Остров для белых Веллер Михаил

Глава 60. Крысиные короли

Эксперимент № 1

Опыт «Вселенная 25», поставленный на мышах в 1968–72 годах Джоном Кэлхуном, известен настолько широко, что нет нужды подробно его пересказывать. Вкратце: загон 2,4 2,4 м, высотой 1,4 м. 256 ящиков-гнезд, каждое может вместить 15 особей. Температура комфорта, чистая вода и качественный корм без ограничений. Одновременно могли бы питаться до 9 500 мышей. Еженедельная чистка загона, отсутствие врагов, паразитов и инфекций. Идеальные условия.

Начало: в пустой загон высадили 2 пары. Освоившись, они стали очень активно размножться. Позднее размножение замедлилось. Когда особей стало около 600, усилилось иерархирование, возникли касты. «Отверженных» вытесняли в центр загона, их кусали и преследовали. Пожилые мыши, долго жившие в полностью безопасных условиях, охраняли свой статус и «опускали» молодых конкурентов на низшую ступень.

«Изгои» делались подавлены, переставали защищать себя и самок, изредка конфликтовали внутри своей группы. Самки делались тревожны и агрессивны, защищая потомство. Затем агрессия обращалась и на собственных мышат, самка могла убить их и стать «отшельницей», уйдя в дальнее гнездо и отказавшись от размножения и любой социальной роли в сообществе.

Размножение замедлялось, пока не остановилось вовсе. Увеличилась детская смертность. Развился индивидуализм.

Появилась каста «красавцев» — самцов, на тельцах которых не было следов крови и драк. Они ели, пили, спали и чистили свои шкурки. Не спаривались, не дрались, не занимали никаких социальных ролей, избегали любых конфликтов.

Со временем они и самки-одиночки стали большинством в стае и занимали дальние гнезда.

Средний возраст стал поднялся до 776 дней (на 200 больше максимального репродуктивного). Рождаемость падала и достигла ноля. Началась деградация, спонтанная агрессия, возник и ширился гомосексуализм. Появился каннибализм.

Популяция вымирала, имея все идеальные условия для жизни, и вымирание ускорялось.

Максимальной численности — 2 200 особей — популяция достигла через 500 дней эксперимента. Через четыре года от начала эксперимент был прекращен: вымерли практически все. Осталось 27 особей, все вышли из репродуктивного возраста, самой молодой мыши было 987 дней (что примерно соответствует 95 годам человека).

Выводы:

Идеальные условия, отсутствие трудностей и опасностей, которые надо преодолевать, гарантированное питание и жилье, о которых не надо заботиться — чреваты огромной опасностью. Искажена среда обитания, к которой особь адаптирована эволюцией. Невозможность реализовать осмотрительность, смекалку, выносливость, ненужность напрягать силы для преодоления опасности — это отсутствие необходимых стрессов и напряжений. Происходит раскоординация психики. Врожденная энергия, не находя применения, обычного в природе, направляется на деструкцию социальных отношений и самокалечение.

Стремительное размножение в идеальных условиях — одновременно расслабляет и дезориентирует организм в условиях ненужности борьбы — и создает тесноту, дегенерацию социального пространства. А теснота усугубляет психические проблемы. Некуда уйти, нет свободного пространства для освоения.

То есть. Полное удовлетворение всех физических потребностей — не делает счастливыми, но напротив: ведет к деградации и вымиранию. Труд и опасности, борьба за жизнь и кусок хлеба — это наша доля, на которую мы рассчитаны Природой.

(Обычные возражения: люди не мыши, у нас есть разум, и можно уйти в виртуальное пространство, и найти себе дело, работу, не сходя с места, и вообще переехать в другой город или страну. Так что народам это не грозит.

Ответ: ага! То-то люди вечно воевали и бунтовали от ума и избытка пространства. То-то всегда знали, что в безопасности и комфорте самые бойцовые народы со временем расслабляются, дрябнут, теряют силу и мужество и предаются роскоши и разврату: вслед за чем вымирают и становятся добычей варваров.)

