Темная буря Мари Аннетт

— Залезай, иначе мы накажем тебя за непослушание!

Она подавила желание закатить глаза. Они были слишком наглыми для своего размера. Но склон был низким, и она решила, что вреда нет. Может, это ее единственный шанс прокатиться на санях, пока она еще может познавать мир сама.

Печаль появилась в ней при этой мысли, но она быстро прогнала ее и подошла к саням. Ёкаи спрыгнули, она села, оставив одну ногу в снегу, чтобы сани не уехали. Рыжеволосые существа забрались на нее, двое бесстрашно устроились на ее коленях, еще двое повисли сзади на ее кимоно. Она посмотрела на их макушки, потрясенная тем, что на ней сидят странные дикие ёкаи.

— Готовы? — спросила она, собираясь с мыслями.

— Вперед, вперед!

Сглотнув, она оттолкнулась ногой. Они поехали, слабо набирая скорость. Схватившись за сани, Эми склонилась вперед, их скорость увеличилась, ветер играл с ее волосами. Сани разогнались, ледяной воздух задевал ее щеки.

И когда нос саней склонился, она поняла, что яркое солнце и лишенный теней снег скрыли настоящий подъем холма.

Сани полетели по резкому склону, набирая скорость. Ее хвост развивался за ними, ее широко раскрытые глаза слезились от ветра. Мир проносился, размытый, а они мчались к долине.

Дикий смех ёкаев звенел поверх рева ветра в ее ушах. Сани неслись по гладкому снегу, едва задевая землю, и ее страх рассеялся. Она сама засмеялась, адреналин с восторгом наполнял ее. Они приближались к долине по склону. Перед ними появился холм, но они слишком быстро летели, чтобы остановиться. Они взмыли по холму.

И оказались в воздухе.

Сани вылетели из-под нее, Эми пронзительно закричала, заметив темную вереницу камней за холмом, блестящих на солнце.

А потом она с плеском рухнула в ручей.

Ледяная вода окружила ее, холод сжал мышцы. Она ударилась о каменистое дно и заметалась в панике, пока не умудрилась встать. Эми вырвалась из воды, достававшей до пояса.

Вода лилась с нее, она тяжело дышала, приближаясь к берегу. Ей нужно было скорее выйти из воды. Она уже чувствовала острые когти на ногах, слышала крики Ханы в голове.

Схватившись за нами, она вытащила себя из ручья, задыхаясь. Эми отползла от берега, пока руки не подвели ее, и она упала в снег.

— Получилось! — восхищенно вопили четыре ёкая друг другу. — Получилось!

— Человек! — радостно крикнул лидер. — Мы скатимся еще раз! Человек, ты… ох, — последний звук был испуганным.

Глотая воздух и дрожа с головы до пят, Эми подняла голову, ее зубы громко стучали.

— Что, ради Йоми, ты творишь?

Она медленно моргнула и отыскала взглядом черные хакама в двух шагах от себя. Эми подняла голову и посмотрела в потрясенные рубиновые глаза. Широ возвышался над ней, уперев ладони в бока, с удивлением склонив голову.

Что-то рухнуло на нее. Давя ножками, четыре ёкая собрались на ее спине.

— Это наш человек! — агрессивно завопил лидер, шлепнув по ее голове ладошкой. — Найди себе своего человека.

Потрясение Широ пропало, глаза сузились до щелок, глядя на ёкаев.

— Она моя.

— Мы нашли человека первым! Это наше! — незнакомая ки зазвенела в воздухе. — Мы не отдадим тебе свое!

— Она принадлежит мне. Пользуйся носом, карлик.

— Что? Что ты…

Четыре ёкая громко понюхали.

— Человек пахнет как кицунэ, — прошептал один из них.

— Человек, видимо, принадлежит ему.

— Нечестно.

— Но мы нашли человека.

Громко вздохнув, лидер раздраженно заявил:

— Мы принимаем твои слова.

