Свет твоей души Рай Альмира

– Прекрати! – возмутилась я. – Мог хотя бы предупредить, что она ледяная.

Брадур покачал головой и поставил меня на каменное дно. Здесь вода нам доходила всего до колен, а с двух сторон окружала стена из воды. И новое видение вспыхнуло в голове так четко, что меня бросило в дрожь. На этот раз не от холода, а от ярких ощущений. Мы занимались здесь любовью. Вернее, Брадур и Гривельда. На этом камне.

Не оборачиваясь, я посмотрела магу в глаза и зачем-то произнесла:

– Там царапины. От твоих пальцев. Из тебя вырвалась Тьма, и нас едва не накрыло под этим водопадом, но ты вовремя…

Я смолкла и быстро опустила взгляд.  Опять неправильно сказала.

– Вас с Гривельдой едва не накрыло.

Покачав головой, я обернулась и убедилась, что права. Эти царапины от десяти пальцев все еще были вырезаны на камне.

– Почему я это знаю? – спросила я у него. – Объясни мне, почему я это вспоминаю и чувствую?

Я ощутила теплую ладонь на своем животе, а затем и вторую, крепко сжавшую мою.  И когда наши пальцы переплелись, маг прошептал над моим ухом:

– Не знаю, Марина. Этого не должно быть.

Я шумно выдохнула от того, что внутри все переворачивалось от сокрушительных чувств.

– Мне не нравится это, – призналась я. – Это причиняет боль. Я не хочу больше получать видения о вас. Ты можешь их убрать? Пожалуйста.

Я не надеялась, что он может. Но все еже, стоило произнести это вслух, чтобы понять, насколько мне в самом деле больно.

– Я могу, – шепнул Брадур.

Эти слова заставили сердце биться быстрее. Даже не они, а то, как он сказал это. С каким-то обещанием.

Развернувшись в кольце его рук, я с надеждой взглянула в черные глаза.

– Как?

Брадур обвел взглядом мое лицо, будто изучал его заново, привыкал, впитывал мой образ и запоминал. Это длилось томительно долго, прежде чем он ответил.

– У тебя будут новые воспоминания, – наконец произнес он. – Тогда старые отступят.

А после его взгляд опустился на мои губы. И я не сделала ровным счетом ничего, чтобы остановить его, когда он вжал меня в стену и начал целовать с каким-то безумием. Я не остановила его и после, когда он зашел дальше. Слишком далеко, чтобы прекращать.

Возможно, я бы  попыталась, если бы все происходящее между нами ощущалось неправильным. Но этого не было.

«Мой!» – вопили все инстинкты.

«Моя!» – читалось в глазах напротив. И плевать, что я ни черта не понимаю в этой жизни. Плевать, что где-то там, за пределами острова весь мир катится в пропасть. Я расплылась в объятиях любимого, и получала свою дозу наслаждения, пока он снова и снова выбивал из меня стоны, прогоняя старые воспоминания.

Прогнал.

***

Ближе к обеду я лежала на песчаном берегу и, кусая губы, смотрела на мужчину рядом. Он медитировал с закрытыми глазами, подложив одну руку под голову, а второй выводя узоры по моему бедру. Тьма спала и больше не мешала нам касаться друг друга.

– Тебе, кажется, лучше, – подметила я, имея в виду затянувшиеся раны. Это было и хорошо, и нет.

Брадур расплылся в довольной улыбке.

– Лучше? Мне в принципе чудесно.

– Тьма скоро вернется, – произнесла я не так безмятежно, как хотелось бы. – И тогда…

– Чем дольше она спит, тем лучше, – заявил вдруг маг. Признаться, подобного я от него не ожидала услышать. Хотя в последние дни он только и делал, что поражал меня своими поступками и заявлениями.

– Я думала, ты хочешь вернуть Тарте Свет, – осторожно начала я.

– Хочу, – не очень уж довольно ответил он. – И верну, потому что такова воля Виктуса. Но пока Тьма не активна, они не смогут отследить магический след.

Я придвинулась ближе и с любопытством уточнила:

– Они – это другие иномирянки и их мужья? Они так могут?

– Могут, – кивнул Брадур. – Сильная магия всегда оставляет след. Так я нашел каждую из вас. А теперь и они могут, потому что окрепли, подпитавшись друг у друга.

– Оу! – воскликнула я. – Магия еще и подпитываться может?

Брадур хмыкнул так, будто его очень забавляла моя неосведомленность в простых для него вещах. Но он был на удивление терпелив со мной, когда начал пояснять.

– В Эрин Тьма, причем, моя родная, переданная с душой моей дочери к моему внуку, а после и ей. У Рэна с рождения было две магии: Тьма и драконий Свет. По отдельности они сильные, но вместе ослабляли друг друга. И когда он избавился от Тьмы, его Свет стал сильнее. Ну и, в конце концов, эти двое истинная пара, значит, половины одной души. Когда они вместе, их магия усиливается где-то в полтора-два раза. Та же история со второй иномирянкой.

– Силана нравится мне больше, – призналась я. – Поначалу я думала, что демон конкретно промыл ей мозги, знаешь ли. Они только и твердили, что ты опасен и сотрешь с лица Тарты все королевства, как только получишь мой Свет. Но затем Реар сказал мне кое-что.

Брадур даже слегка напрягся, но глаза не открыл, только бровью повел.

– Он неплохого о тебе мнения.

Маг раздраженно фыркнул.

– Нет, я серьезно! Он оправдывал тебя, рассказал про то, как ты пощадил его деда, когда тот едва не отравил тебя. Ты был милостив.

На это темный маг и вовсе рассмеялся. Ей Богу, будто я ему что-то неприятное сказала.

– Я всего лишь поступал предусмотрительно, Марина! Всегда нужно выбирать лучший вариант из двух худших. Дед Реара стал хорошим правителем, он не был конфликтным и занялся внешней политикой. Маги, как ближайшие соседи демонов, получали фрукты и овощи высшего сорта, ковровые изделия, текстиль, золотые украшения и много чего, что маги в принципе не хотели производить. Мы фактически существовали благодаря демонам и гномам. И всех устраивало такое положение дел. Пока Гривельда…

– Это не ее вина, – прошептала я, когда он так и не продолжил.

– Я никогда не винил ее, – со всей серьезностью ответил Брадур. – Виноват лишь я один. Милостив! – он горько хмыкнул. – Как ты сказала, я был милостив к одному магу. И это стало моей самой большой ошибкой. Если бы только я убил отца Гривельды сразу, он бы никогда не причин вреда моей дочери. И не погубил бы наши судьбы.

Я попыталась успокоить его, нежно погладила по плечу, груди и поцеловала в губы.

– Почему тогда, если тебе удалось открыть временной портал, ты не вернулся раньше на пять тысяч лет?

Брадур открыл глаза и посмотрел на меня задумчиво.

– Я пока не знаю, как это работает. Скорее всего, эти знания откроются мне уже после того, как я… – Он опять смолк и прошелся по мне странным взглядом. Жестким и одновременно любопытным. – У меня есть предположение, что временные порталы, это своего рода пространственные тоннели. Если я найду вход с одного конца, то не смогу контролировать выход, понимаешь? Куда попаду, туда попаду. Если ты действительно так уверена, что это я из будущего явился к тебе, то я сильно рисковал и не мог знать наверняка, в каком месте вынырну.

– Я уверена, – заверила я и обвела пальцем его скулу. – Твое лицо не спутать с другими. И дело не только во внешности. То, как ты говорил, и что говорил – это мог знать только Брадур. В конце концов, я доверяю своим чувствам. Это был ты.

Он улыбнулся и снова откинулся назад.

– Значит, ты стоишь того, чтобы рисковать всем, – пробормотал он. А я невольно улыбнулась и не удержалась от маленькой подначки.

– Вот бы запомнить этот момент навсегда! Не думаю, что услышу что-то еще более приятное от тебя.

За это я получила шлепок по мягкому месту. А когда засмеялась, меня еще и щекотать начали. А это уже был совершенно запрещенный прием. Но даже когда я попыталась убежать, меня быстро догнали. И в море. И в лесу.  И на цветочной поляне у подножья горы и даже в той самой пещере, где хранились горы золота и страшно дорогих украшений. И каковым же было мое удивление, когда я узнала, что все золото украдено из королевской сокровищницы демонов.

– Да, я украл все, – с вызовом произнес темный маг.

– Но вернешь же? – с нажимом спросила я. – После всего?

Брадур поджал губы и медленно покачал головой.

– Нет. Не думаю.

Я охнула, а он быстро пояснил:

– Это компенсация за века гонений и истребления моего народа.

Мы были на грани серьезной ссоры.

– Но ты сам уничтожил свой народ! И забрал у них дом. Им некуда было податься, вот они и искали пристанища в других королевствах. А чужаков, как известно, нигде не любят. В конце концов, ты уже отомстил Реару, отобрав его магию и превратив в раба на триста лет. Тебе мало?

– Я еще и его королеву оплодотворил, чтобы его приемником стал темный маг, – с непонятным мне довольством заявил Брадур. Он будто издевался, испытывая границы моего терпения. И таки до них добрался. Громко охнув, я схватила первую попавшуюся под руку вещь и запустила в наглую рожу мага. От золотого кубка Брадур увернулся легко, а вот блюдо едва не снесло ему голову. В лоб точно попало.

– Марина!

– Оплодотворил? – заорала я и схватила что-то еще. – Оплодотворил?!

– Магически!  – почему-то смеясь прокричал этот гад, пытаясь увернуться от очередного летящего в него предмета. – Я к ней даже не прикасался!

– Ты сволочь, Брадур! – в сердцах выпалила я. – Скотина ты, вот кто!

– Подбирай слова! – предложили мне.

– Это уже пропущенные через фильтр, – пообещала я и наклонилась, чтобы взять какую-то шкатулку. Но когда поднялась, наглой морды уже не было видно за горками золота. Все еще держа увесистую золотую коробочку, я начала медленно обходить одну горку за другой, прислушиваясь к каждому шороху. Не такой уж он незаметный без своей Тьмы.

Звон монет заставил меня резко обернуться, но к спине тут же прижалось сильное тело.

– Попалась! – заявил этот…

– Я даже не хочу с тобой разговаривать, – сходу заявила я. – Этому поступку нет оправдания.

– Значит, за уничтожение королевства ты меня простила, – прошептал он тоном искусителя. А сам медленно выдрал шкатулку из моих рук и так же без резких движений ее открыл. Внутри лежало красивое колье с большим белым камнем в виде капли. Камень не был похож ни на один знакомый мне кристалл. Казалось, будто внутри целая вселенная – скопление звезд, которые то и дело кружили вокруг оси – самой яркой центральной звезды.  – А за маленькое приключение в прошлом – нет.

– Маленькое приключение? – процедила я, буквально закипая от злости. И если подумать, у меня в самом деле не было права злиться на него. Но разве сердцу прикажешь?

Попыталась вырваться, но Брадур жестко меня удержал. А после аккуратно застегнул колье на моей шее и коснулся губами моего плеча в очень нежном и интимном жесте, который резко контрастировал с жесткой хваткой его руки.

– В любом случае, Фатул погиб. Наследника у меня все еще нет.

– А как же Рэн? – напомнила я.

– У него свое королевство. Он не может быть в двух местах одновременно. Я уж не буду развивать тему его происхождения. С него такой же маг, как с меня дракон.

Улыбку я сдержала, потому что все еще была зла. Оплодотворять чужую королеву, как какую-то… Нет, ну гад же!

– Вот и славно, – холодно произнесла я. – Теперь ты знаешь, чем заняться вам с Гривельдой, когда ты вернешь ее.

После этих слов даже вырываться не пришлось. Он сам отпустил меня. А я, обернувшись, аккуратно сняла колье и протянула его Брадура. Не глядя, в глаза, спросила:

– Ты уже готов провести ритуал?

В ответ пугающая тишина. И в глаза смотреть страшно.

– Нет, – послышался колючий и холодный ответ. А после маг развернулся и тяжелой походкой направился на выход. Колье так и не забрал. И я, посмотрев на шкатулку, не стала класть его на место. Вздохнула, надела обратно и пошла за Брадуром.

Он был в бешенстве. Хотя непонятно, чего ему злиться, ведь это не я свершила тысяча и одно злодеяние. Вот и пойми этого темного мага, сам себе на уме.

Когда я уже подумала, что спать придется в обнимку с троллем (к запаху, к слову, я так и не привыкла), меня ворчливо окликнули:

– Куда ты собралась?

Потоптавшись на месте, я обернулась и посмотрела на Брадура. Полупрозрачный балдахин в свете Виктуса напоминал магический ореол, который так и манил. Но все же…

– Возможно, нам лучше провести ночь отдельно? – предположила я. – А утром ты соберешься с силами…

– Ко всем троллям, Марина, иди сюда! – зарычал Брадур. И еще и пальцем указал на место возле себя. Теперь даже при желании я не смогла бы уйти. А желания не было вовсе.

Смиренно поплелась к нему, легла рядом и в блаженстве закрыла глаза, когда сильная рука притянула меня к теплому телу. Мы не говорили больше. Даже несмотря на то, что пропасть между нами была вселенская. Но и она не мешала ни мне, ни ему наслаждаться моментом.

Это была первая и единственная ночь на Тарте с самым тихим и сладким сном. Ни тревог, ни воспоминаний. Только дурманящий аромат, нежные поцелуи с рассветом и страстное пробуждение. Кажется, утром мы совсем забыли, о чем вообще спорили вечером.

На третий день Тьма Брадура все еще спала.  Но зато мы научили тролля звать на помощь и оповещать о голоде. А еще я выбила у мага обещание вернуть существо в эльфийский лес. Выбивала долго и не совсем честно, но клятва была произнесена вслух, так что…

На четвертый я проснулась от легкого покалывания, но его темнейшество заверил, что ничего такого, и Тьма его крепко спит, а мне вообще пора сменить наряд. Мы вернулись в хижину и перебрали все платья Гривельды, пока не нашли такое, чтобы «подходило к твоим волосам». Это было странно, но я не стала даже поднимать тему.

А вечером четвертого дня все же подловила Брадура, когда он отправился на охоту. Охотился, собственно, не он. А Тьма. Выпустив из руки дымчатую стрелу, маг пронзил какую-то птицу, и та упала почти мне под ноги.

Я взглядом выразила все, что думала о его наглом вранье, а Брадур только безмятежно поднял добычу и прошел мимо меня.

– Ты уже готов, – констатировала я, начиная закипать от раздражения. Проблема как раз таки заключалась в том, что с каждым днем моя решимость таяла на глазах. Он может быть уже и был готов, а вот я…

– Я сам решу, когда буду готов, – отрезал он холодно. А после, как ни в чем не бывало, уточнил: – Тебе ножку или крылышко?

На пятый день я начала тихо сходить с ума. Он ушел всего на минуту, чтобы собрать фруктов на полдник, а меня охватил живой ужас, точно как тогда, на аукционе, где я, сидя в клетке, с неверием смотрела на неведомых существ, желающих меня заполучить.

– Я не смогу, – пробормотала я, ощущая себя загнанной в клетку, без права на спасение. – Я не хочу. Так мало времени.... Это совсем несправедливо.

– Марина?

Голос Брадура раздался резко и слишком близко. От неожиданности я вскрикнула и ударила его лучом Света. Он сам выстрелил из моих ладоней, будто ждал. Я в ужасе застыла, и облегченно выдохнула, когда Брадур молниеносно выставил руку, образовав перед собой дымчатый щит. Тьма отбыла Свет, а мы двое уставились друг на друга. Я была готова разрыдаться только от мысли, что ничего не могу взять под контроль.

– Тише, – осторожно проговорил Брадур. Он положил на песок фрукты и, плавно двигаясь, начал подходить ко мне. Я горько улыбнулась.

– Я не сошла с ума, как твоя Гривельда, – огрызнулась я. – Ты просто напугал меня.

– Я не хотел, – примирительно произнес он. Но глаза заклубились Тьмой. А когда маг понял, что я заметила это, он раздраженно зарычал, прогоняя уже давно проснувшуюся магию подальше.

Я покачала головой, жутко злясь на него за то, что все эти дни он лишь дразнился. Показал мне жизнь, которой у меня никогда не будет. Я не получила ни одно видение с участием Гривельды, пока он был рядом. А он был рядом каждую секунду. И это убивало меня. Осознание, что все лишь на время, убивало.

– Говори. Ты можешь сказать все, что хочешь, – милостиво предложил он.

– Ох, ну спасибо, ваше темнейшество!

Брадур послал мне предупреждающий взгляд, а сам подошел ближе и положил руку на мою голову. Я хотела вырваться, но он ужесточил хватку, а второй рукой слегка сжал мою шею. Теперь я была надежно зафиксирована, и темный маг не думал отпускать меня. Только сам приблизился вплотную, смотря на меня диким взглядом.

– Не смей меня отталкивать, – пригрозил он. – Ты этого не хочешь.

Все еще тяжело дыша, я даже не могла с ними поспорить. Не хотела, конечно. Я сама прижалась к нему и сама поцеловала. Но лишь для того, чтобы с вызовом задать вопрос:

– Ты чувствуешь, что изменяешь ей со мной?

Задала и затаила дыхание, ожидая вспышки злости. Но темный маг к моему удивлению не отреагировал таким образом. Даже паузы не возникло. Он сразу выдал:

– Нет.

Вот так просто, будто я спросила, не желает  ли он прокатиться верхом на тролле.

Конечно, пояснений и развития темы я не получила. Что ничуть меня не успокоило.

– А что ты потом скажешь ей? Когда она вернется?

Брадур слегка покачал головой и ответил с полной уверенностью и спокойствием, чего я от него вовсе не ожидала.

– Ты, верно, не так все себе представила. Королева Гривельда погибла. Я и не пытался вернуть ее в том обличии, в котором она покинула меня. Но я удержал ее душу. Все эти годы я напитывал ее магией  Тарты, чтобы она не отлетела к Виктусу. Тогда бы я ни за что ее не отыскал. И сейчас, Марина, я не верну Гривельду. Я верну женщину, чью душу я полюбил. Она будет другой. Но ведь и я уже не тот, кем был тысячелетия назад. Мы начнем все сначала.

Говоря все это, он смотрел на меня с осторожностью, подбирая каждое слово. И то, что он произнес дальше, прозвучало еле слышно, будто бы бесстрашный маг боялся этих слов:

– Возможно, это ты.

Глубокий вдох. Выдох. Время вокруг словно застыло. Шок. Оглушающий леденящий душу шок.

Я вырвалась из его рук, как ошпаренная, и во все глаза уставилась на этого безумца.

– Что… Что ты вообще такое говоришь? – выкрикнула я. – Ты с ума сошел?

Он оставался непроницаемым, пока я пыталась отдышаться и привести мысли в порядок.

– Я сюда вообще случайно попала, слышишь? Я в другом мире родилась! Это все невозможно объяснить. Ты просто хочешь, чтобы было объяснение, но его нет. Я здесь случайно! И… – я заметалась по песку, вспоминая каждую мелочь. Мне всего-то тридцать лет. Где-то в это же время магия Тарты вместе с душой его жены разлетелась на три части. Но все же… – А как же королевство? Даже если на секунду допустить, что я – это она. Пророчество! Ты сам его составил. И там, насколько мне известно, ты должен вернуть магию на Тарту…

– Марина!

Брадур подошел и попытался поймать меня за руку, но я отскочила от него и выдвинула новые доводы:

– Ты должен вернуть магию на Тарту! Ты должен собрать все части Света. И для этого нужна я, ясно? Я не выживу. Ты сам все это время твердил, что выхода нет. Я уже свыклась с этим, а теперь ты дразнишь меня этими своими пустыми догадками. Зачем?

– Марина! – прикрикнул он и начал надвигаться на меня горой, загоняя к воде. – Думаешь, я не думал об это последнюю неделю? Не анализировал? Не прислушивался к своей душе? Отчего твои видения? Отчего я при мысли, что должен отпустить тебя, хочу наслать новое проклятие на весь этот троллев мир? Как я верну жену, если не хочу отпускать тебя?

Последнее он буквально прорычал мне в лицо и застыл, буравя меня свирепым взглядом. Я знала, что он не на меня злился, а на ситуацию. Я тоже злилась и была совершенно беспомощна.

– Я не знаю, – прошептала я.

Он выдохнул и положил ладонь на мою щеку. С этим прикосновением я ощутила знакомое покалывание Тьмы, но оно, на удивление,  больше не причиняло боль. Скорее,  наоборот. Не думая, я прильнула к его руке, чувствуя там свою защиту.

– И я не знаю, Марина, – произнес темный маг. – Но это не впервые я не понимаю своих чувств. Знаешь, когда я тоже вот так же отрицал их?

Я знала. Но он озвучил сам:

– Когда встретил Гривельду. Я был в бешенстве от мысли, что кто-то может овладеть моей душой и волей. Но когда я позволил ей это, все встало на свои места.

Он прижал к моему лицу вторую ладонь, заставляя смотреть ему в глаза. Как будто я могла отвести взгляд.

– Я собираюсь впустить тебя в мою душу, – произнес он и покачал головой. – Ты уже там. Я не хочу тебя отдавать. Значит, ты уже там.

Часть восемнадцатая. Ритуал

Тьма в который раз черным сгустком вырвалась из рук Брадура, поплыла ко мне, окутала, как в коконе, посылая по всему телу легкую щекотку, и резко рванула в небеса. Туда, где уже собралась целая туча темной магии. Брадур даже не объяснил, что происходит. В одно мгновение он целовал меня так, будто в последний раз, а в следующее отошел подальше, расставил руки и начал бормотать что-то себе под нос. Это длилось уже несколько часов, а Тьма все выползала и выползала из него, поднимаясь над нами, образовывая что-то вроде…

– Купол, – наконец поняла я. – Ты делаешь нам щит.

Верно, ведь его Тьма проснулась, а сильную магию можно проследить. Теперь я собственными глазами видела, насколько могущественным был Брадур. Пока я с трудом справлялась со Светом, он мог оградить от внешнего мира целый остров.

Наконец он опустил руки и наклонился, тяжело дыша. Я подошла, думая, что он ослаб, и ему нужна помощь. Но Брадур остановил меня жестом и хрипло произнес:

– Стой там. Я пытаюсь сдержать Тьму.

– Сдержать? То есть, это еще не все? – поразилась я и подняла голову вверх – дымчатая пленка была повсюду, куда ни глянь.

Маг выпрямился, и послал мне снисходительную улыбку.

– Ты всегда удивлялась этому. Ее много, да. Больше, чем можно увидеть в любом другом месте.

Я покачала головой и отвела взгляд.

– Не говори так, будто я – это ее продолжение. Ты все еще не знаешь этого наверняка.

– Я знаю, как узнать, – с выдохом произнес он и медленно приблизился. А когда взял меня за руку и обнял, в груди возник знакомый жар. Свет пробуждался, словно чувствовал опасность. – Я из будущего рассказывал тебе, как возникло наше королевство?

– Не припомню.

– От Виктуса откололся осколок, напитанный его энергией, и упал на Тарту. Прямо в то место, где была наша столица. Казандрия.

Брадур погладил мои волосы и прижался к ним губами.

– В этом осколке была вся магия Света. Тьма уже царила на Тарте, никто не знает, откуда она взялась. Возможно, сама Тарта изначально была сгустком Тьмы. Огонь появился позже, в результате борьбы Тьмы и Света. Но именно Свет дал начало нашему королевству. К тому осколку шли слабые маги, которых Тьмы поглощала, убивала. Напитываясь Светом Виктуса, они изгоняли из себя Тьму, и с веками становились сильнее. Так образовалось Королевство магов, где Свет стал в почете, а объятых Тьмой считали изгоем.

– Я знаю, что ты родился очень сильным.

– В день Виктуса рождаются светлые маги, Марина. Я стал исключением. По крови и по душе от родителей мне передалась Тьма. Но Виктус наделил меня также Светом. Как будто в День рождения тебе подарили не один подарок, а два, понимаешь? И ты не знаешь, какой открыть первым.

– Какой открыл ты?

– Свет.

Я удивленно посмотрела на мага, а он улыбнулся уголком губ и снова положил мою голову себе на грудь. Наверное, не хотел, чтобы я видела его заклубившиеся глаза. Жуткое зрелище, но меня оно больше не пугало.

– Свет был настолько сильным и неподконтрольным мне, что он сгубил моих родителей. Просто выжег дотла всю Тьму в них. Я даже не успел придержать ее. Ничуть.

Я погладила его по спине и закусила губу. Это было очень давно, и эти раны давно затянулись. Но рубец всегда останется, всегда будет напоминать о себе. Я знала.

– Мои родители тоже погибли. Мне жаль.

– Знаю, – шепнул он. – Владеть Светом – не означает быть добрым. Или свершать только безобидные поступки. Я хочу, чтобы ты это понимала.

– А иметь Тьму? – уточнила я. – Это ведь не значит, что темный маг обязательно должен быть злодеем, уничтожающим все не своем пути?

Я застыла, ожидая ответа. Брадур знал, как важно это для меня. Пускай весь мир считал его злым магом, я хотела верить в иное.

– Не значит, – наконец произнес он. – Дело не в цвете, а в силе. Любая сильная магия имеет разрушительную силу. Самое главное – уметь управлять этой энергией, сдерживать ее, когда нужно. Света в тебе намного больше, чем во мне Тьмы. Но ты, к счастью всей Тарты, не можешь им управлять.

Я хмыкнула и крепче обняла его. Улыбка вообще не хотела сползать с моего лица. Брадур не злодей. Он, вероятно, самое потрясающее существо в этом мире.

– Ты не сможешь управлять Светом, ты лишь удерживаешь его в себе. Ваши души настолько сильные, что могут выдержать Свет, Тьму, Огонь – любую магию нашего мира. В любом количестве, насколько я понимаю. Для чего-то это хорошо. Например, когда нужно собрать магию со всей планеты в одном месте. Но если быть объективными, Марина, то ты и другие девушки твоего мира – опасны. Сила ваша разрушительна и бесполезна, пока закупорена в вас.

– Я это понимаю, – поддержала я. – Они нет, а я да. Я сразу поняла, что эта магия мне не принадлежит. Я просто не знаю, как избавиться от нее и выжить. Ведь если Эрин и Силана смогли, то может…

– Камень Виктуса всегда работал, как энергетический заряд, – оборвал меня Брадур и крепче сжал, будто боялся, что вырвусь. – Но я обратил его силу. Тогда я почти не использовал Свет. Я  научился прятать глубоко внутри себя одну магию, чтобы контролировать вторую. И когда я сделал так, что камень начал втягивать в себя Свет, а не отдавать его, мою долю он тоже забрал. Весь Свет Тарты сплелся с твоей светлой душой, после чего я закупорил ее в камне на тысячелетия. Огонь стал слабее, ведь в его начале Свет. Осталась только Тьма, Марина. Везде – во всех королевствах и во мне.

Он наконец оторвался от меня и дал посмотреть в глаза. Темные и зловещие. Но все равно родные и любимые.

– Вот почему я не видел вариантов для тебя. Рэн и Реаркадаш поделились своей магией с парами. Мне отдавать нечего. Когда отдам тебе Тьму, погибну сам.

Я нервно хмыкнула и покачала головой.

– Что значит «когда»? Зачем ты так сказал? Ты же не станешь…

– Я наслал на планету темные времена, я уничтожил сотни тысяч душ, я стер в пепел целое королевство, я столетия страдал в одиночестве и повторю это все еще сотни раз, – закричал он. А после сурово, но четко проговорил: – Все, лишь бы спасти тебя.

Я опять хмыкнула – это нервное. Нет, он точно собрался вывести меня из себя.

– Ты совсем дурак? – задала я давно волнующий вопрос. – Ты что же, за все эти пять тысяч лет не понял главного?

Я ткнула в него пальцем и тыкала так с каждым произнесенным словом:

– Мне не нужна жизнь без тебя!

И плевать, что я уже сама говорила так, будто в самом деле была его женой когда-то. Я говорила так, как кричало мое сердце.

– Все твои жертвы окажутся совершенно напрасными и ненужными, если в конце концов ты погибнешь и оставишь меня одну, объятую Тьмой, которую вовсе не факт, что я приму.

– Касэрин же приняла, – прошипел маг.

– Но моя душа сделана из Света! – заорала я, совсем теряя контроль над эмоциями. Даже из рук вырвался сгусток магии и ударил в песок. Отчего он тут же приобрел форму стеклянных молний. – Я только Свет и могу принять. Что было со мной, когда ты отдал мне Тьму в прошлый раз? Я не смогла с ней жить, потеряла контроль, сошла с ума. И что ты делаешь? Столько лет, и история повторится?

Я ждала ответного выпада от Брадура,  уверенная, что он будет упрямо отстаивать свою позицию. Как и всегда. Сколько раз мы вот так спорили, крича, взрывая все на своем пути, доводя друг друга до бешенства, до точки кипения. А после с той же неукротимой страстью мирились.

Но сейчас… Сейчас маг меня удивил ледяным спокойствием. Он смотрел на меня с высоты своего роста, как король смотрит на подданных, а после его губы расплылись в победной улыбке.

– Ты – это ты, – произнес он многозначительно.

– В смысле, она? – раздраженно уточнила я.

– В смысле, ты, – окончательно меня запутал Брадур. А после даже не дав возразить, притянул к себе за шею и впился в мой рот жадным умопомрачительным поцелуем.

– И как ты это понял? – все еще не веря ему, спросила я.

Он не ответил сразу. Все еще смотрел на меня тем взглядом, будто только что заполучил миллион пещер, доверху набитыми золотом.

– Когда мы проведем ритуал, ты получишь свой Свет обратно.

– Что? – Я нахмурилась, совершенно не понимая, как он собирается это провернуть. – Как?

– Ты получишь то, что тебе принадлежит по праву. Ты не погибнешь, Марина, – пообещал он. А после прищурил глаза и с угрозой прошипел: – Только попробуй!

У меня уже крутился на языке ответ с детальным описанием местности, куда он мог засунуть свои угрозы. Но высказать все это так и не удалось, потому что над головой промелькнула тень. Помимо той, что создавала Тьма.

Мы одновременно подняли головы, и я с ужасом выдохнула. Десятки, сотни, возможно тысячи драконов надвигались на нас.

– Их больше, чем я думал, – нервно произнес Брадур. А после схватил меня за руку и быстро повел в сторону пещеры. Той самой, где хранились песочные часы и пирамидка.

– Ритуал? – спросила я дрожащим голосом.

Страницы: «« « ... 1112131415161718 » »»