Корона Касс Кира

Глава 28

Все поспешили на ланч, а я осталась в кабинете. Моя душа истосковалась по одиночеству. По правде говоря, моя душа истосковалась по Эйкко, но я не могла найти способ увидеться с ним, не навлекая на себя подозрений. Стиснув зубы, я снова включила телик, убавила звук и молча смотрела на изображение Марида, мелькающее на экране.

Возможно, люди были правы. Возможно, мне следовало уступить свое место на троне. Если бы в свое время мы подготовили Кейдена к управлению страной, это наверняка спасло бы ситуацию. Конечно, для меня не было большего унижения, чем отречься от престола меньше чем через неделю после коронации, однако это, по крайней мере, могло бы уберечь остальных членов нашей семьи от позора.

– Ваше величество? – услышала я голос Джози. – Может, вам чего-нибудь принести? Еды? Кофе?

– Нет, Джози. У меня напрочь пропал аппетит.

– Я тебя не осуждаю, – понимающе улыбнулась она.

– Хочу поблагодарить тебя за то, что пришла предупредить. Казалось бы, такой пустяк, но эти пять минут помогли мне собраться. Было бы во сто крат хуже, если бы о Мариде первым узнал сэр Эндрюс.

Джози сделала большие глаза:

– Он ужасный человек. Они что, постоянно вот так орут друг на друга?

– За исключением леди Брайс и генерала Леджера, – кивнула я. – Но остальные вели себя с папой точно так же. Словно для них единственный способ доказать свою непреклонность – кричать о ней на весь мир.

Мы замолчали и с минуту смотрели на красивое лицо Марида, занимающее весь экран. Уж что-что, а впечатление он умел произвести.

– Мне так жаль, Идлин, – прошептала Джози, пытаясь обратить на себя мое внимание. – Жаль, что все так вышло, что я была такой несносной и что теперь тебе так несладко приходится.

– А ты небось даже не представляла, каково это быть на моем месте? – ласково спросила я.

Она смущенно помотала головой:

– Мне казалось, что все делают за тебя всю работу, а тебе только надо говорить «да» или «нет».

– Ты наверняка считала, что моя жизнь – это исключительно балы, деньги и власть, да?

– Ага, – тихонько рассмеялась она. – Поверить не могу! Ведь я всю жизнь мечтала быть принцессой, но только сейчас поняла, что мне с этим никогда в жизни не справиться.

Я откинулась на спинку дивана, наконец-то решившись озвучить одну мысль, которая уже давно сидела у меня в голове.

– Так ты именно поэтому внесла имя Кайла в список кандидатов? Чтобы стать принцессой?

Джози густо покраснела:

– Честно говоря, я особо не рассчитывала, что он попадет в Отбор. А даже если бы и попал, то я считала, что ты его точно не выберешь. Но когда я увидела на первых полосах газет фото того поцелуя, то так разволновалась, что даже начала рисовать в тетрадке различные тиары.

– Ну а сейчас?

– Мне, конечно, хотелось бы иметь собственную тиару, но я понимаю, что я ее не заслужила. – Джози смущенно улыбнулась. – И я знаю: даже если Кайл и победит, мне так или иначе не быть принцессой, однако его победа для меня – это настоящее событие. Я вот смотрю на твою тетю Мэй: она такая гламурная, и вообще, разъезжает по всему миру и встречается с разными людьми, совсем как известная модель.

– Да, она очень привлекательная, – согласилась я. – Хотя мамины братья в определенном смысле преуспели гораздо лучше, чем она.

И тут, когда я вспомнила о маминых братьях, меня осенила гениальная идея. Если моя задумка получится, это хоть как-то скрасит сегодняшний день.

Джози в нерешительности мяла оборку на платье:

– Да, со стороны все кажется одним сплошным праздником. Но я была чересчур одержима идеей мишурного блеска. Прости, что портила тебе жизнь.

– И ты меня прости. Хотя, сама понимаешь, не слишком приятно постоянно видеть рядом с собой человека, который отчаянно стремится стать тобой, причем, если можно так выразиться, без всяких на то оснований.

– А мне было не слишком приятно постоянно находиться в твоей тени, – с непривычной горечью в голосе проронила Джози.

– Джози, я тебе вот что скажу. Еще не поздно найти себе другой объект для подражания. К счастью, ты имеешь мощную поддержку в моем лице, и мне очень бы хотелось помочь тебе выбрать правильную дорогу в жизни. Подальше от королевских тиар.

– Но я даже не знаю, с чего начать, – жалобно улыбнулась Джози.

– Что ж, за последние несколько дней ты сумела доказать свою полезность. А что, если я приму тебя на работу в качестве стажера-делопроизводителя? Какими бы ни были твои планы на будущее, тебе в любом случае не помешает иметь собственные деньги.

– Ты серьезно?! – ахнула Джози.

– Абсолютно.

Бросившись ко мне со всех ног, Джози стиснула меня в объятиях. И наверное, впервые в жизни я не возражала против того, чтобы она была так близко от меня.

– Спасибо тебе большое!

– Всегда пожалуйста.

Затем Джози чуть отстранилась и произнесла с мрачной решимостью:

– Но если ты отречешься от престола, я тебе этого никогда не прощу. Клянусь! – (Я, естественно, промолчала, ведь парой слов тут точно не ограничишься.) – Конечно, мое мнение для тебя ничего не значит, и все же. Не делай этого. Ты не должна.

Я покачала головой:

– Не буду. Обещаю. Как бы мне ни хотелось. Во мне слишком много гордыни.

Дорогой дядя Джерад!

Прости, что так редко тебе пишу. Как твои дела? Как работа? Как…

Короче, у меня к тебе просьба. У моей фрейлины есть жених. Талантливый ученый. Не уверена, что вы трудитесь в одной и той же области, но я подумала, быть может, ты воспользуешься своими связями и поможешь ему найти работу в Анджелесе. Для моей фрейлины очень важно, чтобы ее друг был рядом, а для меня очень важно устроить ее счастье.

Ну как, сможешь посодействовать в этом деле?

Кстати, хочу по-дружески напомнить, что я все-таки твоя королева.

Заранее спасибо! Я тебя очень люблю! И скоро навещу!

Идлин

Глава 29

Фокс сразу понял, что означал вызов в мой кабинет. Поэтому он решил передать мне «до свидания» через Нину, которая забронировала ему номер в отеле, где он должен был переночевать, чтобы на следующее утро сесть на самолет до Клермонта.

Я вдруг почувствовала себя низкой, можно сказать, подлой женщиной, словно я слишком легко отделалась. Ведь я приготовилась к битве. А противник отступил.

Однако Хейл, естественно, пришел попрощаться – улыбающийся, в костюме с иголочки, готовый уйти по-джентльменски. Он вошел в кабинет, широко раскинув руки, и я упала в его объятия, так как знала, что он меня поймает.

– Мне будет вас не хватать, – шепнул он мне на ухо.

– И мне тебя. Но ты же знаешь, как со мной связаться, если я тебе вдруг понадоблюсь, да?

– Нина дала мне всю информацию, ну и номер рейса, конечно.

– Хорошо. Потому что очень скоро ты мне понадобишься для серьезного разговора.

– Неужели? – Хейл сделал несколько шагов назад и одернул пиджак.

– Конечно. Кто-то ведь должен придумать фасон моего подвенечного платья.

Улыбка мгновенно слетела с лица Хейла: похоже, он решил, что я неудачно пошутила.

– Идлин… вы серьезно?

Я положила руку ему на плечо:

– Ты грудью заслонил меня, когда в меня швырялись едой. Ты стал моим другом еще тогда, когда я была к этому не готова. И даже сейчас ты меня опекаешь, чего я в принципе не заслужила. Поэтому самое малое, что я могу для тебя сделать, – стать твоим первым клиентом. И учти, я буду с интересом следить за вашей головокружительной карьерой, сэр.

У Хейла на ресницах задрожали слезы, но он сумел взять себя в руки.

– Я вроде немного побаиваюсь уезжать, – признался он. – Ведь как только я окажусь вне этих стен, для меня все резко изменится.

– Но не обязательно в худшую сторону, – заметила я.

– И когда только вы успели стать оптимисткой? – рассмеялся Хейл.

– Все течет, все изменяется.

– Как и большинство вещей на земле, – вздохнул Хейл.

– Да, именно так. – Я обняла его на прощание. – Счастливого тебе полета. А как приедешь домой, сразу же начинай придумывать фасон моего платья.

– Вы что, смеетесь? Я начну прямо в машине! – Хейл клюнул меня в щеку и подмигнул: – До скорого, Идлин!

– До скорого!

Когда Хейл ушел, мир вокруг съежился до размеров булавочной головки. Это был конец. У меня остались двое претендентов на руку и сердце и один сердечный друг. И я не могла определить, с кем из них в первую очередь стоит поговорить. После недолгого раздумья я решила, что Эйкко наверняка знает, чем все это закончится. И его вряд ли удивит сообщение о том, что я выхожу замуж. Чего не скажешь о Генри. Для него это станет ударом ниже пояса. Нет, пожалуй, я начну с Кайла, что даст мне возможность отсрочить разговор с Генри через его непревзойденного переводчика.

Трепеща от волнения, я постучалась в дверь Кайла. Ведь я даже толком не подготовилась, и вообще. И с чего я взяла, что он непременно скажет «да»? А вдруг он решит, что не стоит брать на себя такую обузу?

Дверь открыл лакей.

– Ваше величество, – почтительно поклонился он.

– Будьте добры, передайте сэру Кайлу, что я хочу с ним поговорить.

– Простите, мисс, но его нет. Он, кажется, сказал, будто ему нужно взять что-то из его бывшей комнаты.

– Тогда ладно. Я знаю, где это. Благодарю.

Поднявшись на третий этаж, я пошла тем же путем, что и в ту ночь, когда Кайл согласился меня поцеловать. Боже, до чего иногда причудливыми бывают повороты судьбы!

Дверь в комнату Кайла оказалась слегка приоткрыта. Заглянув внутрь, я увидела, что Кайл что-то мастерит в углу. Кинув на кровать пиджак и галстук, он шкурил деревяшку, чтобы прикрепить ее к стоявшей возле него конструкции.

– Можно войти?

Кайл вскинул голову, ему на лицо упали непослушные пряди. Оказывается, он снова отрастил длинные волосы. Впрочем, ему шло. Раньше было хуже.

– Привет. – Он отряхнул руки от пыли и подошел ко мне поздороваться. – Я как раз надеялся увидеть тебя сегодня.

– Неужели?

Кайл обнял меня за талию и провел в комнату:

– Сегодня утром я смотрел телик, и там был материал о Мариде.

– Знаю. И теперь он становится в каком-то смысле проблемой. – Я выразительно посмотрела на Кайла.

Он смахнул пыль со стула, я устроилась напротив и принялась разглядывать комнату. Чертежи, сделанные черной и синей тушью, стопки книг с торчащими закладками, миниатюрные здания, образующие маленький город. Кайл создал здесь целый мир.

– А он что, действительно может сделать тебе предложение? – Кайл явно нервничал.

Если бы он знал, что Марид нацелился не только на меня, но и на нашу страну!

– Полагаю, что так, но пусть не рассчитывает на мое «да», – вздохнула я. – Я считала его союзником, но заблуждалась. Он пригрозил мне склонить в свою пользу общественное мнение, но поначалу я не поверила ему. Но с помощью телевидения он сумел пробраться буквально в каждый дом, что, должна признать, было блестящим ходом. Как метко заметила леди Брайс, Марид устроил нам самую настоящую гибридную войну.

– Гибридную войну? Зачем? Неужели он теперь стал претендовать на корону?

Я задумчиво обводила пальцем линии на рисунке Кайла:

– Вряд ли эта идея возникла у него так уж внезапно. Полагаю, он и его чертово семейство давным-давно лелеяли коварные замыслы. И неопытная молодая королева – легкая добыча для них. Теперь он желает стать принцем-консортом, с тем чтобы использовать мое имя для осуществления своих планов. У меня осталась только одна надежда: обручиться до того, как он попытается сделать мне предложение. Ведь если я ему откажу, пресса разорвет меня на мелкие кусочки.

– Тогда давай сделаем это.

– Сделаем – что?

– Поженимся! Идлин, я готов жениться на тебе прямо сейчас. И Мариду конец. Вдвоем – мы сила. Ему не справиться с нами и нашими семьями. Да и вообще, люди с самого начала болели за нас с тобой. Выходи за меня, Идлин.

Я посмотрела в милое, взволнованное лицо Кайла Вудворка, и на какую-то минуту мне показалось, что я действительно смогу. Ведь чего проще: пройти по проходу и увидеть у алтаря моего друга детства. И он всегда умел меня рассмешить. Проведя почти два месяца рядом с ним, я со всей определенностью поняла, что он до конца жизни будет для меня опорой и поддержкой.

– Кайл, признаюсь, я пришла сюда с этим предложением. Но… я не могу.

– Но почему? Потому что я не опустился на одно колено, да? – Он тотчас же встал на колени и схватил меня за руки. – Эй, погоди-ка! Может, все дело в том, что именно ты должна предложить мне вступить в брак.

Я села на пол рядом с ним:

– Не то и не другое.

У Кайла моментально вытянулось лицо.

– Ты меня не любишь.

Я со смехом покачала головой:

– И тут ты ошибаешься. По правде говоря, я люблю тебя даже чуть-чуть сильнее, чем следовало бы. Возможно, без романтического флера, но я определенно тебя люблю.

– Тогда почему?

– Потому. – Я обвела рукой комнату, с ее книгами, чертежами и моделями зданий. – Кайл, я искренне благодарна тебе за то, что ты готов связать со мной жизнь, чтобы спасти меня от негодяя. А учитывая, что я всегда была для тебя занозой в заднице, это просто чудо. – (Кайл хмыкнул, но продолжил держать мои руки в своих.) – Ты ведь всегда хотел покинуть стены дворца. Единственное, к чему ты всегда стремился, – созидать. Что, по-моему, замечательно. Потому что большинство людей в мире предпочитают не строить, а скорее ломать. Но ты делаешь нечто прямо противоположное, и это прекрасно!

– Но я могу все бросить. Я не против.

– А вот я – да. Я против. И со временем, когда ужасы сегодняшнего дня останутся в прошлом, ты пожалеешь. Разочарование будет медленно, но верно тебя убивать. Ты меня возненавидишь. – Слезы навернулись мне на глаза. – А жить в мире, где нет любви, выше моих сил.

– Иди, я останусь. Честное слово, я сам этого хочу.

– Я не могу.

– Нет, можешь. Ты только что сказала: для тебя это вопрос жизни и смерти. А разве кто-нибудь способен тебе помочь лучше меня?

Я вдруг почувствовала, как по лицу заструились горячие слезы.

– Пожалуйста, не вынуждай меня заставлять тебя это делать!

– Идлин, ты не заставишь меня уехать!

Я вырвала руки и, вытерев мокрое лицо, вскочила на ноги. Затем посмотрела на Кайла, моего доброго, самоотверженного друга, и внутренне собралась:

– Кайл Вудворк, я отправляю тебя в ссылку. Сроком на один год.

– Что? – сжал кулаки Кайл.

– В качестве компенсации за потерю дома, а также за услуги, оказанные королевской семье, тебе будут предоставлены полностью оплаченные апартаменты в Боните.

– Бонита? Но это же у черта на рогах!

– Помимо этого, ты получишь в свое распоряжение специальные фонды и материалы, с тем чтобы ты мог приступить к работе над проектом строительства жилья для бездомных в столице провинции.

Выражение лица Кайла едва заметно смягчилось.

– Что?

– Если выделенных фондов и материалов окажется недостаточно, ты можешь запросить дополнительные средства, а я, в свою очередь, постараюсь их предоставить в максимально сжатые сроки.

– Идлин…

– Кайл, ты всегда будешь для меня членом семьи, но я не сделаю тебя своим мужем. Я не могу так с тобой поступить.

– Но тебе необходмо выйти замуж. Хоть за кого-нибудь, – ласково сказал Кайл. – И дело не терпит отлагательств.

– Тогда моим мужем станет Генри. Фокс отбыл несколько часов назад, а Хейл уже садится в машину.

Кайл был окончательно сражен:

– Значит, это конец, да?

– Да. Я действительно была готова пройти с тобой по жизни рука об руку. И если честно, то и сейчас не прочь. Но я никогда не прощу себе, если оставлю тебя рядом с собой. Это будет бессердечно.

– А как насчет Генри? Будешь ли ты счастлива с ним?

– Он боготворит землю, по которой я ступаю. – Я с трудом проглотила комок в горле.

– Что ж, абсолютная преданность – еще не самый плохой вариант. Могло быть и хуже, – согласился со мной Кайл.

– Спасибо, – улыбнулась я. – Ты помог мне не сойти с ума во время Отбора, и я не могу лишить тебя того, что тебе по-настоящему дорого.

– Понимаю, – кивнул Кайл.

Я подошла к нему, и он так крепко сжал меня в объятиях, что стало трудно дышать. Когда он снова заговорил, голос его предательски дрожал:

– Если я хоть что-нибудь когда-нибудь могу для тебя сделать, только позови – и я у твоих ног!

Я тихонько всхлипнула, уткнувшись мокрым лицом ему в рубашку:

– Непременно. А я в свою очередь выполню любую твою просьбу.

– Кроме одной. Выйти за меня замуж.

Я отстранилась. Какое счастье, что он наконец улыбнулся!

– Да, выйти за тебя замуж, – подтвердила я, ломая пальцы. – Завтра я собираюсь сделать официальное объявление. Поэтому хочу попросить тебя задержаться. Чтобы не вызывать у газетчиков лишних подозрений. Но потом ты уедешь на год. И даже не вздумай показаться мне на глаза раньше срока! Кайл Вудворк, ты меня слышал?

– Но мне ведь дадут пропуск на свадьбу?

– Ну, если только на свадьбу, то тогда конечно.

– А на Рождество?

– Само собой.

– А как насчет твоего дня рождения? – Кайл явно вошел во вкус.

– Что ж, Арен дал мне слово приехать, так что вечер обещает быть грандиозным.

– Договорились, – кивнул Кайл. – Один год, за исключением этих трех дней.

– Отлично. И в скором времени ты займешься именно тем, что с самого начала было предназначено тебе судьбой. – Я старалась говорить как можно более убедительно.

– Да, я непременно буду строить. Буду строить.

– И тем самым изменишь жизнь людей к лучшему, – подтвердила я.

– Спасибо, ваше величество.

– Не стоит благодарности. – Я поцеловала его в щеку и поспешно направилась к двери, чтобы не дать себе возможности передумать. – Увидимся завтра в студии. Как только буду знать, что к чему, я сразу тебя извещу.

В коридоре я остановилась, чтобы перевести дух. Я наконец сделала свой выбор. Но тогда почему мне так тошно?

Затем я поспешила в кабинет. Похоже, все вокруг уже работали над тем, чтобы завтрашнее мероприятие прошло гладко. Все вокруг, кроме меня.

– Леди Брайс, вы не могли бы пригласить ко мне Эрика? Мне надо обговорить с ним детали завтрашних мероприятий.

– Считайте, что он уже здесь.

Глава 30

В ожидании Эрика я нервно мерила шагами маленькую гостиную, примыкающую к рабочему кабинету. И с каждой секундой ком в горле становился все больше, мешая словам выйти наружу.

– Ваше величество? – тихо произнес он и, не обращая внимания на окружающих, улыбнулся так, будто я была для него ярким солнцем или путеводной звездой.

– Мне надо поговорить с тобой насчет завтрашнего дня. Ты не мог бы закрыть дверь?

Я старалась говорить спокойно, но, судя по выражению его лица, он понял, что я на грани нервного срыва. И это еще больше усложняло мою задачу преумалить значение предстоящего разговора.

– Вы в порядке? – И хотя мы были вдвоем, он понизил голос до шепота.

Я перевела дыхание, пытаясь успокоиться.

– Не совсем.

– Если верить новостям, появился новый претендент на вашу руку и сердце, – с места в карьер начал он. – И как долго существует эта проблема?

– Дольше, чем я предполагала.

– Представляю, в каком вы сейчас напряжении!

– Все обстоит значительно хуже, – выдавила я. – Поскольку из-за возникших сложностей мне придется прямо завтра объявить о помолвке.

– О… – Этот отрывистый звук больше походил на стон отчаяния.

– А поскольку у Кайла есть другие цели в жизни, которые я не вправе игнорировать, я собираюсь объявить Генри о том, что выбрала его. Сегодня.

Известие буквально лишило Эрика дара речи.

Я потянулась к его руке, и он послушно сжал мою ладонь. Он не выглядел ни сердитым, ни обиженным, хотя я практически нарушила все данные ему обещания. Нет, его лицо просто омрачилось печалью. А это чувство я умела распознавать, как никто другой.

– Вы наверняка понимаете, что послезавтра мне придется уехать, – тихо проронил он.

– Я попрошу Нину найти другого переводчика. Тебе не придется самому искать замену. – Мне вдруг стало трудно дышать, на глазах закипели горячие слезы. – Я планирую примерно через час увидеться с Генри. Умоляю, постарайся сделать так, чтобы при этом не присутствовать. Хорошо?

Эрик мрачно кивнул:

– Если бы вы попросили меня остаться, то мне, наверное, впервые за все время пришлось бы вам отказать.

А потом мы молча стояли, держась за руки. И я вдруг подумала: если остановить мгновение, то, возможно, все останется по-прежнему.

– Я был к этому готов, – сказал он. – Понимал, что меня ожидает, и тем не менее…

Видеть, как дрожат его губы, было выше моих сил. Поддавшись порыву, я прильнула к нему:

– Эйкко, я хочу, чтобы ты меня выслушал. Чтобы ты мне поверил, в первый и последний раз. Я люблю тебя. Если бы я была свободным человеком и могла распоряжаться своей судьбой, то прямо сейчас уехала бы вместе с тобой. Но Марид наверняка воспользуется моим отсутствием, чтобы захватить трон и мой народ. Я не могу…

Он приподнял мой подбородок и заставил посмотреть себе в глаза. Даже затуманенные слезами, они были прекрасны.

– Для меня огромная честь, что на первом месте у вас стоит ваш народ, а потом уже я. И только великая королева не отделяет себя от своего народа.

Я сжала его в объятиях и принялась целовать так, словно от этих поцелуев зависела наша жизнь. Наши мокрые и соленые от слез поцелуи со стороны, возможно, смотрелись не слишком эстетично, но мы будто хотели навечно сохранить на губах вкус всех поцелуев, которыми нам больше не суждено обменяться.

Кайл был прав. То были последние поцелуи, которые для меня хоть что-то значили. Я слегка попятилась и вытерла лицо. Мне срочно нужно было вернуть себе чувство собственного достоинства. Я сняла с пальца кольцо его прабабушки.

– Не глупите!

– Эйкко, это ведь фамильная ценность.

Он нежно сжал мою руку:

– В тот день, когда я подарил вам кольцо, я вовсе не собирался забирать его назад. Я не могу подарить его кому-нибудь другому.

Грустно улыбнувшись, я вернула кольцо на палец.

– Ну тогда ладно. – Я решительно сняла с пальца печатку.

– Идлин, это же символ королевской власти.

– И ты был бы отличным принцем. И теперь у тебя до конца жизни останется доказательство этого.

Мы опустили глаза, рассматривая кольца. Пусть не на левой руке, но это было самое большее, что мы могли себе позволить. Ведь я навсегда отдала Эйкко кусочек своего сердца.

– Мне пора идти, – сказал Эйкко. – Он, должно быть, уже ждет.