Практическая аналогия:

В США особенно ясно было видно, как жизнь в мегаполисах обоих Побережий деформирует личность, искажая мораль и уродуя социальные представления и связи между людьми, что ведет к деградации популяции и цивилизационному краху. В регионах же сельской местности и малых городов, где достаточно социального пространства и меньше возможностей для комфортного социального паразитирования, люди скорее сохраняют психическое и физическое здоровье и репродуктивную функцию, удерживая стабильный цивилизационный уровень.

Обстоятельство непреодолимой силы:

Цивилизационные прорывы, научно-технический и культурный прогресс осуществляются именно в местах самого крупного скопления людей. Там сконцентрированы учебные и научные центры, деньги и мозги, возможности предложения и спроса. Там информационное облако достигает наибольшей концентрации и объема, интенсивно происходит обмен мыслями, мозговой штурм; уровень инвестиций максимален. Мегаполисы — это концентрация человеческой энергии, поисков и открытий, точек приложения своих сил, форм и способов человеческой самореализации.

И здесь следует трагический вывод:

Цивилизация человекозатратна.

Для ее создания, подъема, движения — необходимы крупные концентрации человеческих масс. Это высвобождает средства и мозги, обеспечивает спрос, рождающий предложение идей и изобретений. Сюда стремятся таланты и честолюбцы. Только в сгущенной атмосфере мегаполиса могут из массы отсеиваться драгоценные крупицы человеческих гениев. Они и двигают прогресс.

Но одновременно в скученных и комфортных мегаполисах деградирует и вымирает население. Люди перестают быть здоровыми физически и нравственно, и перестают размножаться.

А поскольку мегаполис — это власть, экономическая и политическая, то он диктует здоровой провинции свои законы и порядки, ставшие со временем из свободных и прогрессивных — ошибочными и губительными.

Резюме:

Такова одна из главных системных причин цикличности существования цивилизаций: их подъема, спада и краха.

Эксперимент № 2

Подопытным крысам создают стрессовую обстановку: опасности, конфликты, смена периодов обильного питания и голода, дискомфортная температура. Несчастные задерганные крысы нервны, подавлены, болеют, живут недолго. Умирают.

Другой группе создают комфортные условия: питание, температура, безопасность — никаких стрессов: сплошное счастье. Живут хорошо. Потом болеют и умирают. Но что характерно! Они живут не намного дольше первой группы! Не принципиально дольше.

Со следующими группами жертв науки испытатели пробовали различные соотношения положительных и отрицательных эмоций. Если этим крысам и плохо — плохо, и хорошо — плохо, то что же им хорошо? Что предпочитает психика и чего требует организм?

И оказалось, что полезнее всего для крысиного настроения, здоровья и долголетия — соотношение положительных и отрицательных эмоций 3:1. Три позитивных возбуждения на одно негативное.

Вывод:

Очень простой. Тепличные условия здоровью и долгой жизни не способствуют. Нужна доля трудностей и опасностей: преодолевать, избегать, трудиться и бороться, терпеть и искать выход. Условно и примерно (мерить сложно) — три радости на одно равноразмерное горе.

Аналогия:

Вот поэтому люди ищут приключений на свою голову, занимаются экстремальным спортом и ставят себе в жизни трудные, хотя и бессмысленные задачи — типа создать шедевр, чье совершенство тупая публика и кретины-критики все равно не оценят, или «заработать» сто миллиардов: переживает из-за скачков на бирже страшно, зато прибыли так радуется, что положительных эмоций как раз больше.

Теория и история:

Физиолог Уолтер Кэннон ввел понятие «стресс» (1926) и «реакция: бей или беги» (1919).

Эндокринолог Ганс Селье к середине ХХ века разработал теорию стрессов. Он делил их на положительные (эустресс) и отрицательные (дистресс).

Под «стрессом» может пониматься как объект или процесс, воздействующий на ваш организм и психическое состояние, так и общая адаптационная реакция организма на внешний фактор; так и само эмоциональное переживание какого-либо события.

Для нас сейчас достаточно знать: человеку необходимы положительные стрессы — это активизирует правильную работу организма, поднимает иммунитет, укрепляет здоровье. Но и отрицательные стрессы — тоже необходимы! Для напряжения сил организма к преодолению стрессов. Для привычки и готовности нервной системы, иммунной системы, эндокринной системы — и с ними всего мышечного, дыхательного и т. д. и т. д. аппарата — адаптироваться к трудным условиям, неожиданным препятствиям, вызовам среды. М-да… Но, конечно, дистрессы не должны быть частыми и нерешаемыми. В меру, и чтобы хороший конец.

