Ник. Преодолевая барьеры Ясинский Анджей
– Так. Так-так… – Руана постучала пальцем по столу, но додумать мысль не успела.
Умник вдруг развернулся к ним лицом, а рядом с ним появился Ник. Точно такой, каким его видела Руана по удаленной связи. Она с любопытством на него смотрела, чувствуя, как рядом, там, где Алиела, буквально вспыхивает костер чего-то такого… Непонятно горячего, приятного и растворяющего в себе. Она внутренне встряхнулась. Алиела сказала нечто, требующее осмысления, но времени совершенно не оставалось. Именно сейчас был максимально благоприятный момент для реализации ее плана – неожиданность, да еще и кристалл при быстром скане не показал наличия у Ника при себе технологий нужного порядка. Возможно, где-то отдельно хранятся, поэтому сейчас более-менее безопасно. А потом можно будет спокойно поспрашивать. По крайней мере, если не попробует, потом ей душу вымотают ее кураторы – почему не попыталась сделать это. Неприятно, конечно, но ничего не поделаешь, кому-то и такими вещами приходится заниматься.
Руана мысленно потянулась к своему кристаллу. Почувствовав привычный отклик, поставила две задачи – сформировать два расходящихся вектора поражения. Один – для искинов, второй, парализующий, – для людей. Подумав буквально мгновение, добавила немного мощности к паралитическому лучу. Поколебалась, увидев, как расцвела Алиела, но тут же задавила в себе чувство неправильности своего поведения и, уже почти не сомневаясь, отдала кристаллу команду на активацию.
Ник
Ну наконец-то основные дела закончены и появилось немножко времени. Можно и к подруге под бочок прыгнуть – на удивление соскучился. Все никак не привыкну, что, кроме меня, есть еще кто-то. Чувствую, тяжело будет отвыкать от одиночества. Хорошо хоть Умник приглядел за ней и привел в порядок, хотя, конечно, все равно по заднице ему надо надавать, что использовал на Алиеле малоизученный функционал изолированного пузыря по замедлению времени в нем. Так-то оно понятно, что он миллион раз все перепроверил, но досада никак не проходит. Хоть бы разрешения спросил! Ладно, что сделано, то сделано. Надо просто какое-то время понаблюдать за нею, тем более это так приятно… Наблюдать… Ну и не только. Хе-хе.
А уютненько Умник придумал с террасой над космической пропастью! Мельком огляделся, но помимо воли глаза зацепились за вскочившую девушку. Если кто крутил в руках кортик или кинжал с металлическими ножнами, должен знать это чувство. Вот лежат рядом они – ножны и кортик. Не целое, по отдельности красивое, но все же разделенное. Легкий шорох лезвия по ограничителю вкладываемого лезвия и финальный щелчок, окончательно состыковывающий две части одного целого, и вот в руке уже единый объект, можно сказать, монолитный. Так и тут: взгляд за взгляд – и потащило нас друг к другу. Очень прикольное ощущение. Самое непонятное – не хочется снова проверять, магия это или еще какая бяка. Повесил это на биокомп, чтобы молча проверял и не беспокоил. Надо, надо. Просто на всякий случай.
Вот только финального щелчка гарды об окантовку ножен не случилось. Моя защита вдруг полыхнула предупреждениями и через реверсную телепортационную пленку отправила направленное на меня излучение обратно. Но все равно чуток просочилось в самом начале – по нервам пробежал табун мурашек. Надо посмотреть логи, сравнить реакцию системы – почему она не успела отреагировать вовремя. Вернее, откуда задержка, вроде же настраивал на реакцию от лазера, а там скорости световые. Рядом матюгнулся Умник. Только он, в отличие от моей защиты, заранее держал невидимый щит, причем точно такого плана, как и у меня. Я-то его заметил краем, только почему-то не стал анализировать, зачем он. Вот правы были древние, когда писали, что в присутствии любимой женщины мужчина глупеет! Впрочем, есть еще надежда, что это не насовсем. Или совсем пройдет, или сгладится как-то. Что-то не хочется постоянно глупым ходить! Шутю я так, шутю, конечно. Хотя в доле шутки всегда есть неприятная кнопка правды под зад.
Сидевшая за столиком девушка упала головой на столешницу, сильно стукнувшись лбом и разбив в кровь нос. Чашки, из которых девчата пили, подпрыгнули, одна из них упала на бок и покатилась, выплескивая из себя содержимое. Алиела от неожиданности отскочила в сторону и с удивлением стала переводить взгляд с Умника на меня и обратно.
– Чем это она нас? – спросил я, засунув руку под рубашку и успокаивая ногтями зачесавшуюся кожу на животе, сглаживая в нужных местах ауру. Вскоре облегченно вздохнул: – Фух! Прям как муравьев за шиворот насыпали!
– Это что, она? – не поверила Алиела.
– А я говорил – подозрительная она! – буркнул Умник, подходя к скособочившейся на стуле девушке, непонятно как еще не упавшей на пол, – уж больно неудобно она лежала даже для взгляда со стороны.
– Тебя не задело? – Я подошел к Алиеле и остановился. Спустя мгновение она расслабилась и прижалась ко мне. Фух! Думал, в контры пойдет или истерика там какая случится. – А то отражение могло быть не совсем точным.
– Почти не задело, только почувствовать успела легкое касание. – Веганка выдохнула и ненадолго замерла. Потом сказала: – Беспокоилась за тебя.
– Я знаю. – Я втянул в себя запах ее волос, немного прибалдел. Через пару мгновений продолжил: – Чувствовал.
– Эй! А что с Руаной делать? – Умник еще зачем-то потыкал пальцем в разные места лежащей тушки. – Жить вроде будет. Можно так оставить, а можно и полечить. Или в космос выбросить. Что вы предпочитаете? – С совершенно серьезным лицом Умник посмотрел на нас.
Я глянул в глаза Алиелы и спросил:
– Зачем она это сделала?
– Совершенно не понимаю! Хорошо сидели, нормально общались, и вдруг такое…
– А главное – что она хотела с нами сделать и как планировала отсюда потом свалить?
– На что-то, видать, надеялась, – пожал плечами я. – Ну да ладно. Есть дело.
Я приобнял Алиелу и повел к столу. Отодвинул стул, дал ей сесть. Сам пристроился рядом. Умник отошел чуть в сторону и прислонился к стенке. Я поставил лежащую на боку кружку как полагается и оглядел всех. Даже на находящуюся в бессознательном положении веганку посмотрел.
– У нее, кстати, компьютер в башке спалился, – криво улыбнулся Умник. Я внимательно всмотрелся в него. Точно! Эта улыбка называется «кривая»! Вот же зараза, как умеет! А он вдруг вскинулся: – Эй! Это она хотела меня, что ли, убить?
– Это так? – Я повернулся к Алиеле.
А та задумалась, периодически поглядывая на Руану и на медленно растекающееся пятно крови из-под ее лица.
– Не знаю, – наконец вздохнула девушка. – Она, конечно, моя знакомая, за братом когда-то давно ухлестывала, и даже жизнь свою вроде как положила на мое спасение, но на самом деле мы не близки. Она контролер, а чем они занимаются, я не знаю. А насчет тебя, Умник, не знаю. Может, и есть такие средства, но мне они неизвестны. Может, брат знает?
– Вот не читала Руана русских сказок! – вдруг сказал Умник. – А ты, Алиела, их читала?
Веганка вдруг смутилась:
– Ну, кое-что, но не глубоко…
– Не расстраивайся, – хмыкнул Умник. – У тебя еще все впереди. Особенно… Нет, не сейчас. Так вот, там есть персонаж один – Кощей Бессмертный. И знаешь, чем он отличался от других? Нет? Так вот, его смерть находилась в игле, а та была спрятана в яйце, которое само по себе еще было спрятано так, что фиг найдешь! Не понимаешь аллегорию? Нет? Ну, когда-нибудь поймешь. Так вот, перед тобой стоит самый лучший прятальщик иголок в яйцах!
– Угу, – буркнул я, с трудом сдерживая смех. – Особенно если яйца чужие!
Алиела
Поведение Руаны ее не просто поразило, а буквально убило. И ведь она ничего не почувствовала в ее ментальном плане! Правда, обладая обостренным чувством такта, она не пыталась лезть ей в душу, а лишь, как принято в их обществе, поверхностно иногда поглядывала на ее верхний слой чувств. И не видела там ничего иного, кроме доброжелательности. Но было бы странно ориентироваться на внешний слой чувств контролера, правда? Да и в обычной жизни это не всегда помогало: внутренний контроль мыслей – обычное состояние веганца, обучаемого с самого детства, не давал вырываться наружу чувствам. А если и вырывался, то поди пойми, настоящие они или нет. Нет, можно, конечно, копнуть глубже, но у них это считалось очень неприличным.
Несмотря на свою внешнюю легкомысленность, Алиела не была глупой женщиной. Просто ей нравилось такое поведение, оно в какой-то мере соответствовало ее внутреннему «я», да и в жизни помогало. Тем не менее она трезво оценивала события. А разве может быть иначе для человека ее профессии? Информационщики слишком много пропускают через себя информации, причем порой чуждой – вроде культурных слоев, мыслей и поведения, например тех же землян, стараясь адекватно ее анализировать и вырабатывая в себе определенные защитные механизмы психического плана, чтобы не сойти с ума. Ее защитным механизмом стал внешний вид слегка взбалмошной и легкомысленной особы. И это ей нравилось, и нравилось, что это нравится Нику. Вроде бы. Она еще не разобралась до конца, а поэтому не хотела ломать впечатление о себе. Своими отношениями с ним она не хотела рисковать даже в такой мелочи. Совместимость совместимостью, но ломать ее несоответствиями внутреннего представления и другими психологическими нестыковками она совершенно не стремилась. Наоборот, этот буквально дар свыше нужно только удобрять с обеих сторон. По крайней мере, со своей стороны она будет стараться как может, и даже сверх того. Нравится ему такая – она будет такая. Как только почувствует, что есть более полный образ, соответствующий его предпочтениям, – изменится. Требовать от Ника того же она не будет – ей самой достаточно уже одного наличия такой совместимости и того, что она чувствует при этом. Алиела понимала, что это у нее детская психологическая травма определенного характера, возникшая буквально на ровном месте из-за ее впечатлительности, но абсолютно безопасная, а поэтому и тревожиться незачем. В любом случае она сдюжит.
Что касается поведения Руаны и последних событий, у нее в голове будто щелкнуло что-то, и она увидела их новую смысловую связь. Политика, куда уж без нее! И стали понятны и поведение Руаны, и смущающий ранее горький привкус мыслей мамы, и даже то, как и почему они попали в ловушку серых. Правда, последнее не совсем точно, было несколько вариантов, но в целом стало яснее.
Вздохнув, Алиела, начавшая было вставать, чтобы идти вслед за Ником к Элхору, плюхнулась обратно на стул:
– Мне надо поговорить с Руаной. В зависимости от того, что она скажет, и будем решать, доверять ей или нет. Пока не хочу говорить, но это, скорее всего, связано с нашими внутренними делами на Версалии. Вы можете мне это обеспечить?
Ник долго смотрел в ее глаза, а в его мыслях и чувствах веганка ощущала только беспокойство за нее. Возможно, он и играл, маг с его данными вполне может подделывать свои чувства, но почему-то она надеялась, что совместимость их уровня не позволит ей не заметить его игры.
– Ты с ней хочешь поговорить наедине?
– Поверь, тебе это будет неинтересно. А если будет затрагивать тебя или нас с тобой, я тебе обязательно расскажу. Просто я пока не знаю, как все это сформулировать. Земная политическая жизнь довольно сильно отличается от нашей, и мне будет трудно все это адаптировать под твое восприятие.
Почему-то на этих словах в мыслях Ника мелькнул легкий привкус веселья, но глаза его оставались такими же серьезными.
– Хорошо. Но для твоей безопасности я кое-что сделаю. Кроме того, заблокирую ее кристалл. Он не выгорел, как подумал Умник. Просто отключился. Разбирайся с ней и постарайся не затягивать разговор – у меня есть серьезные новости. Хорошие или плохие – не скажу, просто сам не знаю пока. Но мне необходимо узнать мнение твое и Элхора. И еще кое-что проверить надо будет.
– Хорошо, – кивнула Алиела и с внутренним восторгом смотрела, как Ник, проходя мимо Руаны, дал ей щелбан по затылку и, не останавливаясь, вышел вслед за Умником.
Руана же вдруг резко вдохнула и закашлялась.
Ник
– Как думаешь, они разберутся? – спросил я.
– А ты что, подслушивать не будешь? – удивился Умник.
Я улыбнулся и покачал головой:
– У меня на душе будет неприятное темное пятно, которое тяжким бременем ляжет на мое отношение к Алиеле. А я этого не хочу.
– Хм… Ну, если так… А вот у меня на душе, как бы я ни крутил-вертел ситуацию, никакого пятна не будет. Как ты думаешь?
– Пойдем лучше посмотрим, как там Элхор поживает, – не стал я отвечать на вопрос Умника.
Алиела рассеянно смотрела в космическую даль. Периодически она отпивала глоток кофе, ставила кружку на стол и замирала на некоторое время. Потом цикл повторялся.
– Ну? – раздался слегка приглушенный голос другой веганки, безрезультатно пытающейся оторвать ладони от столешницы. – Давай уж, спрашивай!
Алиела медленно перевела взгляд на нее. И чем-то этот взгляд Руане совершенно не понравился.
– Ты, – Алиела положила свои руки рядом с руками Руаны, – пыталась нанести вред моему совместимому!
Руана не успела ничего сообразить, как быстрым движением Алиела сломала один из пальцев Руаны, выгнув его вверх. Та чуть не задохнулась от боли, но сумела промолчать.
– Никогда! Никогда не лезь своими грязными мыслями в наши отношения!
Второй палец последовал за первым. Руана молчала, но непроизвольные слезы сдержать не смогла.
Как будто что-то увидев в глазах Руаны, Алиела немного откинулась и стала разминать руки.
– У тебя не работает кристалл, – сказала она. – Поэтому спрашивать я тебя буду по-другому.
Схватив голову Руаны с двух сторон, она притянула ее к себе, проигнорировав крик боли. А затем впилась взглядом в зрачки контролера, ломая ее психологическую защиту. Ментальную защиту она, сама себе удивившись, прошла, даже не заметив. Но следовало еще психические маркеры задавить, чтобы информация не искажалась.
Через полчаса Алиела устало откинулась в кресле и пробормотала:
– Ну накрутили!
Глава 4
Ник
Глядя на Элхора, брата Алиелы, я испытывал чувство глубокого удовлетворения от хорошо сделанной работы. Ауру я ему качественно почистил от сторонних ментальных закладок серых и аурных энергетических образований, наподобие примитивных конструктов или, скорее, стационарных проклятий, подавляющих определенные системы жизнедеятельности, в основном мозговой активности. Даже исправил аурные повреждения. Ну и как брату своей подруги поставил ему ментальную защиту, как у нее. Так, на всякий случай. И такой же экспериментальный ментальный усилитель. Вреда точно не будет, хотя и профита пока особого не видно. Впрочем, я еще не проводил полное исследование применения такого усилителя. Еще повесил пару защитных конструктов и несколько «проклятий» со знаком плюс – теперь кому-то сложновато будет воздействовать на него через ауру. Даже с помощью разных инструментальных средств, которыми, как я посмотрю, кое-кто насобачился тут работать. Варвары!
Потом поправил дисбаланс в организме веганца, который туда внесли своими нехорошими методами серые. Получил хорошее представление об отличиях моей инопланетной родни от землян. Взял пробу ДНК и расплел спираль на программном обеспечении, позаимствованном у сеструхи с ее медицинского суперкомпа, но теперь уже работающем на моих мощностях, а соответственно, почти мгновенно. Весьма позабавила, на взгляд кого другого, может, даже пугающая штука – глубоко-глубоко в генах зашит код их предков, сейчас не играющий никакой роли и, можно сказать, выключенный, но своим наличием дающий повод задуматься.
Ах да, я ведь не сказал – этот код явно принадлежал кому-то вроде динозавров. Ну или ящероподобных. То-то Алиела так реагировала на моего дракончика, а потом и на своего. При этом в остальном – человеческий код, но, конечно, со своими особенностями. И, конечно, полностью совместимый с ДНК человека. Ну как «полностью» – теоретически, как и на Земле. У нас ведь тоже встречается несовместимость, но это другой разговор.
Моя идея о происхождении видов неожиданно получила пусть и косвенное, но подтверждение. Кажется, я об этом уже говорил, но повторю. Я ведь как думаю. Вот развивается существо, развивается, и в какой-то из этапов своего развития его информструктура (а возможно, и ее смысловое наполнение, отраженное в прочих информационных слоях мира вроде того же астрала) начинает совпадать с похожей структурой, хранящейся во вселенском банке матриц. Возникает некое влияние на существующий объект, заставляющий его изменяться, чтобы более полно соответствовать шаблону. И со временем он меняется. Если же медленное эволюционное развитие в силу разных обстоятельств природного или какого иного характера не позволяет эволюционировать данной системе в нужную сторону, то шаблон этого существа, его стабильная форма, заносится в эту вселенскую библиотеку как новый объект. Или же он со временем вычеркивается из реальности, а может, просто продолжает развиваться, пока не получит более устойчивую структуру. А дальше снова по накатанной – или в библиотеку, или библиотека сделает из тебя человека! Ха-ха!
Еще не открыв глаза, Элхор сел на кушетке, похожей на медицинский стол, развернулся и спустил ноги. И только потом открыл глаза и вдруг заразительно зевнул, осматриваясь по сторонам. Потом его взгляд остановился на мне с Умником.
– Ник?
– Он самый, – кивнул я и, как и положено, спросил: – Как самочувствие?
Элхор прислушался к себе и кивнул:
– Неплохо. Как я понимаю, я куда-то влип и ты меня вытащил?
– А ты неплохо соображаешь! Как и следует моему шурину.
– Шурину? – Он удивленно посмотрел на меня, потом, что-то поняв, хмыкнул: – Думаешь, все так серьезно?
Я пожал плечами:
– Сам ведь понимаешь. Алиелу я теперь не отпущу. Разумеется, если она сама этого хочет.
Элхор махнул рукой и снова зевнул.
– Разбирайтесь сами. С моей стороны препятствий не будет. Тебе еще предстоит с нашей мамой познакомиться. И я бы не хотел при этом присутствовать, – несколько насмешливо улыбнулся веганец. Бросил взгляд на стоящего в стороне Умника, но ничего не сказал.
– Будем разбираться с проблемами по мере их поступления.
– Ладно, что там за последнее время произошло?
– Да ничего особенного. – Я сел в выросшее из пола кресло. – Серые тебя схватили и стали препарировать. Алиела бросилась тебя спасать и попала в ловушку. Вместе с ней там же оказалась Руана, ты ее знаешь… Пришлось вытаскивать.
– Эта-то тут откуда? – удивился веганец, совсем по-человечески подняв брови.
– Она какой-то ваш контролер.
– Тьфу ты! – Элхор почесал грудь и поморщился. – Ее я сейчас хотел бы видеть в последнюю очередь.
Я не обратил особого внимания на его слова и продолжил:
– После того как я вас вытащил, серые покинули эту систему. Добровольно-принудительным способом.
Элхор замер и ошеломленно уставился на меня. Я замолчал, не поняв его реакции, а потом до меня все же дошло:
– Не-не. Это не я. Они сами. Нет, нельзя, конечно, сказать, что я тут совершенно ни при чем, но также нельзя сказать, что я прямо их заставил. Просто они так решили. Правда, эридяне обиделись и бросили нам вызов.
– Нам?!
– Ага, – довольно улыбнулся я. – Вам, веганцам, и нам, землянам.
– Вот больные шишуки! – ругнулся Элхор. – Со своим кодексом… А как ты узнал?
– Да мне их главный серый… кажется, его зовут Прах, перед тем как отправиться последним рейсом к себе, передал приглашение. – Я помахал карточкой с условиями дуэли.
Элхор долго молчал, не сводя с меня своего удивленного взгляда. Признаться, стали уже надоедать такие взгляды. То так посмотрят, то эдак, то сбоку. Хоть совсем уединяйся, а шифроваться не особо хочется – только ради внешнего комфорта лишать себя внутреннего?
Тут открылась дверь, и вошли обе красавицы. У Руаны вид был несколько потрепанный, и она баюкала свою руку, в которой пара пальцев смотрела совсем не в ту сторону, что предполагается изначальной конфигурацией тела. Алиела выглядела (в аурном отображении тоже) довольной, хотя и немного встревоженно-озадаченной. Элхор удостоверился, что с сестрой внешне все в порядке, и уперся взглядом в Руану. Своя нагота его совсем не волновала, как и девушек, собственно. Мелкое, но отличие от земной психологии. У нас кто-нибудь да смутился бы. Контролер же мельком глянула на Элхора, поморщилась, хотя это можно было принять и на счет больной руки, а потом посмотрела на меня:
– Можно воспользоваться вашим регенератором? А то у меня кое-что повредилось…
– Упал, очнулся – гипс, – пробормотал Умник и вопросительно посмотрел на меня.
Я ему кивнул.
Китаец скользящим шагом переместился к подозрительно сощурившейся Руане и аккуратно взял ее поврежденную руку в свои ладони. Посмотрел в глаза девушке, вводя ее в легкий транс. Я видел, как он отключил прохождение сигналов в нервной сети руки, а потом просто поставил пальцы на место и провел классическую ударную локальную регенерацию, правда, предварительно еще поправив интересным способом поврежденные мягкие суставные хрящи и другие части сустава. Потом вернул управление телом веганки обратно.
Руана удивленно проморгалась и с легким недоверием стала рассматривать свои пальцы, сперва опасаясь ими шевелить. Но вскоре уже вовсю их разрабатывала.
– Но как?! – спросила она наконец.
– Обычная ловкость рук, – буркнул я и посмотрел на Алиелу. Зацепился взглядом за ее взгляд. Видно было, что ей было что мне сказать, но не особо срочное. Поэтому я выдал совсем другое: – Леди и джентльмены! Как я уже сообщил Элхору, известные всем серые покинули нашу систему, оставив в наследство абстрактный вызов на дуэль от их друзей эридян.
– Все ушли?
– Все.
– Абстрактный? – Алиела подошла и села рядом, прислонившись ко мне плечом.
– Вам лучше знать, что творится в головах присутствующих в нашей системе пришельцев. – Я усмехнулся, взглянув на передернувшего плечами Элхора и скривившуюся Руану. Почему-то им не понравились мои слова. А вот от Алиелы пыхнуло весельем. – Вам просто по должности положено.
– Да наплевать. – Элхор не удержался и зевнул. – Этот вызов ни к чему не обязывает.
– Ставлю вас в известность… – Я немного помолчал, обведя всех взглядом. – Правительство моей страны решило принять вызов.
Все удивленно уставились на меня. Ну, кроме Умника, да Алиела хоть и удивилась тоже, но лишь плотнее прижалась ко мне. Я послал ей эмоцию… хм… аналог легкого поцелуя, что ли. Это даже забавно так обмениваться чувственными сообщениями.
– Но зачем? – спросил Элхор.
А Руана нахмурилась:
– Комитет будет против. Возможность полного открытия взаимодействия развивающихся планет с прочими космическими расами определяется как раз Комитетом, если он существует в качестве наблюдателя в той системе, или же межпланетными и межрасовыми космическими договорами и законами, которые, конечно, не обязательно исполняются, но все же их нарушение может послужить причиной разбирательств, если одновременно будут затронуты интересы разных космических рас.
– Как представитель Земли, не имеющей никаких указанных вами обязательств, со всей ответственностью заявляю, что нам в высшей степени наплевать и на Комитет, и на все эти договоры.
– И все же – зачем? – ухмыльнулся Элхор в ответ на мои слова.
Я промолчал, дав возможность высказаться Алиеле, так как почувствовал, что ей есть что сказать.
– Знаешь же кодекс эридян, – укоризненно произнесла она. – Или они найдут себе нового хозяина, которому можно служить, или же войдут в Комитет. По крайней мере, попытаются. Ну или просто уйдут. Кстати, – она повернулась ко мне, – на самом деле это сложная ситуация. Если вы не примете вызов или, приняв, проиграете, они будут иметь право оставаться в системе и заниматься разными, в перспективе для вас не очень приятными, делами. Например, спокойно разрабатывать ресурсы системы. Сразу отвечу на твой возможный вопрос – нам и, скажем, центаврианам это неинтересно: у нас и так есть где чего добывать. Но у каждой космической расы свои запросы и потребности. Я потом тебе расскажу, кто из них чем у вас занимается.
– Не имеешь права, – глядя куда-то в сторону, возразила Руана.
– А если вы победите, – не обратила внимания на слова своей соотечественницы моя подруга, – то не факт, что найдете, чем им платить. Хотя… договориться можно, насколько я знаю вашу ситуацию. Самый простой вариант, что приходит в голову: совместно разрабатывать ресурсы системы, часть их пойдет им в оплату. Да… думаю, можно будет договориться. Я вам даже помогу.
– Не имеешь права, – снова вмешалась Руана.
Алиела недовольно зыркнула на нее, отчего та почему-то пошатнулась. Ну, я-то понял, что произошло, а вот для Алиелы самой такое воздействие с ее стороны оказалось неожиданным.
– Алиела по моим законам – моя жена, и в подобных случаях вся возможная вина и разбирательства ложатся на меня. Так что всех недовольных отправляйте напрямую ко мне.
Все в комнате удивленно уставились на меня. Даже Алиела чуть отодвинулась и повернула ко мне лицо. Я ей подмигнул.
– Весьма самоуверенное утверждение, – не удержалась Руана и скептически хмыкнула. – Космические законы пишутся не для того, чтобы разные… – она помялась, бросив быстрый взгляд на Алиелу, – могли их нарушать.
Я сделал вид, что зеваю, и даже прикрыл рот ладонью.
– Бла-бла-бла. Законы пишут сильные в свою пользу. Остальные их соблюдают, если не хотят неприятностей. Все как везде, даже инопланетяне вроде вас и других следуют этому закону космических джунглей. Не думаю, что вы, например, можете указывать тем же центаврианам, что им следует делать, а что нельзя.
Почему-то мои слова заставили их задуматься, хотя все ведь очевидно.
– Но даже если так, – не унималась Руана, с которой, как-то так получилось, я стал обсуждать ситуацию. Остальные почему-то не горели особым желанием со мной спорить. – Ведь вы, земляне, пока не в том положении, чтобы диктовать свою волю!
– Думаю, у нас найдется чем удивить кое-кого в нужное время. Кстати, не думайте пытаться перехватить ситуацию с этим вызовом, чтобы не допустить нас. А то, судя по вашему виду, такая мысль у кое-кого мелькает, – хмыкнул я.
Ее ментальный щит был не сказать что смешным, но один подсаженный в ее ауру конструкт значительно облегчал его обход.
Руана только глянула на меня с якобы непроницаемым лицом и отвернулась.
– Однако я готов включить желающих из присутствующих в предстоящую дуэль, но только в случае вашего отказа от приза после нашей победы над эридянами.
Минута ошеломленного молчания – и Элхор начинает смеяться, вытирая выступившие слезы:
– Ха-ха-ха! Я с тобой, Ник! Повеселимся от души!
– Конечно, ради совместимого чего только не сделаешь, – недовольно покосилась на веселящегося веганца Руана.
– Ты о чем? – немного успокоившись, посмотрел на нее Элхор.
Та мазнула взглядом по Алиеле и дернула плечом, молча отвернувшись.
– Единственная проблема – времени у нас всего двенадцать часов, – заметил я. – На подготовку почти ничего не остается. Если вы будете участвовать – какими ресурсами, пригодными для дуэли, вы располагаете и имеете возможность использовать? Вот, кстати, выставляемые эридянами силы. – Посреди комнаты возникла иллюзия – копия карточки серого, только увеличенная, чтобы все могли посмотреть.
Веганцы буквально впились взглядами в нее, даже Алиела подалась вперед.
Ник
Пока веганцы знакомились с информацией, я вызвал по болталке Кораблева. Хорошо, что он решился на ее установку, – тут я точно могу быть уверен, что никто не перехватит разговор. Кораблев сидел в своем кабинете, и вокруг него (так сказать, по старинке) полукругом располагался с десяток экранов, на которых отображались головы разных людей. Там даже президент был и иностранцы (судя по всему). Я, видно, влез в процесс какого-то совещания. Позвонил бы через УНИК – ничего этого не увидел бы. Вероятно, академик подал какой-то сигнал, так как почти все присутствующие с любопытством стали смотреть на него, при этом прекратив обсуждение. Вероятно, Кораблев посчитал нужным, чтобы его слышали.
– О! Ник, ты вовремя! – Кораблев потер лицо руками, затем слабо улыбнулся: – Мы тут как раз находимся на финальной стадии обсуждения нашего участия в дуэли с эридянами.
Я промолчал. Честно говоря, не думал, что наши захотят как-то участвовать, а не свалят эту почетную миссию на меня и, возможно, веганцев. Кораблев тем временем продолжил:
– Мы понимаем, что с нашими возможностями выступать против них – гарантированный проигрыш, но нам необходимо обозначить свое присутствие, чтобы в дальнейшем можно было юридически обоснованно обсуждать с ними ситуацию.
– Если они захотят общаться.
– В этом мы надеемся на тебя, – вздохнул Кораблев. – И да, наши участники понимают, что они фактически являются смертниками. Здесь в какой-то мере мы также надеемся на тебя, может, ты сможешь что-нибудь придумать. При этом все они являются добровольцами.
– Наверное, каждого нашлось за что прижать? – хмыкнул я.
– Не без этого, но есть и самые натуральные добровольцы. Так сказать, адреналиновые наркоманы или идейные.
– Этого мне еще не хватало!
– Не беспокойся, они все адекватны и с очень стабильной психикой. Вот, можешь ознакомиться с их делами… – Кораблев замялся, пытаясь понять, как отправить информацию через болталку. Потом не стал заморачиваться и просто отослал на мой УНИК.
Мой Крот спокойно переслал ее мне через инфопространство.
Чем дольше я читал пакет информации, тем выше у меня поднимались брови. От удивления, конечно. Русских, собственно, было только трое. Остальные – с миру по нитке, как говорится. Китаец, японец, американец, двое англов, иранец и даже немец. Причем не по происхождению, а по гражданству. Учитывая взаимоотношения стран, крайне странная подборка.
– Я чего-то не знаю?
– Думаю, тебе нужно кое с кем пообщаться, – понимающе кивнул Кораблев и скинул мне какой-то номер. – Позвони, тебе все объяснят. А пока… Все эти люди будут использовать последние разработки своих стран в области управляемых БРОКОМов, так как, по условиям дуэли, необходимо личное присутствие человека в каждом боевом комплексе. Плюс личное оружие ближнего боя – у эридян тоже такое будет. Маловато, конечно, нас, но…
– На всей Земле не нашлось больше смелых и отважных? – улыбнулся я.
– Это тебе объяснят по тому номеру. Веганцы будут участвовать?
– Скорее да, чем нет. Их трое.
– Ну и последнее. Нам самим наших участников доставить на Луну или ты поспособствуешь? – намекая на телепортацию, спросил Кораблев. – Если мы сами, можем и не успеть. Тем более у нас еще не все готово, собираемся пока.
– Без проблем, подкину. За два часа до срока подхвачу. Ребятам надо будет немного акклиматизироваться, ознакомиться с площадкой действий, хоть как-то пообщаться. Команды, конечно, не выйдет, но, надеюсь, с управляемостью и послушанием у них проблем нет?
– Нет, можешь не беспокоиться.
– Хорошо. Ну и тогда, надеюсь, среди них есть тактик или какой-нибудь командир, способный принять управление ими? У меня-то нет военного образования, да и возможности вашей техники я не особо знаю. В идеале было бы: я ставлю задачу или цель, командир решает, как ее выполнить. М-да… Та еще катавасия получается. Ей-богу, мне проще было бы самому там покрутиться…
– Не волнуйся, все они – офицеры. Двое – одаренные в области краткого видения. Скорее всего, один из них и будет тем, кого ты хочешь.
– А это очень хорошая новость! Ладно, я понял. Итак, бойцов я заберу на нашу станцию… В смысле на нашу новую станцию, ранее принадлежавшую серым. Там познакомимся, проведем боевое слаживание. Наши шансы я постараюсь уравновесить. В конце концов, служить приятней сильным хозяевам. Это я про нас и эридян, если кто не понял.
Кораблев кивнул. Потом бросил взгляд на экраны:
– В принципе минут через десять можешь позвонить по тому номеру. Только не забудь.
– Ладно. До связи. – Я отключился и перевел взгляд на вопросительно смотрящих на меня веганцев.
Я угадал, кто будет на той стороне провода. Иван Иваныч собственной персоной. То есть президент России. Почему-то это легко просчитывалось. Ну или ощущалось, считывалось, можете сами выбрать терминологию.
– Что тебя больше всего интересует, Ник? – Иван Иваныч ходил по кабинету, трогал книги в шкафах, переставлял мелкие фигурки и прочие вещи. Останавливался и долго смотрел на бумажную карту планеты. Старую карту, еще допотопную, привычную мне. То есть до последнего потопа. Видимо, ему так легче было поддерживать нужное внутреннее состояние.
– Вы, вероятно, все просчитали, раз заранее подготовили возможность пообщаться с вами. Разумеется, меня интересует странный подбор бойцов. Насколько я знаю, взаимоотношения некоторых стран, чьи представители присутствуют, находятся, мягко говоря, не в том состоянии, когда делятся такой важной информацией и будущими дивидендами.
Президент покивал головой и с минуту задумчиво ходил по кабинету.
– Разбираешься ли ты в политике и экономике, Ник? – Иван Иваныч наконец разорвал молчание. – Что тебе известно о том, как управлялся мир до последней войны? Какие реальные взаимоотношения между странами существовали?
Я пожал плечами:
– Если честно, практически ничего не знаю. Ну, из реального. Можно было бы поискать в астрале, но времени нет.
– Не уверен, что в астрале эту информацию можно легко накопать, – хмыкнул президент, – однако попробуй, как только возможность появится. Но так как у нас не так уж много времени, расскажу тебе кратко, совсем легкими мазками. Потом сможешь проверить в астрале. И скажешь мне, если я был не прав в том, что расскажу тебе. Ты думаешь, что вся эта разноцветица стран, – он остановился перед картой и кивнул на нее, – действительно самостоятельные суверенные государства? В какой-то мере это, конечно, так, но для совсем мизерного их количества, да и то не полностью. В глобальном мире, где все взаимосвязано, это просто нереально. И главное – невыгодно. Тебя будут клевать со всех сторон до тех пор, пока ты или не сдашься в экономическом и военном плане и не примешь условия глобальной игры в качестве уготованной тебе пешки, или же не сумеешь мобилизоваться в такой степени, чтобы перейти из разряда пешек в ферзи. Тогда уже ты можешь задавать правила игры. Или скорее изменять их в свою пользу. Но что печально – при этом ты остаешься на той же шахматной доске, и, по сути, в глобальном плане ничего особо не поменяется. Ну будут товары производиться не в Китае, а в России или в какой-нибудь Африке. Или финансовые потоки – управляться не из Лондона, а, например, из Гонконга или из Пекина, а снимать международное напряжение – не ООН, а новая Лига Наций. Что-то изменится только для конкретных людей в конкретных странах. Сама система чуть покряхтит, повертится и… продолжит существовать. Какие-то ее ветви в виде отдельных кланов уйдут в небытие, их просто вырежут. Какие-то, наоборот, приобретут дополнительную власть, а кто-то только родится.
Президент задумчиво подошел к окну.
– Возможно, ты удивишься, но в Европе, например, основные финансовые группы и кланы, семьи оставались одними и теми же на протяжении сотен лет. И ничто им не мешало – ни войны, ни разрушение отдельных стран. Конечно, глобальные подвижки тоже существовали, допустим, с появлением больших стран-игроков типа той же Америки, но фактически это было просто перераспределение долей власть имущих с появлением новых ресурсов. Хотя тогда и новые кланы могли образовываться. Да-да, клановость и семейственность – основа старого мира. Пусть тебя не смущают все эти лозунги о демократии или о социалистической или коммунистической идее. Все это ширма. Да, некоторые реализуемые идеи отрывались от своих создателей и начинали жить самостоятельной жизнью, взять тот же Советский Союз, где почитали Карла Маркса – ярого русофоба, славянофоба, или Европейский союз, или поменьше пример – Южную Родезию в старой Африке, или ЮАР, но в конце концов всех их удавалось вернуть в лоно единой глобальной системы управления. Обычно с помощью войн, экономических санкций, что еще больше усиливало систему из-за новых ресурсных вливаний этих стран-отщепенцев. Что останется на той территории, после того как все ресурсы будут высосаны, никого не волновало. Идея о золотом миллиарде на самом деле не являлась выдумкой. Разве что, после того как она утекла в массы, ее стали слегка искажать и довели до такого состояния, когда люди стали считать ее еще одной конспирологической туфтой. Кстати, саму конспирологию тоже придумала эта система. Принцип «разделяй и властвуй» в чистом виде. В информационном виде. Ничто так не способствует собственному спокойствию, как контроль всех сторон человеческих эмоций, желаний и недовольства.
Президент переместился к дальней стене, где висели портреты всех предыдущих правителей России, как я понял. Многих я вообще не знал.
– Нельзя сказать, что эта система управления была плохой или хорошей. Она действительно вела человечество к объединению, первым шагом которого была глобализация. Вот только такое объединение не учитывало желания и мнения остального большинства, закукливая человечество на каком-то этапе, максимально удовлетворяющем то самое меньшинство. Условный «золотой миллиард». Приведу простой пример: в середине двадцатого века произошел бум развития вооружений и космических технологий. Да, та самая гонка вооружений и исследование космоса. И основное количество запусков для исследования нашей Солнечной системы, если смотреть на их график, приходится именно на эти годы. После того как технологии были вчерне разработаны, а Земля стала обзаводиться системами спутниковой связи для глобального контроля – одной из целей, ради чего все и затевалось, – все пошло на спад. Если сравнивать с теми же семидесятыми годами того века, то практически остановилось. Да, отлаживались разработанные технологии, улучшались, но фактически ничего нового. А чтобы слегка притушить противостояние между этими монстрами – Америкой и СССР, реально поставившими мир на грань уничтожения, – сделали разрядку. И тут совместные космические проекты появились, вернее, околоземные, а в Америке на их День независимости в произведение Чайковского «Увертюра тысяча восемьсот двенадцатого года, сочинение сорок девятое», которое, собственно, там и исполняется, стали включать и слова из оригинала – фрагмент гимна Российской империи, где по-русски поют: «Боже, царя храни!»… То есть даже в тех чрезвычайно сложных международных отношениях им удавалось, периодически выпуская из рук управление, но снова и снова его подхватывая, так или иначе, следовать общему плану развития человечества… И вот случилась война. Странная война. Тогда, как говорится, «никто не хотел умирать», но взорвались ядерные бомбы в разных странах, уничтожившие узловые точки системы, полетели ракеты, было выпущено биологическое оружие, оружие на основе нанитов, генетическое оружие, психотропное… Мрак и ужас. Затем появился метеорит, заставивший остатки человечества сплотиться хоть на время, сбить общую истерию и остановить разрастающийся хаос. Краткий период зализывания ран и… Резкий рывок в технологиях и развитии практически по всем отраслям производства и науки. Причем не только у нас, но и в других частях мира. Забавно, но при почти полном независимом параллельном развитии мы лишь на чуть-чуть вырвались вперед по сравнению с теми же англами… Итак. Старый мир разрушен, но уцелело ядро без сковывающей его старой управляющей системы, уничтоженной большей частью еще в самом начале войны. Старые управленцы миром ушли, и в каком-то смысле развитие началось с нуля…
– Тогда как объяснить то, что сейчас происходит со странами? Ведь все равно как собака с кошкой! – не удержался я от вопроса.
– Тут все просто. Хоть создание новой системы и началось с нуля, старые-то знания, пусть и смутные, никуда не делись. Тем более что общие принципы и так известны были. Тот же принцип «разделять и властвовать». Каждый на своем уровне с ним сталкивался. Вот многие и стали строить новую жизнь по-старому, успев подсуетиться… – Президент замолчал.
– Но?
– Но… Остались люди, которые правильно поняли намек. Всевышнего ли, инопланетян ли… Или судьбы. И хотя во многих странах эти люди временно ушли на дно, так как, пока пытались понять, что делать, обыватели успели по-старому самоорганизоваться и продолжить старую песню, но со временем организовалась международная сеть, можно даже сказать – подпольная, связывающая разные страны через отдельных представителей, способных как-то влиять на основные правительства. Раньше их назвали «теневые правительства», но это не так. Просто потому, что теневое правительство обычно устраивает текущее состояние дел, а здесь… В общем, не все так просто.
– То есть все эти солдаты…
– Да. Они реальные граждане своих стран. Реальные личности. Реальные должности. Но работают на эту сеть. И да, в нашем случае их готовят как героев своих стран, хоть они этого и не знают. А вот посмертно или живых – зависит от тебя, Ник. Мы же понимаем, что для тебя это не составит большого труда, но и настаивать не можем.
– Почему не можете?
– Потому что так получилось, что именно в России новый тип управления стал основным, и мы вынуждены придерживаться тех правил, которые сами и разработали как для себя, так и для всех прочих, желающих идти нашим путем. Модель поведения, мироощущения, миропонимания. И нам незачем скрываться. И лично меня радует, что наше государство является привлекательным для многих людей, живущих за границей. Не поверишь, но даже понятие «в интересах государства» пришлось довольно сильно скорректировать. Сейчас, когда вдруг оказывается, что необходимо устранить какого-то человека в другой стране, положительное решение выносится только в том случае, если действительно нет других возможностей, пусть даже и более ресурсоемких или дорогих. Причем решение не может выносить один человек. Один человек, например я, может только согласиться с решением или отказать. И запретить что-то я не всегда в силах.
– Понятно, – хмыкнул я. Про себя, правда, не совсем доверяя описанной идиллии. – Но разве эта дуэль с далеко идущими последствиями, видимыми даже мне, непрофессионалу, не разрушит ваш столетний план по интеграции всего мира в одно государство?
Президент немного молча походил, обдумывая ответ. Или скорее то, как его озвучить.
– Более вероятно, что ускорит. Да, равномерный, спокойный ход нарушен, появились напряжения, на которых конструкция развития может сломаться, но уж больно хороший шанс выпадает. И если правильно его приготовить для населения, показать под нужным углом, то можно и объединение кардинально сдвинуть, выполнив его за каких-то десять-двадцать лет, и сделать резкий рывок в космосе, и обозначить себя как хозяев Солнечной системы, пусть и слабых пока, но с которыми уже нельзя будет поступать как с глупыми дикарями. Впрочем, остальное ты знаешь, уже обсуждали. Если еще и с телепортацией удастся разобраться, то совсем лубковая картинка получается, – вздохнул Иван Иваныч.
Ник
– Мне интересно, а почему ты не пытаешься мне запретить участвовать? – Алиела с любопытством осматривала помещения базы серых на Луне.
Сейчас походка и движения у нее были совсем девчачьи. Не было плавности уже устоявшейся женской красоты тела, порой движения были порывисты. Но мне это нравилось. Заметил, что если не контролировать себя, то глаза сами переводят прицел на нее и внимательно отслеживают все ее жесты, поворачивая за собой голову и, когда надо, тело. Забавно.
Руана осматривала свой перегнанный на Луну корабль – чем-то она была недовольна там, да и запасной боевой скаф хотела активировать, а Элхор ушел приводить себя в психический порядок перед дуэлью. В общем, готовиться.
– Ведь это в вашей традиции – чрезмерно опекать женскую половинку? А? – Алиела развернулась на месте и улыбнулась глазами и даже аурой, если это так можно сказать, отметив мою реакцию.
– Тут все просто. Во-первых, мне действительно не помешают лишние бойцы вроде вас. Тем более что уровень вашей техники вполне позволяет не сильно рисковать. Жаль, что нельзя развернуться на полную мощь, хотя лучший выход, конечно, вообще не воевать. Мне самому придется подстраиваться под вас и землян. Ну и во-вторых, никто не говорил, что защитная техника должна иметь ограничение в дуэли. И я обязательно подшаманю твой скаф, чтобы тебе ничего не угрожало. А хочешь, я тебе дам такой, как у меня? Всяко лучше будет. За полчаса разберешься, как с ним управляться, там все просто.
– Можно попробовать, – кивнула девушка, медленно и красиво подошла ко мне, развалившемуся в кресле-облаке, и села мне на колени.
– К черту! Время еще есть, – прохрипел я вдруг севшим голосом и прижал ее покрепче к себе.
Передо мной стоял ряд из десяти солдат, которых Земля мне предоставила в качестве боевой поддержки или даже основной силы. Судя по поверхностным данным, снятым с аур, друг с другом знакомы только-только. Даже русские ранее между собой знакомы не были. Ну, почти. Смотрят все на меня с любопытством, а кто-то – и с удивлением (ну да, молодо я выгляжу). Но в основном предпочитают пока приглядываться, ожидая, когда им все объяснят. Тем более впервые перешли телепортом. Тоже своего рода шок. За мной стояла Алиела в своем новом скафе моего производства, который полностью обтягивал ее тело и был черного цвета. Пальцы ее рук шевелились – это она синхронизировала свои движения, мысленные команды скафу, в общем, приспосабливалась. Поэтому ее взгляд был несколько рассеян и смотрел сквозь стоящую команду людей, что их явно нервировало и немного расстраивало. Ну конечно, девушка изумительной красоты на них не обращает внимания!
– Приветствую вас, господа, – начал я. – По-русски все понимают?
По ответным кивкам понял, что все. Это хорошо. И для меня сейчас, и вообще то, что русский распространен.
– Отлично! Меня зовут Ник. На данный момент я являюсь вашим командиром и начальником. Воинских званий у меня нет, как и современного военного образования, но об этом чуть позже. – Я слегка усмехнулся, отметив появление недоумения у людей. – Для начала представьтесь, пожалуйста.
Читать бесплатно другие книги:
