Пророчество о драконятах Сазерленд Туи
– Что, вот так сразу? Прямо туда, впятером?
– Ну да, а как же. Чего тут ждать… Уй-й-й…
Цунами с силой наступила ему на хвост, и он обернулся с яростной гримасой. Беда тем временем уже ушла вперёд.
Когда туннель, огибавший балконы, поднялся яруса на два, впереди показался открытый проём, в который могли свободно влететь сразу несколько драконов. Прижавшись к стене, беглецы осторожно выглянули из-за угла. Впереди была открытая каменная площадка, где весело пировала драконья толпа.
Широкий уступ на крутом склоне горы выдавался полукругом, его окаймляли высокие зубцы скал, между которыми чернели глубокие провалы. Повсюду стояли статуи королевы Пурпур из золота, мрамора и полированного камня, украшенного рубинами. В свете огненных шаров наряды хозяев сверкали золотом и начищенной медью, искрились драгоценными камнями. Гордо изгибались шеи, топорщились разукрашенные гребни. Гости из пустынь смотрелись среди небесных грубовато, явно ощущая неловкость. Кровавые битвы были для них куда привычнее светских бесед.
Столы ломились от блюд с закусками, а по полу сновала живая дичь, которой не давал убежать каменный барьер. То один, то другой дракон хватал когтями какую-нибудь горную козу, закидывал в пасть и продолжал беседу, пережёвывая кости. Заметил Глин и воришек – один пытался взобраться на утёс, а другой забился под стол, надеясь, что про него забудут. Похоже, эти существа были всё же похитрее остальной дичи.
Теперь стало понятно, как драконы услышали песню узников. Арена была совсем близко, за утёсами, всего в паре взмахов крыльев отсюда.
Королева Пурпур возлежала на высоком золотом троне, милостиво поглядывая на подданных. Трон для высокой гостьи был пониже, так что громадная Огонь казалась того же роста. Она ёрзала и морщилась, непривычная к изысканным удобствам.
Звездокрыл тронул Глина за плечо и показал на большую клетку, подвешенную над пирующей толпой. Её удерживала в воздухе уже знакомая металлическая проволока, натянутая между высокими столбами. Драконы то и дело взлетали и кружили над клеткой, осматривая диковинку.
Солнышко скорчилась за прутьями клетки, закутав голову крыльями. Ярко-жёлтая чешуя дракончика переливалась в свете огненных шаров, словно золотое украшение.
– Стой! – Цунами удержала Глина, устремившегося было вперёд. – Мы все хотим её освободить…
– Но лезть прямо сейчас – чистое самоубийство, – подхватил ночной дракончик. – Пускай лучше думают, что мы улетели без неё, и нам всё равно. Тогда будет легче её освободить.
– Бедная, она совсем одна! – прошептал Глин.
Как бы дать ей знать, что друзья рядом и не забыли о ней! Он огляделся в поисках Ореолы, но той нигде не было видно. Наверное, Пурпур прячет её от союзницы.
Беда обернулась к драконятам.
– Давайте вы первые – пригнитесь, и бегом!
Цунами скользнула вдоль стены тёмно-синей тенью, за ней двинулся Глин, завидуя чёрной чешуе Звездокрыла. Проскочив пиршественный зал, все трое сбились в кучку за следующим поворотом. Беда что-то задерживалась.
– Прошу прощения, – сказала она, появившись. – Пришлось ждать, пока королева отвернётся.
Отсюда начиналось сразу несколько ходов, и Беда выбрала тот, что вёл вниз в недра горы. Здесь факелы на стенах горели реже, и тьма вокруг всё сгущалась. Впереди слышался уже знакомый Глину свирепый грохот падающей воды.
Вскоре дракончики оказались на узком уступе высокого скалистого утёса. Далеко внизу в свете двух лун вилась сверкающая лента реки, а впереди со скалы срывался водопад, от которого ветер доносил холодные брызги.
Ночной дракончик прижался спиной к скале.
– Может, освободишь нам крылья? – спросил он, зажмурившись.
– Не бойся, – ответила Беда, – отсюда легко спуститься и так, я пробовала, когда уставала летать… Смотрите, вот пещера!
Глин с опаской заглянул через край. Внизу в каменной стене под водопадом виднелась тёмная дыра. Конечно, крылья бы не помешали, но раздражать Беду как-то не хотелось.
– Вон там можно уцепиться, – показал он, – а на том валуне – отдохнуть на полпути… – Он вдруг запнулся. За шумом падающей воды ясно слышалось хлопанье крыльев. – Прячься, быстрее! – воскликнул он, оборачиваясь к Беде и толкая её назад к входу в туннель. – Если это королева, она тебя первую убьёт, будь ты трижды паладин.
Меднокрылая вдруг остановилась, странно глядя на него. Глин обернулся – Цунами и Звездокрыл таращили глаза в явном изумлении.
– Как это у тебя получилось? – прошептала Беда.
– Что у меня… – начал он и только теперь ощутил жар.
Он дотронулся до неё! Глянул на свои лапы, ожидая увидеть чёрные ожоги и рассыпающиеся золой когти, но там была лишь лёгкая краснота, которая на глазах проходила.
– Хватит пялиться! – рявкнула Цунами, толкая его к туннелю. – Бежим!
– Не стоит! – раздался за их спинами знакомый ледяной голос. Глин обернулся. С вершины утёса, величественно расправив разукрашенные рубинами крылья, спускалась королева Пурпур. – Благодарю, – кивнула она Беде, – ты можешь идти.
Глин ничего не понимал. Благодарность… за что? Бросив на него взгляд, полный боли, меднокрылая исчёзла в тёмном проёме туннеля.
С неба дождём сыпались кроваво-красные стражи. Королева любезно улыбнулась троим драконятам.
– Вы куда-то собрались?
Глава 24
Взглянув на стену огня, всё так же пылающую на пороге пещеры, королева раздражённо хмыкнула.
– Значит, разобрались, что значит яйцо цвета драконьей крови?.. Ну, рано или поздно это должно было случиться.
Стражники принялись разгребать горящие камни длинными лопатами. Глин с недоумением оглянулся на друзей, но они отвернулись с мрачным видом, как будто что-то знали, но не хотели сказать.
Королева обернулась к Кармину.
– Найди десяток самых трезвых гвардейцев и поставь у входа. Этим дракончикам больше не удастся испортить мне праздник! – Она злобно глянула на троицу, которую затолкали назад в пещеру и теперь возвращали на место горящие камни. – Как вам не стыдно! Мой День яйца только раз в году, я готовлюсь к нему несколько месяцев. Прекратите свои выходки, иначе я последую совету своей гостьи и убью вас прямо сейчас!
Она важно удалилась, и вскоре за стеной огня уже мелькали оранжевые спинные гребни и слышались грубые голоса. Цунами потянула Глина и Звездокрыла в дальний угол, где ветер, свистевший в узких окнах, мешал подслушивать.
– Не припомню такого в свитках, – прошептала она.
Звездокрыл задумчиво покачал головой.
– Была одна легенда, – ответил Звездокрыл, – ещё до Пожара, но я никогда не принимал её всерьёз, да и взрослые ничего такого не говорили. Красные яйца вроде бы даже не особенная редкость.
– Вы о чём вообще? – спросил Глин.
Цунами стукнула его когтем по лбу:
– О тебе, остолоп! А ещё о твоей дрянной подружке.
– Что? О ком?
– О той, – пояснил Звездокрыл, – которая выдала нас королеве, вместо того чтобы помочь бежать.
– Ах, вот оно что… Думаешь, это Беда? Зачем ей?
– Чтобы удержать тебя здесь, идиот! – зашипела Цунами. – Вот что бывает, когда любезничаешь с маньяками-убийцами.
– А при чём тут красные яйца?
– Ты вообще помнишь пророчество? – поморщился ночной дракончик.
Глин смутился. Воспитатели заставляли учить пророчество снова и снова, но в голове у него мало что оставалось.
– За земляными в болотную топь нырни, – процитировал Звездокрыл. – В яйце цвета крови драконьей скрыты они. – Он выжидательно посмотрел на земляного. Повисла тягостная пауза.
– Так это про меня? – догадался, наконец, Глин.
– Да ну его, лучше легенду расскажи! – потребовала Цунами.
– Там было что-то о земляных из яйца цвета крови – будто бы они могут проходить сквозь огонь…
Она презрительно фыркнула.
– Всего-то? Никакой нам от этого пользы.
– А вот были бы у меня с собой свитки… – мрачно проронил ночной.
– Послушайте, – вмешался Глин, – такого не может быть! Кречет столько раз меня обжигала на тренировках…
– А где твои шрамы? – парировала Цунами. – Она жгла тебя больше всех, но всё заживало за день.
– Но ведь болело же! – Глин поморщился от воспоминаний.
– Грязь! – воскликнул Звездокрыл. – Драконы черпают силы в своей природной среде. Например, морские – в солёной воде. А тебе нужна была грязь, чтобы твои способности пробудились! – Он помолчал, задумавшись. – А тогда… Может, мне требуется лунный свет?
Цунами кивнула.
– Если так, то Когти мира просто идиоты, что держали тебя взаперти.
Глин с сомнением покачал головой.
– Мы сидели на тех скалах не одну ночь, и что? Ты что-нибудь такое почувствовал?
Ночной дракончик печально взглянул на звёзды за окном.
– Нет, – признался он. – Хотя… Может, я просто не знаю, что должен чувствовать?
Они снова помолчали.
– Значит, думаете, Беда нас предала? – снова начал Глин.
– Да точно, – дёрнула хвостом Цунами, – не хочет терять тебя, вот и всё.
– Как это грустно, – вздохнул он, – у неё теперь совсем нет друзей.
– Глин! – Цунами в отчаянии закатила глаза. – Перестань её жалеть! Она нас предала – понимаешь? И кстати, Беда тебя явно считает больше, чем другом. – Да ладно, брось, я всё понимаю. – Она шутливо толкнула его крылом. – Ты красивый и всё такое… Только не вздумай её прощать, тогда вообще на шею сядет!
– И вообще, держись от неё подальше, – прищурился Звездокрыл, – таким доверять нельзя.
– Теперь она и Солнышко не спасёт, – уныло вздохнул Глин.
Цунами кивнула.
– Да уж, придётся самим.
– Но только завтра, – добавил Звездокрыл.
Все трое обернулись к дверям, где за стеной огня выстроились грозные стражи. Даже если Глин передвинет горящие камни, с такой толпой никак не справиться.
– Ничего, что-нибудь придумаем, – тряхнула головой Цунами.
Глин устало вздохнул. Он почти не спал после боя с Фьордом.
Дракончики улеглись на полу вповалку, как когда-то, прежде чем им исполнился год и Кречет заставила спать, как положено взрослым, на каменных лежаках. Уютное тепло и теснота успокаивали. Сожаление о своей доверчивости и страх перед завтрашним днём мигом вылетели у Глина из головы, и он крепко уснул без всяких кошмаров.
Глава 25
Утром дракончиков разбудил топот и рёв команд. Они едва успели протереть глаза, как в пещеру толпой повалили стражники, сметая хвостами в бассейн догоревшие угли. Цунами сразу схватили и потащили к арене, а Глина с Звездокрылом погнали в обратном направлении вверх по туннелю.
– Погодите! – крикнул Глин. – Куда вы её? Мы хотим с ней!
– Нет, вы его только послушайте, – ухмыльнулся стражник, – жить надоело?
– Ничего, успеешь ещё за подружкой, – буркнул другой.
Поднявшись по широкой лестнице с чёрными ступенями, дракончики, моргая, вышли на яркий солнечный свет.
Они стояли на королевском балконе над ареной. Королева Пурпур, уже восседавшая на троне, встретила их милостивой улыбкой.
– Думаю, за этим боем вам будет приятнее наблюдать с самых лучших мест. – Она кивнула на арену, где Цунами, извиваясь и рыча, отбивалась от стражников.
На Глина и Звездокрыла надели тяжёлые цепи и приковали к кольцам в полу. Великанша Огонь стояла у своего трона, даже не присев, и бросала злобные взгляды на всех вокруг. Она явно предпочла бы драться сама, чем смотреть на других.
Глин отпрянул от неожиданности, натянув цепь, когда стражники втащили на балкон мраморное дерево с Ореолой. Радужная всё так же лежала на ветвях, обвивая ствол хвостом, а её чешуя мерцала изумрудными и синими переливами. Когда дерево проносили мимо драконят, Глин уловил чуть заметное движение её полузакрытых глаз, во всяком случае, он очень надеялся, что так и было.
Огонь тоже уставилась на Ореолу, чёрные глаза огромной драконихи заблестели.
– Это моя новая игрушка, – небрежно объяснила Пурпур. – Хороша, правда? Не думаю, что у другой королевы найдётся свой радужный дракон.
– Только корм переводить, – буркнула Огонь с плохо скрытой завистью.
– Она почти не ест, – возразила Пурпур, – это скорее экзотическое растение, чем дракон. Вода, солнечный свет, фрукты, ну и обезьянка-другая время от времени, вот и всё, что требуется. Пускай поживёт, пока не наскучила.
Огонь задумчиво хмыкнула.
Трибуны вокруг ломились от драконов, здесь их были сотни. Казалось, сюда явилось всё Небесное королевство. Они ревели и топали, требуя начала кровавого празднества.
Кармин выпорхнул на середину арены и торжественно поднял алые крылья.
– Уважаемые драконы! – начал он. – Верноподданные небесные, добрые соседи земляные, почётные гости песчаные! Сегодня у нас большой день боёв, так не будем же терять времени!
Он повернулся и хотел указать на Цунами, но как раз в эту минуту она вырвалась из лап стражей и кинулась на него. С испуганным криком Кармин взмыл в небо, едва увернувшись от острых когтей.
Трибуны разразились хохотом и аплодисментами. Цунами шипела и подпрыгивала, пытаясь цапнуть глашатая, который вился над ней кругами.
– Похоже, страсти сегодня так накалились, что кое-кто спутал меня со своим сегодняшним противником, – весело продолжал Кармин сверху. – Вынужден разочаровать, но мы нашли бойца посерьёзнее, твоего сородича… – Он указал на вершину скалы, где стражники боролись со светло-зелёным морским драконом. – Итак, сегодня на арене ещё один из так называемых «драконят судьбы»! Так ли они чудесны и непобедимы, как утверждают слухи?.. Встречайте Цунами из морского племени!
Хлопанье сотен крыльев, огненное шипение и крики прокатились по трибунам. У Глина заложило уши от шума. Неужели драконы поддерживают Цунами? Постепенно он стал различать отдельные голоса.
– Драконята из пророчества, они самые!
– Видал, как тот земляной уделал Фьорда? Чем он его, интересно…
– Кто там пел вчера сверху?..
– Вот это праздник, я понимаю!
– …похоже на предвестие…
– …призраки на скалах., драконята уже здесь!
– …один и тот же рубиновый медальон… как можно!
– Надеюсь, она победит…
Глин бросил взгляд на королеву Пурпур, над рогами которой уже вился дымок. Услышав раздражённый щелчок её хвоста, Кармин торопливо продолжил:
– Уважаемые драконы! Думаю, многие из вас помнят того, кто несколько месяцев назад отказался драться…
– Позо-о-р! – послушно заревела толпа.
– Вот именно! Более того, он попытался увлечь за собой и других пленных! Такому, как он, следовало преподать хороший урок, не то в самом скором времени нам всем тут осталось бы только умереть от скуки. Согласны?
– Да-а-а! – раздался дружный хор.
– Как лучше всего наказать морского дракона? – Взмахнув крыльями, Кармин сделал широкий круг над трибунами, делая вид, что вещать с воздуха ему даже удобнее.
– Отрубить голову! Набить травой жабры! Утопить! – слышались крики, перемежаемые смехом.
Кармин вздохнул.
– Можно и так… но самое лучшее наказание для морского – лишить его воды, совсем! На месяц-другой.
Цунами повернулась к королевскому балкону. Её чешуя побледнела от ужаса.
Зелёный дракон уже корчился на песке, сброшенный стражами. Он был вдвое крупнее Цунами, с длинными и острыми загнутыми когтями, похожими на рыболовные крючки. На морде запеклась кровь, будто он пытался напиться из собственных жил, чешуя высохла и потускнела, а в запавших тёмно-зелёных глазах плескалось безумие.
– Вот он, – показал Кармин, – осознал свою вину и готов драться! Встречайте! Перед вами Жабр из морского племени!.. Когти вперёд! Хвосты в небо! К бою!
Жабр не стал дожидаться позволения и уже мчался на Цунами. Пасть его была широко раскрыта, словно для рёва, но из неё не вырывалось ни звука. Багровый распухший язык торчал набок.
Цунами легко перескочила через голову противника и перекатом ушла в сторону, затем вскочила и развернулась, встречая новую атаку.
– Он быстрый, – шепнул Звездокрыл, – и ему нечего терять.
– Цунами быстрее, – уверенно ответил Глин.
Чувствует ли она там, на арене, то же самое, что и он тогда, в бою с ледяным? Сможет ли убить другого дракона без колебаний? Хорошо, если так, потому что Жабр колебаться не станет – обезумевший от жажды, он порвёт Цунами на части, даже не соображая, что делает.
Зелёный дракон поднялся на дыбы и расправил крылья, готовясь обрушиться на спину Цунами, но она успела увернуться, полоснув когтями его брюхо. На тёмно-синюю чешую дракончика брызнула ярко-красная кровь. Когти Жабра соскользнули, и он упал, зарывшись мордой в песок, но тут же вскочил и бросился вдогонку. Острые когти-крючки успели зацепить хвост Цунами, и, снова поднявшись на дыбы, дракон вздёрнул её над головой. Болтаясь в воздухе, она извернулась и впилась зубами в перепончатую лапу.
Пасть Жабра снова распахнулась в рёве, который слышал лишь его воспалённый мозг. У Глина на спине зашевелились чешуйки. Было что-то жуткое в этой беззвучной битве.
Большой дракон разжал когти, и Цунами шлёпнулась наземь, но, падая, успела подсечь своим мощным хвостом задние лапы противника. Жабр с размаху опрокинулся ничком, и глухой стук упавшей туши разнёсся по всей арене. Мгновение, и Цунами уже оседлала его, цепко прихватив распластанные крылья когтями задних лап. Передними она ухватилась за рога, не давая дракону вытащить пасть из песка. Хлеща хвостом, Жабр отчаянно бился всем телом, но Цунами была слишком тяжела, чтобы её сбросить.
– Победа моя! – крикнула она, повернувшись к трибунам. – Вы все видели! Зачем его убивать? Пускай живёт!
По арене прокатился изумлённый гул. Глин бросил взгляд на Пурпур, ожидая её возражений, но королева молчала с самодовольным видом, будто знала всё наперёд.
– Убей его! Убей! – взревели разом несколько голосов. К ним присоединились другие, и скоро все трибуны бесновались, выкрикивая: – Смерть! Смерть! Сломай ему шею! Вырви глаза! Крови! Крови! Убить! Убить! Убить!
Тяжело дыша, Цунами опустила голову. Казалось, она всматривается в глаза зелёному дракону, пытаясь прочитать в них, насколько тот безумен.
– У неё нет выбора, – мрачно проронил Звездокрыл. – Если он вырвется, то убьёт её. Она не может этого не понимать.
«Только от такого понимания нисколько не легче», – подумал Глин.
– Да, маловато храбрости у наших «драконят судьбы». – С фальшивым сочувствием заметила Пурпур. – Похоже, битвы не для них. Может, им лучше и дальше отсиживаться в пещерах?
Гордо задрав подбородок, Цунами взглянула на королевский балкон и, не сводя глаз с Пурпур, одним движением сломала шею несчастному безумцу. Было совершенно ясно, кого она представляет на его месте.
Глава 26
– Вот досада, – хмыкнула Пурпур, слушая одобрительный рёв толпы.
– Провал! – мрачно поправила Огонь. – Ты только глянь, эти идиоты готовы целовать её.
С трибун градом сыпались изумруды и рубины, отскакивая от чешуи Цунами. Отпустив голову убитого, она отступила в сторону от обмякшего тела, с отвращением глядя на ликующую толпу.
Королева Пурпур озабоченно взглянула на песчаную великаншу.
– Не волнуйся, всё продумано, – усмехнулась она, кровожадно потирая лапы. – Итак… ещё один подарок к моему Дню яйца! Ночного на арену!
Земляной дракончик встретил застывший взгляд Звездокрыла. Всё превосходство учёного всезнайки исчезло без следа, остался лишь один смертельный ужас.
– Стойте! – крикнул Глин, рванувшись к стражам, которые принялись отвязывать его приятеля. – Возьмите меня вместо него!
– Ох уж эти драконята, – покачала головой Пурпур, – только и знают, что друг друга спасать, смех один. – Она махнула лапой, и Звездокрыла потащили в туннель. Глин бился в цепях, в отчаянии пытаясь их порвать. – Даже не думай, земляной, не выйдет. Мне не терпится посмотреть, как дерутся ночные… а потом прикажу отрезать крылья и развесить по стене – в самый раз для тронного зала. Серебряные звёздочки по чёрному, ну не прелесть ли?
Огонь презрительно фыркнула.
– Не дворец, а балаган, – проворчала она.
– Эй, полегче насчёт союзников! – оскорбилась королева.
Великанша дёрнула хвостом, но промолчала.
Цунами после боя никто не трогал, она так и стояла, отвернувшись от трупа, издававшего под жарким солнцем запах дохлой рыбы. Когда стражники вытолкнули на арену ночного дракончика, Глин наконец понял, что задумала королева. Ничего у неё не выйдет! Цунами не станет драться с Звездокрылом, ни за что! Даже самая нудная лекция по химии огненного выдоха не заставит её поднять на него лапу.
– Самый редкий из всех драконов! – вещал Кармин, безопасно устроившись на уступе скалы напротив королевского балкона. – Настоящий живой ночной! Удастся ли ему исполнить так называемое «пророчество»? Посмотрим, как драконята судьбы дерутся друг с другом. Итак, победительница прошлого боя Цунами против Звездокрыла! Когти вперёд! Зубы готовь! К бою!
Цунами молча смотрела на ночного дракончика. Вид у неё был пугающий: бока тяжело вздымались, чешуя, залитая кровью Жабра, тускло мерцала. Звездокрыл нервно переминался с лапы на лапу, словно не знал, чего ожидать.
Наконец Цунами медленно двинулась навстречу. Он развернул крылья, и она обняла его, положив голову на плечо.
– Позо-ор! – раздался голос в толпе, но какой-то неуверенный. Его никто не поддержал, а на верхних скамьях вдали от королевского балкона послышались даже аплодисменты.
– Всё хуже и хуже, – прошипела Огонь, скрипя зубами.
Королева Пурпур злобно прищурилась.
– Вы собираетесь драться? – вкрадчиво осведомилась она. Дракончики даже не обернулись. – Да бросьте, вы же надоели друг другу до смерти! Укуси её, ночной! Разве она не бесит тебя?
Глин бросил взгляд на радужную, ожидая перехватить её улыбку. Она не раз в шутку предлагала стравить главных любителей поболтать и таким образом избавиться от обоих. Однако глаза радужной оставались закрытыми.
– Не хотите? – хмыкнула королева. – Ну что ж, попробуем вас расшевелить… Кармин!
Распорядитель хлопнул крыльями, и из ворот выкатилась большая клетка. Перелетев на неё, он рванул зубами верёвку, закреплявшую дверь, и на песок выскочили четверо воришек, свирепо вереща и размахивая железными когтями.
– Воришки? – поморщилась Огонь. – Против драконят судьбы? Да ты с ума сошла!
– Твоей матери хватило одного, – ядовито заметила Пурпур.
Песчаная великанша злобно щёлкнула зубами, отравленный хвост изогнулся, угрожающе надвигаясь на королеву.
– Ну, ну, не сердись, – фыркнула небесная, – я пошутила. Если не сработает, у меня в запасе ещё много чего, прикончить их не составит труда. Мне впервые удалось заполучить ночного, пусть покажет все свои умения.
Глин ощутил смутное беспокойство. Драться с воришками драконят не учили. Сокровищ в пещерах не было, и защищать их было не от кого. Может быть, Звездокрыл вычитал что-нибудь в старых свитках? Хотя, в общем-то, воришки та же дичь, разве что чуть коварнее и хитрее ящериц, горных коз и страусов, которых выпускали для охоты в пещерах.
Цунами толкнула Звездокрыла к стене и заслонила крыльями, повернув к нападавшим оскаленную пасть. Трое бежали навстречу, четвёртый застыл на месте, потом бросился к воротам.
Глин смотрел во все глаза. Дичь атакует дракона! Не так просты, видно, эти воришки.
Мощный удар лапы, и первый из нападавших, кувыркаясь, улетел на трибуны, где тут же началась возня, клацанье зубов и радостный рёв. Вереща, воришка забарахтался в чьих-то когтях, потом послышался хруст и довольное чавканье.
Двоим оставшимся удалось увернуться, и они разбежались по сторонам. Тем временем, из ворот, спотыкаясь, снова выскочил четвёртый. Трое небесных подгоняли его длинными копьями. G визгом промчавшись по песку, он врезался в дальнюю стену, упал и больше не шевелился.
– Ну и что хорошего? – скривилась Огонь. – Толку от твоего ночного…
Пурпур дёрнула хвостом.
– Погоди, остались одни самки, они держатся получше.
Воришки крались по песку с разных сторон, сжимая в лапах блестящие когти. Цунами вертела головой, стараясь не упускать из виду обоих. Наконец сделала выпад, стараясь достать того, что приближался слева, но воришка поднырнул ей под лапу, ткнул когтем в живот и проворно отскочил. Взвыв от боли, она кинулась вдогонку.
В тот же миг другой противник скользнул ей за спину и бросился на Звездокрыла. Тот попытался тоже ударить лапой, но воришка увернулся, подпрыгнул и проворно забрался дракончику на спину.
Глин остолбенел. Ничего себе, дичь! Коровам о таком нечего и думать.
Звездокрыл изогнулся, вытянув шею, чтобы достать врага зубами, но тот ловко отскочил, цепляясь за чешую, словно ящерица за трещины в скале. Дракончик свирепо тряс головой и царапал когтями, но задел лишь сам себя, и с чёрной спины закапала кровь.
– Да уж, не впечатляет, – разочарованно хмыкнула Пурпур. – Не похоже, чтобы этот умел читать мысли.
Глин вздрогнул. Увернувшись от когтей, воришка карабкался на шею, подбираясь к голове Звездокрыла. Если сумеет вонзить свой длинный коготь в глаз…
– Цунами! – что было сил выкрикнул он.
Увлёкшись преследованием, она оказалась на середине арены. Вёрткий и быстрый, противник метался зигзагами, умудряясь проскакивать даже у неё под брюхом. Услышав крик Глина, Цунами обернулась и кинулась назад к Звездокрылу, но тот уже справился сам. Резко тряхнув головой, он с размаху уткнулся мордой в песок. Воришка сорвался и, пролетев между рогами, откатился к стене, но тут же вскочил и заковылял прочь, спасаясь от щёлкнувших совсем рядом драконьих зубов.
Звездокрыл стоял на месте, потирая ушибленную голову. Подоспевшую на помощь Цунами он задержал. Воришки стояли поодаль у стены, один поддерживал другого, озираясь на трибуны, заполненные веселящимися драконами. Оба верещали что-то пронзительно и злобно.
– Ты права, – вздохнула Пурпур, – ничего интересного, я ждала гораздо большего… Давай ледяных! – крикнула она Кармину.
Кроваво-красный дракон отдал команду, и со всех сторон в воздух поднялись стражи, направляясь к вершинам скал. Глин с ужасом следил, как они отвязывают пленников. Восемь ледяных! Звездокрыл рассказывал, что больше всего они ненавидят ночных драконов, ещё со времён какой-то давней войны.
– Наконец-то додумалась, – проворчала Огонь.
– Пустите и меня! – взмолился земляной дракончик. – Я тоже хочу драться!
Он хорошо понимал, что троим против восьми всё равно не выстоять, но лучше умереть с друзьями, чем бессильно наблюдать сверху.
Солнце внезапно померкло, будто скрылось за грозовыми тучами. Зрители задрали головы, прислушиваясь к шороху машущих крыльев. Над ареной сгустилась тьма, потом от неё отделился клочок и стал, разрастаясь, спускаться кругами.
Величественно распахнув крылья, чёрная, как ночь, фигура опустилась на песок. Глин вздрогнул, узнавая.
Провидец, наконец, явился.
Глава 27
Земляной дракончик чувствовал облегчение и в то же время злость. Почему Провидец так долго ждал?
Над ареной повисла тишина. Даже стражники замерли на скалах, перестав развязывать пленных. Все взгляды были устремлены на огромного чёрного дракона, который, казалось, заполнял собой всю арену и поглощал весь свет.
Взглянув на королеву, Провидец показал на Звездокрыла.
Читать бесплатно другие книги:
