся по коридорам, пугая бесшумным появлением только заступившую ночную смену. Остановился возле неприметной двери и решительно толкнул тяжелую створку. В комнате было темно, лишь несколько свечей горело в канделябре, распространяя по комнате специфический аромат. Впрочем, тут был не только этот запах. Тонкое обоняние феникса также различило дым и… алкоголь. Собственно, именно поэтому и последовал гневный рык:
– Хельжин, ты совсем офонарел?!
– А вот и нет, – меланхолично донеслось из темноты, а затем последовало ироничное: – Начальство, сердечно рад вас видеть!
– Да ты что! – едко проговорил Пытка, на время забывая про собственные проблемы. – Хел, в чем снова дело?! От тебя сообщение пришло только недавно, а когда я появляюсь, ты мало того что куришь на рабочем месте, так еще и пьешь! Мое снисхождение не может быть вечным!
– Конечно, не может! – с готовностью согласился нерадивый подчиненный и едко добавил: – Надо отметить, что в вашем случае это мифическое понятие вообще долгожительством не отличается.
– Ты меня достал, – честно сообщил Лель аналитику, сделал шаг вперед, но, подчиняясь инстинктам, тотчас нырнул вниз. Уже сидя на корточках и касаясь кончиками пальцев пола, он нахмурился, пытаясь понять, в чем дело. Создал небольшой светлячок, и сияющий шарик вспорхнул вверх, ярко освещая помещение, под злое шипение его хозяина.
– Хин, у тебя мозги есть?! Я тут, между прочим, думал!
Мастер окинул его «рабочее пространство» изумленным взглядом.
– Ничего ж себе…
– Зато результаты есть, – вздохнул Хельжин, запуская руку во встрепанные черные пряди и, устало жмурясь, слегка помассировал голову. – Как же я устал…
– И что надумал? – Лель нагнулся, подныривая под натянутую нить, на которой висели какие-то исписанные листочки, одновременно перешагивая через другую такую же, но идущую внизу, параллельно полу.
– Сильно помогло то, что твои ребятки выжали из новенького «кадра»: он лично встречался с нашим гадом. Я долго мучил его морально, требуя в мельчайших деталях все вспоминать.
– Ну и зачем ты меня тащил? – поморщился Хин, наконец оказываясь около стола самого талантливого работника аналитического отдела.
Если бы Хельжин Аспид, по прозвищу Сумрак за привычку думать в темноте, желал стать начальником сего славного отдела умников, то это бы произошло очень быстро. Но он не хотел. Он вообще занимался только одним делом. С одним виновником. На взгляд бывшего шута, желание Хельжина поймать Зеркальника носило характер одержимости.
Как подозревал Лель, «нити» этой страсти тянулись еще в ту пору, когда лепрекона изгнали из Аквамарина.
– Затем, что твои ребятки, конечно, хорошо поработали с добытым «мешочком инфы», но у меня стойкое ощущение, что он да-а-а-алеко не все сказал.
Лельер задумчиво посмотрел на аналитика. Его циничный подход временами дал бы фору любому дознавателю. «Мешок информации»… Или Хелу было проще так воспринимать тех, кого мучили в подвалах славного особнячка на улице Висельников, в центре столицы? Да, распоряжение Гудвина разместить основной штат палачей именно тут у многих вызвало изумление, а у главы этих самых дознавателей – гомерический хохот. Да-да, отсутствие у Мастера Пытки чувства юмора давно стало очевидным. И никто просто не догадывался, что вообще-то оно было, только… специфическое!
– Тело-то как затекло! – потянулся Хельжин и, положив на стол трубку, немного неуклюже поднялся.
– Сколько ты уже тут в повелителя мрака играешь?
– Твоя тонкая ирония всегда была недостижима для моего грубого разума, – хмыкнул лепрекон, вставая на цыпочки, пытаясь дотянуться до потолка кончиками пальцев. Занятие это было по определению безнадежное. Потому что потолки были высокие. Ну и Хельжин был лепреконом, а стало быть, метр восемьдесят… исключительно в прыжке. А так – стандартные метр шестьдесят пять!
– Ну да, ну да, – улыбнулся Лель и вернулся на деловую волну. – Физически с «мешочком» сильно пришлось работать?
– Не очень, – покачал темноволосой головой Сумрак. – Покоцали немного, конечно, но ничего особо кошмарного. Комплект запчастей практически полный, если ты об этом.
– Уже неплохо. Целенькая тушка, – кивнул блондин, откидываясь на спинку кресла, принюхался и неприязненно покосился на трубку. – Что за гадость ты опять куришь?
– Просто крепкий табак, не волнуйся, – рассмеялся Аспид.
Аспиды… Главная ветвь рода говорящих со змеями. Собственно, Хел свое имя оправдывал. Даже в изгнание с собой любимый пресмыкающийся зверинец утащил.
– Ну что же, поверим.
– Поверишь, – повторил Хельжин. – Лельер, когда же ты таким праведником у нас стал? Вот уже год любуюсь и не узнаю!
– Не узнавай в тряпочку! – ласково оскалился на друга феникс и, встав, решительно приказал: – Пошли в подвалы. Времени мало.
– Слушаюсь и повинуюсь, – традиционно восточным жестом сложил ладони темноволосый лепрекон, выходя из-за стола.
– Паяц, – усмехнулся Пытка и перевел взор на увешанный веревками и листочками кабинет. – Почему ты не пользуешься вычислительно-аналитическими машинами из Охры? Весь отдел давно на них перешел, а твой кабинет выглядит как иллюстрация рабочего места прошлого века.
– Пользуюсь, – спокойно проговорил Сумрак, выразительно кивая на некоторые листы, с распечатанными графиками и столбиками данных. – Просто только тогда, когда мне не хватает собственных ресурсов. Если всякий раз прибегать к помощи искусственного разума, то и свой потерять недолго. Так даже таблицу умножения забыть можно. Уже молчу про высшую математику. Недавно проводили своим тестирование, захотелось проломить их тупые головы этими самыми машинами!
– Надеюсь, приняли меры, – машинально придержав дверь, дождался приятеля феникс.
– Разумеется, – холодно усмехнулся Хельжин, но почти сразу это выражение улетучилось, уступая место веселому ехидству. – Кстати, дорогой мой начальник, я наслышан о твоих подвигах в стенах Академии! Хочу поздравить! Личность ты у нас настолько легендарная, что о тебе стихи и песни уже слагают!
В ответ на недоуменный взгляд «прославленного начальства» лепрекон только гнусно хихикнул, откашлялся и продекламировал:
- Мастер Пытка, Вы для нас —
- Любимейший наставник!
- Вы в посредственных студентах
- Будите таланты!
- Раз во двор среди студентов
- Вы сквозь портал явились —
- Три взлетели, пять зарылись,
- Десять – испарились…
- Нервный тик, в коленях дрожь,
- Прыгает давление…
- Вот как радует всех нас
- Ваше появление!
Лель даже остановился, прислушиваясь к народному творчеству.
– Надо полагать, что это сага о твоем первом пришествии! – радостно поведал Хельжин.
– И кто автор дивных строк? – мягко спросил Мастер.
– И не мечтай! – гордо вскинул голову остроухий провокатор. – Страна не сдает своих героев!
– Кажется, в оригинале эта пословица звучит несколько иначе, – хмыкнул бывший шут, возобновляя движение, и бросил косой, искрящийся весельем взгляд на Аспида.
– Боюсь, если страна в твоем лице будет знать… то герою долго не прожить!
– Ну что ты, – мурлыкнул Мастер Пытка. – Я же не зверь! Так… скажу спасибо за бессмертные строки, даже благодарность вынесу.
– Посмертно?
– Вовсе нет.
– Ясно, планируются моральные издевательства, – расхохотался аналитик. – Извини, но нет, дорогой мой друг! Ведь поэт в отличие от своих строк далеко не бессмертен!
– Не больно-то и хотелось! – откровенно солгал Лельер и снова поспешил на уже давно не любимую, но по-прежнему интересную работу.
К сожалению, «мешочки», особенно с частичными повреждениями, в негигиеничной камере имеют риск подцепить что-то неприятное… и испортиться. А это было бы нецелесообразно.
Лестница, влажный воздух, темные каменные коридоры.
– Почему его поместили сюда? Сдохнет скоро, – недоуменно оглядывался Мастер, перекладывая сумку из одной руки в другую.
По пути мужчины зашли в кабинет Лельера за его «волшебным чемоданчиком» с инструментами.
– Третья стадия, – ровно отозвался Аспид.
Ага… запугивательная. Чтобы жертва прониклась по полной программе. Как ни странно, такие банальные методы, как холод, каменный мешок и крысы, действовали весьма хорошо.
– Сроки?
– Он там три дня, – невозмутимо отозвался Хельжин. – По идее уже должен дойти до нужной кондиции. Когда я тебя вызывал, то распорядился отволочь его в рабочее помещение рядом.
– Отлично, – едва заметно улыбнулся Пытка. – Значит, уже должен немного прийти в себя.
Хельжин не ответил, лишь мрачно усмехнулся.
Пройдя по коридору, мужчины скрылись за тяжелой стальной дверью.
Лельер, не глядя на пленника, прошел к стерильно чистому столу и поставил на него кожаный чемоданчик. Открыл, пробежался пальцами по металлу инструмента, подцепил перчатки и медленно, аккуратно надел, лишь раздраженно дернув уголком рта, когда уловил тихую молитву из другого угла комнаты. За перчатками последовала хирургическая маска, скрывшая лицо, а заключительной деталью был белый халат, поданный Аспидом.
Мастер Пытка развернулся к прикованному человеку и глухо спросил:
– Ну что? Будем рассказывать?
– Я все сказал, – судорожно помотал головой мужчина средних лет. – Все сказал, все, не трогай меня, демон!
– Я не демон, – мрачно сверкнули синие глаза Хина. – Я хуже.
Дальше… дальше не для чьих-либо глаз. Дальше страшно, дальше – то, что даже синеглазый палач хочет забыть. Но все равно помнит. Но как будто видит со стороны.
В последнее время Хин всегда старался «отключаться» от рабочего процесса. Он просто делал свое дело.
Спустя час
На стене висел лорд, слабо постанывая от боли, а его палач и Хельжин Аспид стояли в сторонке и изучали то, что умудрились выжать.
– Ну что же… маловато, – скривился Лель. – Все как обычно. Исполнитель знал только свой участок работы, про остальных ничего.
– Притом он не первый раз работает на Зеркальника, а вот подробностей предыдущих заданий в его памяти не сохранилось… только сам факт, что они были. Остальное – как стерли.
– Менталист, – скривился феникс и встряхнул головой. – Терпеть не могу этих мозгокопателей.
– Не ты один, – тяжко вздохнул лепрекон.
– Встречался он с ним, как понимаю, обычным образом. Через зеркало, и облик был нашей жертвы, так?
– Да, обычная схема Зера. Ничего нового. – Хельжин глухо рыкнул и бросил исписанные листы на стол. – Который раз! Который раз одно и то же и никаких следов! И самое отвратительное, что отследить и доказать мы сейчас можем разве что денежные махинации!
– А вот про странный туман, бойцов с иглами внутри и биологическое оружие, которое скорее всего и выводит из строя гвардейцев – никакой информации. Хотя то, что финансовый поток увеличился, меня тоже настораживает. Зачем ему столько денег?
– Ну, это, допустим, несложно.
– Не скажи, – возразил Лельер. – Зеркальник у нас существо идейное. У него есть цель… и это плохо.
– Тебе виднее. Я с ним лично не встречался. – Аналитик махнул рукой на висящего мужчину. – Ты закончил?
– Не совсем…
Уже потом, когда жертву утащили и из комнаты тихо вышел Хельжин с записями, Лельер Хинсар отстраненно отметил, что кожа выше запястий, невзирая на перчатки, окровавлена.
– Даже манжет рубашки запачкался… обидно. – Выкидывая пришедшие в негодность вещи, Пытка лишь недовольно скривился. – Кровь плохо отстирывается.
Глава 16
Утро, утречко. Солнце светит, птички поют, потому в голове идет сражение между ответственностью, которая утверждает, что, раз мы на занятии, то я должна слушать, а также безалаберностью и любовью к теплому светилу, что тянули на улицу.
– Мия! – раздался шепот сестры, и я, вздрогнув, вернулась в унылую ученическую реальность.
Хотя я несколько грешу против действительности.
Последняя решила, что я все же уделяю ей слишком мало внимания, возвестив об этом глубоким контральто:
– Ученица Миямиль, похвально, что вы так задумались о свойствах подорожника, что не услышали мой вопрос!
Я виновато взглянула на преподавательницу. Даяна Торн улыбалась мне во все клыки и, скрестив руки на внушительной груди, явно ждала какой-то реакции.
– Простите, и правда задумалась, а вернее, вспоминала, – не моргнув глазом соврала я, лихорадочно пытаясь вспомнить, из какой области был вопрос.
– Молодец! – Преподавательница поднялась со своего места и сделала несколько танцующих шагов по проходу. Мужская половина класса сразу же застряла взглядами на длинных стройных ногах, оценить прелесть которых помогала хоть и длинная, но узкая юбка и шпильки. – Итак?
Быстро оттарабанила свои, надо признать, немногочисленные знания.
– Широко используется как в медицине, так и в прикладном зельеварении, является одним из основных ингредиентов сегодняшнего зелья «Указание пути».
– Умница, – хмыкнула вампирша, в очередной раз польстив моим умственным способностям. – А что скажешь по поводу самого зелья?
М-да, вот тебе и начало занятия! Выбрана «коза отпущения», и на ней отыгрываются! Какое счастье, что я недавно начинала листать учебник по этому предмету и немного забежала вперед.
– Как известно, зелья всегда должны быть в запасе любого мага на «крайний случай», потому что они являют собой готовую структуру, кристаллическую решетку, которую надо лишь наполнить силой. Его действенность напрямую зависит от магической силы того, кто кастует заклинание на эту основу. Применяется оно в незнакомых местах, где по какой-либо причине нежелательно раскидывать ментальные сети.
– Мэтр Даяна, можно вопрос, – поднял руку Лейдир, сидящий неподалеку.
– Разумеется, – мягко улыбнулась она и, резко развернувшись, пошла обратно к учительскому столу. Парни снова зависли. На юбке был очень длинный разрез. Гораздо выше колена.
Лейдир, впрочем, как смотрел на уровень головы женщины, так и продолжил.
– И это все понятно, это правильно, – медленно начал дроу. – Но вот конкретно сегодняшняя тема… оно бесполезно. Я не могу представить себе ситуацию, когда нельзя воспользоваться ментальными сетками для определения своего местоположения, а соответственно и прокладывания маршрута.
– Интересный вопрос, – грациозно села леди Торн и едва заметно усмехнулась. – Но поверьте, молодой человек, такие места есть. Запретный Лес, Чудный Лес, Мертвый Город, а уж про Странные Кварталы, которые есть почти в каждом поселении, я молчу. И я озвучила только самые крупные и известные аномалии. И, поверьте, там разум не то что открывать нельзя, на него нужно поставить как можно больше щитов! Иначе… ничего приятного.
– И в этих местах у нас зачеты и экзамены, – хмыкнул лепрекон и в ответ на удивленные взгляды сокурсников немного презрительно добавил: – Вы не читали ученические контракты?
М-да… там просто была целая папка. И оговаривалось все: какие учебники выдаются, места проживания, и даже приводилась смета. Я… только пролистала.
Как и остальные, судя по всему.
– Не волнуйтесь, ребятки! – рассмеялась женщина и, подвергнув оптимистичный настрой класса нешуточному испытанию, добавила: – Смертность у нас очень маленькая!
Не знаю, как остальные, а я побледнела!
– А сейчас и вовсе должна сойти на нет! – продолжала преподавательница, не щадя нашего хрупкого морального здравия. – Ведь защиту и нападение теперь полностью взяли на себя Всадники Смерти и палачи Тьмы. А зачеты и экзамены принимает Мастер Хин!
Мне не жить. Вернее, мне не сдать.
С момента нашего поискового мероприятия прошло уже несколько дней, и так как с Мастером мы пересекались регулярно, но при этом он вел себя нейтрально-доброжелательно, как преподаватель со студенткой, я немного успокоилась. Но вот… придираться стал, гадюка синеглазая!
Нет, я действительно была некомпетентна в тех вопросах, на которых он меня «валил», но зачем же… усугублять?!
Разумеется, после разноса он все объяснял, показывал и заставлял меня повторить, отчего информация хорошо усваивалась.
Но выживание у нас вели обычные палачи, которые не старались вытащить очевидно неспортивную меня из-за спин сокурсников, а потому я просто все делала по принципу «тише едешь – дальше будешь». И если большая часть класса после занятия отправлялась в лазарет, подлечивать повреждения разной степени тяжести, то я топала в душ, а потом на другие занятия.
Но будет ли так снисходителен этот мстительный… мучитель?! То есть учитель.
– Минутку, – нахмурилась Амириль. – Мастер говорил, что выживание он будет вести лично. Конечно, упоминал, что пока не может, но мы рассчитывали, что в дальнейшем ситуация изменится.
Обалдеть! Ами, ты что, мазохистка?!
– Мы тоже, – кивнула вампирша. – Но у Пытки очень много дел, потому он извинился и предоставил своих гвардейцев на замену.
Какой вежливый и тактичный!
Насколько я слышала, за этим Мастером таковых качеств ранее не водилось.
На этом отвлеченные разговоры закончились, и мы вернулись к уроку и зелью. Приготовление тоже было делом небезопасным, а потому все надели защитные маски и накидки. И то, и другое к концу пары было закопченным и местами даже немного оплавленным. Зато зелье получилось!
Следующим было незабвенное выживание!
Я, как обычно, переоделась и, пристроившись в хвосте наших, не торопясь сначала побегала, выполняя требуемую норму, а после даже выполнила все упражнения. Ну, все, что смогла.
Хина заменял невысокий, крепенький, как боровичок, палач по имени Заир. Лицо крестьянское, добродушная улыбка. Когда я в первый раз его увидела, то даже не подумала, что он воин. А он оказался не просто воином… Он гвардеец Пытки.
Познакомился, поулыбался… и все это закончилось, как только мы вышли на плац.
Вот и сейчас. Когда мы только зашли, он отложил в сторону кусочек дерева и нож, которым аккуратно обтачивал очередную поделку. Но стоило нам построиться…
– Ну что, одноклеточные?! – ласково оскалился палач, и мы как-то разом вспомнили о его основной деятельности. – Нарастили за выходные мышцы, или там все еще желе?!
– Тренировались, из миски в миску желе переливали! – вякнул кто-то из задних рядов.
– И кто у нас тут попка-дурак? – развернулся Заир.
– Зеркал не повесили! – расхохотались из другого конца зала, и с перил второго этажа, окольцовывающего крытый полигон, спрыгнул Мастер Хин. – Доброго дня тебе, Заир.
Пытка склонился в уважительном поклоне, палач почти зеркально повторил это движение, только согнулся гораздо сильнее.
– Мой Мастер.
– Полно, – улыбнулся блондин, оглядывая нас цепким взглядом. Мне показалось, что его взор на миг задержался на мне, но, наверное, показалось. – Здравствуйте, господа студенты.
– Мастер Хин, – дружно поприветствовали мы.
Вопрос «Чем обязаны?», наверное, повис в воздухе.
– Сегодня я поприсутствую, – усмехнулся Хин и, пройдя на другой конец зала, неторопливо снял плащ глухого синего цвета и развалился на скамье.
Раздался дружный женский выдох. Я попыталась отрешиться от своих знаний о… дефективности несчастного как мужчины и увидеть, почему девочки так отреагировали.
Таки да… было на что посмотреть. Мастер остался в широких штанах из плотной ткани и обтягивающей жилистое тело белоснежной водолазке. На груди висел крупный темный камень, заключенный в серебристый металл.
М-да… если ненадолго отрешиться от личности этого типа, то можно и увлечься.
Ну и заодно не замечать, что на лицо он не классический красавец.
Все же какая жалость! Такой интересный и такой… бесполезный!
И вовсе я не слишком эмоциональная! Я просто… радею за остальных девушек, вот.
Да и реально блондина жалко. Может, зря я была так резка тогда? Ну, с дружбой.
Он сейчас ничего не делает и не настаивает.
А общение с Мастером… таит в себе очень много занимательного. Знания, тайны, интересные дела!
Так что, если он не передумает по поводу моей работы артефактором на его департамент, то я соглашусь.
Снова посмотрела на Хина и вздрогнула от неожиданности, поймав прямой взгляд синих глаз. Он не отвел взора, лишь медленно кивнул в знак приветствия.
– Миямиль, а где твой амулет? – вдруг шепнула мне на ухо сестра.
– В раздевалке, – вздрогнув, обернулась я. – А что? Его на занятии неудобно таскать.
– Телепаты свой дар в раздевалке не оставляют, – тихо сказала златовласка.
– Тут слишком много людей, для того чтобы «уцепиться», – спустя секунду ответила я. – Нечего бояться.
– Ну, дело твое, – пожала плечами двойняшка и, взглянув мне за спину, едва заметно пробормотала: – Какой у него взгляд.
– И ты туда же, – закатила глаза я. – Что вы все в этой жерди нашли?!
– Я не про это, – все так же хмурясь, смотрела на Пытку сестра. – Голодный взгляд. Жадный.
Я даже обернулась, но ничего странного не увидела. Наблюдает за студентами и наблюдает. А то, что в нашу сторону смотрит… ну, я же не мнительная! Тут рядом еще толпа стоит!
– Ты наверняка неправильно все понимаешь, – потрепала я Амириль по плечу.
Она только передернулась. Прозвучал свисток, и мы встали в строй. А потом начался обычный тренировочный ад. Так, местного значения. Вместо демона у нас был Заир, который сейчас по злобности мало уступал этим мифическим существам.
С нами занимался еще и выпускной курс Академии, и пока мы мучились на тренажерах, я, подняв взгляд, увидела, что один из учеников подходит к Мастеру и с поклоном что-то спрашивает. Хин внимательно смотрит на него, а потом пожимает плечами и согласно кивает. Потом Пытка плавно встал и двинулся к палачу. Спустя минуту и краткую беседу в воздухе снова несется звонкая трель свистка.
– Закончили! – зычно крикнул Заир.
– Господа, – Мастеру кричать не пришлось, его негромкий голос почему-то услышали все в зале. – Сегодня у вас укороченное занятие, ваши старшие коллеги пригласили меня на спарринг, и я согласился.
– А можно ли поприсутствовать? – спросил кто-то из наших парней.
– Почему бы и нет, – улыбнулся светловолосый учитель и, резко развернувшись, двинулся к стойке с шестами. Выбрал одну из палок и расслабленно, почти кончиками пальцев ее держа, вышел в центр зала.
К нему быстрым, пружинистым шагом подошел один из старшекурсников, но Мастер снова усмехнулся и проговорил:
– Выбери еще двух.
Тот внимательно посмотрел на Пытку, но поклонился еще раз и, оглянувшись, ткнул сначала в сторону своего товарища, а потом бегло осмотрел зал.
Но… одна я заметила, как скользнули руки по гладкому дереву шеста, перехватывая его крепче?
– Мой Мастер, – вмешался Заир. – Силы не равны, а один – так вообще даже не выпускник! Да, команда сработанная, но…
– Эти студенты старше тебя, – мягко улыбнулся Хин. – И дроу с детства тренируют просто великолепно, должен же знать.
– Вы много знаете. – Один из ребят уже крутил в руках длинную палку и стремительно приближался к своему противнику.
– Трое на одного! – ахнул кто-то, и только когда обернулись стоящие рядом, я поняла, что это был мой голос.
– Не волнуйтесь, студентка Гаилат, – снова, но уже как-то очень радостно улыбнулся Пытка, потом он повернулся к студентам и уже совсем иным тоном начал: – Итак! Ситуация: я – ваш враг, вы не знакомы, но нужно сработаться за максимально короткий срок. Не мешайте друг другу, старайтесь почувствовать, проникнуться. И да, в дальнейшем, если у вас сейчас выйдет, то тренировки будут продолжены с одним из лучших Всадников. Договорюсь со Смертью.
– Зачем? – спросил один из старшекурсников.
– Проявите же чудеса если не логического, то просто мышления, чада, – иронично фыркнул Мастер, с прищуром рассматривая студентов. – Разумеется, чтобы возвести вас к вершинам воинского искусства!
М-да. Издевается. Причем неприкрыто.
Но вот… получается, что Мастера берут шефство над Академией? Странно. Очень странно. Но это значит, что со временем заведение будет военизироваться… Странно вдвойне. Почему бы в таком случае не организовать новую школу? Или… Тут есть вся база. Педсостав шикарный, месторасположение замечательное, и вложено сюда уже очень много. Для того чтобы повторить такой проект, Малахиту придется разориться, что в планы его руководства, разумеется, не входит.
Тем временем действие в центре зала все же началось, отвлекая меня от посторонних мыслей.
Началось… и почти сразу закончилось. Для первого студента, который опрометчиво добежал до расслабленно застывшего Хина первым. Стремительное, почти неуловимое движение, и ученик летит на ковер, устилающий место спарринга.
Остальные два озадаченно замерли и начали обходить противника уже с гораздо большей осторожностью.
Белый Мастер скучающе улыбнулся и ленивым тоном начал:
– Это, ребятки, была так называемая показуха, призванная поведать вашим коллегам, что лезть на рожон нельзя. Судя по всему, этот вьюнош очень рассчитывал на примесь тролльей крови, которая подарила ему огромную физическую силу, и гены эльфийской стороны родни. Кстати, поистине занятный гибрид! – Хин перекинул палку в левую руку и тронул концом шеста тело поверженного парня, который по законам тренировочного поединка лежал смирно и никуда не отползал. По всей видимости, удар Хин обозначил в селезенку, то есть… не боец больше студентик! А номинальный труп!
Тем временем один из его «коллег» бросился на учителя, решив воспользоваться его беспечностью, но Мастер поймал шест и дернул на себя. К чести ученика, он его не выпустил, за что и схлопотал коленом в живот и локтем по затылку. Растянулся у ног победителя и, судя по всему, с сознанием попрощался абсолютно натурально.
– Ну вот, – грустно проговорил синеглазый жутик. – Как-то все грустно и неинтересно. Даже пресно. Быстро, раз-два и готово! Я даже удовольствия получить не успел!
– Хин, это же не минуты уединения с дамой, какое тебе тут высокое удовольствие? – вульгарно заржал Заир.
– Одно другому не мешает, – едва заметно улыбнулся Мастер и с некоторым нажимом добавил: – Заир, помни о месте и своей роли.
Палач только поклонился.
С третьим парнем синеглазый кошмар играл довольно долго.
Но если сначала я чем дальше, тем больше смотрела на это «избиение младенцев» с пренебрежением и некоторой брезгливостью… то потом заметила выражение глаз «мальчика для битья». Они были… радостными до безобразия, как будто его не по полу валяют, а торт с девицей внутри презентовали! Да и Мастер не швырял его, а аккуратно укладывал, и не одним ударом, а предварительно обменявшись несколькими, еще и разъяснив, где студент ошибся.
Про торты же – это я от парней мельком слышала, что это сейчас самое модное на мальчишниках, но стоит дорого. Прикинула, каково девице в торте… а потом как оттуда вылезать, да еще и отмываться… и поняла, что есть за что драть!
Короче, когда бой закончился, ряды фанатов Мастера Пытки пополнились еще одним. Синеглазый обменялся со своим последним спарринг-партнером крепким рукопожатием, чем, похоже, вызвал всплеск зависти к счастливцу у остальных.
Как бы сильно его ни боялись, уважали тоже неимоверно.
После этого Хин со вздохом провел рукой по взмокшей шее и, развернувшись, взял вещи и вышел из зала, свернув в сторону мужских душевых.
Занятие продолжилось.
Пять минут спустя.
Читать бесплатно другие книги:
