Настоящие друзья Ханлон Эбби

Глава 4

Руки прочь от липких лягушек!

На следующее утро я проснулась пораньше, чтобы успеть одеться.

Когда я спустилась к завтраку, Виолетта сказала:

– Странновато выглядишь.

– Ничего не странновато. – Я решила ничего ей не говорить.

– Какая-то ты… комкастая.

– У тебя попа типа распухла, – сказал Люк.

– И с чего ты так вспотела? – добавила Виолетта.

– Не знаю, о чём вы, – соврала я.

В школе я говорю Розабелле:

– На переменке скажу тебе новый секрет.

И спрашиваю учительницу:

– Уже переменка?

Сидя в кругу, я еле-еле дождалась своей очереди, чтобы поделиться. Каждому было что сказать!

Я ждала и ждала очереди и, пока ждала, стала представлять, что все дети в классе – хомячки.

Я перестала представлять хомячков, когда заговорила Розабелла.

– Это твоя игрушка? – спросила учительница. – Как мило!

– НЕТ, – сказала Розабелла, качая головой и хмурясь, и поглядела на учительницу как на сумасшедшую. Долго молчала, потом говорит: – Он врезался в колючую изгородь, когда пытался меня спасти.

Дракон? Колючая изгородь? О чём она вообще?

– Вот как? Понятно, – сказала учительница. – Очень мило. Двигаемся дальше по кругу. Дори, чем ты хотела поделиться?

– Мм… э-э-э… – Разумеется, я всё забыла.

– Ничего, расскажешь, когда вспомнишь, – сказала учительница.

Пропустить очередь? Ну уж нет! И я сказала первое, что пришло на ум.

– У меня есть отличная игра, можем сегодня в неё сыграть! Давайте представим, – говорю, – что все дети – хомячки и вы пытаетесь нас изловить и посадить в чемодан!

Учительница сказала:

– Гхм… Кажется, чудесная игра, можешь сыграть в неё на переменке, Дори.

– Если Розабелла захочет, – сказала я, кинув взгляд на Розабеллу.

Но было непохоже, что она жаждет играть.

Учительница улыбнулась:

– Кто-нибудь ещё хочет поделиться новостями?

Джордж поднял руку:

– Я, чур, буду хомяком по имени Марвин.

За обедом я едва смогла перемолвиться с Розабеллой словом, потому что Джордж без остановки болтал о хомяках:

– Давайте как будто мы хомяки с дурными манерами! Будем есть мусор! И прятаться от полиции! Полиция хочет изловить всех хомяков и понаделать из них хомябургеры! Поднимите руку, кто ненавидит хомябургеры! – И сам первый поднял.

– Фу! – сказала я, хотя всё это звучало очень забавно.

Наконец перемена.

– Готова узнать мой секрет? – спросила я Розабеллу.

И показала все девять пар трусов, три пары легинсов, четыре майки и три пары носков.

– Теперь мы всё равно что близняшки! – говорю. – У нас обеих есть секретные одёжки!

– Хм… – Она осторожненько потыкала меня пальцем. – Ты как подушка. Это для защиты? Типа брони?

Я не знала, как ответить.

– Может, и так, – говорю.

– Розабелла! Пошли! – Снова эти девчонки с классиками.

– Они в прошлом году были со мной в группе! – успела сказать Розабелла, прежде чем её утащили.

Я сняла три мокрые от пота майки. И пошла к попрыгушкам.

– Осторожно! – кричу. – В этой клетке полно дохлых акул! Не напрыгни на дохлых акул!

Розабелла прыгает на следующую клетку.

– Боже мой! Теперь ты вляпалась в липких лягушек! Сойди скорее с липких лягушек!

Розабелла теряет равновесие и приземляется на другую клетку.

– ААА! Кипящая лава!!! Выпрыгивай! Выпрыгивай! Скорей! – ору я.

Все девочки стояли и смотрели на меня.

Стояли и смотрели.

– Хочешь поиграть? – спросила одна из них.

– Не особо, – говорю. И убежала.

Я слонялась по школьному двору и смотрела, кто во что играет.

Эти скачут, как на лошадках.

Эти строили дом, но дом сгорел, и теперь все дерутся.

Джордж и ещё несколько ребят играют в хомяков.

Мэри занимается физкультурой.

Мэри??? А она что тут делает? Я топнула ногой.

– Ты что тут делаешь? – спрашиваю сердито.

– Не хочешь пофизкультурничать?

– Ладно, но не больше одного упражнения, – говорю. – Потом отправляешься домой!

Глава 5

Дзынь, дзынь, дзынь!

Днём у нас было рисование. Вместо того чтобы самой работать, я смотрела, что рисует Розабелла. Огромного чешуйчатого дракона.

– У тебя правда дракон есть?

– Конечно, – отвечает она. – Но он совсем дитя и вечно набивает шишки. Даже в стены замка врезается.

– Ты живёшь в замке? – спрашиваю.

– Где ж ещё мне жить? Хотя в лесу у меня есть домик, убежище на случай, если нужно спрятаться.

– А у тебя есть подземная база? У меня есть! – сказал Джордж. – Поднимите руку, у кого есть подземная хомяковая база! – И сам поднял руку.

Игнорируя Джорджа, спрашиваю Розабеллу:

– От чего спрятаться?

– Ну, сама знаешь. От старух-ведьм и всякого такого, – сказала Розабелла.

– Дори, ты что-нибудь нарисуешь? – спросила учительница, глядя на мой пустой лист. – Дори, ты меня слышишь? Дори!.. Ты здесь, Дори?..

После школы я поспешила прямиком в свою комнату снять наконец все слои одежды и влезть в любимую рубашечку, а ещё посмотреть, нет ли пропущенных звонков.

– Она до сих пор не позвонила? Уф! В который раз повторяю: дома руку поднимать не обязательно!

Мэри так хочет в школу, что всякий раз поднимает руку, прежде чем заговорит.

Весь день без остановки тренируется для школы.

Тихо ведёт себя в коридорах.

Соблюдает очередь в туалет.

Мэри так меня достала, что я обрадовалась, когда Люк и Виолетта вернулись от друзей.

– Знаете что? – говорю я им. – У меня НЕВЕРОЯТНО БОЛЬШАЯ НОВОСТЬ! У Розабеллы есть дракон! И она живёт в замке! Серьёзно, я не шучу.

– Видишь, – сказал Люк Виолетте. – Я ж говорил, выдумала она Розабеллу.

– Что? Не выдумала! Она настоящая, со мной рядом сидит в классе!

– Такая же настоящая, как Мэри? – спросила Виолетта.

– Да! – отвечаю.

Мэри улыбается с гордостью.

– Что говорит учительница, когда ты в школе разговариваешь с Розабеллой? – спросил Люк.

– Говорит: «Девочки, потише, пожалуйста!»

Люк захохотал.

– Ты ещё с кем-то кроме Розабеллы играешь на переменках? – спросила Виолетта.

– Вообще-то я не сильно с ней играю, потому что она любит классики, – призналась я.

– Твоя воображаемая подружка даже играть с тобой не желает? – снова рассмеялся Люк.

– ЕЩЁ РАЗ ПОВТОРЯЮ! РОЗАБЕЛЛА НЕ ВООБРАЖАЕМАЯ!!! – заорала я со всей мочи.

Я выбежала из комнаты в слезах, а Люк с Виолеттой продолжали смеяться. Слышу, Виолетта говорит: «Она мне рассказывала, что они играют в щенков-русалок». Опять смех, громче прежнего. Люк так хохотал, что скатился с дивана. Можно подумать, в жизни нет ничего смешнее, чем щенки-русалки.

Я так плакала, что всю комнату затопила слезами.

Почему Люк и Виолетта такие дураки? И что все нашли в этих классиках? Будет ли Розабелла когда-нибудь играть со мной? И где мистер Нагги, когда он мне так нужен?

– Может, Розабелла мне вовсе не лучший друг! – рыдала я, жалуясь Мэри. – Может, у меня вообще никогда друга не будет! Может, Люк с Виолеттой правы!

Мэри погладила меня по голове.

– Можешь завтра пойти со мной в школу, – прохлюпала я.

– Нет, спасибо, – сказала она.

– ЧТО?

– Мне больше нравится играть в школу, чем туда ходить.

