Преданная помощница для кумира Свободина Виктория
— Кстати, вам понравился клип, в котором вы снялись? На мой взгляд, весьма достойная работа.
— Я его не смотрела, — со смущением призналась. — Так, видела пару отрывков, но не до того было.
— Странно, я думал, вы с Каем в первую очередь его посмотрите.
— Мне кажется, сам Айс его тоже весь и не видел — был доволен, что у клипа хороший рейтинг, и все.
— Хм. Хотите тогда сейчас посмотреть?
— Да.
Опять же, все очень галантно. Ярослав встал из-за стола, подошел ко мне, помог подняться со стула. Так и хочется сказать Славе, чтобы прекращал этот спектакль, он знает, кто я, знает, что этикет меня не заботит, и еще много чего знает. Чувствую себя неуютно, но молчу.
В гостиной Ярослав усадил на меня на диван, включил большой плазменный телевизор, поставил клип и уселся рядышком. Не без интереса смотрю на себя со стороны. Да, там я прямо… красавица и та леди, которой как раз таки можно отодвигать стулья и оказывать другие галантные услуги. Кай, само собой, красавчик, у него просто безумная энергетика. На Айстема хочется смотреть и смотреть, быть с ним, танцевать с ним и для него, причем исключительно под его музыку, боготворить. Последние кадры клипа. Город, красивый закат и мы в его лучах — видны только силуэты. Музыка почти затихла, Кай медленно наклоняется ко мне и… все. Клип закончился.
— А что, сцену с поцелуем вырезали? — полюбопытствовала я.
— Да, рейтинговый опрос показал, что поклонницам Кая не понравится, что их кумир неизвестно с кем целуется.
— Понятно.
— Понравился клип?
— Да.
— И мне тоже. Вы талантливая девушка.
Продюсер замолчал и явно о чем-то задумался. Ярослав глядит на меня изучающе, кажется, думает, что со мной дальше делать. Сижу тихо, как мышка, и особого внимания к себе стараюсь не привлекать. Вообще не понимаю, что я здесь делаю. Там концерт уже полным ходом наверняка идет, я там нужна, Каю.
— Вина хотите?
— Нет.
— Может, прогуляемся? Тут река неподалеку и красивый парк.
— По темноте и холоду гулять? Нет, — между мной и Ярославом копятся неловкости. Больше нет естественного общения, пусть и накаленного. — Вы хотели же со мной пообщаться, кажется.
В любой момент ожидаю нападения. Точнее порыва продюсера меня обнять и поцеловать.
— Вас злит вся эта ситуация?
— Очень.
— Представляю. Тем не менее, когда-нибудь потом, возможно, вы меня поблагодарите. А поговорить я хотел вот о чем. Про непредсказуемый характер Кая я вам снова рассказывать не буду, все сами узнаете. Но. Когда все же настанет тот момент и вы вдруг поймете, что вам с Каем не по пути (увы, я знаю, что так будет), тогда вы можете обратиться ко мне. Я долго думал над тем, что хочу и могу вам предложить. Знакомы мы слишком мало для чего-то серьезного, тем не менее, если захотите, у вас точно будет дом и работа, причем весьма интересная и творческая — я думаю, в шоу-бизнесе мы найдем вам применение. Однако должен предупредить. Годами ждать я вас не буду. И еще. Я хочу знать… была ли у вас интимная близость с Каем?
— А это очень важно, была или нет? Скажите, а с чего такая щедрость? Работа, дом. Я так понимаю, и цена за эти блага будет соответствующая.
— Верно, вполне соответствующая. Я хочу вас. Полностью, всю. И, кажется, впервые в своей жизни по-настоящему полюбил. Чувствую теперь себя как полный идиот. Опыт и знания подсказывают, что вот сейчас мне вас просто необходимо поцеловать и сделать еще кое-что, много чего еще, пусть, возможно, и без вашего на то согласия, зато душа требует иного. Я хочу, чтобы вы смотрели на меня с восхищением, восторгом, любовью, чтобы вы не представляли, что это такое — жизнь без меня.
Признаться, таких откровений не ждала. Замерла, не зная, что предпринять.
— Ярослав, вы мне, конечно, симпатичны и интересны как мужчина, но не настолько, чтобы я вот взяла, перешла под ваше заботливое крыло и забыла обо всех своих обязательствах. Мы мало с вами знакомы, да и не нужна мне помощь и защита, — больше не нужна, Кай и так уже всем помог и обеспечил работой.
Мой похититель неожиданно улыбнулся.
— Значит, я вам все-таки нравлюсь?
— Ну… да.
Ярослав придвигается ко мне ближе.
— Сильно?
Отодвигаюсь к краю дивана, правда, скоро уже некуда будет отодвигаться.
— В меру разумного.
Мужчина вновь ко мне пододвигается, и я уже прижалась к подлокотнику дивана. Все, дальше только открытый побег. Ярослав положил руку на спинку дивана за моей головой и ещё немного приблизился. Прямо смотрю в темные омуты мужских глаз.
— А вы мне не в меру.
Ой, что делается. Кажется, кто-то все-таки решил приступить к соблазнению. Караул! Насилуют! Так, спокойно, спокойно, не будем нервничать.
— Ярослав, это все, что вы хотели мне сказать?
— В общем, все. — Мужчина очень близко. Я со всей силой вжимаюсь в подлокотник. Как бы там ни было, но в плен глаз Ярослава я уже попала, ну и вообще просто в плен. Не стоит забывать, что меня тут, по сути, насильно держат.
— Можно я Каю позвоню?
— Нет.
— А в дамскую комнату можно сходить?
— Да, — Слава, наконец, от меня отодвинулся. Дышать стало легче, накал спал.
Из гостиной я буквально выскочила, а в уборной просидела минут двадцать, не меньше — на самом деле время тянула и пыталась остудить голову, но что подумал Ярослав о моем долгом сидении в туалете, остается только догадываться.
Когда я все-таки вернулась в гостиную, застала Ярослава сидящим на толстом ворсистом ковре. Продюсер вальяжно облокотился на стоящий позади него диван и неспешно потягивает вино из бокала. Повсюду опять зажжены свечи. О, да тут целый пикник. Вино, фрукты, конфеты. Нервно хихикнула, когда заметила клубнику и флакон со взбитыми сливками. Помимо услады для желудка заметила и несколько коробок с настольными играми.
— Настя, присаживайтесь, — Ярослав берет верхнюю коробку в стопке игр. — Сыграете со мной? Признаться, уже не помню, когда в последний раз играл, но точно помню, что очень любил настольные игры.
— Хорошо, — с интересом рассматриваю черно-белое изображение настольной игры. Какая-то детективная.
Лучше коротать ночь за вот такими невинными настольными играми, чем… играть во взрослые.
— Только я не имею в это играть, и вообще мало во что играла.
— Ничего, я научу, и, если что, всегда есть инструкция.
Первая игра прошла хорошо и весело. Позволила себе пару глотков вина, пусть и не одобряю этого, но нужно хоть немного расслабиться. К клубнике и прочим вкусностям не притронулась. Следующей была игра на логику. Во всех победил Ярослав, но я боролась, как могла. Изредка мы перебрасывались ничего не значащими фразами, не ведя больше задушевных разговоров, но потом Ярослав достал и открыл третью игру.
— Хм. А вот в это я еще не играл. Настольная игра «Я Никогда Не». Надо правила прочитать, — продюсер раскрыл инструкцию и вслух прочитал. — Правила просты и вполне укладываются в само название игры: участники по очереди тянут карты из колоды и зачитывают надпись на карте, предваряя ее фразой «я никогда не» (например, «я никогда не…занимался интимом в туалете»). После этого все те, кто не может согласиться с произнесенным (то есть, в нашем случае, те, кто предавался сладострастию в уборной), отпивают из своих бокалов. Естественно, после того, как один или несколько игроков буквально признались в том, что они, например, хоть раз в жизни, но фотографировали себя голыми или писали в бассейн, им необходимо объясниться и поведать другим игрокам, как же так вышло, желательно по ролям и с демонстрацией доказательств, наглядных примеров и, конечно же, с заявлениями, что они ни о чем не жалеют.
Какая провокационная игра. И Ярослав сейчас смотрит на меня с вызовом. Не верю, что эта игра у него просто случайно появилась в коллекции.
— Ну, что, Настя, готовы сыграть?
Веселые откровения от Ярослава о его жизни?
— А давайте. Признавайтесь, откуда у вас такие игры в коллекции?
— Сейчас время иных признаний, — невозмутимо ответил Ярослав и взял первую карточку. — Я никогда не напивался на выпускном, — мужчина отсалютовал мне бокалом и сделал глоток.
Я не выпила, отчего продюсер удивленно на меня посмотрел.
— Хотите сказать, вы даже не пили на выпускном?
— Меня там вообще не было — на тот момент у меня не было ни денег на красивый наряд для выпускного, ни желания туда идти, ни друзей, с которыми я могла туда пойти.
— Почему?
— Сейчас время иных признаний, — усмехнулась я. — По правилам игры это вы сейчас мне должны рассказать, как напились на собственном выпускном.
— Весьма прозаически. Помимо официально разрешенного бокала шампанского мы с друзьями пронесли пиво и водку. После начала распития и сам выпускной уже плохо помню, но многие говорят, что было очень весело. Так что оно того не стоило. Тяните карточку.
— Я никогда не была на нудистском пляже.
Мы с Ярославом дружно отпили из бокалов и заулыбались.
— У себя я на каких только пляжах не была. На нудистском была только из любопытства, но не как участник.
— Мне тоже не раз доводилась забредать на подобные пляжи. Но пока не пробовал практиковать подобный вид отдыха.
Очередь Ярослава.
— Я никогда не держал в руках пятьдесят тысяч долларов, — продюсер спокойно отпил из бокала. — Мне стоит что- то рассказывать?
— Нет.
Потянулась к карточке.
Мы играли долго, очень долго. Узнала о Ярославе много нового и пикантного, впрочем, как и он обо мне. Время прошло легко и весело, много смеялась и незаметно для себя выпила не меньше трех бокалов вина. Старалась отпивать совсем чуть- чуть, а иногда и просто делала вид, что пью, но Ярослав все время подливал мне в бокал, и я немного упустила момент — действительно казалось, что пью совсем немного, а потом заметила за диваном три пустые бутылки.
Лежу животом на ковре, опираясь на локти, беззаботно машу ногами и ем клубнику. Ярослав не спускает с меня хищного взгляда, но сейчас меня это уже не пугает. Мы уже почти не играем, просто болтаем.
— Ярослав, как-то не верится, что вы часто новый год встречаете в одиночестве.
— На самом деле я не очень люблю шумные компании. Если есть возможность, избегаю их. Вообще люблю комфорт и спокойствие. А у меня все никак из головы не идет, что вы встречались всего с одним мужчиной, и тот сейчас в тюрьме сидит, и еще то, что когда попали в трудную ситуацию, вам никто особо не помог.
— А что тут удивительного?
Ярослав остро на меня взглянул.
— Я уже говорил вам, вы красивая интересная девушка. Странно, что не нашлось того, кто захотел бы предоставить вам действительно стоящее покровительство и оградить от всех бед.
— Ну вот, Кай же нашелся. К тому же, я далеко не от всех готова была принять помощь.
— Слишком поздно нашелся. Да и Артем, надо отдать ему должное, не спрашивал, надо помогать или нет — взял ситуацию в свои руки и забрал вас. Сейчас остро завидую Каю, что эта история со встречей произошла именно с ним, а не со мной.
— А зачем я вам? Красивых девушек полно. Для Кая же я, как он говорит, вдохновение, поэтому ему нужнее гораздо.
— Вот как раз с тем, кому вы нужнее, готов поспорить. Кай может искать вдохновение в разных людях, природе, предметах. А вот мне вы нужны для вполне конкретных и прозаических вещей. Вы мне нужны как женщина, спутница жизни… мать моих детей.
Ярослав пересел ко мне ближе. В глазах мужчины я вижу голодную бездну. Слава протягивает ко мне руку, касаясь нежной кожи под подбородком, большим пальцем легко гладит щеку.
— Хотите, я покажу вам сейчас, для чего именно вы мне нужны?
Замерла и ничего не отвечаю. В горле пересохло, кончики пальцев словно покалывает, а внизу живота все напряглось от желания. Ярослав жестче обхватывает мой подбородок и наклоняется.
Глава 12
Стоило мне утром появиться в зале, где встречают прилетевших в Санкт-Петербург путешественников, как меня тут же профессионально взяли под конвой четыре знакомых охранника, забрали чемодан и провели к парковке, где усадили в машину Кая.
— Доброе утро, шеф.
В автомобиле оказался Кай собственной звездной персоной. Айстем зол. Нет, неверно, босс в состоянии ледяного бешенства.
— Он трахнул тебя, да? — Кай буквально цедит слова и на меня не смотрит.
Машина тронулась с места.
— Нет.
— Что ты мне врешь?!
— Почему вру?
— Если бы ничего не было, он бы тебя так быстро не отпустил, а так получил своё и спокойно отправил.
— Мне нет смысла тебе врать, Кай. К тому же не вижу катастрофы, даже если бы что-то и было.
— Не видишь, значит, да? — Айстем все-таки ко мне повернулся. Шеф смотрит на меня со злым прищуром.
Отодвинулась от Кая как можно дальше, во избежание, так сказать.
— Ты. Обещала. Быть. Преданной мне. Мне, а не кому-либо еще.
— Обещала. Разве я нарушила слово?
— Переспав с Ярославом? Или даже допуская мысль, что можно переспать? Да!
Тяжко вздохнула.
— Кай, но мы ведь не женаты, чтобы моя преданность выражалась именно в постели. Я всегда буду с тобой. Если понадобится, буду драться за тебя, ночами не спать, украду, убью… соседей, что мешают спать. И вообще. Не было у меня с Ярославом ничего. Но да, он все подстроил с пропажей документов и увез к себе домой.
— Точно? — теперь Айс смотрит с подозрением.
— Что именно?
— Не спала с этим старым развратником?
Хмыкнула. А вот сейчас даже как-то обидно стало за Славу, ему всего тридцать се… хм. Ну а насчёт развратника не знаю, вообще, Ярослав таковым мне не кажется.
— Я уже сказала, что нет.
На лице Кая написано полнейшее недоверие.
— Ладно, предположим, ты говоришь правду. — Айс отвернулся к окну. — Он объяснил, почему так поступил? Ярослав ведь должен понимать, что перегнул палку, и сильно. Это… это ведь все, конец. Подобных подстав я терпеть не стану.
— Ну, Ярослав упоминал, что скоро ваш договор окончит действие, и предполагал, что ты не захочешь заключать новый, чтобы попробовать самостоятельное плавание, да и сам Ярослав не горит желанием ничего перезаключать.
— Вот как, значит, — в едва видном отражении на стекле замечаю горькую улыбку Кая. — Он сильно ошибается. Сам бы я ещё долго ни на что не решился. Ярослав решил сбросить меня со счетов, из-за того что контролировать все труднее, к тому же он наверняка уверен, что заберет тебя, и я провалюсь, потеряв музу, дезориентированный, потерянный, теряющий свою популярность. А потом вернусь, побитый жизнью, послушный и слёзно умоляющий взять обратно. Но раз так… все к лучшему. Ничего, справлюсь. А тебя он больше не увидит.
Кай повернулся ко мне и протянул руку, раскрытой ладонью вверх.
— Ты ведь со мной?
Не колебалась ни секунды, вложила свою руку в его ладонь. Мои пальцы тут же оказались крепко сжаты.
— Конечно, шеф.
Кай улыбнулся, а я старательно отгоняю от себя видения прошедшей ночи. В голове назойливо звучат слова, что сказал мне Ярослав на прощание, в аэропорту, когда провожал меня. Вот ведь змей.
— Если, как ты говоришь, вы ничем таким не занимались, тогда что делали?
— Общались, — сказала на одном выдохе. — Я почти весь день проспала, а вечером вместе поужинали и играли в настольные игры.
— Настольные игры? Странно. Не похоже на Ярослава.
Пожала плечами.
— Как концерт прошел?
— Так себе. Настроения вообще не было. Тебе еще срочно пришлось искать замену — ты же в новой песне на бэк-вокале, ну и танца-импровизации тоже не получилось.
Пододвинулась ближе к Каю, он обнял меня, уткнувшись носом в мою макушку, а я положила голову ему на плечо. Мы подъехали к гостинице.
— Сегодня еще один концерт тут будет, а потом дальше летим, — сообщил Айс, вылезая из автомобиля.
Шеф, выйдя сам, меня не отпустил, буквально на руках вытащив из джипа, а потом еще и за руку взял. Ну, все, теперь Айс, похоже, со мной и на секунду не расстанется. Здравствуйте, совместные ночи.
В номере, куда привел меня Кай, сидит мрачный Рома — у охранника под глазом фингал — парочка музыкантов и Ирина, что тоже отправились в гастрольный тур. Они завтракали, весело болтая, но стоило нам с шефом войти, тут же притихли.
— Всем привет! — бодро произнесла я и улыбнулась знакомым.
Градус настороженности не снижается. Кай хмыкнул.
— Да расслабьтесь. Все уже хорошо. Я больше не буду скандалить и бить мебель.
Все находящиеся в номере очень так заметно выдохнули. Кай, позвав музыкантов что-то обсудить по техническим моментам предстоящего концерта, ушел. Подсела за стол к Ирине.
— Кушать хочешь? — заботливо поинтересовалась девушка.
Сразу перед глазами встал обильный шикарный завтрак в доме Ярослава, наелась там так, что до сих пор есть не хочется.
— Нет, спасибо. Ром, а откуда это у тебя украшение такое красивое? И что здесь творилось, пока меня не было?
— А то не догадываешься. Кай буянил.
— Фингал хоть заслужен? — я прищурилась. Пронзительно и я умею смотреть, если надо. Рома опустил взгляд.
— Не без этого.
— Мой багаж без твоего добровольного попустительства ни за что не пропал бы, верно?
— Да, ну а что ты хочешь? Главный-то мой наниматель Ярослав.
— Нет, ну все равно, очень некрасивый поступок, Ром, — вступила в беседу Ирина.
— Говорю же, выбора не было, ну и не ожидал я, что Кай так отреагирует, у него уже давно таких психов не было.
— Давно — это с момента появления у него Насти? Не так уж и давно.
Рома пригорюнился.
— Ир, так что тут было-то?
— Ну, Кай устроил скандал, наорал на всех нас, разбил еще один свежекупленный телефон, затем в расход пошли стулья и минибар. Холодильник выброшен в окно, а его содержимое использовано по назначению. Айс слегка напился и пошел под утро бродить по гостинице в поисках своей потерянной музы и приключений. Еле удалось договориться, чтобы полицию никто не вызвал.
— Серьезно? — с недоверием смотрю на Рому с Ирой. — Вообще на Кая не похоже, да и не выглядит он помятым и нетрезвым.
— Я его лично в чувство приводил, — совсем уж мрачно заметил охранник. — Потом он, только оклемавшись, сразу рванул в аэропорт тебя встречать. Этой ночью никто из наших почти не спал.
Вернулся Айс. Недовольно зыркнув в сторону Ромы, взял меня за руку и увел. Мы с Каем заперлись в личном номере Кая.
— Значит так, я тут Антону сейчас набрал, он остается со мной. Агент по-тихоньку будет подготавливать почту для моего плавного расставания с продюсером. Все новые песни я теперь пишу "в стол", никому их не демонстрируем и не говорим о них — тебе об этом говорю, потому что ты все равно будешь в курсе всех моих новых песен, так как я не удержусь и тебе их покажу. Гм, что еще… перед Ромой не откровенничай и вообще будь с ним осторожнее.
— Мне кажется, Рома тебе зла не желает, — заметила я.
— Не желает, — подтвердил Кай. — И будет хорошо охранять, пока у меня не закончится контракт с продюсером, а там уж ему самому надо будет делать выбор, с кем он: со мной или с Ярославом. Ну, все, ладно, я спать. Надо хоть немного попытаться выспаться перед новым концертом.
Айс завалился на кровать прямо в одежде. Пошла к выходу.
— Ты куда?
— Пойду поработаю. Или с Ирой немного порепетирую.
— Успеется. Ложись со мной.
— Я не хочу спать.
— Ложись, — это приказ, холодный и непреклонный.
Прилегла рядом с Каем, повернувшись к нему спиной, и зажмурилась. Айстем прижался ко мне сзади, обнял и, поймав мою руку, переплел наши пальцы.
— Никому другому, никогда, — слышу едва уловимый хриплый шепот и зажмуриваюсь еще крепче, почти до боли.
Наступил вечер. Стою за кулисами огромного концертного зала. Толпа где-то там беснуется и скандирует: "Кай! Кай! Кай!". Скоро и мне придется выйти на сцену, и, хоть я там далеко не самое главное действующее лицо, у меня трясутся коленки и темнеет перед глазами от страха. Кажется, у меня боязнь сцены.
— На выход! — слышу я чей-то громкий приказ.
Ко мне подходит Кай, берет за руку.
— Пора, Карамелька, — произносит Айс и сразу делает шаг на сцену, увлекая меня за собой.
Кай не думает о том, что я боюсь. Я ведь всегда показывала себя именно смелой, до безрассудности. Но одно дело танцевать в кафе или даже на камеры — зрителей всего пара десятков человек, а тут…
Зал взревел, увидев своего кумира. Так, поздно паниковать. Хотя… все равно паника. Пытаюсь представить, что этого зала нет, людей нет, только я и Кай, но это трудно сделать, когда людские крики буквально оглушают. Айстем что-то говорит людям в зале, но я не могу сосредоточиться и послушать. Наконец, зал немного притих, свет прожекторов перестал быть таким ярким, и я выдохнула.
— Спасибо! Итак, сегодня со мной особенный человек. Знакомьтесь, это Кенди, она немного смущается, первый раз на большой сцене. Надеюсь, вы ее поддержите, и тогда увидите потрясающий танец.
Оглядываюсь. Что за Кенди такая? Зал одобрительно гудит.
— Начинаем!
Заиграла музыка. Айстем запел. Поспешно ухожу на задний план. Если уж на то пошло, то я вообще не должна была выходить с Айсом, но так растерялась, что позволила себя вытащить. Запоздало пришло осознание, что Кенди — это, скорее всего, я. Конфетка, карамелька, шоколадка… м-да.
На задворках сцены мне гораздо спокойнее, подпеваю Айстему в нужных местах вместе с еще двумя вокалистками и одновременно пытаюсь освоиться. Огромный темный зал больше всего напоминает звездное небо — это телефоны и планшеты в руках зрителей создают такой эффект. Звездное ночное небо я люблю. Становится спокойнее. И тут во время длинного музыкального проигрыша ко мне подходит Кай, берет за руку и вновь вытягивает на передний план. Нет, только не надо. У меня ноги подкашиваются. Я не смогу танцевать!
“Сможешь, ты все сможешь, Карамелька” — говорит мне взгляд Кая. Шеф делает шаг на встречу, вставая почти вплотную, приобнимает за талию, берет за руку так, что, когда звучит новый музыкальный аккорд, я раскручиваюсь, отходя от Кая, и только его рука продолжает удерживать меня. Юбка красиво при этом раскрылась, оголяя мои ноги, и почти тут же вновь опустилась вновь. Зал ревет, а на меня вновь удивительным образом нашло состояние, когда окружение уже не важно, если мы танцуем вместе с Каем, и только в крови бушует дикий адреналин.
— Просыпайся, Карамелька, — будит меня с утра бодрый голос шефа.
Хм, обычно это я бужу Айса, а не наоборот. Никак не могу разлепить глаза, голова трещит. Кажется, меня вчера после концерта напоили. Уже точно не помню, что было.
— Насть, прикинь, мы уже во всех новостях желтой прессы. — На меня со шлепком упал какой-то журнал. — Почитай. Это нечто. Нас уже объявили парой. Я особенно ржу над заголовками в стиле: “Кай и Герда нашли друг друга”.
Чего?
Читаю. Да, правда, объявили. В журнале, что дал мне Кай, крупная статья, под названием «Незнакомка, покорившая сердце звезды». И целая история с небольшим количеством фактов и огромным числом домыслов. В статье замечают, что фанатки Айстема негодуют из-за того, что у него появилась девушка, но… отмечают, что я милая и хорошенькая. Серьезно?
Кай сел на кровать рядом со мной.
— Я не подхожу на роль Герды, — отметила я вслух. — Скорее на роль девочки-разбойницы, не помню, как ее зовут.
— Маленькая разбойница. Имени нет, только прозвище. Да, согласен, ты больше похожа на разбойницу. Но СМИ уже все решили. — Кай взял мою руку и прислонил к своей груди в районе сердца. — Они пророчат, что ты будешь именно той девушкой, что растопит мое сердце. Ну и будешь следовать за мной повсюду, раз в концертном туре участвуешь.
Забрала у Айстема свою руку.
— Все равно не понимаю.
— Чего?
— Почему именно я растоплю?
— У меня не было никогда постоянной девушки, а тут ты и в клипе, и почти везде, где есть камеры, на концерте, наконец, и мое особое к тебе отношение, показанное вчера.
— А тебе не повредит то, что у тебя якобы появилась девушка? Любовь фанаток не уменьшится?
— Нет, все отлично. Романы нужны, а то еще бы стали говорить, что я не той ориентации. Денжер уже пытался эту тему развивать по поводу меня. Вот только твою охрану теперь придется усилить, и одной куда-то ходить теперь опасно, можно на фанаток будет нарваться обиженных.
С подозрением смотрю на Кая. По-моему, охрана моя усилилась еще с момента прилета в город, а сейчас лишь получила формальное оправдание.
— Кай.
— Да?
— А почему ты именно Кай?
— Сценическое имя Славка придумал. Можешь у него поинтересоваться, почему. Вы же теперь большие друзья. Я бы и свое родное имя оставил. Артем Радов. Как считаешь, звучит?
— Угу.
— Хм. Не слышу в твоем голосе восхищения, — Айс насмешливо прищурился.
— О, ваше имя великолепно и ввергает меня в пучину трепета и восторга, — подыграла я шефу, еще и нечто вроде поклона изобразила, что в моем полулежащем положении, наверное, выглядело забавно. — Ай.
Кай одним слитным движением вдруг оказался сверху, подмяв меня под себя. Взгляд Айса вроде и насмешливый, но в то же время и опасный.
— У вас с Ярославом точно ничего не было?
— Точно.
Лицо Кая теперь совсем близко от моего, да что там, мы касаемся друг друга кончиками носов.
— Но тебе он ведь нравится?
— Угу.
Читать бесплатно другие книги:
