Только не отпускай Резник Юлия
- Папа еще не вернулся?
- Не-а. Репетиция у него.
Дашка откинула одеяло и забралась в кровать. На столе так и остались лежать книги и тетрадки, ручки и карандаши. Сколько ни учила ее собирать портфель с вечера – все напрасно. Нравится ей, что ли, бегать утром, как ужаленная, ничего не успевая? Я выключила в комнате свет и пошла к себе. Свекровь сидела в кресле и смотрела телевизор.
- Как сегодня отец? – спросила я, распрямляя простыню на диване.
- Плохо. Устает быстро.
- В понедельник его положат в больницу. Я договорилась. Так что за выходные нужно будет вещи собрать. Вы прикиньте пока, все ли у него есть. Или что-то нужно купить.
В среду я подала заявку на кредит и со дня на день ждала его одобрения. А пока решила, что перебьюсь кредиткой.
- Не нравится мне это все!
- Что именно?
- То, что ему придется делать операцию здесь. Вот если бы за границей… Донне Либерман, пианистке из их оркестра, операцию делали в Германии.
Я не нашлась, что на это ответить. Легла. Молча отвернулась к стенке. Самое страшное, что мне уже даже обидно не было. Привыкла за столько лет к тому, что, как бы я ни старалась – все равно не получу в ответ ничего кроме упреков. И если поначалу, будучи молодой и глупой, я пыталась подстроиться под них, промолчать лишний раз, уступить, прогнуться, то с возрастом поняла – глупости это все. Никто никогда и никого не любил за отсутствие характера. Это иллюзия. Вообще не стоит менять себя, чтобы угодить кому-то. Ты ведь не меняешь ноги, если тебе туфли жмут? Так и в отношениях. Но в то же время не так... Как оказалось, очень трудно снять тесные туфли. Очень страшно остаться вовсе босой, если не найдешь потом обуви по размеру.
Свекровь ушла к себе минут через пятнадцать. И вовсе не потому, что решила вдруг проявить деликатность и дать мне выспаться. Просто сериал закончился. Оставшись одна, я перевернулась на спину. Уставилась в потолок и осторожно коснулась дрожащими пальцами лица. Повторяя его движения… Воспоминания, которые я гнала от себя весь вечер, нахлынули с новой силой. Я знаю, мне не следовало позволять им снова овладевать собой, но… Это было сильнее меня. Хотя бы в мечтах, под черным одеялом ночи… я могла позволить себе хоть немного счастья?
Прохладные руки скользнули по лихорадочно горячим щекам и замерли у губ. Еще немного, и я бы взяла в рот его пальцы. Крупные, смуглые, настойчивые. Это стало бы точкой невозврата. Для нас обоих. И как хорошо, что нашему безумию помешали! А если бы нет? Если бы я его поцеловала? Если бы позволила его ладоням скользнуть ниже? К груди, требующей ласки, и дальше? Какой бы он был? Ласковый? Грубый? Все равно… Мне было бы все равно. Входная дверь хлопнула. Я дернулась, только сейчас осознав, что, окончательно забывшись, принялась сама себя поглаживать и ласкать. Между ног было мокро, дыхание сбилось, а в животе тянуло от ощущения неудовлетворенности. Как воришка, я перевернулась на бок, прижала к животу колени и затаилась мышкой. Ожидание было невыносимым. Вадик сходил в душ, погремел кастрюлями в кухне и только потом улегся рядом, по привычке закинув на меня ногу. К счастью, этим все и ограничилось. Я бы не выдержала, если бы в тот момент он начал ко мне приставать. Недаром ведь притворилась, что сплю.
Кто-то умный сказал, что утро вечера мудренее. Но даже с рассветом мое наваждение не прошло. Напротив, меня охватило еще большее возбуждение. Я перемерила несколько нарядов, прежде чем остановилась на изумрудном платье-футляре. Чтобы выглядеть как можно лучше, нанесла тщательный макияж и даже завила локоны, вместо того чтобы собрать волосы в узел, как я это делала раньше. Теперь, когда я понимала, что Федор тоже ко мне неровно дышит, мне совершенно глупо и по-бабски хотелось продемонстрировать ему себя во всей красе. Знаю-знаю, меня несло вообще не туда. Это было неправильно, стыдно! Но я ничего… абсолютно ничего не могла с собою поделать. Я чувствовала себя пробудившейся после донельзя затянувшейся спячки.
В офис я шла, подрагивая от нетерпения. И страха… Ведь я не знала, как он себя поведет теперь.
А повел он себя очень сдержанно. Кивнул на бегу и скрылся за дверями кабинета. У меня все внутри оборвалось. Жалеет? Еще бы ему не жалеть! Тебе, Мариша, тоже стоило бы! Настроение безнадежно испортилось. Хоть плачь, но ведь некогда. А вокруг люди! И для каждого нужно найти слова, улыбку. Никоим образом не показать, что внутри происходит. Не выдать причину. Ведь… господи, что может быть унизительнее грязной связи босса и секретарши, о которой все вокруг знают? Только то, что до этой связи так и не дошло?
- Марина!
- Да…
Голос сорвался. Ну, что за глупость? Нужно было взять себя в руки… Нужно было!
- Зайдите ко мне.
Но как?
Я зажмурилась. Сделала несколько глубоких вдохов, надеясь, что это как-то поможет мне успокоиться, и пошла к нему на подгибающихся ногах. Переступила порог и замерла. Не зная, что делать дальше. То ли плотно прикрыть дверь. То ли оставить распахнутой.
- Присядьте.
Выходит, мы опять на «вы»… Я просеменила к столу. Села на самый край кресла. Напротив Федора… Степановича.
- Мне звонили из банка.
- Из банка?
- Да. По поводу вашего кредита, как я понимаю.
- Зачем?
- Это стандартная процедура при проверке, - повел широкими плечами.
- Извините за беспокойство. Я не знала, что…
- Да брось! – поморщился и как-то так… странно на меня посмотрел, что я потупилась. – Лучше скажи, зачем тебе деньги?
Первая мысль – зачем ему это? Я не хотела говорить. Было… стыдно. Не спрашивайте, почему. Я и сама не знала.
- Марина! Я, кажется, задал вопрос.
- На операцию свекру. У него сердце и… Это все? Я могу идти?
- Почему ты ничего не сказала мне?
В каком смысле? Зачем бы я это стала делать? Он мой работодатель, и… все. Какое ему дело до моих проблем и кредитов?
- Как-то не пришло в голову.
- О какой сумме речь?
Он даже не смотрел на меня. Перебирал какие-то бумажки на столе. Некоторые откладывал в сторону, а некоторые подписывал. У него была очень красивая размашистая подпись, которую невозможно было подделать.
- Федор Степанович, мне бы не хотелось обсуждать этот вопрос. В конце концов, это только мои проблемы, я их в состоянии решить. Это ведь никак не влияет на мою работу и… - я взмахнул рукой, - и так далее…
- Все сказала? – поднял он хмурый взгляд. Я сглотнула. И не найдя больше слов, кивнула. – А теперь скажи, сколько тебе нужно. Потому что через десять минут у меня встреча. И этот вопрос нужно закрыть прежде.
Наверное, я могла бы сказать, что тут нечего решать. Так и надо было сделать. Но… я лишь низко опустила голову, и сама до конца не веря в то, что это сейчас происходит, тихо озвучила сумму. Я… не помнила, чтобы кто-то раньше решал мои проблемы. Поэтому, когда Федор открыл сейф и выложил передо мной две перевязанных резинкой пачки денег, просто глазам своим не поверила.
- Я не могу их взять. Вы… ты… я не могу.
- Еще как можешь. И, Марин, ты не забыла, что сегодня надо заказать билеты?
Он сбил меня с толку такой стремительной сменой темы.
- В Стамбул? Нет… Конечно. Я помню.
- И на себя бери. Мне нужен будет помощник. – Я вновь вскинула голову. Он смотрел на меня, не мигая. Будто придавливал взглядом. – Или с этим какие-то проблемы?
- Нет, – прошептала я. – Нет.
11
Дурак. Придурок полный. Чем я думал? Чего хотел? Убедиться, что она тоже на меня реагирует? Убедился? Еще как! И что теперь? Теперь, когда я знаю, что ее отстраненность и холодность по отношению ко мне лишь притворство… Разве от этого легче? Черта с два!
Я перевел взгляд на мирно спящего на диване Димку. Замучался парень. Его бы домой. Но… черт. Мне нужно было несколько минут на то, чтобы прийти в себя – до сих пор ведь внутри дрожало. И стояк был такой, что… Ладно, об этом лучше вообще не думать. Лучше, да. Только как? Когда ее затуманенный взгляд перед моими глазами стоял. Будто она до сих пор здесь. Теплая. Мягкая. Уступчивая. Готовая подчиниться. Если бы не Димка… Как бы далеко мы зашли? Или если бы не этот звонок? Дочери… Дарьи. На днях я очень внимательно изучил личное дело Марины. Даже удивительно, сколько всего можно узнать о человеке, имея на руках лишь ксерокопии его документов. Например, теперь я знал, что замуж она выскочила практически сразу после школы. Случилось это по залету – дату росписи и дату рождения ребенка сопоставить было несложно. Универ она, кстати, не бросила. Даже академ не брала. Доучилась. Потом долго работала местным гидом, после – турагентом в большой компании-монополисте, а пару лет назад открыла собственный небольшой бизнес. В общем, девочка была целеустремленной и непростой. А может, у нее просто не осталось выхода, кроме как быть такой.
Димка завозился на диване. Я вынырнул из своих воспоминаний, подошел к нему, тронул за плечо. Но разбудить обормота было не так уж просто. Тогда я сгреб в рюкзак его вещи, книжки, сунул в карман ключи и, взвалив Димку на себя, пошел через офис к лифтам, ведущим прямо в подземный паркинг. Он все же проснулся, когда я пытался устроить его на заднем сиденье.
- Дед?
- Ага. Выспался?
Димка несколько раз моргнул, с трудом возвращаясь в реальность.
- А Марина где?
- Домой уехала. Времени-то сколько, знаешь? Заработались мы с тобой.
Я захлопнул дверь и уселся за руль. И как раз в этот момент у меня зазвонил телефон. Альбина! Вовремя же она объявилась. Не прошло и полгода.
- Алло! Я только из студии вышла. Увидела, что ты звонил. И Димка! Что-то случилось? Я никак не могу к нему дозвониться!
- Уже все хорошо. Я забрал его из школы… в общем, он у меня сегодня останется.
В трубке повисла пауза.
- А Яна что? – тихо спросила моя благоверная. А я почему-то разозлился. Чуть более резко, чем следовало, затормозил на светофоре – те сегодня были против меня, и коротко бросил:
- Откуда мне знать?!
- Может, у нее какие-то проблемы, Федь, ты не думал?
- Я даже знаю, какие!
На языке крутились одни маты. Но сзади сидел Димка, и при нем я просто не мог вывалить все, что думаю. Не хотел, чтобы он переживал. Парень любил мать. Несмотря ни на что, любил.
- Федь… Я… не знаю, что сказать. Хочешь, я приеду?
- Нет. Поздно уже. Давай завтра встретимся. Нужно что-то решать.
И снова пауза… Настороженный Димкин взгляд, пойманный в зеркале. Потом тихий шорох, вдох…
- С утра у меня встреча. Но часам к одиннадцати я смогу подъехать в офис. А после можем Димку из школы забрать. Вместе где-нибудь пообедать. И провести выходные… вместе.
Я хмыкнул:
- А что на это твой молодой скажет?
- Мы расстались, Федя. Давно… Это ошибкой было. Все… от начала и до конца. Я думала, ты это понял, когда я предложила тебе сойтись. – Алин голос звучал немного удивленно. А я-то, конечно, понял, да, что не все так гладко в Датском королевстве. Неожиданной была разве что моя реакция на последние новости. То, что мне было абсолютно все равно на них. Злорадства, и того не было. Несмотря на то, что предупреждал её – ничего толкового из таких отношений не выйдет. Пусть и болел поначалу. Видимо, все прошло.
- Это не телефонный разговор, Альбина.
- Поэтому я и говорю, что подъеду, – добавила в голос медовых, чувственных интонаций та.
- Подъезжай. Ты, кстати, не знаешь, где Янку искать?
Как бы там ни было, за дочь я один черт переживал.
- Да так, есть кое-какие идеи.
- Если будет нужна моя помощь – свисти.
- Ага. Ну, давай, до встречи. И… подумай, о чем я сказала, Федя.
О чем тут думать? О том, что вдвоем нам будет проще справляться с Димкой? Появится шанс реабилитироваться за упущенную дочь? Начать все заново? Мы уже однажды не справились. Я пахал, она занималась карьерой. Дочь вообще не очень вписывалась в Алину великосветскую жизнь. Да и я ж ведь ни черта не вписывался! Слишком неотесанный. Простой. Альбина и не скрывала этого.
- Вот я, Таиров, все гадаю, как в тебе это сочетается… - прошептала тихо она, после очередного сексуального марафона.
- Что именно?
- Этот потрясающий утонченный вкус в работе и абсолютное плебейство во всем остальном.
Как-то сочеталось. Таким уж я был, есть и буду. Люди не меняются. А потому глупо надеяться, что у нас что-то получится. Даже ради Димки. Тем более ради него… Ставить дурацкие эксперименты? Нет уж. Такая жизнь не по мне. Да и не для Димы. Ему нормальная семья нужна. Мать, отец… Память услужливо открутила пленку назад, и перед глазами возникла картинка… Спящий внук и Марина.
- Твою мать… - выругался тихонько. Горячий клубок свернулся в груди, и я не знал, что мне с ним делать.
- Приехали, - зевнул Димка. Я тряхнул головой, выбрался из машины. В одной руке сжимая наши с внуком покупки, в другой – его маленькую ладонь. Поднялись в квартиру. Сразу же загнал Димку в ванную, а пока тот мылся, застелил ему постель. Может, и не зря я такую квартиру купил.
- Уши вымыл?
- Вымыл-вымыл.
Оставляя лужи на паркете, Димка прошлепал до кровати и рухнул на нее. Я укрыл его одеялом. В детстве я читал ему сказки на ночь, но с некоторых пор Димка решил, что уже не маленький…
- Дим, а ты хотел бы жить со мной?
- В смысле на ПМЖ перебраться? – насупил брови тот. Я хмыкнул.
- На ПМЖ. Где ты слов-то таких понабрался?
Димка повел плечами.
- А мать что?
- А с матерью будешь общаться. Когда и сколько захочешь. Думаю, так для тебя будет лучше.
Каким бы взрослым ни казался мой внук, он все еще оставался ребенком. И я так отчетливо это понял, когда он, не сумев скрыть свое облегчение, скривился, засопел и отвернулся к стене, пряча слезы. А я чуть не задохнулся от нахлынувших на меня чувств.
- И что это означает? – уточнил я сипло. – Ты против?
- Нет, - буркнул Димка.
- Ладно. Тогда спокойной ночи, сынок.
Димка засопел еще усерднее, но и впрямь очень быстро уснул. А я не мог. Долго ругал себя, что не забрал его раньше. Наверное, меня как-то оправдывало то, что Яна, когда не торчала, в принципе была неплохой… Но потом у нее случалась очередная любовь к какому-нибудь козлу. Она бросалась с головой в этот омут и забывала, кажется, обо всем. Но, главное, забывала о сыне. Секс, наркотики, рок-н-рол, в общем.
А утро началось хлопотно. С непривычки я не рассчитал время. В итоге Димка чуть не опоздал в школу, а я - на работу. Влетел в офис. Так и не решив, как себя вести с Мариной, пронесся мимо нее. И практически тут же позвонили из банка. Какой-то черт дернул меня вмешаться. Я вызвал её к себе. С жадностью прошелся взглядом. Сегодня она была особенно красивой. Неужели для меня?
Дальше действовал уже на инстинктах. Достал деньги. Положил перед ней. Сумма была небольшой по моим меркам.
- Я не могу их взять. Вы… ты… я не могу.
Я видел, как она растеряна. Как болезненно кривятся ее губы, будто она так сильно привыкла справляться со всеми проблемами в одиночку, что просто разучилась принимать помощь.
- Еще как можешь. И, Марин, ты не забыла, что сегодня надо заказать билеты?
Нет. Она не забыла.
- И на себя бери. Мне нужен будет помощник.
Я старался не думать о том, каким искушением она для меня станет там… Вдали от всего и от всех. Но я никак не мог избавиться от предательской мысли… Что такому, как ее муж, даже как-то грешно рога не наставить.
Марина все же взяла деньги и ушла. А я заставил себя сосредоточиться на работе, которой действительно было невпроворот. Еще и совещание в мэрии, о котором я чуть не забыл! Когда вернулся в офис, Марина сидела за столом и что-то усердно набирала в компьютере. Я шагнул к ней, но в этот момент из моего кабинета вышла…
- Альбина?
Черт! Я совершено забыл, что мы договорились о встрече.
- Привет! – пропела она и, приобняв, поцеловала в щеку.
- Давно ждешь? – вскинул брови я.
- Минут двадцать. Но ты не волнуйся, твоя чудесная секретарша напоила меня превосходным чаем. И даже угостила конфетами… Ты не говорил, что Татьяна Викентьевна уволилась.
Ну, еще бы! Не так уж часто мы с Альбиной общались.
- Наверное, потому что она не уволилась, а загремела в больницу, после аварии.
- Да ты что?! Бедная. Нужно ее навестить...
Серьезно? С чего вдруг это взбрело Альке в голову?
- Пройдем? – нахмурился я, все еще не найдя более-менее стоящей причины для такого поведения, и указал на дверь кабинета.
- Ну, уж нет, Федь. Я заказала нам столик в ресторане. Кстати, мы уже опаздываем, а ведь нам еще за Димкой ехать.
Я бросил короткий взгляд на часы.
- Марина Павловна, я ненадолго отъеду.
Пальцы Марины застыли над клавиатурой. Она сухо кивнула мне и вновь вернулась к работе.
- Марина Павловна, - перекривляла меня Альбина, когда мы вышли из приемной. – Ты смотри, какую строгость развел. Или это для меня показуха?
- Не понимаю, о чем ты.
- Да все ты понимаешь, Таиров, – усмехнулась Альбина.
- Слушай, ты чего от меня хочешь? – вспылил я тут же, потому как терпеть не мог этой ее манеры говорить загадками.
- Я? Разве не ты вызвал меня на разговор?
- Вот и давай поговорим. Ты узнала, где Янка шляется?
Альбина задержалась с ответом, как раз в этот момент лифт остановился, и в него вошли люди. Разговор мы продолжили, только спустившись на первый этаж, где и располагался довольно неплохой ресторан итальянской кухни.
- Она сейчас встречается с известным рэпером. Их видели на тусовке в одном из клубов, так что… с ней все хорошо.
Ну, и слава богу. Я вроде бы уже привык, что дочка вот так пропадает. И в прошлом остались те времена, когда мы ее искали с собаками по всему городу… Бывало, я сутками колесил из одного притона в другой, разыскивая эту мелкую дурочку. Тогда я еще на что-то надеялся. Тогда я еще верил, что все можно исправить… Теперь уже нет. Невозможно заставить человека жить так, а не иначе. Пока он сам того не хочет. По большей части теперь Яна жила, как хотела. С этим было трудно смириться. Но что уж теперь?
- Значит, так… Димку я у нее забираю. Надеюсь, удастся договориться по-хорошему, а если нет… Что ж… Можно и через суд.
- Федя! – широко распахнула глаза Альбина. – Ты хоть представляешь, что тогда начнется? Какой скандал!
Ах, скандал… Вот, что ее волновало, выходит. А впрочем, чему я удивлялся?
- Не думаю, что до этого дойдет. Она сейчас вся в любви, насколько я понимаю.
- Сейчас да… - Альбина покрутила в руках стакан с водой. – Федь…
- М-м-м?
- А о том, что я говорила, ты думал?
Я захлопнул папку меню. Отложил в сторону.
- Думал.
- И… - Альбина подняла на меня взгляд.
- Ничего у нас не выйдет.
Аля отвернулась. Стиснула вилку так, что побелели пальцы.
- Но ради Димки…
- Для него мы останемся любящими бабушкой и дедушкой. Для этого не обязательно жить вместе.
Альбина была умной женщиной. И к счастью, мои слова она восприняла с достоинством. Спросила лишь:
- Выходит, у тебя и правда кто-то есть? А я ведь, дура… не верила. Разбаловал ты меня, Федька…
Что на это можно было сказать? Разбаловал. А потом за это и поплатился.
- Давай уже есть, Аль. Остынет же все…
Мы пообедали, хотя… Это я обедал. А Альбина по привычке ковырялась в салате. Я и не помню такого, чтобы она ела нормально. Все на каких-то диетах.
- А знаешь, давай сегодня Димку я заберу. У меня выходной, что ему с тобой в офисе болтаться? – сказала Альбина, когда с обедом было покончено. Я не нашел, что на это возразить. Поэтому довез ее до места, где она бросила машину, и с чистой совестью вернулся в офис. А там меня ждал сюрприз.
12
- Марина? – Федор удивился. Вскинул темные брови. Я уже поняла, что это его обычная манера – не таить своих чувств. Он был прямой, как рельса. Если не во всем, то в основных принципиальных моментах так точно. И это… это мне в нем тоже безумно нравилось. Как и многое другое. То, что заставляло мое сердце биться чаще, а трусики – влажнеть. То, что напрочь отбивало память, ведь как еще объяснить то, что со мной, замужней женщиной, происходило рядом с ним… женатым?
- Я хотела сказать… что не могу поехать в командировку.
- Почему?
- Свекру будут делать операцию, вдруг осложнения пойдут или… мало ли, - соврала я, потому что далеко не это было причиной моего отказа. Операцию свекру планировали сделать почти на неделю раньше предполагаемой даты поездки. Да и из всех операций на сердце эта была, пожалуй, самая простая. Пациента практически тут же выписывали, и он мог вернуться к обычной жизни. Так что не было никакой необходимости с ним нянчиться. И отнекивалась я совсем по другой причине. Я… просто боялась. Себя… Того, что может произойти вдали от дома, проблем и мужа.
- А это что? – сощурился Федор.
А это то, от чего отказаться было сложнее всего. Деньги. Но я должна была. Пододвинув пачки налички, я встала со стула и тихо заметила:
- Деньги. Я не могу их взять.
- Почему?
- Федор Степанович…
- Почему? – процедил он сквозь стиснутые зубы. А я в ответ тоже разозлилась! Может, он, конечно, думал, будто я ничего не поняла, но у меня голова работала как надо! И эти его… подачки вкупе с заявлением не забыть купить билеты и всем тем, что происходило на диване, означали только одно. Таиров решил вывести наши отношения на новый уровень. Уровень товарно-денежных отношений. А под товаром… под товаром, конечно, подразумевалась я сама.
Злость подхлестывала меня все сильней! В какой-то момент у меня мелькнула мысль, что я в принципе в нем ошиблась. Увидела то, чего нет. А он, может, не такой уж и совершенный. У него, может, уже налажена схема… Ты мне – я тебе. Очень удобно. С секретаршей-то. Особенно с замужней. Потому как такая уж точно не станет выдвигать ему ненужных ультиматумов и лезть в семью. С такой легко. Сделал свое подлое дело, а потом домой, к жене и сыну… Ну?!
- Потому! Не хочу брать, и все! – выпалила зло. Попятилась к двери. А он за мной шагнул. Плавно. Как только получалось при такой комплекции?
- У всего должна быть причина.
Ладно! Он хочет знать?! Пожалуйста! Может, во всем были виноваты месячные, которые у меня начались аккурат сегодня утром, и чертов ПМС, но я выпалила:
- Не хочу быть должной.
- Должной?
Таиров подошел уж совсем вплотную. Я была вынуждена запрокинуть голову, чтобы не отвести глаз. И не показать собственной слабости. От необходимости держать спину прямо сводило плечи и поясницу…
Взгляд Федора шарил по моему лицу, плечам, груди, спускался ниже и снова возвращался к глазам. И чем дольше это длилось, тем злей он становился. Даже крылья породистого крупного носа стали подрагивать.
- Какого черта ты себе придумала?
- Я…
- Думаешь, я тебе денег дал, чтобы руки выкрутить? Ты спятила?!
Он говорил тихо, но слова вырывались с присвистом, и это было даже страшней, чем если бы он просто орал.
- Я…
- Пошла вон!
Таиров оттолкнулся ладонью от стенки и отступил на шаг.
- Но я… - пролепетала в ответ, с ужасом понимая, что… вот теперь действительно ошиблась в нем! Теперь уж точно ошиблась. Накрутила себя сверх меры и задела в лучших чувствах отличного мужика.
- Деньги забери и сделай так, чтобы я тебя в ближайший час не видел.
Стыд опалил щеки. Я резко обернулась, толкнула дверь и вывалилась из его кабинета.
Боже мой… Боже мой! Что я наделала?! Опустилась в кресло. Приложила ладони к горящим щекам. Теперь, когда все утряслось, собственные предположения казались такими нелепыми! Ровно в той же степени, в какой они казались мне справедливыми минутой ранее. Что вообще на меня нашло?
Ревность! Неправильная. Ни на чем не основанная ревность к той, которая имела на него все права.
Жена Федора ворвалась в приемную, привнося с собой смех, свежий аромат дорогих духов и белозубую наверняка искусственную улыбку.
- Ох, как неожиданно. А вы, наверное, Татьяну Викентьевну подменяете?
- Да… Я могу вам чем-то помочь?
- Нет-нет… - взмахнула женщина руками, - не хочу вас отвлекать. Я у Феди тихонечко посижу. Мы договаривались пообедать.
Я только растерянно хлопнула глазами.
- А вы…
- Ох, вы не знаете? Я привыкла, что все вокруг меня знают, и даже разучилась представляться, - рассмеялась мадам. - Альбина Таирова.
Ну, да… Я ведь тоже ее несколько раз видела на экране. Кажется, Зоя Кирилловна обожала смотреть ее утреннее шоу. Альбина Таирова. Как-то я не сразу соотнесла фамилии.
Вспышка боли была неожиданно острой. Она ударила под ребра и прокатилась по телу судорогой. С чего? Почему? Он ведь ничего мне не обещал… Он – чужой. И я знала это.
С трудом нацепив улыбку на лицо, я заставила себя выдавить:
- Может быть, все же выпьете чая? На улице ужасная погода.
- А давайте!
И, конечно, меня никто не заставлял ее обслуживать. Я сам вызвалась. Будто наказывая себя за все то, что себе позволила. И за то, что не позволила, тоже.
Выдергивая меня из трясины воспоминаний, зазвонил телефон. Дина!
- Привет, Маришка. Не отвлекаю?
- Нет-нет. Что-то случилось, или ты просто так, поболтать?
Читать бесплатно другие книги:
