Невеста ищет дракона Пашнина Ольга

– Что, уборка сама себя не сделает? – скептически хмыкнула я, проходя мимо.

Нагос как-то странно на меня покосился и пробурчал нечто неразборчивое. Отсутствие Доменико немного напрягало. Неизменно пунктуальный и уверенный в себе распорядитель пропустил очередное испытание? С другой стороны – он же пунктуальный, так почему должен был пропустить выходной?

Но интуиция все равно беспокойно ворочалась. Не у меня одной, Лекси и Фелисия выглядели задумчивыми. Валина снова нервничала, беднягу в преддверии очередного этапа конкурса трясло.

– На-пра-а-аво! – гаркнул уборщик, замыкающий нашу процессию.

– Как грубо! – скривила носик одна из ведьм.

И хоть я была согласна с тем, что подобные команды никак не вписывались в заботу и ласку, которой нас окружил Доменико, не могла не признать действенность подхода. Обычно шумные и шебутливые ведьмы послушно следовали указаниям Нагоса и в итоге очутились… перед огромными и массивными золотыми дверями, украшенными причудливой лепниной.

– Ой… это же… – У Валины перехватило дыхание. – Это сокровищница!

– Именно так, – подтвердил уборщик. – Это – сокровищница Виверна и по совместительству место для вашего нового задания.

– А он ничего, – наклонившись ко мне, шепнула Лекси. – Красивый.

– Драконья сокровищница – особое место. Это не просто склад с монетами и побрякушками, это магическое место, которое открывается далеко не всем. Чтобы выйти из сокровищницы с дарами, нужно быть с чистым сердцем и острым умом. Эти качества в вас и поищем. Сейчас я раздам рисунки драгоценных ключей. Каждый ключ уникален, создан лично Виверном и спрятан в недрах сокровищницы. У вас есть час, чтобы отыскать все ключи и открыть главный сундук. Ключей ровно восемь, поэтому работайте в команде, не подставляйте соперниц и смотрите в оба.

– Но кто же тогда покинет отбор?

– Ответ на этот вопрос вы узнаете, открыв сундук. И если… – мужчина обвел нас строгим взглядом, – вы не сумеете открыть сундук, то отбор для всех вас закончится. Все понятно?

Мы дружно закивали, впечатленные перспективами. Мне страсть как не хотелось покидать замок. От одной мысли, что я, прихватив под мышку страуса, вернусь к родителям несолоно хлебавши, становилось дурно.

– Тогда берите ваши рисунки – и вперед, в сокровищницу. Помните, что это магическое место. Оно меняется, защищает свои секреты и не любит тех, кто относится к драконьим сокровищам без должного почтения.

Определенно или у уборщиков в замке было больше опыта в организации отборов невест, или конкретно этот вместе с тряпкой топил в ведре талант начальника. Никаких бурных обсуждений, никакого столпотворения. Ведьмы выстроились в очередь за рисунками, и, как только очередная девчонка в ярком платьице получала задание, Нагос тут же открывал для нее дверь сокровищницы, где она исчезала.

За мной тряслась Валина, а за ней равнодушно зевала невозмутимая Анна. Когда я протянула руку за листком, уборщик прищурился.

– А, Топазик. Ну как там наш наследник?

Я насупилась и залилась краской. Зачем при всех-то?!

Вырвала из рук Нагоса рисунок и быстро юркнула за дверь сокровищницы, забыв и о страхе, и о том, что надо бы хоть на ключ посмотреть. Просто хотелось как можно скорее спрятаться от мужского взгляда.

Я уже через секунду, очутившись в темной крохотной комнатке, поняла, что совершенно напрасно так стремилась войти в святая святых драконьего замка. И зря пропустила мимо ушей предупреждения Нагоса. Сокровищница действительно оказалась магической: дверь за моей спиной исчезла. Я была заперта в крохотной комнатушке с высоченным потолком. Здесь было до ужаса темно, а еще сыро и грязно. Темные обшарпанные стены навевали мысли не о несметных богатствах, а о темнице или пыточной.

– Мамочки! – услышала я писк Валины.

Но ее рядом не было. Это значило лишь одно: все ведьмы точно так же, как и я, заперты. И нам надо выбраться.

– Девочки, а может, он того… нас на съедение дракону отдал? Вдруг этот отбор – всего лишь прикрытие? И нами просто пообедают!

Под конец фразы в голосе Валины звучала уже настоящая истерика. К счастью, саркастичный голос Лекси разрядил обстановку:

– Ага, а выгнали самых невкусных. Хватит истерить! Соберитесь, вы ведьмы, а не принцессы. Надо выбраться. Докладывайте, что видите. Только поодиночке! Так… Тиффани!

Я быстро осмотрелась, но в комнате не было ни надписей, ни выступов, ничего! На всякий случай я посмотрела на рисунок ключа, который мне предстояло найти. Красивый бронзовый ключик, украшенный вензелями из топазов.

– Ничего нет! – доложила я. – Четыре голые стены, голый же пол… Так, погоди-ка!

Я вдруг, приглядевшись, увидела небольшое затемнение в дальнем углу. Из-за полумрака было сложно разобрать, что там такое, поэтому я просто сунула руку и нащупала что-то твердое. Этим «чем-то» оказался светящийся голубой мелок.

– В углу есть отверстие, я нашла мелок.

– И я!

– И я!

– Так, значит, мелом что-то надо нарисовать. – Лекси задумалась.

Несколько минут я молча слушала, как переговариваются ведьмы, и думала. Магическая сокровищница делает все, чтобы не пустить чужих к богатствам дракона. Что ждет нас впереди? Если эта камера – первое из препятствий, мне страшно подумать, что дальше.

– Я нащупала какой-то символ на двери! – наконец сказала Лекси. – Попробую обвести его мелом… так… да! Девочки, он светится! Ищите символы на стенах, они незаметные, но выступают.

– Откуда ты все это знаешь? – спросила я, ощупывая ладошками холодные стены.

– В детстве папа устраивал для нас похожие игры. Мы искали клад в заколдованной комнате и решали всякие-разные задачки. Они проверяют логику и сообразительность. Виверн хочет умненькую жену.

Вот с этим у него явно напряг, потому что на первом испытании мы уделали амбар яичницей и вылупили страуса, на втором чуть не подожгли огромное поле (правда, об этом дракон все же не знал). И вот третье… на логику, значит. Сложно испытывать то, чего нет.

Наконец под самым потолком я нащупала небольшой, размером с ладошку, замысловатый символ. Мне пришлось привстать на цыпочки, чтобы его раскрасить. И едва его очертания стали более-менее различимы, сияние от меловых линий стало во сто крат сильнее. Камера наполнилась скрежетом – и стена поднялась, открывая ход в темный коридор.

– Девочки, я боюсь туда идти!

Двери всех ведьм открылись одновременно, и мы дружно высыпали в коридор.

– Так, и что дальше?

– Вот, – Анна ткнула пальцем в большую деревянную табличку, – смотрите!

– Кто ввосьмером сюда войдет, продолжит путь, оставив одного.

– Мы должны оставить кого-то здесь? – нахмурилась я.

– Похоже на то.

– Только не меня! – Валина прижалась ко мне. – Я здесь не останусь!

– Я тоже.

– И я.

– Это не мои проблемы.

– Девочки! – Лекси сложила руки на груди. – Мы же поклялись помочь Тиффани выиграть!

– Одно дело – помогать греть яйцо или высаживать цветочки, и совершенно другое – оставаться в жутком темном подвале, чтобы ей достались все призы.

Мне никогда не нравилась сапфировая ведьма Силана. Это ее злобный взгляд я поймала, когда получила подарок от дракона. Девица знала себе цену и теперь, когда испуг от попадания в замок ящерицы прошел, она не желала быть на вторых ролях.

– О, смотрите, люк в полу! – хмыкнула Анна.

Вот уж кому силы не занимать! Дородная ведьма схватилась за кольцо и что было сил дернула его на себя. А сил было много! Небольшая дверца оказалась вырвана с корнем. Мы дружно заглянули в получившийся люк.

– Рычаг какой-то, – едва дыша, произнесла Валина.

– Если его держать, откроется вон та дверь, – сказала Фелисия.

В конце коридора действительно виднелась наглухо запертая дверь без ручки.

– Девчонки, вы помните, что у нас всего час?! Давайте решать, мы обещали помочь Тиффани, я предлагаю жребий.

– А я предлагаю посадить туда Тиффани! – отрезала Силана.

– Что? – ахнула Валина. – Но так нельзя! Тиффани хорошая!

– Тогда сама туда лезь, курица трусливая! – огрызнулась сапфировая.

– Хватит, девчонки! – Лекси топнула ногой.

– Это ты хватит командовать. Если хочешь, сама лезь. А я себя не на помойке нашла. Я ведьма, а не дворецкий, чтобы вам двери открывать. И я считаю, что лезть должна Тиффани.

Силана обернулась к остальным ведьмам.

– Ну что вы молчите?! Мы ей помогли с метлой, чуть не убились об этого ее страуса, чуть не лишились клумб из-за него же! И что? Пора вернуть долг. Кто хочет сидеть в тесной, темной и сырой яме и держать дурацкий рычаг?! Я не хочу. И предлагаю кандидатуру топазовой. Кто за?

На меня виновато косились, но руки тянули исправно. Первыми руки подняли Силана и Кристина, затем с виноватым лицом к ним присоединилась дочка фермера Сабина. Лекси угрюмо отвернулась, Валина металась.

– Нет, я против. – Анна покачала головой.

Она все еще сжимала в руках крышку люка.

– Жаль, что ты туда не влезешь, – скривилась Силана.

Итого против меня: Силана, Кристина и Сабина. Лекси и Анна однозначно на моей стороне. Я вне голосования. Остались Фелисия и Валина. Пугливая ведьмочка хоть и смертельно боялась, что ее отправят сидеть в люке, но помнила добро и не стала голосовать против меня. А вот Фелисия…

– Прости, Тифф. Но они правы.

– Ладно, – вздохнула я. – Ваша взяла. Я останусь и буду держать рычаг.

– Ты уверена? – спросила Лекси. – Я могу…

– Доменико сказал, задание на командную работу. Мы только потеряем время. К тому же мой рисунок все еще при мне. Нужно найти все ключи.

С этими словами я спрыгнула в нишу, печально подумав, что после таких приключений платьицу придет окончательный конец. Нагос не мог предупредить, что испытание будет активным и грязным?! Складывалось ощущение, что все в замке дракона издеваются и над ведьмами, и над отбором.

Рычаг поддался без особых усилий. Я не видела, что происходит в коридоре, но по радостным крикам поняла, что дверь открылась.

– Ну что там? – спросила я.

Ответом стала подозрительная тишина. Вылезти без чужой помощи из ямы не представлялось возможным, но, судя по тишине, остальные девчонки выбрались из коридора. И я решилась отпустить рычаг. С противным скрипом он вернулся на место. Обомлев, я наблюдала, как камни на стене ниши двигаются, освобождая проход.

Ну вот, как и говорил Доменико, каждая должна найти ключ. Помня, что нам дали всего час, я устремилась вперед, стиснув зубы и загнав страх куда-то глубоко-глубоко.

Драконья ж мать, я просто хотела рисовать! О, рифма…

Я шла в абсолютной темноте несколько минут, пока не уперлась в круглую латунного цвета дверь. На ней оказалась очередная загадка, и я пожалела, что рядом не было Лекси – у нее здорово получалось их разгадывать.

Передо мной была детская игра с дощечками, когда в квадрате оставлена одна свободная ячейка и, передвигая остальные, нужно собрать картинку. Конечно, на картинке был дракон.

Щелк. Щелк. С веселыми щелчками дощечки вставали на места. Я так увлеклась, что испытала легкое разочарование, когда дверь вдруг начала поворачиваться. Но затем… увидела зал, открывшийся мне, и все посторонние мысли куда-то исчезли.

Я очутилась в зале, полном произведений искусства. Бесконечные, устремляющиеся ввысь стеллажи с картинами, фресками, мозаиками и скульптурами. Сундуки, полки, шкафы и шкатулки! Целая картинная галерея, огромная коллекция антикварных часов! Да это был рай для любителя искусства! И я находилась тут совершенно одна.

Шаги эхом разносились по огромному залу. От великолепия захватывало дух.

– Соберись, Тиффани. Нужно найти ключ, – сказала я себе.

Только как найти золотую безделушку среди гор золота?..

* * *

О да! Никогда еще Виверн так не наслаждался. Конечно, его мучила совесть, все же испытывать ведьмочек, заставляя их решать логические загадки, было жестоко. Они, в конце концов, хотели (или не хотели, как посмотреть) стать женами, а не советниками. С другой стороны, почему ему нельзя выбрать себе смышленую невесту? Не только же в постели с ней время проводить. Разве не здорово болтать долгими вечерами за бокалом вина? Советоваться по рабочим вопросам? Вместе думать, как улучшить Драконий Город и укрепить отношения с Франглисским королевством и Дарийской империей?

Похоже, он слишком много мечтает. Но в глубине души Верн очень хотел, чтобы его кто-то любил. Наверное, из всей студенческой компании он был самым большим романтиком.

Сейчас зеркало показывало иллюзию сокровищницы, где восемь ведьмочек пустились на охоту за ключами. Дракон с интересом и удивлением слушал их перепалку в коридоре и даже делал пометки.

Сапфировая слишком стервозная, свалила самую жуткую часть работы на Топазика. Та даже побледнела, но храбро полезла держать рычаг. На самом деле он и не сомневался, что именно Тиффани пройдет самым легким путем к сокровищнице, но информация о том, что ведьмы сговорились, его удивила.

Значит, они хотели привести Топазика к победе. Но подарки и ревность расстроили идеальный план. С остальными все понятно, а вот зачем Тиффани так нужна победа? От чего же ты сбежала, маленькая вредная ведьма?

Усилием воли Верн заставил себя навести иллюзию на остальных ведьм. Топазик бодро справлялась с головоломкой, а что происходило у других?..

– О… ой…

Когда строили замок и делали сокровищницу, у Верна как раз гостили друзья, которых ныне покойная мачеха называла не иначе как «четыре дебила с большим будущим». Помнится, они знатно повеселились, организовывая магически защищенное пространство. О некоторых сюрпризах которого он и сам успел позабыть.

Пока Топазик храбро разгадывала задачку в одиночестве, ведьмы добрались до голубого зала – одного из трех залов сокровищницы. В золотом хранились деньги и украшения, в белом – произведения искусства и редкости, а вот в голубом… голубой зал хранил магические безделушки. И часть из них очень не любила незваных гостей.

– Мамочки-и-и-и! – Одна из ведьм, Фелисия, бегала от плотоядной книги, которая так и норовила куснуть ее за подол платья.

Рубиновая ведьма Алексис носилась за книгой и лупила ее невесть откуда добытой метлой. Еще одна ведьмочка, самая пугливая, с ногами забралась в кресло и не замечала, как из-под него к ней уже тянутся бархатные щупальца, щедро обшитые бисером и пайетками. Грузная Анна билась в большом сундуке, куда зачем-то залезла с головой и теперь не могла выбраться.

– А-а-а-а! – дружно завизжали все остальные, когда из-за стеллажей вдруг появилась жуткая четырехлапая мохнатая тварь, однажды случайно наколдованная Нагосом.

– Упс, – пробормотал Верн.

Этого он не планировал. По первоначальному замыслу ведьмы должны были просто поразгадывать всякие головоломки, найти кучу ключей и открыть здоровенный сундук в золотом зале. Найти подарки, имя выбывшей и отправиться восвояси. Кто-то – отдыхать, а кто-то – страуса выгуливать…

Пришлось спасать бедолаг. Щелк пальцами – книга закрылась, щелк еще раз – плюшевые щупальца спрятались под кресло, и ведьма так и не узнала, что на нее покушалось.

– Фу-у-ух! Вот зачем ты ее открыла? – Алексис устало вытерла пот со лба.

– Я думала, там может быть тайник с ключом.

– Мы нашли один…

– Два-а-а! – раздался утробный вой.

Верн фыркнул, а ведьмы заозирались.

– Вы слышали?

– Что это было?

– Это я-а-а-а-а!

– Кто я? – дрожащим голоском спросила Валина.

– Анна! Я в сундуке! Выпустите меня!

Сундук затрясся, бедная ведьма внутри начала скрестись.

– А если там не она? – спросила Сабина.

– А кто? – Лекси решительно подошла к сундуку.

Итак, они нашли два ключа, а Топазик сейчас наверняка ищет свой. Верн видел ее рисунки и письмо родным, похоже, не в меру деятельная, дерзкая ведьма очень любила рисовать. Должно быть, ей понравится задание с картинами, где нужно сопоставить имена художников и полотна.

Он наблюдал за ведьмами, все больше погружаясь в собственные мысли. Отбор, конкурсы и издевательства над Доменико – хорошо. Но не воспринимать же это всерьез, как заключить договор сотрудничества с Франглисским королевством? После инцидента в Рижбурге, когда драконица пыталась украсть уникальный рубин и чуть не убила кандидата в мэры, король притормозил переговоры. Драконов не просто так считали надменными и высокомерными. Много веков Драконий Город ревностно и порой агрессивно охранялся ими от вторжения других рас.

Правда, вскоре выяснилось, что драконам от этого только хуже: вопреки страхам потерять вторые сущности, именно полукровки, рожденные от браков с людьми, оказывались самыми сильными драконами. Верн обожал Франглисское королевство и очень хотел показать его жителям прекрасный и величественный Драконий Город.

Изначально план был такой: жениться на ведьме, заручившись поддержкой архимага и архиведьмы, передать в дар Франглисскому королевству несколько реликвий, для оценки которых он и вызвал искусствоведа. Ну и так, по мелочи. Наладить рейсы, построить гостиницу для людей, съездить к Анджею в гости и заодно с официальным визитом заглянуть к королю. В общем, дел невпроворот. И если с ведьмой сорвется, Верн сильно расстроится.

Но и жениться абы на ком, просто потому, что надо, ему не хотелось. Развод – штука неприятная, репутации мэра вредящая и затратная.

Громкие возбужденные голоса вернули дракона в реальность. Ведьмы как раз решили головоломку с песочными часами и вошли в Золотой зал сокровищницы. Сердце замка, святая святых. В золотом зале хранился, как ни странно, личный золотой запас Верна – состояние, доставшееся от родителей. Некоторые монеты стоили куда больше номинала, такие были древние.

Огромные, идеально выстроенные педантичным Доменико золотые башни. Сундуки с драгоценностями. Стеллажи с диадемами драконьей работы, инкрустированные зеркала и рамки, да чего там только не было! Ведьмы ахнули и замерли в восхищении.

– Вот это богатство! – присвистнула Валина.

– К демонам уговоры! – заявила Силана. – Я хочу быть женой дракона, и мне плевать, яйца для этого нужно высиживать или цветы сажать!

Дабы чуть поторопить ведьм, Верн наклонился к зеркалу и четко, стараясь немного менять голос, чтобы Топазик его не узнала, произнес:

– Осталось десять минут, уважаемые участницы. Поторопитесь найти ключи.

К какому именно сундуку они подходили, уточнять не стоило: его Верн водрузил на постамент прямо в центре зала. Восемь замочных скважин не оставляли ведьмам вариантов, найденные ключи следовало повернуть одновременно.

Так, а где Топазик? Почему она не вышла в золотой зал?

Верн нахмурился и мановением руки сменил картинку. При виде топазовой ведьмы он рассмеялся. Забыв и о ключах, и о загадке, которая недвусмысленно светилась прямо рядом с искомой дверью, Тиффани носилась по залу и бормотала себе под нос:

– Мать драконов, да это же Ган Вог! А это Завайзовский! А это… ой, это ва Линчи?!

Она рассматривала каждую картину, разворачивала каждое полотно и была в своем восторге просто очаровательна. Верну тут же захотелось привести ее сюда во внеконкурсное время и дать вволю порезвиться.

Дракон удивился своим мыслям. Неужели ему понравилась Топазик? Когда она сшибла его на лестнице или запугала своим страусом, он думал о ней совершенно иначе!

Разозлившись на себя, Верн вновь склонился к зеркалу и гаркнул:

– А ну, кыш задачу решать!

Топазик взвизгнула, в один прыжок подскочила к двери и шустро, напомнив Верну наперсточника на рынке, сопоставила перепутанные таблички с именами художников с полотнами, принадлежащими их кисти.

Вот теперь все ведьмы добрались до золотого зала и началось…

Что тут началось!

Испуганные новостью о десяти минутах, конкурсантки потеряли всякий трепет перед древними сокровищами. Они бросились врассыпную, проверяя коробки, сундуки, шкатулки, полки и ящики. Искали свои ключи, переворачивали сокровищницу вверх дном! Анна, неуклюже пошатнувшись и все же не устояв, упала, снеся несколько башенок с монетами, и под ними же обнаружила ключ.

Посмеиваясь, Верн наблюдал, как ведьмы громят сокровищницу и тщательно выстроенные рядочки ценностей превращаются в кучу всякого хлама, перепутанного, перемешанного и разбросанного.

– Все! – торжествующе вскинула кулак Алексис. – Все восемь ключей есть! Быстро, открываем сундук.

И ровно в ту минуту, когда девушки уже устремились было к заветному сундуку, двери золотого зала с грохотом распахнулись и в сокровищницу ворвался разъяренный голубовато-сиреневый ураган.

– Вы что… что… – Доменико, открыв рот, растерянно взирал на развернувшуюся картину. – Я ведь… наводил порядок здесь годами! Монетка к монетке! Камушек к камушку! Все было идеально, вы что натворили?!

Повисла звенящая тишина.

– И-и-испытание, – начала шмыгать носом Валина.

– Какое испытание?! Как вы вообще сюда попали?

Ведьмы начали переглядываться, а Верн скрестил пальцы. Только бы Доменико его не сдал!

– Так уборщик нас сюда отправил, – сказала Топазик.

– Какой еще уборщик?

– Нагос. Пришел утром, сказал, что у вас выходной, и привел нас сюда. Вот, мы должны были найти ключи и открыть сундук.

– И мы нашли! – подтвердила Фелисия.

– И почти открыли сундук! – кивнула Алексис.

– Но вы нам помешали, теперь время вышло, и нас всех выгонят с отбора. Ну, спасибо! – Тиффани надулась.

Остальные ведьмы, чуть подумав, сделали то же самое, даже отвернулись от бедного Доменико. Друг был растерян и обескуражен, при взгляде на бардак в сокровищнице он то бледнел, то шел красными пятнами.

– Девушки, девушки! Никого не выгонят, то есть… кхм… давайте я дам вам еще пять минут – и вы откроете сундук.

Ведьмы угрюмо молчали, а Верн все веселился. Да они из Доменико веревки вьют!

– Ну, девушки… ну хватит, давайте заканчивать свое испытание – и вечером я организую танцы! С мороженым.

Молчание стало немного менее напряженным.

– И шампанским, – последний бастион пал.

– Ну ладно. – Фелисия вздернула носик.

– Так и быть.

– Но только с шампанским! – добавила Алексис.

Доменико махнул рукой. Выглядел он при этом как мокрый побитый енот. Ведьмы копошились у сундука, засовывая ключи в скважины. Верн не без удовольствия любовался стройными ножками и разноцветными точеными фигурками.

Наконец сундук щелкнул, и конкурсанткам открылось его содержимое. Пожалуй, после реакции помощника это был самый долгожданный момент для Верна. Он очень старался.

– Ой, девочки, это нам!

Алексис быстро извлекла восемь шкатулок, каждую из которых венчали камни. Ведьмы без труда разобрались, какая шкатулка для кого, уже выучили свои.

– Ой, у меня колечко, я что, стану женой дракона?! – воскликнула Кристина.

– Дура, у всех по кольцу, – скривилась Силана.

Верн едва не скривился вслед за ней. Его взгляд против воли возвращался к Топазику. То, как она реагировала на подарки, можно было объявить особым видом искусства. Замирала, будто не веря, что драгоценность преподнесли ей, а потом лицо ее светлело. Причем было совершенно неважно, что она получала, вкусное пирожное или брошку. Где-то на свете определенно был подарок, который заставит ее сердечко трепетать. И однажды Верн его найдет.

– Здесь письмо! – сказала Алексис. – Наверное, результаты испытания. Ого… девчонки, оно подписано Виверном.

– Читай! – тут же потребовала Силана.

Она явно едва сдерживалась, чтобы не отнять письмо, так ей не терпелось. Соблазн выгнать ее был огромен, но выбор Верна в итоге остановился на другой.

– Дорогие участницы! Позади у вас три испытания. Теперь я знаю, кто из вас будет лучшей матерью, а кто сделает для нас идеальный романтический сад. Ну а сегодня я узнал, насколько вы готовы к трудностям и испытаниям, насколько умеете работать в команде и поддерживаете товарищей. Я неспроста разделил вас на две части. Это была проверка. Семья – маленькая команда, а в команде нужно уметь играть. Достоин уважения тот, кто без страха остается во тьме, чтобы его близкие продолжали путь. Достоин уважения и тот, кто стоит на своем, невзирая на осуждение. И лишь та, что предала, забыла о дружбе и симпатиях, смалодушничала перед лицом первого же серьезного испытания, выбывает с отбора. Я думаю, вы и сами знаете, кто сегодня покинет мой замок.

Я, Виверн, благодарю вас всех за внимание к моему скромному замку и отбору. Увидимся на новых испытаниях!

– Что-то я не поняла, кто выбывает, – нахмурилась Анна.

– Сабина. – Алексис пожала плечами.

– Почему это я?! – Сабина взвилась на ноги.

– А кто помогал Тиффани, а сегодня переметнулся на сторону Силаны?

– Там же написано, что… я… но… это несправедливо!

Ведьма зашмыгала носом, и Верн развеял иллюзию. Остальное сделает Доменико.

Странные все же существа эти ведьмы. Замуж за ящерицу не хочет никто, даже поначалу сговорились, чтобы сообща привести к победе ту, кого не жалко. Но едва увидели драгоценности, как тут же должность жены дракона перестала казаться ужасной.

Если бы Верна не пугала гипотетическая готовность восьмерых девиц высиживать несуществующие яйца, он бы этому даже обрадовался.

– Верн! Ве-е-е-ерн!

Дракон удовлетворенно хихикнул и оторвался от раздумий. Судя по воплям, Доменико уже понял, что учиненный ведьмами беспорядок суть месть за прошлое испытание. А так ему и надо, нечего было писать всякие непотребства цветами на поле. А если бы мимо кто-нибудь пролетел? Хорошие бы слухи пошли!

Верн всегда наплевательски относился к сокровищнице. Ну, есть и есть, чего над ней трястись? У владельца самого большого ювелирного дома не может не быть сокровищницы, куда-то же надо девать непроданные драгоценности из салонов, старые выставочные образцы, да и деньги, на худой конец, тоже требуют места. Вот только он никак не мог понять, зачем тратить время и силы на поддержание порядка на складе, пусть и очень дорогом. Пара защитных заклинаний, чтобы отбить охоту у нечистых на руку слуг соваться в хозяйское добро, и все.

Доменико считал совершенно иначе. Порой Верн пугался страсти друга к порядку. Доменико вылизывал сокровищницу от и до, трясся над каждой шкатулочкой в ней. У него даже монеты лежали там стопочками по номиналу! С самого детства он проводил время, наводя там порядок и сам от себя приходя в восторг. Стоило Верну хоть что-нибудь там разбросать, особенно во времена, когда он еще не был мэром и частенько пребывал в творческом поиске, Доменико выходил из себя.

Вот и получил.

– Ты… ты…

Друг ворвался в кабинет, но с ходу вывалить претензии не сумел: задыхался от бега по лестнице.

– Да ты…

– Я, – усмехнулся дракон. – Око за око, хвост за хвост.

– Зуб. Там был зуб.

– Да какая разница, хвосты-то у нас тоже есть.

– Вот женишься на одной из этих вредительниц, рога получишь! Ведьмы на тебя плохо влияют, сам ведьмой становишься. Хочешь, подарю тебе розовенькую шляпку и настругаю метлу из гремучника?

– Бесишься, – удовлетворенно хмыкнул Верн. – А зачем гадости на поле писал?

– А-а-а, так поэтому на дверях в сокровищнице несмываемым мелом написано «Сам дурак»?

– А что? Мне не мешает, а тебе приятно.

– Отомщу, – пригрозил Доменико.

– Позволь тебе напомнить, друг мой, что ты первый начал эту войну.

– Да они там все перевернули! Все монеты рассыпали! В сундуках покопались! Да они… они по древнеэпийской цепи наложницы на второй этаж карабкались! Диадемой принцессы Сесилии дверь подпирали!

– Вот и приберешься. Тебе же нравится там копаться.