Глоточек свеженького яда Хрусталева Ирина

Когда девушки уже сидели на кухне, Марина сказала:

– Не нравится мне твое настроение, Лена. Всю неделю с постели не встаешь, в потолок смотришь, ни с кем не разговариваешь. Хорошо хоть вечерами выходишь, свежим воздухом дышишь. Не нравится мне это. Расскажи, что тебя мучает, сразу легче станет, вот увидишь.

– Марин, мне прямо смешно, ей-богу, – вяло улыбнулась Лика. – Ты что, не знаешь, о чем я думать могу? Кто снова это сделал? Что происходит? Я себе уже всю голову сломала.

– Я думаю, какая-нибудь девица, которой братья насолили так, что мало не показалось, – выдвинула свою версию Марина. – Или конкуренты их убирают. Что здесь еще можно предположить?

– А тебе не кажется странным, что это происходит именно тогда, когда я оказываюсь в том же месте и в то же время? – спросила Анжелика.

– Странно, конечно, – пожала Марго плечами. – Но здесь я пас. Понятия не имею, почему именно так происходит.

– А меня этот вопрос настолько уже замучил, что я даже спать по ночам не могу, – вздохнула Лика. – Я должна это выяснить, только вот не знаю как.

– Тебе-то зачем над этим голову ломать? Пусть милиция преступника ищет, им за это деньги платят, – нахмурилась Марина. – Хватит тебе уже лезть, куда не надо.

– Что значит – куда не надо? – изумилась Анжелика. – Кто-то делает то, о чем я только могла мечтать, а ты считаешь, что это не мое дело? Мне нужно знать, кто это!

– Вот как милиция его или ее возьмет за одно место, так сразу и узнаешь.

– Как нарочно, теперь я и услышать ничего не могу, – пропустив мимо ушей замечание подруги, проговорила Лика. – Представляешь, менты нашли в доме «жучки», я специально вчера проехала мимо дома без остановки, и в наушниках была тишина. На даче у профессора тоже побывали, лестница снова стоит, к стене прислоненная, а я ее на землю положила, ты же помнишь. Значит, следствие идет вовсю, и они уже нашли винтовку. Хорошо, что я была в перчатках, значит, отпечатков там нет.

– Ленка, ты ненормальная, – поставила свой диагноз Марго и посмотрела на подругу возмущенным взглядом. – Тебе что, нравится играть с огнем? За каким дьяволом тебя в поселок понесло? А если бы тебя там остановили? Если тебя узнают и поймут, что ты жива-здорова, ты не отвертишься! Неужели ты этого не понимаешь? На тебя же тогда эти два убийства обязательно повесят!

– Не повесят, у них нет никаких оснований, – отмахнулась Лика. – И потом, тебе прекрасно известно, что я этого не делала.

– Основания как раз есть, и очень даже значительные, – не согласилась с подругой Марина. – Месть! А о том, что ты этого не делала, знаю только я. Кто мне поверит?

– Казаков поверит, – уверенно сказала Анжелика.

– С чего это вдруг?

– А он в меня влюблен! – засмеялась девушка.

– Как это?! – округлила глаза Марина. – Ты что, с ним знакома?

– Можно сказать и так.

– Ой, кажется, у меня с головой что-то, – прикрыв глаза, простонала Марго. – Или я полная дура, или ты что-то не то несешь. Как ты с ним можешь быть знакома? Он же тебя знает не как живую девушку, а как обгоревший труп, прости за подробности, – раздраженно проговорила она.

– Не кипятись, а лучше послушай, как это случилось, тогда все сразу и поймешь, – продолжая улыбаться, проговорила Анжелика и начала рассказывать подруге о своем странном знакомстве с Андреем Казаковым.

– И ты до сих пор молчала? – возмущенно пропыхтела та. – Я думала, что ты мне во всем доверяешь, а ты…

– Я тебе во всем доверяю, просто так получилось, – виновато произнесла Лика. – Не обижайся на меня. У меня и правда голова кругом идет еще после того, первого раза, когда Кирилла убили и ты подумала, что это сделала я. А сейчас вообще все вверх ногами перевернулось! Происходит что-то странное, а я не могу понять, в чем дело. Согласись, что это ужасно?

– Согласна, – вздохнула Марго. – Действительно, чертовщина какая-то.

– Вот и я о том же, – вторила ей Лика.

– И что теперь делать?

– У меня есть одна мысль, только не знаю, насколько она реальна.

– Но ты уже что-то придумала?

– Есть одна задумка, но она требует тщательной подготовки. Нужно постараться сделать все красиво.

– Это как – красиво?

– Ямщик, не гони лошадей, – щелкнув по носу подругу, засмеялась Анжелика. – Давай чай пить. Вроде ты меня для этого из постели вытащила? – моментально переменив тему, сказала она и, быстро поднявшись, начала накрывать на стол.

– Ну, ты и нахалка, – задохнулась от возмущения Марина. – Кто так делает-то? А ну, выкладывай, что задумала! – рявкнула она. – Ты что, хочешь, чтобы я от любопытства скончалась?

– Что за шум, а драки нет? – услышали девушки голос Вячеслава, который показался в дверях кухни. Марина сразу же захлопнула рот и моментально превратилась в «мармелад в шоколаде».