– Мэээрииии! Ты же так умоляла! Ох! Но теперь ты мне нужна! Мне играть не с кем! – снова зарыдала я.

– Завтра Розабелла наверняка с тобой поиграет, – сказала она.

– Откуда ты знаешь?

– Просто будь собой, – посоветовала Мэри.

Так я и поступила.

На следующий день я села обедать с Розабеллой. А это непросто, поскольку возле неё вечно крутятся попрыгушки, любительницы классиков.

Открываю свою коробку с ланчем… О УЖАС! Мама положила мне на обед мой телефон! Зачем? О чём она вообще думала? Боже правый, а что, если ОН ЗАЗВОНИТ?

Пожалуйста, пожалуйста, не звони!

Ох!

Придётся ответить. Если не подниму трубку, мистер Нагги станет куриным супом.

– Алло?

– Дори, как поживаешь? – спросила миссис Гоббл Крекер.

– Хорошо, – говорю, а сама оглядываю столовую. Надо прикрыть второе ухо, а то еле слышно.

– Я придумала, чего хочу, – сказала она.

– Вовремя!

– Я освобожу мистера Нагги, если сможешь добыть мне то, что мне нужно.

– Что угодно, только скажите.

– Мне нужна принцесса.

– Принцесса? Да где ж я вам достану при…

Тут взгляд мой упал на Розабеллу, которая в тот момент разрезала виноградины пополам и отправляла в рот вилочкой.

В голове у меня само собой составилось математическое уравнение.

– Нет проблем! – улыбнулась я, потому что была уверена: Розабелле игра понравится! И повесила трубку. – Встречаемся во дворе, – велела я Розабелле серьёзным голосом. – Тебе грозит опасность, только учти, это секрет.

– Правда? – У неё в глазах вдруг запрыгали огоньки, целый фейерверк. В два счёта она собрала в коробку свой ланч и рванула на улицу, я еле за ней поспевала.

А когда я рассказала ей про миссис Гоббл Крекер, она завопила ТАК ГРОМКО, что попрыгушки, которые прыгали в свои классики, убежали, зажав уши.

– Расскажи мне всё, – потребовала Розабелла. – Всё-превсё!

– Ну, у неё острые зубы, чёрный плащ, длинный нос, острые чёрные ногти, остроносые туфли, страшный пучок на голове…

Розабелла ходила взад-вперёд, думала. С очень серьёзным видом. Она долго молчала.

Наконец открыла рот, чтобы сказать следующее:

– Придётся вступать в войну.

– В войну? – переспросила я.

– Лошадь есть?

– Э-э-э…

– Лошадь нужна! Мы должны подготовиться к бою. Эта война не только нас касается. Речь идёт о целом королевстве. Кто ещё на стороне миссис Гоббл Крекер?

– Даже не знаю. Вообще-то я никого больше не видела, но…

– Она явно работает не одна! Уверена, у неё есть помощники. Скольких она уже взяла в плен? И где всех держит? – спросила Розабелла.

– Мм… даже не знаю… – говорю. – Как-то не задумывалась об этом. У неё есть пещера.

– Ты не задумывалась об этом? – Розабелла аж задохнулась. – Ведь речь идёт о справедливости! Мы должны их освободить! Наверняка в пещере полно заключённых! Только Соединённые Штаты могут их освободить! Нам нужен план действий. Настоящий план. Рисковать нельзя. Я не собираюсь провести остаток жизни, добывая золото в пещере, ни за что! – Она заговорила ещё быстрее: – Жаль, мой дракон сейчас ранен, но я смогу созвать нескольких рыцарей, когда домой попаду…

и нужно составить карту леса, где её пещера…

и я возьму лошадь…

и попробую отыскать свой меч…

– И лимонный сок! – вдруг завопила я. – Тебе понадобится лимонный сок!

Тут кончилась перемена.

На математике я шепнула Розабелле:

– Я тебе ещё кое-что должна рассказать. У меня есть фей-крёстный, его зовут мистер Нагги, и он случайно превратился в курицу.

– О! С моей феей-крёстной то же самое случилось! – шепнула Розабелла.

– Эй! О чём это вы? – спросил Джордж. – О курицах? Поднимите руку, кто любит курицу.

Вечером за обедом папа спросил: