Братья Карилло. Обретая надежду Коул Тилли

Глава 18. Элли

– Вот и все, ребята. Осталось лишь доделать информационные таблички и договориться с уборщиками, чтобы те полировали галерею до тех пор, пока она, черт возьми, почти не засияет!

Я стояла в центре художественной галереи в окружении своей команды. И с комом в горле смотрела на законченную выставку… Она выглядела просто потрясающе.

Скульптуры Акселя изысканно располагались на открытом белом пространстве. Они все стояли на разной высоте, и каждая работа прекрасно подсвечивалась цветными огнями или оттенялась неброским задним фоном. Это было путешествие. Путь, проложенный сквозь смесь мучительных эмоций скульптора… которому еще предстояло увидеть эту красоту… лицезреть свои душераздирающие творения, выставленные на всеобщее обозрение.

Команда сгрудилась вокруг меня, и раздались тихие аплодисменты. Мы все поздравляли друг друга с успешно выполненной работой. Но сзади вдруг раздался еще более громкий хлопок. Когда мы обернулись, из-за черных штор вышел Вин Галанти. По лицу его стекали слезы.

Он вернулся из Нью-Йорка как раз вовремя, чтобы попасть на открытие выставки, которое состоится всего через несколько дней.

– Вин! – позвала я, когда он проталкивался сквозь расходившуюся толпу.

Он тут же поспешил ко мне, прижав руку к сердцу.

– Мисс Лусия… У меня просто нет слов… – проговорил он, и в голосе его отчетливо прозвучало благоговение. А потом по лицу расплылась широкая улыбка.

– Я тоже очень довольна. Это моя лучшая работа.

Вин посмотрел на меня, во взгляде его светлых глаз читалась доброта.

– Эльпидио?

При мысли об Акселе я вспыхнула и ответила:

– Мне бы хотелось показать ему выставку сегодня вечером.

Вин мило улыбнулся. И я поняла, что он знал о нашем романе. Интересно, ему сказал Аксель?

– Может, он наконец-то прозреет, а? И поймет, что стоит всех этих усилий, – с надеждой произнес он.

Я глубоко вздохнула, молча разделяя надежду Вина.

Возможно, увидев все свои работы, выставленные в прекрасном оформлении, он сможет признаться братьям в том, что сделал… во всем…

Взглянув на часы на стене, я повернулась к Вину.

– Мне пора, Вин. Увидимся через пару дней на открытии?

Вин похлопал меня по руке, но ничего не сказал, слишком поглощенный выставкой. Он ушел вперед, но потом вдруг оглянулся и с нежностью в голосе произнес:

– С того самого момента, как мне прислали фотографию его скульптуры ангела, я знал, что он особенный. Не просто член банды, отбывающий срок. – Я увидела, как заблестели глаза Вина, и на меня нахлынули эмоции. – Когда я встретился с ним, он казался таким замкнутым, сломленным и обозленным на весь мир. Его скульптуры вызывали раздирающую сердце печаль… Но человек, которого я видел сегодня утром, изменился. Он вырезал мраморную скульптуру возле моей студии с видом на залив, и, я бы сказал, выглядел вполне мирным… возможно, даже счастливым.

Вин улыбнулся мне, давая понять, что знает: Аксель в эмоциональном плане изменился из-за меня… И я ощутила, как к горлу подступил ком.

– Вы видели, что он вырезал? Он отказывается мне говорить. Прячет работу под замком за пределами студии, да еще накрывает брезентом, так что я даже украдкой не могу на нее взглянуть, – проговорила я.

По лицу Вина расплылась широкая улыбка.

– Я видел… Но на устах моих печать молчания.

Я застонала от разочарования и, помахав Вину, схватила сумочку и выбежала за дверь.

Я добралась до студии Акселя в рекордно короткое время.

А войдя внутрь, ощутила, что в комнате холодно. Открытые двери вели на лужайку, с которой открывался вид на воду. Я слышала, как Аксель откалывал кусочки мрамора. Мне отчаянно хотелось выйти на улицу, но он попросил меня этого не делать. Как куратор, я уважала его творческий процесс и потребность в уединении. Но в качестве его девушки не могла с этим смириться!

Аксель появился почти сразу, одетый в черную рубашку с длинными рукавами и дутый жилет. Голову покрывала большая черная шапка. И, как всегда, во рту у него торчала сигарета «Мальборо».

Он выглядел чертовски сексуально.

Аксель подошел ко мне, и когда я потянулась к его губам, вынул сигарету изо рта.

– М-м-м… Так-то лучше, – пробормотала я, когда поцелуй закончился. И вновь шутливо вставила сигарету ему в рот.

Помахав моими ключами, Аксель глубоко вздохнул и кивнул. Это означало, что он готов идти. Хотя, на самом деле, вовсе не испытывал подобной уверенности.

Леви сегодня играл в составе команды «Хаски». Акселю отчаянно хотелось увидеть матч с участием брата. Мы знали, что он считался звездным игроком. Но, как и следовало ожидать, Леви даже не пригласил Акселя. Но я решила не обращать на это внимания.

И собиралась заставить Акселя пойти. Он хотел посмотреть на игру Леви, и я твердо верила, что это произойдет… с небольшой помощью.

На лице Акселя читалось опасение. Проведя пальцами по его прохладной щеке, я сказала:

– В конечном счете, он оценит, что ты пришел.

Не сводя с меня взгляда, Аксель прижался щекой к моей руке.

– Нет, ему это вовсе не понравится. Но мы все равно пойдем. Ничего другого нам не остается.

* * *

Когда мы подъехали к воротам, стадион был уже переполнен. И пока мы проталкивались сквозь толпу возбужденных фанатов, Аксель держался напряженно и не поднимал головы. Он ненавидел людские скопища и почти ударялся в панику всякий раз, как нам случалось находиться в окружении такого количества народа. Я шла впереди. Аксель не знал, что я договорилась о местах для нас в семейной секции.

Увидев небольшую толпу, окружившую двоих людей, я махнула рукой Лекси. Она стояла рядом с Остином, который раздавал автографы поклонникам «Хаски».

Заметив мой жест, Аксель поднял голову. А когда увидел, что нас ждали Остин с Лекси, стиснул мне руку мертвой хваткой.

Не глядя на него, я протиснулась сквозь толпу к стоявшим друзьям. Лекси одарила меня нервной улыбкой. Остин кивнул сперва мне, а потом встревоженному старшему брату.

– Привет, ребята! – поздоровалась я.

Аксель застыл рядом со мной, не собираясь отпускать мою руку. Лекси шагнула вперед и поцеловала меня в щеку.

Аксель склонил голову, здороваясь с Лекс, потом перевел взгляд на Остина, все еще раздававшего автографы. Шумно вздохнул, и в глазах его появилась теплота. От подобной реакции на Остина, который теперь общался с фанатами с доброй улыбкой на лице, у меня быстрее забилось сердце. Аксель так им гордился. Теперь я уже научилась читать малейшие изменения в выражении лица Акселя. Почти неуловимые, но чрезвычайно содержательные.

Остин поймал взгляд Акселя и улыбнулся шире, прося поклонников немного подождать, а потом подошел к брату и сжал его в объятиях. Аксель одной рукой неловко обнял его в ответ. Остин отстранился.

– Счастлив тебя видеть, fratello. Ты не отвечал на мои звонки с той самой ночи в больнице.

Потом Остин посмотрел на меня, и я ощутила в его взгляде напряжение. Словно бы он пытался понять, как я оказалась с его братом.

Шагнув вперед, я обняла Остина. Рядом с ним возникла поклонница и спросила:

– Остин, это твой брат?

Когда фанатка посмотрела на Акселя, тот замер. А потом автоматически включил свое «нормальное» устрашающее выражение лица. Девчушка попятилась.

– Да, он мой старший брат, – гордо ответил Остин.

У Акселя дернулась щека. Его тронуло подобное проявление чувств.

Фанатка, прищурившись, окинула Акселя взглядом.

– Он играет в футбол?

Подписывавший ей футболку Остин замер.

– Не-а.

– Тогда чем он занимается? – взволнованно спросила она.

Остин широко раскрыл глаза. Аксель выругался себе под нос и отвернулся.

Как раз, когда я уже думала, что Аксель развернется и уйдет, Лекси шагнула вперед и положила руку на плечо Остина.

– Малыш, нам нужно идти.

Аксель и Остин расслабились. А фанаты, сделав несколько последних снимков, отошли. Мы направились через ворота на огромный стадион.

Аксель замер как вкопанный, когда мы добрались до края поля, упиваясь царящей атмосферой, толпой, музыкой, напевами… Студенты и болельщики красовались в футболках с именем «Карилло» на спине.

– Черт… – тихо проговорил Аксель.

Взглянув направо, я заметила, что Остин и Лекси смотрели на Акселя. Я видела, они были счастливы, что он, наконец-то, все это увидел. И осознал уровень игры младшего брата.

– Безумие, да? – произнес Остин, но Аксель на него не смотрел. Вместо этого на лице его отразилось сожаление, и парень прошептал:

– Мне стоило смотреть на тебя, когда ты играл за «Тайд».

Я прикусила нижнюю губу, чтобы она не дрожала. Аксель железной хваткой вцепился мне в руку. Я знала, ему пришлось проглотить свою гордость, чтобы признаться Остину в подобном.

Я так гордилась им. Остин выглядел ошеломленным. Во взгляде его читалось недоверие… и оно было совершенно искренним. Для Остина слова Акселя о прошлом оказались полной неожиданностью.

Лекси слегка приоткрыла рот, ее зеленые глаза на эльфийском личике казались огромными. Очевидно, почувствовав мой взгляд, она посмотрела на меня, и на губах ее появилась слабая, но благодарная улыбка.

Остин убрал руку с талии жены и подошел к Акселю. Я попыталась высвободить ладонь, но Аксель ее не отпустил. Зная, что ему нужно немного побыть с Остином, я сжала его пальцы в знак поддержки и приподнялась, чтобы поцеловать в щеку.

– Поговори с Остином, – прошептала я так, чтобы услышал только он.

Сдаваясь, Аксель на миг прикрыл глаза, а потом неохотно меня отпустил.

Остин положил руку на плечо Акселя.

– Мне бы хотелось, чтоб ты был там, Акс, – хрипло проговорил он. Аксель опустил голову. Остин шагнул вперед и коснулся ладонью лица брата. – Но ты видишь, как я играю сейчас, Акс. И посмотришь на игру Лева. Лишь это имеет значение.

Не в силах сдержать слезу, скатившуюся из уголка глаза, я отвернулась и притворилась, что проверяю билет, пытаясь понять, где мы будем сидеть.

Тоненькая ручка скользнула по моей руке. Взглянув в сторону, я заметила, что на меня смотрела Лекси. Она наклонилась и прижалась щекой к моему плечу. Я затаила дыхание. Лекси никогда никого не подпускала к себе так близко, кроме Остина и порой Леви.

И от этого все происходящее становилось еще более особенным.

– Милая? – удалось выдавить мне, когда мы с Лекси направились к своим местам. Аксель и Остин последовали за нами.

Лекси крепче сжала мою руку и проговорила:

– Я не стану притворяться, что понимаю вас с Акселем, но, с другой стороны, и вмешиваться не буду. Видит бог, когда мы с Остином влюбились друг в друга, у нас имелись свои секреты. – Посмотрев на меня, она шмыгнула носом и сказала: – Но… просто… спасибо…

Я в замешательстве нахмурилась, но Лекси больше ничего не сказала.

Подойдя к нашим местам, я жестом показала, что сяду рядом с Лекси, но Аксель взял меня за руку.

– Нет, садись рядом со мной, – хрипло, отрывисто проговорил он.

Лекси с тревогой посмотрела на него. Я знала, все дело в резком тоне. Но лишь я понимала, что Аксель чувствовал себя неуютно в толпе… И хотел, чтобы я села рядом с ним и помогла ему расслабиться.

Остин откинулся на спинку кресла, когда я протиснулась мимо него, чтобы сесть рядом с Акселем. По выражению лица парня я видела, что он изо всех сил пытался понять степень моей близости с Акселем, но не обратила на это внимания.

Когда я оказалась перед Аксом, то заметила, как он с облегчением расслабил плечи. Но только я собиралась сесть рядом, парень подался вперед и прижался губами к моим губам.

Я чувствовала, что Остин и Лекси внимательно наблюдали за нами, но меня это не волновало. Никто не знал, что у нас общего. И не понимал, что мы значили друг для друга.

Я опустилась в кресло рядом с Акселем, а он обвил мне плечи мускулистой рукой и притянул к себе. Мне это понравилось. Я радовалась, что нужна ему… И просто любила его, даже больше, чем сама могла понять.

Когда представление, устроенное в преддверии игры командой поддержки и музыкальной группой, подошло к концу, Остин спросил:

– Акс, как работа на рынке?

Аксель напрягся. Я неотрывно смотрела вперед. Мне не нравилось, что он собирался лгать брату.

– Хорошо. Занят. Не высовываюсь, – неопределенно ответил Аксель.

Я рискнула взглянуть на Остина, который, сузив глаза, склонил голову набок. Я испугалась. Вдруг он понял, что с легендой брата что-то не так? Аксель едва вернулся домой; Остин вполне мог посчитать это более чем странным.

– Рад слышать, fratello, – ответил Остин и откинулся на спинку кресла.

Остин и Лекси продолжали наблюдать за нами, как за парой животных в клетке в чертовом зоопарке, и я чуть не рассмеялась.

– Элли, как сегодня Молли? – спросила Лекси, перегнувшись через Остина.

– Лучше. Уже проверяет курсовые работы, лежа в кровати. Роуму это не нравится, но, ты же знаешь, он ни в чем не станет ей отказывать. Молли назначили более сильные лекарства. По-моему, она уже вполне оправилась.

Молли выписали из больницы сегодня утром. И я отложила дела, чтобы быть дома и поздороваться с ней. Конечно же, Роум рассказал ей об Акселе, но в типичной своей манере Молли сказала, что, если я счастлива, то и она тоже. Услышав это, Роум лишь хмыкнул. Но Молли никогда не осуждала людей. И я ее любила за это.

Как раз в этот момент объявили выход команды, и толпа вскочила на ноги. Аксель встал, потянув меня за собой. Я сжала ладонью его руку, лежащую на моем плече. Сердце Акселя бешено колотилось. Он ждал появления брата. Когда Леви выбежал на поле, я услышала, как он шумно выдохнул.

Леви подбежал к боковой линии, и в карих глазах Акселя появились слезы. Когда они покатились вниз по щекам, я потянулась и вытерла их подушечкой большого пальца. Аксель сжал меня крепче. Но тут с другой стороны Остин протянул руку и обхватил ею Акселя.

Когда я взглянула на Остина, по щекам его тоже текли слезы. Обхватив ладонью голову Акселя, он притянул брата ближе к себе.

Я наблюдала за старшими братьями Карилло, сломленными изнутри трагедией и силой обстоятельств. Они походили друг на друга, как итальянской внешностью, так и личными качествами, и в сердце моем поселилась надежда. Создавались мосты, склеивались разбитые сердца… укреплялись кровные узы.

Толпа взревела, когда игроки заняли свои позиции. Леви держался в поле зрения. Перед тем, как надеть шлем, взглядом серых глаз он отыскал Остина и Лекси, и на губах его появилась улыбка… А потом он заметил в объятиях брата Акселя. И в обычно мягком и сдержанном взгляде юноши вдруг вспыхнуло презрение.

Не знаю, обратили ли на это внимание Аксель и Остин, но я-то видела. И когда я взглянула на Лекси, печаль и напряжение, отразившиеся на ее лице, говорили, что она тоже заметила.

Внутри все сжалось.

Я уже сомневалась, что все пройдет так хорошо, как я надеялась.

* * *

Игра подошла к концу. «Хаски» победили команду соперников с разрывом в десять очков. Леви играл просто здорово. Он провел два тачдауна, и его признали самым ценным игроком в команде. Для Акселя не могло быть лучшего момента, чтобы наблюдать за игрой младшего брата. Но, несмотря на отличную игру, Леви вел себя агрессивно. Даже чересчур. Он носился туда-сюда вдоль боковой линии, сталкиваясь с другими игроками. Все это время Остин ругался на брата, призывая успокоиться.

За время игры Аксель взглянул на меня лишь один раз, и на лице его читалось сожаление. Он жалел, что мы приехали сюда.

Постепенно толпа начала расходиться. Мы вчетвером остались на месте, наблюдая, как Леви в центре поля опустился на одно колено и склонил голову. Мимо него прошел тренер и товарищи по команде, но они не стали его трогать. Казалось, на огромном стадионе остался лишь Леви и мы четверо.

Мы знали, что Леви взбесился, поскольку мы с Акселем явились сюда без разрешения. Я же думала лишь о том, что им стоит, наконец-то, столкнуться лицом к лицу, чтобы выяснить отношения…

– Нам лучше спуститься и встретиться с ним, – в конце концов, проговорила Лекси.

Остин согласился, хотя в голосе его слышалось сомнение.

– Нам лучше уйти, – произнес Аксель, и я вздохнула.

Все время, прошедшее после выхода из тюрьмы, они с Леви почти не общались. Черт, да Леви навестил Акселя за решеткой всего несколько раз. Так что больше пяти лет они практически не разговаривали. Разве что Леви набрасывался на Акселя.

Напряжение между ними казалось осязаемым. И находиться рядом было невыносимо.

Повисло молчание. Остин, упиравшийся локтями в колени, взглянул налево и произнес:

– Он знает, что ты здесь, Акс. Рано или поздно вам придется столкнуться лицом к лицу… Так почему бы не сейчас?

– Черт, Ост, – хрипло пробормотал Аксель.

Остин, тяжело дыша, уронил голову на руки. А потом вдруг посмотрел на Акселя, в его темных глазах читалось волнение.

– Я хочу, чтобы мы трое снова стали братьями. И эта гребаная ненависть между вами исчезла… – проговорил Остин, поджав губы, раздувая ноздри. Глаза его наполнились слезами. Прерывисто вздохнув, он добавил: – Если бы мама видела, что сыновья ее ведут себя подобным образом, она бы просто не выдержала. Она всегда хотела, чтобы мы поддерживали друг друга… Вспомни, как она гордилась, когда видела нас всех вместе, Акс. Только не говори, что это неправда.

Я быстро заморгала, стараясь не расклеиться. Я могла только гадать, как подобные слова повлияют на Акселя. Его мама и Леви все еще оставались стенами, возведенными вокруг тщательно охраняемого сердца. Аксель, по-прежнему обнимавший меня за плечи, притянул ближе к себе. И когда я заглянула ему в глаза, то увидела в них сильную боль. Я знала, ему нужна моя поддержка. Так что я улыбнулась и кивнула:

– Время пришло, querido.

– Хорошо, – прерывающимся голосом проговорил Аксель и вновь принялся наблюдать за Леви, который по-прежнему стоял в центре поля.

Остин облегченно вздохнул. Вместе мы направились к Леви.

Когда мы приблизились, парень резко поднял голову. Взгляд его серых глаз остановился на Акселе, держащем меня за руку. Мы стояли позади Остина и Лекси.

– Хорошая игра, Леви, – произнесла Лекси, добавив в голос оптимизма. Леви не обратил на нее внимания. Похоже, он видел сейчас лишь одного человека.

Аксель крепко сжимал мою ладонь. Леви не сводил с него пристального взгляда, и рука Акселя начала чуть ощутимо дрожать. Я на мгновение прикрыла глаза, ожидая дальнейшего развития событий.

Леви поднялся на ноги и уронил шлем на поле. Его песочного цвета волосы растрепались, лицо после напряженной игры все еще пылало. Будучи примерно одного роста с Акселем и Остином, Леви казался немного стройнее, но до мозга костей выглядел Карилло.

– Лев, – осторожно проговорил Остин. – Я знал, что Акс придет. Я сам помог это спланировать. Он хотел посмотреть, как ты играешь. Вполне нормальное желание для брата, так ведь?

Лицо Леви стало ярко-красным, он сжал губы.

– Да, но все зависит, о каком брате речь, Ост. О тебе или гребаном неудачнике.

Аксель вздрогнул от злости, прозвучавшей в голосе Леви. Остин, раздраженный на младшего брата, лишь покачал головой. Аксель хранил молчание. Я уже собиралась что-то сказать, но он вдруг отпустил мою руку и шагнул вперед.

Лекси испуганно взглянула на меня, и я быстро подошла к ней. Остин напрягся, наблюдая, как Леви готовился к драке.

Я понятия не имела, что сделает старший брат, если младший на него набросится. Аксель медленно подошел и остановился всего в нескольких шагах от Леви, который кипел от злости, не способный устоять на месте.

– Отвали на хрен, Акс, – рявкнул Леви, но Аксель не сдвинулся с места.

– Я никуда не пойду, fratellino. Ты мой младший брат, и я хотел посмотреть на твою игру.

Леви усмехнулся и чуть двинулся вперед.

– Да? Хотел увидеть мою игру? Точно так же, как желал лицезреть меня в своей драгоценной банде.

– Они вовсе не моя драгоценная банда, Леви. Теперь я это понял.

Леви рассмеялся Акселю в лицо. У меня кровь застыла в жилах от его снисходительного тона.