Вот это потребно нервной системе человека и всему организму; сущность наша такова. Иначе жить будем плоховато и недолго.

Эксперимент № 3

Шесть крыс помещаются в ящик. Из него один выход — в огороженный бассейн. На противоположном берегу бассейна — еда, достать ее можно только вплавь.

В группе возникают четыре социальные роли. Две бета-особи плавают за едой и приносят. Две альфа-особи бьют их, отбирают еду, питаются, после чего разрешают бета доедать остатки. Одиночка гамма-особь сама плавает и сама ест, давая отпор альфам и не позволяя обобрать себя. Одиночка дельта-особь — пария: плавает, приносит, после чего ее бьют все, даже бета и гамма, и отбирают еду; она питается тем, что остается после всех.

Из разных групп брали шесть альфа-особей и повторяли эксперимент: с тем же результатом. Двое плавают, двое отбирают, одна сама по себе, одна — изгой.

Повторяли с шестью гамма-одиночками, с шестью изгоями, с шестью бета — всегда один результат. Группа структурируется тем же образом.

Вывод:

Стремление группы особей к структуризации, усложнению, созданию и распределению разных социальных ролей — имманентное качество группы, заложенное в ее природе. Это стремление аморфной массы монад структурироваться в определенную систему.

Аналогия:

В русских тюрьмах и лагерях ставились при советской власти подобные опыты. Осужденных, впервые совершивших преступления, причем нетяжелого, случайного или бытового характера, изымали из общих мест заключения и помещали в отдельные лагеря. Начальство полагало, что там, где нет рецидивистов-уголовников и жестоких правил воровского мира, установятся гуманные отношения.

Однако! Мирные арестанты, вчерашние добропорядочные граждане, мигом воспроизводили тюремный кастовый порядок. То есть: выделялся главвор, под ним — группа воров, под ними и шире — круг блатных. Они не работали, брали себе лучшую еду из посылок, лучшую униформу и лучшие места (у окон и т. п.) в бараках. Основная масса — «мужики» — работали. «Чушки», кроме того, мыли полы и исполняли роль прислуги. «Опущенные», «петухи», «парафины» назначались в пассивные гомосексуалисты для сексуальных услуг.

Причем! Порядки и отношения в таких зонах были более жестокими, чем у профессиональных уголовников! Неофиты, знаете, всегда рьяны…

Следствие:

Не будут у вас все шесть крыс вместе братски плавать за едой и потом братски, поровну питаться. Ни все вместе, ни по очереди.

Не будет никогда никакого анархизма, анархокоммунизма и анархосиндикализма, а также либертарианства — как реального политико-экономического строя. И равенства никакого тоже никогда не будет. Ибо оно противоречит основам Природы.

Элементарные частицы, атомы и молекулы, минералы и клетки — складываются всегда в такие комбинации, чтобы образовать как можно более сложные системы. Это относится и к социальной форме материи. Всегда — только усложнение, только дифференциация по качествам и ролям.

И кто полагает справедливость в равенстве ролей и результатов — тому придется вечно подавлять и насиловать людей, чтобы удерживать их в анти-естественном, анти-природном социальном состоянии — вопреки их психологической, энергетической и социальной сущности. Придется калечить их.

А это всегда кончается крахом антисистемы и социальным взрывом.

Эксперимент № 4

Двадцать крыс поместили в парк, где были разные ходы, тоннели, колеса, домики, бассейн, длинные переходы и много пищи. Других двадцать держали в обычных клетках. Обеим группам поставили по две поилки: с обычной водой и с подслащенным раствором наркотика.

Крысы в парке предпочитали исключительно воду. Если некоторые и пробовали иногда наркотический раствор, зависимости не возникало, обычно они все равно пили чистую воду.

Крысы же из клеток быстро пристрастились к наркотику.

Далее группы поменяли местами.

Крысы из «парка развлечений», оказавшись в клетках, быстро перешли на наркотик.

Крысы из клеток, получив в парке возможность гораздо более разнообразной и подвижной жизни, постепенно перешли на воду.

Вывод:

Сенсорное голодание, отсутствие разнообразия, ограничение в новых впечатлениях, недостаток стимулов к движению, исследованию окружающего — ведет к эскейпизму, уходу в виртуальный мир, к наркомании, алкоголизму. К эрзац-жизни вместо жизни, к поиску искусственно вызываемых ощущений — вместо ощущений от реальных действий и достижений.

Аналогия:

Широкое распространение наркомании в развитых странах последней трети ХХ — начале XXI века — прямое следствие того, что молодежи неинтересно жить. Нет неведомых земель, которые можно открыть, пустынь, которые можно оросить, океанов, которые можно пересечь впервые, сопряженных с риском и опасностями путешествий, которые можно совершить. Мир благоустроен и комфортен, везде дороги, аэропорты, госпиталя и магазины. Что осталось? Банды и революции — но это пресекается. И наркотики — о, это легко.

Дайте людям трудности и лишения, которые необходимо преодолеть, пустынные континенты, чтобы их цивилизовать, угнетателей, которых надо свергнуть — и наркотики будут не нужны.

Добавление:

Творцы, люди, которым всегда интересно жить, которые всегда находят себе занятие, делают открытия и создают науку, промышленность, искусство — эти люди составляют вряд ли 2 % населения. Остальным необходимо заниматься чем-то, чем нельзя пренебречь, иначе вымрешь! Вот когда этим остальным 98 % не обязательно делать что бы то ни было — они и прибегают к наркотикам.

Эксперимент № 5

Психолог Курт Рихтер опускал диких (отловленных) крыс в бачки, до половины наполненные водой, из которых они не могли выбраться. Вообще крысы — неплохие пловцы. Но убедившись в полной безнадежности своего положения, через четверть часа они прекращали борьбу за жизнь и тонули.

Рихтер взял домашних крыс (вернее, лабораторных). Более, так сказать, окультуренных. При этом не таких сильных и агрессивных. В воде они пытались спастись более активно: тыкались в стенки и даже в дно, пробуя все возможные варианты выхода. Но через ту же четверть часа убеждались в невозможности спасения и также тонули.

А вот на следующей стадии Рихтер доставал уже выбившуюся из сил и сдающуюся крысу из воды, обсушивал, подкармливал, давал передохнуть — и кидал обратно. И — крыса плавала после этого шестьдесят часов! То есть: в 240 раз больше!

У нее появлялась надежда: выбраться можно. И цель: держаться до прихода спасения! Это вскрывало в организме силы, неведомые ни ученому, ни ей самой.

Вывод:

Человек сам не знает, как много он может. Преодолеть, вытерпеть, совершить, дождаться, победить! Надежда и вера, вера и надежда! Не сдавайся никогда, не признавай себя побежденным никогда, борись, пока жив! Успех придет.

Аналогия:

Это забавное научное подтверждение бродячего сюжета древней притчи: одна лягушка утонула в горшке с молоком, из которого нельзя выбраться, а вторая била лапками до тех пор, пока не сбила молоко в масло: тогда она выпрыгнула.

Сделай или сдохни!

Время думать и время трясти.

Глава 61. Эволюция характеров в романе

Вообще-то в старой литературе характеры были вполне статичны: рыцарь — это рыцарь, злодей — злодей, трус — трус, хитрец — хитрец. Герой продвигался сквозь гущу жизни, переживая приключения и смену обстоятельств: он мог менять свое положение, возноситься и падать, но суть его не менялась.

В XVIII веке, предвосхищая романтизм, Даниэль Дефо превратил плутовской роман в историю метаморфоз человеческой личности: «Молль Флендерс» — изначально обделенная судьбой девочка, трудолюбивая и с добродетельными наклонностями, мечтающая о честном и заслуженном счастье — но жестокая жизнь заставляет ее становиться проституткой, воровкой, под конец жизни ей удается разбогатеть и окончить свои дни порядочной и уважаемой женщиной. Какая же она на самом деле? Всякая! Человек меняется: обстоятельства формируют характер и взгляды по-новому, а возраст вступает в свои права, диктуя перемены в характере со сменой этапов жизни.

О нет: характеры Дюма или Вальтера Скотта статичны. Но вспомним «Разбойников» Шиллера: собственно, это бродячий сюжет, вечная жизненная ситуация: человек переживает сильное потрясение, жизнь его резко меняется — и оклеветанный благородный дворянин превращается в беспощадного разбойника, а гуляка и головорез идет в монахи и становится ревностным борцом с любыми грехами.

Гениальный Толстой в величайшем из романов «Война и мир» показал естественную, органичную эволюцию Наташи из восторженной жизнелюбивой девочки — в довольную благополучной семейной жизнью «сильную плодовитую самку», всецело преданную воспитанию детей и заботе о муже. Недалекий барчук-гусар Николай из картежника, проигрывающего семейные деньги, превращается в храброго и умелого офицера, затем — в самоотверженного сына, «жертвующего собою ради матери», и в конце он — рачительный хозяин, строгий и справедливый помещик.

Русская литература отличалась пристальным вниманием к изменениям души человеческой. У Чехова юный врач-идеалист Ионыч с годами превращается в равнодушного стяжателя. Бунинская прелестная гимназистка Ольга Мещерская с ее неповторимым «Легким дыханием» становится циничной развратницей.

Но! Ах, как глубок и мощен был гений Бальзака! Это он — еще в 1830 году! — вложил в уста Гобсека эти слова: «До тридцати лет некоторым людям еще можно верить. После тридцати — верить нельзя никому». Вы поняли? Молодости свойственно благородство, честность, идеализм, бескорыстие — пусть не всем, пусть некоторым, и все же это типично. С годами психология человека меняется: он становится эгоистичнее, циничнее, гаже, если угодно — наступает время вить свое гнездо, тащить в него добра сколько можно и защищать от всех.

У гениальных русских писателей советской эпохи братьев Стругацких есть роман «Жук в муравейнике»: на далекой планете в инкубаторе неземного происхождения найдены двенадцать человеческих зародышей — из них развиваются и вырастают обычные вроде бы земные люди, но у каждого на руке родимое пятно в форме иероглифа, соответствующего такому же иероглифу в странном ящике, найденном на той же планете. И вот эти люди неземного происхождения, достигнув определенного возраста, всеми способами стремятся к хранилищу, чтобы совместиться каждый со своим иероглифом — и запустить в себе некую программу, неизвестную землянам и им самим неизвестную!

Помню, ехали мы на уикэнд из Пало Альто в Йосемити, и сорокалетняя женщина за рулем рассказывала с усталым изумлением, что встретила после долгой разлуки подругу юности, уже мать семейства — и та изменилась настолько разительно, словно из человека вынули программу и вставили новую: ее ценности и взгляды, ее реакции на события близкие и далекие — было другим все! И рассуждала: да, возраст, семья, дети — человек меняется… это естественно — и все равно странно. (А вы говорите: литература, романы, Наташа Ростова…)

Беременность меняет женщину анатомически, физиологически, гормонально — и, естественно, психологически. Тут и гормоны, и самочувствие, и самоощущение, и мысли разные о настоящем и будущем, и социальная роль меняется: ум и ценности человека подстраиваются под его новое состояние.

Людей продолжает как бы удивлять, что из ангелоподобных детишек вырастают сволочные взрослые. Хотя известно, что подростки очень жестоки, юноши идеалистичны, мужики в лучшем возрасте работящи, суровы и позитивны, а старики скуповаты и слабеют умом. Ибо подростку потребно испытать мир на прочность и завоевать свое место в стае, юноше — иметь великую мечту преобразовать мир, мужику — создать и защитить семью и свой дом, свою землю — а старик безотчетно (инстинктивно) копит деньги во-первых на то время, когда уже ничего не сможет добыть, а во-вторых — чтоб передать своим детям, потомкам. (А в юношах был щедрым транжирой: на приобретенных друзей тратил, на владение пространством жизни, знал — завтра еще денег добудет и заработает.)

Все объяснимо! Все понятно, если подумать. Социум должен быстро реагировать на все вызовы среды, должен меняться адекватно меняющимся условиям — для этого есть новаторы: молодежь. Инстинкт велит им отринуть ценности отцов и занять свое место во главе общества, утвердив новые ценности. Они кричат и требуют: долой вчерашний день, сегодня надо иначе! Но социум должен быть и устойчив, должен хранить все ценное, что испытано в веках и позволило ему выжить и подняться: для этого есть старики. Старики вцепились в ценности и взгляды своей молодости и не дают рушить их. Они — природные консерваторы. У разных поколений — своя социальная роль.

Юный щедр — старый скуп. Юный доверчив — старый подозрителен. У юного жизнь впереди — у старого позади. Каждый человек эволюционирует из ребенка во взрослого и старика — и из новатора в консерватора. Это задано природой — это необходимо.

Можно без хитростей сформулировать:

в течение жизни характер и взгляды человека меняются

в зависимости как от изменений анатомо-физиологических,

так и социально-психологических.

Меняется мышечный тонус, скорость реакции, гормональный уровень, нейронные связи в мозгу, работа мозга меняется в течение жизни.

Меняется материальная сущность человека и меняется его социальная роль. Естественно, изменяется личность и характер.

…Да, так я хотел просто сказать, что романиста обычно интересуют события, которые он выстраивает в сюжет, а герои — это творцы, участники и жертвы событий: судьба героя, сплетенная воедино с последовательностью событий, и есть основа романа.

Эволюция же характера героя несравненно реже есть цель писателя. Психология человека в своем развитии — это несравненно сложнее и тоньше, чем изложение цепи происшествий, даже увлекательное. Да и писатель-то, между нами, отнюдь не всегда умен настолько, чтобы понять и изобразить эволюцию личности. Художник ближе к животному — о, пардон, к певчей птице: вижу — пою! Почему пою? Душа песен просит, устроен я так. Вы же не требуете от соловья философии?

Прекрасен бродячий сюжет восточной сказки о джинне, заточенном в медный кувшин: первую тысячу лет он молил и клялся озолотить того, кто его освободит, вторую тысячу лет — исполнить три любые желания освободителя, третью же тысячу, измучившись и озлобившись, — убить первого, кого он увидит, освободившись.

О перерождении человека знали античные греки, подвергавшие остракизму выдающихся и заслуженных граждан, очень популярных в народе: чтоб они не стали тиранами, узурпировав власть. Знали и джентльмены вроде остроумца маркиза Галифакса, заметившего: «Нет двух людей более разных, чем соискатель должности — и он же, уже ее занявший».

…………………………

Но не менее, а куда более важна социально-психологическая и даже физическая эволюция другого рода. Эволюция поколений в государстве и цивилизации. А она происходила всегда. И людям это было всегда известно.

Очень просто. Сначала тупые, сильные, храбрые и жестокие варвары захватывают страну (остров, народ, империю). Потом они переходят к мирной жизни, делаются трудолюбивы, они суровы и честны, привычны к лишениям. Постепенно приходит в страну достаток, появляются ремесла, развлечения, а там и науки. Все больше людей цивилизованных профессий… и так далее. И давно никто не пытался завоевать эту сильную и богатую страну. И ее жители изнежились, одрябли, расслабились и утеряли боевой дух. И стали легкой добычей для новых варваров.

Поэтому — мораль раннего периода страны: суровость, честность, простота быта, готовность сражаться и умереть за свой очаг и страну. И мораль периода изобилия и упадка: после нас хоть потоп — спеши получать удовольствия, смысла все равно ни в чем нет. Только чтоб не было трудно и больно! мы за мир и комфорт против насилия.

Что мы имеем? На этапе завоевания и освоения новой земли, строительства новой страны — от человека требуются следующие качества: сила, выносливость, храбрость, мужество, неприхотливость, терпение, трудолюбие, верность своему слову и своим друзьям, вера в себя, готовность к лишениям, готовность убивать и умирать за свою семью, свою землю, свой народ и страну.

А дальше? А дальше полиция, армия, закон, достаток, разделение труда, разделение функций, появление «культурных» специальностей все в большем количестве и ассортименте: торговцы, проститутки, маляры и плотники, художники и музыканты, журналисты и певцы, писатели и композиторы, ученые и изобретатели, и несть числа.

Какие теперь качества требуются от человека? Ум и образование. Предприимчивость. Толерантность — не драться на улицах и вообще. Востребованы разнообразные таланты. А также — лояльность, конформизм, миролюбие, толерантность. Осуждается жестокость и насилие во всех формах — они мешают всем жить мирно и продуктивно, производить и потреблять в комфорте.

Слабые, трусливые и глупые не отбраковываются социумом, не становятся изгоями, им находится место и пропитание, им находят дело, они оставляют потомство и размножаются. Самые агрессивные — ценнейший авангард воинов и первопроходцев — изолируются от общества, ликвидируются, их генетическая линия пускается по затухающей. Преуспевают самые предприимчивые, умеющие приспособиться к любым обстоятельствам, сохранить себя и воспользоваться любыми возможностями к своей пользе. Они не желают рисковать жизнью и умирать!

И что мы видим? Что потомки отчаянных викингов, бесстрашных и жестоких воинов — превращаются через сорок поколений в толерантных, миролюбивых, законопослушных и тихих шведов, норвежцев и датчан. И принимают такие законы, что мигранты (!) из Африки и Исламского Востока грабят и насилуют их средь бела дня — но запрещено даже дать гаду по морде!

Британские солдаты наводили страх на туземные империи всего земного шара! Французская «Великая Армия» Наполеона победоносно шла по Европе от Рима до Москвы! И вот сейчас негры режут ножами на улицах солдат и полицейских, арабы отрезают головы священникам в церквях! И вместо ответного погрома, уничтожающего общины обнаглевших дикарей, повсеместно идут кампании осуждения… «расистов», которые не хотят мириться с волной темных варваров, переселяющихся в Европу и загаживающих ее, вытесняя и терроризируя хозяев в их собственном доме!

…Америку создали трудолюбивые богобоязненные люди, уважающие закон и умеющие постоять за себя — иные бы тут не выжили. Они рассчитывали только на свои силы. Готовы были к лишениям. Преступников жестоко карали. Люди пахали землю, пасли скот, строили дома, ковали железо, и оружие было обычной и необходимой вещью. Надейся на Бога, но защищайся сам. И хоронили своих мертвых, поколение за поколением, в этой земле, политой их потом и их кровью — в своей земле.

И поколение за поколением, исподволь, незаметно и понемногу, менялся их характер. Появился закон — и появился запрет нарушать закон. Но хитрые и подлые находили лазейки, подкупали слуг закона — и обращали закон в свою пользу или делали невозможным его применение. А честные и простые не могли уже сами наказать вора и убийцу — закон наказывал «самосуд».

Появлялось все больше толкователей закона — юристов. И все больше людей тех профессий, где не требовались сила, мужество, храбрость: торговцы и артисты, портные и инженеры, журналисты и изобретатели. А настоящими мужчинами были полицейские, солдаты и гангстеры. Но еще — простые работяги, которых все меньше оставалось в больших городах, они жили в глубинке и кормили страну: фермеры, скотоводы и все те, кто работал для них в небольших городках среди просторов. Там все знают друг друга, и плохому человеку там делать нечего.

А наука и техника все шагали вперед, и простых работяг становилось все меньше, а цивилизованных горожан с их культурными профессиями — все больше. И настал черный день.

Черные банды громили города и сносили памятники — и белое большинство не смело погнать их палками и пинками! Часть белых поддерживало погромщиков — а власти, состоявшие из «цивилизованных» горожан, бессмысленно проповедовало миролюбие.

Коммунистические заговорщики сговорились с олигархами — и жульнически подтасовали выборы президента, открыли границы для нелегальных мигрантов из нищих бандитских стран — и начали открыто разрушать страну! Затыкая рот несогласным, фактически отменив свободу слова, преследуя за инакомыслие. А большинство — большинство недовольно, ругается, остается без работы, подвергается унижениям. Но!

Вот главное:

Прошло триста лет. Каких-то паршивых триста лет. И народ пионеров и воинов, народ суровых христиан и отважных борцов за свободу — превратился в нерешительное стадо, неспособное к сопротивлению. Как овцы в загоне, этот народ, славный своей историей и своими свершениями — позволяет помыкать собой. Позволяет лгать себе в глаза, подвергать свои законные действия запретам, лишать себя права голоса, позволяет содержать за его счет десятки миллионов бездельников и чужестранцев.

Богатая комфортабельная жизнь привела к тому, что высокопоставленные лица стали почти сплошь продажны. Их можно если не купить, то запугать: им есть слишком много чего терять.

Бесконечные уточнения и совершенствования законов привели к тому, что любое дело можно утопить в судебных прениях и тянуть до бесконечности.

Борьба за гуманизм привела к тому, что честный гражданин бессилен перед преступником, а полицейский боится не преступника, а наказания властей за превышение своих полномочий.

А изобилие привело к тому, что развелась тьма-тьмущая никчемных дармоедов с университетскими дипломами, которые желают заниматься никому не нужными и вовсе вымышленными вещами вроде «Методика достижения более высокой степени свободы личности у лесбиянок исламского мира» и прочая хрень.

И уже не собирается Континентальный Конгресс, и не создает Континентальную Армию, и генерал Вашингтон не встает во главе ее, и не начинается новая Война За Независимость — независимость от олигархов, коммунистов, агентов Китая и России, Ирана и Брюсселя, от профсоюза учителей и лживых сетей Кремниевой Долины, от анархистов и социалистов, сокрушающих Америку на наших глазах ежедневно и ежечасно!

С горечью и скорбью констатируем мы: храбрый и трудолюбивый американский народ — эволюционировал в покорное дерьмо, рабов, быдло, которое не решается даже пустить в ход оружие, которым владеет, не смеет выйти на улицы и разгромить бесчинствующие банды, не смеет разогнать и сжечь продажные суды и редакции лживых телекомпаний.

Это что?! Это сильный, храбрый, романтичный подросток — превратился в слабого, трусливого, трясущегося старика, который забился в свою нору, надеясь укрыться от расправы? Так никто ни от чего не скроется!

Так проходит не слава мира. Нет. Так эволюционируют народы.

Так докажи, что ты еще не дерьмо!

Иначе твой дом займут другие.

…И вот о чем этот роман.

БЕСПЕЧНЫЙ ЕЗДОК

За окном чудесная погода, облака летят, листики, птички, а тут одни проблемы.

Кстати об облаках. Удивительно, как разные люди могут писать одно и то же, соответственно об одном и том же? Но они запитываются из одного информационного облака. Живут в одно время, в одной системе понятий и ценностей, живут сходной жизнью — это определяет сходный образ мыслей.

Фата-Моргана нашей цивилизации — одна на всех. Вот мы и пишем все одно, потому что об одном думаем. А когда все начинают думать об одном — оно сбывается. Верно?

Как только Трамп что-нибудь новое объявит или сделает — так у меня сразу начинают болеть зубы. А если Байден что-нибудь объявит или сделает, у меня начинается лихорадка. В нашем обществе анонимных грибоедов Кастанеды мне объяснили, что это у меня болит душа. Но поскольку душа не материальна, а боль может проявляться только через что-то материальное — вот зубы и болят, или лихорадка трясет. А могли бы болеть сердце или живот. Боль — это отражение. Проекция души на часть тела. Лола говорит, что после каждого твита Трампа у Сэмми два дня не стоит. А поскольку Трамп из твиттера не вылезает, вот у Сэмми и вообще не стоит. А сама Лола после выступления Байдена неделю фригидна. Им с Сэмми хорошо если раз в месяц трахнуться удается. Вот до чего политика доводит.

Дальше много вариантов. Что страдающие половой дисфункцией объединились в Ассоциацию сексуальных жертв Трампа и Байдена и обратились в Конгресс с петицией запретить одному пользоваться твиттером, а другому врать по телевизору: лишает их права на счастье. А еще лучше — все больные США объединились и обратились с такой петицией, что хватит подрывать здоровье нации: ну, потому что все американцы хоть чем-то больны, верно? Вот эта блядская власть, которая уже давно сама себя назначает, подрывает здоровье нации.

Стоматолог сказал, что лечение души обойдется мне в двадцать семь тысяч, после чего Трамп может проповедовать хоть съедение младенцев — я буду смеяться и перекусывать рельсы. Терапевт запросил одиннадцать со всеми анализами и исследованиями, после чего он гарантирует мне ледяное спокойствие удава, даже если Байдена четвертуют на лужайке перед Белым Домом.

Но я вам скажу так. Я лично либералам верю. Я сам голосовал бы за демократов, если бы вообще имело смысл голосовать, что за хуйня, все давно знают. Права личности выше прав государства. И пока я могу есть, пить, торчать и трахаться — эта жизнь меня очень даже устраивает.