— Хорошо. Слезьте с нее, — он подошел, ёкаи отскочили. Схватив Эми за руки, он поднял ее. Она пыталась встать на ноги.

— Ш-ш-ши-р-р-ро, — выдавила она, тело содрогалось, пока с него стекала ледяная вода. — Я н-н-не х-х-хо-т-тела…

Он подхватил ее на руки, не обращая внимания на мокрую одежду. Она прижала к его теплу, дрожа еще сильнее.

— Кодама! — рявкнул он. — Вы навредили моему человеку. Я требую компенсации.

Голосок заворчал:

— Мы не вредили.

— Из-за вас она промокла на морозе. Люди хрупкие, ей нужно тепло, чтобы не заболеть. Ваше наказание — принести весь сухой хворост, какой найдете, в место, где три камня лежат рядом с утесом. Поняли?

— Да, — неохотно пискнул ёкай. — Мы принесем хворост.

— Не теряйте время. Идите! — рявкнул Широ, ёкаи испуганно подпрыгнули и бросились по снегу прочь.

Прижимая Эми к себе, Широ побежал вверх по склону. Она пыталась стиснуть зубы, но стук не прекращался.

— Глупая мико, — рычал он. — Зачем было связываться с кодама? Они выглядят безобидно, но это хитрые бесята с опасной магией.

— Я-а-а н-н-н-не…

— Молчи, — рявкнул он, добравшись до вершины склона.

Эми вздрогнула от его тона и уткнулась лицом в его косодэ, почти такую же мокрую, как ее одежда. Ее влажные волосы хлопали по спине от каждого движения. Если бы она представляла такую ситуацию, то ожидала бы, что Широ посмеется над ее глупостью, обнаружив ее в ручье. Почему он так разозлился?

Он остановился, чтобы подхватить ее лук и сумку, а потом бросился в лес. Мимо проносились деревья, тени сменялись вспышками солнца. Вскоре он снова остановился. Эми подняла голову и увидела его среди круглого пространства со стеной утеса с одной сторону и тремя камнями, похожими на стену, с другой. Деревья окружали место, схожее с чашей, их свисающие ветви добавляли защиты. Ковер опавших листьев покрывал тонкий слой снега.

Груда веточек и прутьев уже лежала в центре. Кодама оставили хворост здесь? Так быстро?

Широ направил ладонь на груду хвороста. Огонь сорвался с его руки на ветки, они тут же загорелись, потрескивая. Эми ощутила тепло.

Он опустил ее на ноги, она подошла к огню, содрогаясь всем телом, протягивая к костру руки. Широ за ней открыл сумку и порылся там. Он вытащил запасную форму мико и то, что напоминало плащ: тяжелая черная шерсть по форме была как хаори длиной до колен с рядом пуговиц, плащ нужно было запахнуть, чтобы дотянуться до пуговиц, что добавляло тепла.

Он развернул плащ и протянул ей.

— Раздевайся.

Она вскинула голову.

— Ч-что?

— Раздевайся, — нетерпеливо сказал он. — Снимай мокрую одежду.

— Н-н-но…

— Не спорь, — он нахмурился. — Снимай, пока я сам не сорвал.

Отойдя от него, Эми сморгнула слезы. Он поднял плащ выше, закрываясь от нее. Дрожащими руками, она развязала оби, скривилась, когда хакама обвисли на бедрах. Стиснув зубы, она опустила их и отступила в сторону, она сбросила кимоно. Эми быстро взяла сменную одежду и надела, вздрагивая, когда капли впитались в кожу, прижатые новой одеждой.

Одевшись, Эми подошла к плащу, который он держал. Широ укутал ее в плащ раньше, чем она успела просунуть руки в рукава, так ловко, она успела только удивленно вскрикнуть. Он поднял ее, подоткнул низ плаща под нее и опустил Эми у огня. Оставив ее, он схватил мокрую одежду и развесил на ветках сушиться.