– Ой, Славик приехал, – проворковала она, при этом не забыв бросить на Лику многозначительный взгляд. Он явно давал той понять, что разговор еще не окончен. – А мы вот сидим, чаек попиваем.

– Чай – это хорошо, но я бы перекусил сначала, – потирая руки, проговорил мужчина. – Маргоша, на стол мечи все, что есть в печи, – распорядился он. – Я голодный, как тамбовский волк.

– Почему тамбовский-то? – захохотала девушка.

– А я и сам не знаю, просто к слову пришлось.

Как только Вячеслав переступил через порог кухни, в помещении сразу стало тесно, но одновременно и весело. Не успел он сесть за стол, как тут же сказал:

– На работе сегодня новый анекдот рассказали, я чуть не умер, так он мне понравился.

– Расскажи, мы тоже хотим посмеяться, – попросила Марина, собирая ужин для своего милого.

Вячеслав рассказал, но тут же вспомнил другой, потом третий, и понеслось. Мужчина знал несметное количество анекдотов и сыпал ими нескончаемым потоком, как из рога изобилия. Девушки хохотали так громко, что даже Роза Яковлевна, совершенно нелюбопытная женщина, заглянула в дверь.

– Что здесь у вас происходит? – удивленно поинтересовалась она.

– Ничего страшного, Роза Яковлевна, это мы так развлекаемся, – успокоил женщину Вячеслав и добавил: – Присоединяйтесь к нам, чайку попейте, анекдоты послушайте.

– Спасибо за приглашение, но мне придется отказаться. Мы с Дмитрием собираем железную дорогу, и если я сейчас прерву это занятие, то вам будет не до смеха, – улыбнулась няня и скрылась за дверью.

– Славка, ты все-таки притащил ему дорогу? – ахнула Марина и всплеснула руками. – Я же тебе говорила, что рановато еще! Он ничего не понимает в этом – поломает, и все. Когда ты только все успеваешь?

– Прежде чем прийти на кухню, я в детскую заглянул и отдал малышу игрушку. Пусть ломает, новую купим, – беспечно махнул рукой папаша и довольно улыбнулся. – Мне для моего сына ничего не жалко! Детство один раз в жизни дается. У меня таких игрушек отродясь не было, вырос с рогатками да самодельным самокатом. Про такую железную дорогу даже мечтать не смел. У меня ничего не было, пусть хоть у сына будет все. Образование ему дам самое лучшее. А для чего, спрашивается, я вкалываю с утра до вечера? Мне одному много не надо, у катафалка прицепа нет, с собой ничего не заберешь. Спасибо Маришке, что сына мне родила, теперь и жизнь радостней стала, знаю, кому все оставить, – подытожил мужчина. – Та жена не в счет, у нее и своего добра хватает, – махнул он рукой.

Марина посмотрела на Вячеслава влюбленным взглядом и покраснела от удовольствия. Анжелика, наблюдая за парочкой, думала: «А мне, наверное, никогда не встретить человека, на которого я смогла бы посмотреть вот так же. Я совершенно перестала верить мужской половине человечества. Хотя Андрею Казакову, наверное, смогла бы. У него очень чистые и добрые глаза. Жаль, что не до этого мне сейчас, и станет ли когда-нибудь до этого – еще неизвестно», – разочарованно вздохнула девушка и снова окунулась в веселый разговор с друзьями.

* * *

Следующие два дня Анжелика посвятила тщательной подготовке. Ей нужно было во чтобы то ни стало попасть в квартиру, в которой постоянно проживал ее дядька со своей женой, и оставить там прослушку. Она твердо решила, что должна быть в курсе всех мыслей, всех разговоров это «сладкой парочки». И еще она, конечно же, надеялась, что сможет узнать – кто же это убивает членов ее семьи? У нее не было жалости, нет, они слишком много причинили ей боли, чтобы жалеть их. Просто она недоумевала, кто же это, а еще ужасно злилась: ведь она собиралась разделаться с ними совершенно иначе! Получается, что неизвестный мститель нарушил все ее планы. Единственное, что она поняла из телефонного разговора Казакова, – что, возможно, убийца перемещается на мотоцикле. Чтобы не рисковать, девушка решила на время спрятать свой. Теперь ее «Хонда» стояла в комнате Марины, в той квартире, где жила баба Варя. Когда Анжелика втащила мотоцикл в прихожую, старушка ничуть не удивилась, а даже, наоборот, похвалила девушку за предусмотрительность.

– Правильно, что завезла его сюда. Счас во дворе оставлять ничегошеньки нельзя, большие машины и те угоняют, а уж такую крошку и вовсе на руках унесут. Лифт здесь грузовой имеется, поднять да спустить – минутное дело. Не боишься на этой тарахтелке-то ездить?

– Нет, не боюсь, мне, наоборот, нравится, – улыбнулась Лика.

– Ну, раз нравится, значит, так и надо, – покладисто согласилась бабка. – Проходи, я сейчас чайку организую, за жизнь побалакаем, – засуетилась она. – Одной-то мне дюже скучно – окромя телевизора, и поговорить не с кем. Соседка моя, из квартиры напротив, была со мной одного возраста, да померла недавно. А кто помоложе, у тех свои дела, вихрем живут. Разве ж им до разговоров?

– Это как же – вихрем? – засмеялась Анжелика.

– А вот так: все бегом, все быстрее да скорее. Не жизнь пошла, а сплошные гонки. В наше время так не было. Мы все успевали: и поработать, и погулять, и поговорить, и песен попеть. А нынче все за рублем гоняются, где заработать. Там купил, здесь продал, то, что осталось, в магазин отнес. Нет, мне о моей жизни есть что вспомнить, а вам я и не завидую совсем, в трудное время вы живете. Мы хоть и войну пережили, но доброты своей не растеряли. А сейчас что? Я по телевизору все программы смотрю – ужас, что там рассказывают, – махнула бабуля рукой. – Нет, плохая вам жизнь досталась, жестокая. Все на деньги меряется, а это совсем не по-божески, а значит, неправильно, – вздохнула она.

– Здесь я с вами полностью согласна, неправильно, – кивнула Анжелика головой.

– Из-за денег все, – снова вздохнула бабка. – Из-за них, проклятых, людей убивают, а это ж грех какой! Как перед господом ответ держать будут в день Страшного суда убийцы эти? Как не боятся? – покачала она головой.

– Скажите, баба Вера, а вот если человек мстит за то, что некие люди убили его родителей? Это тоже считается грехом? – спросила Лика и замерла в ожидании ответа.

– Убийство по-любому грех, даже если человек и мстит за что-то. Не имеет он такого права – быть судьей вместо Господа. Он, Создатель наш, дает человеку жизнь, отмеряет столько, сколько кому положено. Значит, только Он имеет право отобрать ее, когда придет на то свое время.

– Нет, я не про убийство говорю, а про месть, – перебила старушку Лика.

– А это разве ж не одно и то же?

– Нет, мстить можно по-разному, – сморщила Анжелика носик. – Ну, пакость какую-нибудь сделать. Или, например, деньги, которые им нечестным путем достались, украсть и отдать другим людям, которые в этом нуждаются.

– А ты возьми да Библию почитай, там все про это написано, нужно только понять, – доходчиво объяснила баба Вера. – А тебе зачем знать-то про это понадобилось? – запоздало поинтересовалась старушка.

– Книгу одну прочитала, вот там как раз про такую месть написано, – выкрутилась Анжелика.

– Что в кино, что в книжках, только про одни преступления и пишут. В мое время про это и знать не знали, – снова покачала баба Вера головой. – Библию почитай, там много чего умного прописано, – повторила она.

– Да, нужно будет почитать, – грустно сказала Лика. – Давайте наконец чай пить, а то мне уже скоро бежать нужно, – улыбнулась она бабуле. – Я свой мотоцикл пока здесь оставлю. На улице гололед, на метро поеду.

– Конечно, оставляй, не ровен час, в аварию попадешь, не приведи господи, – перекрестилась бабуля. – Он есть да пить не просит, пусть стоит, сколько нужно. А ты сама-то почаще приезжай. Как сегодня, поговорим с тобой, чайку попьем, да с тортиком. Чем не жизнь? – засмеялась бабуля, прикрывая беззубый рот сморщенной ладошкой.

– Я постараюсь, – улыбнулась в ответ Анжелика. – Как только смогу, сразу же к вам снова приеду, навещу.

– Вот и ладно, вот и хорошо, – закивала баба Вера головой. – Я дюже люблю с молодежью общаться! Смотрю на вас, красивых да сильных, и свою молодость вспоминаю. А я девка была бедовая, ой, бедовая, – хихикнула она. – Ребята за мной табунами ходили. Я и в мужья себе самого видного из всех выбрала, Ивана-гармониста. Мне тогда все мои подружки завидовали.

– Он уже умер? – спросила Лика.

– На фронте погиб, в первый же месяц войны. Ему тогда только-только двадцать годков стукнуло, а мне и вовсе восемнадцать. Я после него так больше замуж и не вышла, хоть и сватались ко мне, и не раз. Это уж после того было, как я с фронта пришла.

– Вы воевали? – ахнула Анжелика.

– Да, три года, в медсанбате. На фронт я ушла после того, как похоронку на Ваню своего получила. Пошла на курсы медсестер, а оттуда – прямо на передовую. Если честно, не хотела я тогда жить, так любила своего Ванечку. Руки на себя наложить не могла – знала, что грех это большой. У меня бабушка была очень набожная, все меня в Бога верить учила, с самого детства. Ну вот, чтобы греха на мне не было, я решила на фронт уйти: думала, что убьют меня там и я снова буду рядом с Ваней. А видишь, как она, жизнь, распорядилась? И с фронта без единой царапины вернулась, и жизнь большую прожила. Мне в этом годе уже восемьдесят два стукнет, а я все живу. Война когда закончилась, мне двадцать два года было, могла бы замуж еще выйти, да не захотела. Вот так всю жизнь одинокой и прожила. Помню, когда пятьдесят мне исполнилось, я сидела перед зеркалом и смотрела на себя. Как же я тогда пожалела, что не родила ребенка! Все равно от кого, а рожать нужно было, – рассказывала баба Вера, не забывая прихлебывать из блюдечка чай и, отламывая ложечкой по маленькому кусочку торта, отправлять их в рот. – Только мудрость да правильные мысли – они с годами приходят. Теперь уж делать нечего – что есть, то и есть, буду век свой доживать, сколько мне отмерено, и уж с чистой совестью к Ванечке своему уйду. Уж поскорей бы, устала я уже.

– Да вы что, баба Вера, – замахала Анжелика руками. – Живите себе на доброе здоровье. Вон какая вы еще энергичная! Разве можно самой себе смерти желать?

– А вот поживешь с мое, деточка, столько годков землюшку потопчешь, тогда и задашь сама себе этот вопрос. А когда ответишь на него, тогда и меня вспомнишь, – улыбнулась старушка, и по ее лицу разбежались морщинки во все стороны.

– Мудрено все это, – улыбнулась Лика. – Мне пока трудно это понять.

– Это потому, что ты молоденькая еще. Живи и радуйся тому, что имеешь. А имеешь ты сейчас очень много, в первую очередь молодость, и вся твоя жизнь еще впереди. Ты только не разменяй ее понапрасну, как я в свое время.

– Не поняла, – нахмурилась Лика. – Что значит – не разменяй понапрасну?

– У женщины есть определенное предназначение. Это – родить детей и дать новую жизнь. Я вот не выполнила своего предназначения и знаю, что перед Богом за это ответ держать буду. Не забудь мои слова и обязательно дай кому-то жизнь. Тогда и твоя жизнь будет бесконечной, никогда не закончится, потому что повторится в каждом твоем потомке. Поняла? – засмеялась старушка. – Уморилась ты, наверное, от моих разговоров?

– Нет, что вы, баба Вера, мне так нравится, как вы все рассказываете. Прямо уходить от вас не хочется, а уже пора, – вздохнула Анжелика и поднялась из-за стола. – Спасибо вам большое за чай. Я постараюсь к вам почаще в гости приходить. До свидания.

– До свидания, деточка, приходи еще. Хорошая ты девушка, ты мне сразу понравилась, когда тебя сюда Мариночка привела.

Баба Вера проводила Анжелику до дверей и тихонько перекрестила ее, когда та пошла к лифту.

* * *

Виктор Николаевич чувствовал, что над его головой тоже сгущаются тучи. Он ощущал это каким-то шестым чувством и никак не мог отделаться от страха. Сам себя он, конечно, пробовал успокаивать, но толку было мало. «Да, дорогой, – разговаривал мужчина сам с собой. – Нервишки лечить нужно! Никуда не годным ты стал. Чего ты боишься? Или кого? Из совершенно достоверных источников тебе подтвердили, что девка давно кормит червей в чужой земле. Братца с его женой тоже давно сожгли в крематории, а кроме нас, родственников у них не было. Друзьям это не нужно. Какой это друг или подруга будет так мстить? Чушь собачья! И потом, почему мне кто-то должен мстить? Не думаю, что кому-то известно, какое участие принимала моя семья в тройном убийстве. Тогда кто же извел твоих сыновей? – сам себе задал вопрос мужчина и подумал: – На этот вопрос пусть ответит следователь. Да, что уж греха таить, нажили себе ребятки врагов, на пять жизней хватит. Мозгами Бог не наградил, нет бы к словам отца прислушаться, глядишь, и живы бы сейчас были. Нет, ни с кем не считались, сами с усами. Баб, как перчатки, меняли, вот и доигрались!»

Алла Ивановна вела себя почти спокойно. Она, конечно, очень тяжело перенесла потерю сыновей, но достаточно быстро пришла в себя и теперь с тревогой посматривала на мужа. Он ничего ей не говорил, но паршивое настроение сказывалось. Его стало раздражать практически все, что делала супруга. Он стал часто вспоминать о том, что инициатором всего, что они проделали с семьей его родного брата, была она, Алла Ивановна. Не практически, конечно, но теоретически – она, можно сказать, была мозговым центром операции.

– Ненасытная тварь, – процедил Виктор Николаевич, наблюдая исподтишка за женой, когда та, сидя перед зеркалом, накладывала на лицо ночной крем. – Я – идиот, поддался на ее провокацию. Все уши мне прожужжала! – И мужчина вспомнил тот самый первый разговор, после которого все и завертелось…

– Смотри, как разбогател твой брат! Чем ты его хуже? – капала ядом на душу своему супругу Алла Ивановна. – Если не умеешь делать дела, как он, то нужно найти способ, чтобы он с тобой поделился. Неужели так всю жизнь и будешь смотреть на чужое богатство? У тебя, между прочим, двое сыновей! Я еще не старая женщина, мне тоже хочется, как и Ленка, по два раза в год на курорты за границу ездить. Что ты молчишь, идиот? Если своих мозгов не хватает, слушай, что жена говорит! Твоему братцу миллион отдать – что тебе бутылку пива выхлебать.

– За что, интересно, он мне должен миллион подарить, уж не за красивые ли глаза? – усмехнулся Виктор и, посмотрев на бутылку пива, которую держал в руках, отпил один глоток.

– Слюнтяй чертов! Посмотри, как он свою ненаглядную дочку любит, – не унималась жена Виктора.

– Что, запретить ему ее любить?

– Припрячь девчонку на время куда-нибудь, а ему – ультиматум: миллион на бочку и получишь дочку, – стукнув по столу ладонью, проговорила женщина, при этом зло прищурив глаза.

– Поэтесса хренова, – сплюнул мужчина. – Надо же такое придумать!

– Слюнтяй, – шипела в ответ его жена. – Так и будешь всю жизнь в драных штанах ходить!

– Ты – дура ненормальная! – заорал мужчина, покрутив пальцем у виска. – Как, по-твоему, я должен все это провернуть? Ведь потом девка все равно расскажет, кто и что. Полетишь тогда на нары белым лебедем! Пусть в драных штанах, зато на свободе.

– Я, может, и дура, как тебе кажется, только тебе, умнику, никогда бы не пришла такая гениальная мысль в голову. Слушай внимательно, что я сейчас тебе расскажу, и мотай на ус, бездельник…

Сейчас Виктор Николаевич, лежа на кровати и наблюдая за своей женой, очень четко и ясно вспомнил тот разговор. План действительно был хорошим, и, подумав о том, чего он сможет достичь, имея деньги, мужчина не устоял перед искушением и послушался свою жену.

* * *

Лика тщательно изучила расписание своего дядюшки. Где, когда и с кем он бывает. В котором часу выходит из дома и когда возвращается. Она специально познакомилась с молодой домработницей, которая занималась не только уборкой квартиры, но и закупкой продовольствия. Ей были предоставлены «Жигули», на которых она ездила в супермаркет. Лика долго думала, как ей свести знакомство с этой девушкой, не вызвав подозрений, и однажды провернула виртуозный трюк. Наташа, так звали девушку, уже выруливала на проезжую часть, когда под ее колеса свалилась Лика. Девушка чуть не лишилась чувств прямо за рулем. Она выскочила из машины и подбежала к распростертой на асфальте Анжелике. Та, сморщившись якобы от невыносимой боли в голове, посмотрела на Наташу безумными глазами.

– Вы меня чуть не убили, – прошептала она.

– Простите меня, ради бога, я даже не заметила вас! Откуда вы появились? С вами все в порядке? – прижимая руки к груди и чуть не плача, лепетала испуганная девушка.

– По-моему, да, все в порядке, не считая того, что моя голова сейчас треснет от боли, – простонала Лика и начала подниматься. Наташа поторопилась ей помочь, при этом не умолкая ни на минуту.

– Вы скажите, где вы живете, я вас отвезу. Только хозяевам позвоню, скажу, что задержусь немного.

– Каким еще хозяевам? – простонала Лика.

– Я в богатом доме работаю, хозяйство веду, домработница одним словом. Если не приеду вовремя, Алла Ивановна сердиться будет, она страшно грозная.

– Вы людей-то не пугайте, не говорите, что случилось, а то, не дай бог, из-за меня неприятности наживете, – сделала Лика испуганное лицо.

– Нет, не буду, конечно. Только и вы уж меня не выдавайте, – прижимая руки к груди, проговорила девушка.

– Я их не знаю и знакомиться не собираюсь, не волнуйтесь. Вы меня только и правда отвезите до дома, что-то подташнивает, – сморщилась Лика. – Перед глазами прямо двоится все, – добавила она и украдкой посмотрела на Наташу.

– Ой, это так при сотрясении мозга бывает! – испуганно проговорила та. – Может, вас лучше в больницу отвезти?

– Нет, ни в какую больницу я не поеду. С детства врачей не люблю. Ничего, полежу немного, и все пройдет. Если действительно плохо станет, тогда схожу к врачу, – воспротивилась Анжелика, старательно отряхивая брюки от грязи.

– Тогда садитесь, я вас отвезу, куда скажете, – сказала Наташа и распахнула дверцу «Жигулей».

Лика села в автомобиль и дала адрес, который первым пришел ей на ум. Она скрупулезно соображала, какой темой привлечь внимание и как разговорить девицу, а потом, по ходу дела, плавно перейти к интересующему ее вопросу и узнать как можно больше. Как нарочно, на ум не приходило ни одной хорошей мысли, но Наташа сама вдруг начала говорить:

– Совсем забыла, сейчас позвоню хозяйке. Только вот что придумать, не знаю. – И она, вытащив из бардачка машины мобильный телефон, уже откинула крышечку, чтобы набрать номер.

– Скажите, что колесо прокололи и едете в мастерскую, – посоветовала Анжелика.

– У меня запаска есть в багажнике. Алла Ивановна знает, что я сама умею ее менять, уже не раз такое было.

– Тогда соврите, что попали в ДТП, но вроде с вашей машиной ничего страшного, а другой водитель требует вызова ГАИ.

– Так на машине ни одной царапины, – пожала Наташа плечами. – Нет, нужно что-то другое придумать, – нахмурилась она.

– А это можно организовать, аварию я имею в виду. Тихонечко въехать в какое-нибудь дерево, и проблема решена, – улыбнулась Анжелика.

– Может, лучше совсем не звонить? Скажу, что народу в магазине было много. Или в пробке стояла. Точно, так и сделаю, – пришла к окончательному решению девушка и захлопнула крышечку телефона.

– Вы же сами говорили, что хозяйка очень строгая. Что это, кстати, за семья? – подошла Лика к интересующей ее теме.

– Ой, и не спрашивайте, хозяйка – прямо ходячий монстр в юбке. Держусь там из-за денег, мне хорошо платят. У меня мама болеет, на инвалидности сидит, а денег по инвалидности платят – курам на смех. Вот и работаю, меня туда моя подруга устроила. Она в агентстве по найму работает. Я ей очень благодарна за это. Хоть и замучила меня уже хозяйка, до трясучки может довести в два счета, но такие деньги на дороге не валяются, вот и терплю.

– И давно вы у них работаете?

– Пять месяцев уже. У них недавно такое несчастье произошло, прямо ужас! Двоих сыновей убили, – возбужденно рассказывала девица, выруливая на проезжую часть.

– Как же так случилось? – почти натурально удивилась Анжелика.

– Сначала одного в загородном доме опоили каким-то снотворным. Говорят, что какая-то женщина постаралась. Да это и неудивительно: Кирилл Викторович ни одной юбки мимо себя не пропускал, ко мне тоже приставал. И второго тоже там, в том же доме, убили, меньше чем через месяц. Говорят, что его застрелили, кто-то киллера нанял. Виктор Николаевич прямо почернел весь, нервный стал до ужаса, от каждого шороха вздрагивает. Я сейчас по квартире, как мышка, бегаю, чтобы, не дай бог, не побеспокоить его.

– Богатым всегда есть чего бояться, – это нам, простым людям, легко живется, потому что не обременяет ноша в долларовом эквиваленте, – усмехнулась Лика.

– Совсем без денег тоже несладко, – вздохнула Наташа. – Вот и приходится за богатыми грязное белье стирать да пыль вытряхивать. А хозяйка моя, Алла Ивановна, еще моду взяла: после меня со своим носовым платочком по комнатам ходить. Противно смотреть, как она губы поджимает, если вдруг на ее платочке пятнышко появляется. Меня прямо трясет всю от страха. Чего уж греха таить, боюсь я эту работу потерять, буду пока терпеть, а дальше видно будет, – снова вздохнула девушка. – Хорошую работу сейчас трудно найти.

– Знаете что, Наташа, хотите, я вам помогу? – спросила вдруг Анжелика.

– В каком смысле? – не поняла девушка.

– Я постараюсь найти для вас хорошую работу, и зарплата будет соответствующая. Вы сколько там получаете?

– Шестьсот долларов в месяц плюс питание, иногда премиальные дают, долларов сто, это перед праздниками. Я каждый день работаю, с одним выходным.

– А образование у вас какое?

– Средняя школа и техникум по компьютерному программированию. Я после техникума сразу в хорошую фирму попала, но потом, после дефолта, нас всех в бессрочный отпуск отправили, а дальше и сама фирма закрылась. Вот и пришлось другую работу искать. Побегала я по этим фирмам порядочно. Сама работа мне очень нравилась, я люблю компьютер, только зарплата везде была не ахти. Но я все равно терпела, деваться было некуда. У мамы пенсия по инвалидности вся на лекарства уходит, ничего не остается. Я сама молодая, мне и одеться хочется, и косметику хорошую купить. Да что я вам говорю, вы же тоже молоды и прекрасно меня понимаете, – снова вздохнула Наташа. – А семь месяцев тому назад мне посчастливилось. А вы это серьезно, про работу хорошую? – запоздало поинтересовалась она.

– Серьезнее не бывает, – ответила Лика.

– А что за работа?

– Есть у меня друзья, с ними поговорю.

– А почему вы вдруг мне это предложили? – настороженно посмотрев на Лику, спросила Наташа.

– Жалко стало, сама же сказала, что несладко тебе там, – перейдя на «ты», ответила Лика и, пожав плечами, добавила: – Если не хочешь, не надо, я же не навязываюсь.

– Ой, нет, что вы, я бы с удовольствием оттуда ушла. Говорю же, что только зарплата и держит. Если бы мне такую же платили в приличном месте, я бы и дня думать не стала. Надоели мне эти хозяева и их гости тоже. Как собираются, после них дня два приходиться грязь выгребать. Второго человека они брать не хотят – экономят, наверное, а одной очень тяжело. Правда, в последнее время практически никто не приходит, да это и понятно, горе-то такое в семье. Не хотят людям надоедать, только звонят, соболезнуют. Так что я в последнее время, можно сказать, отдыхаю. Виктор Николаевич, если приходит с работы пораньше, все в кабинете у себя сидит. Алла Ивановна валерьянку ведрами глотает. Я даже и подойти к ней боюсь что-то спросить – сразу на визг переходит, как будто это я ее сыновей… в общем, уйду с удовольствием, даже без выходного пособия убегу, – подытожила девушка.

– У тебя дома телефон есть? Я имею в виду не тот дом, где ты работаешь, а тот, где ты живешь, – спросила Анжелика.

– Есть, конечно.

– Ты мне свой номер напиши, завтра вечером я тебе позвоню. Ну вот, вроде приехали, – сказала Лика и вытащила из кармана записную книжку.

Наташа написала свой номер и посмотрела на Лику откровенно восхищенными глазами:

– Впервые в своей жизни встречаюсь с таким человеком, как вы! Я вас чуть не задавила, а вы мне еще и помочь хотите.

– «Возлюби ближнего своего, как самого себя», – улыбнулась Лика в ответ и задала вопрос: – Библию читала когда-нибудь? Это одна из заповедей.

– Библию никогда не читала, но про заповедь такую слышала, – тоже улыбнулась Наташа. – Спасибо вам большое и простите меня еще раз, что я так невнимательна была сегодня. Голова у вас еще болит? Может, вы к врачу все-таки сходите? Если понадобится, я даже оплачу визит к доктору.

– Успокойся ты, с моей головой уже полный порядок, а насчет невнимательности – так это с каждым могло случиться, не волнуйся. Завтра я тебе обязательно позвоню, и мы с тобой договоримся, где и когда встретимся. Кстати, у тебя когда выходной?

– Один раз в неделю, когда мне удобно, в любой день.

– Вот и хорошо, до встречи, – сказала Лика и выпрыгнула из машины.

– Спасибо, – крикнула ей вслед Наташа.

– Пока не за что, – махнула Лика рукой и проводила автомобиль взглядом, пока тот не скрылся за поворотом.

«Если бы ты знала, девочка, за что меня благодаришь, – вздохнула она. – Извини, знакомство с тобой мне очень нужно – думаю, ты очень многое сможешь мне рассказать. Я должна знать как можно больше, я хочу все узнать! А на работу? Нужно действительно постараться что-то сделать. Сегодня же поговорю с Мариной, чтобы она попросила Вячеслава устроить девушку на работу, с окладом не меньше шестисот долларов. Думаю, это будет нетрудно, если она программист. Неплохо я сегодня ее подцепила, думала, не получится. Оказывается, я не только умная, но и ловкая до ужаса!» – сама себя похвалила Лика и усмехнулась своим амбициозным мыслям.

Настроение поднялось сразу на несколько баллов, и девушка, очень довольная собой, пошла в сторону метро.

Глава 13

Анжелика все рассказала Марине: как ей виртуозно удалось познакомиться с домработницей ее врагов. Та сидела с широко раскрытыми глазами и только причмокивала языком.

– Ну, Ленка, ты даешь, – восхищенно проговорила девушка.

– Теперь твоя задача, Мариночка, уговорить своего милого Славика, чтобы он подыскал вакантное место для твоей «подруги». Имей в виду, что зарплата должна быть не менее шестисот долларов, а если больше, тогда еще лучше. Мне нужно завоевать безграничное доверие и преданность этой девушки, она мне очень нужна.

– Попробую, конечно. Правда, не знаю, получится ли, – проговорила Марина.

– Должно получиться. Постарайся, пожалуйста, ты же прекрасно понимаешь, как это важно для меня.

– Я-то все понимаю, только вот поймет ли Славка? Ведь он будет задавать вопросы. Что я ему должна отвечать? Если он действительно возьмет эту девушку к себе на работу, то все равно узнает, что это ты ее рекомендовала. Что мы тогда будем делать? Славка спросит у нас с тобой, откуда появилась эта «подруга», и что мы будем отвечать? Ведь ты «ничего не помнишь», а значит, никаких подруг у тебя нет. Моих он всех знает. Не знаю я, Лен, как это все обстряпать, чтобы не вызвать ненужных подозрений. Я же тебе говорила: Слава что-то подозревает. Попадем мы с этим трудоустройством, как две курицы в ощип. Я даже боюсь представить, что он тогда со мной сделает.

– Не переживай, если и расколет нас Вячеслав, весь артобстрел я приму на себя, – успокоила подругу Анжелика.

– Тебе легко говорить – не переживай, – проворчала Марина и, подперев рукой щеку, задумалась. – Что бы придумать? Что бы такое придумать, чтобы было похоже на правду? Ленка, ты же у нас виртуоз на выдумки, сообрази что-нибудь, – обратилась она к Анжелике.

– Я уже думаю, не мешай, – отмахнулась та.

Когда прошло минут пять, Марина не выдержала:

– Ну?

– Баранки гну, – шикнула на подругу Лика. – Что ты под руку нукаешь? Терпеть этого не могу. Я же не лошадь.

– Лен, хватит уже выкобениваться, говори по существу, – проворчала Марина и сморщила носик.

– Кажется, придумала, – щелкнула Анжелика пальчиками и весело посмотрела на Марину.

– Что?

– Сделаем так. Я скажу Вячеславу, что это я сбила девушку, а не она меня, как было на самом деле. Такой ужас пережила, что словами и не передать, ведь документы все на тебя! Если бы дело дошло до милиции, было бы очень плохо. Скажу, что девушка оказалась такой хорошей, что даже не стала заострять на этом инциденте внимания, хотя и было видно, что она действительно травмирована. Вроде я решила отвезти ее домой, а по дороге, естественно, мы разговорились. Она пожаловалась, что у нее мать больная, а работы хорошей нет, ну, и все такое прочее. Я, посчитав себя виноватой, обязанной и безгранично благодарной, прошу его устроить девушку на работу. Тем более что она хороший программист. А с Наташей я при встрече договорюсь, чтобы она ничего не говорила о том, что работает домработницей. Пусть скажет, что торгует на рынке.

– Хороший, конечно, план, только как ты это объяснишь Наташе? – заерзала Марина на стуле.

– Пока не знаю, придумаю что-нибудь при встрече. Главное, чтобы Вячеслав согласился, а для этого уже ты должна как следует постараться.

– Я постараюсь, никуда он не денется, все сделает, как я попрошу, – повеселела Марина. – Голова у тебя, Ленка, с программным управлением, – с восхищением посмотрев на подругу, проговорила она.

– Хочешь жить – имей умную голову, – засмеялась та в ответ. – Мариша, и еще у меня к тебе одна просьба, – уже серьезно сказала Лика.

– Какая?

– Если сегодня вечером у нас все получится, я имею в виду со Славой, тогда я прямо сегодня и позвоню Наташе и договорюсь о встрече. На эту встречу ты должна будешь пойти со мной.

– Зачем?

– Там и узнаешь, – улыбнулась Анжелика.

– Какая же ты все-таки вредная, – засопела девушка.

– Не дуйся, если мы сегодня договоримся, я сразу же тебе расскажу, для чего ты мне понадобилась, а сейчас не хочу опережать события, боюсь сглазить. Я что-то в последнее время ужасно суеверной стала. Поняла?

– Ага, поняла. Я, между прочим, тоже суеверная. Особенно я черных кошек боюсь с пустыми ведрами, – вытаращив глаза, прошептала Марина.

– Кого боишься? Кошек с ведрами? – захохотала Лика.

– Ну да, кошек с ведрами. А что здесь смешного-то? – недоуменно поинтересовалась Марго.

– Ты… ты когда-нибудь кошек с ведрами видела? – продолжая хохотать, еле-еле выговорила Анжелика. Марина наконец поняла, что она ляпнула, и тоже весело расхохоталась:

– Ну, подумаешь, не так выразилась. Я имела в виду не кошек с ведрами, а кошек и пустые ведра. Кошки отдельно, а ведра отдельно.

Девушки вдоволь насмеялись, вытерли слезы с глаз и наконец успокоились.

– Давай-ка перекусим, что-то проголодалась я. Это, наверное, от смеха, давно я так не веселилась, – предложила Анжелика.

Марина тут же вскочила со стула и закрутилась по кухне. Лика вызвалась ей помочь, и уже через полчаса девушки сидели за столом и с огромным аппетитом поглощали все, что приготовили.

– Ты знаешь, Марин, мне так часто снилась хорошая еда, когда я в подвале целых три месяца сидела, а потом бродила, не зная, кто я, что я и почему я. Утром просыпаешься, есть охота – сил нет, даже водой, и той вдоволь не напивалась, – запихивая в рот аппетитный кусок ветчины с огурчиком, сказала Анжелика. – Уже сколько времени прошло, а я все никак не могу отделаться от мысли, что нужно побольше поесть, чтобы запас был, на всякий случай. Прекрасно понимаю, что все позади, а отделаться не могу.

– Лен, ты мне до сих пор ничего не рассказываешь – как там было? Мне ужасно хочется все знать, – сказала Марина. – Ты извини, конечно, я прекрасно понимаю, что тебе неприятно это все вспоминать, но я ничего с собой поделать не могу, ужас какая любопытная.

– Как это не рассказываю? Я же тебе вроде бы все выложила, – удивилась Лика.

– Это так, только в общих чертах, а вот о подробностях ты всегда умалчиваешь.

– Если честно, тяжело мне это вспоминать, но я тебе обязательно все расскажу, только не сейчас, а потом, когда придет время. Ты не торопи меня, ладно?

– Хорошо, – покорно согласилась Марина, – я подожду. Ты прости меня, ладно? – снова сказала она.

Вечером, когда приехал Вячеслав, девушки наперебой начали рассказывать, что случилось с Анжеликой на дороге.

– Я даже и не заметила, откуда она выскочила, – взволнованно говорила Лика, – испугалась до смерти. Думала – все, пропала! Документы у меня на имя Марины, я прямо не знала, как мне эту девушку уговорить. Но, на счастье, она оказалась очень порядочной, не стала милицию вызывать. Я ее до дома подвезла и пообещала с вашей помощью устроить на работу, – на одном дыхании выпалила она, глядя на Вячеслава испуганными глазами. – Вы не откажете?

– Конечно, не откажет, что за глупые вопросы, – влезла в разговор Марина. – Славик, ведь ты устроишь девушку на работу? Она хороший программист, а торгует на рынке шмотьем.

Мужчина внимательно выслушал девушек и, прищурив глаза, проговорил:

– Ой, девчонки, что-то нагородили вы мне сто верст до небес, и все лесом.

– Каким лесом? Что мы нагородили? – возмутилась Марина. – Рассказали все, как было. Лена уже пообещала, что устроит ее на работу. Нужно же было как-то умаслить потерпевшую? Или было бы лучше, если бы этим происшествием занялась милиция? – прищурив глаза, задала вопрос Марина.

– Нет конечно, – пожал мужчина плечами. – Просто все как-то неожиданно. Я должен какую-то совершенно незнакомую девушку устраивать на работу…

– Это будет знак благодарности с нашей стороны, – не унималась Марина. – Слава, будь человеком, помоги девушке! У нее мать больная, ей лекарства нужны, а для этого соответственно нужны деньги. На рынке она, конечно, неплохо зарабатывает, она Лене говорила. Но ведь каждый день стоять там на холоде с утра до вечера – совсем не сладко. Если ты не хочешь, чтобы я обиделась на тебя, тогда сделай это для меня, пожалуйста, – без остановки тараторила Марина, сжимая и разжимая кулачки.

– Успокойся, малышка, не нервничай так. Нужно, значит, нужно, только сначала я должен поговорить с девушкой, проверить ее способности. Откуда вы знаете, что она вас не обманула?

– В каком смысле? – нахмурилась Марина.

– В прямом. В том, что она программист.

Страницы: «« « 4567891011 » »»