Пламя Дуглас Пенелопа

Глава 16

Джаред

Мы с Джексом и девочками нырнули в лифт. Я с такой силой сжимал свой мобильник в кулаке, что тот мог вот-вот треснуть.

После эсэмэски Мэдока Тэйт вернулась домой с моей сумкой. Попросив ее завести машину, я быстро оделся. Джекс и Джульетта сразу помчались в больницу, а мы заехали к Мэдоку за Пашей. Моя ассистентка довольно активно проводила время на неделе: тусовалась с Джексом на «Петле», ходила в походы с Мэдоком, Фэллон и Лукасом – их подопечным из программы «Старшие братья и сестры», но по какой-то причине мне хотелось, чтобы она тоже присутствовала при этом событии. Поэтому я, отклонившись от курса, заехал за ней, после чего мы отправились в больницу.

По гребаному стечению обстоятельств моя мать проводила выходные в Чикаго с Джейсоном, так как городские подружки уговорили ее посетить какую-то идиотскую детскую выставку, когда ей следовало отдыхать.

Я мчал на всех парах, и в итоге мы догнали моего брата.

В больнице я послал Пашу купить цветы. По-моему, убедиться в том, что мама и сестра в порядке, было важнее, чем лично выбрать ей букет. Паша осталась в магазине подарков, в то время как мы все побежали на третий этаж.

Мои мышцы напряглись в предвкушении, спина покрылась испариной. Не знаю, почему я так нервничал. Это было не беспокойство или дискомфорт, а нешуточное волнение. Я вытер пот, выступивший над верхней губой, о футболку.

Что мне делать с ребенком? Меня не покидали сомнения, что между нами вряд ли возникнет хоть какая-то связь. Разница в возрасте, вероятно, помешает мне найти общий язык с сестрой.

К тому же она девочка. Как я должен вести себя с девочкой?

К счастью, пройдет еще много времени, прежде чем она начнет осознанно общаться с кем-либо.

Но данный факт меня отчасти угнетал. Мэдок и даже Джекс, несомненно, быстро научатся играть с ней, разговаривать, а я никогда не отличался умением развлекать людей, не говоря уже о способности их терпеть.

Но я хотел, чтобы мы сблизились. Просто понятия не имел, каким образом этого добиться.

Мэдок написал, что маму поместили в седьмую палату. Дорога до Чикаго заняла у нас почти час из-за пробок и поисков места на больничной парковке, поэтому сестренка уже появилась на свет. Мэдок и Фэллон, уехавшие раньше нас, тоже были тут.

Я не постучал. Но, ворвавшись в палату, остановился, когда увидел Мэдока, стоявшего у кровати моей матери с младенцем на руках.

– Мне первому удалось ее подержать, – дразнящим тоном сообщил он. – Извините.

Судя по широченной улыбке на его лице, мой друг ни капли не сожалел. Я уставился на туго спеленутый розовый сверток немногим больше багета, который он держал в своих больших руках, и пытался осознать тот факт, что смотрел на свою сестру.

Ее едва можно было разглядеть в ворохе пеленок.

Тэйт стояла сбоку от меня, а я чувствовал на себе мамин взгляд. Обойдя нас, Джекс подошел к Мэдоку.

– Привет, Куинн Карутерс, – произнес он нараспев и осторожно положил руку ей на головку.

Мэдок, уже влюбившийся в нашу сестру, смотрел на нее с благоговением, пока Джекс нависал над ним сбоку. Ему явно не терпелось взять малышку на руки.

Не знаю, почему я чувствовал себя третьим лишним. Я бросил взгляд на маму, терпеливо наблюдавшую за мной.

– Все ее братья, – напомнила она; ее глаза убеждали меня подойти ближе, чтобы лучше рассмотреть ребенка.

Сделав глубокий вдох, я подошел к Мэдоку с другой стороны и опустил взгляд на кроху, которая уже заставила мои колени подкоситься.

– Разве она не идеальна? – спросил Мэдок, вытянув руки перед собой и приподняв ее, чтобы мы все увидели.

И тут внутри меня все оборвалось.

В груди образовалась сотня трещин, в руках начало покалывать, я ощутил практически непреодолимое желание взять сестру на руки.

Она спала; ее блестящие веки скрывали глаза, поэтому я не мог определить их цвет, но вся ее кожа имела красноватый оттенок, свидетельствовавший о том, что сегодня ей пришлось пройти нелегкое испытание.

Пухлые младенческие щечки казались такими мягкими и хрупкими, носик был не больше ногтя на моем мизинце, а между приоткрывшимися губками образовалась щелочка треугольной формы, пока она дышала. Все это… каждая мелочь, похоже, находила отклик в моем сердце. Не удержавшись, я протянул руку и вложил свой палец в ее кулачок.

Как это возможно: быть настолько маленькой?

Тонкие как спички, крохотные пальцы ухватились за меня. В горле образовался ком; я попытался сглотнуть его, только все никак не получалось.

– Мы твои братья, малышка, – проворковал Джекс.

– Ага. – Мэдок хохотнул. – Ты серьезно влипла.

Все засмеялись, пребывая в эйфории после прибавления в семействе, а я как будто падал. Край одеяльца сдвинулся, из-под него показались ее крошечные ступни.

– Господи, она такая маленькая, – выдохнул я изумленно, потом посмотрел на мать. – Мам, я…

Она плакала, слезы катились по ее лицу. Мне моментально стало стыдно, что я не подошел к ней сначала.

– С тобой все в порядке? – спросил, безуспешно пытаясь вырваться из хватки кулачка Куинн.

Улыбнувшись, мама тряхнула головой.

– Я на седьмом небе. Более идеальной картины я бы и представить не могла, – уверила она и снова заплакала, наблюдая за Мэдоком, Джексом и мной. Джейсон, вид у которого был тоже взъерошенный, прижал ее к своей груди.

– Она будет блондинкой, – отметил он, имея в виду свою новорожденную дочь.

– Почему ты так думаешь? – полюбопытствовал Джекс.

– Потому что у нее почти нет волос. Мэдок родился таким же.

Фыркнув, мой друг недовольно посмотрел на своего отца.

Я положил руку на голову Куинн, восхищаясь тем, насколько идеально она уместилась в моей ладони. Почувствовав на себе взгляд Тэйт, поднял взгляд. Девушка смотрела на меня с улыбкой в глазах.

– Хочешь подержать малышку, Джаред? – спросила мама.

– Не думаю, что… – начал я, качая головой.

Но Мэдок вручил мне сестру, даже не дослушав. Подняв руки, я ощутил, как они дрожат, хотя она была практически невесомая.

– Ох, черт. – Я резко выдохнул.

– Следим за выражениями, – едва слышно пробормотала мать.

Мэдок отпустил малышку, медленно положив ее головку на сгиб моего локтя. Меня охватил страх, что я не смогу удержать ее. Еще ни разу в жизни не испытывал подобного чувства.

Я сдвинул брови, изучая каждый миллиметр ее милого личика.

– Она такая крошечная, – произнес себе под нос.

– Вырастет, – сказал Джекс, выглядывая из-за моего плеча.

Не веря, что когда-то был таким же маленьким, я покачал головой.

– Такая беззащитная…

Тэйт наконец-то подошла ко мне и поцеловала Куинн в лоб.

– Девочка, у которой братья вы трое, беззащитной никогда не будет. – Она засмеялась.

Внезапно у меня в груди все перевернулось. Ротик сестры открылся, она зевнула, и, черт побери, я чуть не умер. Ну разве возможно стать еще очаровательней?

Я рассмеялся, чтобы не заплакать.

– У меня такое ощущение, будто сердце разрывается, и я не знаю почему. Какого черта?

– Это любовь, – послышался голос моей матери. – Твое сердце не разрывается. Оно растет.

Тэйт обняла меня за талию и положила голову мне на плечо. Мы вдвоем любовались Куинн.

Нагнувшись, я нежно поцеловал сестру в щечку и вдохнул ее младенческий запах.

Боже, я просто жалок.

– Моя очередь, – выпалил Джекс, встряв между нами.

Я неохотно отдал ее, с осторожностью поддерживая головку. Меня немного пугало нежелание с ней расставаться.

Черт, мне была ненавистна даже мысль об отъезде из Шелберн-Фоллз.

– О боже!

Обернувшись, мы все очнулись от транса, в который нас ввела Куинн, когда Джульетта бросилась к мусорной корзине. Она отвернулась, чтобы скрыть, как ее стошнило.

– Джульетта! – обеспокоенно воскликнул мой брат. Он вернул ребенка маме и вместе с Тэйт поспешил на помощь своей девушке.

– Детка, ты в порядке? – спросил Джекс. Тэйт заправила волосы ей за спину.

– О господи, – простонала Джульетта, содрогаясь от рвотных позывов. – Извините, я не хочу заразить малышку, если что-то подхватила.

– Держи. – Джекс дал ей бумажный платок, чтобы вытереть рот, после чего приобнял для поддержки.

Оттолкнув его, Джульетта избавилась от остатков содержимого своего желудка.

– О нет. – Медсестра, вошедшая в палату, всучила мне кувшин с водой и бросилась к Джульетте.

– Извините, – буркнула девушка, прикрыв рот ладонью. Ее щеки порозовели.

Я поставил кувшин на маленький обеденный столик и налил по стакану воды ей и маме.

– Ничего страшного, – успокоила медсестра. – Пойдемте со мной. – Положив руку Джульетте на спину, женщина направила ее к выходу.

Джекс и Тэйт направились следом, но Джульетта их остановила.

– Нет, останьтесь. Оба, – распорядилась она. – Со мной все будет хорошо. Оставайтесь с Куинн. Встретимся в комнате ожидания.

– Тебе же плохо! – возразил Джекс.

– Останься, – потребовала девушка. – Пожалуйста. А то я буду чувствовать себя виноватой. Я все равно пойду в уборную. Увидимся через минуту.

Брат проводил ее взглядом. Все остальные расселись на диване, смеясь над Мэдоком, принявшимся делать селфи с Куинн.

* * *

– Похоже, поездка отменяется, – сказал я, заметив время на дисплее телефона. Уже перевалило за четыре часа вечера.

К тому моменту, когда мы вышли из палаты, попрощавшись с мамой, Джейсоном и Куинн, впору было ехать домой на гонку Тэйт.

К счастью, погода прояснилась, поэтому Джекс ожидал большую толпу зрителей.

– Не беда. День все равно прошел гораздо лучше, чем планировалось.

Моя рука лежала у нее на плече. Тэйт уткнулась носом мне в шею, обняв за талию. Она взглянула сначала на Джекса, шагавшего рядом, затем опять на меня.

– Ваша сестра – очень везучая девочка. Вам обоим это известно, да?

Мы с братом обменялись взглядами и тихо засмеялись.

– Что такое? – Девушка поочередно смотрела на нас.

Я покачал головой, понимая, что она имела в виду, но…

– Что ж, – начал я, – моя первая мысль: ей нужна другая компания, чтобы не было одиноко.

– Ага, – согласился со мной Джекс. Он поднес ко рту бутылку и отпил из нее.

– Ну, – возразила Тэйт, – вас удивит собственное стремление сделать все, чтобы она никогда не чувствовала себя одинокой.

– Верно подмечено, – добавил я. Она, вероятно, права. Мать попала в точку насчет наших ролей в жизни сестры.

Едва я взял на руки ее хрупкое, беззащитное тельце, как сразу понял, что ради Куинн пойду и в огонь, и в воду.

– Эй, – Джекс подошел к медсестринскому посту, – моей девушке стало плохо. Медсестра увела ее куда-то, и больше я ничего не слышал.

– Джульетта Картер? – тут же уточнила женщина. – Да, она во второй палате.

– Ее поместили в палату? – спросил он озадаченно.

Тэйт бросила на меня встревоженный взгляд.

Кивнув, медсестра указала рукой влево. Я тоже нахмурился, слегка забеспокоившись.

Несмотря на то что со временем Джульетта стала мне довольно дорога, она редко попадала в поле моего зрения. Ее интересы, хобби и самочувствие не являлись приоритетными для меня, поэтому я не особо о ней задумывался. Но должен признать, девушка была без ума от моего брата, всецело ему предана и заботилась о нем. К тому же упорно трудилась, не ожидая получать все даром.

Они заслужили друг друга.

Ринувшись во вторую палату, Джекс распахнул дверь. Вместе с Тэйт я быстро последовал за ним.

– Господи, – выпалил он, переступив порог. – Она в порядке?

Когда мы вошли, увидели Джульетту, мирно спавшую на кровати в той же одежде, в которой она была раньше.

Мой брат подбежал к ней, осматривая ее с головы до ног.

– Какого черта? – прошептал он, повернувшись к медсестре, проследовавшей за нами.

Та остановилась с ошарашенным выражением лица.

– Извините, сэр?

– Что с ней? – спросил я тихо, чтобы не разбудить Джульетту.

Тэйт подошла к Джексу и посмотрела на свою подругу.

– Я только заступила на дежурство, – пояснила медсестра. – Но, насколько мне известно, с ней все в порядке. Персонал просто хотел позволить ей отдохнуть и устранить последствия обезвоживания. – Она окинула нас взглядом. – Очень скоро ей можно будет покинуть больницу. Не беспокойтесь.

– Значит, что-то все же не так? Она моя девушка. – Судя по взволнованному взгляду, Джекс, как и мы, пытался связать факты воедино. Но безуспешно.

– Ничуть, – беззаботно ответила медсестра. – Частая рвота во время первого триместра – довольно обычное явление. С ней все будет хорошо. Просто следите, чтобы она пила как можно больше воды.

У Джекса чуть глаза на лоб не полезли, а у меня дыхание перехватило.

– Три… чего? – выдавил я.

– Джекс, – ахнула Тэйт, переводя взгляд с меня на него. Она улыбнулась, прикрыв рот.

– Извините, – мой брат покачал головой, сосредоточившись на молодой медсестре, – что, черт возьми, вы сейчас сказали?

Когда до нее дошло, она выпрямилась и виновато ответила:

– Ой, извините. Я думала, доктор с вами уже поговорил. – Девушка сместилась ближе к кровати. Ее щеки залились румянцем из-за неловкой ситуации.

– Она беременна? – выпалил Джекс.

Медсестра кивнула, проверив кувшин, стоявший на столике.

– Да, срок около пяти недель. Судя по тому, что мне рассказала коллега, сдавшая смену, ваша девушка, похоже, тоже была не в курсе. – Она двинулась к выходу, но опять обернулась. – Еще раз извините. Я думала, вас проинформировали.

Медсестра вышла, а Джекс оперся на кровать, пристально глядя на Джульетту. Тэйт сжала мою руку, и мне внезапно захотелось остаться с ней наедине. День получился безумный.

Мой брат нежно провел пальцами по лицу Джульетты, затем положил руку ей на живот. Он явно пытался свыкнуться с полученными новостями.

– Идем, – прошептал я Тэйт.

Джексу нужно побыть со своей девушкой без посторонних.

Не выпуская ее ладони, я вышел из палаты в коридор и нашел одноместную уборную. Учитывая весь сегодняшний хаос и предстоящую гонку, мне было необходимо хоть несколько минут провести с Тэйт.

Я затащил девушку внутрь, прижал к двери и, придерживая за горло, поцеловал ее. Она удивленно застонала и запустила руки мне под футболку, положив их на спину. Покусывая теплые губы Тэйт, я изнывал от голода и желания попробовать на вкус все ее тело.

– Итак, – постаралась вставить она между поцелуями, – появится еще один ребенок, чтобы Куинн было не одиноко. Как ты и хотел.

Я расстегнул джинсы девушки, спустил их с ее задницы, схватил ладонями обнаженную плоть, одновременно продолжая атаковать ее губы.

– Люблю тебя, – прошептал. – Я хочу разделить с тобой все, Тэйт.

Встав на колени, стянул с нее джинсы вместе с трусиками и заодно шлепанцы.

Она провела пальцами по моим волосам, запрокинула голову назад и судорожно вздохнула, когда я забросил ее ногу себе на плечо и лизнул клитор.

– Ты все разделишь со мной, – произнесла Тэйт, хватая ртом воздух. – Я твоя, Джаред.

– Чертовски верно, – прорычал я, посасывая и лаская языком нежную кожу.

– О, – простонала девушка, смотря на меня сверху вниз. – Я видела кольцо в комнате Джекса, – призналась она. – Теперь чувствую себя ужасно виновато. Не знаю, должна ли, но…

В этот момент кончик моего языка погрузился в нее, и Тэйт нетерпеливо заерзала на месте.

Оторвавшись, я начал обводить ее клитор большим пальцем и пояснил:

– Я был раздавлен, когда мне пришлось покинуть тебя. Ненавидел себя, но мне нужно было уехать. Я должен был сделать это. Так же как ты должна была попытаться жить дальше в мире, в котором я не пытался все время доминировать.

Сжав ее чертовски сексуальную задницу, вновь притянул Тэйт ближе и порывисто поцеловал ее.

– Джаред, – произнесла она со стоном, затем добавила: – Почему ты хотел жениться на мне?

А?

Я отодвинулся назад и увидел ее отчаянные глаза, в которых пылала любовь, смешанная с мольбой. Выпрямившись, обнял девушку и прижал как можно крепче к себе.

– Как я мог не хотеть?

Почему Тэйт не понимает, что она для меня единственная?

– За двенадцать лет, – продолжил я, – мое желание быть с тобой не иссякло, Тэйт. Ни одного дня я не был свободен от тебя. – Я коснулся ее лба своим, чтобы мы оказались нос к носу. – Мне нужно все. Я хочу, чтобы ты закончила учебу. Хочу свадьбу в кругу друзей и семьи. Хочу дом, наших собственных детей.

Затем с силой прижался к ее губам.

– А если ты не захочешь чего-то из перечисленного или всего этого, – подчеркнул я, – значит, пойду на компромисс, потому что больше всего остального, – я посмотрел на нее, – я хочу тебя.

Прекрасные глаза Тэйт цвета грозового неба наполнились слезами, будто дождем, который она так любила. Отстранившись, я расстегнул джинсы. Сомневаюсь, что когда-либо смогу насытиться ею. Я приподнял Тэйт за бедра, насадил на свой член и поцеловал, чтобы заглушить ее внезапно вырвавшийся крик. Начав двигаться, прошептал:

– Навсегда.

Она закрыла глаза, ее щеки залились румянцем.

– Навсегда, – согласилась девушка. – После того как сведем старые счеты, разумеется.

Мой взгляд метнулся вверх, и я увидел, что ее губы изогнулись в заговорщицкой улыбке.

– Старые счеты?

– Угу, – подтвердила Тэйт, не открывая глаз. – У нас с тобой есть незаконченное дело, Джаред Трент.

Черт.

Глава 17

Тэйт

– Я не понимаю, к чему все это. – Джаред надел черную толстовку. Из-за дождя на улице ощутимо похолодало.

– Все просто, – объяснила я. – У нас было две гонки, а я ни разу не победила. Мне нужен еще один шанс, прежде чем мы начнем с чистого листа.