Она сжалась в плаще, холод уже не имел значения. Она не могла отвести от него взгляда, от его резких движений, от заметного гнева. Вдруг она пожелала, чтобы тут был Катсуо. Эми слабыми пальцами сняла мокрые сапоги и придвинула их к огню.

Широ закончил развешивать ее одежду и вернулся к ней. Возвышаясь над Эми, он нахмурился, разглядывая ее лицо. Он нахмурился еще сильнее, и она сжалась, опустив плечи.

Он склонился и снова подхватил ее. С Эми в руках он сел, скрестив ноги, там, где сидела она, и устроил ее у себя на коленях. Он обвил ее руками, крепко прижимая к себе.

— Широ! — выдохнула она, пытаясь отодвинуться, лицо согрелось от румянца.

Его руки напряглись, он прорычал:

— Я отпущу тебя, когда твои губы перестанут быть синими.

Растерянно моргнув, Эми перестала бороться, позволила ему прижать ее к груди. От Широ исходил жар, проникал сквозь плащ. Оказавшись укутанной в шерсть с огнем за спиной и его теплом вокруг, Эми ощутила, как дрожь отступает. Ее мышцы расслабились, она осторожно прижалась головой к его плечу. Она закрыла глаза, вдыхая его лесной аромат с ноткой дыма, не связанной с костром.

— Кицунэ? — проскрипел голос.

Широ повернул голову. Эми выглянула из-за края плаща и увидела четырех рыжеволосых ёкаев, стоявших вдали от огня. Перед ними была еще одна груда хвороста.

— Человеку станет лучше? — спросил с опаской лидер.

— Если не станет, я сожгу ваш лес дотла.

Они побелели.

— Широ, они не виноваты, — прошептала она. — Я не увидела ручей…

Его взгляд пронзил ее, он зарычал. Эми закрыла рот так быстро, что зубы стукнули. Широ посмотрел на кодама.

— Уходите.

Они поспешили прочь, оглядываясь на Широ, пока не пропали в ближайших стволах деревьев.

— Паразиты, — проворчал он, сжав ее крепче, его хватка почти удушала.

— Широ…

— Не начинай, — рявкнул он. — Чем ты думала? Это не безобидные дети, желающие поиграть. И скатываться с горы… падать в ручей на морозе… — он зарычал снова. — Люди хрупкие. Тебе нужно быть осторожнее.

Она заставила себя расслабиться. Его хватка стала немного слабее, и она смогла дышать свободнее. Люди были хрупкими, по сравнению с ёкаями, и она теперь понимала, почему он в таком настроении. Не от гнева, а от страха. Он не знал, насколько хрупки люди, он не знал, насколько опасно промокать до нитки в мороз и без шанса укрыться в тепле.

— Прости, — прошептала она, прижавшись к нему щекой, ее голова была под его подбородком. — Они угрожали, и я не знала, что еще делать, и выполняла требования.

Его грудь поднялась под ней, и он выдохнул.

— Не стоило оставлять тебя одну.

Она хотела возразить, что ей не нужен постоянный присмотр, но передумала. Ей нужна была помощь, когда дело касалось ёкаев.

Вытащив из плаща одну руку, она распустила волосы, чтобы они сохли. Она хотела убрать руку обратно под плащ, но поймала его взгляд, его лицо было близко. Эми вспомнила прошлый раз, когда они были так близко. Ее взгляд тут же опустился на его губы.

Поняв, что она делает, она убрала руку под плащ и прижала к себе, краснея.

— Ты выглядишь уже живее, — отметил он, не прокомментировав ее взгляд. — Румянец помогает.

Ее щеки вспыхнули еще сильнее, она хмуро посмотрела на него.

— Чему помогает?

— Ты была белой, как снег, когда выбралась из ручья. Синие губы, стеклянные глаза. Казалось, вот-вот умрешь.

— Холод не убивает человека мгновенно, — сухо сказала она ему. — И твои губы тоже посинели бы после купания в той воде.

— Нет. Холод меня не беспокоит.

Она вскинула брови.

— Почти никогда, — он криво улыбнулся в ответ на ее скептический взгляд. — В моей крови огонь, маленькая мико.

При виде его улыбки она сама улыбнулась. Ее кицунэ становился прежним. Эми не знала, как справляться с его плохим настроением.

— Почему ты улыбаешься?

— П-просто так.

— Все еще холодно? — он снова прижал ее к себе. — Сделать огонь больше?

— Нет, я в порядке, — быстро сказала Эми, не желая объяснять, что лепетала она не от дрожи, а от страха, что он как-то прочитает ее мысли. Чтобы отвлечь его, она спросила. — Что такое эти кодама?

— Духи деревьев. По одному они не страшны, но их сила ужасает, если их много, особенно, в их родном лесу. Они бы, похоже, обрадовались идее завести себе питомца-человека.

— Питомца?

— Одна ты бы оказалась в Тсучи и застряла там на пару десятилетий как их слуга и шут, пока не надоела бы им.

— Десятилетия? — прошептала она, ей стало не по себе. Эми прижалась к нему.

— Разве у людей нет сказок о ёкаях, похищающих детей? Такое случается не часто, но истории правдивы. Некоторые ёкаи хотят съесть людей. Другие… — он пожал плечами. — Но я удивлен, что они посчитали тебя обычной смертной, а не… ха.

Он вдруг склонил голову, его ноздри раздувались.

— Кстати, ты пахнешь ками не так сильно, как пару дней назад. Я едва ощущаю запах.

— Гуджи Ишида дал мне новый омамори, чтобы скрыть мою ки, — ответила она, стараясь отодвинуться, но из его хватки сбежать не удавалось.

— Хмм, — он уткнулся носом в ее волосы и снова вдохнул. — Конечно, кодама не заметили. Теперь ёкаи будут особо внимательно искать запах ками.

— Широ! — возмутилась она и убрала голову от его лица, ее щеки снова горели.

— Что?

Она стиснула зубы, не желая указывать, что нюхать ее не очень-то вежливо, как и не желая, чтобы он заметил ее колотящееся сердце. Эми пыталась придумать, что сказать.

— А как же истории про Тэнгу, похищающего людей и оставляющего их в волшебных мирах?

Выпрямившись, он удивленно фыркнул.

— Это далеко от правды. Тсучи кажется людям волшебным миром? Ты можешь представить, как Юмей похищает людей? Ему плевать на них. Некоторые его карасу доставляют проблемы. Но людей они вряд ли ловили бы.

— Его вороны хотели меня съесть.

— Его карасу в эти дни другие. Столетия назад они были сильнее, — он рассеянно смотрел на танец огня. — В давние времена Тэнгу был лордом не только на словах. Он правил землями, его карасу были генералами и вели армии существ.

Его речь изменилась, голос стал ниже, а слова подбирались изящнее, и она тут же обратила на это внимание. Его рассеянный взгляд смотрел в прошлое, что-то древнее скрывалось в его глубинах.

— Что изменилось? — ровно спросила она, стараясь расслабить тело, несмотря на свое сосредоточение.

— Он устал от скучного правления, — ответил он медленно, протяжно, все еще глядя на огонь, на прошлое, которое видел только он. Хотя Широ отвечал ей, он словно не осознавал ее присутствие. — Его генералы отправились искать себе славы, а он устроился на долине в горах, чтобы войны шли без него, но всегда следил и не забывал.

— Каким он был тогда? — прошептала она.

— Беспощадным. Его характер смягчился за время уединения, но разум не померк.

— Когда вы впервые встретились?

— Впервые? Я не… — его взгляд вдруг стал осмысленным, он растерянно нахмурился. Широ опустил взгляд на нее, на один ужасный миг в пустых глазах не было узнавания.

— Широ? — прошептала она.

Он моргнул.

— Эми?

Она судорожно выдохнула.

— Ты в порядке?

— Что… — он огляделся, растерянный и сбитый с толку. — Что я говорил?

— Ты рассказывал, каким был Юмей, — он ничего не сказал, она осторожно спросила. — Ты не помнишь?

— Я помню, что говорил это… — он убрал от нее одну руку, чтобы провести ладонью по лицу. — Я говорил, но воспоминания, о которых я говорил, снова ускользнули. Я не помню…

Она слабо улыбнулась, попытавшись скрыть тревогу.

— Но ты помнил в ту минуту. Это еще шаг к возвращению памяти, верно?

— Верно…

Она прижалась к нему, склонила голову к груди Широ и надеялась, что он не увидел ее страх. Его смятение и то, как он посмотрел на нее, словно был так поглощен прошлой жизнью, что на миг даже не помнил, кто она…

Все внутри нее сжала тревога.

— Звучало так, словно ты уже встречал Юмея, — прошептала она. Сколько тогда Широ лет? Больше сотни, это точно.

— Не думаю… Может, я просто знал о его репутации. Может, мы пересекались, но если бы было что-то большее, он бы вспомнил меня, хоть я и не помню его.

— Может, тогда ты был не очень примечательным. Маленький кицунэ с одним хвостом, например.

Он издал смешок.

— Возможно.

— Интересно, каким страшным был Юмей, когда правил?

Он вскинул брови.

— А сейчас он тебя не пугает?

— Тогда-то он был еще страшнее.

— Наверное, намного страшнее. Все ёкаи тогда были страшнее, особенно, для людей. Но люди больше в нас не верят.

Эми задумчиво склонила голову.

— Разве не ты говорил мне, что ёкаи сильнее, когда люди в них верят?

— Сложно запугивать того, кто не знает, что ты рядом.

Она тихо рассмеялась от его загадочных слов, которые застигли ее врасплох. Широ был в этом хорош.

Ее глаза закрылись, Эми слушала треск костра. Страх оставался в ней, растекался холодом по телу, несмотря на тепло вокруг нее. Рано или поздно она снимет оставшиеся витки оненджу, освободит его воспоминания от сковывающего проклятия. Что тогда произойдет? Как сильно он изменится? Как будет отличаться от него лис, говоривший о древнем правящем Тэнгу?

А если, обретя воспоминания, он забудет ее?

Если это произойдет, ей придется смириться. Его воспоминания были важнее. К тому же, если он ее забудет, он не будет скучать, когда ее не станет. Боль пронзила грудь.

Ее окутывала усталость, поддерживаемая теплом рук Широ вокруг нее, удерживавших рядом с ним. Засыпая, Эми слушала, как бьется его сердце под ее ухом. Сон почти забрал ее к себе, но тут она кое-что вспомнила.

— О! — Эми резко села и чуть не уронила плащ. Она тут же укуталась в него, защищаясь от холодного воздуха.

— Что такое?

— Чуть не забыла. Один плюс в моей встрече с кодама был.

— И какой же? — с сомнением спросил он.

Она мрачно улыбнулась.

— Юмею не нужно искать храм Ханагику. Я знаю, откуда мы начнем поиск пропавших людей.

ГЛАВА 10

— Ну, — нервно сказала Эми, — тут точно туманно.

Широ стоял с одной стороны от нее, Юмей — с другой, они разглядывали долину. Лес раскинулся, накрыв собой несколько гор, бесконечные деревья сплелись в ковер зеленой хвои и голых веток, лишенных осенней листы.

Видно было только края леса. Чашу долины заполнял густой туман, словно облако, которое было слишком тяжелым, чтобы взлететь. Он закрывал все, виднелись лишь верхушки деревьев. Полуденное солнце горело на синем небе, но ни свет, ни тепло не прогоняли перекатывающийся туман, удерживающийся над долиной.

— Чувствуешь? — спросил Широ.

Юмей кивнул.

— Удивительно сильное присутствие Тсучи.

— Тсучи? — повторила Эми, разглядывая туман, не ощущая ничего необычного. — Но это не логично. Изанами держала бы Кунитсуками в плену вдали от Тсучи.

— Может, там что-то другое, — пробормотал Широ. — Мы не узнаем, пока не проверим.

Без слов Юмей бросился вперед, понесся по склону к темной стене деревьев. Сжав в руке лук, она побежала за ним, Широ — за ней. Она хотела бы знать, куда они идут. Даже с луком и офуда в рукавах Эми не чувствовала себя подготовленной.

Деревья сомкнулись, вокруг возвышались толстые стволы, голые ветви переплелись наверху. Снега на земле становилось все меньше, он едва доставал до лодыжек. Под ним был густой ковер листьев, поглощающий шум их шагов. Кустов было мало, и по лесу было удивительно просто передвигаться.

Эми смотрела вперед. Темные стволы были четкими линиями на фоне снега, но вдали силуэты деревьев размывались и пропадали в белом тумане.

— Понимаю, почему в этот лес не ходят местные ёкаи, — сказал Широ, его тихий шепот испугал ее. — Он безжизненный.

— Безжизненный? — повторила Эми, оглядываясь на бесконечные деревья.

— Нет птиц, мелких зверей. Я ничего не слышу и не ощущаю запахи живого.

После слов Широ и она заметила зловещую тишину в лесу. Их тихие шаги, дыхание казались ужасно громкими. Нервно передернув плечами, Эми ускорилась, чтобы не отставать от Юмея. Тэнгу скользил по снегу, медленно поворачивая голову, охватывая все взглядом, без страха, но с настороженным вниманием в движениях.

— Юмей, — сказала она, желая нарушить зловещую тишину. — Уверен, что раньше не встречал Широ?

Он даже не оглянулся на нее.

— Да.

— Но он тебя помнит.

Он остановился и развернулся, серебряные глаза сияли в тенях, глядя то на нее, то на Широ.

— О чем ты?

Она описала рассказ Широ о Тэнгу в прошлом, и как он тут же забыл все это.

— А если вы давно пересекались, но ты просто не помнишь его?

— Мы не встречались, — сказал Юмей без эмоций. — Я бы не забыл такое раздражающее существо.

— Я рад, что оставляю после себя запоминающиеся впечатления, — сказал Широ, ухмылка указывала, что он не пытался этим оскорбить.

— Откуда тогда Широ столько знает о тебе? — не сдавалась Эми.

Юмей развернулся и продолжил путь.

— Наверное, от своего господина. Хоть я и не помню лица Кунитсуками, я много раз пересекался с Инари.

Кунитсуками были далеки от смертных, были полны огромной силы и магии, их внешность легко ускользала из лиц существ, что были слабее их. Но было странно, что Юмей помнил о них так много, но не лица.

— Каким был Инари? — спросила она.

— Раздражающим. Кицунэ весь в своего господина.

Эми нахмурилась от такого грубого описания Кунитсуками. Юмей не мог быть вежливее после стольких лет?

— Но как Инари и Широ могли знать друг друга? — она смотрела на обоих ёкаев, не зная, кому задавать этот вопрос. — Я знаю лишь, что кицунэ называют посланниками Инари.

— Зачем Кунитсуками посланники? — спросил Широ. — Если мы найдем Инари, это будет мой первый вопрос.

Юмей раздраженно вскинул руку.

— Посланник, слуга, подданный. Слов много, но роль одна. Как у меня есть мои карасу, так у Инари — кицунэ.

Эми представила величественную фигуру, окруженную стаей пушистых белых лис. Это выглядело не так пугающе, как Юмей со своей стаей черных ворон с глазами-бусинками.

— Так Широ, возможно, подданный Инари? Это уже звучит лучше.

Страницы: «« « 345678910 » ... »»