Глоточек свеженького яда Хрусталева Ирина

– Господа, – услышала Лика голос родственника, брата отца и своего дядюшки. – Я очень благодарен вам, что вы пришли сюда сегодня, чтобы почтить память моего сына Кирилла. Безвременная смерть забрала его от нас, такого молодого, энергичного и бесконечно нами любимого. Еще раз благодарю.

– Батюшки, я же совсем забыла, что сегодня девять дней со дня смерти Кирилла! – ахнула Лика.

Она опустила окуляры и увидела во дворе целую колонну разных автомобилей импортного разлива.

– Слетелось, воронье, – проворчала она.

– Я почему-то думаю, что это она, – услышала Лика голос в своих наушниках и насторожилась. Оказывается, она даже не заметила, как, поправляя наушники, случайно нажала на кнопочку настройки, и звук переместился в другую комнату, где сидел в укромном уголке еще один «жучок».

– Откуда такие бредовые домыслы? Ее давно нет в живых. Откуда тебе пришла в голову мысль о ней? – спросил женский голос, и Лика начала лихорадочно искать взглядом комнату, откуда шел разговор. Взгляд ее остановился на бывшем кабинете отца.

– Сама подумай, мама, кому еще это нужно? Да, у Кирилла много было баб, но он всегда старался расстаться с ними по-хорошему. Всем давал отступного: кому шубку, кому машину, кому цацки, а одной даже квартиру купил, за то, что она от него аборт сделала. Еле, между прочим, уговорил, она собиралась рожать, а потом на алименты подавать, – говорил мужской голос. Лика начала искать взглядом хозяина, которому он принадлежит. Обводя комнату взглядом, она увидела только ноги, одна из них болталась из стороны в сторону, лежа на колене другой. Лика поняла, что мужчина сидит в кресле, которое стоит в углу комнаты, а голос принадлежит Игорю, брату Кирилла Горина.

– Кобели, все в папашу своего, – процедила женщина.

– Уж какие есть, – тявкнул в ответ Игорь.

– Правильнее будет, уж какой есть, второго вон похоронили уже. Смотри, и ты доиграешься! Что я тогда делать буду? – всхлипнула женщина. – Растила вас, растила, ночей не спала, и что в результате? Дома вы у родителей не бываете, лишний раз звонка от вас не дождешься. Ты только вспомни, на что я ради вас пошла, вспомни, сынок!

– Ну, предположим, тогда ты не только о нас думала, но и о себе, любимой, заботилась. Ты даже и не замечаешь, что у тебя при виде денег глаза начинают светиться, как у кошки в темноте, – хохотнул парень.

– Грех такие вещи матери говорить, да еще в такой скорбный день, – строго цыкнула женщина. – Я тебе не подружка твоя очередная, не смей так со мной разговаривать!

– Что не подружка, это верно, – проговорил Игорь веселым голосом. – Мы с тобой, мать, подельники, – не переставая веселиться, припечатал он.

– Хам! – истерично взвизгнула Алла Ивановна и, залепив сыну пощечину, выскочила из комнаты.

– Дура, – прошипел парень, вскакивая с кресла и потирая рукой щеку.

«Ну и дела творятся в Датском королевстве» – усмехнулась Анжелика и покачала головой. – Интересно, про кого он говорил? Уж не про меня ли? А что, если действительно про меня?! – ахнула она. – Неужели я оставила какой-то след? Нет, этого не может быть, я все тщательно проверила! Плохо, конечно, что охранники видели, как мы с Кириллом на его машине из казино уезжали. Но это ведь была «незнакомка», которой на самом деле не существует в природе. Тогда про кого, кроме меня, могут говорить такие вещи? «Ее давно нет в живых»! Неужели Игорь догадался? Если это так, то мне стоит поторопиться и ускорить события», – размышляла Лика, не отрывая глаз от бинокля.

Девушка остановилась на наблюдении за залом, где стояли накрытыми столы, и начала изучать гостей. Ей попалось всего несколько знакомых лиц, но в основном это были новые люди.

– Не впустили, значит, вас, господа «наследники», папины знакомые в свое общество? Пришлось новыми обрастать? Что ж, ничего удивительного, по заслугам и чин дается. Отца все уважали, а ты, дядюшка, всю жизнь был прихлебателем. Любил ты, дорогой «родственник», и рыбку съесть, и на паровозе покататься! Вот только от работы нос воротил, а хотелось иметь все сразу и много. Поэтому и отца вы моего убили, недоноски, – шипела, как кобра, Лика, даже не замечая, что разговаривает вслух. – Ничего, скоро вам всем придется за все расплатиться! Немного пошиковали на чужие деньги – хватит, хорошего понемногу. Ваше место – у параши! А я уж постараюсь, чтобы это произошло как можно быстрее.

Гости начали потихоньку расходиться, и из ворот то и дело выезжали машины. Анжелика решила, что ей тоже пора, и уже собралась было сворачиваться, как снова услышала мужские голоса.

– Ну что, тебе удалось узнать, с кем он был в тот вечер?

– Да, удалось, и не думаю, что тебя это очень обрадует.

– В чем дело? Что за загадки?

– Это была Анжелика.

– Что за бред?! Не пори ерунды, я получил точные данные о том, что она мертва, – взвился в кресле Горин-старший.

– Больше некому. У той бабы, что в казино была, а потом уехала вместе с Кириллом, очень похожие манеры. Лицо, конечно, не очень похоже, но сейчас изменить внешность – это раз плюнуть. Я все равно думаю, что это она. Больше некому, – упрямо повторил он.

– Так это просто твои догадки, а точно ты ничего не знаешь? Уф, я уж подумал – у тебя глюки на нервной почве, – облегченно выдохнул Горин. – А скорее всего, на почве чрезмерного употребления алкоголя, – добавил он и насмешливо посмотрел на сына.

– Смейся, смейся, я посмотрю, как тебе будет смешно, когда и твои яйца распухнут, как у Кирилла, – зло процедил сквозь зубы Игорь. – Это она мстить начала, помяни мое слово!

– Ты как разговариваешь с отцом? С ума сошел?! Совсем с катушек съехал? – взревел Горин. – Я тебе что, дружок твой? Я тебе – отец, и не смей так нагло себя вести! Я не посмотрю, что в тебе почти два метра роста, быстро на место поставлю, сукин ты сын!

– Да пошел ты, – прошипел Игорь и, резко развернувшись, направился к выходу из комнаты. На пороге он оглянулся и бросил на отца взгляд, в котором читалась ненависть. – То, что я сукин сын, это ты точно заметил, моя мать – настоящая сука, – с ударением произнес он.

Следом раздался треск хлопнувшей двери и торопливые шаги. Лика проследила за входной дверью и увидела, как из нее выскочил Игорь. Она видела, как его губы что-то говорили, но слышать этого не могла. Зато ей доставило настоящее удовольствие, когда в наушниках, как раненый зверь, взревел ее дядюшка, загибаясь от бессильной ярости из-за такого хамского отношения к нему. И не от кого-нибудь, а от собственного сына получил! Он молотил по подлокотнику кресла кулаком и непристойно ругался.

– Очень хорошо, любезный дядя Витя, то ли еще будет! Сам воспитал негодяев, теперь получай урожай, – злорадно усмехнулась Анжелика. – Хотя ты и сам негодяй из негодяев. Чему же ты удивляешься и злишься? Как известно, яблоко от яблони далеко не откатывается, – шептала девушка, не отрывая взгляда от объектива бинокля и откровенно наслаждаясь тем, что видела и слышала.

Теперь она знала точно, что Игорь каким-то образом ее узнал. Не точно, конечно, узнал, но догадывается, а это само по себе уже плохо.

«Нужно поторопиться», – еще раз подумала девушка и приняла решение: она сделает все, что задумала, не позже чем через два дня.

В два дня она не уложилась, так как пришлось потратить время на то, чтобы следить за Игорем и одновременно каждый вечер дежурить у дома Андрея, чтобы послушать, о чем он говорит. К ее разочарованию, никаких служебных разговоров он дома не вел, и по этой причине никакими сведениями ей разжиться не удалось. По два часа она сидела на крыше дома и внимательно вслушивалась в то, что происходило в квартире. Как правило, Андрей приходил в семь часов вечера и ужинал. Потом он садился за компьютер, Лика слышала характерную мелодию, когда он включал его, и наступала тишина, разбавленная лишь голосами из телевизора. Лишь один раз она стала свидетелем телефонного разговора, да и то – слышала только фразы Андрея, а что говорил его собеседник, естественно, услышать она не могла. Ее немного насторожила одна фраза, которую произнес Казаков:

– Да, мотоцикл «Хонда».

Девушка сначала не придала им особого значения, и лишь потом вдруг поняла, что, скорее всего, Андрей говорил про нее.

Услышать что-то более существенное ей не удалось, и девушка была очень расстроена. После четырех попыток Лика оставила эту затею и сосредоточила свое внимание на Игоре. Ей доставляло удовольствие следить за ним – как он мечется, старясь разузнать хоть что-то.

Лика прекрасно знала адреса, по которым были расположены все квартиры, когда-то принадлежавшие их семье. Их было три: отец считал, что вложение денег в недвижимость – самое надежное дело. Основная часть капитала была за границей, в ценных бумагах, и некоторая сумма – в наличности. Анжелика злорадно усмехнулась, вспомнив конверт, который она нашла в своем тайнике. «Вот уж дядюшка, наверное, с ума сходит, не зная, где ему искать те деньги! Впрочем, может быть и так, что они нигде не учтены, и он, не зная про них, спит совершенно спокойно. Ну и спи себе на здоровье», – снова усмехнулась Анжелика, причем очень ехидно.

Продежурив у каждой квартиры почти по целому дню, она наконец вычислила, где постоянно обитает Игорь. За трое суток он только один раз приезжал в загородный дом с какой-то девицей, но уехал оттуда достаточно быстро, часа через два.

«Скоро управились. Видно, здорово ты обделался, Игоречек, – злорадно подумала Лика. – Через пару дней тебе станет еще страшнее, это я тебе обещаю. Будешь сидеть в четырех стенах, боясь высунуться наружу! А потом… Потом, я надеюсь, будет тюрьма, да еще строгого режима, да лет эдак на двадцать!»

* * *

В один из вечеров Лика решилась на один рискованный шаг. Она часто вспоминала Андрея и все время думала – все ли у него в порядке, нет ли последствий ее наезда? Голова – дело серьезное, а он приложился к асфальту именно головой, причем так сильно, что даже послышался треск. Поэтому Анжелика и испугалась тогда до обморочного состояния: ей показалось, что она убила человека, который попытался защитить ее от разгулявшейся молодежи. Девушка подъехала к дому Андрея в то же время, что и в прошлый раз, и остановила мотоцикл у стены, надеясь, что сегодня никакие подростки к ней не пристанут. Ждать ей пришлось минут двадцать, пока не показался ее пострадавший. Лика отделилась от стены и подошла к парню, не снимая с головы шлема.

– Привет. Ты меня узнаешь?

– Конечно, – обрадованно проговорил Андрей и улыбнулся. – Я тебя даже во сне видел, тоже на мотоцикле, и тоже с закрытым лицом!

– Как ты себя чувствуешь?

– Нормально, – потрогав голову рукой, ответил он, продолжая радостно улыбаться.

– Я очень переживала за тебя, и вот решила узнать, все ли у тебя в порядке.

– Как твое имя, лихая наездница?

– Марина.

– А меня зовут Андрей.

– Я помню, мне очень приятно вновь познакомиться с тобой, – сказала Лика, удивляясь тому, что она говорит это, но слова вылетели сами собой.

– Мне тоже.

Они оба замолчали, не зная, о чем говорить дальше. Лика села на мотоцикл.

– Ладно, тогда, если все в порядке, я поеду. Теперь я буду знать, что не создала тебе особых проблем, и усну наконец спокойно.

– Ты так волновалась, что даже не спала? – радостно спросил Андрей.

– Это я немного утрирую, конечно, но я здорово волновалась, если честно, – засмеялась Лика.

– Я тоже лишился сна, только по другой причине, – тихо проговорил мужчина, и Лика вдруг ужасно заторопилась, прекрасно понимая, о чем он говорит.

– Мне пора, у меня совершенно нет времени.

– Марина, может, мы с тобой встретимся и куда-нибудь сходим? – торопливо спросил Андрей. – Мне очень хочется познакомиться с тобой поближе, – откровенно признался он.

– Не теперь, – выпалила девушка. – Я сейчас не могу.

– Скажи, когда сможешь.

– Андрей, поверь, я отказываю тебе не потому, что не хочу, а потому что действительно не могу.

– Проблемы?

– Есть немного.

– Я могу чем-то помочь?

– Нет. Извини, Андрей, мне пора. – И Лика завела мотоцикл.

– Неужели ты опять растворишься в темноте, как тогда, и я не буду знать, где искать тебя? – спросил Андрей и схватился за ручку мотоцикла.

– Я сама тебя найду, – пообещала девушка.

– Когда?

– Когда придет время, – загадочно ответила Лика. Она еще раз внимательно посмотрела на парня и, крутанув ручку газа, сорвалась с места.

– Постой, забери, пожалуйста, свои деньги, – крикнул Андрей, но девушка уже скрылась за поворотом.

«Я не должна, я не имею сейчас на это права, – думала Лика, все больше и больше прибавляя скорость. – Ну почему так происходит? Почему именно ему нужно было заниматься этим делом?!»

* * *

Прошло еще два дня, и Анжелика с Мариной, заранее все подготовив, заняли свой пост у чердачного окна. Марго ужасно волновалась и все время боязливо поскуливала:

– Ой, мамочки, как же мне страшно! А вдруг кто-нибудь видел, как мы сюда приехали? И как забирались на этот чердак? Ой, что тогда будет? Меня Славка убьет на месте!

– Я тебе говорила, что не нужно за мной тащиться, – проворчала Анжелика. – Так ты меня даже слушать не захотела, уперлась, как баран. Теперь нечего скулить, после драки кулаками не машут.

– Ага, а отпустить тебя одну мне еще страшнее было, – проныла Марго. – Кто знает, что у тебя на уме? Вдруг ты его и правда убить захочешь? Я бы потом поедом себя заела, что не поехала с тобой и не смогла остановить.

– Ты что болтаешь? Совсем уже? – покрутив пальцем у виска, возмутилась Лика. – Я что, ненормальная, чтобы в живого человека стрелять?

– Вон ты как сердишься на них, – буркнула Марина. – Я бы не удивилась.

– Знаешь, Марго, иногда морально человека намного проще уничтожить, чем физически. Я хочу их свести с ума потихоньку, чем сейчас и занимаюсь, – пояснила Лика. – И мне нужно успеть сделать это, потому что мне очень не нравится, что Игорь о чем-то догадывается. Уж слишком рьяно он начал искать меня, уже и до той фирмы добрался, где я себе сопровождение в казино заказывала.

Об этом Лика узнала сегодня, когда проследила за машиной Игоря. Когда он остановил свой автомобиль у дверей фирмы «Все для Вас», сердце девушки учащенно забилось. Ее, конечно, уверили в той фирме, что у них сохраняется строгая конфиденциальность, но чем черт не шутит – вдруг ему удастся их расколоть или купить, в крайнем случае. Правда, там фигурируют данные, взятые буквально с потолка, но Лика боялась совершенно другого. Она заявилась в ту фирму в своем натуральном виде, о чем потом, конечно, пожалела, но дело было сделано. Когда она сидела в фойе, то заметила камеры наблюдения. Наверняка там остался ее портрет, вот это сейчас и взволновало девушку и заставляло ее торопиться.

– Может быть, это просто совпадение и Игорь приехал туда по своим делам? – предположила Марина.

– Если и так, то это не меняет дела, береженого, как известно, бог бережет, поэтому ждать я больше не буду, – ответила подруге Лика.

Сидеть в засаде на чердаке им пришлось долго, но ожидание их было вознаграждено. Игорь явился под утро вместе с очередной пассией с длинными ногами. Они были немного пьяны, и это лишь облегчало девушкам задачу.

– Сейчас они еще пропустят по стопочке – и сломаются, а это значит, что быстро они не уедут. Мне нужно сосредоточиться, – пробормотала Лика, разговаривая то ли с Мариной, то ли сама с собой. Она медленно начала приготовления. Руки почему-то дрожали, и девушка сама на себя ужасно разозлилась. – Прекрати немедленно, все хорошо, все просто замечательно! – шептала девушка, как молитву, вглядываясь в оптический прицел. Марина в это время тоже прилипла к окулярам – только бинокля.

Больше всего Анжелика боялась промахнуться и не попасть в ту огромную вазу, которую наметила своей мишенью. А в ее планы входило, чтобы Игорь понял, что в него только что стреляли. Что на него было совершено покушение! Ей очень хотелось добиться от него панического страха, который начнет сжигать его изнутри. Чтобы он начал бояться своей собственной тени, чтобы вздрагивал от любого шороха. Ох, как же ей этого хотелось!

Анжелика увидела, что молодой человек вышел из ванной комнаты, и напряглась. Бедра мужчины были обмотаны махровым полотенцем, а волосы поблескивали от влаги. Он подошел к бару и налил себе в бокал вина. Девица, уже оставшаяся в одних трусиках-стрингах, выпорхнула из комнаты и скрылась за дверью, из которой только что вышел Игорь. Он плюхнулся в кресло и развалился в нем, широко расставив ноги. Он не спеша потягивал из бокала вино, поочередно делая затяжки сигаретой.

– Лен, может, уже пора? – услышала девушка взволнованный голос Марины. – Смотри, как удобно сидит, ваза как раз напротив, все осколки в него полетят. Представляешь, как он сейчас обделается! – хихикнула она.

Анжелика потерла руку об руку, чтобы согреть ладони, и снова прильнула глазом к оптическому прицелу винтовки. Сначала она направила прицел прямо в лоб мужчины, но потом медленно опустила его вниз и остановилась прямо посередине его расставленных ног. Она представила себе, как бы это сейчас выглядело, если бы она нажала на курок. Девушка откровенно наслаждалась осознанием того, что сейчас она держит жизнь этого ненавистного ей человека в своих хрупких руках. Стоит только захотеть нажать курок, и… В это время длинноногая девица выбежала из ванной комнаты и с разбега плюхнулась на колени к любовнику.

– Чтоб тебя… напугала, зараза, – нервно сплюнула Лика и перевела прицел на вазу. – Прямо на самом интересном месте, – проворчала она.

Девица тем временем взяла из рук парня бокал с вином и отпила из него глоточек. Следом за этим она поднесла руку Игоря ко рту и сделала затяжку. После этого она проворно вскочила с колен любовника и с разбега бросилась на кровать. Игорь ей что-то сказал, и она, тут же вскочив, подбежала и взяла из его рук уже пустой бокал. Девушка подлетела к бару и, наполнив его новой порцией вина, вернулась обратно. Игорь все так же сидел с расставленными ногами, в вальяжной позе.

– Плохо, что я забыла сегодня наушники, сейчас бы послушать, о чем они там говорят, – сказала Анжелика Марине.

– Ты чего тянешь-то? – нетерпеливо зашептала та. – Смотри, времени уже сколько! Хочешь рассвета дождаться?

– Я никак не могу сосредоточиться, – проворчала в ответ Лика. – Боюсь промахнуться. И тогда не будет такого эффекта.

Она тряхнула головой, чтобы освободить ее от посторонних мыслей, и, сосредоточившись на главном, вновь прицелилась. Но в это время…

– А-а-а! – услышала Анжелика приглушенный вой Марины.

– Господи, что это?! – растерянно вскрикнула Анжелика, не веря своим глазам и пока еще не понимая, что же произошло. Только что она увидела, как Игорь странно дернулся, и брызги его крови полетели во все стороны. Девица замерла у кресла, вся забрызганная липкой жидкостью, и нервно хватала ртом воздух. Пошатываясь, она сделала несколько шагов и рухнула в обморок. Молодой человек так и остался валяться в кресле с широко открытым ртом и вытаращенными глазами. Даже издали было видно, что он мертв настолько, что мертвее и не бывает. А между его ног…

– Боже мой, как будто кто-то услышал мои мысли, – дрожащим голосом прошептала Лика и посмотрела на Марину испуганными, ничего не понимающими глазами.

– Ты что натворила?! – взвизгнула та. – Я так и знала, я это предчувствовала! – заголосила она.

– Марин, ты что, ненормальная? – ошарашенно проговорила Анжелика. – Ты что, думаешь, что это я его сейчас?..

– А кто же еще? – снова заверещала девушка. – Мамочки-и-и, что теперь будет-то?! – заскулила она.

– Не ори, услышат, – шикнула на подругу Лика, и та моментально заткнулась, зажав рот рукой. Глаза она вытаращила до предела, с безумным страхом глядя на Анжелику.

– Ты почему так на меня смотришь? Говорю же, я даже не успела нажать на курок, – растерянно говорила Анжелика, но видела, что Марина не верит ей. – Сама посуди, если бы это я сейчас выстрелила, неужели ты бы не услышала? – спросила она у подруги.

– Так там же глушитель, – пролепетала Марина.

– Но ты-то рядом стоишь, все равно бы глухой звук был! И потом, посмотри, у меня патрон так и остался на месте, – открывая затвор винтовки, показала Лика.

– И правда, – удивленно произнесла Марго. – Лен, что происходит-то? Ты что-нибудь понимаешь?

– Ни черта я не понимаю, но знаю точно, что нам нужно быстрее сваливать отсюда, – возбужденно проговорила она и метнулась к выходу, первой подавая пример. Марина не заставила ее повторять дважды и проворно последовала за подругой.

– Твою мать, мать твою, – про себя ругалась Анжелика, спускаясь с лестницы. – Что происходит, черт побери?

– Ой, мамочки, ой, родненькие, – поскуливала Марина, стараясь не отставать от подруги. – Если нас поймают, все, пиши пропало, небо в клеточку нам обеспечено, лет на двадцать! Ой, боженьки мои-и-и…

– Хватит причитать, Марго, – цыкнула на подругу Лика. – Не дай бог, кто-нибудь услышит твои завывания!

Та моментально заткнулась и затравленно оглянулась по сторонам. Как только ноги подруг коснулись земли, дальше все произошло, как в кино, на ускоренной пленке. Наверное, никогда в жизни ни одна из них не бегала с такой сверхзвуковой скоростью. И вряд ли когда-нибудь им удалось бы повторить эти показатели. Буквально за пять минут им удалось преодолеть расстояние до лесопосадки, где они оставили машину. За три секунды девушки ухитрились в нее сесть, завести мотор и рвануть с места с такой прытью, что им бы позавидовал любой мотогонщик, у которого время – деньги.

Глава 11

– Кому же это вы так насолили, братцы-кролики? – вздыхал майор Казаков, почесывая затылок. После прочтения медицинского заключения его буквально передернуло. – Да, покойничек, не повезло тебе крупно! Я, как мужик, тебе откровенно сочувствую, – вздохнул Андрей. – Такое пережить, пусть даже и перед смертью – брр, с ума можно сойти. Так, сочувствие – дело, конечно, хорошее, – одернул сам себя следователь, – но вернемся к нашим «помидорам». Похоже, что стреляли из дома напротив, с чердака. Только вот неувязочка получается. Винтовку там нашли, но только совсем не ту, из которой стреляли. В чем здесь загвоздка, понять не могу. И что там говорит свидетель? – пробормотал майор и взял в руки протокол показаний свидетеля. – «Когда подъезжал к поселку, уже под утро, то видел, как идет человек и толкает свой мотоцикл. Определить, кто это, было невозможно, так как мотоциклист был весь в коже и в шлеме, который полностью закрывал лицо. Высок, строен, никаких особых примет».

– Так, не едет на мотоцикле, а толкает его. Почему, интересно? – спросил сам у себя следователь. – А что, собственно, здесь удивительного? – пробормотал Андрей. – Может, у него бензин кончился? Мотоцикл, мотоцикл, – думая о чем-то своем, повторял майор, перечитывая показания свидетеля. – «Хонда»? – мечтательно прикрыв глаза, прошептал майор. – Она тоже была на «Хонде». Обещала сама меня найти, – и он потрогал на своей голове то место, где совсем недавно красовалась шишка. Он снова вспомнил, как все было в первый раз, ощутил на своих губах сладкое прикосновение, и в этот самый ответственный момент… дверь кабинета распахнулась, и на пороге материализовался его друг, капитан Ткачев.

– Что это с тобой, Андрюша? Глаза как у бешеной селедки, – хохотнул Сергей. – У тебя песочку не найдется? Собрались с ребятами кофейку попить, а сахара не оказалось.

– А?

– Сахар, говорю, есть? – потряс Сергей пустой банкой перед носом друга.

– Сахар? – глупо переспросил Андрей.

– Эй, парень, с тобой все в порядке? – помахав перед лицом майора ладонью, озабоченно спросил капитан.

– А? Да, да, все нормально, не переживай, сахар мне не нужен, спасибо.

– Ну, блин, ты и шутник, – скривил Сергей рот в подобии улыбки. – Это мне сахар нужен! Вот и баночку я специально принес, – повысил он голос и снова потряс банкой перед носом Андрея. – Кофейку, говорю, мы попить решили, а у нас, видишь ли, сахар возьми да и закончись. Теперь тебе понятно, чего я хочу?

Андрей глупо уставился на друга и прошептал:

– А какие у нее глаза! Такие красивые, даже носить неприлично…

– Андрюша, а у нас под следствием врач имеется. Психиатр, между прочим. Хочешь, я его на допрос приглашу? – вкрадчивым голосом сделал предложение Сергей.

– Какой психиатр? – нахмурился майор.

– Доктор такой, по нервам. Или по мозгам? Я точно не знаю, – сказал капитан и настороженно посмотрел на Андрея.

– А я-то здесь при чем? – вскинул тот брови.

– Вот и я говорю: а ты-то здесь при чем? Сахарку не отсыплешь? – заулыбался капитан и вновь показал на свою пустую банку.

– Вон на подоконнике сахар, в пакете стоит, бери да отсыпай, – махнул Андрей рукой и уставился в окно, продолжая думать о чем-то своем.

«Она обещала, что сама меня найдет, когда придет время. А когда оно придет, интересно? От ожидания я точно свихнусь, до чего эта девушка в шлеме засела мне в душу. Или в печенку, я еще не разобрался».

– А что это ты про какие-то глаза плел, которые носить нельзя? – покосившись на друга, спросил Сергей, не забывая вытряхивать из пакета побольше сахарного песочка.

– Это я так, вспомнил кое-что, вернее, кое-кого, – вздохнул майор. – Эй, эй, очень-то не увлекайся! А ну, положи на место пакет, тебе только волю дай, так ты все отсюда вытащишь, – закричал Андрей на друга, когда увидел, как тот старательно пытается оставить его без сладкого.

– Подумаешь, – фыркнул капитан, – сахара для друга пожалел! Погоди, придет время, тоже что-нибудь попросишь, – пробормотал Сергей и выскользнул за дверь, довольно посматривая на свою банку, которая почти наполовину была заполнена сахарным песком.

Андрей проводил взглядом капитана и, когда за тем закрылась дверь, проворчал:

– У вас там, в отделе, снега зимой не выпросишь, не то что сахара. А меня, значит, грабить можно? Ладно, продолжим прерванное дело, – встряхнулся Андрей и потянулся к телефону. – Алло, добрый день. Я могу поговорить с Виктором Николаевичем? Кто спрашивает? Майор Казаков… Спасибо, вы очень любезны.

Андрею пришлось немного подождать, прежде чем в трубке он услышал голос Горина:

– Да, я вас слушаю.

Придав своему голосу металлические нотки, майор начал говорить:

– Виктор Николаевич? Майор Казаков беспокоит. Вы не могли бы подъехать в управление для беседы?.. Да, я все понимаю, примите мои искренние соболезнования, но разговор очень серьезный и не терпит отлагательств… Хорошо, через два часа я буду ждать вас в семнадцатом кабинете. Захватите паспорт, пропуск для вас будет внизу. Всего доброго.

Андрей отключился и с раздражением бросил трубку на аппарат.

– Можно подумать, что все это только мне нужно, а не ему в первую очередь, – проворчал он.

В это время в дверь осторожно постучали, и следователь тут же ответил:

– Войдите.

На пороге возникла девица на умопомрачительно длинных ногах.

– Здравствуйте, – робко проблеяла девушка и уставилась на майора испуганными, слишком сильно накрашенными глазами.

– Проходите, присаживайтесь, – показал Андрей на стул, а сам снова уткнулся в бумаги, перебирая их и раскладывая в папки.

Девушка присела на самый краешек и начала теребить в руках носовой платочек. На ее ногтях горел ярко-красный лак с какими-то рисунками. Она таращилась на майора, как будто ждала сейчас от него объявления о смертном приговоре через повешение. Потом, опомнившись, она положила на стол повестку и проговорила:

– Вот, вы меня вызывали, я Сотникова Нина.

– Ну что ж, Нина Константиновна, давайте с вами поговорим. Меня зовут Андрей Владимирович, я веду дело об убийстве Горина Игоря Викторовича. На данный момент меня интересует все, что касается того случая, – отложив две папки в сторону, проговорил Андрей и, сложив руки в замок у своего лица, внимательно посмотрел на девушку.

– А что рассказывать? – испуганно вскинула та глаза.

– Ну как – что? Вы же были в тот момент вместе с Гориным в их загородном доме, где все и случилось. Меня интересуют подробности.

– Я ему вино подаю, и вдруг что-то случилось, я даже ничего и сообразить не успела, так все быстро произошло. Слышу звон стекла, потом – страшный крик, как глянула – а его уже и разорвало, – выпалила девушка на одном дыхании.

– Что значит – «разорвало»? Говорите по существу.

– А я и говорю по существу! Я крик услышала, страшный такой, прямо нечеловеческий… Сначала даже понять ничего не могла, глаза опускаю – а у него все и разлетелось, – снова затараторила девушка, при этом эмоционально вращая глазами. – Представляете, прямо то самое место, в меня ошметки даже полетели! У него – глаза выпученные и рот разинут. Страшно – жуть, если бы вы только это видели! Кругом все в крови, и он, и я сама. Я от такой картины и грохнулась в обморок. Не знаю, сколько пролежала без чувств, но только, когда очнулась, первое, что хотела сделать, – убежать, конечно. Потом все же позвонила в «Скорую помощь», они быстро приехали, увидели все и милицию вызвали. Дальше я все очень смутно помню, меня саму валерьянкой отпаивали, укол еще какой-то сделали, – махнула девушка рукой и всхлипнула. – До сих пор опомниться не могу и эту картину забыть, по ночам всякие кошмары снятся. Собираюсь к доктору сходить, к психологу, говорят, что в таких делах именно психологи помогают. Как вы считаете, он мне поможет? Ну, я имею в виду, чтобы мне кошмары всякие перестали сниться, – спросила девица и высморкалась в платочек. При этом она интенсивно хлопала глазами с ресницами, как у Буренки из Масленкина, и уже потекли по ее щекам черные разводы.

– Да, говорят, помогает, думаю, и вам поможет, – кивнул Андрей и, налив из графина воды, поставил перед девушкой стакан. – Вот, попейте воды и успокойтесь. Вам Горин ничего не говорил про своего брата? – тут же задал он вопрос на интересующую его тему.

– Как же не говорил? Рассказывал, что его брата убили. Да об этом и рассказывать не нужно было, вся тусовка, как улей, жужжала про это убийство, – махнула девушка рукой и сделала из стакана глоток воды. – Он после того случая почти все время спиртным накачивался. Я в ту ночь не хотела с ним ехать, да он и разговаривать со мной не стал, запихнул в машину, и все дела. А я ужасно боюсь, когда он за рулем пьяный, – гоняет, как ненормальный. Ну вот, в тот день он тоже напился и меня заставлял пить.

– Нина Константиновна, меня не интересует степень опьянения вашего друга, меня интересует, что он говорил вам о смерти своего брата! Может быть, он рассказывал вам о том, что знает, кто его убил, или подозревает, кто это сделал? Припомните хорошенько, – перебил майор девушку, направляя разговор в нужное русло.

– Он конкретно ничего не говорил, но один раз я слышала, как он сам с собой разговаривал и все твердил: «Я тебя найду, я тебя все равно найду, стерва», – нагнувшись к самому столу и понизив голос, проговорила Нина. – Это он про какую-то женщину говорил, точно!

– Ну это и так понятно, что про женщину. Кого же еще можно стервой назвать, – улыбнулся Андрей. – Ну а еще вы ничего не можете припомнить?

– Да мы с ним за это время, как брата его убили, и виделись всего два раза. Все вокруг говорят, что с Кириллом это баба какая-то проделала, – видно, насолил он кому-то. Только я вам ничем помочь не могу. Я с Кириллом была, конечно, знакома, но не близко, и подружек его не знаю. Знала одну, но уже сто лет ее не видела. Встречались с ним иногда, если в одну компанию попадали, но это так, между прочим. Он меня и не замечал-то никогда, – пожала Нина плечами и полезла в свою сумочку. Она достала пачку сигарет и зажигалку. – Можно у вас здесь курить? Я так нервничаю, ужасно покурить захотелось, – спросила Нина.

– Курите, курите, посетителям я позволяю здесь курить, а вот сам всегда в коридор выхожу, – улыбнулся Андрей. – А вы давно дружите с Игорем? – задал он следующий вопрос.

– Да это дружбой и назвать нельзя, – прикурив и пустив струю дыма в потолок, ответила Нина. – Когда ему нужно было, он меня в машину сажал и вез в тот загородный дом, а потом отвозил обратно. Вот и вся дружба, – пожала она плечами.

– Странные вы, женщины. Выходит, он вас просто использовал?

– Ну, здесь вы, может быть, и правы, использовал, – сморщила носик девушка. Она поискала глазами пепельницу, но, не увидев ее, взяла со стола чистый листок бумаги, скрутила кулечек и стряхнула туда пепел от сигареты. – Только не думайте, что мне это неземной радостью казалось. Я его боялась до обморока, он знаете какой был, – снова шумно затягиваясь, проговорила она.

– Какой?

– Садист самый настоящий, вот он какой! Мог и по физиономии запросто заехать, если я вдруг не захотела бы ему подчиниться. Для него женщина – что мусор, это он так считал, – с раздражением ответила Нина и снова нервно затянулась сигаретой. – Грех, конечно, так о мертвом говорить, но я рада, что больше никогда его не увижу. Как вспомню, что из себя изображать приходилось, сама себе противна становлюсь.

– Что же терпели?

– Говорю же, боялась. Да и не только в этом дело, конечно, – махнула она рукой. – У любой медали всегда имеется и вторая сторона. Игорь всегда потом денег подкидывал, а я не могла отказаться. Сами знаете, какая сейчас жизнь дорогая, одна косметика бешеных денег стоит, я уж не говорю про тряпки и обувь.

– Шли бы работать, сейчас это не так трудно сделать, – сказал Андрей, а сам нагнул голову, чтобы спрятать невольную улыбку, которая мелькнула на его губах.

– Куда? К какому-нибудь пузатому начальнику, кофе подавать? Так чем же там будет лучше? Наверняка в постель затащит или, еще хуже, заставит прямо в кабинете ему ми… извините, сами понимаете, что делать. И все это за зарплату в двести долларов?

– Ладно, оставим это. Вы ничего не заметили подозрительного, когда подъехали к дому, – поторопился прекратить полемику Андрей и перевел разговор в нужное русло.

– Нет, ничего, вроде все, как обычно, – пожала девушка плечами.

– Может, прохожий какой попался или мотоциклист, например? – не сдался майор.

– Нет, никого не видела. Я в ту ночь немного выпила, говорю же, он меня заставил, а потом и сама добавила, чтобы не умереть от страха, пока мы ехали. Игорь изрядное количество на грудь принял. Когда он во двор машину загнал, мне его пришлось из нее вытаскивать. Потом, когда уже в дом вошли, Игорь как-то сразу отрезвел. Ну, не сразу, конечно, а после того, как душ принял, – поправилась Нина. – Видно, холодной водичкой себя окатил и лекарство принял.

– О каком лекарстве речь? – насторожился майор.

– Да хрен его знает? – брякнула девушка. А потом, поняв, что сморозила что-то не то, зажала рот рукой. – Ой, вы меня извините, что я в вашем кабинете так выражаюсь. Как-то само собой вырвалось! Вы такой молодой, совсем не похожи на строгого мента. О господи, простите, я хотела сказать – милиционера, то есть следователя, – лепетала Нина, окончательно запутавшись. Щеки ее покрыла яркая краска цвета молодой морковки, а в руках она вертела окурок, лихорадочно соображая, куда его можно выбросить. Ничего больше не придумав, она засунула его в кулек, а тот – к себе в сумочку. – Вы, кажется, про лекарство спросили? – начала она снова. – Я понятия не имею, что это за лекарство. Вернее, совершенно не помню его названия. Оно у него в ванной комнате лежит, на полочке за зеркалом. Я увидала и прочитала. Там написано, что, для того чтобы не чувствовать похмелья, нужно растворить в воде всего пару таблеток – и вы снова как огурчик. Вот я и подумала, что он себя этими таблетками почти в нормальное состояние привел, ну и душ принял, естественно. Он же еле ногами передвигал, когда мы приехали, мне пришлось его из машины вытаскивать. Да я, кажется, уже говорила вам об этом, – махнула Нина рукой.

– Хорошо, оставим пока это. Сейчас меня интересует еще один вопрос, – постукивая карандашом по столу, проговорил Андрей. – Вот вы сказали, что Игорь садистом был. Кирилл был таким же?

– Тот – еще хуже, – сморщила Нина лицо в брезгливую гримасу. – С ним одна девчонка связалась на свою голову, так он ее один раз так извалтузил, что она со сломанным носом и сотрясением мозга в больницу попала. Чтобы это дело замазать, он ей однокомнатную квартиру купил, она и не стала на него заявлять. Она беременная от него была и сказала, что рожать будет, вот он ей и устроил разборку кулаками. Ну, естественно, Галька после этого аборт сделала. Козел он, ваш Кирилл, самый настоящий! О боже, что я опять говорю-то? – вытаращила Нина глаза. – Ведь он тоже мертвый, а о них или хорошо или никак. Откусить мне, что ли, язык свой? – проворчала она и осторожно посмотрела на Андрея. – В общем, нехороший он человек был – Кирилл Горин, это я вам точно могу сказать.

– Да, интересная информация. Так вы тоже считаете, что убийцу нужно среди женщин искать? – задал вопрос Андрей, делая вид, что совершенно не заметил конфуза девушки.

– Думаю, да, – уверенно сказала Нина, кивнув головой. – И того и другого очень оригинальным способом прикончили, как будто дали понять за что, – хихикнула девушка, а потом, опомнившись и потупив глаза, пробормотала: – Извините.

– Это лично ваше мнение? – усмехнулся Андрей.

– Почему только мое? Все так говорят. А что, собственно, вы имеете в виду? Меня, пожалуйста, в это дело не впутывайте, я знать ничего не знаю. Говорю то, что слышала.

– Ладно, Нина Константиновна, успокойтесь, вот вам бумага и ручка, присядьте вон за тот стол и напишите все подробно.

– А что писать-то?

– Все, что сейчас мне рассказали, со всеми подробностями. Все, что вспомните. Разговоры, случайно брошенное слово, где вы бывали в последнее время, с кем встречались, ну и тому подобное. Уделите побольше внимания той ночи и постарайтесь вспомнить мельчайшие детали. Если что-то будет непонятно, можете задавать любые вопросы, я постараюсь ответить. Укажите данные той девушки, которая сделала аборт от Кирилла.

Нина взяла несколько листов, ручку и прошла к соседнему столу.

– А на чье имя писать? – спросила она.

– Вы пока верхушку не заполняйте, пишите сразу показания, – ответил майор. – Не забудьте в первую очередь указать свои данные.

– Какие данные? – не поняла та.

– Я, такая-то, такая-то, фамилия, имя, отчество. Проживаю по такому-то адресу, знакома с Гориным Игорем с такого-то времени, ну и так далее. Понятно, Нина Константиновна? – улыбнулся майор.

– Ага, понятно, – кивнула та головой.

Девушка сосредоточенно наморщила лобик и начала выводить на бумаге буквы. Андрей решил ей не мешать и встал, чтобы выйти из кабинета.

– Вы куда? – вскинула голову Нина.

– Не волнуйтесь, я пойду покурю, а потом вернусь, – улыбнулся майор и вышел за дверь. Он подошел к окну и вытащил сигареты.

«Нужно будет обязательно вызвать подругу Сотниковой, которая не стала заявлять на Кирилла, когда попала с побоями в больницу. Стоит проверить – где она была во время убийства и есть ли у нее алиби, – начал размышлять Андрей. – Еще нужно послать в поселок практиканта, чтобы обошел все дома и узнал, у кого имеется мотоцикл «Хонда». Вроде ничего, сообразительный парень, хоть и молодой. Вдруг тот мотоциклист, пока тащил свою машину до шоссе, видел что-нибудь интересное? Да, работа предстоит огромная! Если в поселке ни у кого нет «Хонды» и ни у кого-то из их знакомых тоже, то тогда вывод напрашивается сам собой: это и был убийца! Хотя это тоже может быть совпадением. Мало ли почему человек мог заехать туда? Если тащил мотоцикл на себе, значит, кончился бензин, вот он и завернул в поселок, чтобы заправиться. Там заправка совсем недалеко. Поездка в казино мне практически ничего не дала. Ни на одной из кассет лица девушки практически не видно. То волосами закрыто, то мехом – такое впечатление, что она специально отворачивалась от камер наблюдения или прикрывала лицо, как только ей приходилось поворачиваться. Ладно, посмотрим, что скажут специалисты. Да, майор, тысяча вопросов, но пока, к сожалению, ни одного ответа, – тяжело вздохнул Казаков. – Придется здорово попотеть, чтобы получить их как можно больше. А что, если…»

Андрей наконец поднес зажигалку к сигарете и прикурил.

Глава 12

Анжелика лежала на кровати и о чем-то сосредоточенно думала. В дверь просунулась голова Марины, она с тревогой посмотрела на подругу.

– Лен, с тобой все в порядке?

– Да, Мариночка, все нормально, – ответила Лика и повернула лицо к девушке. Глаза той излучали беспокойство, и Анжелика улыбнулась: – Ничего со мной не случилось, честное слово, просто голова разболелась, вот я и решила полежать.

– Пойдем ужинать, – предложила Марина.

– Есть совсем не хочется, а вот от чая не откажусь, – чтобы не совсем обижать подругу, проговорила Лика и встала с постели.

Страницы: «« « 345678910 » »»