Гувернантка в набедренной повязке Хрусталева Ирина
– Программа защиты свидетелей, – подсказал следователь. – Программа действительно существует, а вот чтобы… К большому сожалению, у нас катастрофически не хватает людей, – задумчиво проговорил майор. – Но я постараюсь что-нибудь сделать. Во всяком случае ночью возле вашего дома будет дежурить наш человек, – пообещал он Карине.
– Спасибо, ночью мне не нужна охрана, я пока не буду ночевать дома, – сказала Карина. – Сегодня к Гале поеду.
– Вот и хорошо, – кивнул мужчина головой. – Правильно делаете. Как известно, береженого бог бережет. Ну и мы, в свою очередь, постараемся побыстрее завершить следствие.
– Тогда мы пошли? – спросила Галя и встала со стула. – Надеемся на вас, господин генерал, – улыбнулась она.
– Майор я, май-ор, – по слогам проговорил следователь и бросил недовольный взгляд на Галину.
– Значит, быть вам генералом в ближайшем будущем, у меня язык легкий, – захихикала девушка. – Честно, честно, – закивала она головой, увидев, каким взглядом на нее смотрит майор. – Ну, так мы пошли?
– Всего доброго, – сдержанно ответил Владимир Николаевич. – Если что-то прояснится, я вам позвоню, – обратился он к Карине. – И вы звоните, если что.
– Хорошо, – кивнула головой Карина и посмотрела на майора тоскливым взглядом. – До свидания, Владимир Николаевич.
Девушки вышли из кабинета, и Карина задала Гале вопрос:
– Как ты думаешь, я правильно сейчас поступила?
– В каком смысле?
– Я не сказала Владимиру Николаевичу про ночной звонок. Может, нужно было сказать?
– Я не знаю, Карин, – пожала Галина плечами. – Я с такой ситуацией никогда не сталкивалась, сама знаешь. Даже и посоветовать ничего не могу. Знаешь, мы сейчас с тобой поедем ко мне, а вечером поедем в аэропорт, встретим моего Димку и все ему расскажем. Он у меня сообразительный парень, может, что и придумает.
– Даже не вздумай этого делать, – встрепенулась Карина. – Ты хоть соображаешь, что с ним будет, если он узнает, в какую историю я тебя втянула?
– Ты чего? Он же в курсе, что ты – моя лучшая подруга, и прекрасно поймет, что я не могу оставаться в стороне.
– Не забывай, что у вас маленький ребенок. И очень тебя прошу, ничего не вздумай рассказывать Дмитрию, иначе я к тебе вообще не поеду! Лучше вернусь домой, буду сидеть там и умирать от страха.
– Ну хорошо, хорошо, как скажешь, – проворчала Галя. – С тобой спорить – себе дороже.
– Вот именно, – буркнула Карина. – Как-нибудь разберусь… даст бог, – вздохнула она. – Давай мы сейчас заедем ко мне, я хоть вещи какие-нибудь возьму.
– Нет проблем, – пожала Галя плечами. – Поехали.
Девушки сели в машину, и Галя, вырулив на проезжую часть, поехала в сторону Северного района, где проживала Карина. Та, в свою очередь, несколько раз, пока они ехали, оглядывалась назад, чтобы убедиться, что за ними никто не следит.
– Разве здесь разберешь? – проворчала она. – Машин, как грязи.
– Ты это о чем? – с удивлением посмотрев на ворчащую подругу, поинтересовалась Галя.
– Да говорю, машин в Москве развелось, как грязи, – ответила Карина. – Поди здесь разберись, следят за нами или не следят.
– Успокойся, никто за нами не следит.
– Откуда ты знаешь?
– Не знаю, конечно, просто я так думаю.
– Индюк тоже думал, – буркнула Карина, не переставая вертеть головой во все стороны.
– Карин, а зачем им за нами следить? Ты мне сама говорила, что этот твой ночной собеседник все тебе рассказал и по полочкам разложил. Если он знает такие тонкости, как о болезни твоей матери и обо всем остальном, то наверняка знает и про меня. Где живу, с кем, ну, и так далее.
– А ты-то здесь при чем?
– Ну а как же? Ведь я – твоя близкая подруга, – пожала Галина плечами. – Зачем им следить за нами, если они наверняка знают мой адрес так же хорошо, как и твой?
– Наверное, ты права, – вздохнула Карина. – Может, мне не стоит к тебе ехать? Если твой Димка обо всем узнает, он мне точно голову оторвет.
– Глупости не болтай, я тебе – не поеду! – вспылила Галя. – Пусть только попробует до твоей головы дотронуться, я ему покажу тогда! И потом не забывай, что он один, а нас двое, как-нибудь справимся, – улыбнулась она.
– Галь, я тебя очень прошу, ничего не говори ему, – вновь повторила свою просьбу Карина.
– Да я-то не скажу, только толку от этого никакого. Такие вещи быстро разносятся, всегда найдутся «доброжелатели». Ему и без нас кто-нибудь расскажет, – вздохнула Галя.
– Кто ему может рассказать, что за глупости ты говоришь? – вспылила Карина. – Откуда кому-то про все это известно?
– Это ты так думаешь, что неизвестно, а на самом деле… – и Галя безнадежно махнула рукой. – Два таких убийства! Троицкий, как ни крути, человек не бедный. А ты у его жены была адвокатом. Давай пока не будем с тобой гадать на кофейной гуще, время само все рассудит. Если Димка сам все узнает, значит, так тому и быть. Я, во всяком случае, руку к этому не буду прикладывать, раз тебе пообещала.
– Язык, а не руку, – улыбнулась Карина. – Слушай, у меня в голове – сплошной винегрет, вообще ничего не соображаю, – пробормотала она, потирая пальцами виски. – До меня никак не доходит, что все это происходит именно со мной. Такое впечатление, что я детектив какой-то читаю.
– Да уж, тот еще детективчик, – проворчала Галя. – Чтоб им всем, этим толстосумам, ни дна ни покрышки! Ведь если бы эта твоя ненормальная клиентка не разоралась на суде про криминальную деятельность своего жадного супруга, ничего бы такого не случилось. Все из-за них! Нет бы молчать в тряпочку и потихоньку свое дело делать, так вот… надо выпендриться!
– Галь, я ее прекрасно понимаю, – заступилась за Троицкую Карина. – Она все то время, пока ждали суда, на таких нервах жила, что не дай бог. Она мне сама рассказывала.
– Если с нервами проблемы, обратись к врачу, – проворчала Галя. – Как будто она только вчера родилась и не знает, на какие преступления люди ради денег идут. Да родных матерей не жалеют, не то что жен, да еще бывших. А тут не просто деньги, а большие – миллионы! Сидела бы да в две дырки сопела – ждала, пока ты как ее адвокат не вырулишь ситуацию.
– Он ее на суде прямо при всех проституткой обозвал, вот она и не выдержала, – попыталась оправдать действия своей клиентки Карина.
– Когда речь идет о трех миллионах долларов, нужно уметь сдерживаться, – не сдалась Галина. – Я бы на ее месте свой рот пластырем заклеила. Подумаешь, проституткой назвал, вот невидаль! Если бы мне светили такие деньги, я бы даже внимания не обратила. Я бы своему мужу, наоборот, посоветовала: «Называй как хочешь, если тебе от этого легче станет… только заплати», – засмеялась Галя.
– Смех плохой, – нахмурилась Карина.
– Да это я так, – виновато проговорила Галя. – На нервной почве, наверное. Не обращай на меня внимания.
– Я понимаю, – кивнула девушка головой. – Самой хочется расхохотаться истерическим смехом, как только подумаю, в какую странную историю я попала. Ты помнишь, как я радовалась, когда мне эта Троицкая позвонила? Мы с тобой тогда в доме у Юдина были.
– Помню, конечно.
– Если бы я тогда знала, чем этот звонок обернется, я бы, наверное, тут же купила билет на самолет и улетела куда-нибудь в Гималаи, – тяжело вздохнула Карина. – Не знаешь, где найдешь в этой жизни, а где потеряешь.
– Это уж точно, – поддакнула Галя.
В это время они уже подъехали к дому Карины, и Галя остановила машину прямо у подъезда.
– Выметайся, приехали, – улыбнулась она. – Пошли собирать вещи.
Девушки поднялись в лифте на этаж к Карине, и та открыла дверь.
– Ты пока кофе свари, а я соберу вещи, – сказала Карина подруге и сразу же прошла к кладовке, где у нее лежала спортивная сумка. Только она дотронулась до двери и чуть-чуть приоткрыла ее, как на поясе брюк зазвонил мобильный телефон. Она отошла от двери и сняла трубку с пояса. В ту же секунду дверь открылась под каким-то странным напором, с верхней полки посыпались вещи, раздался страшный грохот. От неожиданности девушка присела и зажмурила глаза, моментально забыв про телефон. Она открыла глаза и с удивлением уставилась на гантели, которые вперемешку с вещами валялись на полу. В каждой из них было по шестнадцать килограммов, когда-то они принадлежали отцу Карины.
В коридор влетела Галина.
– Что случилось? – закричала она. – Что это за грохот?
– Интересно, как они оказались в кладовке? – недоуменно пробормотала Карина, все еще глядя на гантели.
– Кто оказался в кладовке? – не поняла Галя.
– Не кто, а что. Вот эти гантели, – показывая на силовые снаряды, ответила Карина. – Они все время на балконе лежали. У меня не хватало духу их выбросить, это папины. Он, когда еще был здоров, любил ими помахать на балконе по утрам.
– Сама небось положила и забыла, – подсказала Галя.
– Нет, я совсем недавно сидела на балконе и, глядя на них, вспоминала об отце, – как-то отстраненно произнесла Карина. – Я тогда еще подумала о том, что нужно их отдать соседу с нижнего этажа, он спортсмен. Они были на балконе, и я к ним даже не притрагивалась, – прошептала она. – И потом, я же не идиотка, чтобы забрасывать их на верхнюю полку прямо над дверью, да еще так, чтобы при открывании этой самой двери они сваливались мне на голову! У меня бы и сил на это не хватило…
– О, господи, – простонала Галя и обессиленно прислонилась к косяку двери.
Карина посмотрела на подругу недоуменным взглядом.
– Ты подумала о том же, о чем и я? – осторожно спросила она.
Галина ничего не ответила, а лишь, сглотнув нервно слюну, неуверенно кивнула головой.
– Но ведь сутки еще не прошли. Почему же опять?.. – растерянно спросила Карина и вновь со страхом посмотрела на гантели. – Если бы не телефонный звонок, эти штуки меня бы убили сейчас!
– Карин, пошли отсюда быстрее, – с дрожью в голосе проговорила Галя. – Мне уже становится по-настоящему страшно.
– Я только дотронулась до двери, я ее даже не открыла, как они сразу же свалились, – бормотала Карина. – Полка в кладовке расположена очень высоко, они бы точно меня убили или сильно покалечили. Здесь все рассчитали верно. Или меня снова пугают?
– Карина, очнись, – прикрикнула на подругу Галя. – Это уже не смешно. Тебя не пугают, тебя хотят убить!
– Ты так думаешь? – задала девушка глупый вопрос. – А, ну да, – махнула она рукой. – Кажется, я потихоньку начинаю сходить с ума…
– Поехали, – дернув подругу за руку, строго сказала Галя. – Не ко мне поедем: я отвезу тебя к Юдину в дом. Там охрана, там надежно, и до завтра ждать нет смысла.
Карина безропотно подчинилась подруге и на подгибающихся ногах засеменила вслед за ней.
– А как же вещи? – приостановилась она.
– Плюнь на вещи, Карин, – металлическим голосом произнесла Галя. – Все, что нужно, я тебе привезу.
Взглянув на бледное лицо Карины, Галя усадила ее в прихожей на пуфик, а сама опрометью бросилась на кухню. Кофе в кофеварке, о котором она моментально забыла, как только услышала страшный грохот, был уже готов. Девушка быстро наполнила чашку и понесла ее подруге.
– На, выпей, – приказала она. – А я пока позвоню.
– Кому? – машинально спросила Карина, отпивая глоток кофе.
– В прокуратуру. Надо с этим что-то делать. Не сидеть же сложа руки? Я думаю, тебе нужно было сказать сегодня майору про ночной звонок, – нервно говорила Галя, роясь в своей сумочке. – Черт, ну где же эта визитка? – раздраженно выругалась она. – Никогда не могу найти то, что нужно обнаружить немедленно!
– Галь, успокойся ты, – сморщилась Карина. – Чем они нам сейчас смогут помочь? Ведь этот майор ясно дал сегодня понять, что у них нехватка людей. Не могут они меня охранять. А посему спасение утопающих – дело рук самих утопающих.
– А что ты предлагаешь? Мне, если честно, даже из твоей квартиры страшно выходить. А оставаться здесь – еще страшнее, – откровенно призналась Галя.
– Извини, что втравила тебя в эту заваруху, – пробормотала Карина. – Я, честное слово, не хотела. Ты поезжай домой, к сыну, я как-нибудь сама уж здесь…
– Не пори ерунду! – рявкнула Галя. – Думай, что говоришь! Давай-ка, допивай свой кофе, и поехали.
– Куда? – устало спросила девушка. – Мне кажется, что они меня везде найдут.
– Я тебе уже сказала куда. И очень тебя прошу заткнуться, – увидев протестующий взгляд подруги, снова прикрикнула Галя. – Ты уже дала свое согласие, и я не хочу больше слушать никаких отговорок.
– Но ведь он только завтра должен прилететь из командировки. Как я могу приехать в дом, да еще и с временным проживанием, без разрешения хозяина? – возразила Карина. – Я дала тебе согласие на то, что поеду туда завтра, когда он уже вернется, а сегодня мне как-то неудобно.
– Забудь про неудобства и делай что я тебе говорю, – разозлилась Галя. – У тебя сейчас не то положение, чтобы думать о своей застенчивости. Юдин – умный мужик и прекрасно все поймет… я так думаю.
– Скажет – навязалась на его голову, да еще с такими проблемами, – проворчала Карина. – А если?..
– Замолчи, очень тебя прошу, – перебила ее Галина. – Если ты такая принципиальная и тебе так страшно неудобно, тогда поехали ко мне.
– Нет, я не хочу, чтобы твой Димка все узнал, и потом, у вас маленький ребенок, я уже говорила все, что думаю об этом. Я не хочу подвергать вас опасности, – хмуро проговорила Карина. – Я согласна ехать к Роману в дом. Видно, другого мне ничего не остается. Только сначала заедем за мамой. Пусть меня этот Юдин хоть четвертует за вторжение в его дом, но маму я не оставлю одну на даче.
– Нет проблем, – пожала Галина плечами. – Заодно сразу и с тещей познакомится, – хохотнула она.
– Что за глупости ты болтаешь, Галка? – возмутилась Карина. – Какая она ему теща?
– Пока никакая, а потом, думаю, что будет любимая, – засмеялась Галя. – Зинаида Петровна – замечательная женщина, она Юдину обязательно понравится.
– Ох, и болтушка же ты, – вздохнула Карина. – Не язык, а электровеник.
– Нужно же тебя встряхнуть хоть немного? А то вон – побледнела, как поганка, того и гляди сейчас в обморок упадешь. Дай-ка мне свою правую руку, – неожиданно попросила Галя. Карина недоуменно посмотрела на подругу и протянула ей руку. Та посмотрела на ее ладонь и расплылась в широкой улыбке. – Хрен вам по всей морде, – вдруг ляпнула она и, когда увидела, какими глазами на нее смотрит Карина, весело засмеялась: – Это я про тех, кто пытается поспорить с судьбой. У тебя линия жизни очень длинная, и это значит, что ничего у этих бандитов не выйдет. И я сейчас все делаю правильно. Едем в дом к Юдину, – решительно сказала она и, схватив подругу за руку, потащила Карину к двери.
Девушки вышли из квартиры и, минуя лифт, пошли по лестнице вниз. В подъезде Карина резко остановилась у почтовых ящиков.
– Нужно корреспонденцию забрать, теперь неизвестно, когда я домой попаду. Я уже и так дня четыре в него не заглядывала.
– Господи, и о чем ты только думаешь? – проворчала Галя. – Плюнь ты на эту корреспонденцию. На хрена она тебе понадобилась, да еще в такой момент?
– Уже журналы должны прийти, они мне для работы нужны, – ответила Карина и полезла за ключами. – Ведь жизнь сегодня не кончается? – кисло усмехнулась она. – Тьфу, тьфу, чтобы не сглазить!
– Не боись, не сглазишь, она у тебя лет через семьдесят закончится, ты – долгожитель, – улыбнулась Галина. – Давай быстрее выгребай свой ящик, – поторопила она.
Карина открыла почтовый ящик и вытащила все, что в нем было.
– Потом разберусь, что мне нужно, а что нет. Сейчас столько всякой макулатуры в ящики бросают. Все, теперь можно ехать, – сунув газеты и журналы под мышку и закрыв ящик, проговорила она.
Девушки сели в машину, Карина бросила все, что вытащила из ящика, на заднее сиденье. Галя в это время завела мотор и, выруливая, чтобы выехать со двора, повернувшись, внимательно смотрела в заднее стекло.
– Ты видела, тебе там письмо какое-то? – машинально бросив взгляд на сиденье, спросила она у подруги.
– Какое письмо? – переспросила девушка.
– Да вон, среди твоих журналов конверт лежит, – кивнула головой Галя, продолжая разворачивать машину. Карина обернулась и, протянув руку, вытащила из кипы конверт. Сердце ее заколотилось с бешеной скоростью, когда она поняла, что в конверте лежит что-то твердое.
– Господи, помилуй, – прошептала она. – Галка, кажется, в нем лежит бомба замедленного действия!
– Что?! – подпрыгнула та на сиденье. – Какая бомба?!
– Это образное сравнение. Здесь диск – носитель информации, о котором говорила Троицкая, – все так же шепотом ответила Карина и, разорвав конверт, вытащила оттуда именно то, что и ожидала увидеть.
Глава 18
Юдин вышел из здания аэропорта и отправился ловить машину. Перелет был утомительным, как никогда, поэтому он чувствовал себя совершенно разбитым. Рейс откладывали два раза, и потом, когда они уже сидели в самолете, экипажу никак не разрешали взлет. Бортпроводницы всячески старались угодить недовольным пассажирам, для чего стали раздавать спиртные и прохладительные напитки, журналы и книги, не дожидаясь взлета.
Поймав частную машину, Роман сел на заднее сиденье и, откинув голову, закрыл усталые глаза.
«Сейчас приеду домой и сразу же включу сауну. Как следует напарюсь – и в бассейн, – мечтал он. – Попрошу бабу Варю, чтобы напекла мне блинов, они у нее получаются такими вкусными… Как там, интересно, Сашка поладил с этой новой и слишком молодой гувернанткой? – перескочили его мысли на сына. – Завтра же позвоню в агентство, чтобы подобрали мне более зрелую и опытную женщину».
Через сорок минут машина подъехала к воротам поселка, и Юдин вышел, решив, что небольшая пешая прогулка ему сейчас не повредит. Охранник у ворот поприветствовал Романа, не забыв сообщить, что вчера вечером к нему в дом приехали гости и что Варвара Васильевна разрешила их пропустить.
– Гости? – удивился Юдин. – Очень интересно. Вроде бы я никого не приглашал?
Охранник пожал плечами и, взяв в руки журнал, сказал ему номер машины, на которой они приехали.
– Правда, машина потом уехала обратно, но уже только с одним человеком, то есть с девушкой, – проговорил охранник. – Она за рулем была.
– А девушка – что же, не человек? – невольно улыбнулся Юдин. – Спасибо, Коля, сейчас я сам посмотрю на этих гостей, – поблагодарил он молодого человека.
Мужчина не спеша дошел до своего дома и еще не успел нажать на звонок, как дверь в воротах распахнулась.
– Ой, Ромочка, ты уже приехал? – радостно закудахтала Варвара Васильевна. – А я в магазин бегу, в здешний. У меня ванилин закончился. Собралась пирог испечь. А без ванилина – какой пирог? Я скоро, ты ступай пока. Приду, накормлю тебя.
– Баба Варя, мне охранник на воротах сообщил, что гости у нас. Что за гости, ты мне не скажешь? – с любопытством спросил Роман.
– А ты в дом иди, сам и увидишь, – хитро улыбнулась женщина.
– И все же? – не отступил Юдин.
– Тогда сюрприза не будет, – не сдалась Варвара Васильевна. – Иди, сынок, иди, я скоро вернусь, – снова улыбнулась она и быстро засеменила по дороге.
Мужчина пожал плечами и шагнул во двор. Пока он шел к дому, на лестницу выскочил Саша и, радостно подпрыгнув, понесся к отцу на всех парусах.
– Папа приехал! – закричал он. – Карина, папа приехал, баба Зина, папа приехал!
– Карина?! – остолбенел Юдин. – Что, интересно, она здесь делает? И кто такая баба Зина? – хмуро пробормотал он. – Действительно, сюрприз, да еще совсем нежданный.
Юдин торопливо пошел за сыном, который, подбежав, схватил отца за руку и потащил в дом. Он вошел в гостиную и остановился в дверях. На диване сидела Карина рядом с незнакомой женщиной и таращилась на вошедшего хозяина дома испуганными глазами. Саша тут же подбежал к дивану и втиснулся между девушкой и Зинаидой Петровной, матерью Карины. Глаза его радостно блестели, с детской непосредственностью он глядел на отца.
– Вот это и есть баба Зина, – объяснил он, показывая на женщину.
– Добрый день, – напряженно произнес Роман. – Чему обязан, если не секрет? – в упор глядя на Карину, спросил он.
Девушка быстро вскочила и пробормотала:
– Извините, Роман Александрович, что мы без вашего разрешения приехали в ваш дом. Ой, здравствуйте, – запоздало ответила она на приветствие. – Просто сложились такие обстоятельства, что мне больше ничего не оставалось делать. Еще раз прошу прощения.
– Что же это за обстоятельства такие, которые могли привести вас в мой дом? – вскинул брови Юдин. – После того, что… – запнулся он, не договорив, и многозначительно посмотрел на девушку.
– Кариночка, может быть, мы не вовремя, и нам лучше уехать? – осторожно предложила Зинаида Петровна.
– Мам, не вмешивайся, пожалуйста, – по возможности мягко сказала девушка. – Я сейчас все объясню Роману Александровичу.
– Это ваша мама? – удивленно спросил Роман.
– Да, это моя мама, Зинаида Петровна, – кивнула Карина головой. – Я могу с вами поговорить, Роман Александрович… наедине? – неуверенно спросила она.
Юдин приветливо улыбнулся растерянной женщине, сделав вид, что пропустил вопрос Карины мимо ушей. Он пересек гостиную размашистым шагом и, остановившись рядом с диваном, произнес:
– Очень приятно познакомиться, Зинаида Петровна. Я – Роман Юдин, отец Саши и хозяин этого дома.
Женщина хотела подняться, но Юдин ее остановил:
– Сидите, сидите, я сейчас распоряжусь, чтобы принесли чай.
– Спасибо, Роман Александрович, но Варвара Васильевна нас целый день сегодня кормит и поит чаем, – улыбнулась женщина. – Карина сказала, что вы – ее близкий друг… но я вижу, что вам не очень приятно видеть нас в вашем доме, – внимательно разглядывая Юдина, проговорила она.
– Что вы, что вы, как можно такое думать? – замахал Роман руками. – Вы разве не доверяете словам своей дочери? Если она так сказала, значит, так оно и есть, – проговорил он и бросил мимолетный взгляд в сторону Карины, от которого у той побежали мурашки от макушки до пяток.
– В том-то и дело, что я во всем привыкла доверять ей, а сейчас я вижу, что она мне чего-то недоговаривает. Если мы не вовремя, мы можем уехать прямо сейчас, – сбивчиво говорила Зинаида Петровна, то и дело бросая растерянные взгляды в сторону дочери. Та стояла и ничего не говорила, и лишь пунцовые щеки выдавали ее крайнее волнение.
– Зинаида Петровна, – с упреком покачал головой Юдин. – Как вы можете такое говорить? Не нужно ничего придумывать и уж тем более – куда-то уезжать, – мягко сказал он. – Я всегда рад гостям, особенно друзьям, – добавил мужчина и при этом вновь посмотрел в сторону Карины.
Та съежилась под этим многозначительным взглядом, но сразу же постаралась взять себя в руки. Она расправила плечи, гордо вскинула подбородок и настойчиво спросила:
– Так я могу с вами поговорить, Роман Александрович? Поверьте, я сумею все объяснить, и очень надеюсь, что вы правильно меня поймете.
– Да, да, конечно, пройдемте в мой кабинет, – сделав приглашающий жест рукой, предложил Роман. – Саша, а ты побудь пока с Зинаидой Петровной. Чтобы ей не было здесь одиноко.
– Ага, пап, побуду, она мне такие интересные истории рассказывает, – с удовольствием согласился ребенок. – А Карина меня учит в шахматы играть.
– В шахматы – это замечательно, – растерянно ответил Юдин. – А кстати, где твоя гувернантка? – спросил он у сына. – Что-то я ее не вижу.
– Она в солярии, – беспечно махнув ручкой, ответил мальчик. – Надоела она мне уже, пап, – откровенно признался он. – Только и знает, что по телефону болтать, совсем со мной играть перестала.
– Ладно, разберемся, – сдержанно ответил Роман. – Пойдемте, Карина, поговорим, – сказал он девушке.
Когда они пришли в кабинет, Юдин предложил «гостье» присесть в кресло, а сам расположился за своим письменным столом.
– Итак, что все это значит? – спросил он и посмотрел на Карину хмурым взглядом. – После того, что между нами произошло, я крайне удивлен: никак не рассчитывал видеть вас вновь в своем доме.
– Роман Александрович, я, честное слово, не хотела ехать сюда, но меня уговорила Галя, моя подруга, вы ее знаете, – начала говорить девушка, нервно теребя носовой платок в своих руках.
– Мы же с вами давно договорились, что вполне обойдемся именем, – сморщился мужчина. – И перестаньте трястись, я не собираюсь вас есть на ужин… Вполне обойдусь блинами, – буркнул он.
– Это от волнения, – пролепетала девушка, вытирая вспотевшие ладони платочком.
– Я внимательно слушаю вас, Карина, – уже более мягко произнес мужчина.
– Понимаете, Роман, дело в том, что… случилось нечто ужасное. Нет, не так. Понимаете, Роман, случилось так… нет, опять не то. Вы помните?.. Нет, опять что-то не то, – бормотала Карина, мучительно подбирая слова, с которых хотела начать рассказывать обо всем.
– А покороче нельзя? – не выдержал Юдин. – Удивляюсь, что вы – адвокат, вы же двух слов связать не можете. Что вы там бормочете себе под нос?
– Наших с вами клиентов убили, – выпалила девушка. – И слова я прекрасно умею связывать, просто очень волнуюсь сейчас и не знаю, с чего начать, – раздраженно добавила она.
– Я всегда предпочитаю начинать с начала, а не с конца, – заметил Роман и тут же посмотрел на Карину ошарашенным взглядом: – Что вы сказали?! Кого убили?!
– Троицких убили, мужа и жену! Тех, чьи интересы мы защищали с вами в суде, – ответила девушка. – И не нужно на меня так смотреть! Меня уже два раза в прокуратуру вызывали, и вас наверняка вызовут. Но не в этом дело. Нет, в этом, конечно, тоже дело… Черт, да что же это такое-то? – сама на себя посетовала Карина. – Действительно, не могу никак двух слов связать. Короче, вы помните тот скандал в суде, который учинила эта супружеская пара?
– Естественно, – пожал Юдин плечами. – И это каким-то образом связано с убийствами?
– Самым прямым. И самое главное – что теперь и меня тоже хотят убить, – проговорила девушка упавшим голосом.
– Вас? – удивленно вскинул брови Юдин, с недоверием глядя на девушку.
– Да, меня.
– А вы ничего не путаете? – с подозрением спросил он.
– Нет, я ничего не путаю, на меня уже несколько раз покушались, – хмуро проговорила Карина.
– Но за что?
– А вот за это, – и Карина, вытащив из кармана пиджака конверт с диском, показала его Роману.
– Что это? – нахмурился Юдин.
– Это диск-носитель, мне его каким-то образом переслала Троицкая, моя клиентка, и он содержит какую-то информацию… думаю, что криминальную, если верить ее словам. Она сказала мне тогда, на суде, что перешлет мне информацию на электронную почту, и взяла у меня адрес. Но ничего не прислала, а утром я узнала, что ее убили. Естественно, я подумала, что это муж ее убил, потому что он мог слышать, как она мне говорила об этой информации. А потом стало известно, что его самого тоже убили. И теперь пытаются и меня убить. Я только вчера обнаружила этот диск у себя в почтовом ящике. А в ту ночь ко мне в квартиру тоже приходили, и по голове… а Галя в это время из клуба… и нашла меня, – скороговоркой выдавала Карина информацию, путаясь в словах и нервно хлопая глазами. – А потом меня в метро, под поезд… а там дядька толстый… А ночью мне позвонили и приказали отнести этот носитель на Белорусский вокзал, в камеру хранения. А Содомский испугался со мной связываться, у него инвесторы. А гантели лежали на балконе, потом каким-то образом в кладовке оказались, и если бы не телефонный звонок, тогда – все… А Галя решила, что лучше у вас, потому что здесь поселок охраняется и никого чужих не пускают. А мама на даче одна, и я ее тоже… Вот, – выдохнула она и уставилась на Романа испуганными глазами. – И теперь… я не знаю, что мне делать, поэтому к вам… Вернее, я уже знаю, что делать, но не знаю, с чего начать. Нет, начать тоже знаю… я просто не знаю… О, господи, я снова запуталась, – простонала Карина.
Юдин внимательно выслушал ее, так ничего и не поняв в беспорядочном наборе слов. Когда она снова открыла рот, чтобы говорить дальше, он резко прервал ее:
– Стоп! Ничего пока больше не говорите. Сначала успокойтесь, соберитесь с мыслями, – строго приказал он. – Я думаю, что вам сейчас не помешает рюмка коньяку, – проговорил он и встал, чтобы пройти к бару.
– Я не пью, – пискнула Карина и смахнула со щеки слезинку, которая выкатилась из ее левого глаза.
– Я тоже не пью, но иногда это очень помогает, – улыбнулся Юдин, протягивая девушке крошечную рюмку с коньяком. – Здесь всего тридцать граммов, вы их даже не почувствуете, зато успокоитесь.
Карина взяла рюмку и неуверенно посмотрела на мужчину.
– Пейте, пейте, это вам сейчас очень нужно, – подбодрил он Карину.
Девушка выпила коньяк и, зажав рот тыльной стороной ладони, закашлялась.
– А теперь закусите, – засмеялся Юдин, видя, как захлопала вытаращенными глазами его гостья, и протянул ей конфету. – Вот и замечательно, – кивнул он головой, глядя, как девушка жует конфету. – Успокоились?
Карина кивнула головой в знак согласия и неуверенно улыбнулась.
– А теперь давайте-ка, Карина, повторите все с самого начала: по порядку и как можно подробнее. И по возможности спокойно, – улыбнулся он. – Вас никто не торопит, и никто за вами не гонится.
– Ага, – кивнула она головой. – Я сейчас попробую.
Девушка, прикрыв глаза, несколько раз глубоко вдохнула воздух и начала говорить. Сначала неуверенно, но по ходу повествования она набирала «обороты», и вскоре ее речь потекла ровно. Она рассказывала с подробностями и уже почти спокойно.
– Вот так, Роман, мы и попали с мамой в ваш дом, – тяжело вздохнула Карина, закончив свой рассказ. – Вы не очень сердитесь на меня? – спросила она.
– Не говорите глупости, – нахмурил брови мужчина. – Почему я должен сердиться на вас? Вы – всего лишь женщина, и будь я на вашем месте, наверное, поступил бы точно так же. Хотя, откровенно говоря, немного сержусь.
– Я так и думала, – тяжело вздохнула Карина. – Я очень хорошо вас понимаю. После такого спектакля, который я здесь… ай, даже вспоминать не хочется. Я прекрасно вас понимаю, – повторила она.
– Плохо понимаете, – усмехнулся Юдин. – Я сержусь на вас совсем не за тот спектакль, который вы здесь разыграли, а совсем по другому поводу.
– По какому поводу? – испуганно спросила девушка. – Я больше ничего такого не делала.
– Так, значит, вы думали, что я бросил вас на дороге умирать? – вопросом на вопрос ответил Юдин. – Неужели я выгляжу настолько непорядочным человеком?
– А что я должна была думать, когда прекрасно запомнила номер и марку вашей машины, а потом увидела ее у вас во дворе? – взвилась Карина. – Да и ваш сынишка сказал, что совсем недавно вы ремонтировали автомобиль после аварии. Вот вы что бы подумали на моем месте? – с вызовом спросила она. – Молчите? Вот то-то и оно! До меня потом уже дошло, что ваша «Ауди» тоже имеет двойника: когда мы разговаривали про это в кабинете у следователя. А потом еще и Галка сказала: вы вспомнили, что видели ее в аэропорту Шереметьево. Вы из Франции прилетели в два часа ночи, а моя авария произошла в первом часу. Я ведь тогда в аэропорт Домодедово приехала, чтобы извиниться перед вами, а вы… – и Карина безнадежно махнула рукой. – Впрочем, это сейчас уже совсем не важно. Сейчас самое главное – найти того человека, который стоит за этим «бизнесом» с двойниками. Только тогда я смогу уснуть спокойно, когда он будет сидеть в тюрьме, и мне уже нечего будет бояться.
– В моем доме вам и так нечего бояться, надеюсь, что я сумею вас защитить, – произнес Юдин. – Давайте посмотрим информацию на диске.
– Я его уже посмотрела, – ответила Карина. – Извините, что без позволения воспользовалась вашим компьютером. Если честно, я там ничего не поняла, – пожала она плечами. – Сплошные цифры и ничего не значащие буквы. Вернее, я, конечно, осознаю, что они что-то значат, только вот что – не понимаю совсем. Екатерина Троицкая мне говорила, что после того, как перешлет мне информацию, сразу же позвонит и объяснит, как в этом разобраться. Диск она каким-то образом положила в мой почтовый ящик, а вот объяснить, что там к чему, к сожалению, уже не успела.
– Разберемся, – сдержанно пообещал Юдин.
– Роман, вы с таким спокойствием выслушали меня, прямо удивительно! Я заметила, что ваше лицо даже не дрогнуло ни разу, – с удивлением отметила Карина.
– Это профессиональное, – улыбнулся мужчина. – Вы ведь тоже адвокат и должны понимать, насколько важно не выдавать своих эмоций.
– Я так не умею, сколько ни стараюсь, – вздохнула девушка. – У меня все на лбу всегда написано. Помните, вы мне сами один раз об этом сказали? – улыбнувшись, спросила Карина. – А у вас это получается здорово, – с восхищением добавила она.
– Это потому, что раньше я занимался уголовными делами, был «мазилой», так сказать.
– «Мазилой»? – удивленно спросила Карина. – А что это значит?
– Неужели не слышали ни разу, что такое «мазила»? – засмеялся Роман. – Это адвокат, который от тюрьмы отмазывает. Вот я раньше таким «мазилой» и был, а когда родился Сашка и я стал отцом-одиночкой, я переключился на бракоразводные процессы и еще на те, которые связаны с имущественными спорами. Знаете что, Карина, я думаю? Вашей подруге тоже нужно переехать с сынишкой в мой дом, – вернулся к прежнему разговору Юдин. – Ей тоже может грозить опасность, судя по вашему рассказу.
– А как же Дмитрий, ее муж? – встревожилась девушка. – Ей что же, со всей семьей сюда переезжать? Там еще мать с молодым супругом, свекровь…
– А что здесь страшного? Дом у меня огромный, – засмеялся Роман. – Места всем хватит.
Читать бесплатно другие книги:
