Несносная помощница для Цербера Свободина Виктория

– И?

– Выкладывай туда периодически фотографии и видео. Про работу можешь ролики снимать. Добавляй друзей. Мы контактируем с ньюсмейкерами и…

– Тань, не торопись давай поэтапно все. Меня мой прошлый начальник так приучил.

– Хорошо. Есть у тебя красивые фото и видео? Которые можно показать.

– Ну конечно. Выбирай.

Открываю на телефоне файлы с фотографиями до старта моей работы здесь и отдаю Тане. Коллега начинает листать фото и ее лицо постепенно все больше вытягивается.

– Ого! А это ты тут с кем? Какой красавчик. Похож на известного футболиста, как его там…

– Да, это он.

– Ва-ай. А вот, – Таня сует мне под нос мой же телефон. – С какой девушкой обаятельной загорелой ты рядом. Ну очень похожа на зарубежную гипер известную певицу и актрису, которая…

– Да, было дело, фотографировались, – отмахиваюсь от телефона, который вот-вот уткнется мне в нос. Сама я мыслями сейчас далеко. Думаю, может с охраной отца связаться, попросить их аккуратно узнать, где мой муж пропадает? А то вдруг уже где-то в лесу прикопан.

– О-фи-геть! – возбужденно восклицает Татьяна. – Можно я эти фото выложу?

– Выкладывай, – пожимаю плечами. – Если нужно, чтобы я не одна была на фото, то полистай, там много интересных людей можно найти.

– У-у, а это ты где? Обстановка, как во дворце.

Мельком взглянула в экран подставленного мне телефона.

– Да, дворец. Пригласили, как-то в качестве спутницы на прием.

– У тебя тут следующим числом фото, где ты на лыжах в какой-то невероятной красоте.

– Ну а что такого?

– Зачем ты здесь работаешь?!

Хмыкнула, наконец выплывая из своих мыслей.

– Ну вот видишь, как ты охаешь и ахаешь, увидев кого-то со мной на фотографиях. Я может тоже хочу, чтобы другие увидев мое фото, ахали, что неужели вот эта та самая известная… кто-то. Да ладно, пусть неизвестная. Я думаю мне пора стать хотя бы кем-то. Ладно, давай телефон, я сама буду фото добавлять. Надо же потренироваться.

– Еще друзей своих надо тебе найти. Вообще, чем больше подписчиков у тебя будет, тем лучше.

– Ну друзей сейчас найдем.

Возвращаюсь домой поздно. Таня все никак не отпускала. Пришла в восторг от того, сколько у меня нашлось друзей по миру и как повалили подписчики и просмотры на аккаунты. Никак меня не отпускала, что-то все надо была делать, да и текущей работы в отделе это не отменяло.

Захожу в квартиру с мыслью, что все, буду обращаться за помощью в поисках Цербера, но все эти мысли тут же выветрились из головы.

Фурия жалобно мяукает из своей коробки, которую мы с мужем приспособили под будущие роды. А еще писк.

Подбегаю, заглядываю в коробку и оседаю на пол.

Дрожащими руками, в который раз за этот день набираю номер Дани. Это какое-то чудо, но в этот раз слышу гудки и почти сразу Цербер отвечает на вызов.

– Лиза, у тебя что-то срочное? Если нет, то…

– Да! У нас кошка родила! – запнулась на секунду, а потом дрогнувшим каким-то жалким голосом спрашиваю. – Ты приедешь?

– Буду через час.

Даня сдержал слово и скоро был дома. Слышу, как поворачивается замок, открывается дверь, шаги мужа.

Он останавливается возле нас, садится на корточки, заглядывает в коробку.

– Пятеро, – отстраненно тихо произношу я. Сейчас мелкие затихли и спят. Фурию аккуратно накормила, она из коробки не пожелала выходить. Видно, что устала. Спит и даже ухом не повела на посторонний шум.

Один котенок чисто белый, еще два белых с черными пятнышками, еще один полностью черный и один неожиданно серенький, в полосочку. Маленькие, беззащитные, такие трогательный.

– Очень красавцы, все в маму, – замечает Цербер с улыбкой. – Лиза, ты что, плакала?

– Я и сейчас немного плачу, – отвечаю я.

– Почему?

– Не зна-аю, это… так трогательно.

Я вновь начинаю рыдать. Не понимаю почему, но появление котят меня очень сильно впечатлило. Стараюсь рыдать беззвучно, чтобы не разбудить пушистую семью под боком. Даня подхватывает меня руки и уносит в спальню. Укладывает на кровать и садится рядом. С удовольствием кладу голову на такие удобные коленки и развожу сырость, пока муж размеренно, успокаивающе гладит меня по голове.

– Ты останешься ночевать? – успокоившись, спрашиваю тихо?

– Да.

Поднимаю голову, смотрю на Цербера.

– Удалось что-то решить?

– Можно сказать и так. У меня в запасе осталась пара дней, но уже в принципе все ясно. Не получилось.

– Ты поэтому остаешься? Больше незачем торопиться?

– Я буду что-то делать и пробовать, пока есть время, но потом… я скорее всего уеду. И мне нужна еще одна ночь. С тобой. Ты не против, если у нас будет еще одна ночь воспоминаний?

– Что, даже созваниваться не получится.

– Я возможно, буду там, где связь плохо работает.

Резко подскакиваю.

– Возьми уже эти дурацкие деньги!

Цербер улыбается и обнимает меня за талию и притягивает к себе.

– Обожаю, когда ты такая грозная.

– Я хочу тебя убить за твое тупое упрямство.

– А я просто тебя очень хочу. Любишь меня?

– Возьми деньги на этот свой проект и узнаешь.

– Я, кажется, и так знаю.

Цербер резко поддался вперед и поцеловал. Так, как умеет только он, властно, требовательно, жадно и в то же время так нежно, с особым смыслом, заставляя меня трепетать.

Утром он ушел, опять. В этот раз я только делала вид, что сплю, а сама глотала слезы в подушку. В душе поселилось плохое предчувствие.

С этим настроением и все тем же предчувствием, поехала на работу. На этот раз, просто чтобы отвлечься, потому что знала, что если останусь, совсем себя съем.

Но даже работа не смогла толком отвлечь от тяжелых мыслей и ощущения чего-то плохого, неизбежного. У меня уже бывало такое чувство, в больнице у мамы. Пока она еще была жива, но мы уже знали, что ей остались считанные дни.

В обед раздался звонок. Отвечаю вяло, на автомате.

– Да?

– Здравствуйте! – звонкий, веселый мужской голос, совсем не сочетающийся с моим настроением. – Заказ ваш готов, можете забирать.

– Какой заказ? – я все еще витаю где-то далеко.

– Ну как же, часики антикварные. Я все сделал. Почти как новенькие. Когда заберете?

Часы? Часы!

Вдруг встрепенулась. С разбитых часов, пусть символично, но все и началось. Нет, конечно, Цербер, понятно, что накосячил, но нас тогда словно удача покинула.

– Сейчас заберу. Минут через тридцать у вас буду.

– Хорошо, жду.

За часами лечу на машине, солидно превышая скорость. Глупо, конечно, цепляться за всякую мистику, но сейчас мне больше ничего не остается. Хотя…

Остановившись возле мастерской, не тороплюсь выходить. Звоню отцу.

– Ну, привет. Что-то в последнее время часто мне звонишь. Проблемы какие? – раздается насмешливый голос отца.

– Да! Пап, Даня денег так и не взял. Что делать, а?

– А ничего не делай. Ты уже развелась?

– Ну, пап.

Всхлипнула.

– Да за кого ты переживаешь? Выкрутится твой муженек. Ты его плохо еще знаешь. Я кому ни попадя бы тебя не отдал. Умный, изворотливый, жесткий когда надо. Дотянет он этот свой срок. У него есть к этому стимул.

– Я что-то сомневаюсь. Он сказал, что еще пару дней и все…

– Больше слушай. Ему, может нравится, что ты за него переживаешь.

– А что если нет?

– Значит разведешься, – хохочет отец.

Сбросила вызов. Как ни странно, не разозлилась, а даже немного успокоилась.

Захожу в мастерскую. Улыбчивый молодой паренек-мастер вручает мне часы.

– Вот, я все сделал, почистил. Несколько деталей пришлось заменить на современные аналоги, но все хорошие. Правда, на антикварную ценность теперь часы не претендуют, но работать, если бить не станете, буду еще очень и очень долго.

– Спасибо, постараемся больше ее бить.

Забираю часы и с радостью сжимаю из в ладони. Вот и повод для еще одной встречи с собственным мужем. Обязана отдать подарочек.

– И еще. Вы знаете, тут одна деталь в часах была как будто лишняя. Я всю голову сломал, как ее приладить, но ничего так и не придумал. Я бы и сказал, что лишняя, но выглядит, как часть часов. Тот же металл, узор выгравирован. Здесь цифры. Это не похоже на серийный номер. Возможно, мастер, создавший часы, так подписал свою работу, но я не уверен. В общем, странно. Заберите тоже. Часы хорошо работают и без этой детали.

Мастер протягивает мне крохотную тонкую стальную пластину. Аккуратно ее забираю, там и правда выгравирован целых два ряда чисел в узорах. При этом ряды не сплошные. При этом в первом ряды есть еще и точки. Интересно.

– Большое спасибо! – искренне произношу я.

Расплатилась, оставив щедрое вознаграждение и вернулась в машину. Часы отложила, а вот пластину рассматриваю. Шрифт у чисел кажется достаточно современным, не старинным. Да, стиль простой, ближе у современному.

Еще раз просматриваю ряд чисел. Хм. Последние числа во втором ряду, это случайно не день рождения Цербера? Да! Точно!

Заинтересовалась еще больше и решила пойти простым путем. Взяла телефон, открыла интернет только начинаю набирать в поисковике цифры из первого ряда и похоже, что это координаты! Вполне определенного дома, причем за рубежом.

Чувствуя, словно вновь играю с друзьями в квест, быстро узнаю, что за здание. Банк. Один из старейших, считающийся одним из самых надежных. Я там даже как-то раз бывала.

Задумчиво смотрю на оставшиеся числа в ряду. Меня охватывает настоящий охотничий азарт. Завожу машину.

В другое время я бы, возможно, и внимания не обратила на пластинку с цифрами, просто выбросила лишнюю деталь и все. Но сейчас я цепляюсь за любую возможность, а потому, уже спустя три часа после того, как забрала часы, сижу в самолете, который скоро взлетит. На работе отпросилась на сегодня и завтра, сказав, что плохо себя чувствую. Больше никому и ничего не сказала, да и лечу ненадолго, только проверить одну безумную теорию.

Таисия, упоминала в том нашем откровенном разговоре, что на счетах родителей Дани ничего не нашли. А что если не нашли и те, кто очень хотел и мог эти деньги присвоить? Что если родители мужа заранее опасались за свою жизнь и что-то такое предполагая, подстраховались?

Церберу пока решила ничего не сообщать, чтобы не давать ложных надежд. Сначала сама проверю.

За время полета вся извелась, строя самые невероятные предположения.

Когда, наконец, захожу в банк, у меня от волнения ноги, как ватные и все плывет перед глазами от волнения.

Подхожу к работнику банка. Остальные цифры на пластине, как я предполагаю после штудирования сети и собственного мозгового штурма, могут быть номер ячейки храненияи кодом от нее, а не какой-то специальный труднодоступный. Скорее всего доступ должен быть для любого человека, знающего номера, ведь вряд ли бы в то время тогда еще мальчик сам бы смог приехать, а мне кажется, еасчет часов Даню как-то дожны были предупредить, но он забыл из-за стресса, но часы все равно тщательно хранил, подсознательно помня, что это важно. Ну может же такое быть?

Сотрудник банка подтвердил, что есть у них такая услуга с ячейками для длительных камер хранения.

Назвала номер, показала паспорт. У меня спросили код подтверждения. Я назвала следующие четыре цифры, после предположительно номера ячейки. Дальше без лишних вопросов меня проводили в зону хранения.

Когда набираю очередной код, уже с цифрами даниного дня рождения, мои пальцы заметно дрожат. Вот это квест реальной жизни.

Ячейка открылась! Что? Тут только тетрадь?

Достаю из ячейки пухлую тетрадку в кожаной мягкой обложки. Достаю неаккупатно, поспешно, и из нее к моих ногам начинаю сыпаться фотографии.

Глава 47

Глава 47

– Алло.

– Я тебе четыре дня не могу дозвониться! Я чуть с ума не сошла! Ты издеваешься?! Знаешь, сколько я всего передумала и представила?!

– Извини. Был очень занят. Зато удалось получить отсрочку еще в неделю.

– Фу-ух. То есть ты еще ничего глобально-непоправимого не совершил?

– Нет. Если хочешь, можем встретиться на пару часов.

– Будем опять прощаться? – нервно хмыкаю. – Встретиться хочу. Приезжай ко мне. Дело есть. И не одно. На котят подросших заодно посмотришь.

– Буду через час.

– Давай-давай.

Даня приехал в назначенное время.

– У-у, что-то ты совсем бледненький. Похудел, круги под глазами, – замечаю я, закрывая за Цербером дверь на все замки. Все, теперь никуда одного не пущу. – Ты когда вообще в последний раз ел и спал?

Цербер крепко обнимает, кладет подбородок мне на макушку и молчит. Долго молчит.

– Ты уснул там что ли? Раздевайся, мойся и иди в постель.

– Лиз, я всего на пару часов.

– Ага. В ванну, быстро.

Запихнула мужа в ванну, с наказом не торопиться, но вышел он все равно быстро. Усадила за стол, проследила, чтобы нормально поел, затем дала погладить кошку с котятами и затем утащила в постель, укрыла одеялом. Даня даже и не сопротивляется моему произволу.

– Сейчас отдыхай, слушай и смотри. Во-первых, я задолжала тебе с подарками.

Жестом фокусника достаю из кармана халата часы на цепочке и торжественно передаю Церберу его часы.

– Ты их починила. Спасибо большое. Оставь себе, если хочешь.

– Нет, это твои часы. Благодаря им я еще нашла, что тебе подарить.

Наклоняюсь и достаю из под кровати тетрадь.

– Что это? – муж из положения лежа перекатывается в сидячее и забирает тетрадь.

– Это твое наследство. Здесь перечислено все. Где, какие счета, как забрать, сколько. Коды, пароли. А еще там письма тебе от твоих родителей. Извини, я прочитала. Любопытно, да и просто надо было узнать что там. Осторожнее, я когда прочитала, рыдала как не в себя, очень трогательно. Там даже письмо на тот случай, если тетрадку нашел бы не ты. Дань, я проверила, счета действующие, оформлены на твое имя. Точную сумму не знаю, но даже по самым скромным моим оценкам, огромная.

Цербер молча открывает тетрадь и вглядывается в исписанные твердым, красивым почерком строчки.

– Это еще не все. Ты готов к следующим моим подаркам или пока хочешь ознакомиться с содержимым тетради и осознать, что ты теперь богатый наследник и все у тебя просто отлично?

– Как ты нашла эту тетрадь? – Даня листает одну страницу за другой.

– Я тебе потом расскажу, это было просто невероятно, но сначала подарки. Мне хотелось все это сообщить в более торжественной обстановке, но пока не могла до тебя дозвониться эти четыре дня, испытывала столько эмоций, что сейчас перегорела. Хочется быстрее все показать. Однако там такие трогательные прощальные письма в тетради, что я лучше подожду. Пойду на кухню посижу, а ты читай.

Хочу встать, но Цербер ловит меня за руку.

– Что еще ты хочешь сказать?

– Потом. Время есть. У нас его теперь полно.

Ушла на кухню, оставив мужа знакомиться с содержимым тетради. Я знаю, как ему будет непросто прочитать, но это его, личное, и если захочет поделиться, позовет. Отец Дани имел дело с не самыми благонадежными людьми, при этом деньги в его делах крутились огромные. Он понимал, что рано или поздно его захотят убрать, а когда совсем запахло жареным подготовился как мог, хотя до последнего надеялся, что все будет хорошо. Не стало. Прощальные письма в тетради написаны мамой и отцом Дани на всякий случай. Они не хотели оставлять сына, но что-то сделать или уехать у них не получилось. Мама так трогательно пишет о том, как любит сына, что и сейчас, как вспомню, у меня слезы на глаза наворачиваются.

Цербер пришел ко мне сам где-то спустя час. Встал в проходе кухни.

– Спасибо, Лиз. Я даже не представляю, как тебя за это отблагодарить. Какие еще у тебя подарки?

– Ты лучше присядь, – советую я.

Глаза мужа подозрительно сужаются. Не спорит, проходит, садится за стол. Ладно, сначала что полегче, чтобы расслабился.

Выхожу из кухни, и возвращаюсь с фотоальбомом.

– Вот еще подарок. Твой альбом. Я Таисии позвонила, она прислала копии фотографии, из ее архива, еще я добавила туда наши фото из путешествий и со свадьбы. Ну и в начале те, что нашла в тетради.

Брови дани удивленно приподнялись.

– Там были еще и фотографии?

– Да, открой.

Муж открывает первую страницу, а там он же. Трогательный карпуз на руках у счастливых мамы с папой. Я знаю, что у Дани не осталось никаких совсем детских фотографий того времени. Фото из газеты не самого лучшего качества не в счет. Не думаю, что родители Дани знали, что их дом сгорит, но в тетрадь постарались вложить как можно больше тепла и частички воспоминаний.

Муж листает альбом дальше, там на фото его семья, он маленький, счастливый. Постаралась расположить фото в хронологическом порядке

Тихонько сажусь рядом и кладу голову Дане на плечо.

На очередной странице рука мужа замирает.

– Ага, я тоже жутко удивилась, когда увидела.

На очередной фотографии Даня не только с семьей. Он сидит на диване с двумя мальчишками, мелкие такие, Артур совсем младенец, только только, наверное, сидеть научился. Рядом с братьями их родители – мой отец с тогда еще живой женой.

– Я отца потом знаешь как пытала. Признался-таки, что он твой крестный. Представляешь?

– Я не помню его и этот момент на фото.

– Вообще у меня папа вечно занятой, вряд ли он к вам часто заезжал, не мудрено и забыть.

Цербер пролистал весь альбом и поцеловал меня в макушку.

– Спасибо. У меня просто нет слов.

– Какие у тебя тебя теперь планы? Наверное, развестись со мной захочешь.

– Почему это?

– Ну такая бедная на твоем фоне. Можно поискать жену и завиднее.

– Лиз, ты так шутишь?

– Немного, – весело хмыкнула. – Ну что, готов еще к одному подарку?

– Еще что-то?

– Ага.

Встаю, ухожу ненадолго, и возвращаюсь с маленькой коробочкой, перевязанной белой ленточкой. Включаю телефон на видеозапись, ставлю на стол так, чтобы нас было видно. Вручаю Церберу. Выражение лица Дани я хочу не только видеть, но потом пересматривать. Пока муж дергает за кончики ленточки и открывает крышку, поясня.

– В общем, мы в последнее время, похоже, так активно с тобой прощались, что добращались.

– М-м, – Даня недоуменно смотрит на лежащий в коробочке тест. – Это какой-то тест?

– Еще какой.

Прощаю Цербера за тугодумность, все-таки я до этого и так на него много вывалила информации до этого, плюс невыспавшийся, так что снисходительно поясняю:

– Тест на беременность.

– Чей?

Бли-ин…

– Кошкин, епрст!

Выключаю видео. Нет, такой тупняк на романтическое видео не тянет.

– Зачем кошке тест? Она ведь уже родила.

Я чуть со стула не упала от хохота. Благо, хмурящийся муж придержал. Нет, такое на видео потомкам не покажешь, засмеют.

– Дань, вот ты вроде умный, рассуждаешь здраво, – говорю я, смахивая набежавшие слезы. – А все равно дуб, дубом. Кошка-то родила, а я еще нет.

– Хочешь сказать, что это твой…

– А ты знаешь, я в последнее время все думала, чего такая эмоциональная стала и остро на все реагирую. Раньше ведь такая пофигистка была. И тут еще задержка появилась. Ну мало ли, переживания, график сбился. Но тест сделала на всякий случай, результат был странный, поэтому забежала еще на всякий случай к врачу. А так бы и не поняла. Не тошнит, вкусы не поменялись. Ты готов вообще к отцовству-то?

Судя по лицу Дани, он не то чтобы не готов, он просто сидит в шоке и не может поверить.

– Но ведь использовалась защита, как…

– Ну, знаешь, папка мой тоже наверняка использовал, меня точно не планировали. Вот такие мы Царевы фертильные в самый неожиданный момент, ничего не поделаешь. Ты уже как-то может еще отреагируешь, кроме шока?

Цербер схватил меня в охапку и закружил.

– Так правильно? Ты просто невероятно.

– А-а, нет, пусти, меня укачивает!

Даня спустил меня с рук и я метнулась в ванную, поспешила я, похоже, с утверждениями, что меня совсем не тошнит.

Чуть позже, выглядываю из ванны. Муж сидит на кухне и мечтательно улыбается.

– Ты о чем думаешь?

– О детях.

– В этой связи знаешь о чем стоит подумать?

– М-м? Мы домик будем покупать. Чтобы котята на свежем воздухе гуляли, все дела.

– Конечно!

– А где? А как же работа? Дом с чистым воздухом в центре города не найдешь.

– Все решим, – твердо ответил Цербер.

– Я вообще хотела бы домик у моря. И с виноградниками вокруг. Ну тот самый, знаешь какой. Мне там понравилось.

– Как скажешь, ненаглядная.

– Но как же все-таки работа? Я только перевелась, обидно.

– Все решим, – повторил муж, счастливо улыбаясь и вертя в руках коробочку с многострадальным тестом.

ЦЕРБЕР

Захожу в зал ресторана, где мы договорились встретиться с Константином Альбертовичем – отцом Карины. Он сам назначил мне место и время встречи, не интересуясь тем, удобно мне или нет.

Страницы: «« « ... 1415161718192021 » »»