Лучшая Академия магии, или Попала по собственному желанию 3. Новые правила Свободина Виктория

— Тогда извини. — Хм, под таким углом я на ситуацию не смотрела.

— Ну что, сильно наказал-то?

— Ага, сильно так, долго, мощно. Только уединились, сразу за ремень взялся. Хожу с трудом. Ты же знаешь, какой Вейтар могущественный аирафе. — Я еле сдерживала смех.

— Это да, — кивнул эльф, — наши социальные службы составили негласный рейтинг самых могущественных магов мира, так вот, центавр и Вейтар делят первую строчку. Три года назад между ними был поединок с ничейным результатом. Через два года будет новый рейтинг, может, уже что и изменилось.

А я когда-то сомневалась в могуществе Вейтара…

— Мы, кстати, выяснили, что это не Агердон записал тебя в добровольцы, он тут ни при чем, даже косвенно.

— А кто же?

— Ну… свидетели говорят, что ты сама записалась.

— Что?!

— Не кричи. Скорее всего, пришел некто под качественной иллюзией.

— Но кому это надо, если не Агердону?

— Хороший вопрос, но ответа на него пока, к сожалению, нет. В администрации академии не проверяют студентов на иллюзии. Раньше пробовали, но бросили — на каждом втором человеке есть иллюзия, чаще всего косметическая. У пришедшего был твой идентификатор личности, так что не исключено, что записал тебя кто-то из твоего же близкого окружения, ну или просто поспособствовал. Идентификатор ты где хранишь?

— В блоке, в своей комнате.

— Вот и подумай, кто мог взять его, если только не ты сама записалась.

Да, подозрительно… Теперь еще и про друзей буду всякое нехорошее думать.

Артан проводил меня до корпуса, где расположились практиканты. Жили в нем все вместе, девочки и мальчики, но комнаты, рассчитанные на четверых, старались заселять все же по половому признаку. Дежурный сказал, где буду жить я, ключей никаких не выдал — двери не запирались.

Заглянув ради интереса в первую попавшуюся комнату, ойкнула и извинилась — застала переодевающихся парней. Обстановка более чем скромная и скудная. Да… это вам не в академии в платных апартаментах жить. Привыкла я уже к комфорту, и отвыкать не тянет.

Думала, буду жить с девочками, а оказалось, что я в одной комнате с Киметом, Ингом и Стефой. Как сказали парни, так надежнее. Для кого, интересно?

На вопросы друзей, как мне удалось уговорить Неша оставить меня в лагере, лишь таинственно многозначительно улыбалась и подмигивала Стефе.

Режим дня тут жесткий, загружены все с раннего утра до позднего вечера. В отличие от академии упор делался на физическую нагрузку, боевую магию и теорию военного дела. Рассмотрела выданную мне форму — светло-серая на каждый день была вполне обычной, а парадная удивила. Синий костюм с золотыми нашивками смотрелся красиво.

— А у меня парадная другого цвета, — заметила Стефа, — белая с красным.

— Ника на разведчика будет обучаться, у них форма синяя, — просветил ее Кимет. — А судя по значку с крыльями, ее авансом еще и в летные войска записали. Ты, Стеф, классно летаешь, твой птенец уже достаточно подрос, не хочешь пойти в наездницы?

— Нет, — покачала головой девушка, — не хочу больше скрегом рисковать.

Объявили утреннее построение. Толпа серых деров хлынула из корпусов на улицу. На форме своей и соседей заметила черные ярлычки — знаки отличия тех, кто отобран для обучения в командование. Нас выстроили в несколько шеренг на плацу, и началась муштра.

День потянулся за днем. Кто-то жаловался, но по мне, здесь было даже проще, чем в академии. Мозги особо не загружали, пытаясь переварить тонны новой непонятной информации. Нет, занятия были, но пока не особо напряженные. Упор делался на развитие физической силы, выносливости, скорости и боевых магических навыков, но даваемые нам заклинания особой сложностью не отличались — в реальном смертельно опасном бою с тварями требуется что-то простое и эффективное.

В первую неделю знакомились с бытом лагеря, учителями. Взаимодействие с подчиненными пока не практиковали, загружались теоретической и практической базой. Давали нам знания быстро и много — такое впечатление, что торопятся. Подозреваю, что спешат поскорее обучить квалифицированных новобранцев и кинуть в реальный бой — обстановка на фронте напряженная, нужна любая, даже самая незначительная помощь.

За первую неделю Неш прилетал всего раз, и мы ничем таким интересным не занимались. Он появился под вечер, всех построил, проверил, как идут дела. Потом назначил мне дежурство в его в спальне, затащил на кровать, крепко обнял и уснул. Устал мой командир. Я тихо лежала без сна и наслаждалась каждой секундой близости с любимым мужчиной. С трудом уснула под утро и пропустила момент, когда Вейтар собрался и улетел обратно. Как же я за него волновалась!

Вторая неделя. Нас разделили. Кандидатов в командиры обучают отдельно. Нас не так много, всего по лагерю среди студентов разных академий набралось не больше восьмидесяти. Началась новая игра со знакомыми правилами — игра на выбывание. Нам то и дело устраивали проверки, выясняя, как мы усвоили полученные знания и годны ли в командиры. Нарифе и аирафе вне конкуренции — их с детства обучали быть лидерами и отвечать за людей. Мне приходилось сложно, но друзья помогали. Начали учиться командовать, правильно отдавать приказы выбранным нами подчиненным. У меня в первый день отняли двоих за неправильно исполненную ими же задачу на командном полевом учении.

Третья неделя. Семнадцать человек выбыли из кандидатов в командиры, но на их место взяли десять новых, среди них — ужасно довольный этим фактом Каян.

Начало четвертой недели. У Инграда с Киметом уже по четырнадцать подчиненных, у Стефы с Каяном — как и было, восемь. Я пока удерживала шестерых. С утра объявили, что нам пора попробовать себя в реальной схватке с тварями — неподалеку от лагеря были замечены несколько опасных вражеских особей.

Перед отправкой нас, зеленых, в первое настоящее сражение появился Неш. Отозвал меня в сторону, лично проверил обмундирование и амулеты. Словно папочка, честное слово. Не обошлось и без напутственной речи.

— Тварей сильно не обижай, они тоже в некотором роде живые существа. Не увлекайся. Убила, трофей в виде зубов или когтей взяла и — обратно на базу.

— Фу… зачем мне их зубы и когти?

— Значит, с остальным ты согласна? Это хорошо. — Я хмыкнула. — А если серьезно, будь аккуратнее, на рожон не лезь.

— Да, папуля.

— Это ты сейчас намекаешь, что я старый? — грозно нахмурился мой мужчина.

— Что заботливый.

Обняла Вейтара, он чмокнул меня в макушку.

— Ладно, иди. Я проверил, как все организовали. Никаких случайностей и оплошностей быть не должно.

Я и пошла, деваться некуда.

Вместе с Киметом — нас поставили в пару — построили своих деров. Наши с Кимом мейны, как на местном языке называли тех, кому уготована участь батареек, уже ушли вперед разведывать местность. Мейны — самое младшее звание, ниже чем деры. После этого похода, если все будет нормально, все обучавшиеся на командиров официально получат звание адера, старшего дера.

Строем вышли с территории лагеря. Впереди нашего отряда маршировали деры Инга и Стефы. Понимаю теперь сарказм Неша — тварей видели всего несколько, а послали охотиться на них не меньше полусотни практикантов, и в целом поход вышел больше похожим на увеселительную прогулку. День маршировали с перерывами на недолгие стоянки, ночью встали лагерем в поле рядом с лесом. Жгли костры, пели песни, веселились. Кимет признался, что пока это самая легкая и веселая практика из всех, что у него были. Мне же казалось, что если твари не испугались и не разбежались от шума, что производил ночью наш лагерь, то это очень странные и упорные твари.

Сопровождающие нас старшие военные чины особую строгость не проявляли, следили только за тем, чтобы часовые не расслаблялись, а порой и сами присоединялись к веселью и в кругу костра рассказывали нам разные военные байки.

К вечеру следующего дня мейны при помощи специального артефакта дали сигнал, что заметили тварей. Горящие энтузиазмом и желанием совершить подвиг практиканты бодро устремились в указанном направлении. Началась охота, жертв оказалось не так много, примерно два десятка. Мы задавили числом, ну и тем самым энтузиазмом. Нашлось немало желающих показать свою удаль и храбрость, а я до тварей даже не добралась. Не успела, их порешили до подхода моей группы. Тем не менее дело было сделано, и с чувством выполненного долга мы двинулись в обратный путь. Скоро первый парадный смотр и получение новых званий.

По возвращении меня встретил Неш, вызвал к себе. Обстоятельно всю ночь поздравлял лично. Сказал, что будет присутствовать на смотре, который назначили на послезавтра, и вновь улетел.

Вскоре нам объявили, что по результатам первых недель в лагере некоторых практикантов вновь разделяют, на сей раз по специализациям. Я попала в группу, где будут обучать мастерству разведки. Мне дали наставника, который будет учить лично меня, поскольку я стану, если так можно выразиться, особым разведчиком — не на скреге или собственных крыльях, а на посохе, там свои особенности.

Настал день смотра. Надев парадную форму, залюбовалась на себя, когда проходила мимо большого зеркала в холле. Синий цвет шел мне, выглядела я старше и серьезнее, но вместе с тем на удивление соблазнительно. Золотые нашивки придавали кителю особую изысканность.

Поскольку я формально числилась в летных войсках, мне положено явиться на своем транспорте. Тщательно начистила Снога. Будет забавно, когда все прилетят на скрегах, и лишь одна я на посохе.

Все сегодня выглядели прекрасно, невольно загляделась на ребят в форме. Бело-красные мундиры парням были к лицу, но Неш в своей черной с серебром форме все равно лучше всех. Стоило подумать о женихе, как меня вызвали к только что прилетевшему главнокомандующему.

Мой командир, когда вошла в его кабинет, окинул меня таким взглядом, что я засомневалась, что Неш отпустит меня в ближайшее время на смотр.

— Тебе очень идет форма, — вкрадчиво протянул он, продолжая внимательно меня оглядывать, и, встав из-за стола, стал медленно приближаться походкой хищника.

— Вейтар, я только оделась, и скоро начало смотра, — предупредила, отступая к двери.

— Без главнокомандующего смотр не начнут.

— Вейтар! Вейта-а-а…

Смотр начался на час позже.

Пока в полной тишине летела на посохе вдоль стройных рядов военных и практикантов, меня провожали до-о-олгими внимательными взглядами, от которых становится неуютно. Похоже, этот самый час все стояли на плацу и ждали «запаздывающего» главнокомандующего. Да, нехорошо получилось.

Начальство лагеря стояло на отдельной трибуне. Пролетая мимо, отдала честь высоким чинам. Артан, который тоже находился среди начальства, шутливо погрозил мне пальцем. А я что? Честно пыталась образумить Неша. Не вышло. А белая форма на эльфе смотрится просто восхитительно… Странно. Я на войне, так боялась этого раньше, но тем не менее я счастлива.

Нашла среди бело-красных мундиров друзей. Кто помахал украдкой, а кто и кулак показал.

Долетев до наших летных войск, не знала, куда пристроиться. Один из командиров махнул рукой, и я остановила посох рядом с его птицей. Оглядела сослуживцев. Практиканты, одетые в синюю форму, разделены на две группы, с серебряными нашивками — боевые наездники, с золотыми — разведка, и мы в меньшинстве.

Минут через десять на трибуне с высшими офицерами появился и главнокомандующий. Смотр начался.

Порадовалась, когда мне присудили звание адера. Патриотические речи главнокомандующего и начальника лагеря, затем парад и непосредственно смотр, а в самом конце — церемония с присуждением новых званий. Всех, кому положено повышение, поочередно называли и выдавали им новые значки для нашивок.

Главнокомандующий был вынужден нас покинуть — Неш и так слишком много времени уделял этому лагерю и непосредственно мне, пренебрегая остальными обязанностями.

Вечером устроили небольшой праздник в честь новых званий, гуляли всем корпусом. Хороший получился день.

После смотра нас стали все больше подготавливать к военной действительности. Наездников отправляли патрулировать окрестности с воздуха, остальных практикантов распределили по ближайшим селениям — тоже патрулировать, только на постоянной основе. Раз в четыре дня всех собирали на общее построение и проверку. Около двух недель все было спокойно, но оказалось, что это лишь затишье перед бурей.

Раньше думали, что твари усиленно наступали и прорывались. Ерунда. Этим утром случился настоящий прорыв. В лагере объявили тревогу и всеобщий сбор. По периметру срочно подняли всю имеющуюся магическую защиту. Начальник лагеря, собрав нас на плацу, сообщил, что границу прорвали сразу в нескольких местах, армия буквально захлебывается в крови, тварей столько, что их невозможно удержать на безопасном расстоянии. Короче, все плохо, твари быстро расходятся по мирным землям, подчистую вырезая жителей поселений. Несколько часов, и первая волна доберется до лагеря.

Всех организовали для защиты. Суматохи и истерик не было, хотя я заметила, насколько все напряжены и взволнованы. Я же волновалась не за себя, а за Неша — он там, где опаснее всего. Хотелось плакать, но я держалась. Хоть бы с ним было все в порядке.

— Адер Ветрова, подойдите! — подозвал меня нейр Агердон, рядом с начальником лагеря стоял Артан. — В отношении вас особое распоряжение командующего. Фейрад не сможет прилететь лично и забрать вас в безопасное место, поэтому садитесь на свой артефакт и летите как можно дальше от эпицентра прорыва. Извините, сопровождение дать не могу, каждый на счету. Лучше всего найдите путь обратно в академию. Карту мы вам выдадим.

— Но… я ведь тоже боец. Здесь будут сражаться мои друзья, а я трусливо сбегу?

— Ника, речь не об этом, — вступил в разговор Артан. — Важно, чтобы главнокомандующий сейчас был спокоен и думал только о деле. Сама должна понимать, что от этого зависят тысячи жизней, а возможно, и исход войны.

Делать нечего, пришлось взять сумку с походным набором и сесть на посох. Бали привычно запрыгнул на плечи. Чувствовала себя крысой, бегущей с тонущего корабля, даже с друзьями не удалось попрощаться — их всех отправили на стены.

Мне дали задание по пути оповестить мирные селения о надвигающейся угрозе. Попросила посох лететь как можно быстрее — пока не поздно, народ может попробовать улететь или спрятаться в подземных убежищах. Зря попросила… Мы со Сногом на всей скорости вдруг налетели на невидимую стену. Чуть не сверзилась, но посох вовремя выправил полет. Балагур так за меня цеплялся, что подрал форму и расцарапал спину и плечи. Что подумает Неш, если увидит?

Почему мне не сказали о такой защите? Проверила — стена стояла метрах в десяти от форта, окружая лагерь со всех сторон. Вернувшись в лагерь, нашла нейра и спросила, почему защита работает и в обратную сторону, не выпуская. Агердон удивился. Нет, кажется, он в шоке.

— Что? Такого не может быть!

Спустя полчаса выяснилась неприятная вещь. Мы в ловушке, кто-то поставил стену, не дающую никому уйти или улететь из форта.

— Ее в подвалы, — указал на меня нейр Агердон, когда я собралась отправиться на стену к друзьям, — там такая защита, что ни одна тварь не прорвется. Запечатаем бункер, он откроется, лишь только обстановка станет безопасной. Самое надежное место.

— Точно безопасно? — уточнил хмурый Артан.

Да, весть о том, что кто-то хочет, чтобы из лагеря не смогли убежать, изрядно всех взволновала.

— Открыть бункер твари не смогут. Только если форт разрушат до основания, поскольку защита подвалов завязана на фундамент, но такое невозможно.

— Может, не надо меня в подвал? — осторожно поинтересовалась.

— Отлично! — Словно и не услышав робкого вопроса, Артан взял меня за руку и куда-то потащил.

Вскоре мы с эльфом были уже глубоко под землей, Бали с опаской принюхивался к новому месту обитания.

— Не волнуйся. Бункер всем оборудован и укомплектован, от голода и холода не умрешь, — утешил эльф.

— Будь, пожалуйста, осторожнее.

— Само собой. Не переживай. Прорвемся.

Он подошел ко мне, стиснул в объятиях.

— Артан, ты что делае…

Не спрашивая, эльф поцеловал меня. Быстро, жадно, почти грубо.

— На удачу, — невесело ухмыльнулся, отпустив меня. — Вдруг такого шанса больше не представится.

Секунда, и за ним закрылась массивная дверь.

С щелчком замка по створке и стенам стали расползаться светящиеся нити заклинания. И освещения не нужно, заклинание будет гореть, пока бункер опечатан.

Осмотрелась. Кухня, спальня, туалет с душем, нечто вроде кабинета или переговорной и большая комната-склад с припасами и вещами. Интересно, меня одну в подвал запихнули? Все остальные на стенах?

Потянулись тревожные часы ожидания. От неизвестности сходила с ума: что там наверху творится? Наши держатся? Долго металась по бункеру, начало казаться, что я уже несколько месяцев тут сижу, но по часам на планшете выходило, что всего около двенадцати часов.

Заснула в обнимку с притихшим Балагуром. Зверь тоже был встревожен, то и дело прислушивался к происходящему наверху. Впрочем, это был даже не сон, а какая-то тревожная муть.

Проснулась от того, что стены и потолок задрожали, словно от взрыва.

Что за х… ерунда?! Землетрясение?

За первым последовали новые удары, один мощнее другого. Упала на пол. С потолка сыпалась каменная крошка. Вот это да… Что же наверху творится?

Испугалась по-настоящему, когда светящиеся нити заклинаний на стенах и потолке, пару раз мигнув, погасли. Форт разрушен? Затишье продлилось около минуты. На всякий случай крепко сжала посох, готовя самые убойные заклинания. Бали рычал, встав на изготовку, и не отрывал взгляда от входа.

Дверь бункера сотряслась от мощного удара, у меня даже волосы на загривке зашевелились от страха. Как быстро сюда добрались… Новый удар, дверь бункера смяли, словно бумагу, и в проход хлынули твари. Я растерялась. Сколько же их?

Сделать ничего не успела — вместе с монстрами в бункер ворвалась тьма. Какое-то незнакомое темное заклинание… Горло перехватило удушьем, и я потеряла сознание.

Очнувшись, почувствовала, как кто-то нежно водит по лицу костяшками пальцев. Может, все было страшным сном? Открою глаза и окажусь в постели рядом с Вейтаром?

С надеждой распахиваю веки. Надо мной склонился мужчина. Тот, кого я точно не хотела бы видеть. Страшные черные провалы с белыми вытянутыми зрачками. Мужчина внимательно меня рассматривал, губы расплывались в довольной улыбке.

— Ну вот мы и встретились вновь, моя нежная Вероника. Я же обещал.

Ландар… Как? Почему?

ГЛАВА 20

Подскочила с ложа, усыпанного бархатными черными лепестками до боли знакомых цветов. На мне моя привычная ночная сорочка, хотя перед тем, как отключиться, я была одета в форму. Спальня, в которой я оказалась, просторная, светлая, со вкусом обставленная. Из высоких стрельчатых окон лилися дневной свет.

— Где я?! Что с лагерем? Это вы организовали нападение?!

Ландар поморщился.

— Ника, не кричите, вам это совсем не идет.

Посмотрела на Лана. Под рукой у мужчины был зажат скалящийся Балагур. Шерсть на загривке вздыблена, питомец весь скукожился — видно было, что легкие поглаживающие прикосновения Ландара ему противны, но Бали терпел и не пытался сбежать или укусить неприятную ему личность.

— Какой у вас милый питомец, Вероника. Это его подарок, верно? — Лан опустил взгляд на шаха, потом поднял несопротивляющегося Бали за загривок.

Настороженно наблюдая за происходящим, на всякий случай призвала посох. На мне нет ни одного артефакта, даже кулона Неша, но Шиб появился моментально.

Лан, покачав головой, укоризненно на меня посмотрел, и… мои руки словно кипятком ошпарило. Вскрикнула от боли. Посох с громким стуком упал на пол, притворившись обыкновенной палкой, заклинание развеялось, и боль ушла, будто и не было.

— И так будет каждый раз, когда вздумаете меня чем-либо ударить, — предостерег Ландар, возвращая свое внимание к шаху. — Безвкусный подарок. От аирафе Вейтара это ожидаемо. Пожалуй, кое-что изменю, чтобы тебя улучшить, — пробормотал мужчина, глядя на Балагура, продолжавшего скалиться и угрожающе рычать.

Из руки моего похитителя взвился черный клубящийся дымок, Лан неспешно поднес ладонь к носу начавшего панически скулить Бали.

— Ландар, пожалуйста, не надо! — Вскочив, упала на колени перед сидящим на кровати мужчиной. — Не надо менять Балагура, что бы это ни значило.

Попыталась осторожно вытащить дрожащего от страха песца из рук Ландара, но безуспешно.

Лан с интересом на меня взглянул и улыбнулся.

— А вы будете хорошей послушной девочкой, Ника?

— Да.

— И не станете больше кричать?

— Постараюсь.

Мужчина довольно прищурился.

— Ладно, с изменениями можно подождать. Но шкуру ему я все-таки поменяю. Белый, выкрашенный в рыжий, — просто верх безвкусицы.

Лан направил дымок заклинания на скулящего Бали, меняя окрас шаха с бурого на черный, отдал мне перепуганное животное и как ни в чем не бывало поинтересовался:

— Как насчет завтрака, Вероника?

Спустя десять минут я уже садилась на услужливо отодвинутый Ланом стул. Бали жался к ногам, продолжал скалиться на темного, но никаких действий не предпринимал. Столик на двоих монструозного вида слуги Ландара накрыли прямо в спальне.

Сидела спокойно, но внутри накручивала себя все больше.

— Вероника, перестаньте, — произнес Лан, гипнотизируя меня взглядом. — Ваш страх слишком сладок, вы меня искушаете.

Надо отвлечься. Боюсь представить, что будет, если Лан все-таки «искусится».

— Что с лагерем? Вы всех убили?

— Ну что вы, я вообще не вижу смысла кого бы то ни было убивать. Это нерационально.

— Но… Это же ваши… существа напали на лагерь?

— Мои. Но твари, как правило, не убивают, а доставляют мне новых сильных магов и простых людей. Зачем убивать, если можно обратить их на свою сторону? — Я недоумевала. — Хотите, на примере вашего питомца покажу?

— Нет! — Лан вновь укоризненно на меня посмотрел. Да, мне же не идет громко кричать. — Что вам от меня нужно?

— Вы сами, — просто ответил он.

— Для чего?

— Причин немало. Но не все сразу. Наслаждайтесь пока завтраком.

— Я в плену.

— Мне больше нравится формулировка «в гостях». В здешнем плену иные условия.

— Гости могут уйти.

— Нет, Вероника, вы не уйдете. Теперь вы всегда будете рядом со мной. Смиритесь.

— У меня другие планы.

Лан перегнулся через стол. Его улыбка меня бесила. Сначала был мороз по коже, а теперь только раздражение и злость.

— Моя чудесная Вероника, о нем вы тоже можете забыть.

— О нем — это…

— Да, о Вейтаре. Я и так позволил ему общаться с вами непозволительно долго. Зато точно уверен, что он попался. А вам, Ника, повезло, что я совершенно не ревнив.

Когда речь зашла о Неше, стало страшно как никогда.

— Вы хотите убить Вейтара?

— Убить — это слишком просто. Но в гости ко мне он теперь обязательно зайдет, не все же избегать общения с родней.

— Вы — родня?!

— Вероника, вы поели?

Не съела ни кусочка вполне обычного на вид завтрака. Антураж вообще убивал: небесно-голубая ажурная скатерть, посреди изящной сервировки на столике красовалась вазочка с букетиком милых таких цветочков…

— Да.

— Отлично. Предлагаю совершить экскурсию по моему дому. Уверен, вам у меня понравится. Заодно навестим ваших друзей.

Не ожидала ничего хорошего. Одни монструозные слуги, отдаленно напоминающие людей, чего стоили.

Лан встал, протянул руку, чтобы помочь подняться из-за стола. Дотрагиваться до мужчины не желала, решила проигнорировать и встать без его помощи. Но стоило подумать о протесте, как Лан тут же склонился ко мне — слишком близко, взял за подбородок, заставив посмотреть в его страшные глаза.

— Вы помните, что обещали? Хорошая девочка.

Вложила пальцы в раскрытую ладонь.

— Вот и замечательно. — Руку мою Ландар не отпустил, так и повел.

Обитель темного оказалась огромной. Местное население я разделила на две категории существ. Одни, весьма жуткие и противные на вид, больше походили на монстров, каждый из них страшен по-своему. Они обеспечивали охрану и обслуживание обители. Второй тип — такие, как Лан, почти как люди, но с вытянутыми зрачками, хотя палитра радужек была весьма разнообразна. Я видела мужчин и женщин с красными, оранжевыми, фиолетовыми глазами, а у одного дядьки они вообще разноцветными были. Да, зрачки у всех вытянутые, но черные, тут Лан отличился.

Встречные низко кланялись моему спутнику и почтительно расступались.

Сама обитель выглядела вполне современно и по-человечески. Привлекали светлые стены из похожего на мрамор камня, цветные витражи на узких стрельчатых окнах в три человеческих роста. Арки переходов и резные колонны вдоль стен казались воздушными. Надо признать, интерьер был изящен и роскошен.

— Когда собрался строить дом, нашел лучшего архитектора в одном из миров.

— Нашли, похитили и обратили?

— Да, примерно так и было. — Здание считается довольно новым, ему всего двести лет.

Я аж споткнулась.

— Вы же сказали, что сами нашли архитектора для постройки дома!

— Верно.

— Тогда вам должно быть больше двухсот лет.

— Мне триста семь, если быть точным, — спокойно ответил мужчина.

Замолчала. А я еще Неша с Артаном дразнила, намекая, что они старые!

Ландар, не дождавшись дальнейших вопросов, потянул меня вперед.

Постепенно спускаясь все ниже, мы оказались в подвалах. Здесь уже не было ни уютно, ни светло, а еще угнетало впечатление, что подземелья у темного куда обширнее обители, — мы все шли и шли. Из многочисленных камер то и дело раздавались стоны, крики о помощи и проклятия. Лан с наслаждением щурился и выглядел весьма довольным.

Наконец остановились.

— Здесь не все ваши друзья, но показывать всех не вижу смысла, — сказал мой провожатый, и следовавшие за нами по пятам монстры открыли одну из тяжелых стальных дверей.

Вошла в камеру. Захотелось зажмуриться — Инград, Стефа и Кимет, голые и окровавленные, висели на цепях. Зрелище не для слабонервных.

У Кима опущена голова, кажется, он без сознания. Инг и Стефа смотрели на меня.

Из глаз ручьем потекли слезы, я больше не сдерживалась. Видеть друзей в таком состоянии было невероятно больно.

— Что вы хотите за их свободу? Вы же не просто так привели меня сюда?

Я раздавлена, меня уже тошнило от всего этого. Особенно от Лана.

— Они уже не будут свободными, — «сочувственно» ответил этот маньяк. — Но вы можете облегчить условия их пребывания здесь.

— Как? Почему они в таком состоянии?

— Моим подданным надо питаться, а боль, страдания и страх — вкусные эмоции. И вы ошибаетесь — ваши друзья в довольно хорошем состоянии. Хотите, для сравнения проведу вам экскурсию по лабораториям?

— Нет.

— Зря. А на вопрос «Как?» отвечу: вы продолжаете быть хорошей девочкой. Я лишь прибавил вам стимулов для послушания.

— Ладно, только создайте для всех, кто был в лагере, более приличные условия. Снимите оковы и не пытайте.

— Для всех не получится, согласен на десятерых выбранных вами пленных.

— Мне нужно будет навещать друзей, чтобы проверять их состояние.

— Хорошо, но с моего на то дозволения.

— Ника, не иди у него на поводу, это монстр, — прохрипел Инград.

Не могла смотреть на друзей, слишком больно.

— Сколько вкусных эмоций, — едва ли не промурлыкал Ландар. — Ника, поцелуйте меня.

Лан специально это сказал — маньяк действительно пил эмоции. Инг забился в цепях, но безрезультатно.

На негнущихся ватных ногах подошла к Лану. Кажется, в более ужасной ситуации я еще не была.

— Ника, не смей, — прорычал Инград, преобразившийся в демона, но магические цепи сдержали и эту сущность.

— А как же Стефа, Кимет и остальные? — Не выдержав, повернулась к Ингу, спросила с горечью: — Ты бы на моем месте поступил по-другому?

Встала на цыпочки и потянулась к довольному Ландару. Он обхватил мою талию и неспешно, наслаждаясь каждым мгновением, поцеловал меня под вой демона. Самый ужасный и горький поцелуй. Стало чуть легче, когда представила на его месте Неша.

Ландар оторвался от меня, недовольно прищурился. Не нравятся эмоции?

— Нам пора. Завтра вечером отпущу тебя проведать друзей.

— Можно сейчас с ними побыть?

Страницы: «« « ... 89101112131415 » »»