Бракованная Резник Юлия
Чего он на самом деле хотел – так это, наконец, ее трахнуть. Но Вета, конечно же, ничего матери не сказала. Как не стала этого делать и тогда, когда, проснувшись однажды посреди ночи, застала Кирилла Станиславовича в своей спальне. Дрожа от ужаса, она велела ему убираться. А утром собрала манатки и, ничего никому не объясняя из-за ужасающего чувства стыда, вернулась в родной город, где у нее не осталось ни-че-го. Лишь квартира, доставшаяся в наследство от бабушки. Все остальное конфисковали, когда отцу вынесли приговор. На средства от сдачи этой самой квартиры она и жила. А потом, чтобы выбраться из нищеты, которая очень быстро ее сломала, вышла замуж за Сивакова. Сам-то он из себя тогда ничего толком не представлял, но родители у него были богатые. Иногда Вета задавалась вопросом, знал ли Митька, почему она в конечном итоге сказала ему заветное «да»? И не по этой ли причине ничего у них с ним не вышло?
Нет-нет, она не снимала с себя ответственности за их неудавшийся брак.
Вета выключила кран. Обмоталась полотенцем, толкнула дверь и едва не зашибла ею стоящего в коридоре Когана! Не сразу его узнав, Сандалова громко завизжала.
– Твою мать! Какого черта? Это я!
– Как ты сюда попал?!
– Та-а-ак. Ты, что же, вообще ни черта не помнишь?
Вета впилась пальцами в полотенце, опасаясь, что то спадет. Мысли хаотично метались в ее голове. Что… она… должна, мать его, помнить?
Так, мать ушла. Точно! А потом пришел Коган. Они говорили… О чем-то. Вета никак не могла припомнить деталей. Чем больше она напрягала мозги, тем сильней болела голова. Толку – ноль, одни лишь страдания.
– Ты, что ты… Ночевал у меня, да? – в панике Вета обогнула Когана по дуге. Влетела в комнату и осмотрелась. Если так, то спали они в одной кровати! Потому что больше здесь лечь было негде. Судорожно сглотнув, Виолетта отбросила одеяло.
– Что ты пытаешься обнаружить? – поинтересовался Там, сложив на груди руки.
Ветка смерила его злым взглядом. Хотя, надо заметить, в вопросе Когана имелся некий резон. Потому как не девственную же кровь, ей богу, она хотела там разглядеть. А впрочем, если бы они с Коганом занялись сексом, об этом могли свидетельствовать и другие улики. Например, сбившиеся в ком простыни.
– Мы же не спали?
– А если и так? Что тебя смущает?
– Ты спятил?!
– Почему сразу спятил? Ввиду последних новостей, знаешь ли, это вполне резонный вопрос.
– Каких таких новостей?
– Ну, ты же собралась переспать с первым встречным. Почему бы не переспать со мной? Я, по крайней мере, прохожу регулярные медосмотры.
Вета судорожно сглотнула. Осела на разворошенную постель – ноги ее совсем не держали. Зачем-то сняла с головы тюрбан. Мокрые волосы упали на плечи, заставляя ее поежиться.
– Почему ты решил, что я готова переспать с первым встречным? – спросила она, мысленно пробираясь через дебри сознания.
– Ты сама это мне сказала. Кстати, я ходил за едой. У тебя в холодильнике мышь повесилась.
– Я последние дни жила в клинике, – отмахнулась Вета и, не в силах отказать себе в этом удовольствии, язвительно добавила: – Из-за кое-кого мне пришлось пахать от зари до зари. С небольшим перерывом на сон.
– Ну, прости. Я думал, ты хочешь поскорее избавиться от своей проблемы.
– Это правда. Так что, ты говоришь, я тебе сказала?
Понимая, что не может продолжать беседовать с ним полуголая, Вета схватила брошенный на тумбочке халат и, отвернувшись к окну, надела тот, прежде чем снять отсыревшее полотенце.
– Что собираешься родить от первого встречного.
Она закашлялась, подавившись собственной же слюной.
– Хм. Похоже, я здорово перебрала, если и впрямь озвучила подобную чушь.
– Что у пьяного на языке, то у трезвого на уме.
– Никогда не понимала этой пословицы.
Тут Ветка нагло врала. Ведь будь так, она бы ни за что не окрысилась на Сивакова за то его пьяное «бракованная».
– Так я приготовлю поесть?
На крохотную барную стойку легла упаковка бекона, лоток яиц и пакет со свежими овощами и зеленью. После нескольких дней конфетной диеты у нее при взгляде на это буквально слюнки текли. Да и Там, хозяйничающий на ее кухне, тоже был зрелищем весьма занятным.
– Сковорода в нижнем ящике. Я пока выпью таблетку.
Вета с трудом протиснулась в узкую щель между холодильником и Коганом. Открыла дверь, чувствую за спиной жар его сухопарого тела.
– Голова болит?
– Чудовищно. Так ты расскажешь мне, как здесь оказался?
– А ты?
Вета выудила из аптечки упаковку обезболивающего. Повернулась, чтобы налить воды, но ее уже опередил Там. Вета уставилась на протянутый ей стакан. Отметила, что руки у Тамерлана красивые. Смуглые, с длинными пальцами и ухоженными ногтями, казавшимися слишком белыми на фоне кожи. Подняла взгляд и утонула в темных омутах его глаз.
– Что я?
– Как ты оказалась в затрапезной коробке за чертой города?
Вопрос Когана был вполне закономерным. Именно поэтому Вета не звала к себе в гости друзей. Те привыкли думать о ней, как о девочке, которая живет в шикарном белокаменном замке с видом на море. И ей, если честно, не хотелось ломать эти представления. Вета давним-давно усвоила, что ты остаешься королевой ровно до тех пор, пока другие тебя ей считают.
– Путем нескольких сделок купли-продажи.
– А если серьезно?
– А если серьезно, я все продала, чтобы вложиться в клинику, – отрезала Вета без всякого расчета на то, что ей поверят. – Ты любишь яичницу с помидорами вроде?
– Да…
Голос Когана звучал так непривычно мягко, так ласково, что Виолетта даже обернулась, чтобы посмотреть, уж не почудилось ли?
– Что-то не так?
– Угу. Я вдруг понял, какой идиот.
Теперь его голос звучал привычно насмешливо. Но эта насмешка больше не относилась на ее счет. Чего не скажешь о его пробирающем до трясучки взгляде. Ну, и чего он, спрашивается, пытается в ней разглядеть? Узоров на ней нет совершенно точно.
– Самокритично, – пробормотала Ветка и включила, наконец, конфорку.
– На сколько процентов эта клиника – твоя?
– На сто. Если я когда-нибудь расплачусь с кредитами.
– И когда, согласно твоим прогнозам, наступит это когда-нибудь? – иронично поинтересовался Коган. После бросил на сковородку бекон и принялся рубить помидоры. А Вета, почему-то польщенная, тихо заметила:
– Года через три. Если Быков не свернет проект. А если свернет…
Не договорив, Вета пожала плечами. Вздохнула и вжала пальцы в дешевую пластиковую столешницу.
– Не свернет. Он не дурак.
Будто желая утешить, Коган взял Вету за руку. Их взгляды снова встретились. Тут ее и прошибло!
– Если тебе все равно, от кого рожать, как насчет моей кандидатуры?
Нет… Ну, нет. Он не мог этого сказать! Наверное, к ней пришла белочка в ростовом костюме Когана. Вета облизала пересохшие в один момент губы. Отвела взгляд и снова вернулась, судорожно прикидывая в уме, какие у нее шансы на то, что он и впрямь озвучил это дикое предложение. И почему оно, да-да, какого-то хрена, ее так взволновало?
– К-кажется, бекон горит.
– Ух ты ж черт. Надеюсь, ты любишь позажаристей.
Он не мог хотеть от нее ребенка. Тогда почему он здесь? Да по целому раду причин! Может, он просто хотел ей помочь по-дружески.
– Там…
– М-м-м?
– У нас ведь ничего не было, правда?
– Господи, за кого ты меня принимаешь? Я не трахаюсь с трупами.
Щеки Веты потемнели от прилившего к ним румянца. Он был слишком жестким. Но она, вероятно, заслужила такое обращение.
– Это не может не радовать.
– Вот именно. Уж поверь, когда до этого дойдет, ты не забудешь ни одной чертовой секунды.
И снова Ветка зависла. На этот раз конкретно так. На несколько десятков секунд. Так не придумав, что ему ответить, принялась вбивать яйца в сковородку. Процесс усложнялся тем, что у нее отчего-то очень сильно дрожали руки. Тамерлан выругался, оттеснил ее от плиты и взялся за дело сам.
Вероятно, ей стоило ответить ему что-то вроде «и не мечтай». А потом задрать нос, наглядно демонстрируя, что у такого, как Коган, нет ни одного шанса очутиться с ней в одной постели. Но… Во-первых, они давно сравнялись. И в статусе, и в опыте, и во всем остальном дерьме, которое раньше для нее имело значение. А во-вторых, он уже успел побывать в ее постели. И это вовсе не было отвратительно. Пусть даже до секса у них так и не дошло. Правда в том, что Иннокентий Коган был весьма симпатичным мужчиной. Она, будучи зрячей, это понимала.
И что выходило в сухом остатке? Мужчина, который ей, в общем-то, был симпатичен, мужчина, которого Вета знала всю свою жизнь, в чьей порядочности и адекватности не сомневалась, предлагал стать отцом ее долгожданного первенца! Очевидно, в этом месте нужно было все-таки уточнить, ничего ли она не перепутала спьяну? Да только Вета не совсем понимала, как это сделать. Как не выставить себя полной дурой, если вдруг окажется, что она не так его поняла? Нет-нет, пусть уж оно как-то само прояснится.
Яичница очень быстро дошла. Вета достала тарелки, с трудом втиснула обе на стойке. И проходя мимо Когана, еще раз тайком вдохнула его аромат. Удивительно. Но он ей тоже понравился. Почему она только сейчас обратила на него внимание, как на мужчину? По всему выходит, что виной тому ситуация, в которой она оказалась. Ситуация, где она – вроде как жертва, а он – спаситель. И ее единственная надежда. Придя к таким выводам, Вета несколько успокоилась. Все ж гораздо легче жить, когда понимаешь, что тобой движет. Чего она не могла понять – так это мотивов Когана. Да, когда-то он был в нее влюблен. Но с тех пор прошли долгие годы. Если он хотел ребенка, то мог бы выбрать более удачную кандидатуру. Ту, что смогла бы его родить наверняка. Скорее Тамерлан просто хотел с ней переспать, закрыв тем самым какие-то свои гештальты. Оставалось понять, как далеко он готов зайти на этом пути.
Глава 11
То утро с Коганом было очень странным. Они кружили вокруг друг друга, как пара собак. Принюхиваясь. Пытаясь понять, кем же на самом деле был тот, что казался давно знакомым. Не то чтобы Коган совсем так уж изменился. Изменилось то, как он на нее смотрел. Совершенно по-новому. Как будто с его глаз спала плотная пелена. Из предрассудков по отношению к Вете, из ошибочных выводов и суждений. Так, словно он готов был, он в самом деле хотел узнать, что же под ними спрятано. И наверняка, в конечном счете, что-то да понимал.
Под взглядом его черных дьявольски красивых глаз Виолетта притихла. Куда-то делась до этого жившая в ней потребность пускать пыль в глаза. Играть роль избалованной вредной принцессы, потому что именно такого поведения от нее ждали. Стремление во что бы то ни стало соответствовать чьим-то ожиданиям. Из абсолютно детской и неправильной позиции – ну, раз вы такого обо мне мнения, то получайте!
Ей даже чисто внешне не за что было спрятаться. Макияж – и тот был смыт. Там впервые за долгое время увидел ее не накрашенной. В залитой как назло ярким утренним светом комнате. Разглядел ее лицо со всеми несовершенствами, которые она так старательно прятала. И с которыми с энтузиазмом боролась.
Вета сидела в крохотной кухоньке, на окраине города, принцессой которого ее когда-то давно нарекли, в растянутой древней майке, успевшими подсохнуть волосами, и никогда еще не чувствовала себя так беззащитно. И так легко в то же время. Может, потому что Коган, в противовес всем ее страхам, не стал над ней смеяться. В его черных глазах можно было рассмотреть все, что угодно – удивление, досаду, нежность, злость, недоверие… Все, но не смех.
А вот разговор не клеился. Начавшийся с его обвинений и её предсказуемой агрессивной реакции на них, постепенно он вообще сошел на нет. Видно, Тамерлан понял, что не с того начал. И теперь никак не мог выстроить диалог заново. Вета же, со своей стороны, банально боялась заговорить первой. В этом утреннем свете она казалась себе прозрачной, как ваза. И уязвимой, как старинное венецианское стекло из которого она была сделана.
Так что когда Коган все же засобирался домой, Вета выдохнула с облегчением. Ей потребовался еще, по крайней мере, час, чтобы вернуть себе рабочий настрой. И еще несколько часов, чтобы убедиться – ее бизнес балансирует действительно на грани. По факту она даже пока не вышла в ноль. Да, Вета справлялась с кредитами и выплатами зарплат, но любой сбой в плане – вроде того же больничного, мог столкнуть ее с этой грани в пропасть.
Это была невеселая ночь. Ближе к утру, отчаявшись уснуть, Вета еще раз пересмотрела вещи, которые планировала взять с собой в больницу. А потом долго-долго сидела за той же стойкой, где несколько часов назад она пререкалась с Коганом, и грела руки о чашку с чаем.
О том, что ей не на чем ехать (ведь свою машину она благополучно бросила на стоянке ресторана), Вета вспомнила не сразу. Вызвала такси. Опасаясь, что опоздает к назначенному времени, выскочила из квартиры еще до приезда машины, спустилась во двор и от нетерпения принялась бесцельно слоняться туда-сюда. Смешно, но свой Гетц, припаркованный у самого ее носа, Вета не узнала. Несколько раз прошла мимо, прежде чем в голове что-то щелкнуло. Она посмотрела на номер. Ну, да. Все верно!
Уж неясно, спал ли с ней Коган, или всю ночь мотался туда-сюда, но факт, что называется, налицо. Он пригнал ее машину. Почему он? Да потому что больше это сделать было попросту некому. Ну, не мать же о ней позаботилась…
А где же тогда ключи?
Дрожащими руками Вета постучала по карманам куртки. Открыла сумочку и обнаружила их в том же карманчике, где они лежали всегда. Когда Там успел их вернуть? И почему он так утруждался? Вета забралась в остывший салон. Проверила на всякий случай уровень топлива. А следом опустила голову на руль и зарыдала в голос.
Он не только пригнал ее машину. Он ее еще и заправил.
Сквозь звуки всхлипов прорвался сигнал телефона. Вета ответила.
– Девушка! Такси заказывали? Время ожидания закончилось.
– Извините, я забыла отменить вызов.
– Забыла она! Я сюда ехал, знаешь откуда?
Вета шмыгнула носом. Ну, вот. После сказки, добро пожаловать в реальность.
– Так спишите деньги с моей карты! – рявкнула она и отбила вызов. Вета тоже могла быть стервой. Годы практики не прошли даром. Но что-то ей подсказывало, что конкретно эта модель поведения с нынешней ночи утратила всю свою актуальность.
Вытерев сопли, Виолетта медленно покатила к больнице. Погода была отвратительной, но она не верила в знаки. Жизнь научила ее тому, что нужно верить в себя. И, может быть, в некоторых людей. В той или иной степени. Например, доктору Когану. Раз он пообещал ей помочь – значит, так и будет. Как бы самонадеянно это ни звучало из его уст.
В регистратуре, несмотря на только-только начавшийся рабочий день, было довольно-таки многолюдно. Вета в растерянности осмотрелась. Они с Тамом обсудили, кажется, все, кроме того, как встретятся. Часы показывали восемь десять, когда она, так и не придумав, что делать дальше, набрала его номер. А он не ответил.
Сбитая с толку, Виолетта отошла вглубь коридора. Паниковать, конечно, не следовало. Тамерлан мог быть на обходе, на летучке у главврача или, банально, в туалете. Чтобы отвлечься, Вета стала крутить головой по сторонам. Взгляд тут же запнулся о вышедшую в коридор женщину.
– Дуня! – крикнула Вета и только потом задалась вопросом, откуда в принципе взялся этот порыв. Дуня обернулась и, вытянув шею, осмотрелась по сторонам. Заметив Вету, явно удивилась, но, очень быстро справившись с собой, пошла к ней.
– Привет. А ты здесь какими судьбами? – вроде бы даже искренне улыбнулась она.
– Да вот. Пришла сдаваться. – Вета показала на стоящую у ног сумку. Дуня несколько недоуменно на нее посмотрела. – Я на операцию ложусь. – Глаза Дуни округлились. – Ничего серьезного, – тут же добавила Вета, замахав руками у той перед носом. – А ты как здесь? Я думала, вы с Семеном еще в Берлине.
– О, нет. Мы вернулись ночным рейсом. Отоспались немного, а потом сразу сюда.
– Что-то случилось?
– Ага. Краснов, наконец, станет папой. – Дуня закатила глаза. Вета попыталась выдавить из себя улыбку. И искренне порадоваться. За своего первого мужчину. За его новую женщину. Которую так ненавидела в школе. Потому что она давно уже не та эгоистичная девчонка. Но… Проблема в том, что быть завистливой эгоисткой – легко. А вот чтобы стать хорошим человеком, над собой нужно хорошенько поработать. Может, она не достигла нужного уровня дзена.
– Мне тебя уже жалко.
– Угу. Представь, он притащил меня сюда еще до открытия. Заставил пройти все, какие можно, осмотры. Понятия, не имею, как остановить это сумасшествие. Кстати, Там – отличный врач.
– Так это ты у него была?
– Ну, да. А теперь с ним остался Семён. Я больше не смогла выносить его допрос и позорно ретировалась с поля боя. Доктор Коган разбирается сам.
– Теперь я понимаю, почему он не отвечает на мои звонки.
– Ты тоже к нему? К нему… на операцию?
– Угу. – Вета стиснула лежащие на коленях руки в кулаки.
– Одна? – осторожно уточнила Дуня. Что на это было сказать? Что не всем везет так, как ей? Неплохой ответ, как для стервы. Да только Вета решила перестать прятаться за этой маской. Поэтому она просто неопределенно пожала плечами.
– Это не слишком сложная операция.
– Может быть, мы могли бы тебе чем-то помочь?
– Если только оттащить Сёму от моего лечащего врача. Мне бы хотелось уже какой-то определённости.
– Конечно. Пойдем! Тебе нужно было сказать мне раньше.
– Да ладно. Приятно же было поболтать.
– Это точно, – искренне улыбнулась Дуня и ободряюще сжала ее руку чуть повыше локтя. Когда-то давно Вета недоумевала, как Краснов мог променять ее на это маленькое рыжее пугало. Потом не могла понять, как ей удалось так сильно запасть ему в душу, что он, считай, пятнадцать лет её ждал. А теперь она уже ничему не удивлялась. Оказалось, если отложить в сторону маски, видишь гораздо яснее.
– А вот, кажется, и твой спятивший муж.
Дуня обернулась. Вета почувствовала момент, когда Семен, сканирующий взглядом пространство, увидел свою любовь. Потому что даже до нее докатились волны его сумасшедшей энергии. Он шел к ним стремительной походкой знающего себе цену человека. А у Виолетты щемило сердце при взгляде на него такого. Влюбленного давно уже не в нее.
– Ты уже здесь.
Вета встрепенулась. Когана-то она и не заметила. Он шел чуть в стороне. Ниже Семена, худее, в красивой медицинской робе, на которой Там явно не экономил, он каким-то странным образом умудрялся выглядеть не менее внушительно, чем Краснов.
– Вроде было сказано, чтобы я подъезжала к открытию.
Там отрывисто кивнул. Смерил Вету злым взглядом. Точно так же, как от Краснова фонило уверенностью и любовью, Там фонил плохо скрываемым недовольством.
– Точно.
– Я опять сделала что-то не так?
Две головы – рыжая и темноволосая, повернулись в их сторону. Вета пожалела, что не успела приглушить громкость. Еще не хватало, чтобы посторонние видели, как они собачатся. Хотя, конечно, Дуня с Семеном наблюдали что-то подобное много раз, да только раньше ее это не смущало.
– Все так. Это твои вещи?
– Ага.
– Не могла позвать меня? Я бы помог.
– Во-первых, я пока еще не инвалид. А во-вторых, я тебе звонила. – Вета сощурилась. – Только ты не ответил.
Тамерлан выругался. Похлопал себя по карманам.
– Наверное, забыл включить звук.
– Наверное.
Не давая их перепалке набрать оборотов, в дело вмешался Семен.
– Скажи, Иннокентий Сергеевич, а…
– Дуня! Уйми своего мужа. Сём, я тебе все сказал и показал даже. Твоя дотошность, признаться, не только бесит. Но и как будто ставит под сомнение мой профессионализм.
– Э-э-э, правда? – почесал в затылке Краснов. – Я не хотел ничего такого.
– Вот и отлично. Дуня, забирай своего паникера. Жду тебя на приеме через две недели.
– Как две недели?! – снова взвился Семен.
– Вот так! Твоя девушка беременна, а не больна.
– Девушка? – Краснов оторопело взглянул на Дуню, которая стояла и только что не помирала со смеху. – Девушка. Хм… Ну, думаю, это надо исправить.
– Даже не мечтай. Протокол ведения беременности никто не станет менять даже ради тебя.
– Я вообще-то о другом.
– О чем же?
– Нужно жениться.
– Так бог в помощь! Этим и займись с ближайшие две недели, а от меня отстань. Пойдем, Вет, от этого сумасшедшего. У меня и так уже весь прием пошел по одному месту.
– Спасибо, доктор! – оттесняя Виолетту, Дуня встала на цыпочки и крепко-крепко обняла Тамерлана: – Большое спасибо за все.
Коган совершенно особенным образом улыбнулся. Вета видела много его улыбок, но эта, очевидно, была припасена, для пациенток. Будущих счастливых мамаш. К числу которых она так хотела присоединиться. А еще (вот только этого ей и не хватало!) Виолетте очень хотелось разделить этот момент с тем, кто смотрел бы на нее так, как Краснов смотрел на свою Дуню.
Закусив щеку, она глядела вслед шагающей от них прочь парочке.
– Ты что, не понимаешь? Это же просто неприлично!
– Что именно?
– Так пялиться на чужого мужика. Ты что, все не оставишь ту давнюю историю в прошлом?
– А ты все не перестанешь меня к нему ревновать? – огрызнулась Вета и осеклась в ужасе. Там открыл рот, явно, тоже чтобы сказать что-то нелицеприятное. А потом они в один голос выпалили:
– Извини! – столкнулись взглядами, робко улыбнулись.
– За Дуню можешь не переживать. Мне ее муж не нужен. Просто… приятно смотреть на счастливых людей.
– Ага. Точно.
– Так ты, наконец, оформишь меня, или как?
Глава 12
– Светлана Савельевна, ну, что есть что-нибудь по Сандаловой? – поинтересовался Коган, забегая в сестринскую. Смена в понедельник выдалась просто кошмарной. Почему-то в его профессии всегда было так – то густо, то пусто. Вот и сегодняшний день побил все рекорды рождаемости. Четыре мальчика, пять девочек, а между ними – двойняшки. Тамерлан мотался между родильными залами, вывалив язык на плечо, и всё никак не мог позволить себе небольшой перерыв, чтобы посмотреть, как устроилась Вета.
– Да, Иннокентий Сергеевич, как раз хотела вам звонить. Вот результаты, принесли из лаборатории.
Красивая брюнетка, операционная сестра Тама, улыбнулась и игриво провела пальцем вверх по его руке. Коган в ответ и бровью не повёл. Он уже сто раз пожалел о том, что однажды закрутил с ней интрижку, хотя поначалу в ней ему виделись одни только преимущества. Сами посудите: чтобы выпустить пар, Тамерлану достаточно было закрыть на защёлку дверь своего кабинета, приспустить штаны, поднять халат медсестрички – и взгреть ту как следует. Ну ведь мечта же! Никаких тебе свиданий, «Тиндера», поиска, а главное – пустой траты времени на ухаживания. К тому же, достаточно долгое время Светлана радовала его своей покладистостью. Не донимала звонками, когда он пропадал, не закатывала сцен ревности. Старше его на семь лет, она, как Там ошибочно полагал, отдавала себе отчёт, что у них не может быть совместного будущего. Так, только секс без обязательств к взаимному удовольствию. Но он ошибся.
– Так, ну неплохо… Неплохо. Значит, операция пройдёт по графику. Пойду обрадую пациентку.
– Очередная твоя подружка?
Тамерлан равнодушно пожал плечами. Он не собирался вдаваться в детали.
– Что-то вроде того. Кстати, Светлана Савельевна…
– Да?
– Я же вас предупреждал по поводу Марочкиной? Прекратите её третировать.
– Она влезла в наши отношения, Кеша!
– У нас не было отношений. Нет их и с ней. Мы просто потрахивались. Иногда.
Закусив бледно-розовую губу, Светлана дерганым, ломанным каким-то движением стряхнула с лица темные волосы.
– Ох и кобель ты, Коган.
– Кто ж спорит? Но я тебе ничего не обещал, правда? Так что прекрати заниматься хернёй. Нам ещё вместе работать. И да, оставь Светку в покое. Молоденькая она совсем, тебе её самой не жалко?
– Больно она мне нужна. Кстати, тебе не кажется странным, что обе твои любовницы – Светы?
– Банальное совпадение.
– Но ведь забавно. Получается, ты перемещаешься с того света на эту Свету!
– Не получается. Теперь у меня другой маршрут. Всё, Свет, и правда, давай завязывать. Не о чем тут говорить.
К счастью для Когана, той хватило ума не лезть на рожон. Нет, что ей не по себе, конечно, было видно невооружённым глазом. Но Свете удалось с собою справиться. Все ж не зря он был о ней самого высокого мнения. У неё действительно была железная выдержка. И чувство собственного достоинства присуствовало.
Их разговор прервало лёгкое покашливание.
– Кхе-кхе.
Коган обернулся к стоящей в дверях сестринской Виолетте.
– Вета? – удивился он. – Ты чего не у себя?
В белом домашнем костюме в голубой рубчик и тапочках, она выглядела… злой, если не сказать больше.
– Хотела узнать, всё ли в порядке с анализами.
Там пожевал губу, задаваясь вопросом, как много она успела услышать? И не потому ли теперь Ветка так зла, что его ревнует? Глупое, глупое предположение, от которого, впрочем, один чёрт что-то с силой в груди сжималось.
– Я как раз за ними зашёл. Пойдем… – Там слегка приобнял Вету, кивком указывая на дверь.
– Всё хорошо? Наши планы в силе?
– Смотря о каких планах речь.
– Об операции, конечно же. Анализы в норме?
– Да. Вполне.
– Это хорошо.
Хорошо-то хорошо, но голос Веты слегка дрожал, с головой выдавая, что держалась она далеко не так хорошо, как ей хотелось, чтобы это казалось. А Там не знал, как развеять её страхи, кроме как сказать: «всё будет хорошо». Но это было так чертовски банально.
Там с Ветой вышли в коридор, по которому туда-сюда сновали люди. Внимание Тамерлана привлекла крадущаяся по стеночке роженица. Он осматривал её несколько часов назад – было ясно, что та, наконец, зарожала, хотя срок ставили ещё две недели назад. Ну, и чего она бродит, спрашивается, так далеко от палаты? Из-за стояки дежурной медсестры, ненавязчиво намекая на то, что не его одного заботит этот вопрос, выскочила его лучшая акушерка, Зина Петровна.
– Сергеенко, ты после клизмы в туалете была?!
– Нет, Зина Петровна. Я вот как раз бегу. Здрасьте, доктор.
Это было так смешно, что даже Вета усмехнулась в ладошку. А Там и вовсе захохотал, не сдерживаясь, во всю глотку. Одна только девица, которой, очевидно, из-за боли было совсем не до смеха, скупо улыбнулась и по стеночке «побежала» дальше.
– По какому поводу веселье? – возле Тамерлана остановился мужчина. Высокий и тощий, тоже в медицинской робе. Только если у Тамерлана она кофейная, то у его коллеги более традиционного цвета – тёмно-зелёного.
– Да так, Сергеенко сдаёт кросс по бегу. – Там кивнул в спину «убегающей» пациентки. – Кстати, Илья, ты мне нужен. Не занят?
– Это, конечно, как сказать.
– Пойдём. Тут на две минуты нужна твоя консультация.
Консультация анестезиолога перед операцией – стандартная процедура. Но Тамерлана беспокоила даже эта, казалось бы, малость. Он был до того дотошен, что Илья под конец не выдержал и закатил глаза от досады. Ладно. Может, Там, конечно, перегибал. Но какой нормальный мужчина, не перегибал бы, будь на его месте? Коган вздохнул, отгоняя от себя суеверный страх. Он делал эту операцию сотни раз. Не подкачает и теперь. На это и нужно было настраиваться. Стоило Тамерлану так для себя решить, как в палату Виолетты заглянула Зина Петровна.
– Иннокентий Сергеевич, там роженица Самойлова требует невозможного! Пойдите с ней разберитесь, Христом богом прошу.
– А что требует-то?
Читать бесплатно другие книги:
