(Не) пара для альф Романова Ирина

Глава 43

Приходила в себя с трудом, в голове муть, но обошлось без видений. Болел живот и немного подташнивало. Открыв глаза, я поняла, что нахожусь в чужой спальне…

— Ангелия, детка? — надо мной стоял дед Артура, Влас.

— Я опять заболела? — проскрипела пересохшим ртом.

— Наоборот, теперь тебе будет легче. Дела у тебя пришли женские, организм теперь будет работать лучше, и ты пойдешь на поправку, — он приподнял меня под голову, поднося к губам травяной чай.

— Спасибо. Где я?

— Ты у Артура, полегче станет, домой тебя отвезет. Пока лежи, если что нужно, спрашивай, не стесняясь. Ванна там, — он кивнул себе за плечо.

Едва он вышел, пришел Артур, молча кинул взгляд на меня. Поставил рядом со мной графин с чем-то ярким, стакан и вазочку со сладостями.

— Пульт от телевизора, если что, я рядом, — он положил пульт рядом с моей рукой, лежащей на одеяле.

Потом, словно решившись, взял ладонь в свою руку и, нагнувшись, поцеловал внутреннюю сторону.

— Я очень испугался…

— Я не хотела пугать тебя, — смутилась я от такого внимания.

— Дед сказал, что теперь тебе будет лучше, — он по-прежнему сжимал мои пальцы, теперь поглаживая.

Потом, положив руку на одеяло, вышел. Недолго думая, я включила телевизор, сто лет его не смотрела. Прощелкав каналы, остановилась на старом фильме, делая звук тише и увлекаясь мелькавшими кадрами. Судя по тому виду, что был за окном, то уже был вечер, значит, я сегодня в гостях… неудобно как-то.

Дверь в спальню открылась, и вошел дед, неся что-то в руках.

— Ну как ты, птичка? — он положил сверток мне в ноги, — это пижама и супчика тебе принес. Есть-то, наверное, хочешь?

— Спасибо, но как-то не очень, — сморщилась я. Графин с компотом был уже наполовину пуст. Вазочку со сладостями я еще не трогала.

— Немного принес, — дед открывал контейнер, и по аромату поняла, что суп грибной.

— А что, уже есть грибы? — удивилась я запаху.

— Нет, это сушеные, прошлогодние, — Урга помог мне приподняться на кровати и сунул контейнер в руки.

Попробовав первую ложку, уже продолжила есть дальше, было вкусно. От хлеба, протянутого дедом, отказалась, а большую часть контейнера все же осилила.

— Спасибо, — улыбнулась я деду, тот тоже довольно улыбался.

— На здоровье, птичка! Завтра Артур тебя домой вернет, а пока отдыхай, — он забрал пустую посуду и, наклонившись, погладил меня по голове и поцеловал в лоб, — доброй ночи.

— Доброй ночи! — проводила его взглядом и зевнула.

Развернув сверток, я обнаружила в нем свою любимую пижаму. Аккуратно сползла с кровати и, придерживая одежду, пошла в направлении двери в ванную. У меня десять месяцев не было месячных… Получается, после того? Стало немного дурно, живот заныл сильнее, и я поспешила, теперь главный вопрос: где взять прокладки?

Этот вопрос был снят, едва я зашла в ванную. На столике лежал пакет, полный всяких женских штучек. Я с удивлением рассматривала содержимое, явно выбранное женщиной. Жидкое мыло, салфетки, несколько видов прокладок и тампонов, и даже упаковка хлопкового белья темного цвета.

Вздохнув, я сняла с себя джинсы, надеясь, что не успела запачкать их в первый же день. Постирав в итоге только трусики, я оделась и вернулась в спальню, отчаянно зевая. Выключила свет, оставив только прикроватный светильник, отключила телевизор и улеглась в кровать.

Едва начала впадать в дрему, как услышала, что кто-то тихо вошел. Массивное тело запрыгнуло на кровать, под ладонь мне подсунулся влажный нос волка. Я почему-то даже не испугалась, просто погладила его и уснула, чувствуя себя в полной безопасности рядом с Артуром.

— Проваливай, — рано утром рядом послышался голос Артура. Он явно злился.

Удивленно распахнула ресницы, смотря на стоявшего в дверях Артура… и переводя взгляд на свою постель. Рядом развалился волк…, если я правильно помню окрас Станислава, то это был он. Его голова лежала у меня на животе, и он не болел, хотя с вечера боль была ощутимой. Волк спокойно смотрел на меня и чуть вильнул хвостом, а за тем не спеша встал и, не реагируя на брата, вышел из комнаты.

— Сейчас принесу завтрак, — Артур хмурился и рассматривал меня. На всякий случай натянула на себя одеяло. Он развернулся и вышел, прикрывая за собой дверь.

***

— Ты отказался от нее! Она моя! — почти рычал Артур, стоя над волком Станислава.

Тот зевнул, потянулся и, встряхнув шкурой, обернулся Станиславом. Брат был бледен и лицо перекосила внутренняя борьба, он, опустив плечи, молча ушел в сторону своих комнат.

— А волку все равно, — дед уже встал и готовил себе завтрак, — учуял запах пары, ведь за женскими кровями — зачатие. Не отойдет теперь.

— Да кто его подпустит! — злился Артур.

— А это не тебе решать, а ей, вы оба даны в пару, — спокойно сел есть Влас.

— Не подпущу! Он причинит ей боль своим гонором! Пусть трахает течных волчиц!

— Не прыгай выше головы! Своими разборками вы только напугаете девушку. У нее жизнь только началась… Нормальная! — дед смотрел на Артура так, словно собирался надрать тому задницу крапивой и поставить в угол.

— Ладно, — буркнул парень и, собрав на поднос завтрак для девушки, понес его ей.

Глава 44

Я уже успела умыться и вернуться в спальню, когда в комнату, постучавшись, вошел Артур.

— Доброе утро, — улыбнулась я ему, почему-то было радостно снова видеть его. Вроде неудовольствия от присутствия брата в комнате он не показывал.

— Доброе утро, ангелок, — он поставил поднос на столик и подошел ближе.

Его улыбка мягко коснулась губ, и он застыл рядом со мной, вернее, надо мной. Я же неожиданно для себя сделала шаг вперед, нарушая какие-то условные границы, и уткнулась лбом в его плечо. Я прямо почувствовала, как он напрягся, а потом пришла неприятная мысль…, а если он знает о том, что было тогда и…, додумать я не успела. Артур аккуратно взял меня за плечи и притянул ближе, обнимая и укутывая в объятья.

— Спасибо, — шепнул он мне в макушку, целуя меня.

— За что? — замерла я, пытаясь понять, что за чувства во мне сейчас ищут выхода.

— За доверие… оно ценно.

— Ну, я же тогда сказала… — вспоминая, как прогнала его из больничной палаты.

— Для меня они ничего не значат, зато теперь ты рядом.

— И ты…?

— А я всегда буду рядом, даже если снова прогонишь… — чуть сильнее прижал меня к себе.

— Почему? — притихла и, повернув голову, прижала ее к груди, слушая стук его сердца.

— Потому что ты моя, навсегда…

— Как в кино? Пара и все такое, — до меня внезапно дошла истина, да и вспомнился сон, где два волка лежат у моих ног.

— Пара… и это правда нашей жизни.

— А если не смогу? — меня бросило в дрожь, и я передернула плечами.

— Мы же не торопимся. Правда?

— Не знаю, — я и боюсь не успеть начать новую жизнь… и испытываю страх, что ничего не выйдет.

— Все хорошо, давай ты поешь, и я отвезу тебя к деду, он там волнуется.

Он словно нехотя отпустил меня, и я села за столик. Аппетит вроде вернулся, и я начала есть, слыша, как Артур тихо вышел из комнаты.

***

— Ест? — уточнил Влас у внука.

— Ест, — кивнул улыбающийся Артур.

— Оживает, если потянуло к тебе, значит, будет все хорошо, — дед принюхивался к внуку и тоже довольно улыбался.

— Начала тянуться, — поправил Власа Артур.

— Ну и отлично! Этот месяц потерпи, исчезни, когда начнет пахнуть! Напугаешь, волки в своей страсти необузданные, а тем более, когда речь идет о зачатии щенков. Понял?

— Понял, не дурак же. Да и неизвестно, когда она вообще сможет меня принять как мужа.

— Начни ухаживать, покажи всю серьезность намерений. Она девушка же… — напомнил дед внуку.

— Я в курсе, что девушка, — рассмеялся Артур, — моя!

— Не только твоя, — осадил его Влас, — Стас имеет право в любой момент заявить права, и ты не сможешь ему помешать. Выбор будет за ней.

— Ну, морду ему набить мне никто не помешает, — хмыкнул Артур, садясь завтракать.

Он уже решил, что не подпустит брата к Ангелии, она его ангел…

***

Настроение скакнуло вверх с удвоенной силой, хотелось петь и домой, к морю. Быстро доела и, переодевшись, собрала вещи в пакет, выскакивая из дверей комнаты и врезаясь в стоявшего за дверью Станислава.

— Ой, — и потерла ушибленный нос, которым ткнулась в спешке в грудь мужчины.

Станислав так и остался стоять, молча и даже не шелохнувшись, с прикрытыми глазами. Я бочком обошла его и припустила дальше по коридору, надеясь самостоятельно найти выход.

Мужчина за моей спиной отмер и выдохнул, а я все же увидела арку и, нырнув в нее, оказалась в просторной гостиной. Из других дверей показался Артур.

— Ты чего вскочила? — его взгляд шарил за моей спиной.

— Домой хочу!

— Едем уже, — он забрал у меня пакет и, подхватив под руку, повел на выход.

Мы сели в его машину, как оказалось, его дом всего в получасе езды от моего. Пока ехали, я молчала, но внезапно вспомнив об истории деда и Катерины, решилась спросить.

— А что происходит между дедом и Катериной?

— Все просто, они пара, но не правильная. У волчиц, прошедших оборот, муж волк или человек. Катя не прошла оборот, а он медведь, но тягу уже чувствуют к друг другу. Пока она без зверя, они вполне могут сопротивляться чувствам и тяге.

— У деда может быть пара? А как же бабушка? — развернулась боком к Артуру.

— Очень редко, но так бывает, после смерти одного из пары. Вот они и нашли друг друга, Катерина никого не приняла, живет одна. Дед твой противится, потому что понимает, что все внимание будет уделять ей.

— Так это из-за меня? — хотела ли я, чтобы дед нашел свое счастье после стольких лет одиночества?.. Да, я уже у него есть, так почему бы ему не обрести семью…

Дальше ехали молча, я переваривала сегодняшнюю информацию и иногда смотрела на Артура, пока он был сосредоточен на дороге. Доехав до дома, меня уже вышел встречать дед. Не дав выйти из машины, поднял на руки и понес в дом. Потом скажу ему, что я очень хочу, чтоб он был счастлив.

Глава 45

Урга уложил меня на кровать, поцеловал в лоб и вышел. По одеялу промчался Прошка и, пискнув, прижался к лицу. Прижала его к себе и начала гладить, малыш затарахтел.

— Я тоже скучала, — стало тепло на душе, ждал ведь пушистый комок.

Котенку стало жарко, он, выполнив свою миссию приветствия, выбрался из моих рук. Я села на кровати и решила переодеться в домашнее, да и искупаться бы не мешало. Когда я вышла из ванны, то направилась в кухню, хочется просто чая, без травок. Конфет бы, что ли…

Заварив зеленого чая, я, подхватив вазочку со сладостями, ушла на крыльцо. Села в кресло и задумалась, за домом слышался перестук молотков и жужжание рабочего инструмента. Ход моих мыслей прервало квохтанье: на крыльцо взбиралась курица, с шумом взмахивая крыльями, она упорно лезла по ступенькам.

— И куда это мы собрались? — уточнила я у птицы. Из дома выскочил котенок и зашипел на незваную гостью. Та вовсе не испугалась и пошла дальше.

— Ты глянь, какая деловая, — раздался голос деда, — ну ничего, сегодня загородку доделают. Будут сидеть на своей половине.

— А баню строят? — поинтересовалась я. Хотелось бы, чтобы Артур оставался рядом подольше.

— Начали, потом веранду, а затем забор на огороде, зайцы осмелели, рассаду пожевали, — хмыкнул дед и, подхватив возмущенную курицу на руки, унес ее за дом.

Допила чай и, решительно переобувшись в сланцы и подхватив полотенце, ушла на берег моря. Сейчас солнце еще не так сильно печет, значит, не сгорю. Купаться, конечно, не буду, но хотя бы поброжу по гальке. Как всегда, берег был пуст, даже мусора не было. Скинув сланцы, я вошла в воду и, чуть побродив по воде и еще раз убедившись, что никого нет, я, недолго думая, скинула футболку шорты и, разложив полотенце, решила позагорать.

Скромный купальник прикрывал большую часть тела, и мне не о чем было волноваться. Со вздохом облегчения натерлась кремом и, дав ему впитаться, улеглась.

— Не сгоришь? — раздался голос Артура, я не слышала, как он спустился с берега.

— Ой, нет, крем же есть, — я все же испугалась и голос предательски дрогнул.

Артур никак не отреагировал, а скинув, с себя футболку и шорты, разбежался и прыгнул в воду. Я даже приподнялась, рассматривая его забег, он очень красивый: спортивное тело, короткая стрижка… О таких парнях всегда мечтают девчонки… При этой мысли я покраснела. А ведь он сказал, что теперь мой…

Легла на полотенце и, подложив под голову свою одежду, смотрела на плавающего мужчину. Я ведь не знаю, что такое, когда есть парень, не было его у меня никогда. Что надо делать в этом случае? Как себя вести с ним? Глаза начали слипаться, и я незаметно провалилась в дрему.

«Я сидела тут же, словно смотрела на себя со стороны. В воде на мелководье сидел Артур, в его руках что-то было. Я силилась рассмотреть, но мне почему-то не удавалось и тогда я крикнула:

— Мальчики!

Он повернулся. В его руках был карапуз месяцев десяти, счастливо дрыгающий в воде крошечными ножками. Малыш что-то лопотал и махал ручками».

— Ангелия, не спи, сгоришь, — на меня упало несколько капель воды с тела Артура. Он стоял надо мной и улыбался.

Я перевернулась на спину и ответила ему улыбкой.

— У нас будет сын… — он при этих словах застыл, рассматривая меня. Потом опустился на колени и, нагнувшись, поцеловал. Сердце радостно вздрогнуло, был ли страх прикосновения? Нет, скорее разочарование от того, что поцелуй прекратился.

— У тебя было ведение? — он лег рядом, и взял мою ладонь в свои пальцы.

— Да, только что, — кажется, я уже перегрелась, и надо возвращаться домой.

— Идем, обгоришь, — он бодро вскочил, поднял меня, подавая одежду, и, пока я неторопливо одевалась, он уже был готов. Подхватив меня на руки, понес наверх, с пляжа.

— Я могу и сама, — смутилась от близости его тела.

— А мне приятно, весу в тебе нет, ешь больше, — мне показалось, что он прижал меня к себе сильнее.

— Ем, — вздохнула.

— Завтра с утра уеду встречать твою сестру. Тебя не возьму, ехать три часа туда и обратно.

— Хорошо, — согласилась я. Понятно, что я все время болею, а тут столько времени на дорогу.

Принес во двор, под взглядом деда и, поставив меня на пороге, ушел за дом. Урга пристально меня рассматривал, заставляя покраснеть и суетливо шмыгнуть в дом.

Займусь-ка я подготовкой комнаты к приезду сестры. В доме было чисто, я только сменила постельное белье, отправив старое в стирку. Полотенце, халат и тапочки, новые из магазина… В шкаф повесила вешалки, протерла пыль на всякий случай, а заприметив вазу, решила завтра с утра нарвать полевых цветов. В саду было мало клумб, да и жалко их там рвать.

— Идем обедать? — заглянул Урга, — лежала бы, — окинул он меня взглядом.

— Поем и лягу, — я зевнула, — завтра Лидию привезут.

— Вот и хорошо, — дед начал накрывать стол на три персоны, значит, с нами будет обедать Артур.

Он встал в дверях, окидывая нас взглядом, а когда дед кивнул ему на стул, сел напротив меня. Урга быстро накрыл стол и сел сам.

— Приятного аппетита, — пожелала я всем.

— Приятного! — дружно ответили мне мужчины, а я посмотрела на Артура и в глазах стояло ведение. Он, держащий в руках нашего сына…

Глава 46

Когда я утром проснулась, Артура не было. Взяв телефон в руки, неожиданно увидела в мессенджере два непрочитанных сообщения.

Первое было от моего доктора, я со стыдом поняла, что уже несколько дней не звоню ей.

«Здравствуй, Ангелия, я рада, что у тебя все хорошо, звонить больше не нужно. Но если захочешь поговорить или просто поболтать, я всегда буду рада тебя слышать».

«Доброе утро, мой Ангелок» — второе сообщение было от Артура. Я покраснела, вспомнив вчерашний поцелуй. Оказывается, так приятно получать сообщения от мужчины, даже если это банальное «доброе утро».

Вздохнула, потом решившись, встала. Надо посмотреть на картину перед отправкой, все же нужно отблагодарить Зинаиду Петровну, за все, что она для меня сделала.

— Что-то ты рано, — удивился дед, когда я, умывшись, вышла на крыльцо, держа в руках чашку с заваренной травкой, что дожидалась меня на кухонном столе.

Я села на кресло и, зажмурившись на солнце, произнесла.

— Доброе утро, дедуля, не знаю, вроде выспалась. Хочу подготовить картину к отправке, это единственное, чем я могу отблагодарить врача. Завтра надо доехать до ближайшего ПЭКа.

— Дедуля… звучит, а то Урга и Урга… Доедем, со мной или с Артуром?

— Сама с сестрой, не против?

— Да нет, чего против, вроде ты себя хорошо чувствуешь. Сейчас вот травки попьешь, вообще все должно на лад пойти. Сейчас на стол накрою, все приготовил у себя, чтоб не греметь в доме.

— Можно помогу?

— Сиди уж, сам. Куда тебе, сюда?

— В беседку можно?

— Тебе все можно, — дед улыбнулся мне и пошел к себе.

Я вернулась в дом, одела шорты и футболку, выходя к беседке. Прошка по-хозяйски расположился на подстилке, лежащей на скамейке.

— Вот где хорошо, да, малыш? — я погладила его по спинке. Чуть подрос вроде.

— Конечно, хорошо, охотник, с утра на крыльцо наложил мышей. Кормилец… тебя хотел порадовать, да я не дал, выкинул добытое, а он обиделся.

— Какой умный котик, — потрепала я его по холке, тот довольно муркнул и перевернулся на спину, подставляя мне живот.

— Ешь давай, — расставлял он тарелки передо мной.

Я с аппетитом умяла кашу, пару яиц и свежего хлеба с медом и молоком.

— Во сколько они приедут? — я же даже не спросила, во сколько самолёт.

— Артур сказал, к обеду, так что не торопись, делай свои дела, — сказал дед, забирая посуду.

Я вернулась в дом, осмотрев картину и не найдя в ней недостатков, поставила обратно. Заверну в пункте отправки, у них должны быть коробки. Послонявшись по дому, вышла в сад, дошла до курятника, посмотрела на живность, затем решила посмотреть кроликов, которые сидели в отдельных клетках под навесом.

Малыши сидели каждый в своей клетке, обложенные сухим сеном, стояли мисочки с зерном и прикреплены поилки. Подцепила крючок дверцы, где сидел подаренный мне крольчонок, и вытащила его. Он отреагировал спокойно и тихо сидел у меня на руках, я почесала ушки, присев на скамеечку. Кролик неожиданно вырвался, падая в траву и давая деру от меня со всех лапок. Я только удивленно таращилась ему вслед, несколько секунд — и он пропал в траве у забора.

— И что прикажете делать? — спросила я неизвестно кого и отправляясь на поиски ушастого беглеца.

Из-за угла дома вальяжно вышел Прошка, спокойно продолжил путь именно туда, куда сбежал кролик. Нырнул в траву и через минуту, прошуршав там, с гордым видом выгнал беглеца обратно, следуя за ним по пятам. Шел и фыркал, периодически хлопая по кролику лапкой, подгоняя того. Подхватив гулёну за уши, я отнесла его обратно в клетку.

— Земляники набрал, ешь там витамины, — появился дед вовремя, следы небольшого происшествия были скрыты. Он протянул мне миску с ягодой, я взяла и закинула несколько в рот. Они явно были слаще тех, что я ела в первый раз на поляне.

— Вкусно, спасибо, — придерживая миску, подошла ближе к Урге и поцеловала его в щеку.

— На здоровье, — он прижал меня к себе и погладил по спине.

— Как там пчелы?

— Работают трудяги, через пару недель будем качать мед, посмотрим, что получилось, — он отпустил меня и, придерживая за плечи, заглянул в глаза.

— Ты Катерину не гони, она мне нравится… — внезапно ляпнула я и испуганно умолкла, возможно, я поторопилась.

— Позже, возможно, тебя не брошу ни за что!

— А совмещать разве нельзя? Да и почему бросать? Я вот тут, ты рядом, и она будет тоже нашей, — пыталась что-то объяснить ему.

— Не сейчас, — вздохнул он, и, обрывая тему разговора, отпустил меня из рук и ушел за дом.

Я, доев ягоды, обнаружила рабочие перчатки, и решила чуть привести в порядок клумбы, выдергивая сорняки. Следом пошли грядки с зеленью и клубника, на этом я закончила. Собрав траву, кинула ее курам, они сначала хоть и разбежались, но потом вернулись, начиная с азартом копаться в куче.

Внезапно я услышала звук подъезжающей машины, хлопнули двери и я, скинув перчатки, помчалась туда. В калитке нерешительно мялась высокая и угловатая женщина, рассматривая все и переводя взгляд и останавливаясь на мне. Сумка из ее рук выпала, и она шагнула ко мне, я пошла ей навстречу, буквально вцепляясь в ее руки.

— Лида…

— Детка… прости меня, — она взяла и рухнула на колени.

Я растерянно смотрела на нее, не понимая, что происходит.

Глава 47

— Ты чего удумала? — наблюдавший за сценой Урга подошел ближе.

— Я так виновата, — Лидия вцепилась в мои ноги и, уткнувшись в живот, рыдала.

— Не надо, пожалуйста, — я уже сама собиралась плакать, смотря на всех растерянно. Не понимая, что предпринять, чтобы успокоить девушку.

Она сама решила встать, смотрела на меня, потом обняла и прижала к себе.

— Ты такая худенькая, наверное, много болеешь, можно я буду за тобой ухаживать? — ее речь звучала глухо и немного картаво.

— За ней нужен глаз и глаз, то есть забывает, то болеет, — кивал головой чему-то довольный дед.

Артур только улыбался, потом взял сумку, оброненную Лидией, и понес ее в дом.

— Пойдем, я приготовила тебе комнату, — я попыталась выбраться из ее крепких объятий.

— Идем, — она отпустила меня, продолжая держать за руку.

— Там ванная, кухня, кабинет, твоя комната, моя. Хочешь принять душ с дороги? — я абсолютно не знала, чем быть полезной.

— Я все поняла, — она провела по моей щеке ладонью, на которой не хватало пальцев.

Ушла в комнату к себе, я прикрыла дверь, уходя в кабинет и садясь за стол. Сейчас в моей голове были стихи. Я писала быстро, простым карандашом на листе для принтера, я, оказывается, даже не дышала, находясь будто в каком-то трансе. Меня внезапно тряхнул за плечо Артур, и только тогда я, очнувшись, вдохнула воздух в легкие.

— Ты чего? — он рассматривал меня, взгляд у меня расплывался.

— Лист, — выдохнула я, наконец-то приходя в себя.

— Это очень важно. Твой дар растет, теперь видения приходят чаще, — он наклонился и смял мои губы поцелуем. А мне стало так тепло на душе, что я хотела начать рисовать картину… и знаю, какую.

— Артур… — я смотрела на него, понимая, что я, кажется, все же впервые своей жизни влюбилась. Другими словами нельзя назвать мои чувства, но опять же, не давало покоя прошлое. Не знаю, как он понял, но он внезапно подхватил меня на руки и прижал к себе.

— Пусть прошлое остается в прошлом, хорошо? — спросил он и, дождавшись моего кивка, продолжил, — давай жить будущим? Я буду очень ждать исполнения твоего видения.

— Спасибо, — обняла его за шею и положила голову на плечо.

— Тебе спасибо, что ты есть у меня, у стаи, — Артур понес меня на улицу, в беседку, где дед уже накрывал стол.

— Вовремя, сейчас обедать. Чего это работники не приехали? — спросил дед.

— Сегодня я дал им отгул, нечего им тут мельтешить, завтра будут на месте, — Артур усадил меня на сиденье в беседке.

Из дома вышла Лидия, на ней был одет простой сарафан, не скрывающий крупную фигуру. Я бы сказала, что сейчас, глядя на то, как она заплетает на ходу влажную косу, как идет и смотрит, она выглядела как та сама крестьянка со старинных холстов. Так и застыла, рассматривая ее и рисуя в мечтах.

— Ангелия, детка, ты чего? — погладил меня по плечу Урга.

— Она картину рисует, — улыбнулся Артур, начиная помогать деду.

— Я всегда пишу картины, о которых мечтаю, — я очнулась, встряхнув головой, и отвечая им улыбкой.

— Пиши, времени у тебя никто не отнимает, — дед сунул мне в руку кусок хлеба, — ешь!